Наталья Солнцева.

Кольцо Гекаты

(страница 7 из 33)

скачать книгу бесплатно


Анна действительно позвонила Фариду Гордееву сразу же после ухода мужа. Тот подумал немного, быстренько отправил всех спортсменов восвояси и сбегал в магазин за хорошим вином. Такая женщина, как Анна Наумовна Левитина, встретилась ему впервые. В ней ощущалось что-то непонятное… Она напоминала Фариду гейшу, хотя в ней не было ровным счетом ничего восточного. И почему, собственно, гейшу? В Анне Наумовне скорее можно заметить черты повелительницы… Непонятная дама! Отчасти Кора была права насчет денег. Сумма огромная, а госпожа Левитина не ставит никаких условий, не требует процентов, вообще ничего! Разве это не странно? Какое ей дело до Фарида и его спортивного бизнеса? Заниматься восточными боевыми искусствами, она, конечно же, не собирается, это была шутка, которую Гордеев принял за правду.

– О чем задумались, господин Гордеев? – спросила Анна Наумовна, уже минуту наблюдая за тяжкими муками мыслительного процесса, протекающего в голове Фарида.

– О вас, – сразу ответил он, поднимая на гостью темные глаза.

– Мне нравится, когда мужчины думают обо мне, – сказала она, присаживаясь на край стула. – И что вы обо мне думаете?

Фарид неопределенно развел руками. Анна Наумовна любила, когда сильные мужчины, такие, как Гордеев, терялись и не знали, как себя вести. Это ее забавляло.

– Вы смутили меня, – признался он. – Но я соберусь с мыслями и все-таки отвечу.

– Я подожду. Только не очень долго. У меня бурный темперамент, – она засмеялась. – Ну, куда побрели ваши мысли? Неужели, подобно овечкам, щипать травку на зеленых склонах забытых богом гор? Зовите же их сюда! У вас есть волшебная дудочка?

Госпожа Левитина откровенно веселилась, но, как ни странно, это не раздражало Фарида. Ему все больше нравилась эта женщина, ее манера говорить, шутить, хмурить брови. Казалось, глядя на нее, он узнавал что-то давно забытое…

– Мне становится не по себе рядом с вами, – серьезно сказал он. – И я не могу понять, почему,… Но я не привык сдаваться. Каждую загадку можно отгадать.

– Похвальное качество, – улыбнулась Анна Наумовна. – И редкое. Только, позволю себе заметить, не всякая разгадка приносит желаемое удовлетворение. Некоторые сундучки лучше оставить закрытыми.

– Хотите выпить? – спросил Фарид.

Он чувствовал нарастающее волнение и надеялся, что вино поможет с ним справиться.

– Пожалуй…

Она молча смотрела, как господин Гордеев, доставал бокалы, и наполнял их.

– За нашу встречу, – сказал он, легонько чокаясь. – Я не верю в случайности. А вы?

– Знаете, в чем преимущество женщин? – задумчиво произнесла гостья. – Они могут не снимать головного убора, не скрывать своего страха и оставлять вопрос без ответа.

– Тогда я рискну задать еще один. Почему вы даете мне эти деньги?

– Ах, деньги? Они здесь. – Анна Наумовна показала рукой на небольшую спортивную сумку, которая стояла в уголке у двери. – Я хочу, чтобы вы продолжали заниматься тем, что вам по душе.

Мужчина-воин… Это не так часто встречается!

– И все же. Вы понимаете, что я вряд ли смогу вернуть вам долг?

– Долги! – усмехнулась она и повела плечами. – Может статься, это я их вам возвращаю… Все так запутанно!

Фарид испугался, что она сейчас встанет, улыбнется на прощание и уйдет…

– Вы будете жить в этой квартире? – спросил он, чтобы задержать ее хоть на минуту.

Но госпожа Левитина, похоже, не торопилась.

– Не знаю, – лениво ответила она, удобнее устраиваясь на стуле. – Я еще не решила. А теперь моя очередь задавать вопросы.

Фарид кивнул.

– Это справедливо. Я готов.

– Расскажите мне о себе. Почему вы уехали из Петербурга? Не любите городскую жизнь?

Гордеев пожал плечами.

– Если бы я знал! Так… потянуло вдруг на просторы. Здесь мне как будто не хватает чего-то… да и скучно! Мелководье…

– Что?

– Мелководье. – Фарид пояснил: – Настоящая океанская рыба уходит на глубину, в синюю бездну. Там ее стихия. Есть, где разгуляться… А мелкая вода привлекает мелкую рыбешку.

– Вы рыбак?

– Немного. Плавал на «Хабаровске» – это такое большое рыболовное судно. Охотился, лес сплавлял, одно время на приисках работал. Наверное, искал себя. Да так и не нашел! Гостем себя чувствую – тоскую по морю, по степным просторам… но нигде не могу обрести покоя. Странник я… Или заблудился. Теперь вот ищу дорогу, а спросить некого.

Анна молчала, ждала. Но Гордеев ушел в себя, замкнулся. Внутри него происходила какая-то борьба.

– А почему вернулись? – спросила госпожа Левитина.

Он махнул рукой. В раскрытое окно влетела оса и, жужжа, устремилась к фруктам в вазе.

– Глупо получилось. Повел себя, как это насекомое! На сладкое потянуло… Только человек не оса, с него спрос другой.

– Женщина? – догадалась Анна Наумовна. – Красивая?

– Как утренний рассвет, – мечтательно сказал Фарид. – Только не любил я ее. Спали вместе – это было. Но… оказывается, секс и любовь – разные вещи! Непонятная получилась история.

– Мне пора. – Госпожа Левитина легко встала и подошла к Фариду, коснулась губами его щеки. – Я была рада вас увидеть. Надеюсь, что смогла быть полезной. Думаю, мы еще встретимся. Хотя… лучше бы не надо.

Гордеев опомнился, когда уже хлопнула входная дверь.

«Я ее даже не проводил! – подумал он запоздало. – Столбняк на меня нашел, что ли? Застыл, как истукан. Вот черт! Неудобно…»

Его даже не радовали деньги, оставленные Анной Наумовной. То есть, это, конечно, хорошо, но… Фарид запутался в своих рассуждениях и загрустил. С горя выпил всю бутылку и сидел, следя глазами за летающей по комнате осой, пока в квартиру не ворвалась взволнованная Кора Танг.

– По какому случаю пьянка? – возмутилась она. – Что с тобой?

– Я оса… – сказал Гордеев, поднимая на нее мутные, больные глаза. – Ты понимаешь?

– Понимаю! – Она со злостью схватила со стола пустую бутылку и бросила ее в ведро. – Приходила эта… твоя благодетельница?

– Угу. – Фарид кивнул головой в сторону сумки. – Вон деньги.

Кора открыла молнию и ахнула. Никогда в жизни ей не приходилось видеть такое количество американской валюты.

– И что, это тебе за красивые глаза?

Гордеев молчал. У него болело сердце, ныло, как перед неизвестной опасностью.

– Чего молчишь? – еще больше разозлилась Кора. – Дар речи пропал от счастья?

– Р-разве ты не рада?

– Еще как рада! Особенно после того, что мне удалось узнать. Я-то, в отличие от тебя, не сидела на заднице и не тянула вино, а занималась делом.

– К-каким?

Фарид начинал медленно приходить в себя, глядя на взбешенную Кору.

– Ну, говори.

– Ты знаешь, кто эта твоя мадам Щедрость? Это жена Юрия Салахова! Слыхал о таком?

Фарид отрицательно покачал головой. Он действительно не знал никакого Салахова, но слова Коры о том, что Анна Наумовна чья-то жена, неожиданно отозвались тоскливым сожалением.

– Что за Салахов? Кто он такой?

– Денежный мешок – вот кто! Из новых русских. Квартиру эту он ей купил! Где его жена деньги взяла, по-твоему? У супруга позаимствовала. Интересно, она удосужилась его согласия спросить? Как ты думаешь?

С каждым словом Коры Фарид все больше трезвел. Ситуация выглядела не совсем благополучно. Более того, она могла обернуться крупными неприятностями.

– Ты это серьезно? – спросил он у Коры. – Не ошибаешься?

– Боже мой! Конечно же, нет! Я обратилась к профессионалу, он все и выяснил. В этой квартире раньше жили мать с дочерью. Потом дочь попала под машину… Ходили слухи, что здесь обитает нечистая сила. Ну, это ерунда и сплетни, разумеется, а вот то, что квартира долго не продавалась – чистая правда. И тут появляется милейшая Анна Наумовна и сходу ее покупает. Странно?

Фарид кивнул.

– Ты что, наняла детектива?

– Пришлось. Как бы я, по-твоему, так быстро все узнала? Жаль, дорого берет, парень. Буду дальше следить сама.

– Хорошо. Что ему еще удалось выяснить?

– Только то, что этот дом пользуется дурной славой. В той квартире, где живет профессор Рубен, женщину убили, бывшую хозяйку. Наверное, старик не знает об этом. А эта квартира, в которой ты спортзал устроил, вообще проклятая – так люди говорят. Недаром и новая хозяйка в ней почти не жила. Около года наведывалась, а потом – сам знаешь, уехала, и с концами!

– Глупости! Сколько мы тут с ребятами занимались, сколько раз они ночевать оставались – никогда никто не жаловался. Да я и сам ничего такого не замечал. А ты?

Кора подумала, накручивая на палец длинную прядь волос.

– Нет, – вынуждена была признать она. – Я тоже никаких чертей здесь не видела. Квартира как квартира.

– Ну вот! Мало ли, что люди болтают…

– Допустим. А как эта «меценатка» выглядит? Ты ее как следует рассмотрел? Она, оказывается, на двенадцать лет старше своего муженька. Представляешь? И как такие бабы их на себе женят! Отравы, что ли, какой в еду насыпают? А?

Фарид неопределенно хмыкнул. Анна Наумовна показалась ему довольно молодой женщиной. Сколько ей можно было дать? Лет тридцать от силы. Выходит, ее супругу восемнадцать? Когда же он успел бизнес наладить, капитал заработать?

– Сколько они женаты? – уточнил Гордеев.

– Говорят, лет десять.

– Не может быть! Левитиной самое большее – тридцать пять, и то с натяжкой. Она что же, за ребенка замуж выходила?

– Да, – вздохнула Кора. – Вижу, она и тебя охмурила. Каких тридцать пять? Опомнись, очарованный странник! Ей пятьдесят один год! Это точно. Мне сыщик сказал. Ошибки быть не может.

– Подожди, – опешил Фарид. – Я что-то не понимаю…

– Да что тут понимать?! – вспылила Кора. – У тебя из-за ее баксов все соображение отшибло! В упор видеть перестал!

– Может, она пластическую операцию делала за границей? Ей-богу, Кора, если бы ты ее видела…

– Ладно, не заливай! – грубо перебила его девушка. – Признайся, что ошалел от счастья, и пятидесятилетняя баба показалась тебе аленьким цветочком! Не каждый день такая халява прет. Так что можно тебя понять.

Гордеев молчал, обдумывая информацию и вспоминал лицо Анны. Он, конечно, особо не присматривался, но…

– Не может быть! – упрямо повторил он, чем окончательно вывел из себя Кору.

– Ты что, влюбился? – Ее голос срывался от злости, на щеках выступили красные пятна. – Или хочешь быть на содержании у этой старой карги? Думаешь, она будет решать все твои проблемы?

– Зачем ей это может быть нужно? – растерянно спросил Фарид то ли Кору, то ли самого себя. – Какой ей толк меня обманывать?

– А ты не догадываешься? Наивный… Да она хочет тебя! Увидела – и захотела. Чем ей еще заниматься? Ты и растаял, поверил, будто она интересуется боевыми искусствами! – Кора неестественно громко захохотала. – Ой, не могу! Держите меня! Глупенький маленький мальчик Фарид влюбился в тетеньку! Он будет целовать тетеньке пальчики, а тетенька купит ему за это мороженое!

– Прекрати! – Фарид схватил Кору за плечи и резко ее встряхнул. – У тебя истерика. Хотел бы я знать, из-за чего. Неужели ты ревнуешь?

– Почему ты ни разу не говорил мне о том, что любишь меня?

Вопрос поставил Гордеева в тупик. И правда, почему? Любил ли он Кору? Он ни разу не задумывался об этом, так же, как в своих отношениях с Йоко. Ему нравилась близость с ней, только и всего. Он вообще не думал о любви. Зачем? Разве им с Корой было плохо?

– Тебе плохо со мной? – спросил он в продолжение своих мыслей.

Она растерялась. То, что они любят друг друга, казалось само собой разумеющимся. Ей и в голову не приходило, что для него это может быть по-другому.

– Почему ты спрашиваешь? Это из-за нее?

– При чем тут Левитина? Ты можешь просто ответить, что тебя не устраивает?

– До сих пор, пока не появилась эта… – Кора заплакала. Слезы градом катились по ее смуглому лицу. – Пока ты не увидел ее…Ты даже не заметил, что ей пятьдесят!

Она зарыдала. Фарид рассеянно слушал ее бормотание вперемежку со всхлипываниями. Пожалуй, он не пытался узнать Кору поближе, не хотел. Его устраивало то, что было между ними, и ничего большего он не желал.

ГЛАВА 9

– Папа! А Марта хочет косточку проглотить! – запыхавшись от быстрого бега, радостно сообщил Марк.

– Какую косточку? – не сразу сообразил Артем, который брился в ванной, одновременно размышляя, что ему сегодня предстоит сделать.

– Абрикосовую! – еще радостнее пояснил Марк, прыгая на одной ноге.

– Так что же ты стоишь? – возмутился Артем. – Беги и отбери у нее!

Мальчик с готовностью кинулся в детскую, где на маленьком хохломском столике Динара оставила детям тарелку абрикосов. Марта, вся перемазанная оранжевой мякотью, разламывала очередной фрукт. Ее щеки подозрительно оттопыривались, из чего можно было заключить, что во рту Марты уже не одна косточка, а две.

– Выплюнь! Выплюнь сейчас же! – без особого успеха убеждал сестренку Марк.

Вошедший в детскую Артем застал уже другую картину. Мальчик довольно бесцеремонно залез рукой в рот Марты и вытащил сначала одну косточку, а потом другую. Она привыкла к подобному обращению и не особо протестовала.

– Идите к маме! – скомандовал Артем. – Она даст вам творожной запеканки.

Дети наперегонки бросились по коридору на кухню, откуда плыли восхитительные запахи корицы и ванили. Близнецы обожали сладкое, и предлагать им на завтрак что-то другое просто не имело смысла. Зоя Петровна постоянно ворчала по этому поводу, взывая к совести «бесхарактерных родителей», которые идут на поводу у детей и кормят их чем попало, вместо того, чтобы организовать здоровое питание. Артем и Динара привыкли к недовольству няньки и не обращали на это внимания. Слава богу, близнецы выздоровели, и теперь с ними можно было целые дни гулять. На улице они вели себя гораздо приличнее, чем дома.

– Опять сладкое! – возмутилась Зоя Петровна, переступая порог квартиры и учуяв аромат запеканки. – Наказанье мне с вами! Диатеза еще только не хватало.

Но никакого диатеза у близнецов сроду не было, несмотря на огромное количество поедаемых пирожных, тортиков, вафель, халвы и конфет. Они отличались отменным здоровьем, если не считать обычных детских инфекций, да и те Марк и Марта подхватывали редко. В основном, они носились, как два неутомимых маленьких мустанга, и придумывали себе развлечения, одно изобретательнее другого.

Артем и Динара с облегчением вздохнули, передав детей на попечение Зои Петровны, и засобирались на работу.

– Посмотри, – сказал Артем, показывая жене небольшую любительскую фотографию.

Молодая женщина стояла между обломков античных колонн на фоне синего моря и такого же синего неба. Полупрозрачное светлое платье обвивало ее ноги, она придерживала рукой соломенную шляпку, которую ветер старался сорвать с ее головы.

Динара мельком глянула на снимок.

– Ничего дамочка… Кто это?

– Объект наблюдения, – коротко ответил Артем. – Муж хочет узнать подробности частной жизни своей супруги.

– Дай-ка сюда. – Динара взяла снимок в руки и начала пристально его разглядывать. – Тут едва можно различить лицо. Получше у любопытного мужа ничего не нашлось?

– Нет. Он объяснил, что жена не любит фотографироваться.

Динара удивленно фыркнула.

– При современных технических средствах на это не надо спрашивать разрешения!

– Согласен. Но господин Салахов панически боится, что супруга может догадаться… Он велел мне быть крайне осторожным и деликатным. И выразил готовность удвоить тариф, только бы слежка не была замечена.

– Как ты сказал? – переспросила Динара. – Господин Салахов?! Ну-ка, дай сюда фотографию!

Она впилась глазами в лицо женщины на снимке.

– Узнаешь? – спросил Артем.

– Это же… наша соседка! Та, что купила квартиру Альшванга. Она что, жена Салахова? Того самого?

– Если под «тем самым» ты подразумеваешь известного бизнесмена, то да.

– Странно… – Динара не могла оторваться от фотографии. – Неужели это все-таки она? Такая молодая… Это что, давнишний снимок?

– Салахов сказал, что позапрошлогодний. Более позднего нет.

– Да? – удивилась Динара. – Впрочем, резкость плохая, и свет неудачно падает, так что… Все равно, странно!

– Что ты о ней знаешь?

– Почти ничего, как и все соседи. Я даже забыла, что она вышла замуж за Салахова. Столько лет прошло. Сейчас в ее квартире Фарид устроил спортзал.

– А кто ему разрешил?

– Думаю, он сделал это самовольно. Квартира долго стояла пустая, никто ею не интересовался, вот он и рискнул. Незаконно, конечно.

Динара отдала снимок мужу.

– Где мой галстук? – спросил Артем, роясь в шкафу.

– Посмотри в детской, – рассеянно ответила Динара.

Она была поглощена мыслями о супруге Салахова. Каким образом судьба собирает людей вместе, сталкивает их друг с другом или разъединяет?

– Ты только полюбуйся! – ворвался в гостиную Артем. – Они сделали из галстука уздечку для своей лошади!

– Артем, – Динара серьезно смотрела на мужа. – Господин Салахов хочет, чтобы ты проследил за его женой?

– Именно так. И готов хорошо заплатить!

– Мы сможем обойтись без этих денег?

Артем был раздражен из-за испорченного галстука и не сразу понял, куда клонит жена.

– Сможем. А в чем, собственно, дело? Работа обычная – выяснить подробности из жизни женщины. Она не киллер, не политик, не знаменитость и не криминальный авторитет. Что тебя беспокоит?

– Артем, я очень редко вмешиваюсь в твои дела. Правда?

– Правда.

– И очень редко настаиваю, чтобы ты сделал по-моему. Правда?

– И это правда. Что…

– Выслушай! – перебила его Динара. – Я не хочу, чтобы ты занимался этим!

– Чем?

– Следил за этой дамой.

– Ты что, ревнуешь?

Артем улыбнулся и попытался поцеловать жену, но она уклонилась.

– Не говори глупостей! – рассердилась она. – Я не шучу! Эта женщина… тебе не нужно связываться с ней. Вообще никак! Понимаешь?

– Стараюсь…

Артем снова сделал попытку обнять Динару, и снова она выскользнула из его рук. Похоже, ревность вспыхнула, как вулкан. Цыганская кровь! Лучше не дразнить ее. Придется сделать вид, что послушался, решил Артем. Иначе не миновать семейного скандала.

– Я все понял, дорогая, – дурашливо поднимая руки кверху, сказал он. – Сдаюсь, сдаюсь. В конце концов, слежка – давно не мое амплуа. Это скучно.

– Дай мне слово, что не будешь вмешиваться в жизнь этой дамы ни под каким предлогом! – сверкая глазами, потребовала Динара.

Здорово ее проняло! Ишь, глаза горят, как у пантеры! Бешеный темперамент супруги приводил Пономарева в умиление.

На работу они ехали молча.

– У тебя есть сигареты? – спросила Динара уже в офисе.

– Для тебя, любовь моя, – все, что угодно! – поклонился Артем, подавая ей пачку «Давидофф».

– Что ты сейчас будешь делать?

– Сначала почитаю кое-какую писанину… потом поеду, поговорю с Сашей Мерцаловым. Давно не виделись. Закуришь?

Она покачала головой, отказываясь от зажигалки, заботливо поднесенной супругом.

– Покурю у себя в кабинете, в тишине. Хочу подумать…

– Тоже правильно, – неопределенно хмыкнул Артем, скрываясь за своей дверью. – И мне есть над чем подумать.

Он велел секретарше никого к нему не впускать, закрылся и достал из сейфа записки маньяка. Прежде чем углубиться в темные лабиринты чужих размышлений, Пономарев завел маленький будильничек, который должен был позвонить ровно через час. Уже десять утра, а на полдвенадцатого у него назначена встреча с Мерцаловым.


…С того незабываемого момента, который перевернул мою жизнь, я потерял интерес к живым женщинам. Противные, жеманные притворы или злобные ведьмы – вот кем они стали для меня. Только мертвые они становятся настоящими, такими, какими должны были быть по замыслу Божьему – покорными, нежными и безмолвными. Никаких лишних жестов, никаких ненужных разговоров – только полное, безоговорочное послушание. А какими они делаются красивыми, спокойными, безмятежными. Им ничего больше не надо, кроме любви – ни денег, ни славы, ни детей, ничего, что могло бы стать для них важнее меня, из-за чего они могли бы изменить мне. Предательство – вот что заключено в самой сердцевинке, которую мы называем женским существом. Оно, это предательство, незаметно зреет, готовое свершиться в любую минуту! Но мертвая женщина лишена и этого, – она уже не предаст, не изменит. Она моя и только моя.

Странно, что моя страсть так долго не проявлялась в полную силу. Она как будто заснула после первой брачной ночи с Принцессой в темном и холодном морге… Я вел обычную жизнь, неотличимую от жизни сотен, тысяч моих сверстников. Я ходил на работу, гулял, иногда посещал вечеринки, на которых невыносимо скучал. По вечерам я зубрил предметы, которые предстояло сдавать в институт. Я был необыкновенно положительным молодым человеком, без вредных привычек, как это принято говорить. К алкоголю и сигаретам равнодушен, к наркотикам тем более. Разгульная жизнь меня не привлекала. Женщины! У меня к ним особая, ни на что не похожая любовь, чистая, как у Грэя, который приплыл к Ассоль на алых парусах…

Отец с матерью еще не знали, что я уже отказался от карьеры медика. Я решил не расстраивать их раньше времени. Почему профессия врача перестала меня привлекать? Затрудняюсь ответить. Может быть, потому, что медицина не приветствует смерть и даже некоторым образом пытается с ней бороться. А у меня свое отношение к Смерти. Она – моя союзница, наперсница моей любви. Я не могу действовать против нее. Она – волшебница, превращающая подделку в истинную драгоценность.

Итак, через год я объявил, что хочу получить техническое образование. Надо отдать должное моим родителям – они с честью выдержали удар. Мама робко заикнулась о факультете журналистики, а отец грозно молчал целую неделю, делая вид, что не замечает меня. В конце концов, они оттаяли. Я, как мог, объяснил им, почему изменил свои планы. Сказал, что желаю быть на переднем крае строительства прекрасного будущего, и они меня поняли.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Поделиться ссылкой на выделенное