Наталья Борохова.

Предсказание для адвоката

(страница 3 из 31)

скачать книгу бесплатно

Елизавета не видела лица Андрея, но почувствовала, что его рука сжала ей плечо. Она побоялась оглянуться, хотя внутренний голос навязчиво шептал ей: «Ну же! Ты должна видеть его глаза. Тебе все сразу станет ясно». Но она сидела как ни в чем не бывало и смотрела вперед сквозь завесу дыма. Она не стремилась знать правду. Ее устраивала призрачность. Слова Эммы звучали так обтекаемо…


Тем временем новоявленная колдунья достала из очередного пакетика какой-то порошок и бросила его в тлеющую траву. Лица присутствующих озарила вспышка. Дамы невольно отшатнулись от стола. Но никто не покинул беседку. Никто не ушел.

 
—…Я силы колдовские призываю в час полночный,
Средь нас есть дьявол в человеческом обличье.
Он гладок речью и статью вышел,
Вот только метит шельму бог, гласит поверье,
Он носит метку сатаны с рожденья,
Кровавый шлейф за ним течет рекой,
Из душ загубленных наживы ради,
И вряд ли он найдет себе покой
В земле, на небе или на водной глади…
 

Огонь погас. Эмма обвела всех долгим взглядом.

– Это достойно аплодисментов, – саркастически заметил хирург и даже несколько раз демонстративно хлопнул в ладоши. – Наша вещунья перешла на поэзию. Еще немного, и мы услышим пение.

– Ну, лично я этого дожидаться не собираюсь, – резко заметил Петр Иванович. – С меня довольно! Ты остаешься?

Вопрос был адресован, разумеется, супруге. Лара пожала плечами, но все-таки встала. Она нетвердо держалась на ногах.

– Чертовы каблуки, – проворчала жена чиновника, стараясь сгладить неловкость в глазах окружающих. – Но все-таки, Эмма, ты была неконкретна. Что ты имела в виду?

Бедный Петр Иванович пошел пятнами. Он дернул супругу за руку так, что она едва не потеряла равновесие.

– Вам нужна конкретика? – подняла брови Эмма.

– Оставьте ее при себе! – разозлился чиновник.

– Меня интересует только последний пункт. Насчет дьявола, – подал голос Грек. – Я так понимаю, что одного из нас вы обвинили в убийстве. Это, милая, серьезная вещь. Надеюсь, у вас есть к этому основания?

– У меня есть доказательства! – отозвалась Эмма. – Кассета… И я могу ее показать…

– Ну а кто это? – задал вопрос Андрей. – Полагаю, что женщин вы из этого списка исключаете.

– Разве я что-то говорила про пол?

– Но в ваших стихотворных экзерсисах звучало конкретное местоимение – «он»?

– Не надо понимать все буквально! – вспылила Эмма. – Тот человек, которому были адресованы последние строки, не ошибется.

– Зачем тогда было пудрить всем мозги? – возмутился Константин. – Навели тень на плетень. Трава там всякая, свечки, присказки дурацкие. Никаких фактов. Сплошной туман.

– А здесь ничего и не могло быть, – зло произнес чиновник. – Глупый фарс со спецэффектами, не более того.

– Э! Да вы забыли, что сегодня Хэллоуин, – опомнилась вдруг Лара. – Это ведь розыгрыш? Я угадала?

Все с надеждой посмотрели на Эмму.

Но та еще больше распалилась. Она кидала без порядка в сумку весь свой колдовской инвентарь и что-то бормотала сквозь зубы.

– Вы хотели конкретных имен? Ну что же! Одно из них я вам назову – Стефания Кольцова. Довольны?

– Ну и кто это? – поинтересовался хирург. – Та самая дьяволица?

– Не прикидывайтесь, что впервые слышите это имя. Репортажи с места ее гибели обошли все местные каналы! – перешла на крик Эмма. – Она была моей подругой.

– О боже! Это же… – начала говорить Мария, но, увидев, что на нее все смотрят, разом сникла и зажала рот ладонью.

Константин помрачнел.

– Я могу рассказать все! – в запальчивости говорила Эмма. – Вы хотите это слышать?

– Может быть, позже, – прервал ее Андрей. – На улице чертовски холодно. Я беспокоюсь за свою жену: она насквозь продрогла. Да и у меня зуб на зуб не попадает. Предлагаю встретиться минут через сорок, у камина.

– Идет, – легко согласился Константин. – Время еще детское.

– Мы присоединимся, если все сменят тему вечера и мы сможем наконец расслабиться, – категорично заявил Петр Иванович.

– Дорогой, ничего не имею против. Меня, признаться, достали гадалки и предсказания, – охотно отозвался хирург. – Предлагаю партию в бильярд.

– А он здесь есть? – удивленно воскликнул Константин.

– Здесь есть все: бильярд, баня и запас хорошего пива в холодильнике. Я проверял, – обрадовал мужскую половину хирург.

– А чем займемся мы? – обиженно протянула Лара.

– А вы можете продолжить вашу вечеринку в преисподней! – расхохотался Константин. – К примеру, погадать: кого не будет в живых к утру.

Он сделал страшные глаза и для убедительности высунул язык.

– Очень смешно! – обиделась жена чиновника.

Эмма, которая уже была на ступенях веранды, обернулась:

– Я лично такой возможности не исключаю. Если у кого-то из вас проснется совесть…

– Ты узнаешь об этом первая, – помахал ей рукой хирург.


Елизавета сбросила маску и без сил опустилась на диван.

– Странный какой-то вечер, – произнесла она.

Андрей сел рядом и обнял ее за плечи.

– Твоя беда в том, что ты принимаешь все очень близко к сердцу, – сказал он. – Выброси весь этот бред из головы. В словах Эммы не было и грамма истины. Отдаю ей должное: настроение она умеет портить превосходно.

– В том-то и дело, – отодвинулась от него Лиза. – Если Эмма говорила чепуху, почему никто не смеялся? Может ли испортить настроение чья-то глупая выдумка?

– Еще как может.

– Согласна. Но только тогда, когда в большой лжи есть хотя бы доля правды. Кроме того, у меня сложилось впечатление, что Эмма не шутила.

Андрей порывисто встал.

– Давай оставим в покое Эмму. Признаться, я уже пожалел, что принял ее приглашение. Она всегда была такой: взбалмошной и неразумной. Трудно было ожидать, что она организует что-нибудь стоящее…

Он подошел к большому платяному шкафу и начал что-то искать среди своих вещей.

Елизавета наблюдала за ним с дивана, удивляясь, что ее супруг, обычно веселый и оптимистичный, может так нервничать из-за несвязных речей «взбалмошной и неразумной» девицы.

Он уронил брюки с вешалки и, чертыхаясь, пытался засунуть их обратно. Но, помучившись несколько мгновений, муж швырнул синий с отливом костюм себе под ноги.

– Ну что?! Что? Что ты на меня смотришь? – взвился он вдруг. – Ты хочешь меня о чем-то спросить? Ну так спроси!

Дубровская смотрела на него во все глаза, встревоженная, непонимающая.

– Я не знаю, что имела в виду эта чертова Эмма! – крикнул он. – Я просто не знаю.

Он наддал ногой, и дорогая тряпка, взлетев в воздух, мягко шлепнулась вниз. Прямо под ноги оторопевшей супруги.

– Почему ты кричишь? – спросила Лиза, и голос ее задрожал. – Я ни о чем тебя не спрашивала. Что на тебя вдруг нашло?

Андрей остановился, опустив вниз руки, как плети. Ярость, клокотавшая в его груди всего несколько секунд назад, улеглась, словно уничтожила сама себя. Он стал таким же, как прежде, только немного осунувшимся и усталым.

– Прости меня, детка, – произнес он, присаживаясь на пол у ее ног. – У меня был чертовски сложный день. Я просто выпустил пар.

Он обнял ее за колени и посмотрел в лицо так виновато, что Елизавете не оставалось ничего иного, как принять это объяснение.

– Я только хотела разобраться, – прошептала Лиза.

– Конечно, конечно, – согласился он. – Это естественно.

– Значит, ты на меня сердишься?

– Сердиться? За что? Давай расставим все точки над «i», я не хочу больше возвращаться к этому разговору…

Дубровская пожала плечами. Ей не хотелось ссориться, и, хотя столь бурная реакция собственного супруга испугала и обидела ее, она желала знать правду. Он сам подогрел ее интерес.

– Про себя я ничего не могу сообщить тебе нового, – сказал он. – Мне действительно иногда снятся кошмары, но здесь ничего странного нет. Пусть найдется тот, кто от них избавлен…

Лиза кивала головой, хотя чувствовала какую-то недосказанность. Ее тоже иногда посещали не самые приятные сновидения, но бурно переживать по этому поводу она не собиралась. Гадалка, правда, твердила еще что-то про кровь, но здесь воображение девушки заходило в тупик. Это отчасти успокаивало ее, поскольку было совершенно неправдоподобно. Андрей не мог совершить ничего криминального. Он был ее муж, и она знала его как облупленного.

– Я тебе на пальцах докажу, что все это выдумка от начала до конца. Возьмем, к примеру, Лару и Петра Ивановича. Как они тебе?

Лиза выразительно пожала плечами.

– Ничего особенного. Он – типичный чинуша. Мне кажется, что он и шагу не сделает, не доложив об этом руководству. Она – капризная жена влиятельного мужчины. Любит шампанское и флирт.

Андрей рассмеялся.

– Ну, ты не далека от истины. Примерно так оно и есть. Он зарабатывает деньги, она их тратит. Кстати, Лара неплохо поет, и у нее есть даже два музыкальных клипа. В связи с этим она любит частенько вздыхать о своей загубленной карьере в шоу-бизнесе.

– Якобы она положила на алтарь семейного счастья все, что могла? – усмехнулась Лиза. – Свои таланты, славу и звездное будущее?

– Вот-вот. Ну, так о чем говорила наша гадалка?

Дубровская нахмурилась.

– Точно повторить не смогу. Но что-то про казенный дом и детский плач. Может, речь шла о каком-то ребенке?

– В том-то и дело, – вздохнул Андрей. – У них никогда не было детей. Но знаю точно, Лара уже много лет лечится от бесплодия. Пока безрезультатно. Петр Иванович просто грезит о наследнике. Не забывай, он – жуткий карьерист. Потомство только упрочило бы его репутацию.

– Со стороны Эммы не очень деликатно выставлять их проблемы на всеобщее обсуждение, – заметила Лиза.

– Согласен. Кто там у нас еще? Константин и его верная Мария.

– Про нее ничего не скажу. Слишком уж она неприметная. А он – плохо воспитанный «малиновый пиджак», – продолжила характеристику гостей Дубровская.

«Интересно, что говорят о нас знакомые Андрея, – мелькнула трусливая мысль. – Возможно, я даже на фоне Марии выглядела бледно. За весь вечер произнесла только пару фраз».

– Константин – человек своеобразный. Он успешно ведет свой бизнес, но в семье его деспотичность просто бросается в глаза.

– Эмма говорила что-то про плетку, – вспомнила Лиза.

– Не удивлюсь, если окажется, что он слегка поколачивает свою безропотную Марию. Вид у нее и вправду забитый.

– Вот видишь! – торжествующе начала Дубровская и осеклась. Андрей мог бы истолковать ее слова неверно. – Значит, хоть в чем-то гадалка говорила правду.

Последнюю фразу она произнесла нерешительно. Но супруг словно ничего не заметил.

– Я не думаю, что в их отношениях все столь ужасно, – сказал он. – Не садист же он, в конце концов. Может, он и отпускает своей благоверной подзатыльники и зуботычины, но не пьет же он у нее кровь!

– И ты говоришь об этом как о самой обыденной вещи?! – возмутилась Лиза. – Это что, нормально – избивать жену?

– Но я же не одобряю его, – отозвался Андрей.

– Кстати, там был еще хирург, – перешла к следующему персонажу Дубровская. У нее не было охоты рассуждать о домашнем насилии.

– Павел Грек? Нормальный мужик. Никакой он не злодей и не убийца, – убежденно произнес Андрей. – Немного слаб по женской части, но это не криминал.

– Судя по словам Эммы, и у него нечиста совесть, – ехидно заметила Лиза. – Если я правильно ее поняла, она намекала на какие-то его профессиональные грехи.

– Как это банально, – зевнул Андрей. – Врачей сейчас не обвиняет только ленивый.

– Значит, твой коллега мог нашалить по врачебной части?

– Почему и нет? – удивился муж. – Есть понятие профессионального риска. Если хирург сделал что-то не так, это еще не значит, что он – убийца.

– В каком-то смысле так оно и есть, – не унималась Лиза.

– Для того, чтобы назвать врача убийцей с точки зрения права, нужно доказать его преступный умысел. Так, что ли, госпожа адвокат?

Дубровская прикусила язык. Милый супруг был абсолютно прав. Вот только почему он успевает соображать куда быстрее ее?

– По-моему, мы никого не забыли, – продолжал он. – Если только тебя…

– Меня? – удивилась Лиза.

– Ну, конечно. Обрати внимание, наша гадалка никого не называла по именам, а все обвинения адресовала парам. За исключением хирурга, конечно.

– И что?

– А то, что угадать было сложно, к кому она обращается. Так что намек на дурные сны мог быть обращен к тебе. Ничего не припоминаешь ужасного в своем прошлом?

Голос его звучал насмешливо.

– Вся моя жизнь – один сплошной кошмар, – в тон ему ответила Дубровская, но веселее ей почему-то не стало. Похоже, она зря потратила время, пытаясь найти скрытый смысл там, где его и быть не могло.

– Ну, если ты удовлетворена, позволь поторопить тебя, – поднялся на ноги Андрей. – Надевай что-нибудь теплое, и пойдем выйдем к людям. Я надеюсь, ты больше не будешь искать среди них злодеев?

– Последний вопрос, – спохватилась она. – Кто такая Стефания Кольцова?

Может, в комнате было недостаточно светло, но ей показалось, что по лицу супруга пробежала тень. Он полез за чем-то в карман.

– Это журналистка. С ней произошел несчастный случай.

– А… – протянула Лиза, не зная, стоит ли еще задавать вопросы.

Андрей зябко повел плечами. Накинув спортивную куртку, он двинулся к двери.

– Ты меня не подождешь? – удивилась Дубровская.

– Я на минуту. Только покурить, – буднично сообщил он.

Покурить?! Но он не курил уже несколько лет!

Дверь хлопнула, а Лиза так и осталась сидеть на диване. Взгляд ее был направлен в пустоту…


Лара в ярости колотила руками по подушкам.

– Я хочу уехать отсюда немедленно! – орала она.

Петр Иванович носился вокруг кровати кругами, вытирая платком вспотевший лоб. В его руке дрожал стакан воды.

– Успокойся, дорогая. Выпей это, и тебе сразу станет легче.

Жена последовала его совету, однако это ей не помогло успокоиться.

– Скажи, почему я должна здесь оставаться? – не унималась она. – Эти придурки действуют мне на нервы!

Чиновник проявлял поразительное терпение. Он знал, что через несколько минут истерика закончится и с супругой уже можно будет договориться. А пока нужно просто ждать, не обращая внимания на взлетающие к потолку туфли, на невыносимые вопли и площадную брань, извергаемые из ее нежных уст. Она была невероятно хороша в гневе, со сверкающими, как лезвия, чуть раскосыми глазами, растрепанными кудряшками и грудью, которая вздымалась каждый раз, когда Лара выкрикивала очередную непристойность. Как он желал сейчас прижать ее к этим подушкам и… Но это она позволяла ему очень редко.

– Успокойся, милая. Я понимаю, что тебя взволновали слова этой невыносимой Эммы. Я и сам едва сдерживался, – торопливо говорил он, поглаживая ее плечо. – Но, уверяю тебя, никто ничего не понял. Да и что тут можно было разобрать из лепета этой сумасшедшей?!

Его слова подействовали на супругу, как холодный душ. Она отбросила в сторону подушки и даже привстала.

– Ты думаешь, что я расстроилась из-за того, что наговорила эта старая дева?

Он выглядел растерянным.

– Ну, конечно. Ведь она… Разве могло быть что-то еще?

Лара расхохоталась.

– Да я и думать об этом забыла! Нашел из-за чего разыгрывать драму.

Он резко поднялся и отошел к окну. Засунув руки в карманы, он смотрел в черную, непроницаемую ночь, словно где-то там, в кромешной мгле, был ответ на все его вопросы.

– А я не могу забыть, – глухо сказал он. – Я помню все

– Ну, довольно лирики, – оборвала она. – Если мы уедем прямо сейчас, я еще успею на вечеринку в «Галерею». Могу поспорить, что там эта долбаная ночь привидений празднуется куда веселее.

Петр повернулся и взглянул ей прямо в глаза.

– Ты разве не понимаешь, что мы не можем сейчас отсюда уехать?

Она захихикала:

– А что нас держит? Может, ты положил на кого-то глаз? Дамы и вправду были хоть куда: свихнувшаяся без мужского внимания Эмма, забитая кляча Мария и эта… как ее? – Лара сделала уморительную гримасу. – Та, которая весь вечер просидела в маске. Вообще, это твои проблемы. Я уезжаю.

Она встала с кровати, одернула юбку и походкой манекенщицы двинулась к шкафу собирать вещи. Но Петр Иванович был начеку. Поймав супругу за руку, он с силой швырнул ее на кровать. Лара не успела сообразить, чем была вызвана столь быстрая перемена его настроения, как перекошенное яростью лицо мужа оказалось рядом с ее лицом. Глаза смотрели в глаза.

– Это наши проблемы, – прошипел он. – И мы будем их решать вместе.

– О чем ты?

– Перейду на простой и доступный тебе язык, – он держал ее железной хваткой. – Я только надеюсь, что слова этой сумасшедшей никто не воспринял всерьез. Но, даже если это и так, проблема никуда не исчезает. Эмма что-то знает. Не думаешь же ты, что она нагадала все это, гоняя по веранде дым?

– А если это так?

– Не говори глупостей, – разозлился он. – Я намерен выяснить все до конца. И ты останешься со мной, чтобы ни у кого не возникло ненужных вопросов.

– Что ты собираешься предпринять?

– Переговорить с ней с глазу на глаз. А потом уж действовать по ситуации.

Он посмотрел на нее. Сейчас она выглядела кротко, так, как должна выглядеть безупречная жена человека его уровня. И для того, чтобы продлить воспитательный эффект своей беседы, он решился на крайние меры. Подняв вверх указательный палец, он несколько раз погрозил им супруге. Слова его звучали хлестко:

– Помни! Рухнет моя карьера – ты лишишься всего: своей беспутной жизни, бесконечного хождения по массажам и соляриям и дорогих тряпок. Думаешь, найдется прекрасный принц, который западет на твои клипы? Взгляни правде в глаза: шестнадцатилетние «старлетки» тебе давно отдавили пятки…

Обычно он такого себе не позволял. Намекать супруге о том, что время немилосердно даже к таким потрясающим красавицам, как она, – было не в его привычках. Ларе едва минуло двадцать пять лет, но к вопросам возрастных изменений она относилась очень болезненно. Он знал ее любимую мозоль и сейчас давил на нее нещадно – такова была ситуация. И супруга его поняла. Вместо того чтобы, по своему обыкновению, закатить скандал и начать поносить его всякими словами из своего неповторимого лексикона, она надолго замолчала. Это был хороший знак. Он мог приниматься за дело…


Голос Константина звучал спокойно, но Мария знала, что ни к чему хорошему это не приведет. Знакомые мурашки пробежали по ее напряженному телу. Она чувствовала кожей, что затишью перед бурей скоро придет конец.

– Ты была очень разговорчива сегодня, – заявил он, рукой поглаживая свой брючный ремень.

Она молчала, понимая, что возражать бесполезно.

– Я не люблю болтливых женщин. Они выглядят отвратительно. Взять хотя бы эту дуру Эмму. Что она трепала сегодня про меня?

Мария подняла испуганные глаза.

– Это было так несвязно. Сомневаюсь, что хоть кто-нибудь мог разобрать ее намеки.

– Да? – улыбка его была нехорошей. – Скажи мне по совести, а ты не говорила того, что не должна была говорить?

– Я не понимаю, – задрожала она.

– А я думаю, понимаешь, – он вытащил брючный ремень. – Вот к чему приводит болтовня с подругами, сплетни за чаем и воскресные походы в сауну.

– Клянусь, я никому ничего не говорила.

– Правда? – удивился он. – А разве было что-то, о чем можно было говорить?

– Нет, конечно. Но ты же сам сказал… – вконец запуталась она.

– Я слишком распустил тебя, – глубокомысленно изрек он. Ремень со свистом разрезал воздух, но удара не последовало. – Женщин нужно держать в кулаке. Помнишь, что произошло со Стефанией Кольцовой?

– Извини, я просто не смогла сдержаться, – вспомнила она свой промах на злосчастной вечеринке.

Но Константин будто и не слышал ее.

– Она закончила свою жизнь плохо. Несчастный случай или самоубийство? Об этом трубили все газеты. Но до правды они так и не докопались. Думаешь, это удалось Эмме?

– Не знаю, но она что-то твердила о какой-то кассете, – поспешно заговорила Мария. – Намекала на возможность показать ее всем нам.

– О кассете? – насторожился Константин. – Ты думаешь, она у нее с собой?

– Не знаю. Может, тебе стоит поговорить с ней?

– Я обязательно это сделаю, милая. Но только чуть позже. А сейчас у меня есть дела поважнее…

– Костя?! – она отпрянула в сторону. – Прошу, не надо!

Он криво ухмылялся.

– Не так просишь!

– Пожалуйста, не надо. Прости меня. Я во всем виновата. Я!

Она упала на колени. Шпильки выпали, рассыпая черные как смоль волосы по плечам. Губы застыли, как кровавая буква «о».

Он был доволен. Выставив вперед носок лакированного ботинка, он тихо и четко произнес:

– А теперь ползи…


…Павел Грек безостановочно щелкал телевизионным пультом. По правде говоря, передачи его волновали мало, но это немудреное занятие помогало хотя бы немного отвлечься. Его невидящий взор был обращен на экран, но картинки, сменяя одна другую, не цеплялись даже за краешек его сознания. Его мысли были заняты другим.

Старушка Эмма выкинула сегодня странный фортель: бросила ему в лицо обвинение, правда, не в прямой, а в завуалированной форме. И вот теперь он пытался понять, насколько серьезна ситуация. То ли эта неуравновешенная особа выбалтывала все, что бог на душу положит; то ли она в самом деле разнюхала кое-какие факты.

В пользу первой версии свидетельствовали ее высказывания, касающиеся иных участников вечеринки. Подобного бреда ранее ему не приходилось слышать, и теперь Грек жалел лишь об одном: что он по специальности является хирургом, а не психиатром. Тогда бы он с точностью определил диагноз пациентке и предписал бы оградить ее от общества нормальных людей. Что стоят ее слова о кровавых реках и плачущих детях! Да и публику на скамью подсудимых она выбрала неудачно: известный чиновник из аппарата мэра, телевизионный магнат, местный король фармацевтики и он – успешный пластический хирург, чье имя у всех на устах. Ну, о себе он промолчит, но за других готов ручаться. Если у них есть грехи (а грехи есть у всех), то они не настолько масштабны, чтобы о них было страшно говорить вслух.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное