Марина Серова.

Темная душа нараспашку

(страница 3 из 16)

скачать книгу бесплатно

Не знаю, как я выдержала эту пытку, но, когда он меня все же отпустил, я едва не сделала глупость, потянувшись рукой к лицу, чтобы утереться. Мне было противно, когда меня вот так лапали и целовали, особенно если тот, кто это делал, не возбуждал меня как мужчина.

– Ну неужели тебе было сложно награждать меня этим каждый раз, – между тем расцвел и расплылся в улыбке Папазян. – Согласись, это же приятно.

«Ага. Кому как, – язвительно заметил мой внутренний голосок. – Как коту против шерсти. Ни за что в жизни даже обещать ему больше ничего подобного не буду. Лучше самой все сделать, чем так расплачиваться».

– Ты королева грез моих, Таня, – скользнув по моему стану руками, запел дальше Гарик. – Ты даже не представляешь, в какого счастливого человека можешь меня превратить. Я готов…

– Я рада, что ты готов, – перебила я его. – Потому что пора приступать к работе, тем более что плату за нее ты уже получил, а результата еще нет.

– Плату? – Гарик выразил удивление. – А я был убежден, что это только маленький аванс. – Он потянулся ко мне снова, но я не позволила, упрямо вырвавшись из его объятий и серьезно заметив:

– Если ты не прекратишь, это будет последний день, когда я с тобой общалась.

– Ну хорошо, хорошо, Таня-джан, – нисколько не обиделся мой армянский мент. – Как пожелаешь. Пойдем, представлю тебя этому обормоту.

– Ты его что, знаешь? – не смогла скрыть удивления я.

– Знаю ли я его? – Гарик небрежно отмахнулся. – Ну да, знаю. Станислав – человек довольно известный в определенных кругах. Меня ценит, так как иногда приходится обращаться за помощью.

– Значит, рыльце у него в пушку.

– Ну-у, а у кого оно чистое? Бизнес ведь дело само по себе грязное, отмыться тут не получится.

Я хотела спросить у него еще и о том, что за человек этот Трейгис, но не успела, так как мы уже подошли к нему самому.

– Решил проверить себя на удачу, Стас? – окликнул коммерсанта Папазян.

Увлеченный Станислав повернулся. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы признать, кто перед ним, и сменить хмурое выражение лица. Он протянул Гарику руку, интересуясь в свою очередь:

– А ты-то тут как оказался? Не знал, что тебя интересуют азартные игры.

– О, ты еще многого обо мне не знаешь, – заметил Гарик. Затем, сразу после рукопожатия, Папазян направил внимание коммерсанта на меня, с легким недовольством произнеся: – Познакомься с моей спутницей. Татьяна Александровна Иванова, кстати, тоже очень нужный человек.

– Работает под твоим началом? – с прищуром осматривая меня, переспросил Трейгис. Возможно, он даже признал во мне ту липнущую девицу, но вида не подал.

– Да, мы коллеги, – опередив Гарика, ответила я. Я боялась, что Папазян выдаст меня с потрохами, ведь он не был предупрежден о том, что этого лучше не делать.

– А здесь у вас тоже какое-то дело или так, пришли отдохнуть?

– Ну какие могут быть дела ночью: ты ж видишь, я даже не в форме, – развел руками Папазян.

– Ну не скажи, не скажи, – не поверил ему Станислав Юрьевич. – У человека увлеченного всюду есть дела.

– Это я-то увлеченный?.. – Гарик захохотал. – Сложно найти более безответственного и ленивого работника.

Меня же стимулировать могут только деньги, а какие деньги в милиции, дорогой?

Мне немного не нравилось, что мужчины совсем забыли про меня и устроили какую-то словесную дуэль, и я решила вмешаться.

– Деньги – это, конечно, двигатель всего, но ведь существуют и более дорогие вещи.

– Например? – коммерсант заинтересованно посмотрел на меня.

– Семья, любовь, дружба…

– С каких это пор в милицию стали принимать таких наивных патриотов светлой стороны? Ты меня расстраиваешь, Гарик.

– А я не работник милиции, я журналист, – соврала я. – Пишу обо всем понемногу, на данном этапе осваиваю тему золотоискательства.

– И что, удачно?

– Пока не очень. Удалось выяснить лишь то, что воры-щипачи постепенно переводятся, а им на смену приходят люди более хитрые и расчетливые. Вы так смотрите… – я сделала вид, что удивлена этим. – Вам ли этого не знать, ведь золотоискательницы охотятся на богатых мужей, а вы, судя по отсутствию кольца на безымянном пальце, являетесь одним из таких. Я права?

Трейгис переглянулся с Гариком, но тот мастерски изобразил, что не удивлен моими словами и что совершенно в курсе всего.

– Сотрудничество с журналистами, – Станислав заулыбался. – И куда катится наше общество?..

– Вперед и только вперед, – махнув официантке, отозвался Папазян. – Оно пытается доказать самому себе, что слово все еще остается самым свободным и бесплатным товаром. Кстати, Танюша желает познакомиться с кем-то, кто бы просветил ее в этой теме.

– Только не говори, что на эту роль ты избрал меня, – не обрадовался этой новости Станислав. – Я плохой рассказчик, как и твоя подруга – плохая актриса. – Он поймал мой взгляд.

«Черт, значит, все же узнал», – расстроенно вздохнула я, но виду не подала, широко растянув губы в улыбке и постаравшись не смущаться. Нужно было поскорее повернуть все так, чтобы я не оказалась в роли поверженной, а для этого требовалось не отпираться, а сознаться в содеянном, что я и сделала:

– О да, журналистов этому не учат. Но ведь риск всегда приветствуется, вот и я тоже попыталась посмотреть на все со стороны самих золотоискательниц. Но вы оказались наблюдательным: это восхищает. Может, теперь, когда мы все же познакомились, вы просветите меня по некоторым вопросам?

– Хотите, чтобы я дал вам интервью?

– А почему нет? Что вас удерживает? Лично я никакой тайны во всем этом не вижу. – Я старалась не отводить своих глаз от его, намереваясь продемонстрировать, что настроена решительно.

Он тоже смотрел в оба, словно пытаясь понять, что у меня на уме. Но я была настойчива, и вскоре он сдался, согласившись ответить на мои вопросы. Гарик к тому моменту заказал нам всем вина и кое-какой закуски, не забывая при этом все время держать меня в поле своего зрения и следить за тем, чтобы я не начала кокетничать с коммерсантом. Я чувствовала себя, как жена ревнивого мужа.

– Так что же конкретно вы желаете услышать? – спросил у меня коммерсант.

– Все! – утвердительно отозвалась я. – Начиная с того, какие женщины вам нравятся, а какие нет. Какими должны быть те, кто хочет завоевать вас?

– О-о, ну это компрометирующий вопрос: если я вам на него отвечу, от них и вовсе отбою не будет. Слишком рискованно.

– Обещаю, что обо всем писать не стану, – заверила его я. – Но знать это мне необходимо.

– Неужто желаете присоединиться к этому голодному клану? – подтрунивал надо мной мужчина.

– А что, думаете, у меня нет шанса?

– Ну-у, – протянул Трейгис, – в таком наряде, пожалуй, нет. Да и предыдущий образ тоже как-то мало подходил.

– А как же должно быть, чтобы ваше внимание все же цепляло? – я упорно вела его к интересующей меня теме.

– Понимаете, Татьяна, это раньше было модно появляться в обществе с длинноногой моделью, имеющей параметры девяносто – шестьдесят – девяносто, но это время прошло. Сейчас подобная спутница уже никого не цепляет, и в свете с ней лучше не появляться, иначе решат, что пришел со шлюхой.

– Серьезно? А я была уверена…

– Несомненно, вы ориентировались на то, что видели на телеэкране? Да, там принято показывать красоток, но замечу: их делают такими на время съемок, в остальном – это самые обычные люди, такие же, как и мы с вами. Причем чем вы неординарнее, естественнее, тем больше это ценится.

– Вы меня удивляете. В это трудно поверить.

– И все же это так. Время малиновых пиджаков, крутых тачек, колец и моделей под боком прошло. Сейчас на них западают только в глухой провинции. Там отсталое представление о мире, да к тому же многие из местных богачей все еще не насытились шиком и блеском. Но в верхах этой жизнью большинство давно наелось. Нужно лишь подчеркивать естественную красоту, а не преображать ее.

Станислав поднял фужер с вином, неожиданно предложив Гарику выпить за даму. Я тоже сделала маленький глоток, ожидая продолжения этого занимательного рассказа. На самом деле я не столько слушала, сколько пыталась понять, правду ли говорит мужчина или же работает, что называется, на публику. Он вполне мог высказывать общее мнение, тогда как сам тяготел к чересчур юной естественности, к детям. Это можно было допустить.

– Меня также бесят бедные девицы, грезящие о том, чтобы выскочить замуж за богатого и тем самым сразу разрешить все свои проблемы, – скривив презрительную мину, продолжил между тем Станислав. – Не перевариваю и наивных романтически настроенных дур, которые днем и ночью грезят о принцах на белом коне.

– Тогда какие же женщины вам нравятся?

– Какие? Пожалуй, те, что чего-то стоят, которые знают себе цену, умеют самостоятельно зарабатывать. Независимые, решительные…

– Те, кто что-то собой представляет, – уточнила я. Трейгис кивнул и тут же услышал вопрос на засыпку: – Да, но если рассматривать все с их точки зрения, то зачем умной и самостоятельной женщине нужен денежный мешок с неврозами? Вокруг нее и без этого кружит куча мальчиков, заглядывающих ей в рот.

– Верно, незачем, – горько вздохнул Станислав, – потому таких женщин вы здесь и не встретите. Тут только их полные противоположности.

– Поэтому из этих «полных противоположностей» вы предпочитаете выбирать себе только любовниц? – опять же прямо спросила я.

Но Трейгиса мой вопрос не смутил. Он спокойно произнес:

– Это кому как нравится. Вообще, сейчас мода на любовниц с эстрады. Большинство моих знакомых присматривают себе юных певичек, раскручивают их. Видимо, это льстит их самолюбию.

– А вы, значит, не такой? – в этот вопрос я вложила непомерно много недоверия, и это заметил даже Гарик, незаметно пнувший меня ногой под столом.

– О-о, сколько агрессии! – улыбнулся Станислав. – Вижу, я разочаровал вас.

– Значит, вы врали?

– Ничуть. Все сказанное – чистейшая правда: вы же сами хотели ее услышать. – Мужчина явно наслаждался моим состоянием. Как и многим другим, ему тоже нравилось быть на высоте, демонстрировать свое превосходство.

Только он не знал, с кем имел дело, и уж точно не ожидал услышать от меня напрямую обвинения в том, о чем – он был уверен – никто не знает.

– Ага, значит, и вы выбираете себе здесь десерт. Причем вы, как я могу судить, любитель клубнички, сочной и молодой.

Станислав пока еще не понимал, о чем идет речь, но подсознательно уже напрягся.

– Интересно, такие молодильные яблочки, как Лиля, тоже среди таких, как вы, популярны? Или, может, сделаете вид, что школьницы вас не интересуют… А я ведь надеялась, что вы и про них в своем рассказе упомянете. Что ж вы их без внимания оставили?

Наши взгляды буквально схлестнулись над столом, а Гарик вжался в стул, даже не зная, чего от обоих можно ожидать. Но ничего катастрофического не произошло – Трейгис попросту усмехнулся на мое заявление и преспокойно произнес:

– Вы все совершенно не так поняли, Танечка. Уж не знаю, откуда вам стало известно, что я знаком с этой девочкой, но я этого и не отрицаю.

– Ага, значит, сознаетесь… – обрадовалась я.

– Не сознаюсь, а признаюсь, – холодно поправил меня мужчина. – Признаюсь в том, что я ее знаю. Только не пойму, что у вас за подозрения на наш счет?

– Да вот, интересуюсь, как давно вы запали на эту девушку? Что вы ей пообещали, чтобы она была с вами?

– А вы разве видите ее со мной? О, да вы, похоже, знакомы с ней ближе, чем я мог себе представить. Вы ее родственница?

– А если бы и так?

– Да вы не кипятитесь, успокойтесь, – подливая мне вина, спокойно продолжил разговор Трейгис. – Не знаю, что у вас там произошло, но могу заверить, что я к этому не имею никакого отношения, разве что косвенное. Так что с ней приключилось?

– А то вы не знаете, – усмехнулась я, не веря в то, что Станиславу неизвестно о беременности Лили.

– А разве должен? – спросил тот. – Да, эта девушка мне знакома, я первым подошел к ней, но лишь для того, чтобы предложить заработать.

«Ну вот, а я что говорю! – ликовала моя душа. – Этот наглец даже не пытается отпираться, он, видимо, уверен, что ему все сойдет с рук и бояться нечего. Подумаешь, мол, она должна была предохраняться, а коли залетела, так, значит, сама этого хотела и он тут ни при чем. Как же!»

– Да, заработать, – повторил Станислав. – Таких, как она, я обычно использую в целях налаживания контактов и связей со своими иностранными партнерами.

– Что?

– Я говорю, что знакомлю их со своими партнерами иностранцами. Это выгодно обеим сторонам: девушки получают на время состоятельного любовника, а я – скидку или согласие на подписание того или иного договора. Между мной и Лилей только деловые отношения.

– Да вы сутенер, господин Трейгис!

– Отнюдь нет, – моя колкость, кажется, его ничуть не задела. – Я всего лишь деловой человек. А в мире бизнеса… большого бизнеса, если вы понимаете, о чем вообще идет речь, приходится использовать разные методы. Таковы правила игры, и тот, кто их не соблюдает, в игре надолго не задерживается.

– Хотите сказать, что у вас с Лилей не было близких отношений?

– Я вообще не хочу об этом говорить. Но если уж вы так настойчиво от меня этого требуете – скажу. У меня с Лилей не было близких отношений.

– Я вам не верю!

– Это ваше право, – Станислав был совершенно спокоен. – Спросите у нее, если желаете. Кстати, вы так до сих пор и не объяснили, почему так резко перевели разговор на эту девушку. Подозреваю, что к журналистике, так же как и к актерскому делу, вы не имеете никакого отношения.

– Она частный детектив, – сдал меня Гарик. – Извини, что сразу не сказал тебе этого, но я не думал, что вы оба так разгорячитесь. Мне она ничего не сказала.

– Ну спасибо, ну удружил, – язвительно бросила я в сторону этого предателя. Но Папазян не обиделся, заявив:

– Это еще кто кому: ты едва не поссорила меня с моим очень хорошим другом и клиентом. Разве так делают?

– Спросили бы прямо, я бы и так все вам рассказал, – поддержал Папазяна Станислав.

«Ну вот, они против меня объединились. Я так и знала, что сработает мужская солидарность: вот и положись потом на кого-нибудь».

– Если вы не солгали…

– Говорю же, мне это ни к чему: я пока еще не насколько сбрендил, чтобы давать своим врагам повод обвинить меня в совращении малолетних. Вы ведь это имели в виду? У меня и без этого хватает женщин.

– Мне нужно знать, с кем вы познакомили Лилю?

– Я представил ее Густаву Шернеру. Это мой западный партнер.

– Его координаты! – потребовала я.

– Я не могу вам их дать. Надеюсь, вам не потребуется объяснять, что такое деловая этика.

– Я в любом случае их раздобуду, – заверила я его. – Но давайте все же не будем тратить мое время зря. Девочка беременна и не желает признаваться, кто отец ребенка.

– А вам, стало быть, поручено его найти, – догадался Трейгис.

Я кивнула.

– Что ж, святое дело. Хорошо, я дам вам адрес его конторы, – Станислав раскрыл свою визитницу и, немного порывшись в ней, протянул мне блестящую серебристую карточку. – Но только будьте добры, не упоминайте моего имени, я вас очень прошу.

– Хорошо, я постараюсь, – кивнула я и собралась уйти, но была остановлена Станиславом. Он мило мне улыбнулся и заявил:

– Вот сейчас я как раз и увидел в вас такую женщину, какие мне нравятся. Вы упрямы, своевольны, идете на все ради достижения цели. Ваша профессия даст фору многим мужским, а значит, вы стоящая женщина.

Я даже раскраснелась от такого комплимента, а мой язвительный внутренний голосок запел:

«Ну надо же, теперь они, значит, разглядели душевную красоту. Теперь я нужна стала… Только мне сейчас этого не нужно, я уже не хочу. Так что, дорогой, поезд ушел и скрылся за горизонтом…»

– Я прощаю вас за ваш обман… – вновь усаживая меня на стул, заявил коммерсант.

– Я не нуждаюсь в вашем прощении.

– … и очень прошу составить мне компанию на этот вечер. Я ведь уже говорил, что мне нравятся независимые женщины, знающие, чего они хотят.

– А я, кажется, упоминала о таком свойстве нравящихся вам женщин, как самодостаточность, – мило улыбнувшись, напомнила я.

Но тут к Станиславу подключился еще и Гарик, залепетав:

– Ты обещала, Танюша, что в награду мы проведем этот вечер вместе.

– Что-то не припоминаю таких слов. И потом, как женщине, мне свойственно передумывать. Так что – чао, мальчики, счастливо оставаться.

И я уверенно встала и направилась к двери. Папазян попытался меня догнать, но был остановлен Станиславом, начавшим что-то быстро ему говорить. Воспользовавшись этим моментом, я вынырнула на улицу и заторопилась к своей машине, мысленно проклиная всех мужчин на белом свете.

«Эти несчастные сами не знают, чего хотят. Мечутся, как маятники, между левой стороной и правой, вместо того чтобы один раз сесть и хорошенько подумать. И кто только назвал их сильной половиной человечества: слабее существ на земле сложно отыскать. Даже зверь-самец даст любому из них фору, уж он-то хоть обеспечивает семью, защищает ее, тогда как эти… – я грустно вздохнула. – Бедные женщины, которым приходится все это терпеть. Право, я вам не завидую».

* * *

«Отец ребенка – иностранец? – Я задумчиво глядела на блестящую визитку, на которой значилось: „Густав Шернер. Представитель немецкой компании „Kronos“.“ Дальше шел адрес компании и номер телефона. – Уж не потому ли девица и молчит теперь, как Штирлиц. Понимает, что мать удар хватит, узнай она об этом. А может, и не понимает, может, просто боится или чего-то ждет. Знать бы, каковы ее планы. Да и второй особы тоже. Вот ведь умудрились-то, словно специально подгадывали, чтоб так одновременно.

А если действительно – специально? Вдруг они сговорились, чтобы за что-то отомстить матери – я ведь не знаю, какие между ними отношения и что было в прошлом…»

Я совершенно запуталась в собственных версиях и предположениях, а потому решила потревожить свои двенадцатигранники. Достав из сумки замшевый мешочек, в котором они хранились, я несколько раз встряхнула его, мысленно задала «косточкам» вопрос и высыпала их рядом с собой. Двенадцатигранники приятно простучали по поверхности стола и выдали комбинацию: 14+25+1. Данная комбинация означала следующее: «На вашем пути есть препятствие, но непредвиденная задержка в достижении цели пойдет лишь на пользу. Не следует слишком рваться вперед».

«Интересно, что бы это могло значить: что все идет своим чередом и не стоит торопиться? Глупости, не поторопишься, с места не сдвинешься, а сидеть и чего-то ждать я не собираюсь. И что это за препятствие, о котором предупреждают кости, каким образом оно меня задержит? Ничего не понимаю».

А понимать тут, конечно же, было и нечего, тем более что «косточки» имели свойство трактовать события задолго до их свершения, так что и волноваться раньше времени не имело смысла. И снова я вернулась к семейным тайнам, будучи почти уверенной, что без этого в данной истории не обошлось. Может, мой опыт подсказывал, а может, интуиция, но я этому верила. Оставалось лишь подумать, кто же ответит мне на все вопросы искренне.

«Свекровь! – осенила меня внезапная мысль. – Ну да, вся семья почти всегда у нее на виду, от ее зоркого глаза никто не спрячется. Не исключено, что она может знать что-то, хотя главное, конечно, произошло за пределами дома. Что-то может знать и Артем. Он наверняка в курсе семейных тайн. Я еще не видела отца семейства – маловероятно, что он может что-то подсказать, но познакомиться не помешает. Конечно, не следует забывать и про немца, ведь он является возможным отцом ребенка одной из девочек, но им я смогу заняться лишь днем, согласно графику, указанному на его визитке. Так что утром еду к Синявским, а потом в фирму, где заседает этот тип, авось что и выяснится».

Такое решение я приняла вечером, перед тем как лечь спать по возвращении из ночного клуба. А утром чуть свет запрыгнула в свою машину и покатила к дому заказчицы. Меня там, безусловно, не ждали, так что пришлось долго стоять у двери и напористо давить на звонок, прежде чем дверь открыли. Причем открыла старуха и с порога громко заявила:

– Позднехонько вы что-то: почти все уж разбежались.

– Куда?

– Да кто куда: сноха в школу, девочки по делам, хотя по мне, так их из дома выпускать не стоит… Сын тоже на работу ушел, одна я и осталась.

– А Артем?

– А что Артем? – переспросила бабка. – Артем у нас вечный таракан запечный. Его чтоб куда-то выгнать, потоп устроить надобно. По целым суткам диван уминает, читает чагой-то.

– Значит, я как раз вовремя, – обрадовалась этому сообщению я. – Именно вы с Артемом мне и нужны. Это даже хорошо, что остальных нет.

– Будут. Маринка надолго теперь не отлучается, это сегодня ей просто к врачу нужно. Лилька-то другое дело, той лишь бы дома не ночевать.

– И часто она так не ночует? – полюбопытствовала я.

– Да нет, – закачала головой старушка. – Ночевать-то она приходит, ток что вот под утро. А вы что-то спросить хотели, значит?

– Да. Интересуюсь семейными тайнами. Хотелось бы побольше узнать об отношениях в семье, с кем какие неприятности случались, были ли крупные, серьезные ссоры. Может, даже причина для ненависти у кого-то имеется. – Я вопросительно уставилась на старушку.

Та задумчиво закачала головой, немного помолчала, потом всплеснула руками и произнесла:

– А пойми их сегодня, чего им в мире не живется. Постоянно собачутся, ругаются, словно без этого и нельзя вовсе.

– Кто с кем больше?

– Ругается?

Я кивнула.

– Ну, Маринка с Лилькой по мелочам друг к другу цепляются, на мать огрызаются. Меня вот, – бабка слезно всхлипнула и утерла так и не появившуюся слезу, – заели совсем, окаянные. А она все: переходный возраст, переходный возраст. Границы он уже все перешел, этот возраст переходный, вот что я скажу. Дозволили им шибко много, теперь вот урожай пожинают.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное