Марина Серова.

Мешок с неприятностями

(страница 2 из 13)

скачать книгу бесплатно

– Что ты хочешь этим сказать? – Я спустила ноги с дивана.

– Да сигнальчик-то твой «липой» оказался, вот что.

Честное слово, я не знала – радоваться или горевать. Вроде и хорошо, что тревога была ложной. Но после того, что пришлось пережить в эту ночь мне самой, моим соседям по дому и еще десяткам других людей, я чувствовала себя уничтоженной. Из меня же теперь сделают посмешище!

– Представляешь, как сейчас потешается надо мной все управление? – озвучил мою мысль Серый. – Говорят, Кедрову надоело ловить торговцев наркотой, и он решил сделать карьеру на террористах. Анциферов, начальник штаба, на меня просто смотреть не может. Кстати, за прошлые сутки это был четвертый сигнал. И тоже ложный, можешь себе представить?

Я слабо защищалась:

– А вам с Анциферовым стало бы легче, если б все они подтвердились?

– Тут ты права, Татка. Возразить нечего.

Сергей кинул мне полотенце.

– Как бы там ни было, ты молодец. Проявила бдительность, и все такое прочее.

– Да пошел ты… Значит, там был обычный сахар?

– Чистый сахарок, старушка, – кивнул Кедров со смехом, игнорируя мой «посыл». – Могу сейчас напоить тебя с ним чаем: ребята из лаборатории по-свойски подбросили. Правда, если уж на то пошло, это я должен им магарыч ставить: шутка ли – шестьдесят мешков перетрясли с моей подачи! Вернее, с твоей, Татьяна Александровна.

– Хватит прикалываться, Серый, мне и так тошно. А хачиков нашли? Тьфу, черт, – кавказцев этих?

– Ищем, Татка, ищем. Никуда они не денутся. Так чаю выпьешь? Миша сейчас организует.

– А который час?

Взглянув на часы, я подскочила, словно подброшенная пружиной.

– Господи, работа! На рынок опоздала…

Я зажала себе рот, но было поздно: уже проговорилась Кедрову про Таню-весовщицу.

– Опомнилась к обеду! – фыркнул друг детства. – Не боись, старушка: твой шеф Тагиров предупрежден, что ты едва не стала жертвой террористического акта и нуждаешься в реабилитации.

– Сергей, ради бога: как ты узнал?!

Я была потрясена.

– Обижаешь, коллега. Фирма веников не вяжет. Словом, можешь сегодня вовсе на работе не появляться. Эх, хотел бы я, чтоб кто-нибудь сказал мне то же самое…

Через полчаса, разбитая и подавленная, топая домой пешком («Волга» мне уже не была положена, поскольку я перестала быть важным свидетелем), я поминала недобрым тихим словом всех «лиц» независимо от их кавказской национальности. Не первый раз эти ребята портят мне жизнь! И наверное – не в последний. Чутье подсказывало.

Глава 2

А еще чутье подсказывало и другое: интеллигентный юмор Кедрова по поводу моей антитеррористической деятельности – «цветочки» по сравнению с тем, что меня ждет впереди. И оно не ошиблось!

Он позвонил ближе к вечеру, разом выдернув меня из непрочных объятий тревожного сна: придя домой, я в растрепанных чувствах забыла отключить телефон. Этот милый говорок с едва различимым армянским акцентом я узнала бы не то что во сне – на том свете.

– Вай-вай-вай, ты в своем гнездышке, Таня-джан? А я думал, что тебя уже поставили на довольствие в «сером доме».

Шутка ли – оказала неоценимую услугу Кедрову! Разумеется, его теперь повысят.

– Во всяком случае, наверняка раньше, чем тебя, чертов мент! – проскрипела я хриплым от злости басом. – Тебе точно не видать его «звездочек». Но сегодня можешь радоваться: большей пакости, чем твой звонок, я и ожидать не могла!

Гарик Хачатурович Папазян – давно уже не старший лейтенант, но все еще не майор – весело загоготал. Он даже не обратил внимания на использованный мною запрещенный прием, поскольку нынче все козыри были у него, а моя карта заранее бита. Впрочем, это понятие – не более чем образ: применительно к Гарику никаких запрещенных приемов быть не может. Разве что стенобитное орудие – да и то я не уверена.

По должности старший оперуполномоченный, а по факту – правая рука начальника уголовного розыска города и лучший сыскарь во всем управлении, Гарик Папазян представляет собой полную противоположность Кедрову. Во всем абсолютно: начиная с внешности, в обоих случаях весьма характерной, и с манеры завязывать галстук. Хотя галстук – это тоже образ: Гарик, по-моему, вообще не знает, что это такое. И служат эти двое в издавна конкурирующих «фирмах», обе из которых не вяжут веников, что придает интриге дополнительную остроту.

И тем не менее есть у них много общего. Оба – настоящие профессионалы. Оба, что гораздо важнее, – очень порядочные ребята, хотя иной раз бывает трудно их в этом заподозрить. Оба – сильные натуры; хотя Сергей Палыч часто маскируется интеллигентностью, а Гарик – кокетством, но пусть это никого не обманывает. И оба они – мои друзья. Просто друзья, с которыми, как это ни странно для женщины моего склада, я никогда не состояла в «постельных» отношениях.

Вот только Гарик – в отличие от Сереги Кедрова – всегда был на волосок от того, чтоб переступить эту заветную для него черту! С первых минут нашего знакомства мне приходится почти непрерывно отпихивать от нее беднягу. Часто – используя самые запрещенные приемы в самом что ни на есть прямом смысле. И каждый раз, вооружившись своим южным темпераментом и опытом профессионального донжуана, Папазянчик с улыбкой бросается на штурм. Снова и снова. Такова уж его «кобелянская» натура!

И я соврала бы, если б сказала, что держать оборону мне ничего не стоит. О, этот тип умеет подбирать ключики к подобным «крепостям»! Честно скажу: случаются моменты, когда я готова очертя голову перепрыгнуть черточку, разделяющую нас с Гариком. Кстати, мною же проведенную. Что мешает? Не знаю. Возможно, срабатывает инстинкт самосохранения: мне совсем не светит сгореть в огне испепеляющей страсти, которой у Гарика с лихвой хватит на двоих. А может, жалко нашей уникальной, единственной в своем роде дружбы. Дружбы, которая стимулирует, постоянно держит «в тонусе», не дает расслабиться, которая шарахается от любви до ненависти и обратно, но остается при этом дружбой. И кто знает – может, как раз испытания «интимом» она и не выдержит? Гарик вряд ли об этом задумывается, а я не хочу рисковать. В конце концов, найти хорошего любовника не так уж трудно, а вот найти хорошего друга…

Итак, мой друг, которому я в тот момент искренне желала провалиться сквозь землю, заржал, как жеребец, и проговорил жалобно-елейным голоском, усилив свой акцент втрое:

– Вай, Таня-джан, почему не любишь нас, бедных армян? Чем тебе не угодил твой друг Гарик? Неужели тем только, что хотел заступиться за своего земляка Рудика Саркисяна, которого ты походя записала в террористы? Вай, ара, стыдно тебе!

– Какого еще Рудика, что ты плетешь?

Разумеется, я сразу все поняла. Но все еще не хотела верить, что «неизвестные лица кавказской национальности», на которых я натравила ФСБ, оказались вовсе не чеченскими террористами, а самыми что ни есть натуральными «хачиками», как частенько в народе называют армян. Высказанный именно Гариком Папазяном, готовым поднять меня на смех, этот упрек окончательно отравил мне существование.

– Дорогая, я опять не верю своим ушам. Неужели твой гэбист не доложил тебе детали? Хотя – откуда ему это знать, вай-вай-вай… Они умеют только поднимать шум-гам да сеять панику среди населения, а где надо заняться рутинной работой – тут они пас. Зачем? Они же баре, «голубая кровь»! Чтобы гоняться за всякими «шестерками» – для этого есть мы, менты…

– Папазян, заткнись сейчас же, если не хочешь, чтобы меня осудили за умышленное убийство сотрудника милиции. Я понимаю, насчет совести к тебе взывать бесполезно, но хоть что-то человеческое в тебе есть?! Я провела ужасную ночь и ужасный день, у меня раскалывается голова, а тут ты…

– Человеческое? Ну конечно, есть, дорогая! Я бы охотно сказал тебе, что именно, да забыл, как это называется по-латыни. Армянского ты не понимаешь, а по-русски прозвучит не совсем эстетично. И вообще, лучше один раз увидеть во мне это самое человеческое, чем сто раз услышать. Может, я прямо сейчас и подъеду, а?

Я застонала, как от зубной боли. Этот стон для Папазяна означал, что «клиент дошел до кондиции» и продолжать в том же духе не стоит, все равно я больше не в состоянии воспринимать. А потому Гарик, вдоволь насмеявшись, уже вполне нормальным штилем сообщил, что «подрывники» задержаны два часа назад в одном из райцентров области. Ими оказались два брата-армянина, зарегистрировавшие в том же самом городке некое ООО «Арарат», и примкнувший к ним водитель грузовика. Разумеется, никто из них не имел никакого «тротилового эквивалента», и все трое слезно божились, что их единственной целью было выгодно толкнуть на волжских берегах сахарок, закупленный в Воронеже.

– Конечно, твоя любимая Фээсбэ, – не преминул все же съехидничать Гарик, – тут же наложила на этих бедолаг лапу и сейчас вытрясает из них душу. Но ничего не вытрясет. Еще утром было ясно: никакой взрывчатки в мешках нет. Так что вы с твоим Кедровым…

– Никакой он не мой!

– Верится с трудом, но все равно – рад слышать. Так вот, вы с ним попали пальцем в небо. И если он уже прокрутил в погонах дырку для очередной звездочки, то напрасно. Хотя, конечно, поощрить за бдительность могут.

После того как Сергей Палыч лихо «рассекретил» меня сегодня утром, я с ужасом ожидала, не завернет ли и Гарик Папазян что-нибудь насчет моей рыночной одиссеи. Но капитан явно ничего не знал, иначе не упустил бы возможности позубоскалить.

Когда я наконец положила трубку, настроение мое не стало лучше. Зато теперь я знала наверняка: в истории с «терактом» в нашем доме можно поставить точку. Больше всех не повезло в ней, конечно, братьям Саркисян. Мне тоже вряд ли будет приятно вспоминать это приключение, однако… Хорошо то, что хорошо кончается! Лучше уж «перебдеть», рискуя потерять какой-то кусок профессиональной репутации, чем «недобдеть» и потерять вместе с ним все остальное.


После второго московского взрыва собственное поведение окончательно перестало казаться мне «паникой среди населения». Да и всем остальным тоже. Даже Гарик Папазян сбавил обороты, и теперь уже в моих телефонных репликах слышались ехидные нотки: ну что, съел, мент? Опять скажешь, что моя бдительность была некстати?

Я настолько пришла в равновесие, что смогла посетить Альбину Михайловну в 3-й городской больнице и отвесила ей причитающуюся долю комплиментов. Мол, ее гражданское самосознание и активная жизненная позиция являются достойным образцом для подражания. Я собиралась лишь осторожненько намекнуть болящей соседке, что в ее отсутствие наш дом оказался в самом эпицентре антитеррористической операции, но Альбина, оказывается, все уже знала из сообщений «агентства ОБС». Мне пришлось, как всегда, довольствоваться ролью пассивного слушателя, так что под конец визита я горько раскаялась, что проявила чуткость.

Впрочем, несмотря на весь ужас реальных взрывов, один за другим потрясавших страну, в моей собственной жизни стремительно выдвигалось на передний план «базарное дело», в котором я увязла по самые уши. Причем оно неожиданно приняло новый оборот, показавший, что до отдыха и гонорара вовсе не так близко, как хотелось бы.

Меня уже давно преследовало смутное чувство, что я знаю не все. Много, даже вполне достаточно для того, чтобы господин Кравчук и компания надолго сменили место работы – заодно с местом жительства. Аферы с документами, двойная бухгалтерия, незаконное присвоение прибыли муниципального предприятия «Рынок „Южный“». В довершение ко всему этому – тотальный рэкет, которым базарная шайка обложила мелкий и средний бизнес в огромном микрорайоне, включая свой собственный рынок. А в качестве дополнительной доходной статьи – контроль над проституцией и наркоторговлей… Но я нутром чуяла, что такой делец, как Альберт Кравчук, способен на большее. И в последние дни данные моего детективного нюха получили фактическое подтверждение: в одном из бесчисленных телефонных разговоров босса, которые я ловила при помощи самого обычного на вид плеера, неожиданно мелькнуло новое имя: Махмуд.

Надо ли говорить, что столь внезапное появление в «базарном деле» нового персонажа задело меня за живое! Убив на это дело в общей сложности полтора месяца, проторчав на вонючем рынке три недели, изображая какую-то идиотку и понеся при этом несчетное количество моральных потерь, я вдруг узнаю, что у этих деятелей еще остались, оказывается, какие-то тайны от меня!

Моя подслушивающая аппаратура, к сожалению, не позволяла слышать ответные реплики абонентов: ведь Кравчук говорил по сотовому, в который мне, увы, так и не удалось впихнуть «жучок». Однако и то, что я ухватила, подсказывало определенные выводы.

Во-первых, этот самый Махмуд – явно птица высокого полета. Он позвонил сам, и Альбертик говорил с ним весьма уважительно, чтоб не сказать подобострастно. А во-вторых, означенного Махмуда связывает с Тарасовом какая-то суперсекретная преступная миссия. Что преступная – в этом можно не сомневаться, поскольку Альберт Кравчук давно исчерпал возможности легального бизнеса. И, понятно, секретная, иначе они не напускали бы такого туману. Короче – мне показалось, что короткий зашифрованный разговор касался поставок оружия.

Однако сколько я ни билась, так и не смогла отыскать среди разветвленных связей моей базарной мафии ни единой ниточки, ведущей к Махмуду. Должно быть, какие-то чрезвычайные обстоятельства заставили этого «инкогнито» нарушить строжайшую конспирацию и связаться непосредственно с Кравчуком, да еще в рабочее время. След, на который я вышла, оказался одиночным отпечатком: он никуда не вел, абсолютно никуда. Да и разве это след? Так – мимолетное движение в эфире… Только имя. Зловещее, как хлопок выстрела с глушителем. Кто он? Торговец оружием? Посредник? И теперь не будет мне покоя, пока я это не выясню.

Да еще судьба взялась шутить со мной шутки на языке цифр. Я к ней с серьезными вопросами, по делу, а она… То вдруг грозит: «Пока вы медлите, будущие удачи могут пострадать, а тайные замыслы врагов возмужают». То откровенно издевается: «Огромное удовольствие от общения вы найдете вне круга своих друзей». Благодарю, уже нашла – такое «удовольствие», что и врагу не пожелаю!

А сегодня и того хлеще! Сосредоточилась, бросила кости – а они и выдали: 15+25+10. То есть внезапно я окажусь в чрезвычайных обстоятельствах, которые, разумеется, грозят мне бедой, и только посредством духовного развития смогу изменить свою судьбу. Господи, час от часу не легче: ты думала, что главная «чрезвычайщина» уже позади, ан не тут-то было! Больше всего понравился посыл насчет духовного развития. Как раз этого в теперешней работе ну очень не хватает! Надо будет – когда выдастся «окошко» между чрезвычайными обстоятельствами – забежать в церковь.

Телефонный звонок оторвал меня от этих многообещающих перспектив и от утреннего кофе. Не успев даже прикинуть, кто бы это мог быть, я сняла трубку.

Как только в ней зазвучало женское меццо-сопрано – приглушенное и взволнованное, но все-таки очень красивое, – я поняла, что любое мое предположение оказалось бы ошибочным. Этот голос я слышала впервые.

– Простите, я говорю с Татьяной, частным детективом?

Я подтвердила, несколько удивленная тем, что женщина не уточнила мою фамилию. Обычно потенциальные клиенты более официальны.

– Простите еще раз, что не могу назваться… Впрочем, имя я сказать могу: меня зовут Ирина. Только вы меня все равно не знаете. Мне очень надо с вами поговорить, очень… Но у меня мало времени, я даже не знаю сколько… Пожалуйста, выслушайте меня!

Женщина частила сбивчивой скороговоркой, почти шепотом, однако умудрялась при этом делать паузы, которые свидетельствовали, что свою речь она не готовила заранее. Или – что она очень хорошая актриса.

– Вы не волнуйтесь, я вас слушаю. Давайте попробуем поговорить, несмотря на то что я вас не знаю, а вы, очевидно, меня знаете. Кстати, может, объясните – откуда?

– Я же вам говорю: сейчас на это нет времени! Сюда в любую минуту могут войти… Мы должны с вами встретиться!

Больше всего на свете люблю встречаться не знаю с кем, неизвестно по какому поводу. Примерно так я ей и сказала – только в более мягкой форме. Почему-то мне было уже жалко Ирину.

– Господи, – шепотом взмолилась та, – вы, конечно, правы, но… Ладно! Дело в том, что я могу вам кое-что рассказать. То, что вам будет интересно. Я помогу вам, а вы мне. Это касается известных вам людей на рынке «Южный». Ведь вас это интересует, правда?

Это уж слишком! Весь город знает, что ли? Ладно, Серега Кедров пронюхал – это полбеды, у него работа такая. Но эта? Здесь пахнет ловушкой.

– С чего вы взяли? – как можно равнодушнее спросила я и тут же, услышав изменившийся голос собеседницы, подумала, что сейчас она на том конце провода упадет в обморок от страха.

– Ради всего святого, только не говорите, что вас не интересует это дело, Татьяна! Вы – моя последняя надежда, больше мне рассчитывать не на кого. Я должна вам рассказать, что замышляет Альберт. Я случайно узнала… У меня с ним свои счеты, понимаете? Ах, ладно, скажу вам, у меня же нет выбора. Я его жена. Бывшая, правда.

– Жена Альберта Кравчука? – не сдержала я удивления.

– Да, да! Мы расстались больше года назад, но не развелись. Альберт имел глупость кое-что записать на мое имя, понимаете? Если б не это, думаю, он давно бы меня убрал: я слишком много знаю про его делишки. Но теперь у него нет другого выхода, кроме как сдувать с меня пылинки…

Почему я ей верила? Возможно, потому, что у меня тоже не было выбора.

– Вы не сомневайтесь, – заторопилась Ирина, словно спеша развеять еще оставшиеся у меня сомнения. – Все именно так, как я говорю. Я вам представлю доказательства. А про вас я узнала совершенно случайно. Моя подруга… Ах, кажется, кто-то идет! Нет, показалось… Моя подруга живет в доме по соседству с вами. Однажды – месяца полтора назад – я была у нее, мы засиделись допоздна. Я в тот вечер была без машины. Когда подруга пошла провожать меня до такси, я заметила у тротуара неподалеку от вашего дома машину Тагирова, директора рынка. Конечно, я еще не знала, что это ваш дом, и вообще о вас не знала… Когда мы подходили к перекрестку, из подъезда вышел сам Фарид Тагиров. Думаю, он меня не видел. Или не узнал: мы встречались всего раза два, давно, когда я была еще с Альбертом.

Все это полностью совпадало с тем, что было известно мне, – и по времени, и по фактам. Поистине жизнь состоит из совпадений! Ирина продолжала свой рассказ, все более ускоряя темп:

– Из женского любопытства решила выяснить, к кому приезжал Тагиров. Глупо, конечно, но… Просто у меня не так уж много развлечений, понимаете, Таня? Через несколько дней я приехала к вашему дому и как бы между прочим затеяла разговор со старушками на лавочке. Вообще-то я психолог по образованию, умею разговорить людей…

В моей голове промелькнули две мысли, никак не связанные между собой. Одна просто выразилась словами «не слабо!» – это по поводу профессии моей собеседницы. Другая была такая: в тот самый злополучный день моя Альбина Михайловна наверняка несла свое обычное «боевое дежурство» перед подъездом. Уж она-то не упустит возможности рассказать первому встречному про «гордость нашего дома». Впору менять квартиру!

Словом, от вездесущих бабулек Ирина узнала, что в этом самом подъезде живет не какая-нибудь супермодель, очаровавшая пожилого директора рынка, а частный детектив по имени Таня. С помощью несложной цепочки умозаключений женщина пришла к мысли, что Тагиров, известный своей репутацией крепкого хозяина и порядочного человека, вполне мог заказать частное расследование «художеств» ее бывшего муженька. А еще через несколько дней она узнала, что на рынке «Южный» появилась новая работница – и тоже, что характерно, Таня…

– После этого у меня отпали последние сомнения. Очень осторожно, чтобы не возбуждать подозрений, я выяснила через своих знакомых ваш адрес и телефон. Ведь мы с Альбертом вращались в таких кругах… Ну, вы понимаете. Вот и отыскал один из ваших бывших клиентов. Фамилия ваша вылетела у меня из памяти, извините, а вот номер телефона, как всегда, врезался накрепко. Я ведь ничего не записывала – Альберт или его люди могли найти у меня ваши координаты, я живу под их постоянным наблюдением…

«Ну и память у тебя, голубушка! – подумала я. – Чтоб забыть мою фамилию, это ж как надо постараться…» А вслух спросила:

– Вы сказали, что вашей жизни они не угрожают. Чего же вы боитесь, Ирина?

Она заговорила еще тише, хотя это, казалось, было невозможно.

– Да, они не угрожают. Хотя заставить замолчать могут, у них много способов. Но это другое… Это не Альберт – другие, но они тоже связаны с ним! Пожалуйста, не по телефону, Таня. Я все расскажу при встрече. Вы знаете церковь Кающейся Магдалины?

Я ожидала чего угодно, но только не этого! Вероятно, Ирина истолковала мое растерянное молчание по-своему.

– Будьте там сегодня в три часа. Ради всего святого, Таня! Это на Немецкой, между магазинами «Шарм» и «Арлекино».

– Католическая церковь?!

– Да, да! Ведь я католичка, часто бываю в этом храме. Падре Леопольд – мой старый друг, когда-то мы вместе учились во Львове. Зайдите в исповедальную кабинку слева от алтаря. Я буду рядом. Нам никто не помешает. Только измените, пожалуйста, внешность, а то…

– Не учите меня жить. Ирина, мне кажется, ваша идея насчет церкви не совсем удачна…

Я хотела возразить, что гораздо безопаснее выбрать для встречи, наоборот, какое-нибудь людное место – например, театр или супермаркет. Баню, наконец. Но женщина поспешно перебила меня:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное