Наталья Никольская.

Под стук колес

(страница 2 из 12)

скачать книгу бесплатно

Чай получился основательным. Ко всему перечисленному мною добавились еще и пирожные с белковым кремом.

– Витю ждала, – говорила Надя, разливая по чашкам чай, – хотела, чтобы поел как следует с дороги. Сама даже не садилась еще. Вы ешьте, ешьте…

Я отказалась есть наотрез, пока Надя к нам не присоединится. Она отнекивалась, говоря, что ей кусок в горло не лезет, но я стояла на своем: не стану есть!

Надя вздохнула и принесла себе чашку. Она отломила крохотный кусочек печенья и медленно отпила глоток чаю.

– А скажи, пожалуйста, Надюш, – обратился к ней Павел. – Как себя Виктор вел перед отъездом?

– Нормально вел, как обычно, – ответила Надежда. – Вещи я ему собрала, как всегда.

– Скажи, Надюша, а он не нервничал, не волновался?

– Вы думаете… – с ужасом сказала Надежда, – да нет, что ты, Паша! Неужели ты думаешь… Да нет, ничего такого!

– Я ничего такого не думаю, – поспешил заверить Надю Пашка. – И в мыслях ничего нет против Витька. Просто в такой ситуации все имеет значение, пойми. Может, какая-то мелочь подскажет, где он задержался? Ну, заехать он к кому собирался или еще что? Может, подарок тебе купить хотел?

– Нет-нет. Ничего не говорил. Ты, наверно, беспокоишься о деньгах… – на ее глаза опять навернулись слезы.

– Вот об этом я беспокоюсь меньше всего, – заверил ее Пашка. Он взял худенькую Надину ручку в свою. – Главное, чтобы Витек нашелся. А ты не волнуйся, я уверен, что ничего страшного…

– Вы пока не уходите, а? – попросила Надежда. – Хотя бы пока дочки вернутся, а то мне одной…

Я подумала, что мы сегодня все равно уже ничего не сумеем сделать, поэтому можно не торопиться, и кивнула Павлу.

– Конечно, мы побудем с тобой, – ласково сказал он Наде.

Вся выпечка была очень вкусной, чай ароматным, поэтому я наслаждалась минутами, проводимыми в доме Антиповых. Вот только повод нас сюда привел невеселый.

Я думала, что мне еще надо бы заехать к Ольге, чтобы навести у нее порядок. Сама Ольга отдыхала на юге, в Адлере, завтра должна была вернуться, мы с Павлом обещали ее встретить. Нужно хотя бы полы у нее вымыть. Но бросать Надю не хотелось. Я прикинула, что в крайнем случае можно завтра встать с утра пораньше и проехать к Ольге.

У Нади мы просидели долго, но кроме того, что Виктор вел себя абсолютно нормально перед поездкой, так ничего и не узнали. Но хотя бы в нашем присутствии бедная женщина хоть немного отвлеклась от грустных мыслей.

Потом вернулись ее девочки, и мы с Павлом откланялись, обещая регулярно звонить и сообщать, если что узнаем. Павел все-таки посоветовал Наде заявить в милицию.

К Ольге, конечно, я уже не попала. Мы поехали ко мне, доели курицу и легли спать.

Правда, уснули мы далеко не сразу после того, как легли. Несмотря на то, что Павел был расстроен, вел он себя просто замечательно. Наверное, вспомнил о том, что не поцеловал меня и решил загладить вину. За отлично выполненную работу я его полностью простила.

ГЛАВА ВТОРАЯ
(ОЛЬГА)

Как хорошо ехать в вагоне, смотреть в окно, за которым проносятся леса, рощи, озера и реки.

На душе легко и спокойно, как будто уезжаешь от всех проблем. О них совершенно не думается этим солнечным утром.

Никуда не надо спешить хотя бы эти пару дней, пока находишься в поезде. Можно целыми днями валяться на полке и ничего не делать. Я уже валялась со вчерашнего вечера и чувствовала себя превосходно.

Я возвращалась с Черноморского побережья загорелая, отдохнувшая и счастливая. Отпуск прошел великолепно: я вдоволь накупалась, накаталась на водном велосипеде, насмотрелась местных достопримечательностей и вообще много чего увидела и узнала нового.

Три недели ничегонеделания – просто мечта! Вот моя сестра Полина, наверное, уже умирала бы от скуки и рвалась к своим делам, заботам, обязанностям, гимнастическим упражнениям, – а мне хоть бы что! Даже домой возвращаться не хочется.

Правда, дети… Мои малыши, Артур и Лизонька, по которым я успела страшно соскучиться. Да и по Полине.

Мы с Полиной близнецы. Может быть, поэтому между нами так сильна эмоциональная связь. Я думаю, что именно поэтому. Мы просто не можем долго друг без друга. Сколько бы мы ни ругались, ни ссорились, даже дрались иногда, все равно разлука наша не превышает трех-четырех дней. Разве что в исключительных случаях типа нынешнего.

Адлерский поезд нес меня домой, где меня любили и ждали. По приезде можно будет пошалберничать еще несколько дней, и только потом возвращаться к своим обязанностям и клиентам.

Я психолог по профессии и с недавних пор с Полининой подачи работаю на дому. И в этом, кстати, увидела множество преимуществ. Хотя бы в том, что не нужно рано вставать, мучиться в общественном транспорте, тратиться на талончики…

После обеда я несколько заскучала. Попутчики по купе не очень-то жаждали общения. Одним из них был пожилой бородатый мужчина, который всю дорогу спал. Второй – молодой парень, тратящий все дорожное время на чтение журналов, которыми запасся в Адлере. У него была их целая кипа.

А третья попутчица – женщина лет пятидесяти. С ней мы уже наобщались вдоволь. Она успела рассказать мне все о своих детях и внуках: кто в каком возрасте научился ходить и говорить, кто где учился, кто на ком женился и так далее. Так что мне были известны подробности личной жизни каждого члена ее семьи. Сегодня мы обнаружили, что говорить больше не о чем. И женщина ушла бродить по вагону в поисках свободных ушей, чтобы обрушить на них все то, о чем я уже была наслышана.

Тоже, что ли, размяться? Я слезла со своей верхней полки, потянулась и вышла из купе. Мимо прошла молодая темноволосая проводница в короткой черной юбке. Она взглянула на меня и чуть заметно улыбнулась. Я заметила, что она еще вчера поглядывала на меня, но что ее могло привлечь, пока не понимала. Может, у меня нос в чернилах? Я прошла в туалет и посмотрелась в заляпанное зеркало. Да нет, все нормально.

Послонявшись без дела туда-сюда, я прошла в вагон-ресторан. Поцокала языком от вида цен на предложенные сказочные блюда и вернулась к себе.

В купе я выпросила у молодого соседа парочку уже прочитанных им журналов и занялась ими. Так прошло время до вечера. Когда журналы были изучены от корки до корки по нескольку раз и я могла наизусть рассказать все, что в них написано, я обнаружила, что руки и ноги мои затекли. Нет, нужно вставать, а то до пролежней можно долежаться.

Я снова сползла вниз и вышла в коридор. Из своего купе выглянула молодая проводница. Чего ей от меня надо? Словно чует, что я здесь стою.

– Простите, можно вас на минутку? – с улыбкой спросила вдруг она. Я подошла.

– Я вижу, вы скучаете, – продолжала девушка. – Не хотите составить мне компанию?

– С… с… удовольствием, – подавив удивление, ответила я и прошла в ее купе.

Первое, что бросилось мне в глаза, это бутылка «Столичной» водки, стоявшая на столике. Рядом в вазочке лежали персики и мандарины.

– Садитесь, – предложила девушка. – Меня зовут Марина.

– Очень приятно, Ольга, – представилась я, не понимая еще причины этого гостеприимства.

Неужели по моему лицу можно безошибочно определить, что я не прочь выпить? Боже мой, какой стыд! Да нет, не может быть. Да я и пить совсем не хочу. Даже не думала об этом. Только если эта девушка будет настаивать, выпью чуть-чуть, чтобы поддержать компанию. И все.

– Я слышала, вы психолог, – все так же мило улыбаясь, говорила Марина, открывая бутылку и разливая водку по стаканам.

Интересно, от кого она могла это слышать? Я вроде никому… Ну конечно! Не зря моя словоохотливая попутчица обходила все вагоны! Уж она-то времени даром не теряла! Теперь все пассажиры адлерского поезда в курсе насчет профессий и личной жизни ее попутчиков. А уж с проводницей «своего» вагона она никак не могла не поделиться. Но что все-таки этой девушке от меня нужно? Потенциальная клиентка, что ли?

Вообще-то проводницы не такой народ, чтобы делиться своими переживаниями. Слишком много в их жизни такого, что лучше скрывать. И они к этому привыкают. А может, как раз поэтому она меня позвала? Выговориться захотелось?

– Давайте выпьем с вами за знакомство! – провозгласила Марина, поднимая стаканы.

Что ж, за знакомство грех не выпить. Водка была очень мягкой, пилась легко, поэтому я считала нашу встречу удачной.

– Вы знаете, меня всегда очень привлекали люди вашей профессии, – сказала Марина, закусывая душистым персиком. Я тоже взяла один.

– Вы ешьте, ешьте, не стесняйтесь! – воскликнула девушка.

– А вам можно пить на работе-то? – осторожно спросила я.

– Э! – она махнула рукой. – Сейчас можно. Ревизоры прошли. Да они и сами выпить не дураки. Только наливай. Я, знаете, о чем хотела с вами поговорить… Даже не знаю, с чего начать…

– Вы не волнуйтесь, – почувствовав себя на работе, начала я. – Соберитесь с мыслями и расскажите, что вас тревожит.

– Тревожит… Вот именно тревожит. Даже больше, – глаза у девушки вдруг стали совсем грустными. – Просто не знаю, что мне делать… Давайте еще выпьем.

– Давайте! – согласилась я, чувствуя, что поработать сегодня вряд ли получится.

Марина вновь наполнила стаканы.

– До дна! – приказала она.

– Я вообще-то… – застеснялась я.

– Ладно, ладно, – подмигнула мне Марина. Мы снова чокнулись и выпили. Я заметила, что Марина стремительно начала хмелеть.

– Что за жизнь у меня паршивая! – подперев рукой щеку, с тоской сказала она. – Все стараешься, крутишься, вертишься, бьешься как рыба об лед, и тебе за это шиш!

– Вам не нравится ваша работа? – удивленно спросила я. Насколько я знала, работа проводника считается очень доходной и туда так просто не попадешь.

– Нравится! – усмехнулась Марина. – Что здесь может нравиться? Сутками в рейсе, не помыться, не… Зимой печку топишь, угля вечно не хватает. А печки-то какие? Загребешься, пока вагон протопишь! Все ночи возле нее простаиваешь! А уборка? Пока весь вагон отдраишь, семь потов сойдет, а потом комиссия прилупит, тряпочкой пройдется, пыль найдет – и привет! По новой убирайся! Если б не деньги, стала бы я тут работать! Ведь я врачом хотела стать. Да на зарплату врача разве проживешь? Вот и мучаюсь. То ли дело у вас работа: сидишь в тепле, все интеллигентно, с людьми общаешься. Да если б большие деньги, а то… – она махнула рукой. – Ревизорам – отстегни, рэкету – отстегни! Милиции и то отстегни! И что остается? Только думают, что нам деньги тут легко достаются!

Марина налила себе полный стакан водки, совершенно забыв про меня. После этого стакана глаза ее помутнели, а язык начал заплетаться.

– Вот скажи мне, – цепляя меня за рукав и заглядывая прямо в глаза, произнесла она, – разве я несправедливо говорю? Разве я не заслуживаю? А он, сволочь поганая! Я для него… – Марина уронила голову на руки и заплакала.

Я испугалась.

– Успокойтесь, Марина, прошу вас! Возьмите себя в руки. Кто он? Я ничего не понимаю!

– Он… Сволочь он, вот кто!

Марина выплеснула себе всю оставшуюся в бутылке водку и залпом выпила. Я покачала головой. Нельзя же так, в самом деле!

– Что у вас случилось, может, расскажете?

– Да что рассказывать? Все ясно! Убьют меня скоро! – и плечи Марины затряслись.

– Ох, да что вы такое говорите? Вам нужно прийти в себя, успокоиться, вы просто устали. Хотите, я научу вас, как проводить аутотренинг?

– Хочу! – подняла Марина зареванное лицо. – Только мне не аутотренинг нужен, он мне не поможет. А вот не могла бы ты… ну, научить, как мне поступить, чтобы ничего не случилось? Я тебе заплачу, не сомневайся! Это уж я так, а деньги-то у меня есть, не думай!

Так-так. Расслабилась, на ты перешла. Вот и про денежки вспомнила. Значит, не так уж и бедствуешь ты, девочка. А то – работа плохая! Все вы ее ругаете, жалуетесь, а только добровольно что-то никто не ушел! И вот ведь женская натура – ревет-ревет, а похвастаться не забывает, что деньги водятся.

– Но для того, чтобы вам помочь, мне нужно знать всю ситуацию, – сказала я.

– Я расскажу. Все расскажу. Только не сейчас, потом. Слушай, давай завтра, а? Я быстро смену сдам и освобожусь. И сама к тебе приеду или ты ко мне заезжай. Как тебе удобнее? Слушай, подай-ка мне сигареты, вон там, в олимпийке, в кармане.

Я полезла в синюю олимпийку, висевшую за моей спиной, достала пачку сигарет и протянула Марине. Она долго пыталась прикурить дрожащими руками, ломала спички одну за другой. Наконец, ей это удалось, и она жадно затянулась.

– Чо, пусто, что ли? – взяла на в руки бутылку из-под водки. – Сиди, я щас сгоняю! – Она поднялась, но вдруг покачнулась и плюхнулась обратно на полку, ухватившись рукой за край столика. – Твою мать! – выругалась она.

Я подумала, что в начале нашей встречи Марина пыталась соблюдать некоторую интеллигентность, но теперь совершенно забыла об этом. А может, ей просто стало наплевать, что о ней подумают. Короче, она стала сама собой.

– Слушай, я тут посижу пока, а ты сгоняй за бутылкой, – она потянулась к олимпийке, где, по-видимому, хранила деньги. Но достала из нее совсем не деньги. Это был коробочек спичек. Я думала, что Марина опять хочет закурить, но когда она открыла коробок, увидала, что там и не спички вовсе. Я не очень хорошо разбираюсь в этих делах, но сразу поняла, что это анаша. Только этого мне не хватало! Все, надо валить отсюда.

– Вы знаете, я думаю, что вам лучше больше не пить, – ответила я. – Поздно уже. Все равно мы сегодня ни о чем не договоримся, – работать с пьяным клиентом – последнее дело. Это уж я точно знаю.

– Чо, не хочешь? – Марина икнула. – Ладно. Только ты мне помоги, а? Поможешь? – Она вцепилась в мою руку и снова пыталась заглянуть в глаза, обдавая меня перегаром.

– Помогу, помогу, – успокоила я ее, пытаясь высвободиться. Я была уверена, что назавтра Марина и не вспомнит о нашем разговоре. А если и вспомнит, то не придаст ему значения. Скорее всего, она просто перепила, и ей захотелось, чтобы кто-то ее пожалел. Вот и выдумывает страшные истории, будто ей что-то угрожает. Завтра все это пройдет.

Я пятилась к двери.

– Подожди, подожди, – держала меня Марина. – Так мы точно договорились? Заметано? Смотри, не передумай! Слушай, – она выпустила мою руку, – я сейчас тебе денег дам. Чтобы все было точно. Чтоб ты не передумала.

– Не надо! – испугалась я. – Я не беру деньги вперед, только в конце работы!

– Нет, – не уступала Марина. – Ты думаешь, я гоню, да? Ничего подобного! Я щас! Ты погоди.

Марина достала с верхней полки форменный пиджак, порылась в кармане и вынула деньги. Они были смятые, разные купюры вперемешку. Наверное, калым. Марина вытянула из этой кучи одну самую крупную купюру и протянула мне.

– Держи!

Купюра по своему достоинству была приличной. Столько я никогда не беру за сеанс. Обычно я прошу раз в десять меньше, да и то всегда ужасно стесняюсь, словно милостыню выпрашиваю. Да еще неизвестно, может, ей и сеанс никакой не требуется. Так, блажь просто.

Марина совала мне деньги, я сопротивлялась.

– Бери, бери! – шипела она. – Чтобы все заметано было!

Я нехотя взяла купюру, думая о том, что завтра верну ее протрезвевшей девушке.

– Спокойной ночи! – крикнула я ей и поспешила в свое купе.

Фу-у-ух! Нет уж, не нужны мне такие посиделки. Черт меня понес туда! Теперь еще завтра деньги отдавать. Как подойти-то? Неудобно. Ей наверняка будет стыдно за сегодняшнее поведение. Хотя чего там стыдиться? Работа, действительно, собачья. Я не буду ей ни о чем напоминать. Просто подойду и отдам деньги. С этими мыслями я и уснула.

Наутро оказалось, что Марине нисколечко не стыдно. Более того, она не забыла о вчерашнем разговоре. Утром приведшая себя в божеский вид проводница бодро шныряла по вагону, заглядывая в каждое купе и сообщая, что подъезжаем через полтора часа.

Увидев меня, она подмигнула заговорщицки. Я вышла в коридор.

– Вот мой адрес, – сунула она мне в руку записку и скрылась. Я осталась стоять в коридоре. Черт! Она что, забыла про деньги? Или все-таки считает, что я должна их взять? Но ведь мне пока не за что их брать! Как же их вернуть? Больше я не смогла поймать Марину в момент, когда она одна. Все время около нее кто-нибудь терся.

Я вернулась к себе и стала потихоньку собираться. Скоро подъедем, нужно быть готовой.

Поезд подошел к тарасовскому перрону минута в минуту по расписанию. Я подивилась про себя такому, взяла багаж и поспешила к выходу.

Встречали меня Полина с Павлом. Кирилл, мой бывший муж, с которым в последнее время мы снова начали жить вместе, уехал в командировку по своим коммерческим делам.

Павел взял у меня вещи, Полина кинулась мне на шею, зацеловала и принялась расспрашивать про отдых на море, задавая сразу целую кучу вопросов.

Я не успевала и целовать ее и отвечать на них. Наконец, Полина отпустила меня и отошла на шаг.

– Загорела-то как! – восхищенно произнесла она. – Паш, ты только посмотри! Ольгу-то прямо не узнать.

– Отлично выглядишь, – улыбнувшись, сказал Павел.

– Ну, пойдемте, – потащила нас за собой Полина.

Мы прошли в машину Павла и поехали ко мне.

– Детей я брала в прошлые выходные, – сообщала мне тем временем Полина, – а Ираида Сергеевна брала в позапрошлые. А так они все время у бабушки.

Ираида Сергеевна – это наша мама. Но почему Полина называет ее по имени-отчеству – это отдельный разговор.

Дело в том, что мама никогда не была для нас близким человеком. Таким человеком была для нас бабушка, Евгения Михайловна, у которой мы и воспитывались. А мама как увлеклась со времени развода с отцом устройством своей личной жизни, так и продолжает до сих пор.

Ее контингент – молодые мальчики от двадцати до тридцати, рост от метр восемьдесят, сложение спортивное, профессия – альфонс. Ну, не всегда, конечно. Надо признать, среди них попадаются и нормальные ребята. И, честно говоря, мы с Полиной подходили бы им куда лучше, чем мамаша. Ну, это я так, конечно, не хватало еще с мамой соперничать.

Хотя Ираида Сергеевна выглядит очень хорошо, дай бог каждому так выглядеть в пятьдесят лет. На замужество никогда не претендует – потратив на эти попытки лучшие годы, она оставила их. Устала от их бесплодности. А опытом в общении с мужским полом бог ее не обделил. Кто ж откажется? Вот и меняются мальчики раз за разом. Они даже с моими детьми сидят. И отношения с ними налаживают лучше, чем сама Ираида Сергеевна.

Я давно перестала обижаться на маму. Пусть живет, как ей нравится. Только бы не трогала. И не читала нотаций. По счастью, мама редко удостаивает нас своими визитами, и скандалы случаются не так уж часто, только когда мама совсем лишится энергии, и ей необходимо будет ее восполнить. А черпает она ее именно из скандалов. Прямо вампир энергетический.

Я не раз говорила об этом Полине, но она говорит, что не верит в вампиров. Даже в энергетических. Но зовет маму строго на «вы» и по имени-отчеству. Нет, в глаза, конечно, мама, но все равно на «вы».

– Ты сегодня, наверное, не поедешь туда, – продолжала тем временем Поля. – тебе же выспаться надо, искупаться, отдохнуть с дороги. А дети тебе разве дадут? Завтра и заберешь их. Я за тобой заеду и вместе смотаемся к бабушке.

– Хорошо, – согласилась я, радуясь, что еще денек побуду одна.

Я заметила, что Павел, обычно веселый и разговорчивый, на этот раз все время хмурится и молчит. Но спрашивать о причинах этого посчитала неудобным.

Когда мы подъехали к моему дому, Полина вышла из машины следом за мной.

– Паша, ты в магазин? – спросила она.

– Да, – откликнулся Павел.

– Ну езжай, а я у Ольги побуду. Вечером жду тебя как обычно.

– Хорошо, – сказал Павел и умчался.

Мы поднялись ко мне. Я увидела, что в квартире чисто и прибрано. Наверняка Полина постаралась.

– Спасибо, Поленька, – ласково сказала я сестре. Нет, все-таки это очень хорошо – иметь сестру. Тем более такую замечательную, как Полина.

– Это я сегодня утром заехала, – сообщила Поля. – Вчера совсем некогда было. Понимаешь, тут… – Полина запнулась. – Ладно, потом расскажу. Лучше ты давай делись впечатлениями.

Я от души принялась расписывать свои приключения, а поделиться было чем.

Полина охала и ахала, цокала языком, качала головой, поднимала брови. Я видела, что она от души радуется за меня.

Когда весь запас впечатлений иссяк, я перевела дух. В комнате сразу стало необычайно тихо. Так всегда бывает, когда о чем-то оживленно беседуешь, а потом вдруг резко замолкаешь.

– В общем, я очень довольна, – произнесла я, чтобы сделать какое-нибудь заключение.

– А я довольна, что ты довольна. Нет, все-таки море есть море. Надо будет обязательно Пашку туда вытянуть.

– А кстати, что это с Павлом? – спросила я. – Что-то он сегодня мрачнее тучи. Что-нибудь случилось?

– Ох, случилось! – вздохнув, сказала Полина. – Представляешь, Витек Антипов пропал.

Витька Антипова я никогда не видела, но была наслышана о нем от Полины.

– Да что ты! – всплеснула я руками. – Как же это случилось?

– Вот так. Уехал за товаром и не вернулся.

– А вы искать не пробовали?

– С проводниками потолковали с поезда, на котором он должен был вернуться, никто его не видел.

– Выходит, он там остался? – спросила я.

– Зачем? Он звонил Пашке, сказал, что приедет.

– Что же делать? – задумалась я. – Поль, а почему бы тебе Жору не попросить помочь? Хотя бы неофициально?

– Я и так уже надоела Жоре, – отмахнулась Полина.

– Ты надоела Жоре? Не говори глупостей. Ты не можешь ему надоесть!

Жора Овсянников, бывший муж Полины, работал старшим следователем УВД Тарасова. И неоднократно оказывал нам с Полиной посильную помощь, когда мы или наши знакомые попадали в неприятные ситуации.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное