Михаил Серегин.

Упал, отжался!

(страница 4 из 23)

скачать книгу бесплатно

– Взвод, к машине! В одну шеренгу... – заорал лейтенант, бросая бинокль в кабину и захлопывая дверцу. – Резинкин, автомат не забудь!

Через три минуты небольшой пыльный кортеж остановился возле замерших на обочине бетонки химиков. Скрипнули дверцы, и из головного «УАЗа» неторопливо выбрался невысокий лысенький полковник. Вытащил кепку из-под погона, прикрыл розовое сияние. Оглянулся, кивнул – свита поспешила с высадкой.

– Смир-р-рна! – Мудрецкий взглядом выровнял шеренгу и втянул животы. – Равнень-на-ле... – скрипнул каблуком, впечатал подковы в бетон. За два шага до начальства остановился, бросил ладонь к козырьку. – Товарищ полковник, взвод химзащиты отдельного...

– Вольно! – Начальство явно пребывало в благостном расположении духа. – Во-первых, не взвод, а половина взвода... ну ладно, раз командир здесь, будем считать целым. Нам хватит. Во-вторых, лейтенант, я о вас знаю больше, чем вам хотелось бы. Вы еще не приехали, а меня уже осчастливили новостью, кого мы в гости ждем. В-третьих, машину с бетона убрать – мешает проезду. Да не дергайся, не дергайся, успеешь еще. Ну-ка, пойдем, познакомимся с твоими птицами.

– А... почему птицами, товарищ полковник? – опешил Мудрецкий.

– Потому что они у тебя такие же химики, как курица – птица, – охотно пояснило начальство. – А еще потому, что они у тебя орлы. Такие, которые в лесу живут и вечно что-то долбят. Ничего, через пару месяцев их родная мама не узнает. Сами не взлетят – с ноги запускать будем.

Полковник остановился напротив Валетова, подергал ремень – снаряжение не болталось. Снаряжение было вдавлено в живот до писка в последнем. Бляха не блестела по единственной причине – была покрыта серо-зеленой краской. Штык-нож висел строго на отведенном ему уставом месте – на ладонь от пряжки.

– Это у нас кто? – начальство повернулось к командиру взвода.

– Рядовой Валетов! – доложил лейтенант, с некоторым содроганием пытаясь понять причины любопытства.

– Тот самый? – полковник ухмыльнулся и посмотрел в глаза солдату. – А по виду не скажешь... Это ты, что ли, с обезьяной обнимался?

– Так точно, товарищ полковник! – бодро ответил Фрол. – Только, виноват, скорее она со мной.

– А это уже дело ваше, кто с кем. Мое дело – чтобы ты здесь без нее не скучал. Меня вчера об этом лично генерал Лычко попросил. Так что готовься к экстремальным видам спорта, боец. – Начальство с изяществом и мягкостью танковой башни развернулось к ссыльному взводу. – Я полковник Копец, ваш царь и бог на этой территории, старший начальник вашего учебного цикла. Кто-то хихикнул в адрес моей фамилии? Правильно, никто. Потому что я к вам пришел, и вы это скоро поймете. С этого дня вы узнаете, что такое настоящая служба в героических войсках радиационной, химической и биологической защиты. Для начала вами займется представитель особого отдела майор Сытин. Товарищ майор, подойдите сюда!

От группы офицеров, потихоньку дымивших табачком возле «уазиков», отделился невысокий человек с совершенно обычным лицом.

Из запоминающегося на этом лице были, пожалуй, только глаза – добрые, усталые, совершенно не военные. Впрочем, и весь майор в своем камуфляже выглядел как-то странно, словно форма на нем была с чужого плеча. Гораздо проще было представить его в чем-то штатском – в строгом сером костюме, например.

– Вот этот человек разберется, кого из вас можно чему-то обучать, а кого сразу забирать для опытов. – Полковник улыбнулся радостной улыбкой вампира, после месяца голодовки наконец-то увидевшего на ночном кладбище случайного прохожего. – Если после этого в строю останется хотя бы половина, можно будет тратить на вас казенные деньги и наше время. Учить вас будут вон те офицеры, которые разговаривают об охоте и которых я пока что не хочу отвлекать от этого занятия ради вашего курятника. Обратите внимание, товарищи солдаты, на того, что с седыми усами. Это подполковник Васьков, мой заместитель и ваш главный палач. Ему поставлена боевая задача пройти с вами полный курс учебки, а это, как вы знаете, полгода при обычном обучении. У подполковника Васькова есть дополнительный стимул: в отпуск он пойдет только после того, как покончит с вашим образованием. Через месяц в наших местах начинает хорошо ловиться щука, через три, а при такой погоде и раньше, – полетят утки. Оба события ваш наставник не хочет пропустить. Лейтенант, вам все понятно?

– Так точно, – моментально севшим голосом просипел Мудрецкий. – Разрешите вопрос, товарищ полковник?

– Разрешаю, – величаво кивнул Копец.

– По какой специальности будем обучаться?

– Очень хороший вопрос, просто замечательный. – Веселье и благосклонность начальства кончились, зато во взгляде появилось что-то общее с Терминатором. Стоящим в строю бойцам на секунду померещилась возникшая в его зрачках прицельная сетка. – Вначале, обсуждая пожелания генерала Лычко, мы собирались готовить из вас подразделение спецобработки, тем более что на территории нашего полигона, – полковник широко взмахнул рукой, – есть что убирать и обрабатывать... Например, всерьез заняться местностью, на которой проводились учения с применением боевых отравляющих веществ. Я лично поддержал именно это предложение.

«А у меня на химзащите бахил расклеился», – тоскливо подумал Мудрецкий.

«Надо будет клапан в противогазе на место поставить», – проплыло в голове Резинкина.

«Точно, копец к нам подобрался», – Простаков понял, что о тайге и охоте можно забыть. Придется переезжать ближе к городу и докторам.

– Однако у нас с генералом Лычко свои интересы, а у родины свои, – с нескрываемым сожалением продолжил полковник Копец. – Родина считает, что управляться со шлангами можно и обезьяну научить, причем в кратчайшие сроки. Валетов, ты у нас специалист – как думаешь, за сколько дней обезьяна научится танк мыть?

– Если такая, как Люська, – дня за три, товарищ полковник, – бодро отрапортовал Фрол. – А мартышки – они дурные и мелкие, шланг не удержат.

– Вот так, значит – в случае войны мобилизуем твою Люську. А вы как-никак считаетесь взводом химзащиты, для пехоты вообще профессионалы. Так вот, наша любимая родина решила, что сейчас нам нужнее специалисты в области радиационой, химической и биологической – чего?

– Разведки, товарищ полковник, – предположил Мудрецкий, вспоминая ночной разговор с Волковым.

– Точно, – подозрительно покосился Копец. – Правильно мыслишь, лейтенант. Хоть ты и пиджак, а фамилию оправдываешь. С приборами работать – это тебе не в шахматы какие-нибудь играть, тут думать надо. И много чего уметь. Я вам обещаю, товарищи бойцы, что через те немногие месяцы, что вы будете наслаждаться нашим гостеприимством, вы сможете не только правильно обращаться со всей техникой, которую можно вам доверить, но и определять уровень радиации и наличие вредных примесей вообще без всякого оборудования. По виду, запаху и кожному зуду. Проведенные нашими учеными эксперименты, – на этот раз полковник махнул рукой вполне целенаправленно: туда, где Мудрецкий заметил дома с торчащей трубой, – так вот, они доказали, что при длительной тренировке человек начинает воспринимать опасную для себя обстановку лучше любого прибора. Остальное вы узнаете только после беседы с товарищем майором.

Неприметный особист ласково улыбнулся побледневшей шеренге.

– Теперь по организационным вопросам, – полковник достал платочек, приподнял кепку и протер вспотевшее темечко. – Вам будут выданы пропуска, без которых на территории секретного объекта вас могут задержать, а могут и застрелить. Если что-то огорожено забором, а вы туда полезли без разрешения – вас обязательно застрелят, у нас за это премии полагаются. Если на заборе проволока – могут и не стрелять, это не обязательно. То, что не слишком прожаривается, мы обычно отдаем сторожевым собакам, так что ваши семьи сильно сэкономят на похоронах.

Попытка самовольного выхода за территорию объекта вызывает большой интерес майора Сытина и его коллег, они обычно засчитывают ее как дезертирство, но могут и шпионажем назвать – смотря куда вы успеете дойти. Если до внешнего периметра – тогда просто дисбат, если кто-то сумеет перелезть на ту сторону – может смело направляться на северо-восток и спрашивать дорогу до Магадана. Кто-нибудь вам обязательно поможет. С этим все ясно?

– Так точно, – замогильными голосами откликнулся строй.

– Вот и чудненько. – Полковник снова засиял улыбкой. – Тогда сегодня получите палатку, одной вам хватит. Кому не хватит, в машине расположится, заодно имущество посторожит... Кстати, об имуществе! – спохватился добрый Копец. – Лейтенант, вы учебные пособия привезли?

– Нет, – удивился Мудрецкий. – Мне никто не сказал... А какие пособия? У нас в батальоне несколько учебников... Ну, еще приборы и техника, которые по штату, я только по ним занятия и проводил.

– Та-ак, вот тут-то я товарища генерала и обрадую... – Царь и бог обреченных химиков радостно потер руки. – У вашего комбата «УАЗ» химразведки под списание идет, вы с него должны были все ободрать и сюда притащить. Ну ничего, так даже интереснее. Новую машинку мы вам пригнали, вон она, в хвосте колонны.

Юрий посмотрел на указанное транспортное средство, но новой машины не увидел. На новых машинах обычно тенты, не выгоревшие до белизны, крылья не мятые и стекла без трещин. «Я в батальон не вернусь, – подумал он как-то отрешенно. Сегодняшний день явно приблизил его к пониманию тщетности всего земного. – Я здесь останусь. Если не сам буду опыты проводить, пусть на мне проводят. Хоть за науку загнусь, а не Стойлохряков живьем сожрет. Под чай с лимоном». Однако следующие фразы начальства вернули лейтенанту надежду дослужить оставшиеся месяцы на своей должности.

– Я вот тут посмотрел на вас. – Копец кивнул на правый фланг. – Так вот, кажется мне, что не все в «УАЗ» нормально влезут. Особенно в наш, химический. То есть упаковать-то и не таких можно, но приборы жалко. А поскольку для меня сейчас главная задача – обеспечить вам учебный процесс... Лейтенант, у вас в батальоне разведмашины есть? БРДМ?

– Так точно, у нас разведвзвод на них ездит.

– Вот и отлично. Получите новую машину, из парка НЗ. Завтра... нет, уже сегодня к вечеру вам ее тягач притащит, прямо здесь и принимать будете. Расконсервируете сами, своими силами. Водитель у вас опытный? БТР, БРДМ водил?

– Соревнования на международных учениях выиграл, – гордо доложил Мудрецкий.

– Значит, справится, – хмыкнул полковник. – А остальной личный состав поможет. Там работа не столько сложная, сколько трудная и нудная. Я думаю, за пару дней до ума доведете. Бензинчику мы вам плеснем, не пожалеем. Да, а водитель у вас что, только один?

– Один, – удивился Юрий и тут же понял, в какой переплет угодил. Обратно гнать уже две машины – это еще ладно, он и сам «шишигу» поведет. А вот разделить взвод на три отделения придется, и в каждом должен быть свой водитель... Вроде бы кто-то еще за рулем сидеть умеет, но никогда же, блин, не требовались!

Не дай бог, сейчас машину не дадут – это же верная смерть! Верная, медленная и мучительная, способ комбат подберет. Ладно, где наша не пропадала? Вот в Шиханах еще не пропадала, пришел черед.

– Если нужно, товарищ полковник, еще подготовим, кандидаты есть.

– Прекрасно, прекрасно, двоих вам хватит. Вторую машину мы вам дать не можем, будете на одной учить. В свободное от основных занятий время, пара часов в день у вас иногда найдется. Теперь, значит, насчет учебных пособий... – Копец снова снял кепку, на этот раз чтобы задумчиво пригладить то место, которое она закрывала. – Лишних у нас нет, один комплект мы уже вашим соседям выделили, им нужнее. Вот что сделаем, лейтенант: позвоню-ка я в Саратов, там в училище этого добра – девать некуда. Самое новое не дадут, но вам и не обязательно. Все равно в пехоте приборы – старье, кто бы им что другое доверил? Так что закончите с техникой – обратитесь к подполковнику Васькову, он вам устроит командировку в Саратов. На своей машине и привезете. Понятно? Еще вопросы есть?

– Есть, товарищ полковник. – Мудрецкий не мог поверить своему счастью, но мечтать о поездке домой он будет потом. В палатке и с приятной тяжестью в желудке. – Как насчет питания и бани?

– Молодцом, службу помнишь... Насчет питания у нас было два варианта. Первый – пригнать вам с соседями на двоих полевую кухню и завозить харчи по норме. Второй – три раза в день гонять машину в столовую и возить оттуда в термосах. Мы тут подумали, и я решил, что для начала будет второй вариант, а потом, когда мы вас во-он туда перегоним, – полковник показал на зеленую полоску далекого леса, – выделим кухню, там с дровишками получше. А баню... Баню мы вам устроим. Нашу, химическую баню. Без парной, но зато с душем. И даже не один раз, это я точно обещаю. Что я еще забыл? Ага, с особистом побеседуете – сразу же через Васькова готовьте график нарядов. Все как обычно – через два дня на третий. Отделения у тебя маленькие получатся, так что один боец у тебя дневальным останется, одного будешь на кухню давать и одного – в караул. Вместе с представителями наших доблестных внутренних войск. У вас с ними, как я понял, контакт уже налажен?

– Пока только с командиром познакомились, – признался Юра.

– Ну, это главное, а у личного состава еще все впереди. Вы тут надолго. Правда, их могут и пораньше забрать, но времени познакомиться вам хватит. Так вот, я сейчас как раз к ним, а вас, лейтенант, я попрошу остаться. С вами сейчас будет говорить майор Сытин. Надеюсь, после этого еще увидимся.

* * *

Майор с добрыми глазами, изрядно уставшими от созерцания нынешнего армейского беспорядка, оглядел окрестности «шишиги». Не найдя поблизости подходящего кабинета, попросту присел на ближайший палаточный фундамент, непринужденным жестом великого фокусника достал откуда-то обычную офицерскую полевую сумку и вынул из нее самую обычную тетрадку. Девяносто шесть листов, в клеточку, без всяких рисунков на обложке. Щелчком пальцев особист вызвал из небытия шариковую ручку, посмотрел на остолбеневших солдат и грустно спросил:

– Ну, у кого-нибудь будут вопросы?

Через три минуты напряженного молчания Мудрецкий, как и положено командиру, решил показать пример своим бойцам.

– Простите, товарищ майор, но я думал... – добрые усталые глаза заставили Юрия запнуться, пробормотать что-то и замолчать.

– Это хорошо, что вы думаете, товарищ лейтенант. Я даже знаю, о чем. О том, что это у меня, представителя особого отдела, должны быть к вам вопросы. Кто, откуда, какую партию поддерживал на прошлых выборах, почем родину продаст... Список можно продолжать. Можно, но не нужно. То, что нам требуется о вас знать, мы и так знаем. Сразу скажу – никаких претензий к вашим орлам у меня нет. Можно, конечно, к каждому по мелочи придраться, но этак мы должны всю армию под следствие пустить. А кто ее при этом охранять будет, вы не подумали? Вот то-то. Так что мы сейчас предпочитаем спрашивать наших... э-э-э... подопечных. Вот, например, рядовой Валетов – разве он не хочет узнать о себе что-нибудь новое и интересное? Смелее, товарищ Валетов, смелее!

– Я... ну-у... – Краем глаза Фрол заметил, как незаметно отодвигаются от него боевые товарищи. В строю ведь стоят, никто и сапогом не двинет, а как-то незаметно удаляются, удаляются... Это было и странно, и обидно, а обиженный Валетов становился способен на мелкие чудеса. Вот и сейчас он сделал то, что никогда бы себе не позволил в трезвом уме и здравой памяти. Вздохнул и спросил: – Товарищ майор, а почем бы я родину продал?

– Дорого, Фрол Петрович, дорого! – по-отечески улыбнулся майор. – Настолько дорого, что вам никто и не предложит. Поэтому мы и можем позволить вам узнать некоторую часть секретной информации. Небольшую, сразу замечу: как раз такой стоимости, чтобы покупатели ваши согласились дать раза в три меньше, чем вам хотелось бы.

– Это как? – опешил Валет. – Это что, меня кинуть собираются, что ли?! Да я их за это!..

– Вот-вот, – кивнул особист. – То, что вы можете узнать, либо уже кто-то продал и поэтому сейчас никто не покупает, либо стоит столько... В общем, вам будет выгоднее сразу к нам обратиться. Продать, так сказать, своего покупателя.

– Это что же, он стучать будет? – угрожающе проворчал Простаков и начал высматривать приятеля, скрывшегося где-то на противоположном фланге. – Это что, он и нас продаст?

– Конечно же, нет, товарищ младший сержант. – Майор Сытин укоризненно посмотрел на сибирского Гулливера. – Как вы могли подумать такое о своем друге! Стыдитесь! К тому же, знаете ли, у нас сейчас стучат только радисты. Ключом. И то, знаете ли, все реже – автоматика, электроника, то да се... Можете быть уверены: никто из тех, кто сейчас стоит с вами в одном строю, с нашим отделом не сотрудничает. К нашему сожалению, конечно, но уж чего нет, того нет. Или, может быть, вы хотите?

– Никак нет, товарищ майор! – испуганно откликнулся Простаков.

– Жаль, жаль... Вот видите, вы не хотите, а почему же кто-то другой за вас должен эту работу делать? У нас, между прочим, все как во всей армии: если можно ничего не делать – значит, именно этим и займутся. Ну а насчет нашей осведомленности, которая вас так удивляет, так за нее нам родина деньги как раз и платит. За то, чтобы мы знали, какую машину угнал ефрейтор Резинкин и какая гражданка пишет письма младшему сержанту Простакову, например.

– Не угонял я ничего! – взвился только что названный ефрейтор, но под внимательным грустным взглядом особиста как-то съежился, ростом почти сравнялся с Валетовым и попробовал было спрятаться за спины товарищей, но не получилось – взвод стоял в одну шеренгу. Резинкин смущенно пробормотал: – Ну, было разок, но ведь по приказу же...

– А в отпуске – по заказу, – кивнул особист. – Кстати, должен вас похвалить за смелость и находчивость при выполнении этого заказа. Честно говоря, не у каждого моего подчиненного такое получилось бы. Может быть, вы... Ну хорошо, хорошо, как-нибудь попозже я с вами еще поговорю. Не бойтесь, мы, собственно, к милиции и прокуратуре имеем несколько отдельное отношение. Давнее и свое. Так что никто вас передавать в руки правосудия не собирается, по крайней мере сейчас. Пусть наши органы сами учатся работать как положено... Ну, с кем еще поговорим? Вот вы, рядовой Бабочкин, хотите о себе что-нибудь новое узнать?

– Не хочу! – стоявший рядом с Валетовым бывший конюх вздрогнул. – А что там нового?

– Правильно, для вас – ничего. Для нас тоже, и это не может не радовать, товарищи. В целом ваше подразделение можно считать вполне надежным, я бы даже сказал – благонадежным, насколько это вообще возможно на сегодняшний день. Поэтому сейчас вы будете подходить справа по одному и получать свои пропуска, расписываться и мирно вставать обратно в строй. Кто там у нас первый? Вы, товарищ Простаков?

– Я!

– Головка от... Подходите, товарищ младший сержант, получите и распишитесь.

Леха неуверенно шагнул вперед. В тот же миг тетрадка в руках особиста сменилась пухлой папкой, затянутой в красный виниловый кожзаменитель. Мелькнул несколько повытершийся, а некогда тисненный золотом герб СССР. Выше и левее его красовалась новенькая наклейка с цветным двуглавым орлом.

– Вот здесь, пожалуйста. – Майор ткнул ручкой в распахнувшиеся недра папки. – Хорошо, даже отлично, а это вам.

Простаков удивленно разглядывал зеленый квадратик запаянной в пластик бумаги, неведомо как оказавшийся прямо в его огромной ладони. С квадратика столь же изумленно взирало лицо солдата, честно отслужившего свой первый год. Отнюдь не та допризывная карточка, которую военкомат подклеивал во все документы, и уж совсем не одна из тех редких фотографий, которые Леха бережно хранил для своего дембельского альбома.

– Это где вы меня успели?..

– Где положено, – уклонился от прямого ответа представитель самой осведомленной структуры в армии. – Следующий, пожалуйста!

Следующий, Ларев, получил такую же зеленую карточку, а вот Резинкину досталась желтая. Багорин и Заморин удивленно разглядывали свои розоватые, а когда очередь дошла до Валетова, на свет появилась и вовсе красная.

– И что мне теперь, обратно ехать? – проныл Фрол. – Товарищ майор, а что это все значит?

– В вашем случае именно то, что вы слишком любите задавать такие вопросы, – устало улыбнулся Сытин. – Поэтому для всех будет лучше, если вы так и не узнаете ответов. Теперь вам, товарищ лейтенант. – Особист продемонстрировал красную книжечку.

– Я что, тоже... ненадежный? – поинтересовался Мудрецкий.

– Нет, что вы! – Майор ободряюще улыбнулся. – Вы же здесь, не так ли? Были бы ненадежны – мы бы сейчас разговаривали в другом месте. Это просто офицерский пропуск, здесь система другая. Вот, например, видите штампики с цифрами? Ваш допуск третий, то есть включая секретные объекты. Вот совершенно секретные для вас, увы, закрыты. Если захотите продолжить службу у нас – тогда дело другое. Подумайте, кстати, о такой возможности. Коллеги о вас достаточно лестно отзываются, да и специализация у вас вполне подходящая. Подумайте, Юрий Борисович, подумайте, у нас научная часть сейчас понемногу поднимается, перспективы есть... Так, на сегодня наши беседы, как мне кажется, закончены. До свидания, товарищи, еще увидимся!

После этих слов взвод замер. Все ожидали или плавного исчезновения особиста в колышущемся мареве, или мгновенного – с блеском, треском и запахом серы. Не произошло ни того, ни другого: майор Сытин захлопнул красную папку, аккуратно уложил ее в полевую сумку и неторопливо направился к «уазикам». То ли бетон перегрелся и дрожало возле него марево, то ли мозги у химиков перекосило в одну сторону, но всем показалось, что блестящие черные сапоги майора совершенно не касаются дороги.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное