Наталья Щерба.

Антипризма

(страница 1 из 2)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Наталья Васильевна Щерба
|
|  Антипризма
 -------


   В сероватой воде мелькали тусклые рыбьи спинки, но поплавок оставался недвижим. Мой дед считал, что нет в мире дела более увлекательного чем рыбалка, но я с этим не мог согласиться. Не лучше ли мчаться наперегонки на воздушных лодках или просматривать спектромонитор в поисках интересной информации, чем застрять на всю жизнь в подобном унылом пристанище среди гор, растрачивая драгоценное время на убийство рыб? Но мой дед был умным человеком и к его советам я всегда прислушивался.
   Цепко окинув взглядом сонное озеро, по глади которого ещё летали обрывки предрассветного тумана, я задержал взор на полосе маленьких домиков, казавшихся издалека серой змеёй, притаившейся среди кустов. Обычные дома, одинаковые заборчики. Лишь в одном из дворов искрилось загадочное что-то, похожее на причудливую зеркальную сферу, рассеивающую вокруг блеклые солнечные лучи. Надо будет как-то глянуть поближе…

   – Доброе утро! – прошептал тихий голос над ухом. Я вздрогнул от неожиданности, тут же укорив себя за невнимательность: расслабился на тихом бережку.
   Оказалось, меня испугала светловолосая девушка с бледным лицом: в невзрачном платьице и босоногая, с маленьким рюкзачком за спиной.
   – Неудачное утро? – спросила девушка и беззвучно рассмеялась.
   Я посмотрел на своё пустое красное ведро и тут же укорил себя второй раз: хоть воды бы налил для видимости.
   – Не расстраивайтесь, – сказала девушка.
   – Здесь рыбы всё равно нет, – вяло отозвался я.
   Простой горный воздух явно действует на меня губительно: за одно утро – два просчёта.
   – Вы слишком яркий, – улыбнулась девушка. – Поэтому рыба вас боится.
   Я с сомнением покосился на свою обычную зелёную куртку и синие джинсы: нормальная одежда, как у всех.
   – Я не про это, – тут же догадалась девушка. – Я про ваше излучение… Вы распространяете вокруг себя пронзительно оранжевую ауру. Не просто тёплую апельсиновую, а с примесью лиловых и даже сиреневых тонов… Такое свечение распугает не только рыб, но и людей.
   – Наукой давно доказано, что сиреневого и лилового не существует, – тут же возразил я. – Шесть хроматических цветов и один серый – ахроматический. Остальное – глупые романтические выдумки.
   – Да к чёрту вашу науку, – мило улыбаясь, сказала девушка. – Наверняка, побывали недавно в городе, да? Кто из техномира приезжает, дня три-четыре светится… Вы из какого селения? Не из Радужного, понятно, а то я бы вас знала…
   Вопрос застал меня врасплох, хоть я мгновенно сориентировался.
   – Я здесь в гостях, у родственников.
   Неожиданно её личико помрачнело.
   – Постойте, а вы в спектролинзах? – быстро спросила она.
   – Конечно в них, – ответил я. – А вы, наверное, слепая? Простите, незрячая…
   – У меня врождённая аллергия на спектролинзы, – тихо сказала девушка. – К счастью.
   – К счастью? – переспросил я. – Почему?
   Но девушка не ответила: она просто развернулась и зашагала по тропинке меж тусклых ивовых кустов, и вскоре исчезла из поля моего зрения.
   Ещё несколько секунд я понаблюдал за поплавком; после решительно встал, собрал рыбачьи снасти и шагнул в ивовые заросли, надеясь догнать незнакомку.
   Девушка показалась мне странной и я решил её проверить.
Меня заинтересовало это «к счастью», если не сказать – насторожило. Какое же тут счастье – родиться слепым, жить вечным изгоем?

   Люди, глаза которых не воспринимали спектровые линзы, с самого рождения направлялись в специальные поселения. Для простого глаза поглощать и отражать технические цветовые излучения, которыми пронизан наш мир снизу доверху – непосильная задача. Жизнь в городах, где проложены тысячи сверхзвуковых трасс – дорожных, подземных и воздушных, с массой ярких указателей, счётчиков и реклам – невозможна, губительна для незащищённого зрения. Поэтому людей с врождённой спектральной непереносимостью селили в горных деревнях, где они были вынуждены существовать на довольно-таки мизерную государственную помощь. Проживая вдали от техномира, не имея возможности пользоваться современными источниками информации или другими техническими средствами, эти люди, по сути, были обречены на вымирание: многие просто сходили с ума, не доживая до старости. Врачи характеризовали печальную статистику общей ослабленностью организма, неприспособленностью к цивилизованной жизни. Конечно, незрячие бывали в больших городах, но весьма редко, предпочитая лишний раз не рисковать здоровьем.
   …Как ни странно, я вскоре догнал девушку. Она шла, не торопясь, часто останавливалась, чтобы сорвать бледно-серые полевые цветы. Я тут же потянулся к монитору спектролинз и быстро нашёл название: ромашки. А эти, более тёмные, но будто присыпанные пылью – васильки.
   Завидев меня, девушка молча посторонилась, и мы зашагали рядом.
   – Так вы здесь живёте? – спросил я, чтобы как-то начать.
   – С самого рождения.
   Немного помолчав из осторожности, я продолжил:.
   – Значит, вы из незрячих…
   Девушка резко остановилась, я едва успел притормозить рядом, и окинула меня долгим внимательным взором.
   Глаза у неё были бледно-серые – обычный для незрячих цвет. По сравнению с модными ныне оттенками пронзительно фиолетовых, зелёных и даже огненно-красных радужек, легко регулирующихся спектролинзами, глаза девушки казались слишком прозрачными, даже тусклыми. Но сама она была весьма красива, хоть и бледнокожа.
   – Это для вас я незрячая, – девушка холодно усмехнулась. – Но моему взгляду доступно очень многое… То, что для таких, как вы – успешных цивилизованных людей, запершихся в своём тесном мирке, за пределами видимости.
   – И что же это?
   Бледно-серые глаза чуть прищурились, изучая меня.
   – Технический мир отслаивается от старого – истинного мира, – быстро сказала девушка. – Наша планета стремится скинуть с себя технослой, давно ставший чужим и ненужным… сбросить, словно змея старую кожу. Останутся лишь те, кто любит и понимает истинную природу, останутся… незрячие, как вы нас называете.
   Я слушал, не перебивая; запись давно работала. Неужели мне так повезло?
   – А почему вы уверены, что техноцивилизация обречена на вымирание? – с иронией спросил я.
   – Спектролинзы сделали вас, людей нового поколения, заложниками, – охотно продолжила девушка. – Вы видите чёткий семицветный спектр с погрешностью в один-два оттенка. Но сочетать цвета между собой вы уже не можете… Краски огромного мира для вас бледны… И выходит, будто для вас сам мир тускнеет, растворяется и исчезает. Но на самом деле исчезаете вы.
   Я подумал, что в незрячих говорит обида. Ещё бы! Это их цивилизация вытеснила на самый край: живут в диких горах и потихоньку сходят с ума от недостатка прогрессивной информации.
   Девушка словно подключилась к моим спектролинзам.
   – Вы думаете, я сумасшедшая? – с горечью сказала она и, немного помолчав, добавила:
   – Вы не видите очевидного: мир уходит от вас, становится всё более недоступным. Вернее, это вы спрятались от него за своими спектролинзами.
   Хорошо же её кто-то «прокачал». Знать бы кто…
   – Вы говорите – бледнеет, но я вас прекрасно вижу, – произнёс я, пряча улыбку. Наивная пылкость девушки всё же мне понравилась. – Вот вы, вот солнце, вот ваш серый букетик…
   – Человек так создан, что видит только то, что хочет. А ваши дурацкие спектролинзы показывают только самый первый слой. Остальные, более глубокие пласты, вам недоступны…
   Девушка вздохнула и вдруг спросила:
   – Какого цвета у меня глаза?
   Я сделал вид, что задумался.
   – Серые, конечно.
   – Нет, голубые, – тут же возразила она. – Вернее, васильковые, или цвета летнего неба…
   – Но небо серое, – возразил я. – Или насыщенно-серое, когда ночь. Да и васильки ваши тоже…
   Девушка окинула меня оценивающим взглядом и вдруг пронзительно расхохоталась.
   – А у вас глаза застывшие, неживые, – внезапно успокоившись, произнесла она. – Светятся ярко, как у вурдалака в лунную ночь. Интересно, какие они на самом деле…
   – Такие же, как и сейчас, – немного резко ответил я. Только что спектролинзовый монитор сообщил мне, что вурдалак – озлобленная тварь из сказок, пьющая человеческую кровь.
   – Мне бы хотелось ещё с вами поболтать, – как можно спокойнее продолжил я. – Не поймите превратно…
   Девушка внимательно изучала моё лицо. Вот она слегка наклонила голову и несовременные, слишком длинные бесцветно-серые волосы рассыпались по плечам.
   – Кто вы по профессии?
   Я чуточку напрягся, но моё лицо оставалось благодушным.
   – Менеджер… Рекламщик. А вы?
   – Ясно, – девушка натянуто улыбнулась, игнорируя мой вопрос. – Так вы приехали из города и хотите болтать… – она задумалась. – Кстати, ваша яркая аура ещё пылает отсветами техноцветов, но через недельку-другую ваше спектральное излучение побледнеет и вы будете чувствовать себя лучше… Тогда и люди не будут от вас шарахаться, не говоря уже о рыбе.
   Для жительницы диких мест девушка совсем неплохо информирована. Интересно, как здесь налажена связь с цивилизованным миром, без техники? Откуда она черпает знания? Неужели из старых книг? Я видел читающих людей, когда прогуливался по деревне… Когда-то мне попадалось несколько старинных энциклопедий, изготовленных ещё в то время, когда вовсю использовалось производство бумаги.
   – Ну хорошо, – решилась девушка, – зайдите к вечеру в «Пятачок», я там буду. А сейчас прошу извинить, у меня дела.
   Дела? В этой глуши?
   – Хорошо, – я улыбнулся как можно радостней. – А как вас хоть зовут-то? Вы не назвались…
   – Тина.
   – А меня – Сергей.

   …«Пятачок» оказался простым деревенским кабачком с просторным ухоженным двориком. Бледные звёзды быстро рассыпались по сумеречному небу, и народу в общую гостевую залу набилось много.
   Посреди «Пятачка» горел яркий белый огонь в очаге, жарилось обязательное в этих краях мясо на решётке.
   Когда я вошёл, все тут же обернулись ко мне. Наверное, даже моя аура, которую я лично не ощущал, причиняла некий дискомфорт окружающим. Я сел за столик в самом дальнем углу, но подозрительных взглядов только прибавилось.
   Подлетел официант – пузатый и неприятный усач в гладком накрахмаленном фартуке.
   – Советую пельменьки, – смачно произнёс он, чуть сплёвывая. – С уксуском, лучком и сметанкой. А к ним винцо из дикого виноградца…
   Пельмени не люблю, но заказал, чтобы усач отвязался. Тем более, Тина не показывалась, отчего ж не поужинать?
   Кабачок мне понравился: под старину всё – простенько и со вкусом. Стены дубовыми панелями обшиты, столы и стулья украшены тонкой витиеватой резьбой. Даже небольшая сцена в углу имелась, с неяркой подсветкой: на ней, на трёхногой табуретке восседал скрипач. Только он и портил всеобщее впечатление: его смычок выводил дребезжащую надрывную мелодию, словно тонкий железный прут лениво скользил по рельсам.
   Стало тоскливо.
   Быстрее бы Тина пришла…

   – Занято?
   Прежде чем я успел ответить, на стул шлёпнулась чья-то тень, преображаясь в совершенно дикого старика в грязной потрёпанной одежде. Он уставился на меня огромными белками глаз, абсолютно лишёнными какой-либо радужки.
   Я обмер.
   – Михалыч, – представился непрошенный собеседник.
   – А ведь ты не слепой… – Он вытер рукавом морщинистое лицо, громко икнул и почесал пятёрней седую взлохмаченную голову. – Я вон, и то чувствую, как ты пылаешь.
   – Да, я абсолютно нормален, – брезгливо сказал я, невольно отодвигаясь от странного собеседника.
   Старик замер. Белки его глаз медленно придвинулись ко мне: он перегнулся через стол всем телом. Я наблюдал, как нижний край его грязной рубахи тонет в моём сметанном соуснике.
   – Это тебе только кажется, что ты нормален, – шепнул мне старик и довольно хихикнул. – А на самом деле вы все ненормальные. Помешанные на своих технических штучках. Прогресс, понимаешь… А скажи-ка, друг, из чего сделали эту сметану? – старик бесцеремонно засунул палец в соусник, нагло размешал, а после облизал с гнусным чмоком.
   Невольно я потянулся к спектролинзам: быстро подключился к сфере, нашёл нужную информацию.
   – Заквасочный баккоцентрат растворяют в тёплой воде и вместе со сливками вносят в технологическую ёмкость, где будет происходить процесс сквашивания, – отчеканил я, быстро просматривая монитор спектролинз.
   – Тьфу, – сплюнул старик прямо на скатерть, почти попав мне в тарелку с «пельменьками».
   Есть расхотелось окончательно.
   – Ты мне без гляделок своих скажи, – продолжал старик, – из чего сметану делают?
   Да какая мне разница! Никогда этим вопросом не интересовался. Проклятый старик раздражал.
   Но, собственно, задумался. Одёрнул мысль, вновь побежавшую к спектролинзовому монитору. Из чего, из чего?…
   – Из молока, – поразмыслив, произнёс я.
   Старик шумно и счастливо вздохнул.
   – Неплохо, – произнёс, – жив ещё…
   После он зашёлся кашляющим смехом, поднялся и удалился, оставив меня в глубоком замешательстве.
   Чтобы расслабиться, я закрыл глаза и потянулся к спектромонитору, к своим личным файлам. Представил обычную картину пароля – хм, слишком легко, надо бы поменять на днях… Пробежал текст задания, досье на подозреваемого.
   «…Чародей. Неизвестный изобретатель, не зарегистрирован, не определён… Опасен… Паранормальные явления… Причина поиска: галлюциногенное изобретение, якобы показывающее истинный мир… Опыты на людях, есть смертельные случаи. Пропаганда, революционные настроения в спецпоселениях, попытки восстаний, немногочисленные… Все изолированы, Чародей не найден…»
   Я прошёл больше сотни подобных спецпоселений. Ни следа, ни даже подозрения присутствия изобретателя. Ловил кое-кого из последователей, в который раз выслушивал сбивчивый рассказ об истинном мире, полном необычных красок, дарящих ощущение счастья, радости и свободы – всё. Изобретательская машина в таких рассказах представлялась то сверкающим шаром, то сияющей полусферой, то огромным прозрачным куполом, из чего и был сделан вывод о галлюцинациях. Самого Чародея, конечно же, никто не помнил: ни одного нормального описания, лишь восхваляющие дифирамбы ему и его машине.

   Деревенька Радужное с виду такая же мирная, как и все предыдущие. Не скажешь, что здесь гениальные учёные разгуливают: тихо да спокойно, нет привычного городского шума.
   Как бы в опровержение моих слов, двое мужчин у барной стойки затеяли драку: посыпались быстрые удары и глухие вскрики, полетела посуда с полок.
   И тут я увидел Тину. Она быстро подошла к дерущимся и вдруг легко ударила одного из них ребром ладони, прямо по сонной артерии. Тот рухнул, как подкошенный. Второй зарычал, глянул в глаза девушки и вдруг как-то сник.
   – Убирайтесь, – медленно сказала Тина. Парень, довольно приличный здоровяк, неожиданно послушался: схватил под шиворот недавнего соперника и поволок на улицу.
   Никто особенно не обратил на инцидент внимания, но на меня вмешательство девушки произвело сильнейшее впечатление.
   – Ловко вы, – брякнул я вместо приветствия. – Не ожидал…
   – У меня есть дар убеждения, – сказала Тина, присаживаясь напротив. На лице неё не возникло и тени улыбки.
   – Лёгкая способность к гипнозу, – продолжила она.
   Я мог бы поспорить, что всё не так просто, но не стал. Мало того, я насторожился.
   – О чём вы хотели поговорить? – Тина сразу перешла к делу.
   – Интересно бы взглянуть на изобретение, – неожиданно, даже для самого себя, сказал я и добавил:
   – Увидеть истинный мир.
   Моя интуиция, бывало, подсказывала внезапные решения.
   Надеюсь, и на этот раз она не ошиблась.
   Возникла пауза. Тина оценивающе глядела на меня – я отвечал тем же.
   – Вот так вот, в лоб, – произнесла она. – Без всякой предварительной игры… Любите рисковать?
   – А вы?
   – Я – нет, – жёстко сказала Тина. – От цветастых одни неприятности.
   Хм, Тина стала грубить – назвала меня «цветастым» – кличка-месть за «незрячих».
   Назревал конфликт.
   Главное сейчас – не спугнуть.
   – Но вы же ищите таких, как я, – ляпнул наугад. – Тех, кто не знает истинного… мира.
   Тина чуть напряглась, задумалась – я отчётливо это видел.
   – Есть маленькая разница, – холодно прищурившись, ответила она. – Одно дело, когда в гости приглашают, а другое – когда сами напрашиваются.
   И улыбнулась уголком губ.
   – Так вы меня прогоняете?
   – Простите, но я должна отключить вашу запись, – Тина вдруг резко перегнулась через стол и приложила ладошки к моим вискам. – Не бойтесь, всего лишь небольшие помехи… С утра всё восстановится.
   Я замер. И вдруг с ошеломлением почувствовал, что спектролинзовый монитор сообщил о временной недоступности связи с внешним миром. Со сферой.
   – Как вы это сделали?! – я ужаснулся, на мгновение почувствовав себя почти беспомощным.
   – Вам этого не понять, – сказала Тина и наконец-то улыбнулась по-настоящему, с ямочками на бледных щеках.
   – И всё-таки…
   – Если действительно хотите увидеть, – перебивая, продолжила она. – Приходите рано утром, до рассвета, в дом возле озера, где фонтан. Его хорошо видно с того места, где вы делали вид, что ловили рыбу.
   – Я действительно удил рыбу, – искренне возразил я, но Тина уже не слушала: просто встала и ушла.

   Во дворе указанного дома имелся фонтан. Так вот что сверкало и переливалось: то, что я видел с другого берега реки…
   Вода в красивом круглом бассейне била двумя ярусами: верхний венчик пускал небольшие пенистые фейерверки, а нижний, много больше в диаметре, проливался сплошной стеной воды, образовывая тайную круглую комнатку внутри. Красивое сооружение, со вкусом.
   Да и сам дом выглядел хорошо: три этажа увиты тусклым серым плющом, из-за которого еле-еле проглядывали таинственные тёмные окна, а к аккуратному деревянному крыльцу вела посыпанная песком дорожка.
   Меня никто не встречал. Поэтому я остановился возле фонтана и стал ждать. Когда мне наскучило любоваться водяными струями, я наконец-то услышал лёгкие шаги: ко мне приближалась Тина.
   Странно, но шла она от калитки, как и я. Так это не её дом?
   – Нравится фонтан?
   – Неплохо.
   Я едва различал фигуру девушки, одетую в невыразительное длинное платье, почти сливающееся с унылой серой мглой восходящего утра.
   Внезапно Тина хлопнула в ладоши – шум воды прекратился.
   Я глянул туда, где только что били тугие пенистые струи и замер: середину бассейна занимал тонкий цилиндрический столб на плоском круглом камне.
   – Занятная механика, – пробормотал я, соображая, как вода смогла так быстро прекратить литься.
   Тина молча взяла меня за руку и увлекла за собой. Ладошка была у неё мягкой и тёплой. Мы прошли по тонкому мостику, перекинутому через бассейн, и встали на самом краю каменного круга, повернувшись к столбу спинами.
   – Смотрите, – Тина указала рукой на линию горизонта: за полосой реки показался бледный край солнца.
   Красиво. Но не более. Что удивительного хотела мне показать эта странная бледная девушка?
   – Что ты видишь? – шёпотом спросила она у меня.
   – Солнце, – ответил я и, немного подумав, добавил: – Серое.
   – А небо? – спросила девушка. – Какого оно цвета?
   – Небо? Серое и бледное, как обычно.
   Я почувствовал себя донельзя глупо. Мне-то представлялось, что я увижу того самого Чародея с его ужасным изобретением, или хотя бы саму машину… А вместо этого любуюсь с девушкой тусклым рассветом.
   Внезапно Тина опять хлопнула в ладоши. Невольно я дёрнулся в сторону: перед нами хлынула стена воды, отрезая от окружающего мира. Я быстро оглянулся, но ничего подозрительного не заметил.
   – Смотрите, как теперь хорошо, – она указала рукой на солнце, просвечивающее сквозь слой воды стайкой сонных бликов.
   Я промолчал, всей душой ожидая подвоха. Слишком просто всё…
   – Вы очень напряжены, – Тина подошла и взяла меня за руки. – Вам обязательно надо расслабиться.
   Её бледное лицо как-то странно приблизилось, бесцветные губы чуть приоткрылись.
   И я закрыл глаза.

   Поцелуй длился долго. Я незримо чувствовал, что уже поднялось солнце, пригревая мою спину… И приятно шумела вода, разбрасывая мелкие брызги.
   Словно двое влюблённых уединились в укромном уголке для романтической встречи.
   И вдруг Тина резко отстранилась: словно молния, отпрянула от меня. Её ладони сложились аркой, губы что-то прошептали, взгляд неподвижных глаз устремился вдаль. Машинально я проследил за её взглядом и вдруг судорожно выдохнул от изумления.

   Потому что увидел чудо.
   Стена сплошной льющейся воды приняла форму чёткой дуги: под влиянием неведомой силы вогнулась в середину, словно хотела раздавить меня, прижав к столбу. Я бесстрашно глянул сквозь неё и вдруг увидел страшное, безобразное солнце. Искажённое водой, оно змеилось неприятными уродливыми потёками красного, оранжевого, жёлтого, зелёного, синего и фиолетового…
   Раздался хлопок и водяная стена резко опала вниз полосой бриллиантовых брызг.
   Жуткие лучи искажённого солнечного цвета ещё змеились у меня перед глазами, когда я внезапно увидел небо.
   Оно было чистого, пронзительно-голубого цвета. А плющ на стене дома показался мне удивительно зелёным. Я оглянулся и увидел Тину: глаза у неё действительно были голубые. Такие же, как это новое странное небо.
   – Что происходит? – спросил я, моргнул раз, другой и свалился без чувств.

   Над головой серело обычное небо.
   – Обморок длился всего лишь десять секунд, – пояснила мне Тина. – Как вы себя чувствуете?
   – Нормально, – я поднялся и сел. – Что это было?
   Тина нахмурила бледный лоб.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное