Михаил Серегин.

Долг грабежом красен

(страница 3 из 24)

скачать книгу бесплатно

– Наверное, как твое лицо сейчас, – усмехнулся Полунин. – Ты это дело хотел обмыть, что ли?

– Кстати, и это тоже, – сказал Синицын, поднимая стакан с пивом.

– Ну что ж, давай в таком случае выпьем за пятую по счету машину в коллекции Антона Синицына.

Они сделали по большому глотку, сынишка Полунина спросил:

– Папа, а почему ты не купишь себе такой большой джип?

В ответ Полунин улыбнулся сыну и произнес:

– У меня, сынок, и рост и вес гораздо меньше, чем у дяди Антона, и поэтому я легко помещаюсь в свой «БМВ».

– Ничего, Антоша, я тебя на своем джипе катать буду, – подбодрил мальчишку Синицын. – Посажу тебя на колени, будешь сам рулить.

– Нам с сыном можно остаться, или вы о делах говорить собираетесь? – спросила Анна у мужчин.

– О делах мы еще успеем поговорить, – весело ответил Самбист, – так что присаживайся к нам, Анюта, пива я много принес.

Они просидели так, разговаривая ни о чем, до вечера. При этом оживленнее всех смеялась и говорила Анна. У Полуниных нечасто бывали гости, в силу того, что хозяин дома был не очень общительным человеком. Как правило, заходили лишь близкие друзья Владимира. Их редким визитам Анна всегда была очень рада.

Полунин понимал, что она еще очень молодая женщина и ей необходим круг общения, который он ей обеспечить не мог то в силу своей занятости, то по причине своей нелюдимости.

Визиты Самбиста, их пивные посиделки были развлечением не только для Владимира, но и для его жены.

Когда поздно вечером Синицын собрался домой, Полунин напомнил ему:

– Что же это за дело, о котором ты собирался со мной поговорить?

– Ах да, – спохватился Синицын. – Собственно, о деле я собирался поговорить завтра. У меня на шесть вечера в нашем спортзале с одним чуваком стрелка забита. Я хочу, чтобы и ты присутствовал.

– Кто он, этот чувак? И зачем я вам нужен?

– Понимаешь, тут одно крупное дельце намечается, – пояснил Антон. – А ты у нас голова светлая, всегда подскажешь что-нибудь толковое.

– Не тяни, – поморщился Полунин. – Говори конкретно, что за дело?

– В общем, у меня появился прихват на заводе «Нефтьоргсинтез». Надо обдумать, как его можно использовать, чтобы бабки срубить. Есть разные варианты. Надо посидеть, поговорить, обмозговать.

– А этот мужик, с которым ты забил стрелку, и есть твой прихват? – спросил Полунин.

– Угу, – кивнул головой Синицын. – Ты правильно угадал. Мужик он толковый, я тебя завтра с ним познакомлю. Придешь?

– Почему бы и не прийти, – пожал плечами Полунин. – С умными людьми всегда приятно. Глядишь, может, и будет какая-нибудь польза.

– Ну, тогда завтра в шесть вечера в «качалке» на Динамовской улице, – заключил Самбист, на прощанье пожимая руку Полунина.

* * *

На следующий день, как и договорились, Полунин подъехал на улицу Динамовскую, где на первом этаже пятиэтажного здания располагался спортивный клуб «Зенит», в простонародье именуемый просто «качалка».

Помещение клуба выкупил Антон Синицын при содействии Полунина.

Здесь в подвале помещения раполагались сауна, комнаты отдыха и бильярдная.

Клуб «Зенит» являлся одной из резиденций Синицына, служившей ему для неформальных встреч. Вместе с Полуниным подъехал сидевший за рулем его ближайший помощник – директор автосалона Вячеслав Болдин, невысокого роста светловолосый улыбчивый парень.

Болдин был полной противоположностью своему шефу. В отличие от спокойного и задумчивого Полунина, к тридцати пяти годам уже слегка уставшего от жизни, Славка в свои двадцать два был оптимистом и неистощимым балагуром.

Но, несмотря на эти качества, Полунин видел в Болдине надежного и преданного ему человека, не раз доказавшего это на деле.

Славка остановил «БМВ» напротив входа в спортзал и посмотрел на вывеску, нарисованную ярко-синей краской на белом фоне, – «Спортивный клуб „Зенит“.

– По-моему, Иваныч, это самое любимое детище нашего Антоши, – заметил Болдин. – В этом, так сказать, офисе он проводит время гораздо охотнее, чем в других своих многочисленных конторах.

– Что поделаешь, – улыбнулся Полунин. – Каждый из нас стремится туда, где он чувствует себя максимально комфортно. Я давно понял, Славик, что люди не меняются. Вот и Самбист, чем бы он ни занимался в дальнейшем, всегда в душе останется Самбистом – парнем, проведшим свою молодость в спортивных залах, и ему всегда будет комфортней среди таких же парней.

– А ты, Иваныч, каким сформировался? – лукаво взглянул на Полунина Болдин.

– Недоверчивым, – коротко ответил Полунин и вылез из машины.

Болдин последовал за Полуниным, они оба поднялись по ступенькам крыльца и вошли в здание клуба.

В небольшом тамбуре за столиком сидел дежурный – молодой парень в трико и майке, обтягивающей его накачанные мышцы.

Дежурный, увидев Полунина и Болдина, почтительно поднявшись, поздоровался:

– Приветствую, Иваныч.

– Здорово, Коля. Антон здесь?

– Здесь, – кивнул головой Николай. – Он вон там, в дальнем конце зала, жим лежа делает, – Николай кивнул в нужном направлении.

Оба гостя вошли в зал и направились к горизонтальной скамье в углу зала, на которой занимался Синицын. Кроме него, в зале занимались еще человек десять.

Почти всех из них Полунин знал в лицо и по имени, так как последние входили в группировку Самбиста. Все они, заметив Полунина и Болдина, вежливо поздоровались.

Самбист, улегшись спиной на скамью, обитую дерматином, широким хватом ухватившись за гриф штанги, мерными движениями выталкивал ее вверх, затем так же медленно опускал на грудь.

Штанга весила, по прикидкам Полунина, не меньше ста двадцати килограммов, и с каждым жимом Самбисту становилось все тяжелее и тяжелее выталкивать ее наверх.

Наконец с титаническим усилием, покраснев от напряжения, Антон выжал штангу последний раз и, слегка заведя ее за голову, бросил на специальную стойку-упор.

После этого Самбист сел и слегка отрешенным взглядом посмотрел на стоящих перед ним визитеров.

Болдин, скрестив на груди руки и привалившись плечом к стене, скептически наблюдал за стараниями Синицына. Когда же тот закончил свои манипуляции со штангой, Славка насмешливо спросил:

– Антош, а оно тебе надо? – при этом Славка кивнул на штангу.

Самбист блаженно улыбнулся:

– Я, Славик, каждый раз, когда ложусь под нее, задаю себе этот вопрос.

– Лучше бы ты чаще ложился под женщин, – ехидно заметил Болдин, – тоже тренировка полезная. И никаких вопросов при этом не возникает.

– Кстати, о женщинах, – весело заявил Самбист. – Ты знаешь, Славик, основное отличие женщины от штанги?

– Догадываюсь, – усмехнулся Болдин. – Когда ты ложишся с женщиной, ты, как правило, находишься сверху, а когда со штангой – ты всегда снизу.

– Нет, – улыбнулся Синицын. – Тут дело в другом. Когда ты ложишься под штангу, ты думаешь, зачем тебе все это надо, а встаешь удовлетворенный и довольный, несмотря на усталость. А с женщиной все наоборот, прыгаешь к ней в постель, уверенный, что тебе все это нужно, а потом… – Самбист грустно вздохнул, – лежишь весь измочаленный и не можешь понять, зачем тебе все это было нужно.

Полунин, с улыбкой на устах слушавший своих друзей, по окончании их разговора заметил:

– Остается только добавить, что и в том и в другом случае если ты в это дело втянулся, то остановиться уже очень сложно.

– А ты философ, Антоша, – усмехнулся Славка. – Не замечал этого в тебе раньше.

– Старею, Славик, начал о жизни задумываться.

Славка кивнул в сторону Антона:

– Посмотри на него, Иваныч, оказывается, не всем на пользу раздумья. Этот вот додумался до мысли, что со штангой приятнее, чем с бабой.

– А ты у меня доболтаешься до того, что я отправлю тебя в свой колбасный цех на консервы, – продолжил пикировку Антон.

– Ну хватит болтать, – оборвал Полунин. – Пора о деле поговорить. Где твой знакомый мужик с завода?

– А вон он ведет борьбу со своим животом, – ответил Антон, показав рукой в сторону противоположной стены, – вовремя начал, а то его скоро за беременную женщину принимать станут.

Тут только Полунин и Болдин, обернувшись, заметили, что на шведской стенке, прикрепленной к стене, висит, уцепившись руками за верхнюю перекладину, дородный мужчина в очках, одетый в трусы и футболку.

Висящий из последних сил старался оторвать свои ноги от стены и поднять их на такую высоту, чтобы они были параллельны полу.

Его дородное тело при этом содрогалось, а из горла вырывались надсадные звуки.

– Да, – медленно протянул Антон, наблюдавший за происходящим у шведской стенки. – Похоже, что стенка для него слишком крутовата… Эй, Гриша, брось это занятие, слезай и иди сюда.

Гриша медленно разжал руки и грузно приземлился на пол. После этого он мелкими шажками засеменил к поджидавшей его компании.

Это был очень толстый мужчина невысокого роста. Его редкие потные кудряшки волос прилипли к проступившей лысине. У него был мясистый нос, полные губы и брови стрелками, слегка вскинутые вверх, что делало выражение его лица умильно-наивным.

Верхняя губа его была чуть короче, чем нижняя. Может быть, из-за этого дефекта мужчина постоянно улыбался, обнажая ряд здоровых крепких зубов. Его большие черные глаза с красивыми длинными ресницами излучали внимание и доброжелательность.

– Знакомьтесь – это Гриша Соловейчик, главный инженер завода «Нефтьоргсинтез», мой давнишний приятель, – представил толстяка Антон.

– Видимо, тоже бывший спортсмен, – не удержался Славка.

Однако Григорий не обиделся и, весело засмеявшись, произнес:

– Ага, вы угадали. Я кандидат в мастера спорта по шахматам.

– Я уже понял, что не по бобслею, – снова съязвил Славка, сам имевший разряд по классической борьбе и поэтому считавший, что ему позволительно так подтрунивать.

– Напрасно ты о нем так, что касается бабслея, здесь Гриша мастером спорта вполне мог бы быть, – заметил Антон с улыбкой, делая ударение на букве «а» в слове «бабслей».

Полунин еще раз молча оглядел улыбающегося Соловейчика.

Белая майка с синей надписью «Монтана» на груди явно была ему мала. Черные трусы, пояс которых пролегал под низом живота, свешивавшегося через край, больше напоминали семейные, чем спортивные. На ногах были затертые старые тапочки. Для главного инженера завода он был одет не слишком презентабельно.

– Ну что ж, – сказал Полунин, – пойдем поговорим. Где это лучше всего сделать? – этот вопрос он адресовал Антону.

– Конечно, внизу, в комнате отдыха. Там нам никто не помешает.

Все четверо направились к деревянной лестнице, ведущей вниз, в подвал. Здесь располагались две просторные комнаты, идущие одна за другой, следом за ними находились душевая, сауна и небольшой бассейн.

Мужчины расположились в первой, самой большой комнате отдыха, обставленной мягкой кожаной мебелью.

Едва они расселись вокруг небольшого стола, стоящего в центре, как дверь соседней комнаты открылась, и на пороге появились две девушки, одетые в купальники.

– Мы нужны? – спросила одна из них, длинноногая высокая блондинка.

– Нет, девчонки, у нас серьезный разговор, посидите в соседней комнате, – ответил Антон.

Девушки улыбнулись и удалились восвояси.

– Ого, – весело произнес Славка, – эти «тренажеры» мне нравятся больше, чем те, которые наверху.

– Какие симпатичные девчонки, – восхищенно произнес Гриша Соловейчик.

– Это наши массажистки, – не без гордости произнес Антон, – а заодно заведуют банным отделением. Ну, давайте к делу. Гриша, объясни моему другу, Владимиру Ивановичу, суть твоего предложения. Мы с ним партнеры, и от его решения во многом зависит, буду ли я участвовать в этом деле или нет.

Гриша вытер краем своей засаленной майки лицо и, слегка подавшись вперед, в направлении сидящего напротив него Полунина, начал свою речь:

– Наш завод, как вы, наверно, знаете, стал акционерным обществом, перейдя в частную собственность. Акции распределены среди всех работников предприятия, начиная от нашего генерального директора Веселовского и кончая последним дворником. Конечно, у Веселовского акций побольше, чем у дворника, но все же основная масса находится у работяг. Сейчас их можно скупить подешевке, если вовремя этим заняться. У меня самого денег нет, но есть кое-какое влияние на заводе, так что, если мы договоримся, я смогу помочь вам в этом деле, – Соловейчик замолчал и внимательно посмотрел на Полунина.

Тот кивнул и, прикуривая, произнес:

– Ну что ж, цели очень даже понятны, остается разобраться с мотивами. Зачем нам покупать акции завода? Насколько я понял, «Нефтьоргсинтез» не является суперприбыльным предприятием, по крайней мере, на сегодняшний день.

В ответ Соловейчик лишь усмехнулся:

– Я вам скажу просто и откровенно, – продолжал он, – на сегодняшний день завод находится в полной ж…, производство почти стоит, сырья нет, оборудование устарело, инвестиций никаких. Но такое положение продлится недолго, я в этом уверен.

Слушая Григория, Полунин не мог не заметить, как переменился этот человек. Внутренне и даже внешне Соловейчик как-то подобрался, превратившись из добродушного увальня во вполне энергичного, четко и здраво рассуждающего бизнесмена. Взгляд его больших, обрамленных черными ресницами глаз, начисто лишившись прежнего добродушия, сделался холодным и цепким.

Соловейчик произвел на Полунина впечатление человека, умеющего разглядеть ближайшую перспективу и извлечь из этого пользу. Впоследствии это подтвердилось.

– У завода есть хорошие перспективы, – продолжил Григорий, – за бугром сейчас растет спрос на продукты переработки. Наш завод вполне может быть рентабельным, прибыльным. Для этого надо провести небольшую реконструкцию. Это понимают серьезные московские бизнесмены. К нам уже приезжали несколько человек из разных компаний, беседовали с Веселовским, собирали информацию. Я уверен, что интерес к предприятию будет расти и дальше.

– И каков же вывод? – спросил Полунин.

– Если мы сейчас скупим акции, сформируем приличный пакет, то его можно будет продать тем же москвичам за немалые деньги. И это понимаю не только я, на заводе уже началась возня. Некоторые городские группировки уже занялись скупкой акций, начали борьбу за установление контроля над заводом.

– Таким образом, мы пришли к вопросу о диспозиции. Как я понял из рассказа, у тебя, Гриша, плохие отношения с генеральным директором Веселовским, – сделал вывод Полунин.

Гриша горько усмехнулся и слегка насупился.

– Какие могут быть отношения с человеком, который все гребет под себя? – обиженно спросил он. – Он мнит себя хозяином завода и даже не считает нужным посвящать меня в какие-либо дела. Последние месяцы мне даже зарплату не платят, ссылаясь на отсутствие денег. Все бабки, которые приходят на завод, Веселовский обналичивает через левые структуры и забирает себе.

Полунин посмотрел на потертую майку и трусы Гриши Соловейчика и подумал, что такая бросающаяся в глаза внешняя замызганность является не только следствием личной неопрятности, но и скудности доходов.

Слово неожиданно взял Антон:

– Веселовский – это не самая большая проблема. На этого хмыря мы найдем управу, как следует морду ему пощупаем, и он усохнет, как бабочка в гербарии. Все дело в том, что за ним сейчас стоит Сатар.

– Ты имеешь в виду Олега Сатарова? – переспросил Полунин.

– Ну да, кого же еще, – недовольно скривившись, ответил Антон. – Этот выскочка хочет везде успеть, подмял под себя всех барыг в Зеленогорском районе города, захватил часть комков и казино в городе, словом, из молодых, да ранних.

Полунину была знакома эта фамилия. Лично с Сатаровым он не встречался, но по рассказам Антона он знал, что Олег – один из новой волны рэкетиров, поднявшихся на новой волне криминальных разборок и передела сфер влияния в городе.

В принципе, Сатаров и Синицын шли по одной дорожке. Оба они бывшие спортсмены. Сатаров был один из чемпионов области по карате, носил звание кандидата в мастера спорта.

В отличие от Синицына, который после школы сразу пошел работать, Сатаров успел окончить Политехнический институт. Однако по специальности работать не стал, занявшись коммерцией, в которой он не слишком преуспел.

Однако он уяснил для себя, что выгоднее опекать коммерсантов, нежели находиться с ними в одной упряжке. Для этого надо было иметь не только мозги, но и силу. Такой силой стали коллеги по секции, в которой он занимался.

Как и Синицын, Сатаров поддерживал железную дисциплину, никоим образом не поощряя ни пьянства, ни разгула своих подельников.

Однако в отличие от умеренного и не слишком жестокого Синицына, сатаровская бригада зарекомендовала себя дерзкой и жестокой. Впрочем, это отчасти было оправдано тем, что начало деятельности Сатарова пришлось на период, когда все сферы влияния были уже поделены.

Начав свою криминальную деятельность на территории Зеленогорского района города, Сатаров постепенно выдавил и уничтожил группировки бандитов, которыми изобиловал этот обширный район. После этого Сатаров стал одной из самых заметных фигур на криминальном небосклоне города.

Однако в конфликт с бригадой Самбиста Сатаров не вступал. Отчасти потому, что их интересы ни разу не пересекались, отчасти и потому, что бригада Синицына, одна из старейших в городе, на самом деле была помощней и поорганизованней, чем новоявленная братва Сатарова.

Однако за ее стремительным продвижением наверх не без опаски наблюдали многие влиятельные авторитеты города.

– Если мы ввяжемся в это дело, – спросил Полунин, глубоко затягиваясь сигаретой, – с кем еще нам придется столкнуться?

– Есть еще один товарищ, который нам вовсе не товарищ, – усмехнулся Антон. – Несколько раз на заводе видели небезызвестного тебе Решетова, по кличке Коля-Решето. Говорят, что он тоже интересовался делами, которые мы сейчас обсуждаем.

– Интересный факт, – усмехнулся Полунин. – Если Коля-Решето, который два плюс два сложить не может, вдруг заинтересовался акциями предприятия, значит, дело действительно прибыльное, поскольку на бабки нюх у него, как у голодной собаки на колбасу.

– Это правда, что он вор в законе? – настороженно спросил Григорий.

– Правда, – подтвердил Полунин. – Коля лет пятнадцать чалился на зоне, лет пять назад его короновали и после отсидки прислали сюда смотрящим. Однако должность смотрящего Коле-Решету оказалась не по зубам, город у нас больше бандитский, чем воровской.

Полунин с усмешкой взглянул на Синицына:

– К тому же и лидер из Коли получился слабоватый. Поэтому большим авторитетом он здесь не пользуется. Конечно, своя зона влияния у него есть, на него ориентируются большинство блатных, то есть бывших уголовников, – пояснил для Гриши Полунин.

– И вы тоже, Владимир Иванович? – спросил Полунина Соловейчик. – Вы, как я знаю, тоже из бывших?

Полунин не ответил, глубоко затянувшись сигаретой.

Однако неожиданно заговорил Антон:

– Иваныч – он у нас всегда был и есть сам по себе. Он ни на кого спину гнуть не собирается и других не заставляет это делать, поэтому и авторитет у него в городе немалый.

– Я, Гриша, ориентируюсь на порядочных людей, – наконец взял слово Полунин. – А такие встречаются где угодно – и среди блатных, и среди молодого поколения братвы, – после этих слов Полунин посмотрел на Самбиста, – и даже среди ментов, – закончил Полунин, давая Соловейчику понять, что разговор на эту тему закончен раз и навсегда.

По тому, как смущенно улыбнулся Соловейчик, для Полунина стало ясно, что Григорий понял его намек. Не зря он производил впечатление понятливого человека.

– А теперь, Гриша, я хотел узнать о твоих мотивах и о твоем интересе в этом деле?

– Я преследую две задачи, – откликнулся Григорий, – первое, я хочу расширить свой пакет акций, получить свой достойный кусок от предприятия, в которое вложил немало сил и времени. Я ведь пришел на завод почти семь лет назад и прошел путь от старшего мастера до инженера. Я думаю, что имею право на большую часть доходов, чем сейчас.

– А второй мотив? – спросил Полунин.

– Он связан с первым, – ответил Григорий, – я хочу реально управлять своим предприятием и не хочу, чтобы всякие веселовские помыкали мной, как пацаном сопливым, связавшись с братвой и опираясь на ее стволы.

– И ты решил опереться на стволы Самбиста? – усмехнувшись, продолжил мысль Григория Полунин.

– А почему бы и нет, – хитро улыбнулся Соловейчик. – На каждую силу всегда найдется еще большая сила.

Он как-то радостно оглядел богатырские плечи Самбиста. Однако в следующий момент, переведя взгляд на Полунина, он перестал улыбаться и серьезным тоном произнес:

– К тому же это и вам выгодно, вы же понимаете?

– Это, Гриша, не только выгодно, но и опасно, в том числе и для тебя, – ответил Полунин. – Ни Сатаров, ни твой ненавистник Веселовский не простят тебе такой подлянки.

– Я готов к этим испытаниям, – заявил Григорий. – Я готов на все, чтобы доказать этому козлу Веселовскому, где его место. Ну и к тому же, – Григорий с надеждой посмотрел на Полунина и Самбиста, – я думаю, вы меня защитите от разных неприятностей.

Невольно возникнувшую напряженную паузу сгладил Самбист. Добродушно улыбнувшись, он протянул руку к Соловейчику и энергично похлопал его по плечу:

– Не боись, Гришаня, если узнают, что ты с нами, трогать тебя не будут.

Самбист повернулся к Полунину и спросил:

– Ну, что ты думаешь обо всем этом деле, Иваныч?

Полунин ответил не сразу. Он тщательно загасил окурок.

– Ну что ж, дело интересное, надо обсудить его поподробнее.

– Ну, вот и хорошо, – неожиданно подал голос Славка, молчавший доселе. – Вот вы и обсуждайте с Иванычем, в конце концов, ведь вам вдвоем в это дело деньги вбашлять, а я пока пойду в сауне попарюсь, с массажистками пообщаюсь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное