Марина Серова.

Острая нить

(страница 2 из 8)

скачать книгу бесплатно

Между тем мы уже миновали КП ГАИ и фактически выехали из города – оставалось лишь преодолеть остаток затяжного подъема.

Вдруг Володя стал притормаживать.

– Что, уже приехали? – удивилась я.

– Сейчас воды наберем из родника, – объяснил наш рулевой.

Тут я заметила у обочины аккуратную, будто кукольную, башенку из красного кирпича, у которой выстроилась небольшая очередь людей со всевозможной тарой. Чуть поодаль стояло несколько разномастных автомобилей – от жучка – «Запорожца» до «Вольво».

Алеша подхватил пару канистр, отмахнулся от предложившего помощь Володи и пошел занимать очередь. Мы с водителем принялись топтаться у машины, разминая ноги и болтая.

– Давно у Некрасова? – спросила я.

– Нет, с весны.

– И как?

– Да нормально. Без работы не сижу, без зарплаты – тоже. – Володя довольно заулыбался. – Пока молодой – чего ж не покататься?

– Не страшновато с товаром-то ехать? – Я кивнула на громадный тентованный кузов «КамАЗа».

– А сейчас вообще жить страшновато, – философски заметил молодой шофер. – У Лешки вон ружье помповое… Да и не так-то просто нашу дуру тормознуть, если что!

К нам подошел полноватый парень в запыленных очках и с пластиковым пакетом в руках.

– Шеф, – обратился он к Володе, – за сколько до Семеновки возьмешь?

– У меня некуда, – покачал головой Володя.

– А если бы подбросил, то сколько бы взял? – не унимался кандидат в пассажиры.

– Да за пятерку бы довез.

Очкарик почему-то просиял и потопал вниз, по направлению к городу.

– Эй! – окликнул его Володя. – Семеновка в другой стороне! И машину ты на подъеме не поймаешь!

– Я уже дошел! – обернулся парень с улыбкой. – Это я узнавал, сколько сэкономил!

– Ну, брат, ты даешь! – восхитился шофер, и мы с ним расхохотались.

– Чего ржете? – спросил подошедший с двумя полными канистрами Лешка. Пришлось пересказать ему короткую беседу Володи с чудаком-пешеходом.

– Ну, и чего вы так развеселились? – снова как бы удивился Алексей. – Для бешеного пса сто верст – не крюк, а тут всего-то километров десять будет, да, Вовка?

– Двенадцать, – уточнил Вовка. – Затариваемся?

– Погоди, давайте ключевой водицы напьемся, чтоб не на ходу.

Алексей налил всем понемногу, будто плеснул крепчайшего и чистого, как слеза, самогона-первача.

И пили мы не спеша, маленькими глотками эту ледяную влагу, удивительным образом остужавшую не только тела, но и разгоряченные мысли.

Я даже успела подойти к нашему стальному коню и быстренько метнуть кости прямо на бампер.

Выпало: 35, 5, 23.

«Предвещает бедствия, несчастные случаи, аварии во время путешествий».

Ничего себе! И это все, что мне могут сказать мои черные камушки? Не верю! А ну-ка, еще…

36, 16, 1.

«Что касается ваших производственных и любовных дел, то они пойдут блистательно. В ближайшее время у вас появится неожиданный шанс занять лидирующее положение».

Чем меня издавна привлекают мои двенадцатисторонние кости – так это однозначностью и конкретностью предсказаний…

Потом мы погрузились в кабину, доконали бесконечный, казалось, подъем и понеслись по относительно ровной и неожиданно пустынной после городской толчеи трассе.

– Полезай-ка на лежанку, – предложил мне Лешка. – Нам хоть попросторней будет с Владимиром Викторовичем.

Я не стала возражать и вольготно разместилась на довольно удобном спальном месте позади сидений и голов моих спутников.

– Устроилась? – побеспокоился Алексей о моем удобстве. – Теперь послушай небольшой инструктаж… Володя, не гони на всякий случай…

Лешка извлек из кармана какую-то сложенную вчетверо плотную серую бумажку, заполненную убористым текстом, состроил серьезную мину и, откашлявшись, начал с выражением читать:

– Кх-гм! «ИНСТРУКЦИЯ, – он выделил голосом первое слово. – Назначение, условия эксплуатации и технические данные изделия туалетная бумага (артикул номер 11315509651)».

– Ты, Лешка, вечно что-нибудь раскопаешь! – хохотнул водитель, не отрывая взгляда от дороги.

– И где нашел этот анекдот? – не поверила я в подлинность цитируемого документа.

– Какой еще анекдот?! – Алексей помахал у меня перед носом мятым документом, явно изготовленным типографским способом; я невольно отшатнулась. – Слушай дальше! – И он с пафосом трагического актера стал декламировать это творение запредельного идиотизма.

Наш общий хохот заглушил рев мотора.

Алексей продолжал:

– «МЕРЫ ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ:

Первое. Не курить вблизи изделия.

Второе. Не бросать использованное изделие в местах культуры, отдыха и приема пищи.

Третье. Беречь от детей. Туалетная бумага – не игрушка, а средство гигиены.

Четвертое. Не рекомендуется многократное использование изделия».

Я думала, что больше уже не могу смеяться, но при последних словах поняла, насколько безграничны человеческие возможности.

– Ну, Алексей, повеселил, – отдышавшись, призналась я. – Вот зачем ты меня в горизонтальное положение перевел – все равно бы упала!

– Это что, – горделиво поднял бровь наш отважный охранник. – Мне тут один анекдот рассказали…

– Нет! – дружно воскликнули мы с Володей. – Хватит!

И в кабине надолго воцарилась тишина.

Наш грузовик теперь уже довольно гладко несся навстречу бесконечным просторам полей, полого спускавшихся к овражкам с пересохшими руслами ручьев и снова так же неспешно поднимавшихся. Все-таки здорово, что мы живем в степных местах. Где-нибудь в тайге с дороги такие просторы не увидишь…

Я лежала, испытывая необъяснимое блаженство после «смехомассажа», но не имея ни малейшего желания говорить или думать о чем-нибудь насущном, и лишь изредка поглядывала в окна мчащейся машины.

Дорога разматывалась и разматывалась вперед бесконечной лентой, у горизонта превращавшейся в тоненькую ниточку. Вот так и наша земная дорога: едем по плоской равнине (в геологии называемой пенепленом, как рассказал Алексей – выпускник геофака), редко у кого хватает сил и ума свернуть куда-нибудь, а уж попытаться разглядеть хоть что-то сверху…

Я мысленно погрозила себе пальчиком и собралась поразмышлять о наболевшем или, на худой конец, провести какой-нибудь простенький аутотренинг, но…

Не зря мама говорила: хохотать до упаду – не к добру. Хорошо еще, я не упала на самом деле!

«Локатора», «зонтика» и пары других оборонительных приемов психотехники хватило лишь на то, чтобы заставить мои руки помимо воли хозяйки схватиться за какой-то подвернувшийся ремень.

В следующий миг меня чуть не выбросило под ноги моим спутникам. Заскрежетали, засвистели тормоза, машину повело в сторону, потом в другую: прав ты, наш дорогой водитель, непросто эту дуру остановить.

Грузовик дернулся еще сильнее, «страховочный ремень» едва не вырвался у меня из рук.

– А, бля!! – заорал Володька.

– Держи, руль держи! – крикнул Лешка.

Раздался короткий, почти пушечный грохот.

Глава 3
Восточноевропейские шакалы

В моей натальной карте преобладают стихии Огня и Земли. Поэтому мне всегда так нравится там, где много воды и воздуха; лучше всего я себя чувствую на вершине какого-нибудь прибрежного утеса. Эта вот тяга к простору и привела меня однажды в дельтапланерный клуб.

В детстве я, как все мы, летала во сне. Причем – на дельтаплане! Потом, когда появилась тяга к полетам не только во сне, но и наяву, я очень долго не могла найти, где в нашем городе занимаются дельтапланеристы. Все их видели летающими, но никто не знал мест их «гнездовий». Отчаявшись, я уже сходила на пару тренировок в альпсекцию, когда мне сообщили адрес одного и того же дельтаклуба одновременно двое знакомых.

Тогдашний начальник дельтаклуба – маленький, худенький, лысенький и очень спокойный и доброжелательный Гена – сказал мне, оробевшей в первый вечер среди чем-то очень занятых мужиков:

– Не тушуйся!

И мало-помалу началось постижение премудростей дельтапланеризма.

Но впервые я поднялась в воздух только месяца через три.

В тот жаркий майский день меня, едва успевшую взобраться на крутой высоченный холм, ошеломило мужество парней, бросавшихся со своими аппаратами в многометровую бездну… а потом разноцветные лавсановые крылья плавно и бесшумно несли их куда-то…

С самого утра и до вечера мы, новички, занимались подтаскиванием дельтапланов к месту старта более опытных товарищей. Тридцатикилограммовый дельтаплан приходится тащить в гору, маневрируя парусом, чтобы аппарат не перевернулся, а в это время рядом шагает налегке погруженный в себя пилот. Почему сам не таскает? Ответ я узнала в конце дня.

…Одета, проверена и пристегнута к аппарату с помощью инструктора подвесная система. Я поднимаю дельтаплан, выставляю угол атаки, по команде начинаю разбег…

…И вдруг какая-то огромная неведомая сила хватает меня, как котенка за шкирку, и отрывает от матушки-земли. Захватывает дух, ноги болтаются подо мной ненужными тряпками, мир куда-то медленно поворачивается…

Через пару секунд аппарат окончательно теряет скорость, сваливается на крыло, меня довольно «вежливо» протаскивает по земле, голова в шлеме несильно ударяется о килевую балку. Во рту почему-то оказывается теплая земля, я барахтаюсь в тросах подвески, стараясь подняться, и слышу у себя за спиной:

– Ну, с первым подлетом тебя, Татьяна! Постой, я тебя сейчас отстегну…

Щелкает альпинистский карабин, мне помогают подняться. Я стаскиваю шлем и с удивлением замечаю, что за короткие мгновения моего первого в жизни подлета изнанка шлема успела промокнуть насквозь вместе с волосами. А ведь я даже не думала пугаться, просто удивилась: кто же это такой меня вот сейчас вверх поднял?

И тут стало понятно, отчего пилотов стараются избавить от обязанностей возвращения дельтаплана к месту старта. Я шла, и казалось, будто не десять метров пробежала только что, а десять километров: ох, как жарко!!

Тот день и тот первый подлет на стареньком красно-синем учебном «ФСК» вспоминается до сих пор…

Потом я очень медленно, с трудом училась управлять дельтапланом. Когда ты чувствуешь, что громадные крылья слушаются тебя и несут куда надо, – это переполняет до краев. Дельтаплан – летательный аппарат с балансирным управлением: пилот маневрирует, пользуясь весом собственного тела. Подвешенный на ремнях и тросах, сжимая в руках рулевую трапецию, ты всем телом ощущаешь свой дельтаплан и сливаешься с ним – крылья становятся по-настоящему твоими.

Однажды – стоял штиль – я хотела покрутиться рядом со склоном, чтобы не пришлось далеко тащить свой красно-синий.

Но едва я после старта отошла от склона, как на меня прямо-таки обрушилось поистине вселенское спокойствие и умиротворенность. Аппарат шел ровно, как по линейке. Подо мной, далеко внизу, проплывало поле подрастающей кукурузы. Промелькнула – снова НИЖЕ МЕНЯ! – стайка птиц. Мир умолк и будто прислушался.

Я забыла обо всем и отдалась чувству полета, чувству оторванности от всего на свете. Я просто летела и не думала ни о чем.

Возвращаться было легко.

…Рос опыт. Менялись модели дельтапланов – мы строили по чертежам французской фирмы с небесным названием «La Mouette» – «Чайка»: «Atlas», «Azur» … Несколько раз приходилось летать на «Аш-Пи».

Мы оставались на дельтадроме с ночевкой, ставили палатки, шли в ближний дубняк – там в любую жару почему-то было прохладно – за водой к роднику. Собирали травы и дикие ягоды, груши, варили необыкновенный «чай-компот». Ставили палатки, сидели у костра, смотрели на звезды…

Я пару раз падала метров с пятнадцати, но в общем отделывалась легко. Приходилось в двадцатиградусный мороз собирать дельтаплан голыми руками. Однажды стартовала, и вдруг началась метель – видимо, тогда впервые проявилось мое «второе зрение».

А еще я парила. Исхоженная к тому времени вдоль и поперек вершина горы вдруг уходит вниз и поражает своим каким-то неземным и незнакомым видом с высоты. Когда переходишь на другой галс, подвесная система крепко обнимает тебя, тросы скрипят, ветер ненадолго чуть стихает…

* * *

…Спинка моей лежанки грубо стиснула меня еще раз, и «КамАЗ» остановился, визжа и скрежеща тормозами.

– Вон они! – прошипел Володька.

Я скатилась на сиденье, огляделась.

Наш грузовик стоял, клюнув носом, на спущенных шинах. Влево и вправо из-под машины уходили длинные стальные ленты, утыканные шипами. Спереди подкатывала к нам выскочившая с проселка серебристая «девятка».

Володька выхватил откуда-то монтировку, Алексей сжал в руке помповик. Мужики одновременно спрыгнули на дорогу. Лешка бросил мне, не поворачивая головы:

– Побудь в резерве, ладно?

«Разумно», – мысленно согласилась я, проверяя пистолет и следя за тем, как из остановившейся метрах в десяти от нас легковушки не спеша вылезает самоуверенная братва.

Алексей отошел метра на три вперед и вправо, держа наготове ружье. Володя приблизился почти вплотную к бандитам, поигрывая своим инструментом.

– Эй, чуваки, вы чего нам шины портите? С Валетом поссориться хотите? – начал разговор сотрудник охранного предприятия «Щит».

– Твой Вал-лет нам не указ, – с нарочитой брезгливостью оттопыривая нижнюю губу, произнес, растягивая слова, вышедший вперед немного более волосатый, чем остальные, гоблин – очевидно, вожак этой стаи – и сделал неприличный жест. – Ты с нами договаривайся, у меня братаны конкретные, – и он небрежно махнул стволом пистолета.

У его троих братанов в руках появились две короткие дубинки и пистолет.

– Платить надо! – резюмировал главгоблин.

– Мы всем, кому надо, уже заплатили, – ответил Алексей, не спуская глаз с обладателей стволов. – А вот с вас надо бы за колеса-то взять.

– Не, ты понял?! – вытаращил глаза бандит-расстрига. – Митяй, короче, глянь, что там за баба в кабине осталась!

Противненько ухмыляясь, вооруженный пистолетом Митяй подошел к правой дверце – я предусмотрительно сместилась именно вправо, но не стала выходить навстречу посланному за мной джентльмену.

– А ну, выл-лазь!

– Лучше давай ты ко мне, – маняще улыбнулась я ему и слегка «коснулась» биополем одной его интимной точки.

Спинальные рефлексы у этих тварей почти всегда действуют безотказно. Посол местной мафии засопел, поставил ногу на подножку и, придерживаясь за дверцу правой рукой с пистолетом, вцепился в край кабины левой.

Очень неудобное положение для стрельбы и начала схватки.

Я мысленно крикнула Лешке: «Давай!», и мы начали боевые действия одновременно.

Ребром ладони я ударила бандита по шее, а второй схватила за руку, державшую пистолет, и резко крутанула.

Крик гоблина и выстрел помповика раздались одновременно.

Я вырвала пистолет из ослабевшей руки своего противника, коротким пинком выбросила его из кабины, спрыгнула следом, отключила как следует ударом ноги в печень, развернулась к оставшимся бандитам, держа в обеих руках по пистолету, и крикнула:

– Ложись, гады!!

Лешка подкрепил мой приказ вторым выстрелом.

Оказавшиеся теперь уже между трех стволов и оглушенные выстрелами помпового ружья, гоблины лишились былого боевого духа.

– Бросай пистолет, живо! – повел стволом ружья Алексей.

Главгоблин подчинился, его пушка шмякнулась об асфальт и крутанулась на месте.

– И вы дубье бросайте! Ну! Повторять вам?! – взмахнул монтировкой Вовка.

Подчиненные последовали примеру своего босса.

Я покосилась в ту сторону, где лежал мой неудавшийся ухажер… и не увидела только что возлегшего на асфальт тела!

Н-да. Кажется, его Митькой звали?

Впрочем, чьи это ноги под машиной?

– А ну, вылазь! – повторила я его недавнюю фразу.

Неудавшийся беглец, извиваясь, выполз на свет божий.

Звали его Митькой, а теперь будет Червяк!

– Володя, обыщи-ка их быстренько, – сказал между тем Алексей, подобрав пистолет и подогнав бандитов к нашей машине. – Руки на капот, ноги пошире!

Червяка я тоже подвела к остальным. Володя побросал в кабину свою монтировку и бандитские дубинки, а потом принялся шарить у пленных по карманам. Мы с Алексеем держали братву на мушке.

– Вот, ножей две штуки, – доложил Володя через пару минут.

– Молодец. Теперь двоих с краю – вяжи. Веревка есть? – поинтересовался Алексей.

– А как же! – улыбнулся Володя и ловко связал сначала главаря, а потом – одного из подчиненных. Бандиты отчаянно матерились, но резких движений не делали.

– Ну что, конкретные ребята, потрудимся? – предложил Алешка. – Володя, двоих связанных сажай чуть в сторонке, а остальными – командуй. Не тебе же, в самом деле, колеса чинить?

Мои мужики озорно перемигнулись.

Под чутким руководством нашего шофера конкретные ребята шустро убрали с дороги свой «капкан» и приступили к устранению сотворенных собственными руками неисправностей. Работа двигалась споро, и примерно через полчаса наш «КамАЗ» обрел первозданную осанку.

Можно было продолжать путь.

– Леша, – предложила я, – пусть-ка парни прогуляются.

Алексей все понял и заулыбался.

– Верно говоришь! – одобрил он мою мысль. – Володя, ты уж не сочти за труд, свяжи и этих двух…

Мы отогнали стаю этих животных в посадки, примотали злобно молчавшую братву к березкам и повернули обратно.

– Счастливо! – бросил им через плечо Алексей и добавил, подумав: – Хотя какие щас сливы…

Потом он сел за руль трофейного автомобиля и поехал первым, а мы – следом.

Километров через пять Алексей посигналил и свернул на боковую дорожку, ведущую к берегу довольно большого озера.

Там мы остановились и вышли из машин.

– Топим? – предложил Лешка, кивнув в сторону берега. – А то одна морока с ней будет.

Мы не стали возражать и распрощались с трофеем. Прямо у берега начинался обрыв, вода в озере была очень мутная…

Потом я ухитрилась метнуть кости:

33, 17, 1.

«Символы грозящих тревог и досады».

Ну, сие давно не новость…

И еще я успела разглядеть это озеро с дороги: длинное, с изломанной линией берега, местами подбиравшееся почти к трассе, сверкавшее в свете клонившегося к закату дня…

Дальше дорога пошла вверх-вниз: многокилометровые подъемы чередовались с такими же затяжными спусками, и было видно с таких «перевалов» далеко-далеко. По сторонам от разрезавшего поля размокшего на жаре и блестевшего в косых уже лучах солнца асфальтового лезвия появились ряды тополей, словно кто-то боялся держать без ножен меч трассы, заострявшийся у горизонта и превращавшийся сначала в проволоку, а потом и вовсе в нить…

Но вот мы опять стали притормаживать.

– Что, снова родник? – осведомилась я, видя вдалеке только стоявшую у обочины какую-то будку.

– Да нет, – хмыкнул Володя, – хуже. Менты!

Когда мы поравнялись с будкой – увы, внутри не было и в помине источника живительной влаги, – из своей конуры вылез рыжий худой гаишник и лениво, как римский император, поднял свой жезл.

Машина остановилась.

– Сержант Приходько. – Гаишник, совсем мальчишка, еще более лениво, чем жезл, начал было подносить руку к козырьку фуражки, но, кажется, примерно на полпути устал. – Куда следуем?

– В Москву, – ответил Володя.

– Документы, пожалуйста! – привычно изрек тощий страж дороги; глаза его при упоминании столицы почему-то радостно блеснули.

Изучение путевки и водительских прав не заняло много времени.

– Кто с вами следует? – задал очередной вопрос сержант Приходько.

– Охрана, – лаконично объяснил наш возница. Мы с Лешкой протянули сержанту свои служебные и командировочные удостоверения.

– Оружие имеете? – осведомился рыжий гаишник, возвращая документы.

– Да, – ответили мы оба почти хором.

– Разрешения? – с надеждой спросил Приходько.

Перед пытливым взором борца с дорожной преступностью предстали соответствующие бумаги.

– Что везем? – не унимался тощий сержант.

– Обратно повезем, а сейчас – пустые, – сказал Володя.

– Давайте проверим кузов, – предложил неутомимый сержант.

Убедившись в правдивости слов шофера, наш дотошный Приходько продолжал выспрашивать бедного Володю:

– А что еще везете?

– Ничего не везем, еды только на дорогу взяли.

Испытывавший явный дефицит калорий, сержант просиял:

– Тушенка есть?

– Нет, только кильки в томате.

– Давай!

Володя молча отдал ему вожделенную банку.

– Нас там трое, – сообщил изголодавшийся Приходько.

– Хлеба три буханки возьмете? – предложил Лешка. – Как раз под килечку – милое дело…

Удовлетворенный гаишник осклабился, отпустил нас и побрел к себе в будку.

Мы покатили дальше.

– Неужели он из-за банки нас столько мурыжил? – спросила я; недавняя сцена меня ошеломила.

– Такие ничем не брезгают, – ответил наш бывалый шофер.

– У меня двоих знакомых недавно патрульный у самого их дома тормознул, – заговорил Алексей. – Шли они, правда, немного навеселе, но, упаси боже, не шатались и беспорядков не устраивали. Так этот субчик стал по рации «луноход» вызывать – в вытрезвитель их собрался упечь. Ну, друзья мои двинули было домой – им два шага оставалось. А он – представляете? – схватил одного, дернул, не удержался, повалил его и упал сам, а потом – не поверите! – ему полноса откусил!

– Да ты что? – Я выпучила глаза, Володька присвистнул. – А дальше?

– Ничего, – ответил Лешка. – Нос моему приятелю пришили, заявление его начальник того мента уговорил не писать…

– Да-а, – протянул Володя. – На этих легавых уже пора намордники надевать!

Мы засмеялись.

Лешка включил приемник, и – вот удача! – почти сразу же какой-то ведущий произнес:

– А теперь послушаем Олега Митяева.

Мы с Алешкой радостно переглянулись, и из динамика полился грустноватый проникновенный голос:

 
Я хочу скорей заснуть
И проснуться рано-рано,
И под волчий вой бурана
Свой порог перешагнуть…
 

Мне сразу вспомнился последний гитарный концерт, на котором мы были с Алексеем. Его и самого уговаривали выступить устроители, но он давно не брал в руки гитару, боялся оплошать и схитрил – сделал вид, что повредил кисть.

На таких концертах сразу окунаешься, как в море, в общую светлую ауру. Народ обычно на эти сборища приходит умный и душевный. Смотришь на лица и видишь почти в каждом мысль и чувство – на улице лиц таких гораздо меньше. И в театре, скажем, – там много от престижа. А вот если люди приходят послушать авторскую песню…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное