Михаил Серегин.

Нестандартный подход

(страница 3 из 15)

скачать книгу бесплатно

– С людьми иногда это случается, – грустно усмехнулся Китаец. – Бурлаков-то здесь при чем?

– Не знаю, – покачала головой Маргарита, – только это была какая-то странная смерть. Его нашли повешенным в своей квартире за запертыми дверьми, а когда сделали вскрытие, обнаружили, что у него отбиты внутренние органы.

– Откуда такие подробности?

– Панкратов был родственником одного нашего знакомого.

– Ваша мать знала об этом?

– Знала, – вздохнула Маргарита, – но ее знакомая, сына которой вылечил Семен Семенович, так расписала его чудесные способности, что мама отправилась к нему.

Маргарита опустила голову. Плечи ее дрогнули.

– Коньяк нас заждался, – Китаец поднял рюмку.

Но Маргарита уже плакала. Минут через пять она успокоилась. Подняла свою рюмку и затуманенными глазами посмотрела на Танина. Они дружно выпили.

Китаец специально завел разговор на темы, непосредственно не затрагивающие убийство отца Маргариты, чтобы немного отвлечь ее. Теперь же, как ему показалось, наступил момент, когда можно поговорить и о самом преступлении.

– Вы знаете, как погиб ваш отец?

– Только то, что нам сообщили следователи, когда приглашали на опознание.

– И что же они вам сказали?

– Кто-то позвонил дежурному и сообщил об убийстве во дворе дома, где находился офис отца.

– В какое время?

– Где-то в районе половины десятого вечера. Когда оперативная группа прибыла на место, во дворе, где его обнаружили, стояли несколько человек. Там было все затоптано, как нам сказали, и кинолога вызывать не стали, след собака все равно бы не взяла.

– Его застрелили? – предположил Китаец.

– Зарезали, – горестно произнесла Маргарита. – Нож торчал у него возле шеи.

– Как это – возле шеи? – переспросил Танин.

– Я не знаю, – пожала плечами Маргарита, – так нам сказали.

– Вы видели рану, когда ездили на опознание?

– Видела, – дрогнувшим голосом проговорила Маргарита.

– Расскажите, где она была.

– С правой стороны, примерно в том месте, где ключица подходит к шее. Не понимаю, для чего вам такие подробности? – Она плотно сжала губы, чтобы унять подступившие было слезы.

– Я думаю, ваш отец умер мгновенно, – задумчиво произнес Китаец, прикуривая очередную сигарету.

– Да-а, – удивленно протянула Маргарита, – именно так нам и сказали. Вам уже что-то известно о его гибели?

– Нет, – покачал головой Китаец, выпуская вверх тонкую струйку дыма, – об этом я впервые услышал от вас.

– Тогда откуда вы знаете?..

– Я профессионал, Маргарита Ильинична, и должен разбираться в способах убийства. Вашего отца убил человек, который знал, как это делается. Но сейчас давайте не будем терять время на лишние подробности. Вы согласны?

– Да, – робко кивнула Маргарита, – только все это как-то странно…

– Может быть, в другой раз, когда у нас будет побольше времени, – Китаец бросил сигарету в пепельницу, – и если мы не найдем другой темы для беседы… – Китаец замялся, не зная как продолжить. – А сейчас расскажите мне о бизнесе вашего отца.

Вы ведь знаете, с чего все началось.

– Знаю, – вздохнула она. – Года три назад мать впервые заговорила с отцом о клубе. Сначала он не придал этому значения, но вскоре почему-то загорелся этой идеей. Мне кажется, это случилось тогда, когда он поделился мыслями о клубе с Игорем Жуковым. Это его приятель, который работал в Америке. Он как раз искал применение своим деньгам, которые привез из-за океана. Вся эта эпопея с клубом длилась почти год. Получилось здорово. Там есть небольшой ресторанчик и сауна. Игорь настоял, чтобы открыть там же маленькое казино – один стол с рулеткой, «блэк джек», несколько игровых автоматов.

– Как к этому относилась ваша мать?

– Сначала она оказывала папе с Игорем всяческую поддержку, а потом, видя, что все наладилось, потихоньку отдала все это в полное их ведение. Я уже говорила, после того как дела пошли, отец воспрянул духом, но некоторое время спустя сознание собственной ущербности и невостребованности проявилось в виде жестокой ревности. Через несколько месяцев, когда появились лишние деньги, новые знакомые отца предложили ему с Игорем поучаствовать в открытии автосалона. Мать сначала была против, но потом, решив, что новые заботы отвлекут папу от его неуемной ревности, согласилась.

– Ничего не получилось?

– Увы, – вздохнула Маргарита. – Дайте и мне, – попросила она сигарету. – Новая затея отвлекла его буквально на несколько месяцев, пока он был занят организационной работой. Потом все пошло по-старому.

– Его новые партнеры по автобизнесу, – Китаец поднял на Маргариту вопросительный взгляд, – кто они?

– Их я не очень хорошо знаю. Вернее, почти совсем не знаю. – Она несколько раз затянулась и положила почти целую сигарету в пепельницу. – Одного зовут Виктор Корзун, другого – Александр Амурский.

– Громкая фамилия, – усмехнулся Китаец. – Значит, об их отношениях с вашим отцом вы ничего не знаете?

– Боюсь, что так.

– Ладно, – Танин кивнул, – тогда расскажите, какие отношения были у вашего отца с Игорем?

– В основном они ладили и, кажется, неплохо.

– А в частностях?

– Ну, были у них пару раз какие-то трения, у кого их не бывает, – пожала плечами Маргарита. – Однажды я оказалась свидетелем их перепалки. Я как раз пришла в клуб, дверь кабинета оказалась приоткрытой. Папа высказывал Игорю свое недовольство каким-то его приятелем, что, мол, тот пьет и жрет за счет заведения и несколько раз в месяц занимает сауну. Мало того, что он сам лопает и отдыхает, да еще и своих приятелей и баб с собой тащит. В конце концов Игорь согласился оплачивать счета своего друга из собственного кармана.

– Они как-нибудь называли его?

– К сожалению, я не помню, – вздохнула Маргарита.

– Это все?

– То, что я слышала в тот раз, – с сожалением произнесла она. – А еще раз папа сам говорил мне про Игоря, что он слишком высокомерно относится к обслуживающему персоналу.

– В чем это выражалось?

– Не знаю.

В комнате повисла напряженная тишина, прерываемая лишь шорохом проносящихся мимо окон конторы машин и попискиванием компьютера, на котором работала Лиза.

– Вы, наверное, знаете, – нарушил молчание Танин, – что на жизнь вашей мамы было совершено покушение.

– Она нам рассказала.

– Я оказался свидетелем того, как ей пытались устроить автокатастрофу. Виктория Ларионовна что-нибудь предприняла по этому поводу?

– Это все ужасно, – пролепетала Маргарита, – но, кажется, она не придала этому большого значения. Говорит, какой-то псих решил покуражиться на дороге.

– Это был не псих, – твердо сказал Китаец. – И он был совершенно трезвый.

– Вы видели его и не попытались догнать? – удивилась Маргарита.

– Когда я его заметил, он был уже недалеко от леса, – пояснил Китаец, словно оправдываясь, – найти там его ночью почти невозможно. И потом, – немного раздраженно заявил он, – мне платили не за то, что я охраняю вашу мать…

– А если бы вы охраняли ее, – с вызовом спросила Маргарита, – вы бы попытались его догнать?

– Нет, – отрезал Танин, – я бы все равно остался с Викторией Ларионовной.

– Не понимаю, зачем вы все это рассказываете…

– Посоветуйте вашей маме, чтобы она предприняла меры предосторожности. Ее пытались убить один раз, могут попытаться еще.

– Господи! – со страхом и отвращением воскликнула Маргарита. – Как все это гнусно!

– Не буду с вами спорить, – Танин откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на расстроенную Маргариту. – Когда я могу поговорить с вашей мамой?

– Это обязательно? – вздохнула она. – Мама не очень хорошо себя чувствует. Она даже на работу сегодня не поехала.

– Понимаю, – кивнул Китаец, – но боюсь, что без беседы с ней не обойтись. И чем раньше, тем лучше.

– Тогда я поеду домой и подготовлю ее, – взяла себя в руки Маргарита. – А потом позвоню вам. У вас еще есть вопросы?

– У отца что-нибудь пропало?

– Да, я забыла вам сказать, – кивнула Маргарита. – Исчезли портмоне с деньгами и документами на машину и ключи от нее.

– Денег было много?

– Точно не знаю, – замялась она, – обычно отец носил с собой около тысячи долларов и несколько тысяч рублей.

– Похоже на ограбление, – без должной убежденности сказал Китаец, глядя на Маргариту. – Машина тоже пропала?

– Нет, осталась стоять во дворе. У него еще были дорогие часы – «Ролекс» – их не сняли.

– Еще какие-то ценные вещи?

– Осталась еще паркеровская ручка.

– Вы сказали, что Илья Васильевич вышел из офиса, когда на него напали. Кто-нибудь знал, что он будет там в это время?

– Скорее всего – да.

– Почему вы так думаете?

– Обычно пятницу, субботу и воскресенье он проводил в клубе, а в четверг задерживался в офисе, чтобы сверить документы. Об этом многие знали.

– Кто-нибудь оставался в офисе, когда он вышел оттуда?

– Кажется, нет.

– Тогда у него должны были быть с собой ключи от офиса. Они не пропали?

– Не помню. Я не обратила внимания.

– Ладно. Разберемся. – Китаец попросил Лизу принести бланки договора.

– Подпишите вот здесь и здесь, – Танин поставил галочки на бланках и передал ей ручку.

Она сначала взглянула на Китайца, потом бегло просмотрела текст договора и поставила подписи.

– Спасибо, это все. – Китаец поднялся, давая понять, что формальности выполнены и аудиенция закончена.

Маргарита осталась сидеть.

– Кажется, я должна заплатить вам аванс? – она вопросительно посмотрела на него.

– Тысячу долларов, если вас не затруднит. Остальные – после окончания расследования.

Открыв сумочку, она отсчитала деньги.

– Я буду ждать вашего звонка. – Китаец вслед за ней пересек приемную и отпер дверь, выпуская ее.

– Я не прощаюсь, – грустно улыбнулась Маргарита.

– До встречи.

ГЛАВА 3

– Кажется, у нас появился новый клиент, – заметила Лиза.

– Ты замечательная девушка, Лиза, – усмехнулся Китаец, – все замечаешь.

– Это элементарно, Ватсон, – прыснула Лиза, – клиент подписал договор. Она тебе понравилась?

– Симпатичная девушка, – Танин приподнял брови.

– Пф-ф, – фыркнула Лиза, – у нее большой нос, мягко говоря. И вообще, она слишком выпендривается.

– Вчера у нее погиб отец, – серьезно заметил Танин.

– Тот самый ненор… Ой, – она поднесла пальчики к губам и вздохнула. – Это грустно. Надеюсь, ты ее утешил?

– Это не входит в мои обязанности, – отмахнулся Танин. – Почему ты к ней придираешься?

– Даже не думаю, – Лиза надула свои очаровательные губки. – Ты провел с ней почти два часа, за это время я принесла вам только по чашке кофе.

– Мы пили коньяк.

Лиза поморщилась. Ее любимым напитком было шампанское. Пусть самое дрянное, но шампанское. А коньяк она пила, если его наливал сам Танин.

– Я заметила, у тебя глаза блестят.

– Может, мы поменяемся местами? – иронично предложил Китаец. – Ты будешь вести дела, а я – бухгалтерию. Хотя нет, – теперь настал его черед морщиться, – терпеть не могу бумажные дела.

– Сварить кофе? – предложила Лиза.

– Давай. – Китаец сел на стул в приемной и принялся наблюдать за секретаршей.

Кипяток был уже готов. Лиза положила в джезву кофе и сахар, и через несколько секунд по комнате распространился аромат кофе.

– Пожалуйста, шеф, – она подала чашку Китайцу.

Он кивком поблагодарил и сделал крошечный глоток. Лиза села на свой стул и посмотрела на Танина.

– Дело серьезное?

– Убийство – всегда серьезное дело, – помедлив немного, ответил он. – Пока почти ничего не ясно.

Выпив кофе, Китаец на «Массо» двинулся в клуб «Архипелаг». Солнце опять спряталось за сине-белое облако, и его свет стал напоминать теплое молоко с золотистой пеночкой. Китаец снял темные очки и закурил.

Клуб «Архипелаг» располагался на Второй Дачной. Днем там можно было просто пообедать, вечером и ночью кроме дорогих напитков и снеди получить весь комплекс удовольствий, характерных для подобных заведений, начиная с бильярда и кончая рулеткой. Китаец оставил машину на стоянке и быстро поднялся по широкой и довольно крутой лестнице к стеклянным дверям, слепившим глаза своей до блеска надраенной поверхностью. Едва он вошел внутрь, как тут же приковал к себе внимание охранника в голубой униформе и вежливо скалящего зубы швейцара.

– Добрый день, – поздоровался он, – где я могу увидеть господина Жукова?

Швейцар, вислоухий нескладный детина с прилизанными белыми волосами и глубоко посаженными глазами непонятного цвета, часто заморгал, словно вопрос Китайца озадачил его.

– А вы по какому вопросу? – осторожно осведомился он.

Китаец молча достал из кармана лицензию, а сам окинул быстрым взглядом фойе. Оно было отделано мрамором кофейного цвета, на полу лежал бледно-абрикосовый ковер в коричневых завитках, по углам были расставлены пальмы в деревянных кадках, на стенах висели зеркала в тяжелых бронзовых рамах, меланхолично удваивая в своих неподвижных отражениях приглушенный дневной тенью и тишиной шик.

– Занимаюсь расследованием обстоятельств смерти Ильи Васильевича Крупенкова.

Этот ответ поверг швейцара в еще большую растерянность и недоумение. Он с опаской покосился на визитера.

– Пойдемте, я вас провожу. – Он еще раз внимательно посмотрел на Китайца и, кивнув ему, направился в глубь помещения. Они поднялись на второй этаж по желто-коричневой ковровой дорожке, прошли мимо нескольких дверей из светлого дуба и оказались перед, пожалуй, самой презентабельной из них. Швейцар деликатно постучался и, не дожидаясь ответа, приоткрыл дверь.

– Любочка, – прочирикал он, – здесь к Игорю Вадимовичу посетитель.

– Игорь Вадимович занят пока, – несколько удивленно пролепетала секретарша, – а что такое?

Швейцар оказался парнем чертовски интеллигентным и приятным. Он с заученно-подобострастной улыбкой отступил, предлагая пройти. Китаец одарил его выразительной улыбкой и пожалел, что подобная ситуация не располагала к вручению чаевых. Он бы еще более щедро улыбнулся и сунул в карман форменного красного пиджака не менее ста рублей. И хотя малый, без сомнения, был ему симпатичен, он не мог понять значения красного цвета его униформы. Блондин походил на красную тряпку в этом царстве бежево-абрикосовых тонов. «Это, наверное, для того чтобы посетители могли без труда идентифицировать его», – с добродушной иронией подумал Китаец. Не успел он и глазом моргнуть, как расторопный парень в своем чрезвычайно «эффектном» наряде ретировался.

– Здравствуйте, – улыбнулся Китаец сидящей за столом блондинке, которая с интересом смотрела на него поверх очков.

Надо сказать, что очки совсем не портили ее несколько простонародную милую мордашку, утиный носик которой и удивленно-испуганный взгляд придавали массу очарования. Ее светлые волосы с темными корнями были забраны в симпатичную шишечку. Низкий лоб оставался открытым, ярко накрашенные, несколько припухлые губы были разомкнуты, заражая лицо девушки немым вопросом и доподлинно детской непосредственностью. На секретарше был черный приталенный жакет, из выреза которого выглядывал победоносно топорщащийся треугольный воротник.

– Здравствуйте, – медленно, точно что-то прикидывая в уме, произнесла она. – А Игорь…

– Это я уже знаю. Я подожду. А вы пока, может, доложите? Моя фамилия Танин, зовут Владимиром Алексеевичем. Скажите, что я по поручению дочери Крупенкова Маргариты Ильиничны.

Китаец уверенно шагнул на изумрудный ковер, застилавший паркет приемной, и сел на один из стоящих вдоль стены стульев с серо-зелеными гобеленовыми сиденьями. Секретарша заерзала, сидя перед экраном монитора, еще раз взглянула на Китайца и молча сняла трубку внутреннего телефона.

– Игорь Вадимович, здесь к вам пришли. Танин Владимир Алексеевич. Говорит, по поручению дочери Крупенкова. Да… да…

Повесив трубку, она обратила к Китайцу свои небесно-голубые очи.

– Можете войти, Игорь Вадимович примет вас.

Китаец встал и, взявшись за тускло поблескивающую бронзовую ручку кабинетной двери, вопросительно посмотрел на «Любочку». Она с благожелательно-осторожной улыбкой кивнула, мол, заходите. Китаец повиновался. Он открыл дверь и очутился в просторной комнате, размеры которой умалялись обилием мебели в стиле ампир. У окна стоял длинный, накрытый золотистой скатертью с кистями стол. Он был уставлен красивыми бутылками, графинами и фужерами. Китайца приятно поразило разнообразие форм: тонкие горлышки, веером расходящиеся грани оснований, лебедиными шеями изогнутые ручки, тупые и манерно заостренные носики… Некоторые бутылки стояли в плетенках, другие возлежали в причудливых плетеных ларчиках, третьи мирно покоились в миниатюрных деревянных гробиках, открывающихся подобно книжкам и содержащих глянцевые рекламные вкладыши.

Кисти на скатерти напоминали гусарские эполеты. В комнату, где царила настороженная тишина, проникал приглушенный темно-зелеными шторами свет. Китаец понял, что источником этого чуткого молчания были глаза Игоря Вадимовича – лукавые, оценивающие, умные. Китаец дежурно улыбнулся. Дородный мужчина с небольшой плешью и пшенично-русой бородкой последовал его примеру. Но мелькнув, его улыбка исчезла, уступив место спокойной грусти.

Высоколобое лицо Игоря Вадимовича, слегка заплывшее жирком, излучало радушие. Вся выразительность этого лица была сосредоточена во взгляде, в опущенных внешних уголках его небольших проницательных глаз. Довольно крупный нос, едва различимые брови и тонкий, наполовину спрятанный под усами рот служили лишь дополнением к мягкому озорству его живого взора. Жуков был одет в непритязательную хлопчатобумажную синюю рубашку в белую крапинку и черные брюки. Когда он в знак приветствия встал из-за стола, Китаец оценил округлые формы его брюшка, которое выглядело не менее добродушным, чем его физиономия. Но часы «Картье», украшавшие толстое, покрытое рыжеватыми волосками запястье Жукова, разубеждали в мнимой простоте облика статного «американца». Дорогие трубки всемирно известных марок «Данхил», «Бит Чоук» и «Петерсон» занимали на его столе почетное место. Парочка лежала в фирменных коробках на светлом атласе. Другие теснились в пузатой вазочке. В основном это были трубки с изогнутыми мундштуками, с «чашками» темно-маслянистого цвета. На всех них красовались надпись «briar», то есть «вереск», и серебряное кольцо, подтверждавшее, что вы имеете дело с эксклюзивным товаром.

«Что ж, – подумал Китаец, – трубка ему очень даже подойдет. Человек с сигарой в зубах еще чего-то ждет от жизни, мужчина с трубкой знает о ней все, и потому он абсолютно спокоен».

– Добрый день, – Китаец слабо улыбнулся. – Извините, что мне приходится отрывать вас от дел, но обстоятельства…

– Проходите, – в гостеприимном жесте Жуков вытянул руку, указывая на обитое изумрудно-коричневым плюшем кресло, – не извиняйтесь. Мы все удручены…

Голос у Жукова был несколько глуховатым и надтреснутым. Он глубоко вздохнул и медленно опустился в кресло.

– Я вас слушаю, – оживился он, когда Китаец сел напротив него.

– Я – частный детектив, занимаюсь расследованием обстоятельств смерти Ильи Васильевича. Мне нужно задать вам несколько вопросов, если вы не возражаете.

– Конечно-конечно, – подался вперед Игорь Вадимович, – но вначале давайте выпьем.

– Спасибо, но я за рулем.

– А! – махнул рукой Жуков. – Я сам за рулем, но пью регулярно. Да и как тут откажешься! – он кивнул на заставленный алкогольными напитками стол.

– Ну тогда граммов пятьдесят коньяка…

– У меня есть кое-что получше, – хитро улыбнулся Игорь Вадимович и, сняв трубку, быстро пробежал холеным толстым пальцем по кнопкам. – Любонька, зайди, пожалуйста.

Через пару секунд в кабинете появилась секретарша. Только теперь Китаец увидел, что на ней была узкая, готовая вот-вот треснуть по швам черная юбка. «Любонька» аппетитно крутнула туго обтянутой попкой и с заботливой улыбкой замерла возле стола, за которым сидел шеф.

– Налей-ка нам граппки и чего-нибудь закусить…

В его тоне засквозила мягкая покровительственная интонация доброго барина. Люба приблизилась к заветному столу, взяла в свои белые ручки эффектную полукруглую бутылку в оплетке и принялась наливать граппу в коньячные рюмки. Через минуту она опустила на стол перед мужчинами пару рюмок и тарелочку с лимоном.

– Это обычный виноградный самогон, – улыбнулся Жуков.

– Я в курсе, – Китаец взял рюмку в руки.

– Ну, пусть Илюше земля, как говорится… будет пухом. Не знал я, что так получится. – Игорь Вадимович качнул с сожалением головой. – Я частенько пью этот, как я его называю, «макаронный самогон» вместо аперитива. – Чмокнув, Жуков поставил пустую рюмку на стол. – Давай еще, Люба!

Он сделал щедрый жест. Его глазки сузились от удовольствия. Люба поспешила еще раз наполнить рюмки.

– Вот ведь французы, – добродушно хмыкнул он, – дурни, не делают граппу, а итальянцы и немцы производят. Но немецкую вам пить не советую – грубовата. А это итальянская, «Ди Бароло».

– Я вообще-то предпочитаю коньяк, – проявил несогласие Китаец, – у вас курить можно?

Люба подала им граппу и вышла за дверь.

– Конечно, – Жуков пододвинул Китайцу бронзовую пепельницу, – а я – трубочку, – по-бонвивански крякнул он.

Жуков открыл жестянку с голландским табаком, вынул одну из стоявших в вазочке трубок, зарядил ее и принялся раскуривать.

– Самые лучшие трубки, скажу я вам, это те, у которых мундштук из балтийского янтаря, а «чашка» – из вереска, английские и голландские. Французские тоже ничего, но я вообще лягушатников не жалую, хоть они и вино классное хреначат… прошу прощения.

Китаец лениво улыбнулся.

– Игорь Вадимович, расскажите о вашем совместном с Ильей Васильевичем бизнесе. Как вы познакомились, как все начиналось…

– Да ничего такого не было… Все обычно. Собрались два кореша, у обоих бабки есть. Думали-думали и надумали… – усмехнулся Жуков. – Я, например, давно имею слабость к спиртным напиткам. Нет, не в том смысле, что пью беспробудно, – хитро улыбнулся Игорь Вадимович, с удовольствием попыхивая трубкой, – я толк в этом сладком зелье знаю. У меня, так сказать, ко всему этому пойлу, – кивнул он на стоявшие на столе рюмки, – научный интерес. А потом ведь и рулетка, и бильярд… У меня дядька был, кием владел, как Тициан – кистью! Я с детских лет, так сказать, мечту лелеял. И вот… – Жуков вздохнул. – А Илюша…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное