Марина Серова.

Смех сквозь слезы

(страница 3 из 12)

скачать книгу бесплатно

– Спасибо, – ответила я и на прощанье помахала ему рукой.

Ольга уже была готова к отъезду.

– Я тебя заждалась, – хитро прищурилась она, когда я появилась на пороге ее гримерной.

– Так получилось.

– Наболтались вволю с Кастетом?

– Не то слово, – вздохнула я. – Ну что, поехали?

– Поехали.

Мы с Тимирбулатовой вышли на улицу. Уже стемнело. Погода была прохладной, и я поежилась.

Ольга привычно вышла на дорогу и стала голосовать. Третья по счету машина остановилась рядом с нами, и Ольга, сторговавшись с водителем, подала мне знак.

Мы обе расположились на заднем сиденье.

– Денег на то, чтобы добраться до дома, уходит куча, – пожаловалась мне Тимирбулатова. – А общественного транспорта в жизни не дождешься. Тут можно и до утра простоять. Поверь мне. Почти каждый день езжу.

– Далеко живешь? – поинтересовалась я.

– У черта на куличках. Сейчас сама убедишься. На машине и то будем ехать не менее получаса.

– На окраине города, что ли?

– Почти на самой окраине.

Вот он, удел провинциальных второсортных актрис, – подумала я. Каждый день готовы гонять за тысячу верст ради эпизодической роли минут на пять. И каждая на что-то надеется. Вдруг именно ее в этой роли заметят и предложат баснословные перспективы. Вот тогда-то, кажется им, жизнь и забьет ключом. Да уж, так забьет, что мало не покажется. И ключом, и замком, и пыльным мешком.

Тимирбулатова не преувеличивала. Мы подъехали к ее дому часов в десять вечера. Отпустили такси и пешком поднялись на пятый этаж.

– Лифтом я теперь уже никогда, наверное, пользоваться не буду, – призналась Ольга. – Боюсь.

– Да бог с ним, – утешила ее я. – Хождение пешком вверх и вниз по лестнице благоприятствует здоровью.

– Тоже верно, – согласилась она. – Как говорится, нет худа без добра.

Квартира у Тимирбулатовой оказалась трехкомнатной. В целом обстановка была простой, но сразу выделялись: дорогой гарнитур на кухне, хрустальная люстра необъятных размеров и персидский ковер на полу в гостиной. Все остальные вещи были старые, не первый год служившие. Складывалось такое ощущение, что предметы роскоши здесь случайны. Вроде как в гости зашли. Этот диссонанс меня заинтересовал, и я для себя взяла его на заметку.

– Вот тут я и живу. – Ольга разулась и босиком прошла в гостиную. – Заходи, Жень.

Я не стала себя долго уговаривать и присоединилась к ней.

– Располагайся пока, – сказала Тимирбулатова. – Я сейчас накину что-нибудь домашнее и приду. Можешь телевизор включить.

После этого она упорхнула в спальню, а я осталась одна. Обошла комнату, выглянула в окно на улицу, затем вернулась в длинный коридор и проследовала вслед за Ольгой. Ее спальня была налево от коридора, с правой стороны располагалась еще одна комната, но дверь туда была закрыта. Прямо по центру туалет и ванная. Ольга что-то напевала в спальне, переодеваясь. Впечатление скорбящей вдовы она не производила.

Я вернулась в гостиную.

Включила телевизор, но не успела сесть в кресло, как вернулась Тимирбулатова.

Ольга была одета в домашний халатик, волосы забраны назад в хвостик, на ногах по-прежнему ничего не было. Теперь и чулки исчезли. Видимо, Тимирбулатова любила ходить дома босиком.

– Ужинать будешь?

– Не откажусь.

– Тогда предлагаю перебазироваться на кухню. Я сооружу что-нибудь на скорую руку, и мы заодно поговорим.

Я согласилась, и мы так и сделали.

Для сооружений на скорую руку, как она сама только что выразилась, у Ольги имелась микроволновая печь.

Кружась по кухне, Тимирбулатова щебетала на разные лады и, сама того не подозревая, отвечала на мои вопросы.

– Сама я, Жень, не местная. Приехала в ваш город девять лет тому назад с наивной мечтой стать актрисой. Поступила, правда, сразу, но учеба в театральном давалась не очень легко. Однако это меня не остановило. В голове у семнадцатилетней девочки, сама понимаешь, романтизма хоть отбавляй. Два с половиной года проучилась и встретила Федю. Влюбилась, как кошка. Это я сейчас понимаю, что ничего в нем особенного не было, а тогда… Тогда он казался мне сказочным принцем. – При этих словах Ольга усмехнулась. – Представляешь, вешал мне лапшу на уши, что он перспективный фотограф и скоро сможет сделать так, что мои фотографии будут мелькать во всех модных журналах. Топ-модель собирался из меня делать. Да… – она призадумалась. – Если бы я знала, каким он окажется ничтожеством. Хотя, чего греха таить, от брака с ним я тоже кое-что выиграла. Квартиру, например, эту. – Она махнула рукой. – А то до этого все по общагам скиталась.

– Так это Ласточкина квартира? – спросила я.

– Его, родимого, его. Находится она не в центре, мягко говоря, но я бы и на такую не заработала.

– А он заработал?

– Нет, что ты! Эта квартира ему от родителей досталась, царство им небесное. Я их еще успела застать. Мы здесь все вчетвером жили, а теперь я одна. Кстати, они были очень хорошие люди. Не чета своему сыночку.

– Чем же он тебе потом так невзлюбился? – поинтересовалась я.

– Скользкий он какой-то был, Женя. Себе на уме. Секреты какие-то, тайны. Вечно чего-то недоговаривал, как будто никому в этом мире не доверял. Я таких не люблю.

– А на работе у него как дела шли?

Я наконец-то дождалась ужина. Впрочем, назвать это ужином можно было с трудом. Ольга сделал в СВЧ шесть бутербродов с сосисками и майонезом да сварила кофе. Поставив все это на стол, она тоже села. Прежде чем начать есть, закурила.

– На работе? – переспросила она. – Да бог его знает. Говорю же, он никогда ни о чем не распространялся. Все в себе держал. Но насколько я могу судить, у него там были периодически перепады. Надо полагать, от клиентуры зависело. То гроши получал, а то вдруг такие суммы приносил, что закачаешься. Да ты ешь бутерброды.

– Я ем, – ответила я и взяла один. Отпила кофе. – Так, может, он еще чем занимался?

– Да чем он мог заниматься? – Тимирбулатова состроила пренебрежительную гримасу. – Он же больше ничего не умел. Женщину приласкать и то не в состоянии. Только и делал, что чуть ли не целовался со своим фотоаппаратом. А ты говоришь, другим!

– Ну, например, наркотиками приторговывать много умения не надо, – высказалась я.

– Что? – не поняла Ольга. – Наркотиками? Федор? Не смеши меня. Ты еще скажи – оружием.

– А сам он никогда не злоупотреблял?

– Наркотой-то? – прыснула Тимирбулатова. – Нет, Жень, он для этого слишком осторожный. К здоровью своему очень педантично относился.

– Может, он играл? – снова подкинула я версию.

– Во что?

– Ну, не знаю. В рулетку или в карты. Не ходил он ни в какие игорные заведения?

– Да, Женя, – покачала головой Ольга. – Если бы ты знала Ласточкина хотя бы один день, то тебе и в голову не пришло бы задавать такие вопросы. Он, к твоему сведению, даже в «дурака» играть не умел. А рулетка… Сомневаюсь, что он вообще знал такое слово.

Личность покойного Федора Ласточкина по-прежнему оставалась для меня загадкой. За что же его тогда могли убить, если он такой пентюх, по словам Ольги?

Тут Тимирбулатова переключилась на рассказ о своем знакомстве с Майоровым, о том, как стали складываться их взаимоотношения, как благодаря ему она смогла работать в престижном театре «Крейзи». В общем, по ее словам, знакомство с Майоровым в корне изменило ее существование, причем в лучшую сторону.

Когда же мы закончили ужинать, я спросила ее о том, что интересовало меня сейчас больше всего:

– Оля, у тебя есть подозрения, кто убил твоего мужа?

– Даже представить себе не могу, – ответила она. – Мне уже задавали этот вопрос в прокуратуре, но я в самом деле ничего не знаю. Кстати, насколько мне известно, у следователя, взявшегося за это дело, пока тоже нет никакой версии.

– А два покушения на тебя являются следствием его гибели?

– А что, может быть иначе?

– Не знаю. У тебя самой врагов нет?

– Нет. – Она суеверно плюнула через левое плечо три раза и постучала по столу.

– То есть на этот счет также отсутствуют какие-либо предположения?

– Отсутствуют, – кивнула Тимирбулатова.

– Плохо, – резюмировала я. – Нет ничего хуже, чем бороться с невидимками.

– Я сожалею.

Если Ольга и скрывала от меня что-то, в чем я лично сомневалась, то вытянуть из нее это сейчас все равно бы не удалось.

Побеседовав еще час, но уже на отвлеченные темы, мы пожелали друг другу спокойной ночи и отправились спать.

Застелив постель в гостиной на удобном диванчике, я с удовольствием растянулась во весь рост. Завтра день Восьмого марта. Ну что ж. Посмотрим, какие приятные сюрпризы он мне преподнесет.

Спустя мгновение я уже спала.

Глава 3

Утром я проснулась с прекрасным праздничным настроением и даже не сразу поняла, почему я не дома. Однако мне хватило нескольких секунд для того, чтобы вспомнить все предшествующие события.

Я встала с диванчика и потянулась. Весеннее мартовское солнышко освещало всю комнату. Выйдя в коридор, я убедилась в том, что Тимирбулатова еще спит. Видимо, у актеров не принято начинать день с самого утра. Впрочем, у Ольги сегодня, наверное, выходной. Или театры работают и в праздники?

Я сварила себе кофе и села в гостиной перед телевизором.

Пробежавшись с помощью пульта по всем каналам и убедившись, что, кроме восторженных поздравлений в адрес женщин, смотреть больше нечего, я попыталась сосредоточиться на деле. Вот уж у кого точно сегодня нет выходного дня, так это у меня.

Но предаться каким-либо размышлениям я не успела. На столике рядом со мной зазвонил телефон. Я секунду поколебалась и сняла трубку.

– Вас слушают.

– Это ты? – донесся до меня голос Жемчужного. – Поздравляю тебя с праздником. С международным женским днем.

– Спасибо.

– Желаю всех благ и, главное, неземной любви.

– Да где же ее найдешь? – театрально вздохнула я.

– А я на что? – тут же откликнулся Костя. – Ты только свистни, и я не заставлю себя ждать.

– Не сомневаюсь.

– Увидимся сегодня?

– Конечно, – ответила я. – Если у вас есть вечерний спектакль.

– Спектакль есть, – сказал Костя. – Даже в такой день поставили. Спасибо и на том, что репетицию с утра не сделали. Но я не об этом говорю. Днем тебя можно увидеть?

– А как ты себе это представляешь?

– Я заеду.

– Но я же не у себя дома, – напомнила я.

– Я знаю. Но мне известен адрес Тимирбулатовой. Так что можешь не беспокоиться.

Жемчужный был неисправим. Если он что задумал, то никакие преграды ему не помеха. Отговаривать его или намекать на чувство такта перед моей клиенткой было бесполезно.

– Ладно, заезжай, – разрешила я. – Тем более у меня есть к тебе одно поручение.

– Я так и знал. – Жемчужный сделал вид, что расстроился. – Ты во всем ищешь корысть. Пользуешься тем, что я ни в чем не могу тебе отказать, и вьешь из меня веревки. А какое поручение?

– Это не телефонный разговор. Приедешь, поговорим.

Я не могла быть уверена, что Ольгин телефон не прослушивается.

– Буду через пару-тройку часов, – заверил меня Костя и повесил трубку.

Я задумалась. Костя обещал мне оказать содействие в этом деле. Вот теперь пусть и отрабатывает на всю катушку. Я уже знала, какое заданьице подкину ему. А сама в это время…

Тут течение моих мыслей снова было прервано.

– С самого утра уже на боевом посту, да?

С этими словами передо мной во всей своей красе предстала несравненная Ольга Тимирбулатова.

– Да нет, просто не люблю долго залеживаться в постели.

– На меня намекаешь? – улыбнулась она.

– Но ты тоже не так уж поздно встала.

– Я проснулась потому, что услышала тебя. Кстати, с праздником, Женя.

– Тебя также, – ответила я взаимной любезностью.

– Правда, у меня совсем ничего нет для праздничного стола, – призналась Тимирбулатова. – Да и настроение у меня неподходящее.

Это я успела заметить. От вчерашней жизнерадостной щебетуньи не осталось и следа. Ольга выглядела подавленной. То ли ночью ее мучили кошмары, то ли с каждым днем она все явственнее ощущала драматичность событий.

– Пойдем позавтракаем, что ли? – предложила она без энтузиазма.

Вот тут-то, на пути в кухню, нас и застал звонок в дверь. Ольга ринулась было открывать, но я остановила ее, крепко взяв за запястье.

– Давай сейчас и на будущее договоримся. Ты не делаешь никаких опрометчивых поступков, и в первую очередь не открываешь никому дверь самолично. Договорились?

– Да, – кивнула она.

Звонок повторился.

– Уйди в комнату! – скомандовала я и, убедившись в том, что она так и сделала, пошла открывать.

Столь ранним визитером был Аркадий Майоров.

– Доброе утро, Женечка! – поприветствовал он меня и протянул букет роз. – С праздником вас. Оставайтесь всегда такой же цветущей.

– Спасибо, – поблагодарила я, впуская Майорова в квартиру.

– А где моя ненаглядная? – спросил он.

– Я здесь, – появилась в прихожей Ольга, прежде чем я успела что-либо ответить.

После этого они, совершенно не смущаясь моего присутствия, слились в страстном поцелуе.

– С Восьмым марта, дорогая, – произнес Аркадий Александрович, когда приветственный ритуал завершился. – То, что я могу тебе пожелать, ты и сама прекрасно знаешь.

Букет роз, который он преподнес при этом своей возлюбленной, в несколько раз превышал тот, что достался мне. Но я не стала привередничать или обижаться. Аркадий Майоров не был моим кавалером.

– Ничего, что я вот так рано вторгся в ваш тесный мирок? – расплылся в улыбке король сцены, снимая плащ и вешая его на крючок в коридоре.

– Что касается меня, то я всегда рада тебя видеть, – ответила Ольга. – Только вот угостить нечем дорогого гостя.

– Это не беда, – отмахнулся тот. – Я принес с собой все необходимое.

Вместе с пакетом он прошел на кухню и поставил его на стол.

– В наш тяжелый и многострадальный век лучший подарок – это продукты, – изрек Майоров.

Оказывается, романтика в нем напрочь отсутствовала. От этого Аркадий Александрович еще больше упал в моих глазах.

– Принимайте!

Подобно фокуснику, он раскрыл свой пакет и отошел чуть назад, разведя руки в стороны.

– Спасибо, Аркаша.

Ольга тут же принялась выкладывать на стол всевозможные деликатесы, на которые Аркадий Александрович так любезно разорился.

Я встала у окна.

– А что, вы сегодня не в настроении, Женечка? – полюбопытствовал Майоров. – Не горите праздничным фейерверком?

– Я на работе, Аркадий Александрович, – напомнила я.

– Конечно, конечно, – улыбнулся он в ответ. – Я надеюсь, ничего ужасного не произошло?

– Пока нет, – успокоила я его. – Но мне бы хотелось немного поговорить с вами.

– Нет проблем. Я слушаю, – с готовностью откликнулся он.

– Вы пообщайтесь, – сказала Тимирбулатова, завершив разборку майоровского пакета. – А я пойду приму душ. Никто не против?

– Я против. – Майоров закинул ногу на ногу и закурил. – Я буду скучать, но, так и быть, отпускаю тебя.

Ольга ушла, оставив меня тет-а-тет со своим любовником.

– Аркадий Александрович, – начала я. – Насколько я понимаю, спрашивать вас о чем-либо еще по данному делу не имеет смысла. Большего вы не знаете, а если и знаете, то предпочитаете скрывать это. В противном случае вы бы рассказали мне все еще вчера. Так что предлагаю нам с вами поговорить о театре «Крейзи».

– А что вы хотите знать?

– Мне бы хотелось услышать от вас о внутренних взаимоотношениях там.

– Вы полагаете, Женя, что театр каким-то образом связан с покушениями на Ольгу? – уточнил Майоров.

– Скажем так, я не исключаю такой вероятности. А откровенно говоря, на данном этапе мне и не за что больше ухватиться.

– Хорошо, – согласился он. – О чем или о ком конкретно вы желаете поговорить?

– Я еще там никого не знаю, чтобы конкретизировать. – Я не стала дожидаться Ольгу и решила сварить кофе. – Но кое о ком я уже слышала. Например, о вашем директоре. Может, с него и начнем?

– Я не против. К Анатолию Викторовичу Велиханову я отношусь прекрасно. У нас с ним отношения почти дружеские. Я знал его еще лет десять назад, когда он работал завхозом на оптовой базе в старом районе. А сейчас видите, Женечка, как судьба повернулась. Толя, как директором нового театра стал, сразу обо мне вспомнил и взял к себе на работу.

– А он каким образом в директорах оказался? – спросила я Майорова.

– Ну для него Ирина Юрьевна о теплом местечке похлопотала.

– Ирина Юрьевна, это кто? – сразу ухватилась я.

– О! – Аркадий Александрович закатил глаза. – Ирина Юрьевна – большой человек. Я бы сказал, что именно она является фактическим хозяином театра «Крейзи». Вернее, хозяйкой.

– Спонсирует?

– И спонсирует, и изначально основала его она. Все, что вы видели в театре, куплено на ее деньги.

– А чем она занимается, кроме меценатства?

– А бог ее знает, – пожал плечами Майоров. – Бизнесменша. А большего я не знаю. В подробности не вдавался.

– И какие у нее отношения с Велихановым? – продолжала допытываться я.

– Не те, о которых вы подумали, – тут же сказал Аркадий Александрович.

– Я ни о чем таком и не думала.

– Все равно. Они просто друзья. С детства росли вместе. – Майоров почесал затылок. – А более близкая связь совершенно невозможна.

– Почему?

– Вы еще не видели Толю, – пояснил он. – Не тот это человек, на которого позарится такая женщина, как Ирина Юрьевна.

– Ладно, – помолчав, продолжила я. – А у Велиханова не может быть скрытого мотива желать смерти Ольге Тимирбулатовой?

– Ну что вы? – Майоров выпустил последнюю струйку дыма и затушил сигарету. – В чем они, по-вашему, могли столкнуться лбами?

– Вам виднее.

– Ни в чем, – завершил он.

– Может, кто-то из актеров пытается свести счеты с Тимирбулатовой? – выдвинула я новую версию, раз Майоров полностью исключал из подозреваемых уважаемого Анатолия Викторовича.

– Сомнительно, – задумался мой собеседник. – Актеры – совсем иной контингент. Из-за зависти или из-за какой-нибудь другой корысти они могут пойти на козни, интриги, но убийство… Нет, это вряд ли.

– А у Ольги есть завистники?

– Насколько мне известно, нет.

– Почему?

Майоров не успел ответить на этот вопрос, потому что вернулась сама Тимирбулатова. Помимо того, что она приняла душ, Ольга успела еще и переодеться. На ней было длинное голубое платье с декольте, в котором просматривалось все, что нужно.

Могу поспорить, Майоров был сражен наповал. Во всяком случае, у него полностью вылетело из головы все то, о чем мы только что говорили.

– Ты бесподобна, дорогая, – он поднялся ей навстречу. – Несравненна.

– Я знаю, – кокетливо ответила Тимирбулатова и подмигнула мне.

После этого мы приступили к завтраку. Втроем. Я чувствовала, что Майоров тяготится моим присутствием, но что поделаешь? Он же сам меня нанял.

Разговор за столом по большей части велся на театральные темы, и я в нем практически участия не принимала. Только слушала. Однако никакой ценной информации почерпнуть не удалось. Майоров и Тимирбулатова говорили о драматургии, об образах тех или иных персонажей или о работе над какой-то определенной ролью. Ольга восхищенно внимала каждому слову Аркадия Александровича с открытым ртом и широко раскрытыми глазами.

Около двенадцати часов дня Майоров стал откланиваться.

– Вечером спектакль, – напомнил он Тимирбулатовой. – А мне еще необходимо зайти в обувной цех. Обещали выдать сегодня новые туфли взамен прошлогодним.

– Тогда встретимся в театре. – Ольга подошла к нему и чмокнула в губы. – Пока.

Они вышли в коридор, а я встала в дверном проеме так, чтобы держать в поле зрения свою клиентку.

Майоров нагнулся к ней и начал что-то шептать на ухо. Ольга хихикала и млела от счастья.

– До свидания, Женя, – оторвался наконец Майоров от своей возлюбленной.

– До встречи, Аркадий Александрович, – ответила я ему в тон, и он покинул нас.

Ольга закрыла дверь.

– Аркадий просто душка, – проинформировала она меня.

– Возможно.

– Тебе он не нравится?

– Послушай, Оля, ну какое значение имеет мое мнение на этот счет?

– Может быть, для меня оно важно.

– Не говори глупостей. Твой выбор – это только твой выбор, и зависит он целиком от тебя.

С этими словами я вернулась на кухню, давая клиентке понять, что разговаривать на эту тему совершенно ни к чему.

Она прошла следом за мной и остановилась у окна. Желание увидеть еще раз хотя бы спину любимого человека было в ней сильнее любых других.

– Ты бы лучше отошла от окна, – посоветовала ей я.

Но она, казалось, не слышала меня. Я уже собиралась было подойти к ней и насильно оттащить в сторону, но в эту секунду и случилось то, чего я опасалась. Вынуждена признаться, что я не успела среагировать. Так молниеносно все произошло. Тимирбулатова махала рукой отъезжавшему от дома на своем «Мерседесе» Майорову, как вдруг вскрикнула и стала заваливаться назад. В стекле я успела только заметить пулевое отверстие с расходящимися в разные стороны трещинками.

Оля, опираясь о стол, старалась сохранить равновесие. С левой стороны ее декольтированное платье обагрилось кровью, которая сочилась сквозь ткань и капала на пол.

Выстрел мог повториться, пока еще Тимирбулатова находилась в пределах видимости неизвестного стрелка. Я подскочила к ней, схватила за плечи и повалила на себя. Мы обе упали на пол. Ольга застонала, глаза ее закатились.

Проклятье! Грош цена тебе, Женька, как телохранителю. Не смогла уберечь клиентку в самый первый день работы. В нее всадили пулю практически на моих глазах.

– Оля! – окликнула я ее.

Она не ответила. Я пощупала пульс у нее на шее. Она была жива.

Я резким движением разорвала на ней платье. И тут смогла более-менее облегченно вздохнуть. Пуля угодила клиентке в руку, пройдя по касательной и лишь содрав кожу. Рана была пустяковой, но Ольга теряла кровь.

Я подхватила Тимирбулатову на руки и перенесла в гостиную. Положила на диван. В тот момент я возблагодарила бога за то, что мне не досталась клиентка килограммов эдак на сто двадцать.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное