Марина Серова.

Оргия за тридевять земель

(страница 2 из 16)

скачать книгу бесплатно

– Так что конкретно вы хотели бы узнать? – спросил Степан Олегович.

– Мне интересно, в каких отношениях мой отец состоял с убитым, – задал вопрос Светин.

– В общем-то, весь биофак – дружная семья, – сказал Степан Олегович. – Бывают, конечно, и ссоры, встречаются и личности, вызывающие всеобщую антипатию, но это скорее исключение из правила, нежели само правило. И Игорь Сергеевич с Владимиром Николаевичем поддерживали дружественные отношения. Однако незадолго до известных трагических событий они поругались.

– Вот об этом я и хотел бы услышать поподробнее.

– Должна была состояться конференция в Доме журналистов, посвященная экологии и охране окружающей среды.

– Да, я слышал об этом, но толком ничего не знаю.

– Марков и Светин подготовили доклады. Ходят слухи, что темы совпали, и, по большому счету, выступать имело смысл лишь кому-то одному – или Маркову, или Владимиру Николаевичу. Вот из-за этого они и поругались. Ни один не хотел уступать другому. Там уже выходило как повезет, кого поставят в списке выступающих первым. А списки к тому моменту еще составлены не были.

Степан Олегович почесал затылок.

– Дело в том, – задумчиво произнес он, – что тема докладов обещала быть довольно щекотливой, и в случае удачного выступления докладчику открывались восхитительные перспективы на будущее, вплоть до членства в РАН.

– А что за тема?

Степан Олегович развел руками:

– А этого никто не знает. И Владимир Николаевич, и Игорь Сергеевич проводили свои личные, независимые исследования и информацию о своей работе держали в строжайшем секрете. Хотели нас удивить. Результаты должны были быть оглашены на конференции, и доклад якобы обещал вылиться в маленькую сенсацию.

– Любопытно, – заметила я.

Степан Олегович махнул рукой:

– Ах, не думайте, что это было какое-то открытие века, вроде эликсира бессмертия или ответа на вопросы, вроде «есть ли жизнь на Марсе» и «существует ли лох-несское чудовище»! Нет, просто было проведено какое-то небольшое научное исследование, смысл которого будет понят в ученом мире, но которое никак не может претендовать на то, чтобы им хоть в какой-то мере заинтересовался обыватель. Скорее всего, что-нибудь частное, скажем, рассмотрение экологической ситуации в каком-то районе города, или что-то вроде того.

– Понятно. А как вообще на биофаке относились к моему отцу и к покойному Игорю Сергеевичу? Чем именно, кстати, этот человек занимался?

– Давайте по порядку. Отец ваш считается одним из лучших в Тарасовской области специалистом по бентосным организмам, вы это знаете. Соответственно, и в университете, и в академических кругах к нему относятся с должным почтением. Марков же изучал планктонные формы беспозвоночных. Тоже пользовался авторитетом и, надо сказать, вполне заслуженным. Так что… Короче, загадочная история…

Слушая, как Светин пытается получить нужную информацию, я внутренне усмехнулась. Задать столько вопросов и не спросить самого главного, о чем в первую очередь спросит и следователь из милиции, и частный сыщик… Я, конечно, не винила Светина.

Как-никак, раньше заниматься частным сыском ему не доводилось, и слава богу. Но у меня-то имелся кое-какой опыт, и я не преминула его продемонстрировать:

– А были у Маркова в университете враги? – спросила я.

– Нет. Хотя… Да, были. Я могу вам кое-что рассказать, но при условии, что вы не выдадите, что эти сведения вам предоставил я.

– Я обещаю.

Светин кивнул, и Степан Олегович продолжил:

– Ладно. Некий… Впрочем, не буду называть имени того человека, не хочу выносить сор из избы. Вы, если вам необходимо, можете и студентов расспросить… Короче, назовем этого преподавателя «икс». В общем, чем-то он очень не нравился Маркову, и между ними постоянно выходили конфликты. Дело в том, что преподаватель «икс» известен как заядлый взяточник. Однако взятки он берет очень искусно, никто его поймать пока не смог. А еще «икс» – страшный бабник, то и дело заглядывается на девчонок-студенток, ни одну не пропустит, не отвесив сомнительный комплимент. Ходят даже слухи, что этот преподаватель порой выставляет оценки уже не за деньги, а за конкретные интимные услуги. У него, говорят, даже собственные расценки есть. Кстати, незадолго до убийства «икс» и Марков поссорились.

– Поссорились?

– Да. Знаете ли, Игорь Сергеевич был известен всему биофаку как человек комсомольской закалки. Бывший партиец, он отличался, э-э-э… нестандартной по нынешним временам принципиальностью. За это его и студенты, как огня, боялись. Скольких разгильдяев отчислили оттого, что они к Маркову на экзамен без достаточного количества знаний явились! Ну да я отвлекся… Дело в том, что Игорь Сергеевич смириться с поведением преподавателя-взяточника не мог. Вот он и хотел вынести обсуждение его личности на ученый совет факультета, с той целью, чтобы горе-преподавателя попросили покинуть университет. Конечно, вряд ли у него что-нибудь получилось бы… Но насолить таким образом «иксу» Игорь Сергеевич мог изрядно. Но чтобы это явилось причиной для убийства… Нет, не думаю.

– Я вижу, Игорь Сергеевич, несмотря на авторитет и уважение, слыл конфликтным человеком, – заметила я.

– В общем-то, да.

– Были у него еще враги, помимо пресловутого «икс»?

– Кажется, нет.

– А у Владимира Николаевича?

– Владимир Николаевич – человек исключительной мягкости. По-моему, врагов у него не может быть в принципе.

– А этот преподаватель «икс» ездил на практику?

Степан Олегович нахмурился:

– Если бы он ездил, я все равно бы вам не сказал, как не сказал. Но он не ездил, я точно знаю. К зоологии специальность этого человека не имеет никакого отношения.

– А много у вас тут всяких специальностей?

Степан Олегович усмехнулся:

– Много, поверьте мне, много. Только, пожалуйста, не выдавайте меня, не говорите никому, что это я поведал вам о преподавателе, которого обозначил как «икс». Меня просто не поймут. Все, что я вам сказал, я открыл на всякий случай. Подумал, вдруг без этих данных так и останется за решеткой ни в чем не повинный человек. А в том, что ваш отец не способен на убийство, – Степан Олегович посмотрел на Светина, – я не сомневаюсь. Я могу рассчитывать на сохранение анонимности?

– Конечно, можете, – ответила я.

– Не беспокойтесь, – поддержал Виктор Владимирович.

Я повернулась к своему клиенту:

– Будете еще задавать вопросы?

Светин немного помедлил, а потом покачал головой:

– Пожалуй, нет. Надо вернуться домой, хорошенько обдумать, что к чему, и наметить дальнейший ход расследования.

Виктор Владимирович поднялся со стула и протянул преподавателю, с которым мы беседовали, руку.

– Спасибо за все, Степан Олегович.

– Не за что. Честно говоря, мне все равно нечем было себя занять. Так хоть с вами пообщался.

– До свидания.

Мы попрощались со Степаном Олеговичем, а когда поднялись из подвала наверх, на первый этаж, услышали пронзительный звонок на перемену. К тому моменту, когда мы оказались у выхода из корпуса, сквозь двери было не протиснуться. Студенты ломились на улицу. Кто поесть, кто покурить, кто попить пива, а кто просто предаться беззаботному трепу.

Глава 2

Новое неприятное происшествие приключилось недалеко от дома Светина. Чтобы пройти во двор моего клиента, нужно миновать ряды гаражей, а иначе придется совершать, может, не столь большой, но чрезвычайно досадный крюк. Вот тут-то нас и подстерегала опасность.

Когда до окончания рядов гаражей оставалась какая-нибудь пара-тройка метров, навстречу нам неожиданно выскочил человек, лицо которого нельзя было разглядеть за маской. Только холодный блеск глаз в прорезях черной ткани. Облаченная в кожаную перчатку рука что-то сжимала. Раздался щелчок, и я увидела заостренное с обеих сторон лезвие выкидного ножа. В тот же миг я с силой отшвырнула своего клиента в сторону.

Теперь я разглядела одежду нападавшего – он был одет в спортивный костюм, как и в тот раз, о котором рассказывал Светин. Только теперь вместо капюшона была маска. Я решила не вынимать пистолет, потому что была уверена, что справлюсь и так, тем более что тип этот еще очень даже мог пригодиться. Я намеревалась обезвредить негодяя и устроить ему допрос.

Нападающий широко расставил ноги и медленно, шаг за шагом, приближался ко мне. Когда расстояние между нами сократилось до метра, человек в маске выбросил руку с ножом вперед. Я увернулась.

Маска в том месте, под которым у негодяя должны были быть губы, образовала небольшую складочку. Я услышала короткий смешок, больше похожий на хриплое карканье. В ту же секунду последовал еще один выпад. На этот раз я нагнулась, и нож противника разрезал воздух над моей головой. Потом я сознательно упала на спину, сразу уперевшись локтями в асфальт, и резко распрямила ноги. От моего удара нападавший отлетел в сторону, но тут же поднялся и бросился на меня с новым приливом энергии.

Прием я провела на славу. Нападавший вскрикнул, и нож со звоном ударился об асфальт. Ликуя, я попробовала добить негодяя ударом правой в челюсть, но тут мне помешал Виктор Владимирович. Совершенно некстати он попробовал вступить в бой. Некоторое время он, видимо, размышлял, как помочь мне в сложившейся ситуации, и наконец придумал. Я бы предпочла, чтобы он оставался на месте! Ведь если бы не Светин, я задержала бы преступника, уверенность в этом у меня была стопроцентная.

Так вот, Виктор Владимирович, раскопав невесть где кусок белого кирпича, обогнул меня и своего потенциального убийцу, дабы обрушить кирпич на голову последнего. В итоге человек в маске засек появление за спиной Светина как раз в тот момент, когда я заносила кулак. Оглянувшись, он, по всей вероятности, сообразил, что ничего хорошего ему ждать не следует, и со всех ног бросился наутек.

Я бросилась в погоню, но негодяй ловко свернул за один из гаражей. Я вернулась к Виктору Владимировичу, дабы не оставлять его одного и не подвергать новой опасности.

Я подобрала с асфальта нож, предварительно обернув рукоятку рукавом, дабы не оставлять на ней своих отпечатков и ничего не стереть. Маловероятно, но вдруг на ноже что-нибудь да сохранилось? Нечего его пачкать. Нужно использовать каждый шанс. После этой процедуры я взяла клиента за руку.

– Пойдемте скорее! – сказала я. – Дома разберемся, что к чему!

* * *

Настроение у Светина после данного инцидента резко испортилось. В глазах клиента, несмотря на все его попытки скрыть свое состояние, я смогла прочесть страх.

– Значит, охота на меня продолжается, – задумчиво произнес Виктор Владимирович. – Знать бы вот, кому это нужно…

– Полагаю, тому, кто не желает, чтобы вы выяснили правду об убийстве Игоря Сергевича Маркова, – сказала я.

– Да уж… Как вы думаете, Евгения Максимовна, в какую сторону нам теперь податься?

– Неплохо бы пообщаться со студентами, повыяснять насчет этого преподавателя «икс», который увлекается взятками и молодыми студентками, – предложила я.

– А мне кажется, куда перспективнее раздобыть побольше информации о конференции, на которой должен был выступать мой отец.

– Вы можете спросить у него.

– Могу, но я хочу начать прояснение ситуации прямо сегодня, а в СИЗО, как я уже говорил, этот день – неприемный. А потому я думаю вот что…

– Я вся внимание, готова следовать за вами, куда прикажете, и попутно оказывать посильную помощь.

Светин кивнул:

– Так вот, как сказал Степан Олегович, на биофаке о теме докладов никто не знает: ни мой отец, ни Марков тайны никому не открывали. Но что, если мы отправимся за информацией прямиком в Дом журналистов?

– Хорошая мысль.

– А как, по-вашему, Евгения Максимовна, нам лучше себя повести, чтобы в Доме журналистов согласились ответить на наши вопросы?

– Я думаю, следует прикинуться именно журналистами. Сотрудниками какой-нибудь мелкой газеты из другой области, скажем, Пензенской. Немного поблефовать, что, мол, мы слышали о сенсационном докладе, с которым должны были выступить такие-то люди и который сорвался. Если в Доме журналистов не будут молчать как рыбы, если мы не наткнемся на глухую стену секретности, у нас все получится. А вы не знаете, когда точно должна была состояться конференция?

– Десятого апреля, в понедельник.

– Прекрасно, эта информация нам еще пригодится.

– А если у нас потребуют журналистские удостоверения?

– А вот на такие случаи жизни у меня дома имеется все необходимое! Доверьтесь мне, Виктор Владимирович! С подобными случаями я сталкивалась в своей практике не раз и имею опыт выхода из ситуаций, аналогичных той, в которой мы сейчас оказались. От вас понадобится лишь фотография такого формата, какие используются для паспортов, и немного театрального таланта. У вас есть фотография?

– Найдется.

– А талант?

Светин улыбнулся.

– И талант найдется, – повторил он свой ответ.

– В таком случае собираемся и едем ко мне, – заключила я.

* * *

Тетушка, как всегда в это время, готовила. На сей раз она занялась пельменями. Вы пробовали когда-нибудь пельмени моей тетушки Милы? Нет? Многое потеряли! Ее пельмени – совсем не то, что вы можете купить в магазине, и даже не то, что вам случалось отведать у многих хозяек. Это, что называется, пальчики оближешь!

Тетушка к нашему приходу как раз успела сварить первую партию пельменей. А потому, прежде чем заняться делами, мы уселись за стол. К пельменям тетушка подала сметану, и, мне кажется, моему клиенту быстро удалось расслабиться настолько, что он позабыл обо всех своих проблемах. А проблемы-то эти, прошу заметить, были нешуточные, я сама убедилась.

Затем я проводила Светина в свою комнату. Там отыскала несколько бланков удостоверений корреспондента мифической газеты «Пензенская интеллигенция» и соответствующую печать. На один из бланков уже была наклеена моя фотография. Однако дата на удостоверении стояла прошлогодняя, и потому я переклеила фотографию на новый бланк, поставила печать, лично вписала вымышленные фамилию-имя-отчество, проставила год и завершила «произведение искусства» загадочной росписью. Полюбовавшись содеянным, я принялась изготовлять удостоверение для Виктора Владимировича. Естественно, фамилия-имя-отчество снова оказались вымышленными. Потом я попросила Светина выйти и побеседовать с тетушкой, так как сама собиралась переодеться.

Я порылась в своем гардеробе и отыскала одежку, способную скрыть кобуру с пистолетом и вместе с тем не противоречащую имиджу журналистки. Я выбрала строгий пиджак с длинными полами и серые брюки. На всякий случай захватила и запасные номера для машины, поскольку намеревалась посоветовать Виктору Владимировичу заменить номера на его авто на время. Вскоре я могла сказать, что нахожусь в состоянии полной боевой готовности, и вернулась в гостиную.

– Эту рыбу я тушила в духовке два… – тетушка показала Светину два пальца, словно хиппи, – два часа!

Сам Виктор Владимирович только кивал и за обе щеки уплетал тушеную рыбу с капустой, морковью, свеклой и луком.

– Потрясающе! – восклицал он. – У-у, как вкусно!

– А потом такая рыба обязательно должна настояться, – заключила тетушка. – Иначе эффект будет совсем не тот.

– Я готова, Виктор Владимирович, – улыбаясь, сообщила я.

– Погодите совсем немного, Евгения Максимовна! – с набитым ртом произнес Светин. – Я никак не могу обидеть вашу милую тетушку, не доев до конца эту тушеную два часа, а потом так замечательно настоянную рыбу!

Наконец Виктор Владимирович окончил трапезу. Перед тем как уйти, он долго отвешивал тетушке похвалы, выражал безумное восхищение. Я думала, он не найдет в себе силы вернуться в обыденную реальность никогда. Вот как вкусно готовит моя тетушка!

* * *

В три часа дня мы приблизились к зданию Дома журналистов. Я все-таки убедила Виктора Владимировича, что номера машины стоит на время заменить. Мало ли кому в ходе расследования вздумается нас преследовать? Ни к чему этому «кому-то» знать, кому машина принадлежит на самом деле.

– Что я должен говорить? – разволновался Светин, идя к входу в Дом журналистов.

Я его успокоила:

– Говорить буду я, вы должны только мне поддакивать. Постарайтесь выглядеть как можно более официально. Справитесь?

– Уж как-нибудь…

Вот так болтая, мы очутились на крыльце здания, построенного еще в девятнадцатом веке, перед большой застекленной дверью. Я потянула дверь на себя. Надо заметить, она оказалась тяжелой. Переживавший по поводу того, удастся ли нам провернуть задуманную операцию, Виктор Владимирович, спохватился, и сам дернул за ручку, дабы пропустить меня вперед.

Мы оказались лицом к лицу перед вахтером.

– Вы к кому? – спросила строгая, но вместе с тем безобидная на вид бабулька за столом перед «вертушкой».

Я вынула удостоверение, краем глаза отметив, что Светин делает то же самое.

– Мы журналисты из Пензы. Нам требуется материал по поводу конференции, посвященной проблемам экологии и охране окружающей среды, состоявшейся десятого апреля. К кому можно обратиться?

Вахтерша смутилась.

– Да, что-то такое у нас, кажется, было. Я попробую созвониться с Алексеем Григорьевичем, он – главный редактор «Тарасовского вестника». Кажется, он что-то такое возглавлял…

Мы застыли в ожидании, пока вахтерша свяжется с Алексеем Григорьевичем по телефону.

– Алло? Алексей Григорьевич? Тут какие-то журналисты из Пензы. По поводу конференции десятого апреля. Экология, охрана среды…

В трубке послышалось невнятное бормотание. Потом вахтерша повернулась к нам.

– Какая газета? – зашептала она.

– «Пензенская интеллигенция», – ответила я.

– «Пензенская интеллигенция», – сказала старушка в трубку… – Да… Да… Хорошо.

Старушка повесила трубку и вновь обратилась к нам:

– Алексей Григорьевич вас примет. Четыреста первый кабинет. Лифт там.

Мы миновали «вертушку», вызвали лифт. Пару минут спустя мы петляли по извилистым коридорам старинного здания в поисках четыреста первого кабинета.

Наконец кабинет отыскался. Табличка на двери гласила: «„Тарасовский вестник“. Главный редактор Дмитриев Алексей Григорьевич». Я постучала, дождалась, когда из глубины кабинета донесется «Да!», после чего вошла. Следом за мной юркнул Светин.

Алексей Григорьевич оказался худосочным лысеющим человеком лет сорока. На носу у него сидели круглые очки, а черты лица он имел мелкие.

– Присаживайтесь, – кивнул Дмитриев.

Мы послушно уселись в предназначенные для гостей кресла.

– Мы – журналисты из Пензы… – начала было я, но Алексей Григорьевич меня прервал.

– Был я в Пензе, – задумчиво сказал он, – общался с редакторами и журналистами многих газет, но вот «Пензенскую интеллигенцию» что-то не припомню…

Я сосредоточилась, попыталась поймать вдохновение, широко улыбнулась и заговорила, стараясь одним духом выпалить всю речь, которую импровизировала тут же:

– «Пензенская интеллигенция» – молодая газета, ей меньше трех лет, но даже за это короткое время мы сумели обрести весьма широкий круг читателей, главным образом – из рядов пензенской интеллигенции, для которой, собственно говоря, и создавалась газета.

Алексей Григорьевич удивленно вскинул брови, а я продолжила:

– Газета «Пензенская интеллигенция» освещает самые различные проблемы, берет во внимание всевозможные моменты научной, культурной, политической жизни общества…

Алексей Григорьевич замахал рукой:

– Ладно, ладно! Единственный момент. Мне необходимо посмотреть ваши журналистские удостоверения. Не обижайтесь, но это моя обязанность. Доверяй, но проверяй, как говорится.

Мы с Виктором Владимировичем охотно продемонстрировали главному редактору «Тарасовского вестника» изготовленные пару часов назад «корочки». Алексей Григорьевич повертел сии произведения искусства в руках, хмыкнул и вернул нам.

– Ну-ну, – покачал головой он. – Я вас слушаю. О чем вы хотели расспросить?

Словно вахтерша не сообщила ему, что мы хотели спросить!

– Нас интересуют материалы конференции, посвященной проблемам экологии и охране окружающей среды, состоявшейся десятого апреля, – сказала я. – Понимаете, пензенская интеллигенция чрезвычайно озабочена нынешним положением экологии в стране, чистотой воды в Волге-матушке, положением в соседней Тарасовской области. С момента проведения конференции в Тарасове миновало более недели, а читатели, озабоченные данной проблемой, буквально завалили нас письмами – обычными и электронными. И это совершенно справедливо, ведь варварское отношение современного человека к природе ставит под угрозу само существование рода людского. Оглянитесь вокруг! Стремительно приближаются к той грани, за которой стоит вымирание, многие виды животных и растений. Воздух, земля и вода превратились в смертельные яды благодаря нерациональному использованию радиоактивных отходов…

Дмитриев махнул рукой.

– Все-все! Достаточно! Я прекрасно осведомлен насчет глобальных проблем человечества. Давайте приступим к делу. Я вас слушаю.

– Давайте. Меня интересует план конференции, зачитанные там материалы.

Алексей Григорьевич глубоко вздохнул:

– Доставайте свои блокноты, диктофоны или что у вас там.

Я охотно вынула из внутреннего кармана пиджака записную книжку, ручку и состроила сосредоточенную гримасу, приготовившись записывать. Виктор Владимирович последовал моему примеру, и я подумала, что из него и вправду мог бы получиться не такой уж и плохой актер.

– Вы прекрасно понимаете, насколько актуальна тема, которой была посвящена конференция, – начал Алексей Григорьевич монотонным голосом, тем самым, что способен загипнотизировать, ввести в состояние, аналогичное зимней спячке, кого угодно. – В связи с этим были зачитаны доклады различных выдающихся ученых нашего города из самых разных областей науки. То, что в конференции участвовали экологи, ясно само собой. Кроме того, выступали химики, биофизики, биологи различных направлений, инженеры и даже математики… Всех не перечислишь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное