Марина Серова.

Одна на миллион

(страница 2 из 15)

скачать книгу бесплатно

– Кира Леонидовна, я твердо убеждена, что каждый должен сам нести свой чемодан.

– А как же, простите меня, широкая сфера самых разнообразных услуг? Там каждый работник несет чужой чемодан и получает за это соответствующее вознаграждение.

– Частный детектив – это профессия узкой направленности. Я работаю не на потребу журналистам и читателям криминальных полос, я решаю проблемы конкретных граждан, – с чувством собственного достоинства сказала я.

По растерянному взгляду Барановой было нетрудно догадаться, что она не поняла до конца мое жизненное кредо.

– Ну хорошо, не захотели помогать моей дочери так не захотели. Наверное, она с вами неправильно разговаривала. Мария у нас девочка с характером. Знаете, мы с мужем были против того, чтобы она стала журналисткой. Это же несерьезно! Журналист – это даже не писатель, каждое его слово подвергается редактированию, но Маша не понимала этого. – Баранова горько вздохнула и продолжила объяснять мне свою жизненную позицию: – У нас было честолюбивое стремление дать Марии экономическое образование, если не за границей, то хотя бы в Москве. Думали, что она станет помогать нам в бизнесе, но Маша уперлась, подала документы на журфак, и отговаривать ее было уже бесполезно. Не скрою, я была бы даже рада, если бы этот испытательный срок вызвал у Марии стойкое отвращение к профессии журналиста. Еще не поздно получить второе образование. Но сначала надо ее найти и вернуть в семью.

Я стала задавать Кире Леонидовне вопросы, ответы на которые должны были очертить круг общения пропавшей девушки. Баранова охотно отвечала, черпая информацию в памяти своего мобильного телефона.

– Ну вот, собственно, и все, – сказала клиентка, откинувшись на спинку кресла. – У Марии была близкая подруга, Наташа, они со школы еще дружили, но она месяц назад вышла замуж и уехала с мужем в Москву. Ее новые координаты мне неизвестны, думаю, они вам и не нужны. Так что осталась только одна подружка, Настенька Можжухина, и мальчик тоже один, Кирилл Одинцовский.

Да уж, список ее друзей был не слишком длинный! Я пока не знала, хорошо это или плохо.

– В какую газету устраивалась на работу Мария?

– Не знаю, – пожала плечами Баранова. – А разве Маша вам не сказала?

– Нет.

– Вы спросите у Насти, она, должно быть, в курсе. Еще вопросы есть?

– Кира Леонидовна, у меня есть одна просьба…

– Какая?

– Я хотела бы побывать у Маши дома, возможно, там что-то подскажет, где ее надо искать.

– Не сейчас. У меня, знаете ли, много работы, поэтому я не могу немедленно сопроводить вас на квартиру. Позвоните мне после шести, и мы обо всем договоримся. Нет, лучше я вам сама позвоню.

– А в милицию вы будете обращаться? – поинтересовалась я напоследок. Собственно, мне было ни горячо ни холодно оттого, будет ли моя клиентка озадачивать поисками своей дочурки правоохранительные органы. Это было ее личным делом. Меня параллельные расследования никогда не волновали.

Баранову мой вопрос сильно смутил.

Она стала лихорадочно теребить в руках визитницу, а почувствовав, что пауза стала неприлично долгой, изрекла:

– Пока нет.

«Странно, – подумала я про себя, – как правило, родители первым делом бегут в милицию, если, конечно, преступники не требуют выкупа и молчания. В данном случае ни о каком похищении с целью выкупа речи не шло, но Мария, как минимум, четвертый день не возвращалась домой».

– Ну, нет так нет.

– Я надеюсь, что вы, Татьяна, быстро найдете мою дочь.

– Я постараюсь.

– Тогда до вечера, – махнула рукой хозяйка кабинета, давая понять, что аудиенция закончена. – Работайте!

Сделав для себя определенные выводы, я покинула кабинет Барановой. Сказать наверняка, что исчезновение ее дочери напрямую связано с журналистским расследованием, я не могла. Но пока это было основной версией.

«Таня, а может быть, Машка вовсе никуда и не пропала, а только создала такую видимость, чтобы потрепать тебе нервы? Что ж, очень даже может быть. Даже Кира Леонидовна не отрицала, что у ее дочурки прескверный характер. Инсценировка – это версия номер два».

Сев в машину, я первым делом позвонила на мобильник Насте Можжухиной, которая дала Барановой-старшей наводку на мою скромную персону.

– Алло, – нехотя ответил гнусавый голос.

– Настя?

– Да, я. А это кто? Я что-то не узнаю.

– Частный детектив Татьяна Иванова. Я занимаюсь…

– Знаю, помогаете Машке устроиться на работу в редакцию.

– Нет, я занимаюсь поисками пропавшей Марии Барановой. Меня наняла Кира Леонидовна. Нам надо срочно с тобой встретиться.

– Ну я не знаю, – прогундосила девушка. – У меня нет времени…

– Ты на работе? Я могу подъехать к тебе в обеденный перерыв.

– Нет, я не на работе, но… – Настя не могла быстро придумать стоящую «отмазку», поэтому, немного подумав, сказала откровенно: – Но я не вижу смысла встречаться. Я уже все рассказала Машкиной матери. Что вам еще от меня надо?

– Настя, кажется, до тебя так и не дошло – твоя подружка пропала, она уже несколько дней не появляется дома, не отвечает на звонки мобильника и вообще не дает о себе знать.

– Знаю. А вы с Кирюхой разговаривали?

– Лично я – нет, но Баранова разговаривала с Кириллом. Он вообще не в курсе. Давай встретимся с тобой через полчаса…

– Нет, – заупрямилась Можжухина, давая мне все основания подозревать ее в сговоре с Машкой. – Я так быстро не соберусь. Полчаса! Мы же не в армии!

– Я могу подъехать к тебе, – пошла я напролом.

– Этого еще не хватало! У меня не убрано, к тому же предки должны скоро прийти. – Моя собеседница нашла сразу два предлога, чтобы не приглашать меня к себе домой. Они оба показались мне несерьезными. Я прониклась убеждением, что Настю надо дожать любыми путями, вынудив согласиться на встречу.

– Так, Настя, мне кажется, ты что-то скрываешь от следствия, – строгим тоном сказала я.

– Какого еще следствия! – огрызнулась Машина подружка. – Что все так переполошились-то и меня крайней сделали? Можно подумать, она первый раз пропадает…

– А вот это уже интересней… Не хочешь встречаться, ответь на мои вопросы по телефону, – предложила я и услышала около уха какой-то гудок.

– У моего мобильника сейчас батареи сядут, – радостно сообщила мне Настя. – Так что диалога не получится.

– Тогда жди в гости, адрес у меня твой есть, а твои родители нам не помешают. Наоборот, даже помогут…

Наверное, девушка поняла, что моя настойчивость не знает меры, поэтому нехотя выдавила из себя:

– Ладно, давайте встретимся через полчаса.

– Ты точно придешь, не обманешь? Иначе…

– Да, точно! Зачем вы переспрашиваете? Все равно ведь не отстанете от меня! Только я все равно не знаю, где Машка.

Молодец, Таня, тебе таки удалось вырвать у нее обещание! Как говорится: не мытьем, так катаньем, но дожала!

В трубке снова что-то тренькнуло, и пока связь не оборвалась окончательно, я обозначила место встречи и то, во что буду одета.

Только положив трубку, я поняла, что радоваться рано, общение с Можжухиной наверняка не будет сердечным. Настя не скрывала, что не расположена к откровенному разговору.


Я сидела за столиком летнего кафе и нервничала. Настя опаздывала уже на двадцать минут. На звонки она не отвечала, пропавшая Маша Баранова тоже была вне зоны доступа. От скуки я обзванивала все номера, к которым она была подключена за последний год, но результат от этого был нулевой.

– Это вы Татьяна? – вдруг спросил меня гнусавый голос, заставивший моментально отвлечься от телефонных забав.

Можжухина была высокой русоволосой девушкой, симпатичной, но с унылым выражением лица.

– Да, это я. Садись, Настя. Мороженое заказать?

– Мороженое? Нет, меня от него тошнит, – проворчала она, плюхнувшись на стул. – Лучше сок, яблочный.

Я позвала официантку, заказала сок для Можжухиной и кофе для себя. Надо сказать, это была уже третья чашка эспрессо, но девушку в кружевном переднике однообразие моих заказов ничуть не смутило. Она мило улыбнулась и пошла к барной стойке, предоставив нам возможность общаться с Настей.

– Ну и о чем вы собираетесь со мной разговаривать? – осведомилась Можжухина, вульгарно откинувшись на спинку пластмассового стула.

Прежде чем задать первый вопрос, я внимательно присмотрелась к ней – уж не наркоманка ли она? Во всяком случае, такая мысль мелькнула у меня в голове. Уж больно выглядела она затравленно… Нет, вены не исколоты, зрачки глаз тоже нормальные, не расширены и не сужены… Но вот не дарила Настя почему-то миру свой позитив, и все тут!

– Когда ты в последний раз общалась с Марией?

– Это вы Машку так называете? – усмехнулась Настя. – Она терпеть не может, когда к ней так официально обращаются.

– Почему?

– Понятия не имею.

– А что еще она терпеть не могла? – спросила я, закуривая.

– Как раз вот этого.

– Сигаретного дыма?

– Вот именно, – сказала Можжухина, брезгливо поморщившись, и мне пришлось потушить сигарету. – А еще она терпеть не могла, когда за ее спиной о ней разговаривают.

– Сейчас случай особый. Возможно, ее жизни угрожает опасность…

– Ой, не верю я в эти сказки!

– Почему?

– Она со школы такие корки мочила! В десятом подговорила весь класс уйти с урока математики и оставила училке послание на доске, чтобы искали нас в поезде Тарасов – Москва… Правда, староста никуда не ушла и вытерла доску, поэтому все сорвалось… Потом в прошлом году Машка вроде бы как пропадала, Барановы такой кипеж подняли, всю милицию на уши поставили, а она с Кириллом в круиз по Волге на теплоходе укатила. Конечно, Машка думала, что предки об этом не узнают, они ведь за границей были, но вернулись на неделю раньше…

– Однако сейчас Кирилл здесь, в Тарасове, и он не знает, где Маша. Или знает и молчит?

– Ну, может, она кого другого подцепила, – после некоторых раздумий высказалась Можжухина. – Кирюха-то у нее не первый…

– Настя, ты хочешь сказать, что твоя подруга вот такая отчаянная эгоистка, что она могла с кем-нибудь познакомиться, забыть про все на свете: про работу, Кирилла, родителей, наконец, и уехать с малознакомым человеком куда-нибудь развлекаться? – Задав этот вопрос, я не заметила на лице своей собеседницы отражения мыслительных процессов. Казалось, она ждала, когда же наше общение закончится и можно будет пойти по своим делам. – Настя, так что ты об этом думаешь?

– О чем? – спросила девица так, будто она меня совсем не слышала.

– Мне показалось, ты хотела сказать, что Маша – девушка влюбчивая, способная на непредсказуемые поступки и…

– Ничего такого я не хотела сказать, – оборвала меня Можжухина. – Я не знаю, где Баранова, и все тут! Я вообще ничего не знаю и знать не хочу!

– Как это ничего не знаешь?

– А так!

– Но это же ты наплела Кире Леонидовне, что я взяла у Маши деньги, а помогать ей не стала. Зачем ты ей соврала? – осведомилась я, подавшись всем телом вперед.

– Ничего я не соврала! – огрызнулась Можжухина. – Мне Машка сама так сказала.

– Неужели?

– А разве это не так?

– Конечно, нет! Я отказалась помогать Барановой, и она пригрозила мне, что выкинет какой-нибудь фортель. Вот и выкинула, оговорила меня…

– Да, Машка на многое способна, только я тут ни при чем, – Настя кисло улыбнулась.

– А я тебе не верю. Баранова, наверное, у тебя дома сидит и строчит статейки в газету?

– Еще чего! – возмутилась Настя. – Я с ней сама на грани ссоры…

– С чего бы это вдруг?

Можжухина немного подумала, потом отпила сока и стала вещать:

– В общем мне срочно понадобились деньги, приличная сумма, такую мне могла одолжить только Машка. Я пришла к ней домой, чтобы попросить взаймы, а она меня слушать не стала, а начала ныть про свои проблемы, про испытательный срок и все такое прочее. Только я думаю, что это совсем не проблемы. Достаточно было одного звонка папочки или мамочки редактору газеты, так ее без всякого испытательного срока бы взяли. Но Машке стукнуло в голову – ее предки должны быть уверены в том, что она сама устроилась на работу. Кирилл подкинул ей идейку насчет частного детектива…

– Кирилл? – не поверила я.

– Да, Кирилл. Он и ваш телефончик где-то надыбал. Так вот Машка сказала, что вы берете дорого, и вся ее наличка уйдет на оплату детективных услуг, а потому она мне денег дать не может. Ну я потом ей через пару дней перезвонила, она сказала, что сама каким-то расследованием занимается, а деньги вроде бы ушли.

– А каким расследованием она занималась?

– Что-то там с паленой водкой связано, я деталями не интересовалась, – с видимым усилием процедила Можжухина. – Оно мне надо?

– Неужели совсем не интересно было?

– У меня свои проблемы, – сказала Настя.

– Какие, если не секрет? – поинтересовалась я.

– Это вас не касается. – Настя сделала несколько глотков сока, а потом вдруг бросила мне: – Вы же мне денег на аборт не дадите, вот и не лезьте в мою жизнь со своими расспросами!

Эта фраза все прояснила, и я даже пожалела, что проявила чрезмерное любопытство. Так глубоко лезть в личную жизнь свидетельницы я не собиралась. Изводить ее разными щекотливыми вопросами охота отпала.

– Хорошо, будем говорить только о твоей подруге. Она правда детективы не читала?

– Раньше читала, а потом в университете ей внушили, что криминальное чтиво – это пошло, что детективчики читают только тупые домохозяйки.

– Ясно. А в какую редакцию Маша устроилась, ты знаешь?

– Без понятия. Она не говорила.

– Жаль. Тогда вспомни, пожалуйста, когда ты приходила к ней домой?

Можжухина немного подумала, а потом назвала дату. Оказалось, что она видела Машу в тот же день, что и я, а через два дня Баранова уже занималась своим первым журналистским расследованием, но еще никуда не исчезла. На этом полезная информация закончилась, далее пошли жалобы на несчастную любовь, несправедливость судьбы и дороговизну частной медицины. А в заключение Можжухина попросила у меня денег взаймы. Чисто по-женски мне было жалко забеременевшую девушку, но денег на аборт я ей тоже не дала. Настя психанула и ушла, обозвав меня ханжой. Это меня не слишком обидело, расстроило только то, что время было потрачено впустую. Настя оказалась не в материале.

Я достала мобильник и стала звонить Кириллу.

– Алло, – практически сразу ответил мужской голос.

– Кирилл? – на всякий случай уточнила я.

– Да, это я.

– Это частный детектив Татьяна Иванова.

– Я чувствовал, что вы мне позвоните, – с некоторой обреченностью признался молодой человек.

– Даже так? Вам есть что мне сказать о местонахождении Маши? – прямо спросила я.

– Нет, я сам обеспокоен ее исчезновением.

Честно говоря, я ожидала услышать другой ответ, тем не менее спросила:

– Мы могли бы сейчас встретиться?

– Я не могу отпрашиваться, еще и месяца не прошло, как я устроился на работу… Здесь все очень строго. Давайте встретимся вечером, после пяти.

– Хорошо. Где ты работаешь?

После некоторой паузы Кирилл назвал адрес фирмы, где работал системным администратором, а я в свою очередь сказала ему номерной знак своей «девятки». Короче, я забила «стрелку» с человеком, который посоветовал Машке обратиться ко мне и который чувствовал, что я ему позвоню. Встреча обещала быть интересной, но до нее еще было полдня.

Я вернулась домой.

Глава 3

Начинать расследование с вопроса гадальным двенадцатигранникам стало моей доброй традицией. Выдвинув ящик тумбочки, я потянулась за малиновым мешочком, в котором лежали косточки, но тут в комнате зазвонил телефон. Я не глядя схватила мешок и метнулась к аппарату. Косточки вывалились на пол прежде, чем я успела задать им хорошо продуманный вопрос.

– Алло! – сказала я с раздражением.

– Тань, привет! – грустно проговорила моя подруга Ленка-француженка. – Что делаешь?

– Как что? Работаю.

– А у меня отпуск. Уже неделя прошла, а я все дома сижу и не знаю, чем себя занять. Как подумаю, что еще без малого два месяца впереди, так выть хочется. Тань, может, ты зайдешь ко мне в гости, поболтаем, кофейку попьем с коньячком?

– Нет, Леночка, не могу. Я за новое дело взялась, причем без всякого перерыва. Вчера с одним разделалась, а сегодня другое навалилось.

– Вечно у тебя так, – заметила Ленка.

– Как так?

– Финишная черта является стартовой для нового забега. Не боишься повторить печальную участь загнанных лошадей?

– Боюсь, но все равно бегу. Лена, думаю, что после этого расследования будет перерывчик, тогда сразу к тебе в гости нагряну. А ты, подруга, не скучай! Знаешь, а ты возьми путевочку на турбазу!

– На какие шиши? Я на отпускные долг по квартплате погасила, хотела вчера новый любовный романчик купить, но он так дорого стоил. – Ленка начала изливать на меня свои извечные проблемы, но я не стала ее долго слушать, а сказала, что опаздываю на встречу с клиенткой.

Положив трубку, я наклонилась над косточками и посмотрела на выпавшую комбинацию чисел: 4+20+25. Это сочетание трактовалось так: «В принципе нет ничего невозможного для человека с интеллектом». Пару секунд назад я спрашивала себя о том, могла ли Маша в своем первом журналистском расследовании докопаться до истины и спровоцировать преступление. Наверное, косточки ответили мне именно на этот вопрос. В наличии интеллекта у Барановой-младшей сомневаться не приходилось, все-таки она окончила не какое-нибудь ПТУ, а факультет журналистики университета. Что касается ее детективных способностей, то мне о них пока ничего не было известно. Однако все с чего-то начинают… Маша, кажется, взяла старт с паленой водки.

Я вдруг вспомнила, что редактор дал Барановой несколько тем, но она почему-то начала с подпольного изготовления спиртных напитков. Интересно, богатый ли у нее был выбор или алкогольная тема оказалась самой вкусной? Да и в какой газетке Мария собиралась печататься? Стоп! Машуля говорила, что на криминальные темы писал некий Гена, пока не получил чем-то тяжелым по головушке и не угодил на больничную койку с черепно-мозговой травмой. В принципе я знала всех журналистов, которые вещали о тарасовских преступлениях, но ни одного Геннадия среди них не было. Точнее, был один, но несколько месяцев назад он перебрался в столицу. Или я о ком-то забыла?

Сделав ревизию во всех шкафах и на всех полках, я насобирала добрый килограммчик макулатуры. Бегло просмотрев газеты, завалявшиеся у меня дома, я пришла к выводу, что пресса полезна уже тем, что учит не доверять журналистам. Особенно это касалось криминальной хроники. Вот взять, к примеру, репортаж о недавнем дорожно-транспортном происшествии на улице Чапаева… Ни одного слова правды…

«Таня, успокойся, это совсем не касается твоего сегодняшнего расследования».

Выкурив сигаретку, я стала просматривать газеты дальше, и мой взгляд наткнулся на подпись под одной групповой фотографией. Третьим справа на этом снимке был Баранов С.П. Я присмотрелась к его физиономии повнимательней и окончательно убедилась, что это – отец Машеньки. Конечно, живьем с ним встречаться мне еще не доводилось, но на фотографии в кабинете Киры Леонидовны был, несомненно, именно этот человек. Прочитав статью, я поняла, что Семен Петрович Баранов был чиновником областного масштаба и не так давно начал курировать вопросы розничной торговли.

Ну хоть какой-то толк от чтения газет – узнала, кто муж моей клиентки! А вот издания, в котором на криминальные темы писал некий Геннадий, я так и не нашла. Либо он печатался под псевдонимом, либо в Тарасове появилась новая газета, а я по причине своей вечной занятости пропустила презентацию первого номера. Непорядок!

Я знала, что не успокоюсь, пока не получу ответ на свой вопрос, поэтому не поленилась выйти из дома и прогуляться до ближайшего киоска «Роспечати». Просканировав глазами полки и витрины, я остановила свой взгляд на одном незнакомом мне издании. Его название было очень коротким: «Мы».

– Девушка, сколько стоит вот эта газета?

– Пять рублей.

– А у вас только этот номер или есть еще старые?

– Сейчас посмотрю. Да, вчерашний номер остался.

– А еще старее?

– Нет, эту газету хорошо раскупают.

– Тогда давайте мне оба номера.

Я вернулась домой и стала просматривать только что купленную прессу, выделяя сенсационные заголовки. Новая газета мало отличалась от остальных. Разве что кулинарная рубрика находилась почему-то не на последней странице, как это обычно бывает, а на первой. Хотя в этом был свой смысл, ведь человек должен питаться как минимум три раза в день. А для голодного все другие проблемы действительно уходят на второй план. Как я и ожидала, «Мы» не спорили с предрассудками читателей, но опирались на них. А число читательских откликов на статьи было обратно пропорционально важности затронутой темы. Терпеть не могу эти отклики!

«Таня, ты опять завелась! Выпей кофейку, выкури сигаретку и успокойся, журналистику все равно не переделать».

Минут через пятнадцать я снова взяла в руки последний номер газеты «Мы», перечитала его от корки до корки и констатировала факт, что в нем о криминале не было сказано ни слова. Можно было подумать, что преступность в нашем городе уже искоренили. Таня, а может, дело не в отсутствии преступлений, а в том, что нет журналиста, пишущего на криминальные темы? Побитый Гена отлеживался на больничном, а Маша куда-то исчезла. Или я не права? На последней странице, в самом низу я обнаружила номера контактных телефонов и позвонила по одному из них.

– Здравствуйте! Я могу услышать Марию Баранову?

– Вы, наверное, ошиблись. У нас нет такой.

– Как это нет? Она мне дала этот телефон, сказав, что стажируется в газете «Мы»…

– Ах, вон вы про кого… Я уже про нее и забыла… Наверное, она передумала к нам на работу устраиваться. Получила задание, ушла, и все… уже неделю от нее ни слуху ни духу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное