Михаил Серегин.

На гребне войны

(страница 3 из 28)

скачать книгу бесплатно

Катер стремительно отдалялся от берега, и сидевшие на кокпите могли видеть позади только узкую полоску земли с игрушечными каланчами кранов, буквой Г замерших в серовато-дождливом небе. В этом зрелище было что-то волнующее, и если бы не равномерно-быстрое и мощное движение катера, наполняющее душу радостным чувством свободы, пейзаж порта вызывал бы чувство грусти и покинутости. Телохранители Михея, конечно, были далеки и от того, и от другого, все, что их заботило, так это настроение хозяина, деньги и футбольные матчи по телевизору. А вот на гарса это плавание все еще действовало завораживающе. Он скользнул осторожным взглядом по лицу Михея. Тот молчал, вперившись взглядом в убегающую акваторию порта. Не давая выхода эмоциям, авторитет напрягал мысль в тщетном усилии понять, как так произошло, что груз, на который он возлагал столько надежд, не дошел до места назначения.

– Как там тебя… – поверх омута невеселых раздумий посмотрел он на гарса.

– Пашка, – ответил тот.

– Давай, Пашка, еще виски, – хрипло проговорил авторитет, еле сдерживая себя, чтобы не вскочить и не покрыть десятиэтажным матом Луганова-младшего.

Михей непроизвольно сжал кулаки. Потом нервно взглянул на часы. Махнув еще полстакана виски, принесенного расторопным гарсом, он перебрался поближе к рубке. Маячившее на занавешенном тяжелыми сизыми облаками горизонте темное пятно быстро разрасталось. Вскоре из его смутных округлых контуров вылупился прямоугольник, и Михей понял, что через пару минут шагнет на трап «Куража».

* * *

Агды отпихнула Луганова-младшего, встала, прошлась по комнате с господской вальяжностью. Ее выпирающие мощные ягодицы, казалось, силятся вырваться из-под сковывавшей их кожаной юбки. Агды взяла лежавший на телевизоре рядом с пультом мобильник и швырнула его толком не пришедшему в себя Луганову.

– Ивана с Сулейманом заказывать будешь? В прошлый раз тебе понравилось, – сказала она остывшим голосом.

Луганов приложил трубку к уху.

– Валентина, давай пестрый состав, – заплетающимся языком произнес он.

Потом бессильно опустил трубку на шкуру. Агды с каким-то жестоким лукавством посмотрела на него.

Не прошло и трех минут, как в каюту вошли двое. Один – рыжеволосый детина в русской рубахе, сапогах и с красным кушаком, похожий не то на героя народных сказок, не то на приказчика. Другой – составлявший первому резкий контраст – гибкий, смуглый юноша с серьгой в ухе, с голым торсом, в шальварах, чалме и туфлях с серебряными загогулинами на носках. Черноглазый, с женственным лицом, он походил на восточного травести или переодетую мужчиной девушку.

– Иди сюда, Иван, – поманила «русского» прилипшая к стене Агды.

Он повиновался с усмешкой. Луганов, затаив дыхание, наблюдал за ними. Иван развязал кушак, подошел вплотную к нахально улыбающейся Агды и запустил пятерню ей между ног. Агды застонала, заерзала. Иван спустил штаны и взял ее стоя. Он не без труда поднял грузноватую Агды, вытянувшую ноги вперед так, что он оказался замкнутым меж ее огромных ляжек, и стал ритмично дергаться, то таща ее на себя, то толкая в стену.

Этот акт напоминал соитие неандертальцев – такими огромными и дикими были Агды и Иван. Когда рывки и крики сменились стонами, когда Иван опустил Агды на ноги и, подтянув на ягодицах упавшие до колен штаны, отошел к кушетке, Луганов отпустил свой орган, который, глядя на неистовую парочку, задумчиво теребил.

Между тем «восточный принц» разделся. Иван, немного повременив, тоже разоблачился. Он оставил только сапоги, сказочно-красные и высокие.

– А теперь, ребята, поимейте меня во все дырки! – грозно рявкнула Агды.

Она сняла юбку, скинула сапог и разлеглась на шкурах. Иван и Сулейман принялись облизывать ее. Потом Иван приподнял ее, дико рокочущую и разомлевшую, уложил на себя. Агды задергалась, и Луганов понял, что Иван вошел в нее. Сулейман, нимало не смущаясь, налег на Агды сверху. Сначала он запустил в сфинктор Агды палец, потом и член. Луганов с вожделением и страданием – ревность все же доставляла неудобство, хотя и служила мощным возбуждающим фактором – смотрел на это плотское чудо. Тройка работала словно отлаженный механизм. Казалось, паровоз, выдувая пар, хрипя, свистя и отдуваясь, катит по рельсам, или какое-то гигантское насекомое пережевывает самое себя. «Настоящий сюр», – думал Луганов.

– А ты, козел недотраханный, что стоишь? – прохрипела Агды, обращаясь к Луганову.

Игорь вздрогнул и, приблизившись к «машине», встал на колени у изголовья Агды. Голова Ивана ударялась ему в бедра.

– Давай! – крикнула Агды – настоящая виртуозка. Луганов, как был, на коленях, заполз на Ивана. Его задница теперь дышала Ивану в лицо. Агды схватила ртом член Луганова и принялась свирепо сосать. Луганов закинул голову, закатил глаза и… кончил.

* * *

Телохранители подтянулись, то и дело бросая на Михея быстрые выжидательные взгляды.

– А вот и наша резиденция, – с ухмылкой произнес Михей.

Ветер с отчаянной силой полировал его едва обросший порослью черных волос череп, ерошил бороду. Его упрямые порывы вмиг развеяли слабый хмель, вызванный виски, и Михей был так же трезв, как в тот момент, когда ступил на палубу «Сонаты».

Бортовые огни сейнера и праздничная иллюминация были потушены. Сейчас корабль выглядел по-бытовому. Несколько моторных лодок, пришвартованных к нему, – это все, что напоминало о присутствии людей. Михея ждали на борту, поэтому в дополнение к таким молчаливым свидетельствам человеческого присутствия, как лодки, добавились два силуэта наверху.

Михей поднялся по трапу на борт.

– Лугань здесь? – спросил он круглолицего коротко стриженного блондина в тельняшке навыпуск поверх черных расклешенных брюк.

Этот вопрос прозвучал риторически, потому что среди пришвартованных к сейнеру моторок опытный взгляд Михея выделил ультрасовременную лодку, на которой обычно разъезжал Луганов.

– Вроде да, – с ленцой ответил парень, лукаво улыбнувшись – он чувствовал ненужность подобного вопроса.

– Хеллоу, – молодая женщина в черных кожаных брюках и красной кофточке с вырезом до пупа шла навстречу Михею.

– Фраерок с твоими забавляется? – хмуро зыркнул на нее Михей.

– Ты имеешь в виду Игорька? – рассмеялась женщина.

– Да, – рявкнул Михей.

– Что-то ты, братец, сегодня не в настроении, – усмехнулась женщина.

– Валентина, не доставай, – огрызнулся Михей. Он отодвинул ее и зашагал по обитому ковровым покрытием полу вдоль лоснящихся полированным дубом кают по направлению к корме. Телохранители, молчаливые и мрачно-сосредоточенные, последовали за ним. Замыкал шествие круглолицый «матрос». Поднявшись по трапу, Михей оказался перед двустворчатой дверью, мозаичное стекло которой не давало никакой возможности заглянуть вовнутрь. Два охранника с заспанными физиономиями поспешили освободить проход. Он распахнул дверь широким нетерпеливым жестом, отбросил разноцветные бамбуковые висюльки, прянувшие ему в лицо мелодично шуршащим дождем, и вошел в просторное, искусно затемненное помещение, служившее посетителям холлом, неким преддверием райских утех. Авторитета не впечатлили ни обитые изумрудным и багряным бархатом диваны, по-восточному низкие и широкие, с обилием подушек, ни кальяновые трубки, ни затянутые шелком стены, ни инкрустированные столики с изысканными яствами и сладостями. Вспугнув сидевших тут и там полуобнаженных девиц, он ринулся в глубь салона. Вышел в коридор и мимо дверей кают направился в самый его конец.

Валентина и телохранители бежали за ним. И тут его слух пронзили крики. Дверь одной из кают распахнулась, и оттуда выбежал одетый в широкую рубаху рыжеволосый парень. В руках он держал штаны. На его голых, поросших рыжими волосами ногах полыхали красные сапоги. Лицо у парня было тоже красное, словно он вывалился из парилки. За ним вылетел совершенно голый смуглый парень. Улыбка тут же слетела с его лица, как только он увидел злобное лицо Михея. Физиономия последнего стала еще жестче и мрачнее, когда тишину обитого деревом и устланного ковровой дорожкой коридора прорвал оглушительный рык Агды.

– Что за бардак? – рявкнул Михей и повернулся к нагнавшей его наконец сестре.

Та лишь смущенно улыбнулась и, приблизившись к брату почти вплотную, тихо проговорила:

– Твой дружок развлекается… Это такая игра, Слава, не злись…

– Я и не злюсь, – оторопело таращился на голых мужиков Михей, – только ты знай: если еще такой бордель застукаю, разгоню твоих пташек всех до одной и тебя спишу на берег.

Рассудительная Валентина знала цену этим взлетавшим хлопушками угрозам и потому вместо ответа взяла брата под локоть и потянула к своей каюте.

– Ну-ка марш отсюда! – заорал на мужиков Михей, а Муха, блондинистый парень, следовавший за Михеем, едва не подавился смехом.

Телохранители авторитета только раз переглянулись. Их тупые морды поражали Валентину своей хронической невозмутимостью.

– Ты знаешь, сколько твой маменькин сынок выпуливает за этот спектакль? – Валентина знала, что упоминание о получаемых ее заведением прибылях благоприятно действует на Михея и ради них он способен допустить все, что угодно.

– Знаю, – вырвал он руку, – только все равно: предел свинству должен быть…

– А ты что, записался в полицию нравов? – ехидно поддела его Валентина.

– Никуда я не записался, – раздраженно буркнул Михей и пошел дальше.

Валентина махнула рукой растерявшимся проститутам. Они моментально покинули коридор и скрылись в дальней каюте.

– Кто там у тебя так орет? – спросил Михей, изображая на лице крайнюю степень брезгливого отвращения.

– Агды, – рассмеялась Валентина, зная, что это имя ничего не скажет брату.

– Не баба, а кинконг, – усмехнулся Михей.

– Ты даже не представляешь, насколько метка твоя характеристика, – хихикнула Валентина.

Войдя в каюту сестры, Михей вальяжно расположился на небольшом пышном диване и гаркнул:

– Водки и семги!

Войдя в каюту вслед за братом и телохранителями, оставшимися стоять по обе стороны от дивана, Валентина села за бамбуковый стол.

– Чисто гарем, – хмыкнул Михей. – Зови Луганя.

– Только ты не нервничай и не торопи его, – лукаво улыбнулась Валентина, – ему еще нужно принять душ. Агды его измордовала, к тому же от нее несет, как от торговки рыбой.

– Наш фраер совсем рехнулся. Чего ему не хватает? – явно кокетничая – кому, как не ему, было знать, сколь прихотливы и извращенны порой вкусы богатеньких сынков, – пробубнил Михей.

– Ему не хватает мамы… – растянула губы в издевательской усмешке Валентина.

– А ты знаешь толк в этом? – поднял на нее насмешливо-недоверчивый взгляд Михей.

– Я знаю толк в том, чем руковожу, в том, как доставить наслаждение и соплякам, и солидным джентльменам, – парировала Валентина.

Она сняла с пояса мобильник и вызвала свою помощницу, восточного вида девицу с черными гладкими волосами, одежда которой состояла из лифа с нашитым на нем стеклярусом и шальвар. На ногах у нее были серебристые туфли без задников. Валентина что-то шепнула ей на ухо. Девица бросила на нее молчаливый понимающий взгляд и вышла из каюты.

– Почему бы тебе тут все не организовать, как в китайском борделе? Откуда эта персидская дурь? – поморщился Михей, меняя тему.

– Это, дорогой мой братец, салон для состоятельных клиентов. Для менее состоятельных – простой русский бордель. Но ты мне подсказал идею. В скором времени я организую бордель для любителей китайщины и японщины. Только вот гейши, боюсь, будут тебе не по карману.

Михей ничего не ответил – у него сдавали нервы, и, как он ни держался, отвлекаясь на болтовню, нетерпение давало о себе знать.

Через минуту вошла черноволосая девица с серебряным подносом в руках. Она поставила перед Михеем запотевшую бутылку «Абсолюта» и керамическое блюдо с кусочками тонко нарезанной мороженой семги. Рядом пристроила пиалу с острым соевым соусом. Тут же удалилась, что-то тихо сказав Валентине.

– Этот урод мобильник отключил, я к нему на работу – секретутка сказала, его нет. Я, блин, не поверил! А он, оказывается, здесь у тебя синюю птицу ловит.

– А что случилось-то? – вяло поинтересовалась Валентина.

– А то, что если и в дальнейшем будет случаться, то нечем будет не только за гейш платить, но и не на что будет твой бордель содержать! – гневно воскликнул Михей.

– Да ладно тебе, – усмехнулась Валентина, – ты что, мало на рулетке имеешь, да и на всем прочем?

– Ишь ты! – качнул головой Михей. – Так где этот лопух?

– Думаю, он одевается, – с ироничной томностью пропела Валентина, – не хочешь же ты, чтобы он предстал передтобой в неглиже?

– И что это он зачастил в бордель?

– Думаю, у него крыша от Агды едет, – загадочно улыбнулась Валентина, – я и сама дивлюсь, вот уже две недели, как он регулярно ее посещает.

– Меня это не касается, – с упрямым видом сказал Михей и набычился. – Какого хера он мобильник вырубил?!

– Чтоб ты ему не мешал, – снова улыбнулась Валентина.

В каюту вошел Луганов. Как раз в этот момент Михей взял кусочек семги, макнул ее в соевый соус и опустил в рот. Луганов-младший официально владел рыболовецким предприятием «Акрос», суда которого часто арендовал Михей. Высоколобый, длинноносый, с хитроватым взглядом прищуренных темных глаз, Луганов вполне сгодился бы на роль героя-любовника в каком-нибудь сериале. Но умных женщин часто озадачивала в нем некая слащавость, некая червоточина, просматривающаяся в рисунке его тонких губ и во взгляде.

– Что случилось? – Луганов словно почувствовал опасность.

– Валентина! – выразительно посмотрел на сестру Михей.

Она достала из бара стаканы и покинула каюту.

– Груз исчез, – коротко сказал Михей, приковав пристальный взгляд к лицу Луганова-младшего.

– Ка-а-ак исче-ез? – заикаясь от волнения, отпрянул Луганов.

– Та-а-ак, – передразнил его звереющий на глазах Михей, – так, пропал… просто: о-па – и нет!

– Но это же мое судно?! – вскричал Луганов, Михей действовал ему на нервы своей издевательской манерой разговаривать.

– Ты галстук поправь, – криво усмехнулся Михей. – Да не таращь ты на меня зенки, я сам за сердце хватаюсь. Ты какого хрена мобильник вырубил?

– И что, правда никакой информации? – спросил Луганов, машинально поправляя галстук.

– Ну отчего же, – Михей весь напрягся, его кулаки непроизвольно сжались, – есть информашка. Погранцы рапортовали, пока сами не откинулись.

– А наш краболов? – не верил своим ушам Луганов.

– Пропал, – нервно хохотнул Михей, – к чертям собачьим. Затонул твой краболов! Только вот груз, я в этом уверен, на дно не пошел, а осел у кого-то…

– У кого? – тупо спросил Луганов, все еще теребя съехавший галстук, который ему так и не удалось привести в должный вид.

– Водки хочешь? – предложил Михей.

Луганов кивнул. Авторитет наполнил рюмки. Одной рукой взял свою, а другой потянулся к ломтикам семги. Луганов махнул рюмку и, с трудом проглотив жгучую жидкость, поморщился.

– Не умеешь ты пить, не так дышишь, – не скрывая раздражения, прокомментировал Михей.

Сам он выпил с аппетитом, шумно выдохнул, понюхал смоченный соусом прозрачный кусочек семги, задумчиво пожевал губами, облизнулся и только потом проглотил. Удовлетворенно крякнул, затем снова помрачнел.

– Информашкой интересуешься? – иронически приподнял свои густые черные брови Михей. – Груз наш, если верить законникам, у Химика. Слыхал про такого?

– Беспредельщик, что ли? – Луганов тоже взялся было за рыбу, но едва положил на язык ломтик, поморщился и чудом не сплюнул.

– Ив деликатесах ты ни хрена не понимаешь, – усмехнулся Михей.

– Не понимаю, как можно сырое мясо есть, – согласился Луганов.

– Тебе бы все паровое да тщательно прожаренное… – судорожно рассмеялся Михей. – Ты хоть понимаешь, что там груза на двести тысяч?!

Луганов хлопал глазами.

– А судно? – выдавил он из себя. – Оно знаешь сколько стоит?

– Мне братва московская подставит судно под задницу, если я их обделю, – мрачно процедил авторитет. – Вот такая маза, – подытожил он.

Он снова наполнил рюмки водкой.

– Только вот с Химиком тоже странная история приключилась. Что удивительного, – пожал плечами Михей, – мы же на море живем. Природа дает немыслимые богатства, но и спрашивает строго, – его потянуло на лирику. – Так вот, Химика погранцы со сторожевого катера повязали. Он еще с одним козлом на краболове чертыхался. Груза никакого. А судно-то еле-еле на воде держится, вся корма вдребезги… А вот вертолетчики передали, что на краболов твой еще какая-то братва высаживалась, с другого катера. Но эти так, походили, побродили, а потом к себе подались. Груза, похоже, у них не было. А потом, Игорек, радист с вертолета передал, что этот неопознанный плавающий объект шел за грабителем, то бишь Химиком. Что было дальше – об этом история умалчивает. Вертолетчики под воду канули. Пилот успел доложить, что по ним стреляли с тральщика. Вот так чудеса! А погранцы со сторожевого катера плот надувной обнаружили недалеко от места падения вертолета. Выходит, некий третий, этакий новоявленный спасатель на водах, о вертолетчиках позаботился, хотя им это и не понадобилось. Так что, видимо, это Химик наших раскидал и груз захапал.

– Значит, он, – желваки на скулах Луганова заходили, как морские буруны.

– Врет он, что груза не брал, – злобно сощурил глаза Михей, – кто ж тогда? Кто его корыто раздолбал – вот что интересно. Наши или эти благородные инопланетяне, мать их за ногу?

– И где же тогда груз? – недоумевал Луганов.

– Думаю, этот мудила своих с берега вызвал. Погрузил наркоту на катер, а сам остался на судне, для отвода глаз… Черт его знает… Он же беспредельщик.

– И где сейчас этот отморозок?

– В ментовке парится. Он себя жертвой выставил, мол, напали корсары гребаные, судно измордовали, команду покоцали, сам чудом жив остался. Вот я и хотел твоего участия. Отзвонись или греби к Федору Николаевичу, объясни ситуацию, пусть он на своих людей в ментовке надавит и эту гниду выпотрошат… Я, со своей стороны, тоже шепну кому надо… И вообще, нужно бы иметь полную информацию об этой хреновине. Надо к нашему Химику какого-нибудь опытного опера приставить, чтоб ничего, падла, не утаил. Меня интересует груз: куда он его замылил? Ты меня понял?

Луганов кивнул.

– Ну давай, – Михей поднял рюмку.

Луганов отказался, и Михей выпил один. Потом закусил семгой и снова приковал к Луганову грозный испытующий взгляд.

– Я каждым граммуличком дорожу… Вот как оно получается, – решил он пофилософствовать напоследок, – ни хрена твоим морякам доверять нельзя. Не на риф, так на беспредельщиков напорятся, забодай их комар…

– Так постой, – встрепенулся задетый за живое Луганов, – а где ж твои бойцы были? Видно, и они лоханулись…

– Это твои мичманы да штурманы не умеют препятствия обходить, – набычился Михей, – мои только на палубе могут сражаться, а вот судном управлять – это дело твоих молодчиков. Набрал хрен знает кого, а потом мне еще предъяву делаешь.

– Это наша общая беда, – скрывая раздражение, сделал попытку примирения Луганов.

– Боюсь, этот мент поганый нам все дело испортит. Я его пугнул, так нет, все равно исподтишка пакостит.

– Ты о Кондрашове?

– А то о ком! – с досадой воскликнул Михей. – Ну так ты перетрешь с отцом? Да, и еще, пока не забыл. Попроси у отца конвой из двух сторожевых катеров для парома… ну, ты понял…

Михей собирался заключить очередную сделку с японцами – продать им приписанный к «Акросу» сейнер на металлолом и на вырученные деньги прикупить паром японских иномарок с целью их дальнейшей перепродажи на материке. По документам сейнер шел на ремонт, на самом деле оседал где-нибудь в Осаке, Иокогаме или Нагасаки. Таких сделок они с Игорем провернули уже пять, причем с согласия Луганова-старшего, отца Игоря, вице-губернатора Таруты. Но Федор Николаевич, учитывая, что из центра на Дальний Восток едет комиссия, а также надвигаются выборы, решил приостановить этот бизнес. И тем не менее Михей, парень алчный и рисковый, даже дикий, затеял шестую сделку.

– О чем речь! – утвердительно кивнул Луганов. – Главное, не надо отчаиваться…

Михей презрительно глянул на это чудо наивности.

– Ага, – усмехнулся он, снова берясь за бутылку, – скажи, ты и впрямь с кинконгом трахаешься?

Луганов вытаращил глаза. Он кипел негодованием. Его возмущенный и растерянный взгляд рассмешил Михея.

– Моя сестрица – большая выдумщица, – Михей поднял рюмку, – это мне в ней нравится, но иногда она лишку дает. Хоть бы краем глаза взглянуть на эту… как там ее… А-а-а… забыл, черт. Да ладно, расслабься. Это сейчас не важно, важно груз найти и виновных наказать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное