Марина Серова.

Окончен бал, погасли свечи

(страница 3 из 15)

скачать книгу бесплатно

– Я теперь уже смутно все помню… – печально проговорила Инесса. – Да еще после стольких операций, наркоза… Память моя еще не до конца восстановилась. Я помню только, что многие ходили на пруд купаться. Кто-то в дом заходил, выходил… Но это же еще до того было, как мы в баню пошли! В бане же я не могла ни за чем наблюдать!

– А я спала, – напомнила Кассандра. – И вообще, в тот момент никто не знал, что произойдет такая ужасная трагедия! Все были веселые, радостные. Естественно, никто ни за кем не следил.

– И Владимир Ефремович ходил купаться на пруд?

– А как же! Он плавает отлично, в воде себя как рыба чувствует. Вот только с кем он ходил и когда, я не помню. А Тамара не осталась ночевать, она к этому моменту уже уехала.

– Когда она уехала и на чем?

– Ну так как все были выпивши, то она поехала на автобусе, от дачи до станции совсем недалеко. Это было еще до того, как молодежь пошла париться в баню. Последний автобус отходит в половине девятого вечера, вот на нем она и уехала.

– В общем, пока выходит, что, несмотря на нелюбовь к вам многих из вашего окружения, мотива для убийства не прослеживается. Может быть, убить хотели все-таки Игоря… – Это я не спрашивала, просто рассуждала сама с собой.

– А Игоря-то за что? – Голос Инессы задрожал. – Он-то кому что плохого сделал?

– Не знаю, будем разбираться, – тоном милицейского следователя ответила я. А что мне было еще сказать? Пока что ясного было очень мало.

– Вот, кстати, я вспомнила, – поднялась вдруг со своего места Инесса. – Может быть, вам это поможет…

Она прошла к серванту, открыла его и достала пачку фотографий.

– Это мы снимались в тот день на даче, – пояснила она с печалью в голосе. – Разумеется, это не я проявляла и печатала…

– Это я, – вставила Кассандра. – Я подумала, что это действительно сможет помочь. Ведь фотографии обладают способностью запечатлевать то, что не видно обычному глазу.

Я уставилась на нее в ожидании объяснений.

– Как, вы не слышали об этом? – изумилась Кассандра. – Ну что вы, масса подобных случаев описана в специальной литературе!

– Я не читаю специальную литературу, – отрезала я. – Если только криминалистическую.

– Но это же так интересно! – продолжала вещать Кассандра. – Вот, например, был случай. Мужчина и женщина жили вместе, потом она умерла, и ее похоронили. И вот мужчине однажды стало плохо, он даже потерял сознание… А затем почувствовал, как к нему прикасается чья-то рука. Она гладила ему область сердца, и вскоре мужчине стало лучше, он смог подняться. А когда напечатали фотографию, то на ней ясно была видна женщина – та самая, с которой он жил! И даже в той же одежде, в какой она обычно ходила по дому. Что вы на это скажете?

– Только одно. Кто и когда умудрился сделать фотографию, если мужчине было плохо и он потерял сознание? И главное, зачем?

Мой резонный вопрос поставил Кассандру в тупик.

– Ну я не знаю, в книге об этом не говорилось или я забыла, – наконец произнесла она. – А вот другой случай, совершенно достоверный! В одной семье умерла старушка, мать мужа или жены, я не помню.

А потом эта семья каждое утро стала обнаруживать на плите кастрюлю вкуснейшего борща – именно такого, какой варила эта бабушка. И главное, когда ночью кто-нибудь заходил в кухню, то никого не видел! Тогда они обратились в одну контору, и им установили скрытую камеру. И камера зафиксировала образ этой женщины и то, как она готовит у плиты! Представляете? Но вживую эту старушку так никто и не увидел. А после того, как ее сняла камера, она вообще перестала появляться. И борщ им уже никто не варил.

– Вот незадача, – вздохнула я. – Самим пришлось вертеться.

– Одним словом, – поджав губы, сказала Кассандра, – я надеялась на помощь этих фотографий.

– Возможно, они мне и помогут, – кивнула я. – Только не думаю, что на них проступит лицо убийцы. Но посмотреть, безусловно, стоит.

Я стала просматривать фотографии. На них были хорошо видны просторный двор, накрытый стол и участники вечеринки. Фотографий было много, состав изображенных на них людей менялся, менялось и качество – видимо, фотографировал не один человек.

Кассандра подсела ко мне и, тыча пальцем в лица, рассказывала, кто есть кто.

– Вот это Игорь, – ткнула она в плечистого кудрявого шатена, стоявшего в обнимку с женщиной. Я поняла, что это Инесса. Наконец-то я смогла увидеть ее лицо, каким оно было до страшной трагедии: овальное, с очень нежными чертами, с большими ярко-голубыми глазами.

Инесса тоже подошла к нам.

– Это Ромка, – говорила она, когда я рассматривала невысокого щуплого паренька в шортах и белой футболке. – Это Ольга, это Паша с Дашей… Вот мы все вместе за столом, это на пруду… Это мы в бадминтон играем с Игорем…

Она отвернулась, сдерживая слезы, проступившие то ли от того, что она вновь ощутила утрату жениха, то ли от того, что увидела себя здоровой и привлекательной.

– А где же Кирилл? – спросила я.

– Он вообще не любит фотографироваться, – развела руками Кассандра. – Это в основном он и снимал. Хотя вот он, но здесь его почти не видно.

Действительно, Кирилл Вавилов был изображен со спины, я видела только темный затылок и высокую фигуру в джинсах, обнаженную по пояс. Увидела я и сам дом, который был, как я и предполагала, тоже построен с размахом.

– А изображения бани здесь нет? – спросила я.

– К сожалению, нет, – вздохнув, сказала Кассандра. – Кто же мог знать, что она сыграет такую… роковую роль.

– Если бы знать заранее, никакой роковой роли бы не было, – тихо добавила Инесса.

– Вы возьмете фотографии с собой? – посмотрела на меня Лобоцкая.

– Да, на всякий случай. Не все, а только крупные планы.

Я хотела дома еще раз внимательно рассмотреть снимки в надежде, что найду на них что-то, что укажет мне правильное направление, хотя надежды на это было мало. В коттедже Вавиловых я провела еще около получаса, после чего решила направиться к Ольге Вавиловой. На прощание я запоздало вспомнила о просьбе Кассандры похвалить дом Вавиловых и уже возле двери заметила:

– Какой у вас очаровательный дом. Я ничего подобного не видела в Тарасове. – И растроганная Инесса минут десять рассказывала о том, как Аркадий Леонидович искал нужного архитектора, грамотного, с опытом и художественным вкусом.

* * *

Адрес матери Ольги мне дала Кассандра. Обычный, ничем не примечательный район Тарасова, не центр и не окраина, панельная пятиэтажка с четырьмя подъездами.

На звонок открыла женщина лет пятидесяти, с простым лицом без макияжа, в ситцевом халате в цветочек, с усталым взглядом… Таких женщин в России миллионы, и они мало чем отличаются друг от друга, как судьбой, так и менталитетом. Она выжидательно смотрела на меня, а потом сама спросила:

– Вы к Ольге?

– Да, – обрадовалась я тому, что женщина сразу угадала, кто из ее семьи мне нужен.

– Проходите, – как-то равнодушно проговорила она и пропустила меня в квартиру.

– Бабушка, я хочу книжку читать, – выбежал в прихожую маленький мальчик, кареглазый, круглолицый и румяный.

– Подожди, Алик, сейчас я щи доварю, и мы с тобой почитаем. Пойдем, пойдем. – Она подтолкнула малыша в сторону кухни, а мне кивнула: – Ольга там.

Пожав плечами, я постучала в указанную дверь одной из двух комнат этой квартиры и сразу услышала:

– Да, ну что еще?

Я вошла и увидела сидевшую на табуретке перед трюмо девушку лет двадцати пяти, которая сосредоточенно красила ногти на ногах и всем своим видом выражала недовольство, что ее отвлекают. Она даже не подняла головы.

– Здравствуйте, Ольга, – произнесла я, и девушка тут же повернулась с удивленным видом, далеко в сторону отведя кисточку. Маленькая капелька перламутрового лака упала на пол.

– Здравствуйте, – растерянно ответила Ольга. – А… Что вы хотели?

– Меня зовут Татьяна Иванова, я частный детектив, занимаюсь расследованием преступления, совершенного на даче Вавиловых в июле этого года, – отчеканила я. – Надеюсь, вы понимаете, о чем речь.

Ольга с полминуты молча рассматривала меня, затем закрутила флакончик с лаком, поставила его на трюмо и повернулась ко мне уже всем корпусом.

– Садитесь сюда, – показала она мне на деревянную кровать, покрытую атласным покрывалом. – Только меня уже допрашивали много раз, я все рассказала. И суд скоро… Все же ясно, зачем теперь по новой со мной говорить?

– Я же сказала, что я не из милиции, а частный детектив, – напомнила я. – Я веду собственное расследование.

– А что тут расследовать, если и так все ясно? – Ольга взяла с трюмо, заваленного всякой всячиной, пачку сигарет и закурила.

Мне тоже хотелось курить, и я не стала спрашивать разрешения, уже поняв, что с этой девушкой церемонии излишни. И вести себя с ней нужно уверенно и даже напористо.

– То есть вы уверены, что поджог совершил ваш муж? – спросила я.

– Ну конечно, – пожала плечами Ольга, глядя в сторону с нахмуренными бровями и быстро выпуская дым.

Ольга была привлекательной. Даже в домашнем халате и без прически: ее русые волосы были собраны в хвост на затылке. Черты округлого лица неправильные, но очень симпатичные: большие, широко расставленные серые глаза с чуть заметной раскосинкой, мило вздернутый носик, аккуратный рот с пухлыми губками… Если не красавица, то уж точно сексапильная девчонка. Из-под короткого халатика виднелись стройные загорелые ноги.

«А у Алика глаза карие, – почему-то подумала я. – И вообще он на нее не похож. Наверное, в отца пошел».

– А почему вы в этом так уверены? – спросила я. – Все-таки преступление очень жестокое… Неужели вы не удивились, что ваш муж, человек, с которым вы прожили не один год, вдруг решился на такое? В нем и раньше проявлялись подобные наклонности?

Ольга задумалась. Видно, мои слова вогнали ее в некий ступор.

– Нет, ну… – неуверенно проговорила она, откидывая пушистую челку со лба. – Нет, конечно, никакой жестокости я раньше в Кирилле не замечала – он вообще добрый человек. Но ведь… Ведь все видели, как он шел с канистрой к бане.

– Кто – все? – спокойно уточнила я. – Вы видели?

– Я? – совсем растерялась Ольга. – Нет, я не видела.

– Так кто же видел?

Ольга наморщила лобик.

– Паша видел! – наконец выдала она, обрадовавшись.

– Паша – это муж вашей подруги?

– Да, Даши. Зачем бы он стал врать?

– Это я выясню, – пообещала я, доставая блокнот. – Дайте мне адрес этих Паши и Даши.

– Ой, ну а их-то зачем сюда впутывать? – капризно надула губы Ольга.

– Они и так уже впутаны, поскольку присутствовали на дне рождения и были очевидцами пожара, – усмехнулась я. – Так что диктуйте.

Через полминуты адрес был записан, и я убрала блокнот.

– Ну вот видите, – снова повеселела Ольга. – И вообще, просто так в милицию ведь не заберут.

– Знаете, – со вздохом сказала я, – за свою богатую практику мне не раз приходилось бывать и в милиции, и в суде, и в прокуратуре… И могу вам со всей ответственностью заявить, что не так уж редки случаи, когда и в милицию забирают просто так, и судят невиновного человека. И слава богу, что часто в ходе судебного разбирательства удается выяснить, что обвиняемый не совершал преступления. И в случае с Кириллом вполне возможно то же самое. А главное, мне непонятно, почему вы так радуетесь, что его посадят? Вы что, хотите этого?

Ольга испуганно осеклась.

– Может быть, вы только и мечтали об этом? – продолжала я наступать, не повышая голоса. – Может, это вообще вы все подстроили, чтобы его посадили? Может быть, вы с Пашей в сговоре? Может, это вы подожгли баню?

Я внимательно следила за реакцией Ольги. С каждой моей новой репликой испуг в ее глазах усиливался. Наконец Ольга не выдержала и заголосила:

– Да что вы говорите, что вы говорите-то! Я даже не видела, как все это получилось, меня вообще в тот момент рядом не было!

– Так, а где вы были? – не давая ей опомниться, быстро спросила я.

– Мы на пруд ходили… С Пашкой, с Дашкой, с Кириллом…

– Так, вы мне врете! С каким же Кириллом, если говорите, что он в это время поджигал дачу? Вы путаетесь в показаниях, девушка.

– Ну так… Ой! – Ольга залилась слезами, но, увидев мой прокурорский взгляд, быстро вытерла их и, всхлипывая, продолжала: – Так мы же не все вместе возвращались! Кирилл быстрее всех пошел, а мы еще дурачились по дороге, в прятки стали играть, когда через лес шли… За деревьями прятались, бегали, смеялись… И этот дядька с нами был, моряк бывший, спросите у него.

– Что, тоже за деревьями прятался?

– Он… Нет, он не прятался, он просто шел, но смеялся вместе с нами. Потом Кириллу это надоело, и он вперед пошел, а мы следом. А когда к даче подошли, увидели, что баня горит…

– И Паша вместе с вами подошел?

– Да, кажется…

– Как же он мог видеть, что Кирилл шел с канистрой, если вы не видели?

– Да не знаю я, спросите у него! – закричала Ольга и, не выдержав, расплакалась.

В дверь осторожно заглянула ее мать.

– Закрой дверь! – завопила Ольга, швыряя в сторону двери розовую мягкую тапочку.

Я выждала минуту, потом сказала:

– Немедленно успокойтесь. Слышите? Успокойтесь и вспоминайте все. Вы действительно вчетвером подошли к даче? То есть вы, Паша, Даша, Владимир Ефремович?

Ольга принялась вспоминать.

– Нет, – наконец сказала она. – Даша с Пашей уже там были. И Кирилл. А Владимира Ефремовича еще не было, он на крик прибежал. Даша с Пашей носились вокруг, орали, а Кирилл за столом сидел как тронутый. Пальцем даже не пошевелил, пока мы с ведрами и канистрами с водой бегали. Слава богу, дядька этот, Владимир Ефремович, не растерялся, вытащил Инессу. А Игоря не успел.

Что ж, теперь более-менее понятно, почему никто не видел, как начался пожар. И опять же не ясно: где в этот момент была Тамара? И когда Паша мог видеть, что Кирилл несет канистру с бензином? И почему он уверен, что именно с бензином? Словом, вопросов было очень много, но вряд ли Ольга могла дать на них ответ. Эти вопросы я оставила на потом, на другое время и место, а пока обратилась к Ольге:

– Теперь расскажите мне про Игоря. Что вы о нем знаете? Все-таки вы примерно одного возраста, наверное, общались с ним. Тем более что он был друг Кирилла.

– Да я бы не сказала, что они так уж сильно дружили, – успокоившись, что разговор перешел на мирные темы, ответила Ольга. – Мне, честно говоря, этот Игорь не очень нравился.

– Почему?

– Ну он был какой-то нагловатый парень. Я таких не люблю.

– Скромных, значит, любите, – кивнула я.

Ольга вспыхнула.

– Вот вы смеетесь надо мной, – с упреком сказала она, – а я, между прочим, вам все как на духу рассказываю.

– За это огромное спасибо, конечно, – поблагодарила я, хотя была на сто процентов уверена, что Ольга рассказывает мне далеко не все. – Рассказывайте дальше.

– Ну… – Ольга замялась. – А что еще рассказывать-то? Мне он не очень-то был нужен, этот Игорь. Ну дружил с Кириллом, потом стал к Инессе клинья подбивать. Она, естественно, сразу растаяла. Клуша старая! – фыркнула Ольга, наглядно продемонстрировав свое рабоче-крестьянское происхождение.

– Вы недолюбливаете Инессу?

– С чего вы взяли? – тут же округлила глаза девушка.

– Вы ни разу не были у нее в больнице, – заметила я.

– А-а-а… – Ольга снова помрачнела. – Не была, потому что там постоянно торчала эта Кассандра. А я знаю, что она терпеть меня не может. А за что? Я, между прочим, законная жена, а вот она никто. Приживалка! Я сто раз говорила Кириллу, чтобы он запретил ей у нас появляться, а он как тряпка!

Мне уже давно было ясно, что за внешней идиллией, царившей в этом кругу, большинство членов компании терпеть друг друга не могли. Неизвестно, правда, какие чувства испытывали люди, с которыми я еще не встречалась, в частности Владимир Ефремович и Ромка. Насчет Тамары у меня уже выработалось кое-какое мнение, и мне казалось, что оно верное. Но это все эмоции, а вот мотивы, мотивы! В первую очередь, конечно, приходят на ум деньги. Но тогда все паши-даши, тети тамары и владимиры ефремовичи вообще не должны браться в расчет, поскольку не имеют к наследственным делам Вавиловых никакого отношения. Тем не менее без их показаний мне все равно не обойтись, как ни крути. Пока еще четкой кандидатуры на роль преступника не вырисовывалось.

– Альфонс несчастный! – продолжала тем временем разоряться Ольга в адрес покойного Игоря Кириченко. – Тунеядец!

– Почему тунеядец, он что, не работал?

– А зачем ему? – презрительно скривила губы Ольга. – Его же Инесса содержала! Нашел себе мамочку! Если честно, надоел он мне до смерти! Каждый день к нам таскался, торчал с утра до ночи, еще и ночевать иногда оставался. А у нас, между прочим, ребенок маленький. А Инесса, нет чтобы им заниматься, нам помогать, себе сыночка завела!

– А почему, собственно, она должна была заниматься вашим ребенком? – усмехнувшись, спросила я.

– А что ей еще делать-то? И потом, она, считай, ему бабушка…

– Ну вы-то тоже, кажется, не обременены особыми делами, – заметила я. – И все-таки вы его мать, а она даже не бабушка.

– Все равно, – буркнула Ольга. – Надоел этот Игорь.

– Настолько надоел, что его убили?

– Вы опять за свое! – вскричала девушка. – Не убивала я его! Я же говорю, когда я пришла, там уже люди были и огонь вовсю полыхал. Так что у меня алиби!

И она с победным видом посмотрела на меня. Я же думала о другом. Если Игорь нигде не работал, значит, версия о том, что ему мог желать зла кто-то из коллег, отпадает сама собой. Инесса тоже была, если так можно выразиться, домохозяйкой. Следовательно, причины трагедии надо искать внутри этой компании, внутри отношений. Личных, финансовых – не знаю пока. А чтобы понять отношения внутри, порой нужен свежий взгляд снаружи. Внутри они уже все перегрызлись между собой, пусть и не открыто. Скрытый конфликт между многими налицо. А вот со стороны всю картину мог наблюдать Владимир Ефремович. И, насколько я успела понять его характер по рассказам, он был разумным человеком, не склонным к сплетням и огульному охаиванию своих знакомых. Пожалуй, следующий, с кем мне стоит пообщаться, это он. А также на повестке дня у меня Кирилл Вавилов. Для того чтобы с ним встретиться, мне, естественно, придется пойти на поклон к своим друзьям из милиции, благо что приятелей-ментов, готовых оказать мне бескорыстную помощь, у меня достаточно.

– Ваш брат Роман сейчас дома? – спросила я.

– Нет, – буркнула Ольга.

– Но вообще он живет здесь?

– Вообще – здесь, но сейчас его нет, – не скрывая неприязненного отношения ко мне, сказала девушка. – И когда он будет, я не знаю. Вы еще и Ромку приплетаете!

– Ладно, Ольга. – Я поднялась. – На сегодня я вас покидаю, но можете не сомневаться, что встретиться нам еще придется, и, возможно, не раз.

– Я вам все! уже! рассказала! – хлопая себя рукой по коленке, почти прокричала Ольга.

– Нет, не все, – улыбнулась я и пошла к двери. – До свидания.

* * *

Владимир Ефремович Стоянов имел свой собственный дом. Ему было далеко до роскоши коттеджа Вавиловых, но все же он представлял собой добротную постройку, одноэтажную, но с мансардой. Дом был обложен кирпичом, белый чередовался с красным. Высокое крыльцо, веранда. И главное, чисто и ухожено. В палисаднике все было аккуратно подметено, деревья – подстрижены. Мне понравились осенние астры – мохнатые, крупные, разных расцветок, хотя я вообще-то не люблю эти цветы. Еще краше выглядели белые и розовые хризантемы. Роскошных роз, о которых говорила Кассандра, я в палисаднике не увидела, но, должно быть, Владимир Ефремович выращивал их в специальном помещении, если занимался их разведением круглый год.

Адрес Стоянова, естественно, был раздобыт у Инессы, как и номер телефона, по которому я позвонила ему и договорилась о встрече. Я не сомневалась, что Стоянов сразу на нее согласится, и не ошиблась. Он уже стоял на крыльце, поджидая меня, – действительно, высокий статный мужчина с благородной сединой на висках и мужественным лицом моряка. И хотя он был одет в обычную рубашку и мягкие домашние брюки, я четко себе представила, как, вероятно, идет ему парадная морская форма.

– Машину вы сюда, к сожалению, не загоните, – поздоровавшись, крикнул он мне. – Места мало. Мне самому приходится свою на стоянку ставить. А так хотелось собственный гараж иметь.

– Ничего страшного, – махнула я рукой. – Она у меня на сигнализации, да и ненадолго я к вам, Владимир Ефремович.

– Ну это как разговор пойдет, – улыбнулся он, приглашая меня в дом.

Внутри дом был деревянным.

– Это я сам его кирпичом обкладывал, – пояснил Стоянов. – Можно было, конечно, заново построить, но я дерево люблю. Запах от него, знаете, какой-то особенный, домашний, родной… И теплее в деревянных стенах, чем в каменных. Сентиментальным становлюсь на старости лет, что ли…

И он тихо засмеялся, покачав головой, без всякого намека на кокетство. На столе стояли большой чайник, мисочка с вареньем, ваза с конфетами. Мне Владимир Ефремович налил чаю в большую чашку, а себе – в темно-вишневую кружку.

– Признаться, я обрадовался, когда вы позвонили, – медленно проговорил отставной моряк.

– Я это почувствовала по вашему тону, – призналась и я. – Вы не верите в виновность Кирилла?

– Нет, не верю. И, честно говоря, не знал, что делать, чтобы ему помочь. Общался, конечно, с милицией, приводил им свои доводы, но кто меня станет слушать? Решил, что будем ждать суда, а там уж разберутся. Конечно, надеялся там выступить, многое объяснить, чтобы суду понятно стало, что парень ни при чем. А все равно на сердце неспокойно было, нехорошо.

– Вы так уверены только потому, что много лет знаете Кирилла? – спросила я.

– Нет, не только. Хотя и это имеет значение. Я действительно знаю Кирилла не то что много лет, а с самого рождения. Я был дружен с его отцом и матерью.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное