Наталья Никольская.

Ближе к телу

(страница 3 из 13)

скачать книгу бесплатно

Потом появилась Полина. Она испуганно смотрела на меня и едва не полила водой. Холодной. Одна капля сорвалась со стакана и упала мне на нос. Вот и говорите после этого о сестринской любви! Обязательно надо простудить меня.

Но Полечка знает, как привести меня в себя. У нее даже коньяк нашелся – и я ощутила, насколько легче мне стало. Я сидела и пила коньячок, пока Полечка звонила Жоре Овсянникову. Жора – бывший муж Полины. Она развелась с ним несколько лет назад, увидев собственными глазами Жорину неверность. Я, конечно же, прекрасно понимаю Полечку. Но Жора до сих пор любит ее и надеется, что моя сестра к нему вернется. Это и заставляет Жору помогать нам с Полиной. Впрочем, мне тоже кажется, что Жора с Полиной прекрасная пара и должны быть вместе. Но когда я пытаюсь доказать это Полине сестра резко говорит, чтобы я не лезла не в свое дело.

Полина пару раз заходила ко мне. Один раз, войдя в гостиную, где я сидела, она таким взглядом окинула опустевшую бутылку из-под коньяка, что мне стало не по себе. Полина почему-то считает, что я едва не прожженный алкоголик. Она не может понять, что таким образом я лечу свою психическую ауру – к несчастью, психолог может помочь всем, кроме себя. Впрочем, где вы видели хирурга, который проводит на себе операции, или дантиста, лечащего собственные зубы? Каждый лечится, как умеет. А мне необходима моральная разгрузка, особенно после такого стресса. Это ужасно – захожу в квартиру, а на полу труп. Господи, и я неизвестно сколько пролежала рядом с мертвым человеком! Это ж надо… Ну что мне делать с нежной и ранимой психикой? Неужели я не могла выйти из квартиры и вызвать милицию, вместо того чтобы падать в обморок?

В комнату заглянул Жора.

– Оленька, как ты? Мне надо с тобой поговорить, – осторожно сказал он.

Бедный, он думает, я сейчас залью его слезами. Как бы не так! Единственное, что меня сейчас волнует – как бы не попасть в тюрьму за убийство.

– Ты в порядке? – заботливо спросил Жора.

– Жорочка, я его не убивала, – сказала я. Полина зашла вместе с Жорой и села рядом со мной на диван. Она обняла меня и спокойно проговорила:

– Ну конечно, не убивала, Оленька, в этом никто не сомневается, не переживай.

– Оля, расскажи, как ты обнаружила… его, – попросил Жора. Честно говоря, пережитый стресс (Полина бы сказала, что выпитый коньяк) неблагоприятно сказался на моих умственных качествах. Мне совершенно не хотелось ничего вспоминать, ни о чем говорить – хотелось спать и обо всем забыть. Язык немного заплетался от усталости. Но Жора смотрел на меня с такой надеждой, словно только я одна могу раскрыть это преступление. И я рассказала ему, как все было, а потом спросила:

– Жорочка, т-ты веришь, что я не убивала его?

– Оля, не волнуйся, это несложно доказать. Не переживай. Этого человека убили, пока ты еще дома была. Примерно в то время, когда тебе звонила Полина.

У меня словно гора с плеч свалилась.

– Где ты была сегодня с трех до пяти вечера? – спросил у меня Жора, не отрывая взгляда от лица Полины.

Я задумалась.

Все, что было днем, казалось смутным, словно окутанное туманом. Наконец, собравшись с мыслями, ответила:

– В два часа дня ко мне пришла клиентка, от которой ушел муж. Понимаешь, Жорочка, он сбежал с молоденькой секретаршей… – я замолкла, сообразив, что сказала лишнее. Жора и так переживает из-за разрыва с Полиной, который произошел по его вине – сестра вернулась домой не вовремя и застала его с девушкой.

И теперь Овсянников смотрел на меня уничтожающим взглядом. Будь на то его воля, посадил бы меня в тюрьму в этот момент. Извинившись, я продолжила:

– До шести примерно я из дома не выходила, до половины шестого у меня сидела клиентка. А потом я приехала к Полине.

– Оля, скажи мне имя и адрес этой своей клиентки. Нам могут понадобиться ее показания. Она же может подтвердить, что была у тебя, правда?

– Конечно, – без тени сомнения заверила я его. И продиктовала адрес, найдя в сумке блокнот. Жора повернулся к Полине:

– А ты где была в это время?

– Жорочка, – ехидно протянула сестра, – работала я, занималась шейпингом в спорткомплексе. Подтвердить это смогут как минимум человек десять, не считая начальства. И никуда не отлучалась, если ты об этом. Ну не могла я убить его, раз уж спасла от мороза. Только, Жора, мальчик собирался куда-то уехать – он звонил кому-то. Но никуда не уезжал, скорее всего – он лежит там… в том же виде, в каком и с утра, – заметила Полина.

Жора усмехнулся, пропустив ее слова мимо ушей. Конечно, он и не думал подозревать нас с Полиной – слишком хорошо Овсянников нас знал. Тем не менее, он был обязан допросить нас, как людей, обнаруживших преступление.

Вдруг Жора встрепенулся и резко повернулся ко мне. – Оля, ты говоришь, кто-то ударил тебя по голове? Ты не пугайся, но вероятно, это и был преступник.

Я почувствовала, как холодеют ладони, а на лбу выступает холодный пот. Как же я раньше не догадалась! Находиться в одной квартире с преступником! Господи, меня же могли просто убить!

Полина обняла меня за плечи, успокаивающе похлопала по руке и укоризненно взглянула на Жору. А тот продолжил:

– Оля, ты его видела?

– Какая-то тень, – слегка дрожащим голосом сказала я. – Я вошла и увидела тень на стене. Больше ничего.

– Хотя бы мужская это была тень или женская? – со вздохом спросил Жора.

Сначала я хихикнула, представив себе тень определенного пола. Интересно, пол тени определяется по первичным или вторичным признакам? Смущенно зажав рот рукой, я пробормотала извинения – наверное, это реакция на стресс. Полина взглянула на меня с легкой ехидцей. Потом я попыталась вспомнить, чья же тень была на стене. Может, и мужская. Кажется, кто-то высокий. С другой стороны, я решила, что это Полина – значит, тень могла принадлежать и женщине. Я выдала свои соображения Жоре. Он нахмурился.

– Значит, ты не уверена, правильно?

– Ну не знаю, – жалобно прошептала я. Господи, как же я от всего устала! Это надо было – найти труп в Полиной квартире. Еще этот Жора – у меня такое шоковое состояние, а он пристает с допросом! Конечно, его можно понять – ему же надо работать, убийцу искать. Но мне так плохо!

– Кого-то чужого в подъезде видела?

– Нет, никого не было, – уверенно ответила я. Я бы заметила, если бы рядом кто-то находился.

Наконец Жора сделал все, что надо, и труп увезли. Мы с Полей остались вдвоем. Она смотрела на меня совершенно спокойно, словно ничего и не случилось. Иногда меня просто поражает ее хладнокровие. Жора, конечно, пытался напроситься на ночь, но Полина решительно отвергла его притязания, заявив, что не может оставить меня одну после такого стресса. Я попыталась сказать, что не собираюсь оставаться у сестры, поэтому Жора вполне может переночевать здесь, но пока думала, как все это выразить, Полина уже вытолкала Овсянникова в прихожую. Она заявила:

– Ты лучше ищи убийц.

Жора покорно вышел, поцеловав бывшую жену на прощанье. Она, поморщившись, закрыла за ним двери и повернула все замки. Потом вернулась ко мне и уселась рядом.

– Поля, как ты можешь так обращаться с Жорой? Он же тебя так любит, – обратилась я к сестре с пламенной речью в защиту следователя. – Неужели ты сама не видишь, как он глупеет при тебе?

Но она проигнорировала мою реплику.

– Ольга, вспоминай, что ты видела и слышала, – приступила ко мне с допросом Полина. Мне стало жаль Жору – он хоть и задавал вопросы, но по служебной надобности. Полине-то это зачем? По моей спине забегали мурашки от страшной догадки – неужели Полина решила самостоятельно расследовать это убийство?

– О нет! – воскликнула я, прижав руки к сразу запылавшим щекам. – Я не собираюсь заниматься расследованиями!

– Иногда ты бываешь ужасно проницательной, – ехидно заметила сестра. – Даже читаешь мысли старшей сестры.

Тоже мне, старшая. Всего на пять минут старше – и считает себя главной.

– Полечка, зачем тебе это надо? – жалобно спросила я. – Ладно, когда с родными или друзьями что-то случается – но этого типа ты совсем не знаешь!

Но Полина была непреклонна – она заявила, что чувствует свою ответственность за смерть этого Кости. Ведь мало того, он грелся в ее квартире, так еще и убили его именно здесь. И Полина считала, что это накладывает на нее определенные обязательства. Тоже мне, сыщик-любитель. Но мои увещевания на нее не подействовали, и тогда я сказала:

– Заниматься этим будешь сама, без моей помощи. У меня совершенно нет времени – у меня дети, в конце концов, и клиенты.

– Де-ети? Которые вторую неделю живут у нашей бабушки? Это и впрямь довод! – ядовито улыбнулась Поля. – Ну, как хочешь, Ольга, и без тебя справлюсь. Твое дело ответить на мои вопросы – это-то ты можешь сделать?

Ой, кстати, ребята и впрямь загостились у Евгении Михайловны. Она, наверное, устала от моих сорванцов.

– Могу, – я продемонстрировала собственное недовольство и холодно сказала:

– Я вошла в твою квартиру, дверь была открыта. Было темно. Я окликнула тебя, потом меня кто-то ударил, и я потеряла сознание.

– Ольга, и неужели ты не хочешь найти того, кто тебя оглушил? – возмущенно спросила Полина. – Как же так…

Ну правильно, действует на психику. Тоже мне, психолог доморощенный. Да все ее мысли читаются, как раскрытая книга. Конечно, ей не хочется в одиночку вести расследование – вот и пытается меня перетянуть на свою сторону. Но я же не могу разорваться – у меня есть дети! И нужно о них заботиться. Нельзя же постоянно оставлять детей у бабушки или мамы, правильно?

– Нет, Полечка, я не хочу этого знать. В конце концов, это дело милиции, правда? Вот пусть Жора и расследует. А я хочу остаться в живых и не хочу получить еще раз по голове.

Язык меня почему-то не очень слушается. Только почему? Я же совершенно трезва! Но речь моя звучит невнятно. Полина даже поморщилась.

– Когда ты была у подъезда, видела что-нибудь необычное? Что-нибудь заметила?

– Да нет, все вроде в порядке было, как всегда. Бабки сидели на скамеечке, хотя и холодно. Что им, делать нечего? Такой мороз – а они сидят. Свежим воздухом дышат, наверное, – задумчиво отметила я.

– Значит, они что-то должны знать, – логично отметила сестра. – Пошли расспросим их. В этом-то ты мне поможешь? Ты же психолог, – миролюбиво сказала Полина. Ну, в такой мелочи я ей просто не могла отказать. Оделась и вслед за ней вышла из квартиры. Ну как я брошу сестру одну? Особенно когда она просит о такой маленькой помощи. Расспросить бабушек – это же совершенно необременительно! И я, разумеется, могу помочь Полине в этом деле.

– Ольга, а кто сидел на лавочке, ты не заметила? Из моего подъезда? – Полина так резко обернулась на лестнице, что я едва не потеряла равновесие и вцепилась в нее.

– Я со всеми поздоровалась. Но по-моему, там сидела баба Маша, если я не ошибаюсь. У нее внук гулял, кажется. Полечка, а ты не думаешь, что Жора уже всех расспросил?

Полина фыркнула с явным пренебрежением к Жориным способностям. Но Жора же умеет вести допрос, он этому учился. Может, ей просто не хотелось лишний раз общаться с бывшим? Она как-то странно избегала Жору в последнее время.

Подойдя к двери, за которой жила баба Маша – одна из самых любопытных старушек дома – Полина нажала на звонок. За дверью раздалось мелодичное треньканье. Не то что ее собственный звонок, который мертвого разбудит. Раздался приглушенный старческий голос:

– Кто там?

– Баб Маш, это Поля и Оля Снегиревы, – представилась Полина. – Можно с вами поговорить?

Вот уж что-что, а поговорить баба Маша всегда готова. И она быстро распахнула дверь.

– Поленька, слыхала, какой ужас-то? Ко мне ж милиция приходила, – впуская нас в квартиру и разливая по чашкам чай, разохалась старушка. Потом потеребила заклеенную лейкопластырем дужку очков и поставила на стол вазочку с вареньем.

– Слышала, баб Маш, – ответила Полина спокойно. – В моей квартире труп и нашли.

Тут уж старушка разахалась не на шутку.

– Ой, да как же так-то? Полюшка, это ж надо!

– Баб Маш, – прервала Полина ее излияния, – вы сегодня сидели на лавочке у дома? – ну прямо заправский следователь. Еще сигарету в зубы и пачку листов протокола на стол – и картина будет полной. А я в качестве стенографистки или кого там еще.

– Да где ж мне быть-то, – удивилась старушка, – гуляла с внучком. Дети-то какие пошли, глаз да глаз с ними. Вот мой что сотворил, девоньки, я готовила – так он взял и чуть не ошпарился. Подхватил чайник-то, а горячий. Ой, лишенько!

Полина едва сдерживала зевоту. Личная жизнь бабуси, как и ее внуков, мою сестренку не интересовала. И она с видом жертвенной добродетели выслушивала излияния бабы Маши.

– Баб Маш, вы видели кого-нибудь незнакомого у дома? Примерно часа в два-три, – спросила Полина. – Может быть, люди необычные или машина какая…

– Так я и говорю ж… Милиция, чай, тоже спрашивала. Я за внучком смотрела. Ох, постой… Ну да, машина во дворе стояла. Как приехала – и стоит, а потом уехала, кажись – не видала.

– Какая машина? – быстро спросила Полина. – Цвет, номер, марка?

– Так откуда ж мне знать. Серая. Ой, кажись, зять мой «девяткой» такие кличет. Такая… на утюг похожая. Обычная.

Я равнодушно смотрела на сестру. Она, судя по всему, обрадовалась какой-никакой зацепке и теперь ждала моей реакции. И что-то еще было в ее лице – словно произошло нечто из рук вон выходящее. Но я не стала вдумываться в ее эмоции – слишком уж настойчиво Полина сверлила меня взглядом. Наверное, надеялась, что захочу помогать ей в расследовании. Как бы не так! Еще чего не хватало. Если ей делать нечего – пусть суется. У меня же дети! И я решительно покачала головой, отвечая на безмолвный вопрос Полины.

– Кто-нибудь еще с вами был на улице?

– Катя из соседнего подъезда да Шурочка, – вздохнула баба Маша. Полина поморщилась, видимо, вспомнив, что обе старушки отличались почти полной слепотой и не видели дальше собственного носа. С их внуками во дворе постоянно происходили всевозможные неприятности, да и сами ребятишки были не слишком-то благонадежными. Как говорит Полина, пороть их надо. Я же против столь жестоких методов и возражаю, что несчастным детям всего лишь не хватает родительского внимания. Впрочем, к делу это не относится.

– А в наш подъезд кто-нибудь заходил? – спросила Полина. Старушка смотрела на нее с легким подозрением. Но все же ответила:

– Полюшка, да что я, только на подъезд и смотрю, что ли? У меня чай дите, за ним глаз да глаз нужен. Не знаю я, может, и заходил кто. Не могу тебе сказать.

Попрощавшись с бабой Машей, мы вышли в подъезд.

– Ну что? – приступила к индивидуальному допросу Полина, рассматривая меня как насекомое под лупой. – Поможешь мне? Неужели тебе самой не интересно, кто так беспощадно расправился с молодым человеком?

– Полечка, мне надо забрать детей – они же целую неделю у Евгении Михайловны. Мне уже стыдно. Да и соскучилась по ним, – залепетала я. Полина смотрела на меня скептически. Хорошо хоть удержалась от язвительных замечаний. Просто спросила:

– Оля, тебя отвезти?

Ну уж нет, знаю я ее. Как начнет давить на психику, воздействовать на совесть – обязательно придется помогать ей. Напомнит мне все случаи, когда приходилось выручать меня из переделок. И волей-неволей мне придется согласиться. А я не хочу ничего расследовать – должна же я пожить спокойно, правда? Поэтому, быстро отказавшись от помощи сестры, я поспешила на троллейбусную остановку. Транспорт подошел удивительно быстро, и через несколько минут я стояла перед дверью бабушкиной квартиры.

– Оленька, что же ты на ночь глядя? – удивленно спросила Евгения Михайловна, которую я отвлекла от просмотра телефильма. – Уж до завтра бы подождала. – Она смотрела на меня с немым укором. Мамочка называется! Оставила детей у бабушки чуть не на две недели, хотя договаривались ограничиться парой деньков! Но я же не виновата, что так получилось. Тем более, Евгения Михайловна внуков очень любит. И ей с ними общаться не в тягость. А у меня работа, порой бывает совершенно некогда даже пообщаться с родными чадами. Вот и приходится, как говорит Полина, «сбагривать» детей то к Ираиде Сергеевне, нашей мамочке, то к бабушке.

– Извини, бабуль, но давай я их сегодня заберу, чтобы не мешали тебе.

– Садись хоть чаю попей, – предложила бабушка, пока ребята, вдоволь повисев на моей шее, собирались. Я согласилась – с утра ничего не ела, сперва времени не было (а если честно, то желания готовить тоже), а потом… Случилось то, что случилось. Господи, до сих пор не могу вспомнить это… без содрогания. Подумать только, я лежала рядом с мертвецом! Это ужасно. Как ни странно, аппетита у меня это воспоминание не отбило. Наверное, коньяк благотворно повлиял на мою слабую психику.

Пока я пила чай, Артур и Лиза приставали к Евгении Михайловне с вопросами:

– Баб Жень, а что это такое? Почему луны нет? Как звезды загораются? – доставали они бабушку с обеих сторон. Я бы, наверное, не выдержала такого потока любопытства, но баба Женя держалась стойко. Она изящно дымила сигаретой в длинном мундштуке и пространно отвечала на детские вопросы.

Наконец, насытившись вкуснейшей выпечкой, делом рук Евгении Михайловны, я забрала детишек от бабушки. Соскучилась по ним страшно! И мы пошли на остановку. Лизонька лепетала что-то о новых мультиках, Артур смотрел на нее как взрослый на малыша и высокомерно держал меня под руку. Я поминутно обнимала детей и прижимала их к себе.

Какая-то бешеная машина вырулила прямо из-за угла и понеслась на меня. Я растерялась, дети вцепились в меня и словно оцепенели. Лизонька закричала. Я бросилась в одну сторону, потом в другую, не зная, куда бежать. Потом собралась с силами и толкнула Артура и Лизу на обочину. Машина объехала меня, взвизгнув тормозами. Так и с ума сойти недолго! У меня нервы не железные. Слезы сразу хлынули из глаз, слезы облегчения. Господи, неужели я могла погибнуть под колесами этой машины! Тем более, дети! Если бы я их не оттолкнула… Я же не переживу такого. И я бросилась к детям. Но моих маленьких запихнули в машину и повезли не знаю куда. Опоздала на несколько секунд. Я с ревом бросалась к людям и не понимала, почему же мне никто не хочет помочь. Господи, какой ужас! Я не переживу.

– У меня украли детей! Помогите мне! Их увезли на какой-то машине, – вцепилась я в рукав человека в милицейской форме. Он невозмутимо посмотрел на меня и заметил с ледяным спокойствием:

– Пить надо меньше, гражданочка. А то не только детей, себя саму потеряете.

О боже! Ну что это такое! Да не пила я, что и попыталась объяснить надутому менту. А язык заплетается только от переживаний. Он не поверил. Резким жестом отцепил мою руку от своего рукава и заявил:

– Идите домой, если не хотите провести ночь в отделении милиции. В вытрезвитель вас доставлю, – с коварной улыбкой заявил милиционер.

Меня?! В вытрезвитель?! Меня, кандидата наук по психологии, к бомжам и пьянчугам? Вот уж правда, моя милиция меня бережет. Оказывается, Жора – едва ли не идеальный милиционер, бывает значительно хуже. Например, этот – ну неужели ему сложно было помочь мне? Мысли путались. Я внезапно осознала весь ужас ситуации. Ужасно хотелось потерять сознание, чтобы время застыло, ничего не ощущать и не думать о том, что случилось. Но стало страшно за детей – если их мамочка о них не позаботится, то кто? Надо их как можно быстрее спасти.

Ну что же мне делать? Никто не верит, что у меня увезли детей – что, глаза дома забыли, что ли? Господи, ну почему люди такие злые? Кажется, меня считают сумасшедшей, сбежавшей из ближайшей психушки. Даже сторонятся. Я присела на лавочку – ноги меня не держали – и разрыдалась. Ну хоть кто-нибудь помогите! Мой мысленный призыв был услышан – рядом со мной на лавочку опустился какой-то мужчина и спросил:

– Девушка, что-то случилось?

В его голосе даже прозвучало сочувствие, из-за чего я разревелась еще сильнее и сбиваясь, объяснила ситуацию, с надеждой глядя на этого человека. Конечно, очки были залиты слезами – но я не могла не запомнить единственного человека, проявившего ко мне хоть какое-то участие. Он был высоким и довольно привлекательным, с пушистыми темными усами и блестящими глазами. И так сочувственно поглаживал мою руку!

Наконец, высказавшись, я спросила срывающимся голосом:

– Что мне делать? Куда бежать?

– Никуда не надо бежать, детка, – невероятно панибратски заметил мужчина, начиная поглаживать уже мою коленку.

– Пойдем со мной, я помогу тебе успокоиться.

Только тогда я поняла, почему же этот тип решил мне посочувствовать, и резко поднялась, отбросив его руку:

– Да как вы посмели! У меня такое горе, а вы…

– Да ладно тебе ломаться, – хватая мою ладонь, мужчина дыхнул перегаром. Как же я раньше не заметила – он просто пьяный! Я испуганно вырвала руку и рванула куда подальше, не в силах сдержать слезы. Снова как подкатило – перед глазами какая-то красно-черная пелена, и голова кружится. Я мотнула головой, отгоняя дурноту. В обморок я падать не стала – дорога каждая секунда. Надо что-то предпринять.

Что же делать? Что я могу сделать, спрашивается? Куда бежать? В милиции мне могут и не поверить, как этот ужасный постовой, еще посадят в вытрезвитель. Еще этот пьяный – он так ругался, что я даже здесь слышала и краснела. Господи, нельзя же меня так оскорблять! Будь на моем месте Полина – она-то сумела бы разобраться с таким наглым идиотом. Она-то не спустила бы ему ни единого оскорбления. Он бы испугался не на шутку и потом всю жизнь лечился от ушибов.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное