Наталия Мазова.

Исповедь травы

(страница 3 из 32)

скачать книгу бесплатно

Ладно, мне так даже лучше – не надо перетаскивать вещи с третьего этажа на первый. Нешто пойти лечь прямо сейчас, не все же злоупотреблять гостеприимством Флетчера. Да он, к тому же, в данный момент наверняка пьет с другими Рыцарями Долины, а я слишком устала, чтобы выдержать еще одну серию великосветских комплиментов…


Как оно обычно и бывает, стоило мне коснуться подушки – усталость и сонливость как рукой сняло. Уже с час я тоскливо ворочаюсь в постели и все больше укрепляюсь в мысли, что лучше встать и пойти потрепаться на сон грядущий с кем-нибудь из старых приятелей.

Шаги в коридоре – не один человек, – неразборчивый гул голосов… К Орсаллу? Нет, мою дверь миновали, слышен скрип ключа в замке соседней.

– Проходите, располагайтесь, – неожиданно четко слышится из-за стенки. Да, со звукоизоляцией во дворце королей Каменогорья явно плоховато…

– Все-таки, Ювад, ты уверен, что здесь нас никто не подслушает? – едва заслышав такое, я тут же настороженно замираю. Между прочим, в речи говорящего слышен акцент Черных Песков. Едва уловимый, правда, но у меня профессионально хорошее ухо на особенности произношения.

– Еще раз говорю тебе, Сальх – никто. Комната угловая, за стенкой только этот пустозвон Орсалл, а ты своими глазами видел, как он проскользнул к бабе.

– Но, может быть, слуга…

– Слуга, понимающий наречие Высокого Запада? Не смеши меня, Сальх. Все наши в сборе?

– Да, все, – низкий властный голос, ответивший это, смутно знаком мне, но никак не припомню, откуда. – Итак, как обстоят дела с королевской охраной?

– Все великолепно, мой господин, – судя по голосу, в котором звенит едва сдерживаемый смех, это совсем мальчишка, моложе меня. – Завтра, в день бракосочетания, во дворце дежурит личная гвардия старого короля, которой не очень-то по душе молодой Атхайн. Что бы ни случилось, их невмешательство гарантировано.

– Но как так получилось, что Лебединую Когорту отозвали из дворца? – еще один голос с акцентом Черных Песков, но куда более приметным. – У меня не укладывается в голове, что Атхайн может хоть в чем-то не доверять Иммзору!

– Я думаю, аттары, подробности будут вам мало интересны, – снова голос мальчишки, довольный-довольный…

– Ты неправ, Эртиль, – теперь смех слышится и в голосе того, кого назвали Сальхом. – Аттары с наслаждением выслушают эту замечательную историю.

– Значит, началось с того, что я пригласил одного их новобранца, только что сменившегося с дежурства, пропустить со мной стаканчик-другой…

Я лежу, боясь вздохнуть. Если меня услышат – тут мне и конец, и, как в песне, никто не узнает, где могилка моя… Мать вашу, вот это, называется, повезло! Ну почему всю мою жизнь на меня как бы случайно валятся разнообразные интриги и заговоры – я же их терпеть не могу!

А данный заговор, похоже на то, нешуточный. Если уж речь зашла о Береговой Когорте, чаще именуемой Лебединой из-за крылатых шлемов – самой верной, самой надежной! – и о ее капитане Иммзоре, лучшем друге Атхайна, воистину рыцаре без страха и упрека, которого даже я бесконечно уважаю, хотя не переношу профессиональных военных…

Пришла беда, откуда не звали! Черные Пески в результате войны оказались на проигравшей стороне, им само образование Речного Содружества, где всем заправляет Каменогорье – такая кость поперек горла! Атхайн, конечно, молод, однако уже сейчас мыслит стратегически.

Очевидно, что он не сегодня-завтра приберет под свою руку все небольшие держания вроде Краснотравья или Солнечья, причем приберет исключительно мирным путем… И вот вам снова Великая Андорэ почти в своих прежних границах, и горе тогда любым «воинам веры», которые попытаются сунуться на северо-запад! Пока Атхайн у власти, он не допустит повторения того безобразия, которое и довело эту Суть до Войны Шести Королей.

Вот только не всем это по нраву. Почему-то, какую Суть ни возьми, у народов, исповедующих лунную религию, всегда чуть ли не в ментальности заложено, что они не могут не воевать, особенно с иноверцами! И Черные Пески служат превосходной иллюстрацией этого правила…

– …он к тому моменту уже не вязал лыка, называл меня Илло – видно, принимал в этой форме за кого-то из своих – и клялся в вечном братстве. Я тоже расхваливал его на все лады, и поскольку с его стороны поступило предложение поискать женского общества, обронил, что таким молодцам, как мы с ним, и принцессы не отказывают. Он тут же ухватился за идею и заорал: «Хочу принцессу Йоссамэл!» И с этим воплем поперся по коридору прямо в Хрустальный павильон, а я его и не очень-то удерживал, – мальчишка по имени Эртиль уже смеется вовсю, и ему вторит кое-кто из заговорщиков. – Представляете, идет, скандирует в такт шагам: «Хо-чу Йос-су!» и при этом размахивает снятым со стены канделябром, из чего я сделал вывод, что именно этим предметом он ее и хочет…

Последние его слова покрывает дружное мужское ржание. Я тоже издаю какой-то сдавленный звук, к счастью, заглушенный смехом аттаров, и для профилактики дальнейших неосторожных поступков засовываю в рот край одеяла.

– Так мы дошли до самой опочивальни принцесс, и он стал долбить в дверь своим подсвечником. Ну, Йосса вылезает на шум, в халате, как всегда, скорбная и страшная, что-то царственно вопит на тему «как смеете, смерды», а из-за ее плеча торчит Наинрин, кажется, в одной ночной рубашке, все кости на просвет видны. Лебеденок мой, увидев это зрелище, поднял палец, икнул и изрек: «Нет, СТОЛЬКО я еще не выпил!»

Новый взрыв хохота. Да, а паренек-то родом из Эстелина, раз безнаказанно проделывает такие штучки! Чужаку не суметь так. Ох, только попадись мне, змееныш…

– Йосса как услышала такие слова, так в обморок и брякнулась – прямо нам под ноги. А Наинрин визжит, как резаная, своим писклявым голоском: «Стража! Стража!» Ну я не стал дожидаться, пока она докричится – через старшенькую перешагнул, подхватил Лебеденка и давай бегом оттуда! Да еще на прощание вякнул: «Так и быть, поимеем совесть, раз Йоссу поиметь никак не получится…»

– Ты позабавил нас своим рассказом, – перебивает его властный голос, – но все это действительно подробности. Каков был результат этих ваших пьяных похождений?

– Самый для нас наилучший, мой господин. Йосса, придя в себя, нажаловалась Атхайну, а тот вызвал Иммзора и начал драить: мол, распустил когорту, доверия не оправдываешь, вынь да положь мне этих двоих ублюдков! А пока виновные не будут найдены и наказаны, Береговая Когорта снимается с несения караула во дворце во избежание дальнейших нарушений спокойствия. Иммзору и возразить-то на это нечего было – загнал своих Лебедей в казармы и сам во дворце не показывается.

– Значит, все готово для задуманного нами, – подводит итоги властный голос. Господи, кто же это все-таки? Отчетливое ощущение, что слышала его уже не раз. И он, как и этот Эртиль – не с Черных Песков.

– Так значит, завтра, сразу после свадебного пира? – Ювад, я уже научилась различать их по голосам.

– Воистину так. Вы двое берете на себя Атхайна. Ты, Сальх, со своими людьми – Тэйрина и Клематис, – слышу, он усмехается.

– Славная выйдет у них брачная ночь!

– Ее тоже… раскаленной спицей? – вздрагивает голос Эртиля. Понятное дело, мальчишка еще непривычен к столь циничному хладнокровию…

– Можно и обычной, – как ни в чем не бывало отвечает обладатель властного голоса. – Раскаленной надежнее, но это надо еще успеть раскалить. А следов так и так не останется, и все это прекрасно будет выглядеть как результат колдовства… понятно, чьего.

– Имеется в виду ведьмочка из заповедной долины магов? – вот в этом месте мне делается по-настоящему страшно. Черт, да если бы не этот бабский угодник Орсалл…

– Ну почему же именно она? Ее вряд ли тронут, но ведь она сама сколько раз говорила, что не уполномочена отвечать за весь их Рябиновый Дол! А кому из ее родичей пришелся не по вкусу новый расклад – из Каменогорья не доищешься… В общем, престол переходит к Йоссамэл, и спустя положенное время я прошу ее руки и получаю согласие.

Так вот кто это! Можно было и сразу догадаться – Растрейн Фиэренранский из Долины Лилий, тот самый, что так рвется в командоры, но уже дважды выбирали не его. Йоссамэл давно к нему неравнодушна. А ему так хочется оказаться у руля, что ради этого он все Речное Содружество продаст за бесценок.

И-ди-от! Я понимаю, что на Андорэ ему плевать – лучше быть королем в Каменогорье, чем в Андорэ простым рыцарем – но на что надеется он сам? Усидеть на алебардах своих союзничков с Черных Песков, которые смешают его с пылью как только, так сразу?

Эх, если б только знать остальных! Имена Сальх и Ювад не говорят мне ничего, я не соотношу их с конкретными лицами, а голоса могу и не вспомнить. А у других не знаю и имен, даже не уверена, все ли они с Черных Песков…

– Да, аттары, – это тот третий… – Советую всем участникам завтрашнего спрятать в рукавах кинжалы – мало ли что может случиться…

– На свадебную церемонию и на пир нельзя входить с оружием, – возражает еще кто-то.

– Хо! Атхайн сам не обманывает доверия и других считает такими же глупцами! Нас заставят снять с пояса мечи, но кто заглянет к нам в рукава? Здесь Эстелин, а не Ярензаг!

– Так по рукам, аттары?

– По рукам, владетельный Растрейн! И да покарает нас Тот, Чей меч – серп Луны, если мы отступим от своего слова!

– Я принимаю твою клятву, Гисор… будущий властитель Краснотравья! Как насчет того, чтобы взять от меня эту землю, когда я отправлю на плаху Орсалла?

Скажете, не идиот?! Еще дело не сделано, а он уже раздает невзятые земли! Да на его месте я бы эту Гисорову клятву ни в грош не ставила после того, как он только что презрительно говорил о глупцах, не обманывающих доверия!

– Ладно, аттары, – опять Ювад. – Время уже позднее. Обо всем переговорили, так что расходитесь по одному. Ни к чему привлекать внимание…

Скрип двери. Шаги. Снова шаги… Я лежу, как лежала, все еще боясь пошевелиться, хотя тело ужасно затекло. Так и придется засыпать – Ювад-то из своих покоев никуда уходить не собирается.

Да разве мне сейчас до сна? Речь уже идет не только о королевской семье, но и о моей собственной шкуре. Пусть Растрейну и нет дела до меня, но Йоссамэл – совсем другое, ей только дай повод от меня отделаться… Если ее приведут к власти, то дорогу в Каменогорье мне лучше забыть навсегда.

Мозг работает на полную мощность. Что я вообще могу? Предупредить Атхайна? Не поверит – доказательств-то у меня нет. Эртиля я в лицо не знаю. Он у заговорщиков шестнадцатая спица в колеснице, и на пиру его, вероятнее всего, не будет – а то еще Йоссамэл узнает или Наинрин… Растрейн наверняка чист как снег и сам никого убивать не станет – зачем претенденту на престол в крови пачкаться? А эти, с Черных Песков… их тоже голыми руками не возьмешь. Что, кинжалы в рукавах – так это наша национальная традиция, мы без них, как без штанов! Или еще что-нибудь в этом роде… И потом, они говорили, что старая гвардия не станет вмешиваться…

Дать знать Иммзору. Это главное.

Но доказательства, доказательства…


И вот я сижу за пиршественным столом и усиленно делаю вид, что слушаю новую балладу Элаура Серебряного Луча из серии «когда менестрели берутся за меч». Не знаю, как менестрели, а вот воины, по-моему, должны браться за меч, едва заслышав такого, с позволения сказать, менестреля. Рядом со мной Орсалл поигрывает вилочкой для фруктов с выражением тоскливой обреченности на лице. Представляю, каково сейчас старому боевому лосю – у него ведь, в отличие от меня, еще и абсолютный слух…

Поворачиваю взгляд в сторону королевского стола. Королю пристало быть благосклонно невозмутимым, и по виду Атхайна невозможно угадать, какие чувства вызывает в нем сей лажегонитель. Зато его новоприобретенный зять Тэйрин, пытаясь скрыть зевок, отхлебывает из пустого кубка. Оно и понятно – они там, у себя в Долине Лилий, слыхали и Флетчера, и Россиньоля, не говоря уж о местных талантах.

Атхайн, Тэйрин, Клематис…

Вот они сидят, все трое, и невозможно сказать, кто из них сейчас более счастлив. Тонкое, с правильными чертами лицо Атхайна сейчас прямо-таки образец королевского величия… а серые глаза так и светятся изнутри серебристой, весенней, искрометной радостью. И рядом Тэйрин – открытый взгляд, располагающая к себе ясная улыбка. Невысокий ростом, широкий в кости, он всегда уступал в ловкости и изяществе брату своей жены… Но кто в эту минуту осмелится сказать, что сын Дигенны Даквортской некрасив или хотя бы не под стать прекрасной Клематис? Хоть и покинули Нездешние Долину Лилий более тысячи лет назад, но какая-то часть их крови все еще струится в жилах этого ясноглазого, светловолосого народа – у кого-то капелька, а у кого-то и десять.

И король, и жених – оба в белом. Клематис между ними как первый весенней цветок на фоне светлой талой воды. Бледнозеленое – согласно обычаю – свадебное платье, на каштановых локонах покоится венок из пурпурных гиацинтов, заботливо выращенных во дворцовой оранжерее как раз к этому дню…

…Ее тоже раскаленной спицей?..

Ее-то за что?! Только за то, что умеет поднимать глаза к небу и радоваться восходу солнца?!

Вот он, прямо напротив меня сидит – тоже в белом, как все Рыцари Долины, тоже с падающими на плечи длинными светлыми волосами. Лорд Растрейн из Фиэренрана, красивая мразь со скучающим выражением лица. Соколиный глаз в его обруче уставился на меня светлым зрачком перелива. А ведь и этот… и слова-то не ругательного подобрать не могу… тоже предпочел бы сейчас слушать Флетчера, а не то, что приходится слушать.

Я злорадно усмехаюсь про себя. Среди Рыцарей Долины за этим столом не хватает одного, и лишь двоим в зале известно, какое такое неотложное дело предпочел Йоралин Даквортский песне на свадебном пиру. Лишь Россиньоль слышал ту фразу, которую я быстро шепнула Флетчеру сразу после свадебной церемонии, и видел, как мгновенно помрачнел его взгляд…

Растрейн тоже поглядывает в сторону королевского стола. И не молодая чета притягивает его взор – нет, не она, а затянутая в парадное платье – серебро звезд на бархате ночи – красавица Йоссамэл, гордо восседающая по левую руку брата. Старшая – но до сих пор не замужем. Не уступающая в красоте Клематис – но похожая на нее не больше, чем еловый лес на сосновый. Будь ее воля, соком аконита стал бы березовый сок в обрядовой чаше! Подле нее младшая из трех сестер, белобрысая Наинрин. Роскошное сиреневое платье в пене оборок болтается на ее тощей фигуре, как на вешалке или швабре. Эта умна и не истерична – удалась в отца не только внешностью – но уж больно любит быть каждой бочке гвоздем, а потом удивляется – чего это лорды и рыцари обходят ее стороной, как Гнилые Болота?

Что скрывать, эта парочка всегда на меня косо поглядывала – еще и потому, что в преклоняющих передо мною колени я никогда не имела недостатка. Каждый такой (да простится мне гнусное женское самомнение!) воспринимается ими как добыча, выхваченная из их пасти. Так что не уцелеть мне при Йоссе: женские разборки – вещичка пострашнее любой политики. Эх, знали бы все они, что я давно уже стремлюсь не привлечь новое внимание, но лишь удержать кое-какое старое…

Не желая лишний раз встречаться с ними взглядом, резко поворачиваю голову влево. А вот и аттары Черных Песков, полный комплект. К этим невольно проникаешься уважением. Вон тот, судя по всему, предводитель – спокойный, немногословный, со взглядом ястреба. Наверное, это Гисор, а вот этот, с нервным лицом и быстрыми движениями – Сальх. Резные лица с одинаковыми темными полосками усов, и одежда тоже одинаковая – даже ради праздника не отказались от своего черно-красного. Я чую сталь, что притаилась в широких алых рукавах, как змеи чуют землетрясение. Ибо велико напряжение аттаров, хоть они и прячут его, они сейчас – перетянутая струна… я тоже.

Боги мои, это что, Элаур до сих пор не кончил балладу или я не заметила, как он начал следующую?! Ну нельзя же так, всему есть предел! Склонился над лютней и этак аккуратно потряхивает ухоженной челкой, чтоб и не растрепать, и порыв страстей изобразить. Проскакивает мысль: а родись этот персонаж где-нибудь в Сутях Города – наверное, лажал бы в стиле рок на еще одну извечную тему о дыме сигарет и ночном окне…

Нет, нельзя так – это напряжение с примесью страха делает меня такой ненормально озлобленной. Ведь хороших людей за этим столом на порядок больше. Взять того же Орсалла или Госпожу Моря Хилгеритт, или Сарда, нового командора Рыцарей…

Ох… Наконец-то он кончил! Тянет перекреститься, но Миру Великой Реки неведом Распятый, а потому вместо этого я демонстративно прикладываю ко лбу пальцы, сложенные колечком.

– Да простятся мне мои дерзкие слова! – это Россиньоль. Тоже наверняка чуть не уснул… – Всем известно, как хороши баллады Элаура, но не кажется ли вам, почтенные гости, что сегодня мы собрались здесь не вспоминать о горестях минувшей войны, а петь и радоваться?

– Истина! Точно так! – гул голосов со всех сторон.

– И, так как сейчас настала моя очередь петь для молодой пары и всех вас, я спою веселую Эрг-Лэйскую застольную песню!

Так… Готовность номер раз. Россиньоль предупрежден: петь такое, подо что я могла бы танцевать.

Россиньоль пробирается на место певца. И с первым же его аккордом – «Хэй, пусть звенятбокалы – снова нам мало, хоть наливали вовремя нам сполна!»– я срываюсь со своего места и, покорный движению рук, взлетает вверх мой черный полупрозрачный плащ. Вряд ли любой другой женщине за этим столом простилось бы подобное нарушение приличий, но статус чародейки везде и всегда несколько особый…

Нет, Мастер Мастера всегда поймет, даже если один из них еще Подмастерье – то, что надо!

 
Хэй,
Пусть красотки пляшут
К радости нашей,
Путь наш украшен
ласками юных дев!..
 

Изящная прическа, которую Лейримэл утром целый час сооружала на моей голове, рассыпалась в какие-то считанные минуты – ну и хрен с ней! Я кружусь между накрытыми столами, и вот уже двое или трое юных девиц, которых некому оказалось вовремя ухватить за подолы – в том числе Эймо – присоединяются ко мне. Веселье охватывает зал, в глазах появляется блеск.

– Спасибо, сестра, ты подняла всех! – кричит мне Клематис, когда я оказываюсь слишком близко от новобрачных. Это придает мне веры в себя. Одним прыжком я взлетаю на стол, с которого уже убраны основные блюда, и там с торжеством завершаю свой танец.

Музыка смолкла. Что ж, своего я добилась – все взгляды прикованы ко мне. Сейчас я как Поющая на возвышении, средоточие порывов и энергий тех, кто у моих ног…

Так не дрожи коленками, Эленд, мать твою! Что делаешь – делай!

– Государь мой Атхайн, и вы, отважный Тэйрин и дивная Клематис!.. Пусть я не менестрель, но есть у нас в Рябиновом Доле одно… – секундная заминка, – …Слово, которое будет очень уместно на этой свадьбе. Дозволите ли вы мне говорить, владыки?

– Говори, Эленд Плетущая Чары, – величественный кивок Атхайна.

СЛУШАЙТЕ! ПОКУДА НЕ ПРОБИЛ ЧАС,

ПОКУДА ОСТАЛИСЬ СИЛЫ И ГОЛОС…

Я делаю глубокий вдох, словно собираюсь скрыться под водой. Мир вздрагивает от звука моего голоса:

 
– Зажгите свечи, и звезды зажгите!
Сегодня ночью для вас танцует
Прекрасная Алла из храма Сиры…
 

Слово – не с этой Сути. Силийское. «Андсира», «Долквир» – непонятные здесь слова, но плевать. Пусть думают, что хотят. Я – Говорю. Я делаю свою работу.

 
– Стекайтесь скорее на главную площадь!
Сейчас она начинает свой танец,
Ступая по черным зеркальным плитам
Легко, как будто по облакам…
Море огней – то факелы светят,
Море голов – то замерли люди,
А музыка громче и все быстрее —
Как сердце выдержит этот ритм?
Одна – в толпе, на земле и на небе,
Под тонким сиреневым покрывалом
Так беззащитно гибкое тело,
И кровь струится музыке в такт.
А там, во дворах, столы с угощеньем —
Но не позволит Андсира пройтись ей
Босыми ногами в безумном танце
По мясу с кровью и по вину…
 

Я Говорю, я уже сама не слышу своего голоса – я настоящая Поющая. Все, кто в этом зале, протекают через меня – и я знаю, что и Флетчер уже здесь, замер у дверей в напряжении ожидания. А я срываю со всех оковы, как скальпелем по душе, и все тайное незаметно становится явным, и все, кто в силах прикоснуться ко мне мыслью, наделяются даром видеть сущность вещей…

 
– Зажгите свечи, и звезды зажгите!
Сегодня женится мой любимый,
И перед тем, как сойти в могилу,
В последний раз я танцую для вас!
 

Все, отказали тормоза… Нетерпение аттаров – прибой, что не в силах коснуться моих ног. И вот теперь можно вставлять ключ, умело выточенный под замок. Монотонно, нараспев, в бешено-завораживающем ритме:

 
КРУЖИСЬ ЖЕ, АЛЛА, ПОКА НЕ УСТАЛА,
ТАНЦУЙ, ПОКА МЕРТВАЯ НЕ УПАЛА,
ЛЮБИМЫЙ ЖЕНИТСЯ, И НАГРАДОЙ
ЗА ТАНЕЦ ЖИЗНИ ЕЙ БУДЕТ СМЕРТЬ,
ЗА ЗВЕЗДНЫЙ ТАНЕЦ ВО СЛАВУ АНДСИРЫ,
ЗА ТАНЕЦ СИРЫ – МЫ ПЛАТИМ ЖИЗНЬЮ,
ЗА ТАНЕЦ ЖИЗНИ – МЫ ПЛАТИМ СМЕРТЬЮ,
ЗА ТАНЕЦ СМЕРТИ – ЛЮБВИ… ПЛАТИТЬ…
 

Голос мой медленно замирает в обморочной тишине. Больше всего в этот миг мне хочется упасть без сил, но я с изумляющим меня саму жестоким упрямством отсчитываю секунды: две… три… четыре… старт!

– Да как ты посмела!

– Кощунство!

– Разве можно такое читать на свадьбе!

– Это заклятие!

– Конечно, заклятие!

– Смерть чародейке!

Ага… Вот вы все, голубчики (восемь… девять…), кого слетевшие тормоза уберегли от оков моей финальной ворожбы! Ну ни один не захотел промолчать, каждый высказался – тут тебе и все аттары (нет, не все – есть и непричастные!), и всеми нами любимый лорд Растрейн, и начальник старой гвардии (четырнадцать…), и скорбная Йоссамэл – ух ты, да она, оказывается, вовсе не в неведении, – и ее дама Раэрис… шестнадцать… финиш!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное