Михаил Серегин.

Правильно воспитывать детей. Как?

(страница 4 из 21)

скачать книгу бесплатно

Дело было не только в том, что цепь была изрядной толщины. «Быки», приезжающие сюда отдыхать, вешают чуть ли не хомуты из золота! Просто цепочка отличалась прекрасно выполненной ювелирной выделкой. Такое плетение и узор звеньев редко встретишь, а тем более ни за что уже не спутаешь с другим. Крытому ее делали по особому заказу!

Димыч хоть и выставлял себя перед приятелями этаким блатным пацаном, но недоумком вовсе не был. До того как девятнадцатилетний Дмитрий попал к отцу Тимофею, своему дяде, он жил в Москве и даже успел окончить один курс института. Однако страсть парня к лидерству неуклонно вела его к проблемам с законом, и родители, однажды посовещавшись, решили отправить отпрыска к дяде в Ялту. Благо, тот был священником, а потому его прямой обязанностью как раз и было лечить заблудшие души.

Сказано – сделано! Предки шустрого парня написали отцу Тимофею слезное письмо, а тот по доброте душевной не смог отказать родной сестре и ее мужу в просьбе приютить на время их сына. Семья сестры была небедной, и деньги на содержание Дмитрия переводились регулярно. Отец Тимофей жил один, и поэтому молодой человек не был ему в тягость. Единственное, что доставляло огорчение священнослужителю, так это образ жизни, который вел племянник. Свернуть с него молодого человека нельзя было бы и бульдозером!

Сейчас Димыч вернулся с пляжа, где только что расстался со своей компанией.

Парень сразу отметил, что его дядя беседует именно с тем мужиком, который не дал ему закадрить понравившуюся телку.

Дмитрий решил, что подходить к дяде и его знакомому в данный момент не стоит. Он хорошо помнил, как незнакомец парой фраз срезал его на пляже. Да еще на глазах всех его друзей! Но, с другой стороны, молодому человеку очень интересно было бы узнать, о чем беседует отец Тимофей с обладателем шикарной цепуры.

На ходу бросив короткое «здрасте», Димыч пересек двор и свернул за угол дома, в сад. По крайней мере, он сделал вид, что идет в сад. На самом же деле, едва скрывшись с глаз дяди и его гостя, парень резко остановился, прижался спиной к нагретой солнцем кирпичной стене дома и прислушался, пытаясь определить тему разговора мужчин на веранде. Через несколько минут Димыч понял, что говорили они о ночном происшествии в церкви.

«Похоже, дядька крутого хочет припрячь, – сделал свой вывод племянник из услышанного. – Только вот зачем тому нужно вмешиваться в это дело?! Попик наш отбашлять ему все равно не сможет! А может, наоборот?…»

Усмехнувшись какой-то своей неожиданной мысли, Димыч, уже не останавливаясь, пошел в сад. Тут стояла скамейка и, самое главное, отсюда хорошо был виден балкон соседнего двухэтажного домика. Того самого, в котором жили Григорий с Катей.

Девушка как раз была на балконе. Димыч уселся на лавочку, закинул ногу на ногу, достал из кармана пачку сигарет и ловко выщелкнул одну, рисуясь перед Катей. Прикурил и принялся нагло пялиться на девушку. Но, к великой досаде парня, симпатулька совсем не замечала его.

Она любовалась морем, совершенно не обращая внимания на предводителя компашки местных оторвяг.

Димыч продолжал полировать взглядом прелести юной красотки, при этом чувствуя себя оскорбленным до глубины души ее полным невниманием.

«Сучка! Могла бы хоть посмотреть в мою сторону!» – злобно подумал парень.

Недокуренная сигарета полетела в кусты, и Димыч громко кашлянул. Сделал он это, естественно, специально. Проще было бы заговорить с девушкой, но после отповеди ее дяди на пляже парень считал такой ход невозможным для себя. Оскорбительно было бы получить новую нахлобучку, и в Димыче вовсю бурлило оскорбленное мужское самолюбие.

В мечтах ему уже являлись картины того, как девушка сама падает в его объятия вопреки воле того козла с цепочкой на шее.

Катерина, услышав нарочито громкий кашель, скользнула рассеянным взглядом по молодому соседу, снисходительно улыбнулась и скрылась в комнате.

Димыч достал еще одну сигарету и принялся зло чиркать зажигалкой. Прикурив, он нервно сунул зажигалку в карман, при этом не переставая ненавидящим взглядом буравить балкон соседнего дома.

«Кукла чертова! Племянница… Да какая она, к бесу, племянница! – Злые мысли чертиками лихорадочно плясали в его голове. – Наверняка ей этот старый козел столько хрустов отваливает, чтобы она с ним тут загорала! Дядя! Ха! Как же! Разрисован, как индеец на военной тропе! Небось только с нар слез и сразу за девок молоденьких взялся!»

Димыч выкинул вторую недокуренную сигарету и направился в обход дома к веранде. Дядя, стоя у калитки, как раз прощался со своим гостем. До парня, пока он шел по дорожке, донеслось: «Кощуны! Как рука поднялась!..»

«Понятно, наш попик вновь завел свою шарманку!» – мысленно усмехнулся Димыч и принялся подниматься на веранду, равнодушно повернувшись к обоим мужчинам спиной.

Что ответил сосед дяде Тимофею, молодой человек не разобрал. Кажется, судя по интонациям голоса, он его успокаивал.

Димыча слишком занимали собственные мысли, чтобы придавать значение разговорам старших. Он думал о новой соседке.

В своих смелых мечтах он представлял, как она извивается пред ним у шеста, демонстрируя стриптиз. А он, с полным равнодушием следя за ней, только изредка бросает в ее сторону денежную купюру. Понятное дело – на ней изображен американский общественный деятель.

С такими мыслями в голове молодой повеса прошмыгнул в дом и, схватив со стола кусок пирога, прошлепал в свою комнату, жуя на ходу.

* * *

Вечером на город наконец опустилась долгожданная прохлада. Прятавшиеся после обеда под крышами своих домов коренные жители и приезжие теперь выходили подышать свежим морским воздухом. Одному отцу Тимофею было не до прогулок – храм Святого Иоанна Златоуста был еще опечатан.

Священник сидел в гостиной, положив голову на руки. Казалось, ему ни до чего нет дела. Даже до той свежести, что дарил природе тихий летний закат.

Ослепительный диск солнца уже почти скрылся за горой, и только на далеких облачках у самого горизонта была едва видна его золотая кайма.

Неожиданно в эту спокойную, уверенную красоту вплелись чарующие, волшебные звуки скрипки. Нежные звуки, казалось, плыли по вечернему воздуху.

Тимофей Петрович подошел к окну и прислушался. Через несколько секунд он увидел и исполнителя, точнее, исполнительницу.

Катерина стояла на балкончике и, закрыв глаза и полностью отключившись от внешнего мира, исполняла «Аве Мария». Священнослужитель, забыв о своих горестях, на время затаил дыхание и зачарованно слушал звуки благословенного инструмента.

Хлопнула входная дверь, и как по команде скрипка умолкла. Отец Тимофей посмотрел на вошедшего.

Димыч только что вернулся от приятелей. Первым делом он сунулся в холодильник и соорудил себе супербутерброд из толстого куска хлеба и ветчины. Молодой организм требовал немалых калорий.

Тимофей Петрович укоризненно посмотрел на племянника, но ничего не сказал.

В это время Катерина опять начала играть, на этот раз увертюру из «Всенощных бдений» Рахманинова.

– Вот наяривает! – едва прожевав кусок бутерброда, выпалил отпрыск московских родителей.

– Что? – вновь заслушавшись музыкой, не расслышал его настоятель церкви.

– Говорю, играет хорошо! – объяснил свою фразу Димыч.

– Да, превосходно, – вздохнув, отозвался хозяин дома.

Димыч видел, как страдает его дядя. Он понимал, что церковь для него – все! Храм Иоанна Златоуста был смыслом жизни батюшки Тимофея. Сам Дмитрий не принимал такого подхода к жизни, считая любую работу просто средством добывания денег. По его глубокому убеждению, только деньги делали человека человеком. К брату своей матери Димыч относился как к слегка помешанному на религии чудаку. Парень не понимал такого образа жизни. Сначала он исподволь попытался выспросить дядю о каких-то скрытых доходах, но тут же наткнулся на откровенное непонимание.

«Неужели дядька такой лох? Быть на таком месте и не подняться по жизни?!» – не раз задавал себе вопросы Димыч.

– А что, дядя Тимофей, – неожиданно заговорил племянник, – этот мужик – сосед наш новый?

– Да, – односложно ответил священник и сам спросил: – А что?

– Да ничего, – как можно равнодушнее отозвался парень. – Просто я подумал, что может он делать в вашем доме?

– Что ты имеешь в виду?!

– Ну так он же бывший уголовник, дядя Тимофей! Я его на пляже видел. У него тело все разрисовано, как у якудзы японского! Живого места нет!

– Дмитрий, – серьезно посмотрел на племянника хозяин дома, – есть заповедь божья: «Не суди, да не судим будешь!» Тебе она хоть о чем-нибудь говорит?

– Да я не о том. Я все понимаю, – гнул свою линию парень. – Просто вчера такое произошло, а тут этот странный сосед! И цепура у него – сейчас в Москве такие все бандюги носят. А церковь вашу, между прочим, не ангелы святые обчистили!

– Не кощунствуй! – гневно прикрикнул на него дядя и, только через некоторое время смягчившись, спокойно высказал свою точку зрения: – Зря ты на Григория Ивановича грешишь, он в бога верует! А такое дело, которое поганцы этой ночью учинили, верующий человек сотворить не мог! Да к тому же Григорий сам на храм жертвовал! Тысячу долларов дал и помочь обещал…

Тут Тимофей Петрович неожиданно осекся, будто сказал лишнего. Но молодой человек тут же уцепился за сказанное.

– Он помочь обещал? Чем он может помочь? – вопрос прозвучал риторически. Димыч спрашивал скорее сам себя, нежели отца Тимофея. – Он же не местный, кого он тут может знать?

– Это тебя не касается, – оборвал его рассуждения священник.

– Если только бабок отстегнет? – не замечая упрека, продолжал рассуждать племянник.

– Бабок ли, дедок – устало вздохнул настоятель церкви, – лишь бы похищенное вернули на место.

– Дядя, а что, похитители выкуп запросили? – Глаза паренька заблестели азартом. – Расскажи!

– Тебе-то зачем, заноза? – явно сдаваясь, нарочито сердито буркнул Тимофей Петрович.

– Может, мне чем удастся помочь тебе! – объяснил молодой человек. – Я уже со многими пацанами познакомился в городе. Может, кто из них что услышит или узнает.

– Нет, – покачал головой поп. – Григорий Иванович просил особо не распространяться о случившемся.

– Ну, просил так просил, – нехотя отстал племянник и, взяв со стола яблоко, пошел к себе в комнату.

Завалившись прямо в одежде на кровать, Димыч задумался.

«По всему видно, что сосед – мужик крутой! Наверное, дома у себя неслабой бригадой рулит! – рассуждал он, грызя спелое красное яблоко. – Но тут-то он один, бригады нет, девка только! Чем же он может помочь?!»

Тут в голове у Димыча золотым блеском сверкнула цепура соседа.

«Штуку баксов отвалил нашему попику! Повезло же дураку! – с завистью вспомнил он слова священника. – Только наш святоша чудаковатый ни гроша себе не отожмет, все на церковь свою пустит. Эх! Мне бы его возможности!»

Кинув огрызок яблока в открытое окно, молодой человек сложил руки в замок на затылке.

«Сколько ему этот урод разрисованный еще отстегнет в виде помощи? Денег у этого самого Григория Ивановича, что у дурака махорки!»

Димыч повернулся на бок и, блаженно щурясь, принялся мечтать о том, что когда-нибудь и у него будет столько же денег, сколько и у Григория Рублева.

* * *

Шоссе серпантином уходило в гору. Невзрачные серые скалы возвышались вдоль правой обочины дороги. Слева тянулись бесконечные заросли деревьев и кустарников.

С горы на самой окраине верхней Ялты был виден двухэтажный дом, совершенно типичный для данной местности. Окна на первом и втором этажах забраны решетками: по нынешним неспокойным временам ничего удивительного в этом не было. Каждый стремится обезопасить свое жилье как может, и это правильно!

Рядом с домом располагался небольшой каменный гараж. На втором этаже – две большие комнаты. В одной из них за столом сидела блондинка, та, которая руководила ограблением церкви Святого Иоанна Златоуста. Трое ее соучастников, включая водителя, тоже находились в комнате. Коренастый крепыш Тайсон с пультом от телевизора в руках перещелкивал каналы, явно нервничая. Цыган, наоборот, безучастно тасовал карты, открывая их по одной.

Щуплый водитель по кличке Клоун тоже находился в комнате. Он ходил из угла в угол, нервно затягиваясь сигаретой.

Одна лишь белокурая бестия была спокойна.

– Клоун, перестань перед глазами маячить, – потушив окурок в пепельнице, лениво обронила она.

На щуплого водителя банды этот приказ тут же подействовал. Он резко остановился, пробежался взглядом по комнате и, обнаружив в углу свободное кресло, плюхнулся в него.

Блондинка тем временем не торопясь достала из кармана бумажник, и три пары жадных глаз приковались к нему. Заметив это, женщина цинично хмыкнула и с выражением собственного превосходства на лице посмотрела на подчиненных. Такой самодовольный взгляд задел мужчин, но никто из них этого не показал. Только Тайсон нахмурился и на секунду отвел глаза. Обладатель фигуры боксера невольно сжал кулаки, но вслух сказать ничего не решился. Однако это действие не осталось предводительницей незамеченным.

– Цыган, подваливай! – объявила она, отсчитывая купюры.

Тот не заставил себя долго ждать и через секунду оказался у стола. Получив свою долю, он вернулся к оставленным было картам.

– Клоун!

Щуплый водитель с пачкой купюр в руках вернулся в свое кресло и принялся деловито пересчитывать полученные деньги.

– Тайсон, – наконец услышал здоровяк и вскоре тоже получил свое.

Клоун, сосчитав полученную сумму, прогудел:

– А остальное?

– Остальное будет, когда попа дожмем, как и договаривались, – бесстрастно, как будто шла речь об утреннем кофе, объявила блондинка и тут же попросила: – Перевяжи мне плечо.

Она, нисколько не стесняясь мужчин, сняла рубашку. Взглядам подчиненных предстала упругая грудь, покрытая ровным загаром.

Тайсон не выдержал и довольно заурчал, выказывая свое восхищение великолепным зрелищем. Блондинка отреагировала молниеносно. Переместившись к нему ближе за какую-то десятую долю секунды, она хлестким ударом внутренней части стопы в челюсть отправила Тайсона на пол.

Затем она резко развернулась в сторону Цыгана и вызывающе посмотрела на того. «Ты не хочешь проверить свои мужские силы?!» – спрашивал ее злой взгляд. Однако Цыган остался совершенно безучастен к произошедшему. Он так же молча грыз спичку и раскладывал свои карты.

Щуплый Клоун тоже не стал проявлять мужской солидарности. Он отвернулся от лежащего на полу здоровяка-боксера и отправился в соседнюю комнату за бинтом. Вскоре на столе стояло все необходимое, и водитель бригады, стараясь не коситься на два соблазнительных полушария с коричневыми небольшими сосками, то и дело плясавшими перед самым его носом, перевязывал женщине плечо. Блондинка пользовалась непререкаемым авторитетом в своей бригаде – это чувствовалось сразу.

Тайсон тем временем пришел в себя и, глухо ворча, вернулся в свое кресло. Он был единственным, кто осмеливался иногда бунтовать, и Шахине – а именно так звали между собой блондинку остальные – приходилось время от времени ставить его на место.

– Тайсон, – обратилась к нему дамочка, когда с перевязкой было покончено, а рубашка вновь надета, – тут один урка знатный к нам в гости пожаловал. По росписи видно, что сидел долго и грамотно. С ним еще какая-то кобыла малолетняя. Он около нашего попа трется. Узнай, кто он такой и что ему нужно, только сам не светись.

– Как? – все еще потирая ушибленную челюсть, спросил Тайсон. – Ты же ялтинская, посоветуй…

– На сиськи мои пялиться умеешь, а по делу сообразить не можешь, – презрительно бросила в ответ блондинка. – Менты деньги любят. А уж в курортном городе – и подавно.

Закончив нравоучение, она покопалась в сумке и достала ручку. Оторвав клочок бумаги, быстро черканула на нем номер.

– Позвонишь этому человеку в горотдел, скажешь, что от меня, – протянула она писульку здоровяку. – Он тебе поможет.

Тайсон схватил бумажку и, шевеля губами, прочел номер, фамилию, имя и отчество мента.

* * *

Димыч недолго скучал один. Едва начало темнеть, в окно раздался условный стук. Шустрый парень специально выбрал себе комнату так, чтобы она окнами выходила не во двор, а на улицу. Отец Тимофей не очень-то жаловал приятелей племянника, и тем приходилось пробираться к нему тайком.

Димыч закрыл дверь на шпингалет и отворил ставни. Он приветственно махнул рукой белобрысому приятелю и позволил ему и еще одному парню забраться на подоконник и проникнуть в комнату.

После этого приложил палец к губам и сотворил зверскую рожицу. Но приятелей наставлять не было нужды: они знали, что разговаривать нужно вполголоса.

– Как твой дядюшка? – первым делом поинтересовался парень с осветленными волосами. Тот самый, что больше других подкалывал Димыча на пляже. – Кондрашка его не хватила? Весь город только и говорит о том, что церквуху обнесли!

– А-а, – махнул рукой лидер компашки, – как был старым идиотом, так им и остался! Сегодня он мне сказал, что тот мужик, ну, который весь в наколках, с пляжа, ему штуку «зеленью» в качестве приношения дал!

Третий их приятель, ушастый парень примерно тех же лет с короткой, под ноль, стрижкой на кочанообразной голове, неожиданно присвистнул. До того его шокировало то обстоятельство, что кто-то так вот просто, за здорово живешь, мог пожертвовать на нужды церкви тысячу долларов.

– Тихо ты! – зашикали на него двое других. – Хочешь, чтобы батюшка Тимоша нас нагнал?!

– Падлой буду, повело от цифры, – отозвался паренек чуть сиплым ломающимся голосом.

– Неужели дядька твой себе не перетянет ничего? – поинтересовался белобрысый у Димыча.

– Не-а, – изобразив полное презрение на своем лице, отрицательно покачал головой Димыч. – Дядька лох, каких еще поискать нужно! Сам будет картошку одну пустую трескать и при этом нищим бабки раздавать!

– Да, с головой у него беда, – согласился белобрысый. – На таких деньгах сидеть и ничего себе не отжимать?! Непонятно просто!

– Откуда вы знаете, что он не отжимает? – неожиданно вмешался в разговор третий парень. – Так он вам и станет докладывать, на какие доходы живет!

– Да я сам недавно слышал, как ему такое дело выгодное предлагали люди! Бизнес-план у него на столе лежал. Я в Москве в одной конторе похожие бумаженции видел, а потом мне корешок продвинутый объяснил, что к чему! Так вот, дядечка мой бородатый от таких деньжищ из своей церквушки отказался, дебил! – уверенно закончил свою мысль Димыч. – Вот у соседа нашего бабки – сразу видно! Он чувак прикинутый, и цепь у него, как у сухогруза на якоре!

– Да, – вдруг вспомнил парень с осветленными волосами, – как там его племянница поживает? Пиликает на скрипке?! Ты еще не трахнул ее?

– Да-а, бикса что надо! – мечтательно протянул ушастый. – И титьки, и ножки, и мордашка – все на месте!

– Было бы у меня столько бабок, сколько у нашего соседа, я давно бы уже тянул ее во все дыхательно-пихательные, – презрительно оттопырив губу, заявил Димыч приятелям.

– Что ты имеешь в виду? – подозрительно прищурился блондинистый.

– А ты что, не доехал? – чуть насмешливо, по своему обыкновению, ответил вопросом на вопрос душа компашки.

Повисла пауза, и двое приятелей приготовились выслушать соображения своего вожака.

– Да никакая она ему не племянница! – объявил Димыч и победно посмотрел на корешей. – Станет такой продуманный чувак с собой по югам какую-то племянницу таскать!

– Ты думаешь?…

– Конечно! Снял себе соску малолетнюю и торчит с ней! Конечно, деваха с такой мордашкой недешево стоит, но ему-то все равно, если он по штуке баксов незнакомому попу запросто отстегивает!

– В натуре! – сразу оживился ушастый, и приятели вновь вынуждены были прицыкнуть на него. – Действительно, на хрена ему на юг с племянницей ехать?

– Да и к тому же, – продолжил Димыч, вспомнив пляжную обиду, – если это, как он сказал, племянница, почему тогда не дал мне с ней познакомиться? А я ведь и подойти не успел, как он сразу на дыбы поднялся!

– В натуре! – еще раз повторил ушастый и одновременно с белобрысым согласно замотал головой.

На некоторое время молодые люди замолчали, и в эту тишину неожиданно вплелись звуки скрипки – Катюша продолжила свои упражнения.

– Во наяривает! – перекосил лицо в циничной ухмылке ушастый. – Еще и арии ему гоняет!

– За хорошие баксы и я тебе на гитаре слабаю так, что только держись! – поддержал его белобрысый.

На некоторое время все замолчали, глядя на Димыча. Тот, казалось, забыл о приятелях и, мечтательно зажмурив глаза, развалился на кровати.

– Да будь у меня столько бабок, сколько у этого черта расписанного, тянули бы эту малышку уже давно хором. – Встряхнув головой, как бы отгоняя сладостное видение, Димыч вдруг резко сел на постели.

Ушастый первым не выдержал паузы и робко спросил:

– Димыч, ты кассету забрал?

– А-а, – делано-равнодушно вспомнил Димыч, как всегда, позируя перед приятелями. – Сейчас достану.

Он подошел к книжной полке и достал с нее завернутую в тонкий полиэтилен видеокассету. Осторожно развернув обертку, он бережно извлек из картонного футляра драгоценное содержимое…

* * *

«Ил-86» серебристой стрелой пробил облака. Ровно гудя моторами, самолет мчался вперед. Пассажиры, те, которые не спали, смотрели в иллюминаторы, любуясь красотами природы далеко внизу. Другие, будучи не столь рьяными ценителями красоты, потягивали из высоких бокалов коктейли и листали журналы.

В салоне VIP-класса один из пассажиров тоже смотрел в иллюминатор. Правда, задумчиво отсутствующий взгляд красноречиво говорил о том, что красоты раннего утра мало его интересуют. Человек размышлял о своих проблемах, а их у него было достаточно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное