Наталья Солнцева.

Пятерка Мечей

(страница 7 из 37)

скачать книгу бесплатно

– Не она у тебя выманила, а ты сама ей отдала, добровольно – находясь в полном рассудке.

Лариса задохнулась от возмущения. Он еще ее же и обвиняет!

– Сама?! Да что…

– Погоди! Динара к тебе в сумочку лазила?

– Нет…

– Кошелек в руки брала?

– Нет…

– Деньги оттуда вытаскивала?

– Не вытаскивала, но это не имеет значения! Она меня заставила!

– Это как? Расскажи подробнее, пожалуйста! Я сейчас пройдусь по отделу, авось, удастся на новый холодильник набрать! Нужно использовать нетрадиционный передовой опыт.

– Может, она меня загипнотизировала? – растерянно спросила Лариса.

У девушки был такой несчастный, взъерошенный вид, что Артему стало ее жалко.

– Ладно, сколько у тебя было денег? Постараемся возместить. Все-таки, ты выполняла мое поручение, так что я тоже должен нести свою долю ответственности.

Больше всего в истории с Динарой его расстроило то, что он не приблизился к разгадке ни на шаг. Целью визита Ларисы было узнать у гадалки окольными путями, пользовалась ли ее услугами Лебедева, и если да, то что она хотела разрешить с помощью Дины Лазаревны. Может, она даже поделилась с ней, как женщина с женщиной, своим беспокойством. Эксперимент с Ларисой показал, что госпожа Чиляева не так проста. Черт знает, чем она занимается на самом деле?!

Раз этот номер не прошел, придется придумывать другой. Так или иначе, разговор с Динарой необходим. Но действовать второпях, как следует не подготовившись, не стоит.

Какой же подход найти к милейшей Дине Лазаревне? Возможно, сначала нужно поговорить с соседями, выяснить, что к чему. Но не в лоб, а осторожненько, с умом. Самый подходящий кандидат на собеседование, – старая актриса Берта Михайловна. Она сидит целыми днями дома, поговорить не с кем. Опять же жизненным опытом хочет поделиться, а никто не слушает. Пономарев знал, как находить общий язык с пожилыми дамами. Берта Михайловна! Вот кто расскажет ему о Чиляевой.


Старая актриса действительно была наперсницей живущих по соседству женщин, – в этом Пономарев не ошибся. Она всегда была дома, никуда не торопилась и могла выслушивать обстоятельства чужой жизни сутки напролет. Берта Михайловна умела расположить к себе людей. Самым ценным ее качеством было то, что она не имела привычки сплетничать: то есть с одной соседкой обсуждать другую. У старой актрисы было еще одно достоинство, весьма редко встречающееся в современном мире, – доброта. Даже ее единственный, за всю жизнь в театральном доме, конфликт произошел именно на этой почве. Сердобольная женщина жалела несчастных котят и подбирала эти «плоды греха» персидской красавицы Дианы и помойного Яшки, давала им приют, выхаживала, кормила полосатое племя, чем и вызвала недовольство соседей.

Но, как бы там ни было, а женщины продолжали бегать к ней со всем, что наболело. И госпожа Буланина, и даже жена инженера Авдеева.

Людмила Станиславовна Авдеева вызывала у Берты Михайловны чувство сострадания, смешанное с досадой.

Жена инженера была высокой, несколько бесцветной блондинкой, с хорошей фигурой и правильными чертами лица. Она могла бы быть довольно привлекательной женщиной, если бы хоть немного следила за собой, – подкрашивалась, делала современную прическу и модно одевалась. Ничего этого Людмила Станиславовна себе не позволяла. Прямые волосы она забирала сзади заколкой во что-то непонятное – не то в дульку, не то в ракушку; белесоватые ресницы делали ее серые глаза невыразительными; даже красить губы она то и дело забывала. Одевалась Авдеева в какие-то длинные, бесформенные хламиды, обувь носила на низком каблуке, а таким вещам, как колготки, шляпки, зонтики и сумочки вовсе не придавала значения.

– Людмила Станиславовна, дорогая, – проникновенно говорила ей старая актриса за чаем. – Ну что вы так себя забросили? Посмотрите в зеркало! Вы же еще молодая, красивая женщина!

– Какая там молодость?! – вздыхала жена инженера, тоскливо глядя за окно, на почерневшие от сырости стены домов. – Мне уже тридцать шесть. Жизнь идет, однообразно и уныло, как осенний дождь… И ничего в ней нет, кроме сожалений. Даже детей, и тех нет.

Это и хорошо, милая, – думала про себя Берта Михайловна. – Ты, деточка, себе толку дать не можешь. Куда тебе детей? Зачухаешься с ними совсем!

– Ах, Берта Михайловна, во что превращается жизнь женщины, когда она не может осуществиться как мать?! – продолжала свое Авдеева. – В такой жизни нет ни смысла, ни цели! Одна только тоска…

– Милая Людочка! Цель и смысл жизни – вопрос философский; на него разные люди, настоящие гиганты мысли ответить пытались, не нам с вами чета! В чем он? Это для каждого по-разному. Вот моя жизнь уже к закату клонится. И в чем ее смысл, по-вашему? Ну, играла я когда-то в театре. Не то, что хотела, а то, что предлагали. Была веселая, красивая…нравилась мужчинам. Все это ушло. Знаете, о чем я вспоминаю, перебирая в памяти прошлое?

– О любви, наверное, – робко предположила жена инженера. – О славе. Вы же артистка! Вас когда-то вся страна знала!

Берта Михайловна отрицательно покачала головой.

– Об упущенных шансах, деточка! Каждому человеку дается эта возможность, – быть счастливым. Да не все этим пользуются. И находят тому тысячи причин и оправданий. Вот ко мне недавно один журналист приезжал, предлагал написать мемуары. Я же со многими известными артистами и режиссерами была знакома, многих выдающихся людей встречала… Но я отказалась. Бесполезная это вещь, – перебирать облетевшие листья и засушенные цветы!

Старая актриса вздохнула и достала из потемневшей от времени серебряной шкатулки сигарету. Людмиле Станиславовне она курить не предлагла: та была противницей «вредных привычек».

– Я бы о другом книгу написала, – сказала она, закуривая.

– О чем же?

– Как люди не дают себе быть счастливыми!

– Ой, Берта Михайловна! Разве такое бывает? По-моему, каждый человек мечтает о счастье и стремится к нему.

– Это люди только так думают, – возразила старая актриса. – А на самом деле…как только жизнь предоставляет им шанс, они пугаются и находят сотни оправданий, почему они не могут им воспользоваться! Что только не идет в ход, – и религия, и мораль, и совесть, и мнение окружающих, и чужие судьбы, и «непреодолимые препятствия», и «плохие обстоятельства»! А счастье не любит ждать долго…

– Вы хоть сына вырастили от любимого человека! – с завистью сказала Людмила Станиславовна.

– Ну и что? Да, вырос Николай! Сколько я настрадалась, пока подняла его на ноги. У меня репетиции, спектакли, поездки, – а его девать некуда. То болеет, то грустит… Он до сих пор меня простить не может! Говорит, что я украла у него детство. Что он по чужим людям рос, материнского тепла и ласки не видел! Чужой человек вырос, – он меня не понимает, я его. Так и живем, как соседи по коммунальной квартире. Николай до сих пор не женат, – и в этом он меня обвиняет. Дескать, не привык он к семье, не проникся ее духом, – теперь вот и свою создать не может! Ах, да что говорить…

Берта Михайловна махнула рукой, закуривая вторую сигарету.

– И насчет любимого человека… Колин отец был известным кинорежиссером, у него была своя жизнь, в которой нам с сыном места не оказалось. Ну, а я гордая была. Вот и разошлись наши пути навсегда! Я даже не знала, что он умер: спустя несколько лет одна знакомая сказала. Всю жизнь я сама себя обманывала, тешилась фантазиями, что у меня какая-то необыкновенная любовь была, и что я ее предать не смею, а потому все остальные мужчины для меня не существуют. А теперь и вспомнить нечего! Никому не посоветую брать с меня пример.

– Как же узнать этот шанс? – недоверчиво спросила жена инженера. – Неужели, он и у меня есть?

– Конечно, есть! Бог вам для счастья все дал, – красоту, ум, здоровье, – а как вы этим даром распоряжаетесь?

Людмила Станиславовна задумалась. Красивой женщиной она себя не считала, особого ума тоже не было, – это уж Берта Михайловна преувеличила, для поднятия духа, – а вот на здоровье действительно жаловаться не приходилось. Кроме бессонницы и простуд ее ничего не беспокоило. А какие это болезни? Это так, – нервы шалят. От неудавшейся личной жизни.

– Семью дети украшают, – сказала она со вздохом, – а у нас с мужем их нет. Вот Володя и потерял ко мне интерес! Наши отношения совсем разладились… Мы даже спим порознь.

– Это не дело, – покачала головой Берта Михайловна. – Знаете, как моя бабуля покойная говорила? Как бы вы с мужем ни ссорились, ни дрались, – а спать в одну постель ложитесь! Ночь – самый искусный дипломат.

– Не все так просто, – возразила жена инженера. Видно было, что семейные отношения серьезно ее беспокоят. – Я не волную его, как женщина. А кроме постели, нас, оказывается, ничего не связывало. У него свои интересы, у меня свои. Мы смотрим в разные стороны!

Людмила Станиславовна подумала о том, что, в сущности, их с Володей даже секс по-настоящему не объединял. Вечно ей приходилось унижаться, чтобы привлечь к себе супруга, – приставать к нему с поцелуями, ласками…буквально навязывать себя. Как только она перестала это делать, так их интимная жизнь и сошла на нет.

– Я вообще его раздражаю, – пожаловалась она. – Одним своим присутствием! Ему все не нравится, – как я мою посуду, стираю, хожу по квартире, разговариваю! Мы никуда не ходим вместе и к себе никого не приглашаем. Нам даже разговаривать не о чем!

Авдеева заплакала, вытирая тыльной стороной ладони слезы. Ей было неловко, что она так распустила себя перед соседкой. Но ведь надо же выплеснуть накопившуюся боль! Хоть перед кем-нибудь! Иначе она съест изнутри, сожжет…

– Знаете что, Людочка? – решительно начала старая актриса. – Вам необходимо в корне изменить свою жизнь! Измените все, – прическу, одежду, работу, манеру поведения, наконец! Все! Даже мысли!

– Мысли? – жена инженера улыбнулась сквозь слезы. – Как это?

– Вот что вы о себе думаете? Что вы несчастная женщина, что муж вас не любит, что ваша жизнь не удалась… Ведь так?

Авдеева кивнула. Именно так она и думала, лежа долгими ночами без сна и давясь слезами. Ей уже тридцать шесть, а все самое лучшее проходит мимо! Когда-то они с Володей были нужны друг другу, у них были теплые, доверительные отношения… Куда все это делось? А, главное, почему?

Женщины еще долго обсуждали, как теперь вести себя Людмиле, и выпили за разговором не одну чашку чая.

Домой госпожа Авдеева вернулась окрыленная и твердо решила, что начнет переворот в своей судьбе с работы. Давно пора сменить скучную должность «инспектора отдела кадров» на что-то более перспективное!

Глава 8

В кабинете Касимова все было устроено по высшему разряду, – помпезная мебель из красного дерева, шторы из шелка, точечные светильники на подвесном голландском потолке. Стильно и шикарно! Артем оценил и положение хозяина, и отдал должное его вкусу. Пожалуй, Павел Васильевич мог заинтересовать Веронику Лебедеву не только своими деньгами и связями.

– Я вас слушаю, молодой человек, – устало произнес Касимов, опускаясь в кресло. – Право, не знаю, смогу ли вам помочь. Я уже все рассказал вашему сотруднику, который приходил недели три назад.

– Давайте построим нашу беседу так: я буду спрашивать, а вы отвечать. Согласны?

– Давайте.

На лице чиновника не отразилось ничего, кроме смирения перед необходимостью.

– Какие отношения у вас были с артисткой оперетты Лебедевой? – выпалил Артем, не спуская глаз с Касимова.

Он решил играть перед Павлом Васильевичем роль грубого, недалекого «мента», которого не стоит опасаться. Авось, чего-то господин чиновник да и не учтет! Он умен, хитер и дьявольски проницателен, – это Пономарев понял сразу, как только увидел Касимова. Такого стреляного воробья на мякине не проведешь!

– Любовные, – без тени улыбки ответил хозяин кабинета. – Я собирался жениться на Веронике Кирилловне. И она дала мне свое согласие.

Это что-то новенькое! – подумал Артем. – Судя по всему, Лебедева вступать в брак с кем бы то ни было не планировала. А Касимов утверждает обратное. Интересно!

– Вы уверены? – на всякий случай переспросил он.

– Что значит, уверен ли я?! – возмутился Касимов. – Я вам не мальчик, господин…э-э…

– Пономарев! – подсказал оперативник, ничуть не смущаясь.

Так и должен вести себя нахальный, невоспитанный сотрудник милиции, «настоящая ищейка», – гнуть свою линию, невзирая на лица и чины.

– Я вам не мальчик, господин Пономарев, – строго повторил Павел Васильевич.

Ему хотелось «поставить на место» зарвавшегося молодчика. Что он себе позволяет, в самом деле?!

– Простите, господин Касимов, но я вынужден повторить свой вопрос.

Павел Васильевич, борясь с желанием вышвырнуть нахального оперативника за двери, заерзал в кресле. Однако, нужно было что-то отвечать.

– Вероника Кирилловна колебалась, не скрою, – сказал он. – И это понятно. Ее артистическая карьера не сочеталась с семейными обязанностями. Но…мы договорились. Если бы не…

Голос Касимова предательски дрогнул. Он встал, налил себе воды и сделал пару глотков.

– Смерть Вероники обрушилась на меня так неожиданно… Может быть, она меня и не любила. Она была такой беззащитной перед лицом этого жестокого мира! Я хотел служить ей опорой, сделать все, чтобы ее талант мог расцвести во всей полноте! Видимо, я не годился ей в мужья, я ее не заслуживал… И судьба отняла у меня это последнее утешение.

Лицо Касимова исказилось гримасой боли, губы побледнели. Он достал из кармана таблетку и положил ее под язык. Его взгляд блуждал, руки мелко дрожали.

– Вы кого-нибудь подозреваете? – спросил Артем немного спустя, когда краски жизни вернулись на лицо хозяина кабинета.

Павел Васильевич отрицательно покачал головой.

– Кого я могу подозревать? Веронику не любили в театре, но… неприязнь – слишком шаткий мотив для убийства, согласитесь.

– А ревность? У вас…были интимные отношения с Лебедевой?

– Да. Один раз… После того, как я сделал ей предложение.

– У Лебедевой были другие мужчины?

– Откуда я знаю?! – взорвался Павел Васильевич. – Я думал, что нет, но… Точно сказать не могу. Разве о женщине можно знать что-то наверняка?

– А где вы были вечером и ночью двадцать шестого ноября?

– Вы что… – задохнулся от возмущения хозяин кабинета. – Вы меня хотите в это впутать? Я… Меня не было в городе! Двадцать пятого я уехал в Москву, а когда вернулся…

Он махнул рукой в сторону графина с водой. Артем налил и подал. Касимов с трудом проглотил воду, в изнеможении откинулся на спинку кресла, ослабляя узел дорогого галстука.

– Когда вы вернулись?

– Двадцать седьмого! Это можно проверить… Я вам не Отелло, молодой человек! Я немолодой, влиятельный государственный чиновник, и я пока что в своем уме. Убивать Веронику, даже застав ее с другим мужчиной, я бы не стал. Это варварство, лишать человека жизни из-за того, что его поступки вам не по душе!

Артем кивнул. Он был того же мнения.

– Вам что-нибудь говорит такое имя, как Аврора Городецкая?

– Абсолютно ничего! – выдохнул Павел Васильевич, потирая сердце. – А кто это?

– Победительница конкурса красоты.

– Меня не интересуют подобные шоу! – отрезал Касимов. – За кого вы меня принимаете? Я давно вышел из того возраста, когда пускают слюни при виде голых женских ног! Веронику я любил, – за ее голос, за ее неординарный, редкий талант! Я не рассматриваю женщин исключительно как постельную принадлежность или домашнюю обслугу. И то, и другое я легко могу себе позволить в любой момент! Вы мне верите?

Артем Пономарев верил. Тем более, что у Касимова было алиби. Прежде, чем идти на беседу, сыщик это проверил. А спросил так…чтобы вывести хозяина кабинета из равновесия. Теряя самообладание, люди проговариваются, выдают себя. С Павлом Васильевичем этого не произошло. Возможно, ему действительно нечего скрывать.

Впрочем, Касимову не обязательно было убивать Веронику Лебедеву собственноручно. Он мог нанять киллера, – средства позволяли. Но как тогда быть с Авророй? К тому же, Пономареву еще не приходилось стакиваться с киллером-маньяком.

Скорее всего, Павел Васильевич Касимов ни при чем.


Госпожа Чиляева долго смотрела вслед Ларисе. Странная посетительница! «Цыганке» и в голову не пришло, что это специально подосланная женщина, которая должна была кое-что у нее выведать. Но поведение посетительницы вызвало недоумение.

Вообще, ремесло ясновидящей оказалось далеко не таким простым, как казалось. Приходили какие-то подозрительные люди, что-то пытались выяснить, добивались каких-то собственных целей… Наговорить всякой ерунды и выманить деньги у таких, как эта простодушная девица, для Динары труда не представляло. Но не все оказывались такими перепуганными и растерянными. Иные сами норовили обвести ясновидящую вокруг пальца. В основном, конечно, люди побаивались черных глаз Дины Лазаревны и вели себя скромно. Женщин приводили к гадалке личные проблемы, или проблемы их детей, а мужчины появлялись крайне редко, и то не по своей инициативе, – их тащили за собой матери и жены.

От легкомысленной, симпатичной студентки пединститута Дины до «ясновидящей Динары» пролегал непростой путь.

Когда супруги Ратцель уехали за кордон, Дина осталась. Ей нужно было получить диплом и присматривать за бабушкой. Семейная фирма «Золотой павлин» была продана, но желание чем-то заниматься, зарабатывать деньги, сохранилось. Девушка привыкла ни в чем себе не отказывать, покупать красивую одежду, дорогую косметику. Мама с отчимом присылали средства на жизнь, но их катастрофически не хватало. Приходилось платить преподавателям, за оценки в зачетке, за контрольные и курсовые, чтобы кто-то их делал, и за многое другое. Бабушка болела, и большие суммы уходили на врачей, лекарства и сиделку. Дина, наконец, закончила институт и задумалась о своем будущем. Перспектива работать учительницей в школе ее не прельщала. И девушка начала подумывать о замужестве. Это могло заполнить образовавшуюся в ее жизни пустоту, развлечь. Тем более, что все подружки и приятельницы обзавелись мужьями, а некоторые успели родить детей.

Красивую, свободную и ветреную Дину Чиляеву неохотно приглашали в гости, а поскольку она нигде не работала, круг ее общения значительно сузился. Такие же незамужние женщины, как она, имели любовников и ревновали к ним черноволосую, стройную Дину, которая казалась им опасной соперницей. Дошло до того, что она целыми днями валялась на диване у телевизора и сходила с ума от скуки и одиночества.

У нее было множество поклонников, но все какие-то несерьезные. Однокурсники Дину не интересовали, бывшие школьные ухажеры разлетелись, кто куда, а новых знакомств не завязывалось. Однажды она встретила в магазине одежды школьную подружку, которая работала на одном из оптовых рынков. Подружка была с представительным, элегантным и вежливым мужчиной.

– Знакомься, это Анатолий Владимирович, – представила она своего спутника.

Анатолий Владимирович пригласил девушек в кафе, где они смогли поговорить. Дина поведала о своих проблемах, и ей сразу предложили работу. На оптовом рынке у подруги было несколько точек, торгующих хорошей кожаной обувью и сумками.

Дина посоветовалась с бабушкой, поразмыслила, и решила стать частным предпринимателем. Деньги, которые остались после покупки квартиры в театральном доме и считались неприкосновенным запасом «на черный день», она вложила в небольшую партию товара. Сумки, перчатки и кошельки разошлись быстро, и Дина получила первую прибыль. Дела пошли хорошо, и скоро она смогла приобрести свое собственное место на рынке и увеличить закупки. Как-то само собой вышло, что Анатолий Владимирович помогал ей освоиться в новой для нее сфере деятельности, – и постепенно их отношения становились все менее официальными и все более дружескими.

Дина расцвела. Бизнес разрастался, давал прибыль и удовлетворение, но самое главное – у госпожи Чиляевой появилось ожидание счастья. Анатолий Владимирович оказывал ей знаки внимания, и с каждым днем их отношения становились все ближе. Дина влюбилась, – сильно, без оглядки.

– Цыганская кровь! – сказала бабушка, когда внучка рассказала ей об Анатолии. – В омут с головой! Ну, видать, это судьба твоя.

Дина обожала Анатолия Владимировича, отдаваясь ему душой и телом, без раздумий, без колебаний. И он отвечал ей тем же.

– Кто он? Где работает? – спрашивала бабуля. – Семья есть?

Ничего этого Дина не знала и не хотела знать. Не станет же она устраивать любимому человеку допрос?!

– Если бы он был женат, то давно сказал бы! – отвечала Дина, и сама искренне в это верила. – А где работает? Разве это имеет значение?! Вон, у него машина какая… и деньги всегда есть. На безработного он не похож.

Такого мужчину, как Анатолий Владимирович, ей еще встречать не приходилось. Видный, умный, воспитанный! А как ее любит! Звонит каждый вечер, цветы дарит…помогает во всем. Не то, что ее прежние знакомые!

Анатолий советовал Дине сколько и какого товара брать, и она всегда оказывалась с прибылью. Поэтому, когда он предложил ей закупить большую партию осенне-зимней кожаной обуви, – на все деньги, – Дина согласилась без раздумий.

– Я сам съезжу, пригоню машину, разгружу с ребятами и позвоню тебе! – сказал Анатолий Владимирович. – Боюсь отпускать тебя с такой суммой денег! Не женское это дело – бизнес.

Он должен был позвонить ей вечером. Дина готовила праздничный ужин, стараясь не ждать звонка, но все равно прислушивалась. Телефон молчал. Утром Анатолий тоже не позвонил. Так прошли день, тревожный вечер и бессонная ночь.

– Может, на складе пришлось ждать, – гадала Дина. – А может, что-то случилось?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Поделиться ссылкой на выделенное