Михаил Кликин.

Идеальный враг

(страница 6 из 43)

скачать книгу бесплатно

   И Некко, не мешкая, не тратя время на разведку и прочие хитрости рукопашного боя, надвинулся на соперника, словно и не заметив серию сильных ударов в грудь и живот. Он прижал противника к канатам, придавил всем телом. Высоко вскинул кулачище, словно приветствуя зрителей. И, немного помедлив, будто специально привлекая к себе внимание, обрушил его вниз, на голову беспомощного Ниецки.
   Павел в это время находился в четырех шагах от бойцов. Он стоял возле ринга, зная, что следующий бой будет его. Он видел, как искривилась шея Ниецки, как подогнулись его ноги. Ему показалось, что он слышал, как смялись кости.
   Из ушей, носа и горла Ниецки хлынула кровь. Но боец стоял, прижатый к канатам тушей противника.
   – Титан! Титан!
   Некко вновь вскинул руку. И снова уронил ее, словно кувалду.
   – Титан!
   Казалось, Ниецки сам держится на ногах. Но Павел видел то, чего не замечали другие. И он закричал:
   – Остановите его! Остановите бой! Стойте!
   – Титан!.. – возбужденно гудел человеческий рой.
   Некко опустил глаза, уставился на Павла. Глаза его сузились, губы шевельнулись.
   «Я убью тебя, – выразительную мимику можно было прочесть без труда. – Я убью тебя, чемпион».
   Ринг был залит кровью бойцов. И Павел ясно вспомнил слова Курта: «Будет много крови. И кто-то умрет…»
   Некко отступил.
   Освобожденный Ниецки повалился на ринг. Голова его упала в кровавую лужу и вывернулась. Мутные мертвые глаза смотрели прямо на Павла.
   И Павел видел в них свое отражение.
   К рингу спешила бригада медиков, на ходу разворачивая носилки.
   – Победил рядовой Некко! – восторженно прохрипел в микрофон клоун. Его белые башмаки и низ брючин были измазаны кровью.
   – Титан! Титан!..
   – Чистая победа!
   Медики вытягивали тело Ниецки из-под канатов. Кровь пачкала их белые комбинезоны.
   – Жив, – негромко сказал один.
   – Давление низкое, – сказал второй. – Пульс неровный.
   – Срочно госпитализируем, – принял решение третий.
   Павел смотрел на них, и ему казалось, что кругом происходит что-то до невозможности иррациональное.
   Убийца стоял на ринге, упиваясь победой.
   У его ног копошились медики, собирались уносить полумертвого солдата, пострадавшего не в схватке с космическими чудовищами, а в спарринге со своим товарищем.
   А следующий бой вот-вот должен начаться.
   Праздник продолжается.
   «И кто-то умрет…»
   – Ты следующий!
   Павел вздрогнул, вскинул голову. Сержант Хэллер свысока смотрел на него.
   – Вы видели, сэр? – Павел почувствовал, что его голос дрожит.
И закашлялся, надеясь это скрыть.
   – Что именно?
   – Вы видели? Некко чуть было его не убил!
   – Нарушений правил не было, – холодно сказал сержант, комкая в руках белое полотенце. – Следующий бой твой.
   Возникла какая-то пауза. Ведущий, перегнувшись через канаты, разговаривал о чем-то с какими-то людьми в военной форме. Кивнул несколько раз, потом схватился за микрофон, огласил:
   – Победитель третьего боя рядовой Свенсон не может участвовать в следующем поединке!
   Представитель третьей роты бросил на ринг белое полотенце, измазанное кровью.
   – И поэтому победа присуждается первой роте!
   – Черт возьми! – Сержант Хэллер, осознав услышанное, даже подпрыгнул. Спрятал свое полотенце за спиной. – Еще три очка!
   «И я туда не пойду… я не пойду, но победа будет моя…»
   Павел покачал головой, вспомнив пророчество Курта.
   «И кто-то умрет…»
   – А сейчас на ринге встречаются победитель второго боя рядовой Голованов и победитель четвертого боя, рядовой Некко! Итак, финальный бой! Первая рота против роты четвертой!..
   Они встретились взглядами. Павел хотел отвести глаза, но не смог. Не смог, потому что не хотел показывать свою слабость, свою неуверенность. Не мог, потому что ненавидящий взгляд Некко притягивал и уже не отпускал…
   – За что ты так на меня въелся? – прошептал Павел. – Я не враг тебе, не соперник. Что я такого тебе сделал?..
   – Я лучший! – искривились губы Некко. – Я первый!
   Их объявили еще раз. Сержант Хэллер легонько подталкивал Павла к рингу. Рядовому Некко что-то втолковывали. Болельщики пытались перекричать друг друга:
   – Ти-тан!! Ти-тан!!
   – Пи-са-тель!!..
   А они не двигались и все смотрели в глаза друг другу: один ненавидя, другой вопрошая.
   Некко первым отвел взгляд и, ухватившись за упругие канаты, рывком поднялся на ринг. Вскинул руки, сжал тяжелые кулаки.
   – Ты что, голову потерял от страха? – прошипел в самое ухо сержант Хэллер. И Павел, очнувшись, тряхнул головой и шагнул вперед, подумав мельком, что этот залитый кровью ринг очень похож на эшафот.
   И вдруг случилось то, чего никто никак не ожидал.
   Трибуны зазвенели – словно сработали одновременно сотни будильников. Разом смолкли голоса. Зашевелились, задвигались встревоженные люди.
   Офицеры, недоумевая, досадуя, смотрели на сработавшие персональные коммуникаторы – небольшие устройства связи в виде браслета. По нескольку раз перечитывали короткое сообщение:
   «Боевая тревога! Ситуация номер один. Старт через восемнадцать минут.»
   Праздник был испорчен.
   В динамиках щелкнуло. И холодный голос дежурного офицера четко и раздельно проговорил:
   – Боевая тревога. Ситуация номер один. Старт через восемнадцать минут.
   Этот голос звучал сейчас везде – в казармах, в столовых, в тире, в сауне, на складах, в ангарах и на улице. Сейчас в сотнях квартир затрезвонили телефоны, и трубках тоже был этот голос.
   – … Ситуация номер один. Старт через семнадцать минут…
   Зал стремительно пустел. Сержанты, слушая четкие распоряжения взводных, без суеты выводили личный состав. Старшие офицеры, хмурясь и переглядываясь, уходили через запасный выход.
   Офицерские жены, вдруг оставшись одни, хлопали глазами. На ринге стоял растерявшийся коротышка-клоун и рассеяно стучал ладонью по микрофону, словно пытаясь выколотить из него пропавший звук.




   19.06.2068 (примерно 21:00 по местному времени)

   Никто ничего не понимает. Сержанты на любой вопрос огрызаются. Офицеры отмалчиваются. Видимо, им, как и нам, ничего не известно.
   Кто-то утверждает, что это очередная учебная тревога. Своего рода шутка впавшего в старческий маразм полковника. Кто-то говорит, что нас срочно эвакуируют, поскольку ожидается некий катаклизм – землетрясение, смерч, или что-то подобное. Самое разумное – нападение экстерров, – в качестве объяснения почему-то никто не предлагает…
   Когда объявили тревогу, меня, можно сказать, сняли с ринга. Я успел только заскочить в раздевалку, подхватить оставленные ботинки. Даже обуться мне на дали – так и бежал в строю: босой с ботинками в руках. Повезло, что на ногу никто не наступил.
   Пробежали мимо казарм, направились к оружейным складам. Впервые (!) получили боевое оружие – штурмовые винтовки старого образца «Скат», три магазина в подсумке, патроны россыпью – хватали горстями, кто сколько успеет. Вся рота снарядилась минут за пять. Другие роты получали оружие по-соседству.
   Потом нас всем скопом привели к взлетно-посадочной полосе. Здесь уже включена иллюминация, крутятся решетки радаров.
   Сейчас сидим на краю ВПП, чего-то ждем. Немного поуспокоились. Надеемся, что на этом все и кончится. Объявят, что тревога была учебная, норматив выполнен, и все могут разойтись.
   Это не может быть боевая тревога! Нам же сказали, что официально Форпост начнет действовать с первого июля. Насколько я знаю, мы на 60% недоукомплектованы техникой и оружием. Транспорты ожидаются дня через три. Не раньше… Еще толком не отлажена система спутниковой связи, половина систем коммуникации не работает.
   Какая уж тут война?


   – Затянули… – жаловался Цеце, посматривая на садящееся солнце. – Что мы тут, всю ночь сидеть будем?.. Затянули…
   – Начальства никого не видать, – заметил Зверь. – Должно быть совещаются.
   – А может действительно случилось что-то? – Павел, закончив писать, закрыл блокнот, убрал карандаш.
   – Что может случиться? – фыркнул Рыжий.
   – Экстерры, – коротко ответил Павел.
   – Разговоры там! – вскинул голову сержант Хэллер, оглядел свой взвод. – Сидеть тихо, ждать приказа!
   – И винтовки зачем-то выдали, – отметил Гнутый.
   – Винтовки… – пренебрежительно пробормотал Рыжий. – Я из таких еще в школе стрелял…
   Они, скрестив ноги, положив оружие на колени, сидели на теплом бетоне и смотрели в небо.
   Четыре десантные роты. Шестнадцать взводов. Сорок восемь отделений. Без малого четыре сотни бойцов.
   Все они ждали…
   – Никуда мы не полетим, – сказал, улыбаясь, Шайтан.
   – Откуда такая уверенность?
   – Говорили что? Старт через восемнадцать минут. А прошло уже не меньше получаса… Эй, сержант! Сколько сейчас времени?
   – Заткните свои рты! – сержант Хэллер угрожающе приподнялся.
   – Почему у нас забрали часы? – шепотом спросил Павел, наклонившись к Зверю. – Почему в полет мы всегда отправляемся без часов?
   Тот пожал плечами:
   – Потому что сейчас нашим временем распоряжаются другие. – Непонятно было, отшутился он, или сказал это серьезно.
   – Я что, неясно выражаюсь? – сержант Хэллер закипал. Видимо, и на него давила неизвестность.
   – Помолчим, – сказал Зверь негромко, но прозвучало это как команда…
   Почти четыре сотни бойцов, сидя на бетоне взлетно-посадочной полосы, молчали и смотрели в вечернее небо.


   Связь была отвратительная – то ли спутник уходил, то ли барахлила новая, не настроенная толком аппаратура, то ли просто-напросто сбилась антенна. Полковник Грейн, командир Форпоста номер восемьсот шестьдесят три, через каждые три слова поминая черта и его сородичей, на повышенных тонах разговаривал с региональным штабом:
   – Вы соображаете, что за приказы отдаете?! Вы понимаете, что личный состав не готов к выполнению боевых задач?! У нас даже оружия нет! Нет оборудования, техники! Ничего нет! Ваше управление затягивает поставку, а вот теперь вы отдаете такие приказы!..
   Сейчас полковник мало походил на усталого пенсионера. Он был зол, разъярен. Он грозил кулаком монитору, в котором отображались сразу два спокойных лица. Полковник не боялся этих штабных управленцев. Он никогда ничего не боялся, и всегда говорил то, что считал нужным сказать. Потому-то и был сослан в таежную глушь.
   – Потише, полковник, – медленно проговорил один из штабистов, тот что был помоложе. Звук несколько запаздывал, изображение дрожало, порой совсем расплываясь. – Мы не требуем ничего особенного от ваших людей. Перед вами поставлена простая задача – прочесать местность. Помочь вашим же соседям. Ведь вы не хуже меня знаете обстановку: наши западные части заняты сейчас Албанией. Юго-восточные проводят операцию на Тибете. Все резервы исчерпаны, людей не хватает. Мы бы не трогали вас Форпост, если была бы такая возможность. Но возможности такой нет.
   – Я говорю вам еще раз – у нас нет оружия, нет техники!
   – Я повторяю – ваши люди просто должны обследовать одиннадцатый, двенадцатый и тринадцатый квадраты. Зона вероятного падения слишком велика, мы не можем рисковать, надо срочно действовать всеми силами…
   – Силами! – фыркнул полковник, слюной забрызгав глазок камеры и не заметив этого. Лица в мониторе покривились, переглянулись. – У нас нет сил! У нас есть только люди. Почти голые люди! Мясо! Мясо для экстерров! А вы их посылаете в ночь! И где сейчас ваши чертовы спутники? Вы что, совсем слепые, сами не можете отыскать место падения? Вы же, кажется, контролируете каждой квадратный метр поверхности!
   – Так вы отказываетесь выполнять приказ? – деловито спросил штабист. Он склонил голову, и во взгляде его мелькнуло что-то хищное.
   – Нет, – отчеканил полковник. – Я солдат и никогда не отказывался выполнять приказы. Мои люди уже ждут прибытия транспортов. Но я хочу, чтобы видеозапись этого разговора была запротоколирована.
   – Хорошо, полковник. Если вам так угодно. Как мне сообщают, транспортные геликоптеры уже на подходе. Ждите.
   – И я в очередной раз требую, чтобы… – полковник не успел договорить: монитор погас – видимо в штабе решили, что с них достаточно.
   – Ах вы черти! – глухо сказал полковник и разом сник. Плечи его опустились, руки расслабились, лицо смягчилось, и он снова превратился в усталого старика предпенсионного возраста.


   – Вроде бы идут, – сказал Зверь, медленно поворачивая голову, словно наводясь локатором. – Точно идут!
   Павел не сразу понял, о чем тот говорит. Но через пару секунд и сам услышал далекий гул, похожий на басовитое гудение шмелей.
   – Транспортники. Геликоптеры… HT-1500, «Лебеди»… – по звуку двигателей определил Ухо. И Павел подумал, что, возможно, прозвище свое Ухо получил не только за уродство.
   – Повезут словно туристов на такси, – сказал Рыжий. Он, как любой настоящий десантник, не любил тяжелые транспортные корабли, предназначенные прежде всего для перевозки груза.
   – Значит, домой сегодня мы не вернемся, – вздохнул Цеце.
   – Знать бы наверняка, что тут назревает, – озабоченно сказал Зверь, покачивая головой. – Что если это не учения?
   – Отставить разговоры! – приподнялся со своего места сержант Хэллер. – Все, что вам надо знать, до вас доведут. Так что заткнитесь и слушайте…
   Над вершинами дальних сопок появились две темные точки. Они были отчетливо видны на фоне золотящегося предзакатного неба. И они росли, приближаясь. И все усиливался гул.
   – Полетим недалеко, – сказал Гнутый. – Иначе подали бы что-нибудь более скоростное.
   – Геликоптерами могут просто перекинуть на другую площадку, а уж там пересадить на дальнобойные корабли, – возразил Зверь.
   – Тоже верно.
   – А вот и командиры, – сказал, обернувшись, Хэллер. И в голосе сержанта всем послышалось облегчение.
   Офицеры бежали неровной цепью, придерживая планшетные компьютеры, болтающиеся на портупеях, поглядывая на часы, на коммуникаторы. Спешили.
   Лица их были слишком серьезны.
   – Построиться! – издалека прозвучали отрывистые команды. – Доложить о наличии личного состава! Всем готовиться к погрузке!..
   Бойцы поднимались, заправлялись, занимали свои места в строю. Лейтенанты, выслушав короткие доклады сержантов, сами торопились с докладами к ротным офицерам. Подходили к командирам строевым шагом, печатая шаг, козыряли молодцевато, точно как велел устав, а старшие офицеры словно отмахивались в ответ, небрежно, будто через силу – сейчас им было плевать на уставы. Негромко, но четко ротные обрисовывали ситуацию и ставили боевые задачи своим подразделениям:
   – Сегодня в девятнадцать часов двадцать минут в верхних слоях атмосферы был сбит корабль экстерров. Наша задача – обследовать зону предполагаемого падения, а именно квадраты одиннадцать, двенадцать и тринадцать. Девять других квадратов обследуют наши соседи: Форпосты семьсот восьмой и шестьсот восемьдесят девятый. В случае обнаружения экстерров в бой не вступать, немедленно связаться со штабом, вызвать подкрепление. Приказываю…
   Со стороны складов катились припозднившиеся грузовые роботы, похожие на огромные трехколесные тачки, везли в своих кузовах пирамиды парашютов.
   Шмелиный гул превратился в рев. Толстобрюхие, словно беременные, геликоптеры заходили на посадку. Бешено вращающиеся винты взбивали воздух. Чтобы быть услышанным, приходилось кричать во весь голос:
   – …Эвакуация будет проведена из квадрата тринадцать, сектор восемь! Место будет отмечено на ваших картах!..
   Зависшие геликоптеры медленно опускались на бетон аэродрома. От рева винтов и воя турбин закладывало уши, ветер выжимал слезы из глаз.
   – …Вопросы есть?
   – Нет, сэр!
   – Ну, тогда с Богом!
   Лейтенанты, совсем не по уставному придерживая головные уборы, бегом возвращались к своим подразделением, немо разевали рты, захлебываясь упругим воздухом, бурно жестикулировали, отдавая приказы сержантам.
   С лязгом сдвинулась железная челюсть, открывая вход в темную утробу транспортного геликоптера. Ударились о бетон колеса, заскрежетали рессоры.
   – Первый взвод, справа по одному! Второй взвод!..
   Тонкой ниточкой потянулись люди в разверстую пасть транспортника. Бежали, все еще не понимая, что происходит, теряясь в догадках. И даже перекинуться с кем-нибудь парой слов было невозможно – плотный густой рев забивал уши, заставлял пригибать голову и жмуриться.
   – Торопитесь, черти! – орали сержанты, но их совсем не было слышно.
   Цепляясь за специальные направляющие, по рельсам взобрались в железное чрево грузовые роботы. Боком заехали с специальные ниши, остановились, выпустили когти фиксаторов, укрепились и сразу же отключились – умерли.
   Последними, еще раз все проверив, забежали в транспорты офицеры. Наклеили на горло таблетки ларингофонов, включили компьютеры, глянули на коммуникаторы. Доложились по радио:
   – Первый взвод на месте! Второй взвод на месте! Третий взвод…
   – Первая рота готова! Вторая рота готова!..
   И через несколько секунд услышали в наушниках взволнованный голос:
   – Удачи!
   «Удачи!» – мгновением позже прочли они на светящихся панелях коммуникаторов.
   Качнулся под ногами пол. Железная пасть стала закрываться. Взвыли турбины двигателей, набирая обороты.
   Два металлических чудища медленно поднялись в воздух, зависли на мгновение, разворачиваясь, ложась на курс, потом накренились вперед и, кромсая винтами спокойный вечерний воздух, понесли проглоченных людей за сопки к золотящемуся закатом горизонту.
   Форпост номер восемьсот шестьдесят три уходил на свое первое задание.


   Парашютов было с избытком.
   – Купол, – сказал Ухо, словно выругался, затягивая широкие лямки. – Чертов купол! С такими в начале прошлого века прыгали! Я уж и забыл, как с ними обращаться!
   – Неудивительно, что забыл, – усмехнулся Гнутый. – С начала-то прошлого века сколько времени прошло!
   – Могли бы нормальные крылья дать!
   – Могли бы – дали бы! – резко повернулся к разговаривающим сержант Хэллер. – А если парашют не нравится, прыгай без него!
   – Может и не будем прыгать? – предположил Ухо. – Отработаем заход на выброску, и сразу назад.
   – Тебе сказано – задача боевая, а не учебная! – заметно было, что сержанта раздражают подобные разговоры.
   – Ну и что? Первый раз, что ли, вместо учебной тревоги объявляют боевую? Чтобы мы не расслаблялись.
   – Для того, чтобы ты не расслаблялся, есть я! – грозно объявил сержант…
   Едва только геликоптеры оторвались от земли, командиры взводов обрисовали своим бойцам общее положение дел. Распределили секторы квадратов между подразделениями, выдали старшим компьютерные планшеты с загруженными картами, с подключенной системой позиционирования и модулем УКВ-связи. Потом, отозвав командиров сформированных групп, еще раз подробнейшим образом проинструктировали их – времени в полете было предостаточно. Лишь убедившись, что поставленную задачу поняли все, поняли правильно, до малейших нюансов, отпустили командиров к людям…
   – Эй, Писатель! – окликнул Павла Рыжий. – А ты, наверное, страшно рад, что с тем верзилой драться не пришлось. Рад? Признайся!
   Павел пожал плечами, решив отмолчатся. Но Рыжий не успокоился:
   – Ты видел, как он того… как его?.. Зажал – и два удара. Вырубил с первого – я видел… Он бы и тебя так. Любого из нас. Любого, кто бы на ринг вышел. Ты его глаза видел? Видел? Знаю, что видел. Человека с такими глазами надо бояться. Ты боишься? – Рыжий с усмешкой ждал реакции Павла.
   – Отстань ты от него, – сказал Гнутый. И добавил тише, словно не хотел обидеть Павла: – Хоть какая-то польза от этой тревоги.
   – А ведь драться придется… – Рыжий заерзал на месте, посмотрел в сторону сержанта, встретился глазами с Цеце, зашептал торопливо: – Придется вам еще встретиться! Что поделать? Спор-то наш в силе остался. Драку мы организуем. Продержишься хоть две минуты? Выстоишь?
   – Да отстань ты от него! – повторил Гнутый с нажимом.
   – А что? – Рыжий повернулся к нему. – Сам знаешь, что драка будет. Все знают. Ведь ставки сделаны, и деньги никто не вернет. Бой будет, отменить его нельзя.
   – Будет… – нехотя признал Гнутый. – Только чего ты тут душу травишь человеку? – Он помолчал, разглядывая поникшего Павла. Потом, вспомнив что-то, хлопнул себя по лбу: – Черт! Я ведь хота не покормил!
   – Ничего, – хмыкнул Рыжий, – не помрет твоя зверюга, только здоровее будет. Может повезет, накормишь ее свежим мясом, когда вернешься.
   – Думаешь, без стрельбы не обойдется? – спросил Ухо.
   – Не знаю, – Рыжий достал патрон, покрутил его в пальцах. – Но сдается мне, это тревога вовсе не учебная.
   Сержант Хэллер кивнул одобрительно и отвернулся. Его люди к бою были готовы.


   – Квадрат одиннадцать, сектор три! – прозвучал громовой рык ротного. – Первый взвод – пошел! Второй взвод – на исходную!..
   Выброска шла на полном ходу. Геликоптеры даже не снизили скорость, они словно спешили куда-то – возможно так и было. Возле широкого овального люка, крепко держась за поручень, стоял выпускающий. Он смотрел в километровую пропасть, отрывисто и неразборчиво командовал очередному десантирующемуся:
   – Пошел!.. – И это его короткое «пошел» звучало так часто, что казалось, будто выпускающий зашелся в приступе кашля.
   – Валимся, словно дерьмо из задницы, – негромко сказал Зверь. И Павел хмыкнул, оценив образность этого сравнения. Подумал, что надо бы оставить его где-нибудь в своих записях.
   Бойцы, кому еще не подошло время прыгать, жались к стенам и сосредоточенно, раз за разом, проверяли амуницию. Все разговоры смолкли, сейчас каждый остался наедине с собой.
   – Квадрат одиннадцать, сектор пять! – капитанский голос заставлял вздрагивать. – Второй взвод – пошел! Третий – на исходную!..
   Геликоптеры то и дело меняли курс, выходя на заданные координаты. Завывали двигатели. Металлические стены вибрировали, ребристый пол качался, так и норовя уйти из-под ног. Мигали в сумрачных углах красные фонари, предупреждая, что один из выходов сейчас открыт.
   – Квадрат одиннадцать, сектор семь! Третий – пошел! Четвертый – на исходную!


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Поделиться ссылкой на выделенное