Михаил Серегин.

Свои грабли бьют не больно

(страница 3 из 16)

скачать книгу бесплатно

– А бокс? – напомнил мне внутренний голос.

– Так я ей о нем ничего не говорил! – воскликнул я.

– А чего ей об этом говорить, если она и сама знает, что ты ни одного матча по телевизору не пропускаешь. Вполне могла посмотреть в программе и догадаться! – возразил он. – Уж за столько лет, что вы с ней живете, она тебя достаточно хорошо изучила!

– Заткнись! – взорвался я. – Да, про бокс она могла догадаться, а вот про заправку – нет! Не могла она знать, что я именно туда заеду, а не заправлюсь на выезде из Боровска! Так что все твои рассуждения полная чепуха! И главное, где бы и с кем она ни была, она не стала бы отключать телефон! Она не могла быть уверена в том, что я ей еще раз не позвоню! И понимала, что я, услышав, что она недоступна, тут же рвану на дачу!

– Так ты же сам пожелал ей сладких снов! А значит, звонить не собирался, – напомнил мне внутренний голос.

– Замолчи, или я не знаю, что с тобой сделаю! – пригрозил я. – Одна заправка отметает все твои гнусные предположения! Теперь я точно знаю, что с ней что-то случилось!

– Ну, как знаешь! Мое дело предупредить, а решать тебе! – буркнул мой внутренний голос и действительно замолчал.

– Но что же с ней произошло? Что? – возопил я, и тут услужливое воображение начало подсовывать мне картины одна страшнее другой, и я даже помотал головой, чтобы прогнать наваждение. – Господи! Только бы жива была! – снова взмолился я. – А уж с остальным я как-нибудь справлюсь!

Промаявшись еще где-то с полчаса, я наконец уснул беспокойным сном, но – боже! – какие кошмары меня мучили!

Глава 5
Маша. Шла Маруся темным лесом за каким-то интересом

Прячась в тени кустов и деревьев, я быстро и относительно бесшумно добралась до леса, который соседствовал с нашим дачным поселком. Там я остановилась на опушке и переключила сотовый на режим «Вибро», чтобы он, не дай бог, не зазвонил в самый неподходящий момент. Найдя на ощупь нужную кнопку, я нажала ее и отважно двинулась вперед. Неожиданно подул сильный ветер, небо заволокло тучами и стало совсем темно – раньше-то от луны хоть какой-то свет был. По закону подлости дело этим не ограничилось, и начал накрапывать мелкий противный дождичек, что меня не остановило: на мне была теплая кофта – ночи в начале мая в Подмосковье прохладные. Я осторожно кралась по следам Хлыща, обмирая от ужаса каждый раз, когда под порывом ветра сосна вдруг начинала махать своими лапами, словно хотела схватить меня. Иногда у меня под ногой с казавшимся мне оглушительным треском ломалась упавшая ветка, и тогда я мгновенно застывала и начинала прислушиваться. Ориентировалась я по звукам, которые производил Хлыщ, продиравшийся через лес с не меньшим шумом, чем кабан сквозь камыши. Неожиданно я почувствовала, что наступила на что-то пружинящее под ногой и в шлепанце стало мокро.

«Господи! Неужели болото? – испугалась я, но тут же успокоила себя: – Ничего! Раз Хлыщ здесь прошел, значит, и я проберусь! И потом, если бы здесь были какие-нибудь гиблые места, то мы бы об этом наверняка знали!» Я осторожно двинулась дальше.

Дождь между тем разгулялся вовсю, кофта намокла, мне стало холодно, и я начала поеживаться. Вдруг неизвестно откуда под ногами появилось некое подобие тропинки. Я пошла по ней, оказавшись в конце концов на другой опушке леса, где никогда не была. Огляделась и поняла, что передо мной вольготно раскинулась огромная свалка. Чего там только не было! Мешки с мусором, строительные отходы, масса уже довольно сильно проржавевшей бытовой техники, несколько остовов древних автомобилей и все прочее! Да, любителю антиквариата тут было чем поживиться!

Увидев вдалеке отблески огня, я аккуратно, стараясь не шуметь и не споткнуться, направилась туда. Это оказался костер. Подобравшись поближе, я затаилась, стараясь что-нибудь услышать и разглядеть. Около костра увидела две сидевшие на пустых пластиковых ящиках фигуры, одна из которых подкинула в огонь какие-то доски, и он разгорелся вовсю. Всмотревшись, я сразу же узнала Хлыща – он сидел ко мне лицом, а второй сидел спиной, и мне оставалось только обозревать его красную матерчатую куртку с надписью «Columbia». Ветер играл языками пламени, и нагроможденное на высоту не менее двух метров вокруг этой парочки барахло отбрасывало на землю до того причудливые тени, что становилось жутковато.

– Ты хорошо посмотрел? – спросил Хлыщ, причем, вероятно от волнения, его акцент был еще больше заметен.

– В нескольких местах искал, но там ничего нет, – уверенно ответил на чистейшем русском языке его собеседник, которого я решила звать просто Типом.

– А на какую глубину? – допытывался Хлыщ.

– Где-то с метр, больше не получилось, – пояснил Тип.

– Маловато! – недовольно заметил Хлыщ.

– Так я же говорю, что больше не получилось! – раздраженно повторил Тип и спросил: – А ты сам-то уверен, что он именно там закопан? Может, на другом участке?

– Нет, точно там. Вот гады эти хозяева! Я им такие деньги предлагал, а они ни в какую! Уехали бы хоть на недельку в Москву – и никак хлопот бы не было!

– Так они же вроде уехали? – удивился Тип. – Мы же сами видели!

– А кто же тогда на меня оттуда рявкнул? – возразил Хлыщ.

– А черт его знает! Может, это какой-нибудь сосед голос подал, а ты решил, что это оттуда, – предположил Тип.

– И свет над входом тоже какой-то сосед зажег? – иронично спросил Хлыщ.

Тип на это пожал плечами и сказал:

– Может, просто выключить забыли?

– Может! – подумав, согласился Хлыщ, а Тип спросил:

– Слушай, а не могли его найти?

– Исключено! – твердо ответил Хлыщ.

– Но не мог же он сам откопаться и убежать, припевая? – взорвался Тип. – Он что, живой тебе?!

«Труп! Он ведь неживой! – промелькнуло у меня в голове. – Хлыщ закопал там труп убитого им человека! Но когда? Наверное, осенью, когда мы уже совсем с дачи уехали. Точно! Саша тогда весь огород перекопал и земля была рыхлая, так что Хлыщу и трудиться особо не пришлось. А на зиму в нашем кооперативе только Куркуль остается, который постоянно живет на даче и на это время сторожем устраивается, только вряд ли он каждый день обходит весь поселок. Вот он Хлыща и не увидел! – решила я, но тут же засомневалась: – Как это не увидел? Мы же с ним соседи, и он обязательно заметил бы постороннего! – решила я, а потом догадалась: – Так, может, он в тот день в деревню в магазин уходил, вот и не увидел! – И засомневалась: – Но тогда, вернувшись, он не мог не обратить внимания на следы протекторов на снегу! Хотя… Снега-то особо и не было – я же еще переживала, что мои розы померзнут! Но хоть немного-то все-таки было! – возразила я самой себе. – А значит… Значит, это точно случилось осенью. И даже еще до заморозков! Хлыщу и копать легче было! А потом, когда снег растаял, никаких следов его преступления найти было уже невозможно. Только зачем им сейчас этот труп? – задумалась я. – А-а-а! Наверное, его не обыскали перед тем, как закопать, а теперь оказалось, что при нем что-то было, что Хлыщ сейчас и ищет!» – решила я и тут же получила подтверждение этой догадке, потому что Тип спросил:

– А может, он все это перед смертью куда-то в другое место перепрятал?

– Да нет! Никуда он ничего не перепрятывал, прежде чем погибнуть. Здесь это! Я в этом абсолютно уверен! – убежденно заявил Хлыщ.

«Так! Значит, получается, что покойник, когда еще был живым, что-то спрятал у нас на участке. Он пришел туда осенью, когда мы уехали, чтобы это забрать, и тут Хлыщ его подкараулил и убил – следил, наверное. И потом только Хлыщ узнал о спрятанном. И теперь им нужно выкопать труп в надежде, что при нем будут какие-то указания на нужное место, а если они ничего на трупе не найдут, то будут искать сами!» – решила я.

Нога у меня затекла, превратившийся в ливень дождь тек за ворот кофты, у меня уже не то что зуб на зуб, а челюсть на челюсть не попадала, и я невольно пошевелилась, нарушив этим хрупкое равновесие хлама, к которому прислонилась, чтобы хоть как-то укрыться от пронизывающего ветра. Сверху тут же что-то рухнуло с грохотом, оглушив меня.

– Там кто-то есть! – вскочил на ноги Хлыщ.

– Брось! – попытался успокоить его Тип. – Наверное, кошка или крыса.

– Здесь нет ничего съедобного, а металлом крысы питаются только в идиотских фантастических боевиках, – возразил ему Хлыщ, и Тип, покорно поднявшись, пообещал:

– Сейчас схожу посмотрю.

А вот это в мои планы никак не входило. Я сорвалась с места и бросилась бежать так, как в институте стометровку не бегала, а страх подгонял меня гораздо сильнее, чем секундомер в руке преподавателя, потому что ставкой в этом беге был не зачет, а моя собственная жизнь – раз они убили одного, то и со мной церемониться не будут. А уж когда я услышала за спиной шум, то понеслась, не разбирая дороги.

Глава 6
Саша. Эх, дороги!

Я проснулся и, посмотрев на часы, увидел, что еще только без пятнадцати четыре – страх за жену оказался лучше любого будильника. Наскоро умывшись, я выскочил из дома и отправился на дачу. Ехать мне предстояло через всю Москву. Машин на улицах было мало, но я не гнал сломя голову, потому что светофоры еще не включили, и тревожно мигавший желтый свет открывал дорогу не только законопослушным гражданам вроде меня, но и лихачам, а авария мне была сейчас совсем ни к чему.

Благополучно выехав за пределы Москвы, я тоже не мог разогнаться – за городом над шоссе оказался довольно сильный туман – последствие вчерашнего дождя. Небо на востоке немного порозовело, но до появления солнца было еще далеко. Проклиная все на свете, я наматывал километр за километром, радуясь каждому указателю, который показывал мне, что я неуклонно приближаюсь к цели, и постоянно звонил жене, но она все не отвечала.

И тут, словно нарочно, я увидел, что впереди произошла авария: столкнулись автобус и грузовик, причем их развернуло так, что они начисто перекрыли движение, и с моей стороны у этой преграды уже стояло несколько легковушек таких же, как я, горемык. Ругаясь сквозь зубы, я вышел и спросил у собравшихся кучкой товарищей по несчастью:

– Мужики, как вы думаете, когда кончится это безобразие?

– Да ты что, браток? – усмехнулся один. – Оно еще и не начиналось! Они пять минут назад поцеловались и теперь гаишников ждут. Так что эта волокита надолго!

– Нельзя мне ждать! Нельзя! – почти простонал я.

– А ты в объезд попробуй, – посоветовал мне другой. – Езжай сейчас обратно и километрах в двадцати отсюда будет поворот на Константиновку. Вот он-то тебе и нужен!

– Чего ж ты сам так не поехал? – удивился я.

– Да там дорога такая, что и трактор завязнет! Особенно после дождя! – отмахнулся он. – Но ты, если так торопишься, можешь рискнуть! У тебя посадка повыше будет, глядишь, и проскочишь!

– Если аккуратненько, то попробовать можно! – поддержал его еще один. – Ты, главное, в колею не попади – там яма на яме, а если поближе к обочине, то ничего!

Я долго колебался, рисковать или нет. С одной стороны, от моей расторопности зависела сейчас, может быть, жизнь Маруси, а с другой – если я на грунтовке застряну, то очень не скоро выберусь. Что же делать? Я снова набрал номер жены и снова безрезультатно – она была вне доступа. Это все и решило!

Я вернулся в машину и поехал обратно. Поворот на Константиновку я чуть не пропустил, но вовремя спохватился и вырулил туда самым лихаческим образом, хорошо, что гаишников рядом не было. В этой деревне остановился возле магазина, где уже толпились и вяло переругивались несколько выпивох, и спросил у них, как мне лучше добраться до Салтыковки, предъявив им на обозрение сторублевку, что мгновенно вывело их из сонного состояния, взбодрило, и в результате я получил самые точные инструкции, а поскольку давали их сразу несколько человек и они на удивление совпали, то им можно было верить.

Дорога была такой, что ни в сказке сказать, ни пером описать! С черепашьей скоростью я двигался как можно ближе к обочине, чуть ли не вручную перекатывая колеса, но уверенно приближался к желанной цели. До дороги, идущей вокруг леса к Салтыковке, оставалось всего километра два, когда у меня буквально из-под колес выскочил какой-то тип в красной куртке и словно растаял в тумане. Я резко нажал на тормоз, и это меня погубило – машина съехала в колею. Выскочив из машины, я бросился было вслед на этим гадом, да где там! Его и след простыл! Зато неподалеку я услышал звук автомобильного мотора, а потом сквозь кусты мелькнул свет фар.

– Сволочи! – заорал я. – Хоть бы вытащили, раз я из-за вас тут застрял!

Но мой крик в тумане оказался криком вопиющего в пустыне! Звук мотора стих где-то вдалеке, а я вернулся к машине и с досады пнул ни в чем не повинную покрышку. Сев за руль, стал пытаться выбраться, но машина буксовала и не двигалась с места. Промучившись так полчаса, я в бессилии уронил голову на руки и задумался: что же делать? Самому не выбраться и на чью-либо помощь в этом пустынном месте рассчитывать тоже нечего!

Глава 7
Маша. Обратная сторона любопытства

Я неслась вперед, сама, правда, не зная, куда именно, какими-то невероятными кенгуриными прыжками. Открытую местность преодолела со сверхзвуковой скоростью – жалко, что некому было время засечь, а то я и в Книгу рекордов Гиннесса могла бы попасть. И вот он – заветный лес! Я страшно обрадовалась, что скоро спрячусь под его спасительную тень, а заодно и от ливня. Я влетела в лес, и, казалось, деревья сами в испуге разбежались передо мной. Во всяком случае, одной очень симпатичной молоденькой елочке едва-едва удалось отскочить в сторону и этим избежать нашего столкновения. Скорости я не сбавила, и ветки беспощадно хлестали меня по лицу, а корни совсем не собирались уступать мне дорогу, и я несколько раз падала, но тут же вскакивала и неслась дальше. Под ногами зачавкало, и я поняла, что бегу уже через болото, в котором и оставила свои насквозь промокшие шлепанцы. Тут из-за туч выглянула луна и стало немного светлее, но и я стала отчетливо видна. Опасаясь выстрела, – кто их знает, этих бандитов, может, у них и пистолет есть? – я прибавила скорости, хотя и так бежала уже на пределе своих сил. Сердце гулко бухало в груди, я хватала воздух открытым ртом, а душа при каждом шаге синхронно перепрыгивала из одной пятки в другую.

Наконец-то я снова почувствовала под ногами твердую почву – слава богу! Болото осталось позади! За все это время я, боясь потерять темп, ни разу не обернулась и представления не имела, преследуют меня еще или нет. Но вот, упав в очередной раз, я поняла, что если не отдохну, то просто умру.

Я лежала на холодной влажной земле и изо всех сил стискивала зубы, чтобы они не стучали, потому что от промокшей кофты мне было еще холоднее, чем было бы без нее. Я лежала и слушала лес, который начал потихоньку успокаиваться после моего грубого вторжения: послышался шорох ежей в траве, где-то прочирикала птица, ухнул филин, но никаких посторонних звуков не было. «Неужели оторвалась?» – подумала я.

Я села, прислонившись к стволу дерева, и расслабилась, наслаждаясь покоем. Но долго так оставаться было нельзя, и я, кряхтя и охая, встала и попыталась сориентироваться, в какую сторону идти. Оказалось, что я заблудилась. Ко всем моим несчастьям – босая, с ободранными в кровь ногами, замерзшая и голодная – прибавилось еще и это! Пытаться определить в темном лесу, где какая сторона света, я даже не пробовала – не сильна я в этом – и решила идти наугад, потому что не такой уж он и большой, этот лес. Я медленно брела, чувствуя заледеневшими ступнями каждую неровность почвы, каждую веточку, каждую упавшую с сосны иголочку, и сил на то, чтобы хотя бы пошипеть от боли сквозь зубы, у меня уже не было.

Понемногу начало светать, когда я внезапно услышала крик петухов и многоголосый собачий лай – впереди явно была какая-то деревня, и я, немного приободрившись, пошла на звук. Я давно потеряла счет времени, но даже не решилась посмотреть на часы на сотовом, опасаясь, что это расстроит меня еще больше. Я брела и брела, когда увидела впереди слабые огоньки и услышала мычание коров. Это придало мне сил, и я прибавила шагу. Так я вышла к Салтыковке, от которой до нашего кооператива было всего два километра – сущая ерунда, если учесть, сколько я уже набегала за это время.

Шла я исключительно на автопилоте, чуть ли не передвигая ноги руками, и вот он, родной поселок! У меня хватило ума держаться в тени заборов, чтобы не испугать случайно выглянувшего человека своим жутким видом – ведь стало уже довольно светло. Таким манером я почти дошла до своего участка, когда вдруг заметила вышедшего из своей калитки Куркуля, который направился мне навстречу и был явно не в себе. Увидев его перекошенное лицо, я невольно прижалась к забору и просто обмерла от ужаса, когда разглядела в его руке окровавленный топор, вторую руку он прятал за спину. Я изо всех сил вжалась в забор, чтобы стать как можно незаметнее, но Куркуль направился прямо ко мне, ласково говоря на ходу:

– Иди ко мне, моя хорошая! Ну, куда ты спряталась? Не бойся! Иди ко мне! Я тут тебе кое-что приготовил! Ну где же ты, девочка моя! – Тут он остановился, прислушался, а потом зло бросил: – Ах ты дрянь такая! Я к тебе со всей душой, а ты морду воротишь?

Он снова двинулся на меня, и его топор зловеще поблескивал в ранних лучах утреннего солнца.

«Господи! Значит, он точно контуженный! Наверное, у него обострение началось, и он за себя не отвечает! Вот расчленит сейчас меня на мелкие кусочки и своей Заразе скормит. И, главное, даже отвечать за это не будет – что взять с контуженного? – билась в голове паническая мысль. – Но почему именно меня? Я же ему ничего плохого не сделала? А может быть, ему все равно, на ком отыграться, на ком зло сорвать?»

Я уже открыла рот, чтобы позвать на помощь, но тут же зажала его ладонью, и, сев на корточки, сжалась в комок.

Глава 8
Саша. Оскорбительное недоверие

– Ну, слава богу! – пробормотал я, сворачивая на родную улицу дачного кооператива.

Выглядел наш мини-вэн так, словно я на нем форсировал болото, но это неважно – главное, выбрался. Я, конечно, эколог, и сучья с кустарником рубить мне должно быть стыдно и непрофессионально, только пусть сначала наши деятели научатся дороги делать, а потом уже принимают законы об охране зеленых насаждений.

– Твою мать! – невольно вырвалось у меня, и неудивительно: рядом с нашим участком стоял микроавтобус «Скорой помощи» и сновали люди в белых халатах. – Что-то с Марусей!

Быстро подъехав, я выскочил из машины и тут увидел стоявшего с самым скорбным лицом Куркуля, который, хоть меня и не жаловал, потому что я, по его мнению, лоботряс, но тут, вздохнув, сказал:

– Какое горе! Бедная девочка! Ей бы еще жить да жить! Такая молодая! Веселая! Резвая! – и поник головой.

Мои колени дрогнули и подогнулись сами собой, а сердце ухнуло в живот. С трудом глотнув, я откашлялся и собрался было спросить, что произошло с моей женой, но тут увидел в окне нашей веранды Марусю, живую и здоровую. Ноги тут же выпрямились, я откашлялся и с огромным облегчением выдохнул:

– Жива, слава богу!

– Кто? – безучастно спросил Куркуль.

– Моя жена! – чуть не заорал я ему в лицо. – Я же подумал, что вы о ней говорили!

– При чем здесь она? – вяло удивился он. – Я о Терезе говорил.

– А «Скорая» откуда? – обалдел я.

– Я для нее вызвал, – тоскливым тоном пояснил он.

– Но она же не ветеринарная!

– Ну и что? – удивился он. – Теперь за деньги все можно, а я для своей Терезы ничего не пожалею! Ее же какой-то изувер отравить пытался! Подбросили небось что-нибудь вкусненькое, вот она и не удержалась! Она сначала у меня здесь болела, а потом в лес уползла… Уж как я ее там искал! Все облазил! Чем я ее только не подманивал! Даже курицу сегодня утром зарубил и с ней в лес пошел – любит моя Тереза свежатинку! Так она сначала даже не реагировала, девочка моя… А потом ничего, на животе подползла ко мне и скулит… Жалуется, что ей больно! Ну, я ее в охапку и сюда! Врачей для нее вот вызвал!

Я был настолько ошарашен всем случившимся, что даже не нашелся что ему ответить, но тут из калитки вышел врач и сказал:

– Не волнуйтесь, Виктор Петрович! Все будет хорошо! Организм молодой, здоровый, так что все образуется!

– Дай-то бог! Дай-то бог! – вздохнул Куркуль и протянул врачу деньги, которые тот бестрепетно принял.

«Скорая» уехала. Куркуль пошел к себе ухаживать за своей Заразой, и я наконец-то получил возможность попасть на свою дачу. Пока я шел туда, во мне такой волной поднялось яростное возмущение, что я готов был поколотить Марусю, как бубен. Я себе чего только не надумал за эту ночь и утро, а она, как утренняя роза, свежа и благоухает. Ну, я ей сейчас устрою!

Но едва я вошел, как тут же понял, что глубоко заблуждался – вид у жены был тот еще! На лице царапины, коленки сбиты в кровь, как у шаловливого подростка, ступни и кисти тоже в царапинах, а еще в мелких красных точках, на голенях и руках явственно проступают синяки. И главное – вся в зеленке, только лицо пощадила. Я просто остолбенел, но поскольку у меня, как у обычного человека, слова опережают мысль, тут же заорал на нее:

– Ты почему на звонки не отвечала?

Она на миг растерялась – видимо, ожидала, что я немедленно начну хлопотать возле нее, как курица вокруг цыпленка, а потом обиженно заявила:

– Так ты же не звонил!

От такой наглости я даже дар речи потерял.

– Это я тебе не звонил? – преувеличенно вежливо спросил я, когда обрел способность говорить. – Да я тебе вчера весь вечер, полночи и все сегодняшнее утро только и делал, что звонил, а ты была вне зоны доступа. Интересно, где же ты провела такую бурную ночь?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное