Мэдлин Хантер.

Леди греха

(страница 21 из 23)

скачать книгу бесплатно

   – Не совсем так, – поспешно возразил Ярдли. – Она была католичкой, и там законны брачные союзы только между католиками. Филипп же не являлся таковым. Но, принимая во внимание его положение… В общем, была возможность устроить брачную церемонию, и это позволяло ей покинуть страну в качестве его жены, хотя на самом деле она таковой не являлась. Просто маленький обман ради благородной цели. Мы ведь искренне боялись за нее, понимаете?
   – Это я понимаю, – кивнул Натаниел. – Но я не понимаю другого. Если подобный брак будет законным в Испании, то он останется законным и здесь. И если так, то получается…
   Викарий энергично покачал головой:
   – Нет-нет, он не был законным и там. Такие браки нигде не признают. Во-первых, Филипп сказал, что является католиком, то есть он солгал. Кроме того, он умолчал о том, что должен унаследовать титул. Я даже не уверен, что он венчался под своим подлинным именем. Их обвенчал сочувствовавший им деревенский священник. Не знаю даже, были ли сделаны все необходимые записи.
   Теперь Натаниел наблюдал за Шарлоттой. Интересно, убедил ли ее Ярдли? И сколько правды было в его рассказе?
   – Право на проезд мы получили и должны были отправиться, – продолжал викарий. – Но в ночь накануне нашего отплытия она исчезла, оставив записку: мол, поехала за матерью, чтобы та сопровождала нас, а вернется в полдень. Филипп тогда заболел – впервые проявилась его болезнь, так что за девушкой отправился Джеймс. Мы ждали, стремясь как можно скорее покинуть эту страну. Джеймс вернулся много часов спустя, перед самым отплытием судна. Вернулся один. Сказал, что неподалеку от поместья этой испанской семьи происходило сражение, а девушка якобы была убита случайным выстрелом. Да, скорее всего случайным, потому что искали-то ее брата.
   – Джеймс видел это? – спросил Натаниел. Ярдли покачал головой:
   – Нет, но он слышал ружейную стрельбу. И об этом ему сообщил убегавший слуга. Мы были уверены, что ее нет в живых. Позже Филипп сам искал подтверждение этому. Как и вам, ему хотелось убедиться, что женитьба не имела законной силы. Я уверял его, что это так, но…
   – Но вы несведущи в церковном праве. Как же вы можете это утверждать? – спросила Шарлотта. – Мистер Ярдли, а та женщина думала, что брак являлся законным? Она понимала, что, собственно, произошло?
   – Мы ей очень подробно все объяснили, – ответил Ярдли.
   – Позже вас просили еще раз навести справки, не так ли? – Натаниел пристально посмотрел в глаза Ярдли.
   – Да, Филипп просил меня об этом, когда задумал жениться. По вполне понятной причине ему хотелось сохранить свое юношеское приключение в тайне. Я связался с несколькими друзьями, которые находились в Испании в это время, и попросил их узнать, что с ней произошло. Мне сообщили, что она действительно умерла. Так что я совершенно не понимаю…
   – Все вы прекрасно понимаете, – перебил Натаниел. – Эта девушка вовсе не умерла.
Пять лет назад она приехала в Англию. Вы ведь знали об этом?
   Викарий изобразил искреннее удивление.
   – О Господи! – воскликнул он. – Это невероятно!
   – Да, она приехала в Лондон. Теперь ее действительно нет в живых, но она была жива, когда вы наводили справки.
   – Нет, это невозможно. – Викарий покачал головой. – Уверен, вы ошибаетесь.
   Натаниел снова посмотрел на Шарлотту. Казалось, она приняла историю Ярдли. Неужели не почувствовала обмана? Или ей просто очень хотелось поверить викарию?
   – Вы удовлетворены, миледи? – спросил Натаниел.
   Она поднялась на ноги.
   – Да, мистер Найтридж. Благодарю вас. – Она повернулась к Ярдли: – Спасибо, что уделили нам внимание. Я была рада встретить старого друга моего мужа, который был свидетелем его приключений и помог… вернее, попытался спасти даму, попавшую в беду.
   Ярдли расплылся в улыбке. Окончательно успокоившись, он снова стал радушным хозяином и проводил гостей до кареты.
   Когда они проехали несколько десятков метров, Шарлотта велела кучеру остановиться. Взглянув на своего спутника, спросила:
   – Он лгал, верно?
   Натаниел вздохнул. Иногда ему хотелось, чтобы она не была столь умной и проницательной.
   – Нет, он не лгал.
   – В таком случае он был слишком уж осторожен. Тебе так не показалось?
   – Но, Лотта, пойми…
   Она решительно покачала головой:
   – Был ребенок, не так ли? И была женщина, которая называла себя миссис Марден и которая думала, что се сын законнорожденный. Мистер Ярдли не хотел говорить об этих вещах в моем присутствии. Он боялся проявить неделикатность, хотя это уже не имело ни малейшего значения. Эта женщина думала, что действительно вышла замуж, пусть даже это было не так.
   – Она говорила на другом языке. Возможно, они просто плохо друг друга поняли.
   – Но ведь Дженни сказала, что та женщина очень хорошо говорила по-английски. – Шарлотта достала книгу, которую читала в карете во время их долгих путешествий. – Я подожду здесь, а вы вернетесь к викарию и подробно расспросите его. Договорились?
   Шарлотта раскрыла книгу и устроилась поудобнее. Натаниел же в раздражении проговорил:
   – Дорогая, иногда мне ужасно хочется хорошенько отшлепать тебя.
   Она даже не взглянула на него.
   – Это возбудит тебя, Натаниел?
   – О Господи, Лотта!..
   Она бросила на него насмешливый взгляд:
   – Да, конечно, тебе этого хочется вовсе не для возбуждения. Просто я тебя раздражаю. Интересно, почему? Потому что знала, что ты намеревался поговорить с ним с глазу на глаз в другой раз? Право, милый, тебе нет смысла совершать сюда еще одну поездку. Ты можешь поговорить с ним сейчас.
   Господи, эта женщина сведет его с ума! Натаниел выскочил из кареты и быстро зашагал обратно.
   – Он в саду, сэр, – сообщила домоправительница.
   – Я пойду к нему. Я забыл отдать ему записку, которую просили передать.
   Не дожидаясь ответа, Натаниел направился к садовой дорожке. Сейчас ему было не до любезности. Он намеревался поговорить с Ярдли и узнать правду, черт побери! И чем быстрее он покончит со всем этим, тем лучше.
   Минуту спустя Натаниел увидел Ярдли, сидевшего на скамье, рядом с кустарниками. Глаза викария были закрыты, и казалось, что он спал. Однако Натаниел был уверен: Ярдли не спал, просто напряженно размышлял о чем-то. Возможно, пытался собраться с мыслями.
   Викарий не услышал шагов, пока Натаниел не подошел к нему совсем близко. Когда же глаза Ярдли раскрылись, Натаниел увидел в них страх; было очевидно: хозяин сразу же понял, что ему не поверили.
   Натаниел схватил Ярдли за плечи и заставил его подняться.
   – Пойдемте со мной. Вот сюда. – Он направил викария в дальний уголок сада, к стене, увитой плющом. – А теперь вы расскажете мне все остальное, ясно?
   Прижавшись спиной к стене, Ярдли пробормотал что-то бессвязное, вероятно, пытался выразить свое негодование. Натаниел пытался сохранять спокойствие.
   – Мистер Ярдли, вы ведь не всегда так жили, верно? Я бы даже сказал, что вы человек весьма зажиточный. Но откуда у вас вся эта собственность? Вы ведь улучшили свое материальное положение примерно в то же самое время, когда та женщина приехала из Испании? И получили все это не от Филиппа, а от его брата, не так ли?
   Ярдли поежился и в страхе осмотрелся, возможно, боялся, что кто-то может подслушать их с Натаниелом разговор.
   – Что же вы молчите, мистер Ярдли? – Натаниел приблизился к викарию почти вплотную. – Изабелла Зафра считала, что она на самом деле замужем, верно? Скажите, почему она так считала?
   – Потому что он был слишком уж порядочным, – прохрипел мистер Ярдли и шумно выдохнул, словно ему после этих слов вдруг стало легче. – Да, он был необыкновенно честным и порядочным человеком. В ночь после того католического венчания она пришла к нему. То была их первая брачная ночь, а на следующее утро он потребовал, чтобы я совершил другую церемонию, англиканскую. Этого требовало его чувство чести, поскольку он, то есть они…
   – Вы уже тогда являлись духовным лицом?
   Ярдли кивнул:
   – Я был посвящен в духовный сан после завершения обучения. Меня ждало место викария, но через несколько лет его отдали другому, так что я занял место, наставника молодых людей.
   – Значит, это была законная церемония?
   Ярдли вздохнул и неопределенно пожал плечами:
   – Трудно сказать… Там присутствовали два свидетеля из местных, но кто знает, понимали ли они то, под чем подписались? А Джеймс отказался свидетельствовать и даже присутствовать.
   «Разумеется, он отказался, – подумал Натаниел. – На его месте многие поступили бы точно так же».
   – А я никогда не регистрировал тот брак, – продолжал Ярдли с отчаянием в голосе. – Она умерла, в этом деле было много неясностей, и даже лицензия была всего лишь бумагой с их подписями.
   – Где этот документ?
   – Я сжег его.
   Натаниел окинул взглядом сад. Затем протянув руку, коснулся шелкового галстука викария.
   – Нет, этого вы не сделали. Но даже если вы поступили именно так, то Марденфорд об этом не знает. Вы заставили его поверить, что документ все еще у вас. Вы шантажируете его.
   – Шантажирую?! Как вы смеете?! Я никогда не требовал ни пенни…
   – Значит, вы компаньоны, если можно так выразиться. Или же он подкупил вас. Он непрестанно заботится о вашем благополучии, чтобы вы не совершили, какую-нибудь глупость, которая могла бы ему повредить. Но если ваше молчание стоит так дорого, то вы непременно должны знать и о мальчике.
   – Мальчик?.. Какой мальчик? Я ничего не знаю…
   – Когда я упомянул о расследовании в палате лордов, вы знали, что я имел в виду. Титул можно оспорить только в том случае, если у Филиппа был законнорожденный сын.
   Глаза Ярдли расширились, а лицо залилось краской. Натаниел же молчал, позволяя ему обдумать свое положение. Он вовсе не собирался запугивать этого человека, просто хотел, чтобы тот стал более сговорчивым. Несколько минут спустя он наконец проговорил:
   – Мистер Ярдли, я уже узнал почти все. А вы знаете о существовании мальчика, вам сообщил об этом Джеймс. Полагаю, вы оба были потрясены.
   Ярдли на мгновение закрыл глаза и покачал головой:
   – Вы не можете представить, что это было за несчастье. Он, естественно, отделался от нее. Объяснил, как все произошло. Я советовал ему дать ей немного денег, так как мальчик… Мне казалось, что так будет правильно. Но Джеймс отказывался верить, что это сын его брата. «Незаконнорожденный ребенок другого мужчины», – заявил он. Джеймс не желал признавать очевидное. Возможно, не хотел нести ответственность за женщину и мальчика. Он велел ей уехать.
   – Но она не уехала, – заметил Натаниел. – Она продолжала писать ему еще почти целый год.
   – Похоже, вы знаете вполне достаточно. Вам ничего больше не узнать. Пожалуйста, оставьте меня в покое. Я ведь не причинил никому зла. К тому же все это было очень давно… Вот, сэр, я рассказал вам все, что мне известно.
   Натаниел очень в этом сомневался. Окинув взглядом живую изгородь, ограждавшую сад, он снова повернулся к викарию, однако промолчал.
   «А хотел ли я знать остальное?» – спрашивал себя Найтридж. Услышанного было вполне достаточно, чтобы успокоить Шарлотту. Она могла удовлетвориться этой историей. Было ясно: ее муж вел себя по-своему достойно и честно, а тот брачный союз возник при чрезвычайных обстоятельствах.
   Теперь Натаниел мог покинуть сад и оставить последний вопрос без ответа. Или же мог задать этот вопрос – вопрос, который открыл бы всю правду до конца. Но это доставило бы Шарлотте еще большую боль и вызвало бы грандиозный скандал.
   В конце концов, он решил, что обязан узнать всю правду. Обязан, потому что должен был рассказать обо всем Гарри.
   Натаниел снова посмотрел на викария. В следующий миг взгляды их встретились, и Натаниелу показалось, что он увидел правду в глазах Ярдли. Но все-таки он должен был задать этот вопрос, должен был услышать ответ из уст викария.
   Собравшись с духом, Натаниел проговорил:
   – Вы встретили ее, мистер Ярдли, не та ли? Когда он устроил встречу с ней на берегу Темзы, он взял вас с собой – хотел, чтобы именно вы объяснили ей, почему у нее не было никаких прав. И вам прекрасно известно, что там произошло. Вы видели все собственными глазами, верно?
   Ярдли вздрогнул, и глаза его наполнились отчаянием. Теперь он уже даже не пытался изобразить гнев или негодование. Викарий смотрел на Натаниела с мольбой, и в глазах его блестели слезы. Внезапно губы Ярдли задрожали, и он начал медленно опускаться на землю. Привалившись спиной к каменной стене, он скорбно взглянул на Натаниела, затем окинул взглядом сад и пробормотал:
   – Увы, я жертва собственной слабости. Да простит меня Господь.
 //-- * * * --// 
   Натаниел сел в карету рядом с Шарлоттой и приказал кучеру трогаться. Она отложила в сторону книгу, которую читала. Ей пришлось ждать дольше, чем она думала.
   – Он предложил выпить чая? В этом причина твоего столь долгого отсутствия?
   – На самом деле – бренди, – пробурчал Натаниел.
   – Для бренди слишком рано.
   – Черт побери, именно так. Я совсем забыл о времени, когда принял его предложение, и вот…
   Он внезапно умолк, словно о чем-то задумался. Выждав минуту-другую, Шарлотта спросила:
   – Ты сердишься из-за того, что я попросила тебя вернуться?
   – Ты не просила. Ты потребовала этого. Но я вовсе не сержусь, просто не очень-то рад, что согласился вернуться.
   – Ты все равно искал бы еще одной встречи с ним, Натаниел. Рано или поздно ты непременно вернулся бы туда.
   – Ты не можешь знать это наверняка, черт побери. Я и сам не знаю…
   Шарлотта решила, что ей следует немного помолчать. Когда они проехали несколько миль, она вновь заговорила:
   – Ты узнал что-то важное?
   Лицо Натаниела словно окаменело. Он взглянул на свою спутницу, однако промолчал.
   Тихо вздохнув, Шарлотта спросила:
   – Так что же ты собираешься рассказать мне?
   – Это не имеет к тебе никакого отношения. Я больше ничего не узнал о твоем муже.
   – Что-то не верится… – в задумчивости пробормотала Шарлотта. – Если ты молчишь лишь потому, что не хочешь меня огорчать, то знай: я должна узнать всю правду, какой бы она ни была. И вообще, ты должен понять…
   Натаниел вдруг повернулся к ней и подхватил ее на руки. Все закружилось у нее перед глазами, а затем она оказалась у него на коленях. Осторожно взяв ее за подбородок, он заглянул ей в лицо:
   – Дорогая, я буду защищать тебя так, как считаю нужным. Я отрублю себе руку, если мне покажется, что это необходимо. И я готов даже на убийство, если приду к заключению, что должен так поступить. Поэтому не пытайся вмешиваться в мои решения. Вы поняли меня, миледи?
   Весьма озадаченная словами Натаниела, Шарлотта кивнула:
   – Да, кажется, поняла.
   – Вот и хорошо. – Пальцы Натаниела скользнули по ее щеке. – А теперь поцелуй меня, дорогая. Обратную дорогу в Лондон мы проведем за очень важным занятием, а о мистере Ярдли на время забудем.


   Натаниел заканчивал одеваться. Сегодня вечером ему предстояло присутствовать на званом ужине в доме Шарлотты. Но это будет ужин для двоих.
   Переезд Шарлотты в дом сестры значительно облегчил их любовные отношения. Возможно, слишком облегчил. Какие-либо неудобства больше не мешали их встречам. Натаниел мог заехать к ней в любое время дня. Мог приехать и вечером, причем один. Он поступал так уже дважды после их возвращения в Лондон четыре дня назад, Шарлотта больше не заговаривала о Ярдли, но Натаниел прекрасно понимал: ей хотелось узнать все, что рассказал ему викарий. Общаясь с ней, он ничего ей об этом не говорил, но все последние дни проводил в постоянных раздумьях. Ему предстояло принять нелегкое решение, затрагивающее не только Шарлотту и Гарри. «Так что же делать? Что делать?» – спрашивал себя Натаниел, застегивая запонки на рубашке.
   Он взглянул на карманные часы, которые вытащил из футляра. Под ними лежал листок бумаги. Именно этот листок и должен был сыграть решающую роль, если он поступит с Марденфордом так, как намеревался поступить. Возможно, это наилучший способ защитить Шарлотту и в то же время добиться правосудия. Однако окончательного решения он еще не принял…
   Отправив Джейкобса к конюхам – те должны были приготовить лошадь, – Натаниел закончил одеваться и направился к выходу. И вдруг услышал голоса; Джейкобс стоял в дверях, пытаясь преградить путь высокому мужчине с серебристыми волосами и серыми глазами.
   – Отец?.. – произнес Натаниел с удивлением. – Полагаю, вы выбрали не самое лучшее время для визита.
   – Мне нужно поговорить с тобой. В последние дни тебя трудно застать дома. Ты редко бываешь здесь. Не видно тебя и в городе.
   Пожав плечами, Натаниел провел отца в гостиную.
   – Если бы вы написали мне, отец, мы могли бы встретиться.
   Граф Норристон презрительно фыркнул:
   – Встретиться, когда будет удобно тебе, не так ли?
   – Нет, вам, сэр. – Еще месяц назад это было бы неправдой, но теперь Натаниел не кривил душой. Он понял, что действительно не возражает против неожиданного вторжения отца, как бывало прежде. – Бренди или шерри? – спросил он. – Вы пришли… чтобы предложить мне еще один способ существования?
   – Я пришел поговорить о твоих амурных делах с леди Марденфорд.
   Отец уже многие годы не удивлял его, но на сей раз действительно удивил: слишком уж спокоен был граф.
   – Как джентльмен, я не могу ответить на столь откровенное заявление, – пробормотал Натаниел.
   Отец опустился в кресло, в котором обычно сидел Натаниел.
   – А я, как джентльмен, не спросил бы об этом. Я говорю с тобой, как отец с сыном.
   Натаниел придвинул стул ближе к отцу и сел. Он мог бы отказаться продолжать этот разговор. Мог бы солгать. Однако он понял, что ему не хочется ни того ни другого.
   – Я думал, мы вели себя очень осторожно. Граф кивнул:
   – Уверен, все было именно так. И я никогда бы не узнал об этом, потому что не обращаю внимания на сплетни такого рода. Я узнал о вашем романе, потому что мне рассказал о нем Марденфорд. Он очень огорчен тем, что ты компрометируешь ее, и вынужден был принять соответствующие меры.
   – Меры, которые он предпринял, были жестокими по отношению к собственному сыну. Я верю, что он очень расстроен. И он расстроится еще больше, если вы сообщите ему, что я сделал ей предложение.
   – Она приняла его? – Норристон с любопытством взглянул на сына.
   – Пока нет.
   – У тебя есть надежда?
   – Да, я очень надеюсь.
   Какое-то время отец обдумывал его слова, потом сказал:
   – Полагаю, это был бы весьма удачный союз.
   – Я тоже так думаю.
   – Конечно, ее семья… – Граф развел руками. – И какие-то странные события… Я слышал, ее сестра недавно вышла замуж за адвоката. Никогда не любил первого мужа Пенелопы. Мне казалось, в этом человеке было что-то… нездоровое. А вот жена Леклера… Впрочем, все знают, что их состояние – от торговли. Все целиком. Что же касается леди Марденфорд, то мне кажется, что она очень честная и порядочная женщина. К тому же очень красива…
   Натаниел не перебивал отца, хотя догадывался, куда вела извилистая тропа его красноречия. Наконец, не выдержав, заявил:
   – Сэр, должен предупредить вас, что я не желаю становиться епископом.
   Норристон приподнял, брови, потом со вздохом заметил:
   – Если так, то я весьма огорчен. К тому же леди Марденфорд… Полагаю, она была бы очень полезным союзником. – Граф пожал плечами. – Но если она готова смириться с тем, что ты адвокат, то и мне придется смириться.
   Капитуляция отца была столь неожиданной, что у Натаниела невольно зародились подозрения. Он внимательно посмотрел на графа, потом спросил:
   – Неужели вы действительно одобряете этот брак?
   Отец снова пожал плечами:
   – А почему бы и нет? Полагаю, она будет тебе хорошей женой. Только я очень боюсь, что она со временем разочаруется в тебе. Все-таки адвокат не самый лучший супруг для настоящей леди. Именно поэтому я…
   Граф внезапно умолк и обвел взглядом комнату; при этом у него был вид человека, сказавшего все, что он собирался сказать.
   Натаниел вопросительно поглядывал на отца, но тот довольно долго молчал. Наконец вдруг улыбнулся и вновь заговорил:
   – Послушай, Нат, у меня на тебя виды. На сей раз Кентербери. Мне очень неприятна твоя известность защитника в судах, это правда. Не стоит тебе выступать в Олд-Бейли. Я понимаю, ты делаешь это не из гордости и не ради славы. Мне понятно, почему ты это делаешь, понятны твои чувства и мотивы. Я знаю, что ты человек чести и правдоискатель. Более того, ты человек принципов. Именно поэтому я и решил, что из тебя получится хороший епископ.
   Натаниел встал и в волнении прошелся по комнате. Слова отца глубоко тронули его. И он вдруг понял, что они с отцом в чем-то очень похожи, хотя, казалось бы, были совершенно чужими друг другу.
   Какое-то время Натаниел смотрел в темноту за окном. Наконец, обернувшись, проговорил:
   – К сожалению, принципы иногда превращаются в оковы. А знание правды может иметь разрушительную силу.
   После его слов в комнате снова воцарилось молчание. Прошло минут пять, прежде чем отец спросил:
   – Что тебя тревожит?
   – Я не сумею объяснить. А если вы когда-нибудь узнаете об этом, то вместе со всем Лондоном.
   И опять тишина. Казалось, граф напряженно обдумывал загадочное заявление сына, подбирая слова для ответа.
   – Видишь ли, Нат, есть правда, которую лучше скрывать от мира. Хотя я прекрасно понимаю, что это не совсем честно.
   Натаниел пожал плечами:
   – Почему же нечестно? Мне так не кажется.
   – Лучше, чтобы об этом знали или нет? Вот в чем вопрос. И ответить на него не так-то просто.
   «Да, действительно нелегко», – мысленно согласился Натаниел.
   – Похоже, я не очень-то помог тебе, – добавил граф со вздохом.
   – Напротив, вы очень помогли мне. Марденфорд удивится, узнав об этом, и тогда…
   Отец прервал его взмахом руки.
   – Несомненно, он ожидал, что это известие ошеломит меня. Возможно, он думал, что я буду угрожать тебе, скажу, что могу лишить тебя содержания. Маленький лесной грызун.
   – Нет, не грызун, а близкий родственник – крыса.
   Норристон поднялся с кресла.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное