Наталья Солнцева.

Московский лабиринт Минотавра

(страница 5 из 29)

скачать книгу бесплатно

– Нет. На здоровье он не жаловался. Почему ты спрашиваешь?

– С чего бы ему посреди дороги, сидя на мотоцикле, терять сознание? Не нравится мне все это. Он мог сесть за руль пьяный? Напился до чертиков и…

– Не выдумывай! – резко сказал Эдик. – Олег не собирался сводить счеты с жизнью. И запах алкоголя был бы слышен.

– Наркотиками твой братан не баловался?

– Да что на тебя нашло? Наркоманом и пьяницей Олег не был, я клянусь. Скорость превышал, гонки устраивал, водился за ним такой грешок.

– Мог он сесть на неисправный мотоцикл?

– Исключено! – горячо возразил Проскуров. – Олежка обожал свою машину, следил за ней, как за малым дитем.

– Ладно, подождем выводов специалистов. Ты домой или в офис?

– Давай выпьем? Тошно на душе, сил нет.

Смирнов молча поехал к бару «Червовый король».

* * *
Москва. Год тому назад

Феодора вернулась в Москву. Раскаленный асфальт, каменные глыбы домов, пожелтевшие деревья, сухая листва под ногами, запах выхлопных газов и вездесущая пыль быстро отрезвили ее. Лазурное море, шелест олив, скользящие по блестящей морской глади рыбачьи баркасы, искристое критское вино остались там, в другой жизни.

Поездка на Крит удалась во всех отношениях. Госпожа Рябова не могла без умиления вспоминать, какое выражение застыло на лице Владимира при виде ее в наряде минойской модницы, а клубок золотых нитей, которые она протянула ему, и вовсе лишил молодого человека дара речи. Все-таки она – гениальная женщина! Мысль прикинуться Ариадной, восставшей из дымки мифического прошлого, пришла ей на ум в последний момент. Вопреки мучившим ее сомнениям, Корнеев клюнул на довольно примитивную, в общем, приманку.

Все сложилось удачно, даже охранник вовремя приотстал. Окажись он рядом, сцена потеряла бы львиную долю очарования и драматического напряжения.

Накануне утром Феодора обдумывала завершающие штрихи: когда следует отправиться на развалины, придет ли туда Владимир, как он поведет себя. Знаки внимания, томные взгляды, направляемые ею на телохранителя Корнеева, сослужили свою службу – неважно, по какой причине, но молодой красавец заметил Феодору. Она понимала, как важно первое впечатление, и умела произвести его. Годами оттачивая свое искусство обольщения, госпожа Рябова значительно преуспела в нем. Не столько внешность женщины, сколько ее способность уловить движения мужской души и подстроиться в такт позволяют ей приобрести власть над ним, запасть ему в сердце. Возраст тут не помеха, а скорее подспорье, ибо опыт порой превосходит свежесть и привлекательность молодости. Зеленый плод кисловат на вкус и не сравнится со зрелым.

Камнем преткновения стала для Феодоры только одна деталь предстоящего эпизода: говорить ей что-либо или промолчать? Вначале она склонялась к загадочному молчанию, но в конце концов все же сделала выбор в пользу интригующей фразы, призванной возбудить любопытство Владимира и внушить ему неосознанную жажду новой встречи. Потратив пару часов в Интернет-салоне, перелопатив античную лирику, Гомера и другие источники, госпожа Рябова остановилась на стихах аргентинского писателя Борхеса.

Она выбрала несколько подходящих строк, переделала их на свой лад, выучила, раз двадцать произнесла перед зеркалом, меняя интонацию, пока качество сценки не удовлетворило ее.

Феодоре понравилась ее роль. Дочь царя Миноса Ариадна – это, пожалуй, то, о чем она мечтала. Не имеет значения, что до поездки на Крит Феодора Евграфовна только краем уха где-то что-то слышала о «нити Ариадны», злобном Минотавре и афинском герое Тесее. В нужный момент эту вскользь услышанную или прочитанную информацию подбросила ей сама судьба. А судьба ничего не совершает бесцельно.

Помолившись Зевсу, как и подобает минойской царевне, Феодора отправилась в парикмахерскую, объяснила мастеру, какую ей нужно сделать прическу, затем накинула на голову легкий шарф и вернулась в номер переодеваться. Облачившись в приобретенные одежды и украшения, она с удовольствием смотрела на себя в зеркало. Лучшего приключения ей еще переживать не приходилось! Главное, чтобы намеченное не сорвалось. Для этого сегодня в сумерки господин Корнеев непременно должен прийти к развалинам Кносского дворца. Ведь именно там, согласно мифу, тысячелетия назад проживала Ариадна. Только бы Владимиру ничто не помешало!

Откуда-то появилась уверенность: все получится. Она так горячо, так страстно желает его увидеть, что он не может не откликнуться на этот призыв. Но если вдруг сегодня встреча сорвется, Феодора будет приходить сюда вновь и вновь, пока не осуществит задуманное.

Кносский дворец находился за городом, и госпожа Рябова вызвала такси. Водитель изумленно поглядывал на нее, цокал языком. Когда она вышла, таксист не торопился уезжать, наблюдая за странной пассажиркой. «Эти туристы совсем свихнулись!» – подумал он. Перед тем как выйти из машины, женщина дала ему денег и пояснила знаками – отъезжай и жди. Ее английский, дополняемый жестами, был ужасен, но таксист понял.

Очертания руин оживали в закатных лучах солнца, они казались золотыми останками свернувшегося окаменевшего чудовища. Феодора спряталась и стала ждать. Созерцание жалких осколков былой роскоши наводило на мысли о времени. Его приговор неумолим. Когда-то между этими красно-черными колоннами шествовали всесильные владыки, теперь же ветер носит стебли сухой травы… Что же остается неподвластным бегу столетий?

Шуршание шин по дороге отвлекло госпожу Рябову от идеи вечности и вернуло ее к проблеме насущной. Она почти не удивилась, узнав в приехавших мужчинах Корнеева с охранником. Предугадывая маршрут, который у Владимира был неизменным, мнимая Ариадна заняла заранее выбранную позицию.

Все разыгралось как по нотам, видно, Зевс еще не утратил своего могущества: он услышал мольбы новоявленной минойской дамы и внял им. Наверное, громовержец соскучился по прошлому, ведь боги бывают так похожи на людей. Зевсу порядком надоели бестолковые шумные туристы, и он с удовольствием включился в игру. Почему бы не развлечься? Если верить мифу, то грозный Зевс приходился дедушкой Ариадне… так что она имела полное право рассчитывать на его помощь.

– О ужас, эти каменные сети…

Феодора не узнала собственнго голоса – словно все ожило: Кносский дворец; Минотавр, блуждающий во мраке нескончаемых коридоров подземной ловушки, роняя с губ клочья пены; Ариадна с волшебным клубком в руке…

Черноволосый красавец Владимир застыл как вкопанный. Кем он почувствовал себя? Время дрогнуло, повернуло вспять, оно послушалось Феодоры – или Ариадны? Или тоскующего Зевса?

– Владимир Петрович!

Неуместный, лишний здесь крик телохранителя разрушил колдовской миг. Прошлое померкло и отступило в небытие. Феодора метнулась прочь, в спасительную тень, укрылась от взгляда Корнеева. На сегодня достаточно, большего не требуется. Если человеку изменяет чувство меры, он проигрывает. Точно рассчитанное усилие – вот секрет успеха. Перебор, недобор – и тщательно спланированное действие трещит по швам, рассыпается в прах.

– Благодарю… – прошептала Феодора, и ветер унес ее слово неведомому адресату.

Владимир взял у нее клубок! Это залог будущей встречи.

Она переоделась, связала наряд Ариадны в узел – пора было возвращаться в отель. Корнеев с сопровождающим уехали, вокруг быстро темнело. Госпожа Рябова, обессиленная после пережитого волнения, кое-как добрела до ожидающего ее такси. Водитель уснул.

– Эй, шофер! – воскликнула она на ломаном английском. – Поехали.

Теперь, в задымленной, многоголосой, запруженной людьми и транспортом Москве изрезанное голубыми гаванями побережье Средиземного моря, иглы минаретов на розовеющем небе, узкие улочки венецианских кварталов и прочие экзотические красоты Крита казались Феодоре далеким сном. Продолжение этого сна она надеялась досмотреть в Москве.

Неделю пришлось потратить на выяснение, где живет и любит бывать господин Корнеев-младший. Феодора Евграфовна задействовала старые связи. Один из бывших высокопоставленных чиновников был дружен с Корнеевыми, он и поведал ей, что у этой семьи есть просторная квартира в городе и два загородных дома. Поместьями их не назовешь, но земли много, коттеджи выстроены по современным проектам, добротно, без экономии средств. Старший Корнеев живет за городом, на свежем воздухе, а сын курсирует то туда, то сюда. Он любит путешествовать, в Москве бывает наездами и время от времени уединяется в своем доме, живет отдельно от родителей.

– Жена Петра Даниловича – простая, пожилая уже женщина, не из нынешних финтифлюшек, – говорил чиновник. – Владимир у нее поздний ребенок, она его опекает с излишним усердием. Здоровье у Корнеевой смолоду хлипкое, да и возраст берет свое. Так что сын все больше отдаляется от нее, живет своими интересами.

– А где он бывает? – спрашивала госпожа Рябова. – Чем занимается?

Чиновник развел руками.

– Не знаю, драгоценнейшая Феодора! Сдается, ничем – ловелас, жуир. Зачем ему утруждать себя? Папиных денег на три жизни хватит.

– Ловелас? Я, наоборот, слышала, что он равнодушен к женщинам.

– Да? – поднял кустистые брови чиновник. – Ну, жениться он не торопится, это точно. Может, он из голубых? Как их нынче называют-то? Геи?

«Только не это! – мысленно взмолилась Феодора. – Иначе все мои старания насмарку!»

Она уволилась с работы, деньги таяли, и промедление с заключением выгодного брака для нее было смерти подобно. Надо ковать железо, пока горячо.

– Даже у геев есть увлечения, – через силу улыбнулась госпожа Рябова. – Неужели молодой Корнеев живет затворником?

– Нет, конечно, – задумчиво произнес чиновник. – Погодите-ка, он, кажется, любит бильярд.

Об этом Феодора узнала еще на Крите. Бесполезные сведения! В бильярд она играть не умела, заявиться домой к Корнеевым не представлялось возможным, и застать Владимира в Москве, оказывается, тоже проблема. Как же быть?

– Ну… ходит же Владимир куда-нибудь? В рестораны, ночные клубы…

Чиновник смерил ее пронизывающим взглядом, усмехнулся.

– Он и вам голову вскружил, блистательнейшая? Да ведь он против вас щенок совсем. Или сердцу не прикажешь?

Феодора промолчала, скрывая выступившие на глазах слезы.

– О-о! – воскликнул чиновник, потирая руки. – Пожалуй, есть у Владимира мелкая страстишка. Вспомнил! Только ради вас, прелестнейшая Феодора! Выдаю секрет отпрыска давних приятелей. Открылось лет пять назад в уголке старой Москвы одно любопытное заведение – «Гюльсара» называется. Внутреннее убранство напоминает нечто среднее между гаремом и гостиной в восточном стиле. Посетителям предлагают кальян с изысканными сортами табака, кофе по особому рецепту, шербет, восточные кулинарные шедевры, но славится заведение не этим. Там изумительная женская танцевальная труппа, танец живота и все такое – гибкие, пластичные, потрясающе красивые девушки. Если Владимир куда и ходит, приезжая в Первопрестольную, то в «Гюльсару».

– Стриптиз там есть?

– Великолепнейший! Редчайший образец эротической пластики! Мне один знакомый чудеса рассказывал.

Госпожа Рябова сразу почувствовала: встреча в «Гюльсаре» – как раз то, что нужно! От избытка эмоций она едва не бросилась обнимать старика. Тот смущенно улыбался, довольный. Сумел угодить капризной Феодоре. Ах, что за женщина!

Предстояла кропотливая подготовка к очередной случайности, но мнимую Ариадну не пугали трудности. Чутье подсказывало ей – Владимир Корнеев уже поддался ее чарам. Клубок золотых нитей будоражит его, заставляет действовать. С Крита она уехала первой, но и молодой человек собирался возвращаться в Москву.

Глава 6
Москва. Октябрь

– Принеси холодной минералки, – простонал Эдуард, морщась от боли. – И побыстрее.

Секретарша выпорхнула за дверь. Не часто доводилось ей видеть шефа в таком плачевном состоянии. Женитьба ему впрок не идет.

Вчерашняя попойка в «Червовом короле» удалась. Правда, набрался до чертиков только Проскуров. Славка пил сначала фруктовый коктейль, потом зеленый чай, посмеивался над приятелем.

– Я за рулем, – отмахивался он от приставаний Эдика. – Кто тебя домой повезет, алкаш несчастный?

– Тут ты, брат, в точку попал! Не-счаст-ный…

– Не гневи бога, Эдик, – возмутился Смирнов. – Живой, здоровый, богатый, и ноешь? Подумай, сколько наших ребят покалеченными остались, сколько в цинковых гробах домой вернулись. А что с тобой случилось? Жена сбежала? Эка невидаль!

Про погибшего Олега сыщик деликатно умолчал.

– Братана жалко, – прерывисто вздохнул Проскуров, наливая себе очередную порцию коньяка. – Зачем я этот проклятый мотоцикл ему дарил? Помянем.

Поминали, пока Всеслав не решил, что пора уходить. Эдик, навалившись на его плечо, еле передвигал ногами, тяжелый, как сто пудов.

Сыщик отвез почти бесчувственного товарища, потом поехал домой. Ева уже спала. На кухонном столе лежала записка: «Жаркое остыло. Так тебе и надо». Есть не хотелось. Смирнов принял душ и лег. Из головы не шла трагическая случайность, вследствие которой погиб Олег Хованин. А что, если… Нет! Не может быть. Эх, надо бы мотоцикл осмотреть! «Не справился с управлением, врезался в бетонное ограждение…» – вспомнились слова милиционера.

Сколько ребят погибает из-за собственной лихости, пренебрежения правилами, убеждал себя Всеслав. Но явившаяся невзначай непрошеная мыслишка беспокоила, мешала уснуть. Тяжелое забытье навалилось разом, поглотило мелькающие в памяти обрывки событий.

Утром Ева с трудом разбудила Смирнова.

– Будильник разрывается, – ворчала она, – а тебе хоть бы что! Как там твой Эдик?

– У него брат умер, – пробормотал сыщик. – Двоюродный. Разбился на мотоцикле.

Ева всплеснула руками, присела на край дивана.

– Ничего себе! Сначала бывший спецназовец убил жену, потом двоюродного брата… Сколько тому было лет, кстати?

– Тридцать.

– Ревность! Проскуров приревновал более молодого и красивого брата к Нане и расправился с обоими.

– Эдик был на работе, когда произошла авария, – устало возразил Всеслав. – Что ты на него так взъелась? Я, между прочим, тоже бывший спецназовец.

– Ты – другое дело. Сам же говорил, что Проскуров занимался продажей оружия! Такие типы на все способны.

– Ошибки молодости, Ева, он давно искупил.

– Ага. Ты мотоцикл осматривал? – сердито спросила она. – Никакой проводок не надрезан? Тормоза в порядке? Жаль, я в технике не разбираюсь.

Она как в воду глядела. Славка полночи крутился, думая о том же. Правда, Эдика он не подозревал, но гибель Хованина показалась ему не случайной.

– Я зверски проголодался, – сказал сыщик, не желая обсуждать этот вопрос. – У меня на сборы и завтрак – полчаса.

– Женщине место на кухне! – обиделась Ева. – Так тебя следует понимать?

В полчаса Смирнов не уложился – звонил, искал подходы к эксперту, который должен был заняться мотоциклом Хованина. Обширные связи среди работников столичной милиции и ГИБДД, приобретенные за последние годы, легко позволили ему договориться с нужным человеком. Увы, худшие опасения оправдались.

– Машина серьезно пострадала, – объяснил эксперт. – Но, сдается мне, парень врезался в ограждение не по своей вине. Полагаю, гайка крепления переднего колеса была ослаблена. На повороте, тем более на скорости, мотоцикл потерял управление, и поездка закончилась печально. Погибший вам кем приходится?

– Другом, – солгал Всеслав.

– Полагаю, парню помогли отправиться в мир иной, – вздохнул эксперт. – Ну, а выяснить, кто и почему, это уже не моя работа.

Сыщик промотался по городу несколько часов, разузнавая, где Хованин оставлял мотоцикл. Оказывается, гаража он приобрести не успел, и машина стояла либо у дома, практически без присмотра, либо в закрытом дворике возле здания, где Олег работал. Фирма «Геопроект» предоставляла частным лицам и организациям услуги по геодезии и проектированию несложных наземных и подземных сооружений. Хованин считался квалифицированным специалистом, умницей, но работал без огонька, только ради зарплаты. С коллегами общался официально, в рамках необходимого сотрудничества, ни с кем близко не сошелся. Основной круг его друзей и знакомых составляли «дети подземелья» – группа московских диггеров, к которой он примкнул десять лет тому назад, будучи еще студентом.

В принципе Хованин мог оставить мотоцикл где угодно – на улице у бара, где он частенько пил пиво с приятелями; у забегаловки, где он обедал; у клуба «Ахеронт», где собирались «дети подземелья», – в общем, любой желающий имел возможность незаметно подойти к мотоциклу Олега и повредить его. Установить же личность злоумышленника было бы крайне сложно.

Все эти сведения сыщик собрал без помощи Эдика. Он еще не придумал, как сообщить товарищу о выводах эксперта. Впрочем, рано или поздно Проскуров сам узнает. Дело, в смысле перспектив раскрытия, дохлое, скорее всего, милиция и возбуждать его не будет, оформит как несчастный случай. Ослабленная гайка – шаткий аргумент, который легко опровергнуть: мол, Хованин сам мог ее не докрутить или раскрутить по халатности. Мог доверить починку мотоцикла недобросовестному мастеру, или гайка расшаталась по техническим причинам – найдется десяток доводов не в пользу версии преднамеренного убийства. Да и мотив не вырисовывается. Судя по отзывам, Олег был человеком неконфликтным, нормально ладил с людьми, богатства не нажил, врагов тоже. Хотя последнее нуждалось в тщательной проверке. Ревность? Этот мотив требовалось отработать.

До встречи с диггерами Смирнов решил съездить к Эдику, поговорить. Негоже скрывать от него подробности гибели брата.

Уже открывая дверь в офис товарища, сыщик подумал: смерть Хованина совершенно отвлекла его от поисков Наны. Так и было задумано, что ли?

Хозяин уютного кабинета с табличкой «Э. С. Проскуров» полулежал, откинувшись на спинку кожаного кресла, с мученической гримасой на лице. Его терзала невыносимая головная боль. Противник таблеток, Эдик предпочитал естественное восстановление организма воздействию фармацевтических препаратов.

Он молча выслушал Славку, медленно бледнея. Последние краски сбежали с его щек.

– Ты полагаешь, брата… убили? Боже! Что за нелепица! Мог эксперт ошибиться?

– Ошибиться может каждый, – философски заметил сыщик. – Наше дело – все проверить.

– Да, конечно…

Казалось, Эдуард плохо понимал, о чем идет речь.

– Ты не знаешь, у Олега была женщина? Он с кем-нибудь встречался? – спросил Смирнов первое, что пришло на ум.

Проскуров пожал плечами, задумался.

– Наверное, была. Олег менял одну подружку на другую, ничего серьезного, по-моему. А что?

– Чтобы захотеть убить человека, иметь надо причину. Ревность, например, или корысть. Страх тоже подойдет. Месть, непреодолимая личная неприязнь, переросшая в патологическую ненависть. Ты сам не хуже меня знаешь, что толкает людей на убийство.

– У Олежки не было врагов!

– Ты уверен?

Эдуард растерянно потянулся за стаканом с водой.

– Хочешь пить?

– Не съезжай с базара, – усмехнулся Всеслав. – Со мной такие номера не проходят.

– Как я могу быть уверен? – вяло возмутился Проскуров. – У Олега была своя жизнь, которую он со мной не обсуждал. Эта его подземная лихорадка, например! Что за глупая, дикая страсть – лазать по канализационным трубам, в темноте, в отвратительной вони?! Какое в этом удовольствие?

– Ты прекрасно знаешь, что городские подземелья и канализация – не одно и то же, – возразил сыщик. – И воняет далеко не везде.

– Я не смог уговорить Олега бросить это сомнительное занятие, – признался Эдик. – Потому и злюсь – на него, на себя! Что за мальчишество, ей-богу?

Он запнулся, вспомнил: Олега уже нет в живых, негодовать бесполезно. Виновато отвел глаза.

– Когда ты виделся с братом последний раз? – спросил Смирнов.

– Позавчера. Он приезжал сюда, отдал давний долг. Как чувствовал… Я не хотел брать деньги, но Олежка настоял.

– Большая была сумма?

– Да нет, мелочь. Он много не одалживал, знал, что отдавать нечем будет. Какая у них там, в «Геопроекте», зарплата? Слезы одни.

– Олег приезжал на мотоцикле?

– Конечно, он с ним не расставался.

– Значит, гайку могли развинтить совсем недавно, иначе авария произошла бы раньше.

– Вижу, ты не сомневаешься в том, что Олега убили, – сказал Проскуров. – Но за что? Кому это понадобилось? Деньги он брал в долг только у меня.

– А кто имел доступ к его мотоциклу?

– Да все! – подтвердил Эдик выводы Смирнова. – Он же его оставлял на улице. Я предлагал купить гараж, но проблема осталась бы. В гараже можно держать мотоцикл ночью. А днем? Платные стоянки – тоже не выход. Ты где свою «Мазду» паркуешь?

– Где придется.

– Вот!

Сыщик не мог не согласиться с его доводами.

– Получается, с этой стороны к убийце не подберешься. У тебя есть какие-нибудь соображения, подозрения?

Проскуров с сожалением покачал головой.

– Как думаешь, смерть Олега связана с исчезновением Наны? – в упор задал вопрос Всеслав.

– На что ты намекаешь? – растерялся Эдик.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное