Джордж Мартин.

Рыцарь Семи Королевств (сборник)

(страница 4 из 25)

скачать книгу бесплатно

– Все мужчины дураки, и все они рыцари, – улыбнулась она.

– А какие краски у вас есть? – спросил он, надеясь, что это наведет его на мысль.

– Я могу смешивать их и получать любые цвета.

Бурый щит старика всегда казался Дунку унылым.

– Пусть поле будет как закат, – сказал он внезапно. Старик любил закаты. – А сам герб…

– Вяз, – подсказал Эг. – Большой вяз… и падучая звезда над ним. Сможете нарисовать все это?

Девушка кивнула:

– Оставьте мне щит. Ночью я его раскрашу, а утром верну вам.

Дунк отдал ей щит.

– Меня зовут сир Дункан Высокий.

– А меня Тансель, – засмеялась она. – Тансель Длинная, как дразнят меня мальчишки.

– Вовсе вы не длинная, – выпалил Дунк. – Вы как раз подходите… – Тут он спохватился и побагровел.

– Для чего? – спросила Тансель, склонив голову набок.

– Чтобы кукол водить.

* * *

Занялся первый день турнира, ясный и солнечный. Дунк накупил целый мешок провизии, и они славно позавтракали гусиными яйцами, поджаренным хлебом и ветчиной, но Дунк еще во время стряпни обнаружил, что есть не хочет. Живот у него затвердел, как доска, хотя он и не собирался сражаться сегодня. Право первого вызова принадлежит высокородным, прославленным рыцарям – лордам, их сыновьям и победителям прошлых турниров.

Эг за едой все время болтал, обсуждая достоинства тех и других бойцов. Он не соврал, сказав, что знает всех рыцарей в Семи Королевствах. Дунку казалось унизительным слушать столь внимательно какого-то жалкого оборвыша, но сведения Эга могли пригодиться ему при столкновении с одним из этих рыцарей.

Луг был полон народа, и все старались протолкаться вперед, чтобы лучше видеть. Дунк умел работать локтями не хуже других, а ростом был повыше очень многих, поэтому ему удалось пробиться к пригорку в шести ярдах от изгороди. Эг пожаловался, что видит одни зады, и Дунк посадил его себе на плечи. Павильон по ту сторону поля заполнялся высокородными лордами и дамами наряду с толикой богатых горожан и парой десятков рыцарей, решивших не выходить сегодня на поле. Принца Мейекара не было видно, но Дунк сразу узнал принца Бейелора рядом с лордом Эшфордом. Золотые застежки его плаща и легкая корона сверкали на солнце, но, если не считать этого, он был одет гораздо проще большинства лордов. Он даже на Таргариена не похож со своими темными волосами, подумал Дунк и поделился своей мыслью с Эгом.

– Говорят, он пошел в свою мать, дорнийскую принцессу, – ответил мальчик.

Пятеро защитников поставили свои шатры на северном конце ристалища, у самой реки. На двух оранжевых, что были поменьше остальных, висели щиты с белым знаком солнца и шеврона – они принадлежали сыновьям лорда Эшфорда Эндроу и Роберту, братьям королевы турнира. Дунк никогда не слышал, чтобы их особенно хвалили – скорее всего, они выйдут из строя первыми.

Рядом с оранжевыми стоял намного более высокий темно-зеленый шатер с золотой розой Хайгарденов – она же была изображена на зеленом щите у входа.

– Это Лео Тирелл, лорд Хайгардена, – сказал Эг.

– Без тебя знаю, – раздраженно бросил Дунк. – Мы со стариком служили у Хайгарденов, когда ты еще не родился. – Дунк и сам плохо помнил тот год, но сир Арлан часто говорил о Лео Длинном Шипе, как его иногда называли, – несравненном бойце, несмотря на седину в волосах. – Должно быть, это сам лорд Лео у палатки – тот стройный рыцарь с седой бородой, в зеленом с золотом наряде?

– Да, – подтвердил Эг. – Я как-то видел его в Королевской Гавани.

С ним вам лучше не выходить на бой, сир.

– Тебя не спросили.

Четвертый шатер был сшит из бубновых тузов, красных и белых вперемежку. Дунк не знал, чьи это цвета, но Эг сообщил, что они принадлежат рыцарю из Долины Аррен, по имени сир Хамфри Хардинг.

– Он вышел победителем из свалки на турнире прошлого года в Девичьем Пруду, сир, а на ристалище победил сира Доннела из Синего Дола и лордов Аррена и Ройса.

Последний павильон принадлежал принцу Валарру. Он был из черного шелка, и заостренные алые вымпелы свисали с его кровли, как языки пламени. На черном лаковом щите красовался трехглавый дракон дома Таргариенов. Рядом стоял один из королевских рыцарей, блистая белыми доспехами на черном фоне шатра.

Дунку хотелось бы знать, осмелится ли кто-нибудь из рыцарей коснуться копьем щита с драконом. Валарр как-никак внук короля и сын Бейелора Сломи Копье.

Дунку недолго пришлось беспокоиться. Затрубили рога, вызывая охотников сразиться и подавая знак защитникам королевы выйти на поле. Толпа взволнованно загудела, когда противники показались один за другим на южном конце ристалища. Герольды поочередно выкликали имена каждого из рыцарей. Те останавливались перед павильоном, чтобы склонить копья, воздавая честь лорду Эшфорду, принцу Бейелору и королеве, а затем ехали в северный конец поля, чтобы выбрать себе соперника. Седой Лев из Бобрового Утеса ударил в щит лорда Тирелла, а его златокудрый наследник сир Тибольт Ланнистер вызвал старшего сына лорда Эшфорда. Лорд Талли из Риверрана выбрал расписанный бубнами щит сира Хамфри Хардинга. Сир Абеляр Хайтауэр коснулся щита Валарра, а младшего Эшфорда вызвал сир Лионель Баратеон по прозвищу Смеющийся Вихрь.

Затем рыцари-охотники снова отъехали в южный конец поля, чтобы там дождаться своих противников: сир Абеляр в цветах серебра и дыма, с каменной башней, увенчанной пламенем, на щите; двое Ланнистеров в багряном, с золотом льва Бобрового Утеса; Смеющийся Вихрь в золотой парче, с черным оленем на груди и щите и железными оленьими рогами на шлеме; лорд Талли в красно-синем полосатом плаще с застежками в виде серебряных форелей. Они подняли вверх свои двенадцатифутовые копья, и вымпелы заполоскались на ветру.

На северном конце поля оруженосцы подвели защитникам коней в ярко разукрашенной броне. Рыцари надели шлемы и взяли в руки копья и щиты, не уступая великолепием своим соперникам. Эшфорды щеголяли оранжевыми шелками, сир Хамфри – красно-белыми бубнами, белый конь лорда Лео был покрыт зеленой атласной попоной с узором из золотых роз. Конь Валарра Таргариена, Молодого Принца, был черен как ночь, в цвет доспехам, копью, щиту и попоне. На шлеме у всадника распростер крылья трехглавый дракон, покрытый ярко-красной эмалью; такой же смотрел с блестящего черного щита. Каждый из защитников имел на руке повязку из оранжевого шелка – знак служения королеве.

Защитники выехали на позицию, и Эшфордский луг затих. Затем протрубил рог, и тишина в тот же миг сменилась гомоном. Десять пар позолоченных шпор вонзились в бока скакунов, тысячи голосов завопили разом, сорок кованых копыт взрыли траву, десять копий опустились. Поле словно содрогнулось, и пять пар рыцарей сшиблись под оглушительный треск дерева и стали. Еще миг – и все противники разъехались, повернув на другой заход. Лорд Талли пошатнулся, но удержался в седле. Зрители, увидев, что все десять копий сломаны, разразились одобрительным ревом. Это был добрый знак для начала турнира и свидетельство высокого мастерства участников.

Оруженосцы подали рыцарям новые копья взамен сломанных, и шпоры снова вонзились в конские бока. Дунку показалось, что земля дрогнула у него под ногами. Эг наверху вопил во всю глотку и размахивал тощими ручонками. Молодой принц промчался рядом с ними. Дунк видел, как черное копье Валарра ткнулось в сторожевую башню на щите противника, соскользнуло и задело грудь, а копье сира Абеляра разбилось о панцирь принца. Серый жеребец в серой с серебром попоне при столкновении взвился на дыбы, и сир Абеляр Хайтауэр, потеряв стремена, грянулся наземь.

Лорд Талли тоже упал, сбитый сиром Хамфри Хардингом, но тут же вскочил и выхватил меч, а сир Хамфри отбросил оставшееся целым копье и сошел с коня, чтобы продолжать бой пешим. Сир Абеляр упал не столь успешно. Оруженосец подбежал, снял с него шлем, позвал на помощь, и двое служителей, взяв оглушенного рыцаря под руки, повели его обратно к шатру. Шесть рыцарей, оставшихся в седле, повернули на третий заход. Копья хрустнули снова, и на сей раз лорд Лео Тирелл нацелился столь удачно, что сбил шлем с головы Седого Льва. Лорд Бобрового Утеса, оставшись с открытым лицом, поднял руки и спешился, сдавшись сопернику. Сир Хамфри тем временем тоже вынудил лорда Талли сдаться, проявив с мечом не меньшее мастерство, чем с копьем.

Тибольт Ланнистер и Эндроу Эшфорд сшибались еще трижды, пока сир Эндроу не проиграл бой, упустив разом щит и стремена. Младший Эшфорд продержался еще дольше, сломав не менее девяти копий о Смеющегося Вихря. На десятый раз оба вылетели из седла, но продолжили бой с палицей против меча.

Сир Роберт Эшфорд под ударами палицы вскоре признал себя побежденным, но его отец при этом не выказал ни малейшего удовольствия. Хотя оба сына лорда Эшфорда и выбыли из числа защитников, они проявили себя достойно в борьбе с лучшими рыцарями Семи Королевств.

Но я должен проявить себя еще лучше, подумал Дунк при виде того, как победитель и побежденный, обнявшись, вместе уходят с поля. Мне недостаточно сразиться храбро и с честью проиграть. Я должен выиграть хотя бы первый бой, иначе я потеряю все.

Сир Тибольт Ланнистер и Смеющийся Вихрь заняли места среди защитников, заменив побежденных ими рыцарей. Оранжевые шатры уже разбирались. Молодой Принц отдыхал на походном стуле перед своей черной палаткой, сняв шлем. В его темных, как у отца, волосах сверкала серебряная прядь. Слуга поднес ему кубок, и принц выпил глоток. Если он умен – это вода, подумал Дунк, если нет – вино. Пока непонятно, то ли принц унаследовал все же толику боевой мощи своего отца, то ли просто достался слабый противник.

Трубы возместили о появлении на поле еще трех охотников. Герольды выкликнули: «Сир Пиэрс из дома Каронов, владетелей Пограничья». На щите этот рыцарь носил серебряную арфу, на камзоле же были вышиты соловьи.

«Сир Джосет Маллистер из Сигарда». В крылатом шлеме и с серебряным орлом на индиговом щите. «Сир Гавен Сванн, владетель Стонхельма на Мысе Гнева». В гербе этого рыцаря сражались два лебедя, черный и белый, а его плащ, доспехи и убранство коня также представляли собой смешение черного и белого, вплоть до полос на ножнах и копье.

Лорд Карон, арфист, певец и прославленный воин, коснулся копьем розы лорда Тирелла. Сир Джосет ударил в бубновый щит сира Хамфри Хардинга, а черно-белый рыцарь, лорд Гавен Сванн, вызвал черного принца, охраняемого белым стражем. Дунк потер подбородок. Лорду Гавену лет еще больше, чем старику, а старика уже нет в живых.

– Эг, кто самый слабый из рыцарей-охотников? – спросил он мальчишку у себя на плечах, который, похоже, знал все на свете.

– Лорд Гавен, – тут же ответил Эг. – Противник Валарра.

– Принца Валарра, – поправил Дунк. – Оруженосец должен выражаться учтиво.

Трое охотников заняли свои места, а трое защитников сели на коней. Зрители в толпе заключали пари и громко подбадривали тех, на кого ставили, но Дунк смотрел только на принца. На первом заходе он нанес по щиту лорда Гавена скользящий удар, как и в случае с сиром Абеляром Хайтауэром, только теперь тупой наконечник копья ушел мимо, в воздух. Лорд Гавен же попал принцу прямо в грудь, и тот с трудом удержался в седле.

На второй раз принц направил копье влево, целя противнику в грудь, но попал в плечо. Тем не менее старый рыцарь выронил копье, замахал рукой, стараясь удержать равновесие, и упал. Молодой Принц соскочил с седла, выхватывая меч, но упавший остановил его выразительным жестом, поднял забрало и прокричал:

– Я сдаюсь, ваше высочество. Это был славный удар.

– Славный удар! Славный удар! – подхватили лорды в павильоне для зрителей, а Валарр, опустившись на колени, помог седовласому рыцарю встать.

– Никакой он не славный, – заявил Эг.

– Молчи, не то отправишься снова в лагерь.

Сира Джосета Маллистера между тем унесли с поля без чувств, а рыцарь арфы и рыцарь розы колошматили друг друга затупленными топорами, к восторгу ревущей толпы. Дунк так засмотрелся на Валарра Таргариена, что почти не замечал этого. Он неплохой боец, но не более того. С ним я мог бы сладить, говорил себе Дунк. По милости богов я мог бы даже спешить его, а в пешем бою мой вес и сила решили бы дело.

– Бей его! – вопил Эг, ерзая на плечах у Дунка. – Бей его! Вот так! Давай! – Похоже, он подбадривал лорда Карона.

Арфист играл музыку особого рода, звеня сталью о сталь и шаг за шагом тесня лорда Лео. Толпа разделилась надвое, и приветственные крики смешивались с руганью. Щепки и краска летели со щита лорда Лео – лорд Пиэрс сшибал лепестки с его золотой розы один за другим, и наконец щит раскололся. Но при этом топор лорда Карона на миг завяз в дереве, и лорд Лео рубанул по его рукояти, раздробив ее в каком-нибудь футе от руки противника. Отбросив разбитый щит, лорд Лео перешел в наступление, и рыцарь арфы сдался, припав на одно колено.

Все утро и большую часть дня турнир шел тем же порядком: охотники выезжали на поле по двое и по трое, а то и по пять раз. Трубы трубили, герольды выкликали имена, толпа ревела, копья ломались, как прутья, и мечи звенели о шлемы и кольчуги. Зрелищем наслаждались все – и лорды, и простолюдины. Сир Хамфри Хардинг и сир Хамфри Бисбери, храбрый молодой рыцарь в черных с желтым цветах и с тремя ульями на щите, сломали не меньше дюжины копий в славном бою, который после стали называть «битвой двух Хамфри».

Сир Тибольт Ланнистер, спешенный сиром Джоном Пенрозом, сломал при падении меч, но одержал победу, действуя одним щитом, и остался в рядах защитников. Одноглазый сир Робин Раслинг, поседелый в боях рыцарь с бородой цвета соли с перцем, потерял шлем при первом столкновении с лордом Лео, но отказался сдаться. Они сшибались еще три раза, и ветер развевал волосы сира Робина, а острые обломки копий так и свистели вокруг его лица – это было тем примечательнее, что сир Робин, по словам Эга, лишился глаза как раз от такого вот обломка не далее как пять лет назад. Лео Тирелл был слишком благороден, чтобы целить копьем в незащищенную голову противника, но Дунка все же поразила отвага (или глупость) Раслинга. В конце концов лорд Хайгардена ударил в панцирь сира Робина над самым сердцем, и тот кубарем вылетел из седла.

Сир Лионель Баратеон тоже одержал несколько значительных побед. Если противник был слабее его, он разражался смехом, как только тот касался его щита, и продолжал смеяться, садясь на коня, бросаясь в атаку и вышибая другого из седла. Если противник носил фигурный шлем, сир Лионель норовил сбить этот шлем и швырнуть в толпу. Гребни на шлемах бывали из резного дерева или тонко выделанной кожи, позолоченные, покрытые эмалью, а порой даже из чистого серебра, поэтому пострадавшие рыцари не одобряли такой привычки, зато простой люд радовался напропалую. Со временем сира Лионеля стали вызывать только рыцари в простых шлемах. Но как громко ни смеялся он над побежденными, Дунк склонялся к мысли, что героем дня должен стать сир Хамфри Хардинг, поборовший четырнадцать вполне достойных рыцарей.

* * *

А Молодой Принц посиживал себе около черного шатра, попивая из серебряного кубка и время от времени садясь в седло, чтобы победить какого-нибудь рыцаря поплоше. Он одержал девять побед, но Дунку казалось, что все они подстроены. Он бьет стариков и недавних оруженосцев, да еще высокородных, но малоискусных лордов. По-настоящему опасные противники проезжают мимо его щита, словно в упор его не видят.

Ближе к вечеру фанфары возвестили о появлении на поле нового охотника.

Он выехал на большом рыжем коне, на котором сквозь прорези в черной броне мелькали желтые, багряные и оранжевые цвета. Когда он остановился, чтобы отсалютовать павильону, Дунк через поднятое забрало увидел его лицо и узнал принца, с которым встретился на конюшне лорда Эшфорда.

Эг стиснул ногами шею Дунка.

– Прекрати, – рявкнул тот, разведя их в стороны. – Ты что, удушить меня хочешь?

– Принц Эйерион Огненный, – объявил герольд, – из Красного замка в Королевской Гавани, сын Мейекара, принца Летнего Замка, из дома Таргариенов, внук Дейерона Доброго, Второго этого имени, короля вандалов, ройнаров и Первых Людей, правителя Семи Королевств.

У Эйериона на щите тоже был трехглавый дракон, но в гораздо более ярких тонах, чем у Валарра: одна голова оранжевая, другая желтая, третья красная, и все они выдыхали золотое пламя. Камзол на принце был цвета огня и дыма, а вороненый шлем венчали языки красного эмалевого пламени.

Очень быстро, почти небрежно склонив копье перед принцем Бейелором, он поскакал к северному концу поля, пронесся мимо шатров лорда Лео и Смеющегося Вихря и придержал коня лишь у шатра принца Валарра. Валарр встал, выпрямившись, у своего щита, и Дунк был почти уверен, что Эйерион вызовет его… но тот со смехом проехал мимо и стукнул копьем прямо в бубны сира Хамфри Хардинга.

– Выходи, маленький рыцарь, – пропел принц громким, звучным голосом, – настала пора сразиться с драконом.

Сир Хамфри чопорно склонил голову в ответ и уже не смотрел на принца, садясь на коня, застегивая шлем и принимая копье и щит. Зрители притихли, когда оба рыцаря разъехались по местам. Дунк услышал лязг – это принц Эйерион опустил забрало. Пропел рог.

Сир Хамфри тронулся с места медленно, набирая скорость, но принц сильно пришпорил своего рыжего скакуна и ринулся вперед. Эг снова напряг ноги и заорал:

– Убей его, вот он, убей его, убей! – Дунк не совсем понимал, которому рыцарю он кричит.

Перелетев через барьер, принц опустил свое копье с золотым наконечником, раскрашенное в красные, оранжевые и желтые полосы. Слишком низко, прикинул Дунк. Так он вместо всадника попадет в коня. Надо бы приподнять копье. Но тут Дунк с растущим ужасом стал понимать, что принц не намерен этого делать. Неужели он…

В последний миг скакун сира Хамфри отпрянул от летящего навстречу острия, но было слишком поздно. Копье Эйериона пронзило коня над самым краем доспехов, прикрывающих грудь, и вышло из холки со струей яркой крови. Лошадь с пронзительным ржанием рухнула набок, разломав на куски деревянный барьер. Сир Хамфри хотел соскочить, но его нога застряла в стремени, и все услышали его крик, когда ее зажало между конем и изгородью.

На Эшфордском лугу поднялся крик. Люди бросились на помощь сиру Хамфри, но конь в агонии бил копытами, не давая никому подойти. Эйерион, ускакавший в конец поля, галопом вернулся обратно. Он тоже кричал, но Дунк не разбирал слов из-за почти человеческих воплей умирающей лошади. Соскочив с седла, Эйерион вынул меч и приблизился к поверженному противнику. Его собственные оруженосцы вместе с оруженосцем сира Хамфри пытались оттащить его прочь. Эг съежился на плечах Дунка.

– Сними меня. Несчастный конь… сними меня.

Дунку и самому было тошно. Что бы я делал, если бы такое случилось с Громом? Стражник с топором прикончил коня, прекратив его мучения. Дунк повернулся и стал проталкиваться назад. Выбравшись на открытое место, он поставил Эга на землю. Капюшон свалился у мальчугана с головы, и глаза покраснели.

– Да, зрелище жуткое, – сказал Дунк, – но оруженосец должен быть стойким. На турнирах тебе и не такое придется увидеть. Всякие случаи бывают.

– Это не случай, – дрожащими губами проговорил Эг. – Эйерион сделал это нарочно. Ты сам видел.

Дунк нахмурился. Ему тоже так показалось, но не хотелось думать, что рыцарь может быть способен на подобную низость – особенно рыцарь из рода дракона.

– Я видел только, как желторотый юнец неверно наклонил кольцо, – упрямо сказал он, – и больше не желаю об этом слушать. Думаю, сегодня состязаний больше не будет. Пошли.

* * *

Дунк не ошибся. Когда суматоха на поле улеглась, солнце опустилось совсем низко, и лорд Эшфорд объявил, что первый день турнира окончен.

Вечерние тени поползли через луг, и в торговом ряду зажглись факелы.

Дунк купил рог эля себе и половину рога мальчугану, чтобы взбодрить его немного. Они прогулялись под залихватский мотив, исполняемый флейтами и барабанами, и посмотрели кукольное представление о Нимерии, королеве-воительнице, имевшей десять тысяч кораблей. Кораблей у кукольников было всегда два, однако морской бой они изобразили на славу. Дунку хотелось спросить Тансель, раскрасила ли она его щит, на она была занята. Подожду, пока они не закончат представлять, решил он. Может, она тогда захочет выпить со мной.

– Сир Дункан, – позвал кто-то сзади. И опять: – Сир Дункан. – Дунк не сразу понял, что зовут его. – Я видел вас в толпе народа с мальчишкой на плечах, – с улыбкой сказал Раймун Фоссовей. – Вас двоих трудно было не заметить.

– Мальчик – мой оруженосец. Эг, это Раймун Фоссовей. – Дунк вытолкнул Эга вперед, но тот потупился и чуть слышно промямлил что-то.

– Очень приятно, юноша, – весело сказал Раймун. – Отчего вы не пошли смотреть на галерею, сир Дункан? Там привечают всех рыцарей.

Дунку среди слуг и простолюдинов было в самый раз – с лордами, дамами и состоятельными рыцарями он чувствовал бы себя куда хуже.

– Последний поединок мне не хотелось бы наблюдать со слишком близкого расстояния.

– Мне тоже, – скорчил гримасу Раймун. – Лорд Эшфорд объявил сира Хамфри победителем и вручил ему коня принца Эйериона, но рыцарь больше не сможет сражаться – нога у него сломана в двух местах. Принц Бейелор послал к нему своего личного лекаря.

– Заменят ли сира Хамфри новым защитником?

– Лорд Эшфорд хотел оказать эту честь лорду Карону или другому сиру Хамфри, который столь храбро сражался с Хардингом, но принц Бейелор заявил, что не годится убирать с поля щит и шатер сира Хамфри при таких обстоятельствах. Видимо, турнир будет продолжаться с четырьмя защитниками вместо пяти.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное