Наталья Борохова.

Адвокат черной королевы

(страница 3 из 24)

скачать книгу бесплатно

– Послушай, это банальная история, – успокаивал ее Андрей. – Мы с Алиной знакомы с детства. Наши родители – закадычные друзья. Вполне естественно, что они хотели бы нас видеть такими же неразлучными и счастливыми, как они сами. Кроме того, была бы сказочная возможность объединить капитал, расширить бизнес и жить по-настоящему одной семьей.

– Значит, я спутала ваши планы… – В голосе Елизаветы явно слышались слезы.

– Что ты! Мы с Алиной лишены предрассудков, просто привыкли часто находиться вместе. Пусть тебя это не пугает. Мы – просто друзья!

– Друзья! Так я и поверила! Твоя мама четко дала мне понять, что Павловская – твоя невеста, – горячилась Лиза.

– Ах, вот откуда ветер дует, – понял наконец Андрей. – Моя мать поступила бестактно. Я обязательно ей об этом скажу.

– Не вздумай! – испугалась Лиза. Ей вовсе не хотелось становиться причиной семейного скандала. Начинать знакомство с жалоб и обид было неразумно. Вряд ли бы это сулило хорошие отношения в будущем.

Теперь, когда она узнала причину ее холодного приема в доме Мерцаловых, как ни странно, ей стало легче. Конечно, родители Андрея были обескуражены внезапным появлением новой подруги сына. Но так бы они отнеслись к любой девушке. Дубровская не сомневалась, что, как только Мерцаловы получше узнают ее, они оценят ее и, возможно, даже полюбят. Необходимо лишь время, а Дубровская согласна была подождать.

– Ладно, закроем эту тему, – подвел черту Андрей. – Но обещай мне, что ты впредь будешь мне доверять, а не устраивать сцены ревности на пустом месте.

– Обещаю. – К Лизе уже вернулось хорошее настроение. Она улыбалась.

– Ты гораздо красивее Алины. Я тебя люблю, несмотря на это твое смешное платье.

– Да ты нахал! – напустилась на него Дубровская, пытаясь дернуть обидчика за ухо. Тот не сдавался. Завязалась веселая потасовка.

Конфликт был исчерпан…


Но Елизавета напрасно надеялась, что ее неуверенность и тревога, после того как ситуация прояснилась, останутся позади. Как оказалось, все только начиналось. Увидев Алину Павловскую, она едва не превратилась в соляной столб. Если бы девушка прибыла в дом Мерцаловых в лягушачьей шкуре или верхом на метле, это не произвело бы столь сильного впечатления на Дубровскую. Все было гораздо хуже.

Легкомысленно приняв на веру комплимент Андрея насчет своих неоспоримых внешних преимуществ, Лиза как-то очень просто списала соперницу со счетов. И напрасно…

Алину Павловскую не зря называли ангелом. Она была натуральной блондинкой с прелестным округлым личиком в обрамлении длинных волос, фарфоровой кожей и чудесными, словно омытыми морем, русалочьими глазами. От этого лица трудно было отвести взгляд, а если это все-таки удавалось, то очарованному наблюдателю открывались другие достоинства девушки. Она была высока, изящно сложена. Ее пропорции были совершенны. Необъяснимое чувство чистоты и свежести, каким бывает только раннее майское утро, охватывало каждого, кто попадал в плен ее обаяния.

К прекрасным внешним данным прилагалось целое собрание достоинств Алины как личности.

Она была естественна, начисто лишена снобизма, воспитана и приятна в общении. Она обладала редким даром нравиться, что теперь принято называть харизмой…

Конечно, столь незаурядные душевные добродетели были пока неизвестны Дубровской. Но от ее взгляда не ускользнуло то оживление, которое вызвал приезд дочери Павловских. Словно в темную комнату ворвался живительный луч света. Лица присутствующих, как по мановению волшебной палочки, разгладились, глаза заблестели.

– Сергей Аркадьевич, как я рада вас видеть. На днях смотрела ваше интервью на телевидении, вы были, как всегда, бесподобны. Но та настырная журналистка, в твидовом пиджаке, по-моему, не совсем хорошо знала суть проблемы. Если бы не вы, ее бы ожидал провал…

Эти слова были адресованы Мерцалову-старшему. Тот приподнялся с кресла, подставляя щеку для приветственного поцелуя. Елизавета, представив себе, сколько времени пройдет, прежде чем она решится вот так же запросто поцеловать сурового мужчину, заметно поскучнела.

– Ольга Сергеевна, вы выглядите потрясающе. Кстати, на днях я видела в «Пассаже» шарф из шифона, который отлично подойдет к вашему белому брючному костюму…

Госпожа Мерцалова оживилась, будто в ее туго набитом заграничными туалетами шкафу не было ни одного шарфа.

– Андрей, дорогой, ты в прекрасной форме. Если бы я обладала твоей силой воли, я бы давно стала олимпийской чемпионкой. Но я – страшная лентяйка, в спортивный зал меня надо тащить на буксире…

«Ну-ну, – мрачно размышляла Дубровская. – Могу дать на отсечение голову, что она с утра до вечера терзает беговую дорожку. С такой фигурой быть лежебокой просто нереально».

Но Андрей, развесив уши, охотно выслушивал дифирамбы. Алина подарила ему традиционный поцелуй, а он вместо того, чтобы сухо поблагодарить ее за проявленную любезность, поцеловал ее сам. Наблюдая, как рука, совсем недавно обнимавшая ее, теперь обвивает осиную талию соперницы, Елизавета побледнела. Она сжала десертную вилку и вместо того, чтобы захватить ею кусочек торта, неожиданно громко треснула по тарелке. Все уставились на нее, включая Алину.

– Приятно с вами познакомиться, – услышала Дубровская ее голос. – Должно быть, вы – Лиза, молодой перспективный адвокат и подруга Андрея. Он мне столько про вас рассказывал…

Дубровская подозрительно взглянула на Алину. Но ни в ее голосе, ни в ее взгляде она не заметила насмешки. Похоже, Павловская говорила искренне, не пытаясь за красивыми словами спрятать свое истинное отношение к Лизе. Девушка-русалка протянула руку. Что оставалось Дубровской? Правильно, пожать ее.

Конечно, этот простой жест дружбы не требовал особого ритуала. Вежливость предписывала просто приподняться со своего места, что Елизавета и проделала. Оказавшись рядом с соперницей, Дубровская сделала еще одно не очень приятное открытие. Она была почти на голову ниже Павловской. Положение не спасали даже высоченные шпильки. Лиза поймала себя на мысли, что ей хочется встать на цыпочки, лишь бы окружающие не заметили такой разницы в росте. Как унизительно быть такой крохой! Тут уж не пошлешь на конкурентку взгляд, полный холодного достоинства, разве что придется для этих целей влезть на табурет…

Алина заняла место за столом, и беседа, прерванная ее появлением, возобновилась опять. Елизавета стала еще более рассеянной. Она исподтишка наблюдала за красавицей, стараясь отыскать хоть какой-нибудь изъян в ее внешности или манере поведения. Тщетно! Павловская легко управлялась со столовыми приборами, умудряясь при этом поддерживать разговор. Ее руки не висели, как плети, вдоль туловища; не теребили бахрому скатерти и не поправляли беспрестанно белокурые волосы, что выдавало бы нервозность или застенчивость. Ни то ни другое было ей не свойственно. Она была уверена в себе и своей неотразимости. Ей не было нужды завоевывать сердца окружающих. Они давно и без остатка принадлежали ей. Елизавета чувствовала, что так же, как другие, она поддается ее необъяснимой силе: смотрит только на нее, невольно соглашается с ней во всем. Дубровская, казалось, испытывала мазохистское удовлетворение, разглядывая соперницу и убеждаясь, что та отнимает у нее пальму первенства абсолютно по всем показателям.

Алина умнее ее, красивее и находчивее. Ее белое простое платье смотрится на ней куда естественней, чем на Лизе ее вечерний наряд с треклятым колье на шее. Алина выглядела, как хрупкая фарфоровая статуэтка, Лиза – как глиняная напольная ваза…

– Елизавета, да что с вами?! – спрашивала ее Мерцалова.

Должно быть, она неоднократно пыталась привлечь внимание Дубровской, но та, витая где-то очень далеко, услышала ее не сразу.

– Что? – спохватилась Лиза, чувствуя, как предательская краска густо расползается по ее лицу.

– Я попросила вас передать Алине вот этот шоколадный крем. Вас это не затруднит?

– Нет.

Дубровская приподнялась со своего места. Должно быть, она сделала это слишком порывисто, а может, просто наступила на длинный подол своего вечернего платья, но вазочка на хрустальной ножке вдруг вырвалась из ее рук, и ее содержимое оказалось на белом платье Алины.

– О, боже! – вскрикнула Мерцалова. – Это нужно срочно замыть. Пройдемте в ванную.

– Какая жалость, – вздохнула Павловская-старшая. – Это платье от Версаче я подарила Алине на Рождество.

Дубровская стояла чуть жива от страха. Она растерялась, не зная, чем помочь. А в возникшей за столом суматохе вдруг раздался спокойный голос самой «жертвы» происшествия.

– Не беспокойтесь. Дело не терпит суеты. Мне поможет Лиза, а вы можете спокойно заканчивать ужин. Ольга Сергеевна, вы не будете против, если я пройду в гостевую комнату за своими вещами?

– Делай все, что посчитаешь нужным, дорогая. Платье, я думаю, не спасти, но передай его на всякий случай нашей домоправительнице Капитолине. Она знает уйму рецептов выведения пятен.

Дубровская поплелась вслед за Алиной в ванную. Она волочила подол своего платья, готовая разреветься от неловкости и стыда. Этот вечер она будет помнить до конца своей жизни. По крайней мере, ей тогда так казалось…


– Не переживай, – утешала ее Алина в просторной ванной комнате Мерцаловых.

– Я не знаю, как так вышло, – оправдывалась Лиза.

– Я говорю тебе, что проблема не стоит выеденного яйца. Ты ведь не специально.

– Нет, конечно. Но что обо мне подумают! Впервые ужинаю с родителями Андрея – и вот, извольте, такая глупая ситуация! Кстати, чем я могу тебе помочь?

– Не беспокойся, я не заставлю тебя стирать мое платье. – Павловская рассмеялась. – Все эти люди в столовой ужасно милы, но по отдельности. Вместе они могут быть невыносимы. Так что считай, что я спасла тебя от стаи голодных хищников.

Алина уже переоделась в белые хлопковые брюки и легкий голубой джемпер. Дубровская не могла не признать, что смена признанного мирового лейбла на повседневную одежду ничуть не отразилась на внешнем облике девушки, пожалуй, она стала еще привлекательнее. Зеркальные стены и потолок множили отражение Павловской, создавая эффект присутствия нескольких сказочных принцесс. Елизавета же рядом с ней явно проигрывала. Встревоженная, с нервным, каким-то опрокинутым лицом, она все еще не оправилась от шока. Ей совсем не хотелось возвращаться в столовую, где гости вполголоса обсуждают происшествие. Если бы было можно сбежать от позора, Лиза так бы и сделала. Но за столом сидела Вероника Алексеевна, которая претерпела все муки ада, краснея и бледнея за свою неловкую дочь.

Дубровская была благодарна Алине, что в критической ситуации та протянула руку помощи той, которую видела впервые в своей жизни. Лиза была не столь хорошо воспитана, потому что сейчас, в буквальном смысле слова отправив в помойное ведро платье соперницы, она кусала ногти, не решаясь задать милой девушке бестактный вопрос.

– Алина! Я хотела у тебя узнать…

– Да?

– М-м-м, ты и Андрей… Андрей и ты…

– Так я и знала! Это проделки моей маменьки?

Лиза замотала головой, не слишком понимая, что нужно отвечать. Одно было бесспорно, Павловская умела читать чужие мысли на расстоянии.

– …Можешь ничего не говорить, – разрешила Алина. – Эту сказку я слышала сотни раз. Мы с Андреем, мол, созданы друг для друга, и мир разобьется вдребезги, если мы не обменяемся с ним обручальными кольцами.

– А разве нет?

– Можешь не беспокоиться, у нас с ним разные дороги. Мы, конечно, друзья, но не более того.

Лиза не могла сдержать восторга. Она схватила Павловскую за руку.

– Правда?!

– Ну, конечно!

Алина и вправду была душечкой. Так красива, умна, порядочна и совсем-совсем не интересуется Андреем! В искренности ее слов не могло быть сомнений. Разве могла быть Павловская столь спокойна и безмятежна, если бы она видела в Лизе соперницу?

– Как жаль, что мы не подруги! – вырвалось у Дубровской.

– А что нам мешает ими стать?


Когда бесконечный вечер подошел к концу, Андрей вышел проводить гостей. Елизавета заметила, что ее друг чем-то озабочен и странно молчалив. Когда она открыла дверцу машины, собираясь сесть за руль, он слегка придержал ее за руку.

– Подожди, не торопись.

Лиза послушалась, ожидая, что он скажет на прощание что-нибудь очень приятное и поцелует ее, как обычно. Но молодой человек был погружен в свои мысли.

– Слушай, я хотел тебя спросить. Ты это сделала специально?

– Что? – сначала не поняла Дубровская, но потом, осознав, что Андрей подозревает ее в злом умысле относительно Алины, поспешила оправдаться: – Нет-нет! Как ты мог подумать? Это получилось случайно.

Скорее всего слова прозвучали неубедительно, потому что Андрей сухо поцеловал ее в щеку. Он стоял и смотрел, как она заводит автомобиль, как трогается с места. Они еще не успели миновать подъездную аллею, а молодой человек уже скрылся за дверями дома. У него не было охоты провожать взглядом свою возлюбленную и махать ей на прощание рукой.

Мать молчала почти всю дорогу, что на нее было совсем не похоже. И только тогда, когда они подъезжали к дому, она вдруг сказала то, что весь вечер не давало покоя Елизавете:

– Я не знаю, что тебе говорил твой драгоценный жених, но одно могу заметить вполне определенно. С такой девушкой, как Алина Павловская, невозможно дружить. Ее можно только любить. Причем, прости за каламбур, не любить ее невозможно.

Елизавета подняла глаза. В них стояли слезы…


Вскоре после злополучного вечера Лиза стала частым гостем в доме Павловских. «Тебе там абсолютно нечего делать», – заявляла мать, и где-то в глубине души Елизавета была с ней полностью согласна. Но разве она могла объяснить Веронике Алексеевне, что ее необъяснимо влечет к девушке, в которую, вполне возможно, тайно влюблен Андрей.

Это открытие сделала Елизавета совсем недавно. Таким образом, концы сходились с концами. Андрей – без ума от Алины, Алине безразличен Андрей. Только так можно было объяснить странное поведение парочки. Конечно, у Мерцалова есть глаза, и он прекрасно видит, насколько обворожительна и безупречна дочь их знакомых. Его родители лезут из кожи вон, только бы заполучить такую невестку. В этом Дубровская могла убедиться сама. Вероятно, и Павловские ничего не имеют против этого брака. Выгодно по многим причинам. Вот только загвоздка в Алине. Она равнодушна к Мерцалову. А он страдает… В этом Дубровская была уверена и поэтому страдала сама. И по этой же причине она искала встречи с той, которая была для всех воплощением совершенства. Ей доставляло мучительное наслаждение видеть соперницу, наблюдать за ней и упиваться собственным убожеством.

Алина была ей всегда рада, чего не скажешь о ее родителях. Они держались отчужденно и не проявляли восторга при виде новой знакомой дочери. Лизу поначалу очень смущала такая неприветливость, но Алина посоветовала ей не принимать все близко к сердцу.

– Возможно, они немного скупы на эмоции и кажутся на первый взгляд сухарями, но дело не в тебе. Мы – потомственные дворяне, а это накладывает отпечаток на характер, хочешь ты этого или нет…

Снобы несчастные! Конечно, Дубровская не могла похвастаться родовитыми предками, но ее отец еще совсем недавно обладал большой властью. Разумеется, в их столовой не висели портреты дам в шляпах с перьями и мужчин с Георгиевскими крестами, но представление об этикете они имели и не ударили бы в грязь лицом, если бы кому-нибудь из них довелось сидеть за столом с важными персонами… Правда, после пресловутого ужина у Мерцаловых Елизавета не была в этом столь непоколебимо уверена…

Сама Алина, не в пример своим чрезвычайно надменным родителям, была мила и проста в общении. Можно было только диву даваться, насколько яблоко, в случае с дочерью Павловских, далеко упало от яблони. Девушка с удовольствием выслушивала длинные монологи Лизы, целиком и полностью посвященные ее проблемам; давала советы, которые не всегда услышишь и от опытного психолога. Так уж повелось, что Дубровская начала доверять новой подруге все свои секреты…


Как-то раз она пожаловалась Алине на деспотизм Мерцалова.

– Он ничего не хочет слышать о моей работе! Не знаю, как мне быть…

Действительно, Андрей заявил ей вполне определенно, что не желает видеть свою невесту в качестве адвоката по уголовным делам.

– Пойми, дорогая, это экономически невыгодно и с точки зрения здравого смысла неразумно. Ты не забыла ту милую историю, когда общение с одним из твоих подопечных едва не стоило тебе жизни?

Конечно, Лиза ничего не забыла. Более того, именно Мерцалов спас ее от неминуемой гибели, за что, если разобраться, она должна быть ему безмерно признательна. Но благодарность не относилась к числу сильных сторон ее противоречивой натуры. Дубровская злилась, дулась, но вопрос так и оставался открытым…

Однажды, когда Лиза уже и думать забыла о своем разговоре с Павловской, та вдруг напомнила о нем сама.

– У меня для тебя есть хорошие новости!

Алина достала из портфеля толстую папку и положила ее на стол. Дубровской неоткуда было ждать приятных известий, поэтому она только пожала плечами:

– Что это?

– Маленький ключик, с помощью которого ты запросто решишь все свои проблемы. Это твое первое арбитражное дело! Ты довольна?

Лиза не знала, что и ответить.

– Тебе представляется неплохой шанс начать строить свою карьеру заново, уже в другом качестве.

– Но откуда ты взяла это дело?

Алина лукаво улыбнулась.

– Много будешь знать… Впрочем, это не секрет. Мой давний знакомый Арсений Данилкин нуждается в юридической помощи. Я ему отрекомендовала тебя с самой лучшей стороны. Он просто умолял меня, чтобы ты взялась за его дело. Он готов оплатить тебе саму работу и, разумеется, результат.

– Ой, Алина! – испугалась Дубровская.

Ей не хотелось признаваться подруге в том, что она абсолютно ничего не смыслит в хозяйственных вопросах. Из всего многообразия насыщенной жизни бизнесменов и юристов она усвоила лишь одно – есть арбитражный суд, где все они сражаются не за жизнь, а за деньги. Упускать возможность попробовать свои силы на новом поприще Лизе не хотелось. Вместе с тем она боялась подвести Алину и незнакомого ей легковерного Данилкина.

– Понимаешь, у меня нет опыта в арбитражных делах. Я занималась только уголовными.

– Ерунда! – Алина смотрела на вещи оптимистично.

– Не совсем. Процесс – вещь непредсказуемая. Я могу проиграть, а ты уже обещала результат.

– Это дело невозможно испортить. Вот увидишь! Все ясно и просто.

Лиза не была в этом уверена. Но скрепя сердце она взяла в руки папку. Рассеянно листая документы, которые значили для нее примерно столько же, сколько для медведя нотная грамота, она делано хмурилась. Увидев акт приема-передачи векселя, Дубровская испугалась не на шутку. Она захлопнула папку.

– Знаешь, я не занимаюсь векселями. Это такое… такое… Впрочем, ты не юрист, поэтому не поймешь.

Векселя вызывали у Елизаветы стойкую антипатию. Дубровская уже предвидела бесславный финал своего первого дела.

Алина как-то странно смотрела на нее.

– Ты увидишь, там нет ничего заумного. Это я могу тебе гарантировать как дипломированный экономист.

– Даже не проси! – Лиза зажала уши руками.

– Хорошо. Давай поступим по-другому. Ты берешь домой папку, изучаешь ее и только после этого сообщаешь мне свое решение. Если ты будешь по-прежнему против, я найду как выкрутиться перед Данилкиным.

Елизавета вынуждена была уступить.


К великому удивлению Лизы, дело и впрямь оказалось простым. Фирма «Резерв», в лице доверчивого бизнесмена Данилкина, заключила договор купли-продажи с фирмой «Русский лес». Закрытое акционерное общество представлял некто Плешак. Бедняга Данилкин желал приобрести автогрейдеры (что это за штука, Лиза так и не поняла, что, впрочем, не важно). Приятель Алины свои обязательства выполнил: передал Плешаку векселя на кругленькую сумму, но своих диковинных машин так и не дождался. В этом вся суть проблемы!

Лиза даже рассмеялась от удовольствия. Взыскать задолженность с кидалы Плешака смог бы даже первокурсник. Благо все документы были в наличии. Подписи и печати присутствовали. Дело, как и предсказывала Алина, было выигрышным. Других вариантов и быть не могло!


Она позвонила Алине поздно вечером.

– Я берусь за дело.

– Рада слышать.

– Я думаю, что этот твой бизнесмен захочет со мной встретиться. Я буду свободна…

– Не торопись, Лиза. У него дел по горло, так что вряд ли он выкроит свободную минутку.

– Но речь идет о крупной сумме долга. Ему что, все равно, кому поручить вести дело?

– Ему достаточно моей рекомендации. Деньги за твои услуги, а также доверенность я берусь передать тебе сама.

– Доверенность?

– Ну, конечно! С этим документом ты пойдешь в суд представлять его интересы. Самому Данилкину маячить в суде нет никакого резона!

– Разумеется. – Лиза прикусила язычок. Про доверенность она как-то забыла. Вот что значит не иметь опыта!

– Хорошо. Тогда до встречи!

– Постой! – Лизе нелегко было просить подругу об одолжении. – Ты не могла бы…

– Все, что угодно, дорогая.

– Ты не могла бы… не говорить об этом Андрею? Мне хотелось бы, чтобы он подумал…

– …что клиент нашел тебя сам. Услышал о твоих потрясающих победах в суде и бросился к тебе умолять о помощи.

– Ты смеешься? – огорчилась Лиза.

– Никогда! – заверила ее Павловская. – Знаешь, я сама хотела тебе это предложить. Ты меня опередила.

– Ты душечка, Алина! – воскликнула Лиза.

Ну, разве не чудо иметь такую подругу!


Дубровская со смешанным чувством гордости и страха прочитала доверенность, составленную Данилкиным.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное