Марина Серова.

На всю катушку

(страница 2 из 11)

скачать книгу бесплатно

– В день? – едва ли не взвыл Демидов. – Да у меня столько директор овощебазы в месяц получает!

– Ну что ж, – спокойно произнесла я, – тогда пусть директор овощебазы вас и охраняет. Это и для бюджета фирмы лучше, и для вас, по-видимому, надежнее.

– Но он не может охранять меня, – прямо-таки с детской непосредственностью выговорил Демидов. – Положение критическое!

Видно, оно и в самом деле было критическим, потому что человечек затрясся и отвалил нижнюю челюсть на собственную грудь. Вероятно, он представил себе радужные жизненные перспективы в случае, если у него не будет надежного поводыря, способного защитить его от любых недругов днем и ночью.

– Ну хорошо, хорошо, – неожиданно для себя самой сказала я, – триста долларов, и эта моя последняя цена.

– Но ведь это в день, – пролепетал он, – а они уже ждут меня там, внизу.

– Кто ждет вас внизу? Рассказывайте, Сергей Викторович, я слушаю.

И он рассказал. Из его сбивчивого и сомнительного, как и его внешность, рассказа я сумела уяснить, что ему угрожают, по-видимому, представители одной из преступных группировок города. По словам Демидова, на днях он отказался продать магазин известному бандиту Игорю Маркелову. «Король» открыл его буквально на днях. Как я поняла, это был тот самый супермаркет, который я сегодня посетила.

Маркелов был сильно разгневан и пригрозил Демидову, что в самом скором времени жизнь его может сильно осложниться. И, судя по всему, слово свое сдержал. Потому что вчера взлетел на воздух демидовский лимузин, а через несколько минут Сергею Викторовичу позвонили и мерзким, гнусавым голосом пообещали продолжения подобных акций, если Демидов не уступит упомянутый выше магазин и не предоставит некоторую сумму денег в качестве моральной компенсации.

Естественно, разгневанный «король» хотел было позвонить куда следует, благо у него был прихват и в облдуме, и в органах…

Но только он набрал номер, как связь оборвалась, а потом все тот же гнусавый голос переводчика плохих западных видеофильмов довел до его сведения, что сумма компенсации удваивается, а если Демидов будет продолжать себя вести в таком же духе, то можно испробовать более эффективные методы воздействия. Особенно если учесть, что Демидов не один на белом свете и у него есть дочь, которую он, по всей видимости, очень любит.

Ему посоветовали сидеть в своем городском особняке и не рыпаться. То есть мирно ждать, когда ему позвонят и определят время и место передачи денег.

– Обычно я же живу в своем доме в ста километрах от областного центра, – сказал он.

Многое в его рассказе показалось мне каким-то несообразным и искусственным, особенно то, что Маркелов захотел купить у Демидова магазин. Зачем ему, бандиту, магазин? А если он хочет таким образом начать легализацию своего бизнеса, зачем ему снова лезть в криминал, шантажируя известного и влиятельного бизнесмена? Да и не слыхала я, чтобы у Маркелова, обычного, стандартного, в общем-то, бандита, были сложные системы прослушивания, прямо как у серьезных спецслужб.

Не того он калибра. Хотя…

То, что клиент, или, скажем так, потенциальный клиент, определенно некоторые детали замалчивает, тоже не новость. Если я буду с ним работать, все рано или поздно так или иначе всплывет. Словом, никакой чрезвычайщины, как испуганно представил мне положение вещей Демидов.

Впрочем, на десерт мне пришлось выслушать такое, что не поймешь, смеяться тут или плакать.

Одним словом, Демидов захотел нанять себе сверхнадежного телохранителя. По рекомендации Астахова он отнес в эту завидную категорию вашу покорную слугу и, не откладывая дела в долгий ящик, отправился прямиком ко мне. Естественно, узнав мой домашний адрес, он вырядился, как пугало, в полном восторге от своего маскарада сел в раздолбанный «уазик» и поехал, а за ним на некотором расстоянии следовал джип с охраной. Тоже мне охраннички!

Потом его от джипа то ли оттеснили, то ли сам потерялся, на что, по-моему, он вполне способен. Ну и зависла у него на хвосте эта «Ауди», будь она неладна. А так как Сергей Викторович водитель феноменальный, как он с гордостью мне поведал, то ему удалось оторваться от погони. Правда, есть тут один щекотливый нюанс: пока Сергей Викторович колесил по дворам в поисках моего местожительства, бравые ребята на «Ауди» опять его обнаружили. В тот момент, когда он заходил в мой подъезд, иномарка въезжала во двор. Хотя скорее всего они Демидова и не видели, зато наверняка видели его запертую машину и поняли, что хозяин не бросил ее в панике, а просто оставил и ушел по делу. И, вероятно, вскоре вернется.

Я выглянула в окно, из которого открывался вид во двор.

Там в самом деле торчал какой-то грязно-серый «уазик», собранный, вероятно, еще в эпоху волюнтаризма и кукурузизации всей страны и не мывшийся примерно с того же времени.

– Это и есть ваша машина, Сергей Викторович? – кивнула я.

– Да, – сказал он и, очевидно, прочитав в моем взгляде сомнение, многозначительно добавил: – Еще при Брежневе покупал. Первая моя машина. Мне тогда девятнадцать лет было, когда я ее отхватил.

И такое умиление излучал его сияющий взор, что, честное слово, мне стало неловко хотя бы намекнуть на то, что автомобили иногда как бы подвергаются мойке, а одрам раннебрежневских времен это и подавно показано.

Возле любимой демидовской машины с деловым видом прохаживался молодой человек. Если этот колоритный типаж тешил себя мыслью, что на его лбу, высоте которого позавидовал бы самый интеллектуальный орангутанг из лесов острова Калимантан, не написано пять классов образования и столько же лет тюремных университетов, то делал он это совершенно напрасно.

В некотором отдалении стояла «Ауди».

– Они или считают вас за идиота, или сами являются таковыми, – произнесла я. – Взгляните.

Демидов с ужасом покосился на калимантанского орангутанга и умоляюще посмотрел на меня.

– Вот видите, – пролепетал он. – Я же говорил.

– Ну что ж, вызволить вас из этой мышеловки несложно. Эти болваны не могут предусмотреть даже того, что вы можете вызвать по телефону свою охрану. Или они к встрече с ней хорошо подготовились. Но зачем же тогда стоять у всех на виду и морщить в корчах агрессии свой эйнштейновский лобик?..

Демидов тупо моргал белесыми ресницами: он явно не успевал за моей мыслью.

– Хорошо, Сергей Викторович, – вымолвила я. – Я буду работать на вас, если мы утрясем финансовый вопрос.

Последние конвульсии демидовской скупости в упорной борьбе с нарастающим, как снежный ком, страхом промелькнули у него на лице, как кадры кинопленки.

Наконец благоразумие победило.

– Да, да, – поспешно произнес он, – я согласен.

– Ну тогда можно и поговорить по существу проблемы.

– Да, да, – еще раз повторил он.

Глава 3
ЗЛОКЛЮЧЕНИЯ ПОМИДОРНОГО КОРОЛЯ

Я вышла из своего подъезда и направилась к машине Демидова. Вблизи она выглядела еще хуже, чем из окна моей квартиры. Изобразив на лице деловитую поспешность, я подошла к «уазику» и открыла его дверку ключом, которым меня заблаговременно снабдил Демидов.

Дрессированный орангутанг не замедлил показаться из-за дерева, за которым он прохаживался.

– Эй, ты! – пробасил верзила, водружая одну конечность на капот демидовского рыдвана, а другой довольно невежливо размахивая прямо перед моим носом. – Чего тебе здесь надо, а, Клава?

– Простите, тут какое-то недоразумение, – с изысканной вежливостью выговорила я, – этот автомобиль принадлежит мне, точнее, моему мужу, и я собираюсь отогнать ее прямо к подъезду. Нам необходимо погрузить кое-какие вещи, которые мы хотели отвезти на дачу.

С этими словами я села за руль и завела мотор.

Амбал явно оторопел. В его скудоумном мозгу наверняка не было вынесено отдельной строкой понятие «вежливость». Любой агрессивный шаг с моей стороны, любой крик негодования вызвали бы живой отклик у этого милого человека, но на тактично высказанное недоумение он не нашелся, чем ответить.

Лишь когда я завела двигатель и на самой малой скорости двинулась к подъезду, что-то стронулось с мертвой точки в его извилинах и он бросился бежать за машиной, во всю глотку вопя:

– Кудаа-а-а?! Куда шеманулась, ш-шалава!..

Не обращая внимания на сотрясающего воздух ублюдка, я подъехала к самому дому, из подъезда галопом выскочил Демидов и опрометью ломанулся к своему обожаемому авто. Я распахнула перед ним дверь, и отдувающийся повелитель парников, свинарен и мясохладобоен, суча всеми конечностями, рухнул на сиденье.

В этот момент калимантанский орангутанг подбежал к моему окну и сунул туда свою бритую, в многочисленных мелких шрамах башку. Право, он ничего «и лучше выдумать не мог», как о том пространно повествуется в «Евгении Онегине». Конечно, русской и иной классики он, безусловно, не читал, а о существовании Пушкина догадывался лишь на основании расхожего выражения «А за квартиру что, Пушкин платить будет, что ли?..» Но это все не беда, а вот то, что, просунув свою дурную черепуху в «уазик», он злобно поднял голову, очевидно, испытывая настоятельную потребность помянуть меня по матушке, – вот это нехорошо.

Потому что в этот момент он увидел Демидова и на мгновение так и застыл с отвисшей челюстью.

По этой-то челюсти я и приложила от души. Мужик взвыл, прикусив язык.

– А что, вы поведете? – изумленно спросил Демидов.

– Разумеется, – ответила я. – А что, есть другие варианты?

Других вариантов не было. Поскольку темно-зеленая «Ауди», подобрав многострадального «калимантанца», уже разворачивалась в нашем направлении с явным намерением устроить гонки на выживание.

Ну уж нет, архангелы, выживать я согласна только из ума, да и то лет эдак через шестьдесят. И я решительно вдавила до упора педаль газа.

* * *

– Где находится ваш дом, Сергей Викторович? – спросила я, уверенными движениями руля выписывая синусоиды по все еще оживленной, несмотря на вечернее время, Казанской. Тут нам ничего не грозит – пока что, а вот дальше…

Ну вот, так я и думала. Городской дом Демидова находится даже не у черта на куличках, а еще дальше.

Поселок Лунный, спальный район города. Для жителей, живущих в центре, он и в самом деле представляется чем-то вроде луны, – как в смысле дальности расстояния, так и в плане жизненного уклада. Сюда, в Лунный, где нет ни заводов, ни крупных предприятий иного профиля, люди приезжают только спать. А каждое утро срываются ближе к центру – на работу, на учебу. «Сваливаются с луны». Назад приезжают усталые, измученные и дневными нагрузками, и вечерним утомительным переездом до родного – такого, черт его побери, далекого – дома.

И потому по вечерам поселковый пейзаж оживляют только до изнеможения однообразные физиономии вездесущих «гопов» – уныло обритых молодчиков, не обремененных ни умом, ни культурой, зато имеющих в своем арсенале неограниченный запас наглости, тупости и агрессивности.

Чего-чего, а уж этой злокачественной помеси питекантропа с изъеденным сотней татуировок уркой здесь всегда было вдосталь.

Именно сюда и лежал наш путь.

* * *

– Сейчас они скорее всего не пойдут на сближение, просто будут вести до ближайшего пустынного участка трассы, а таких по мере нашего приближения к Лунному становится все больше и больше, – пояснила я.

В зеркале заднего вида из-за все редеющих автомобилей то и дело показывался кажущийся уже черным в накатывающих сумерках корпус «Ауди» со включенными на дальний свет фарами. Она следовала на строго заданном расстоянии – метрах в ста от нас, не приближаясь и не удаляясь.

– Скоро начнется. – С горящими азартом глазами (давно я не испытывала такого парящего, молодого чувства, да и сейчас оно нахлынуло как-то спонтанно и бесшабашно) я резко прибавила скорость и попыталась свернуть в какой-то проулочек, чтобы сбить погоню со следа. Но тотчас отказалась от этой мысли, потому что преследователи тоже резко прибавили ходу и, естественно, успели бы раскусить мой немудреный маневр.

А уж в этом проулочке-то им благодать, козлам.

– Черт бы побрал эту колымагу, – пробурчала я и в сердцах так шлепнула по рулю ладонью, что он угрожающе заскрипел с риском немедленно предаться демонтажу, а Демидов взвизгнул, как будто я шарахнула ему по шее увесистой резиновой дубинкой.

– Будь эта богадельня на колесах хотя бы в исправности, – продолжала я сквозь зубы, не обращая ни малейшего внимания на причитания Сергея Викторовича, – у нас были бы неплохие шансы уйти. А так…

– Эй, полегче там с моей машиной!

– Что, простите?

– Не уздите тачку! – теряя терпение, рявкнул Демидов. – Моя любимая машина!

– А про свою жизнь у вас есть основания сказать: моя любимая жизнь? – вкрадчиво поинтересовалась я. – Или ее тоже, по вашему образному выражению, не надо уздить, а пустить все на самотек… авось куда и притечет, а, господин помидорный король?

С этими словами я отпустила руль и, саркастически усмехаясь, посмотрела на Демидова.

– Почему помидо… – начал было он, но тут машину занесло влево, к пустынным серым громадам типовых девятиэтажек, и «король» притих.

Братва в «Ауди» явно не ожидала, что мы заложим такой чудо-вираж, и потому пролетела мимо, а потом мы услышали мерзкий визг тормозов.

Я, стараясь не потерять ни секунды, бодро перехватила руль и свернула в какой-то темный закоулок. Через несколько мгновений за нами последовала и «Ауди», послышались выстрелы, и одна из пуль разбила заднее стекло, чудом разминувшись с моим затылком. Вторая же ничтоже сумняшеся угодила в колесо, и оно в полном соответствии с законами физики спустилось. Машина встала.

– Ну все, – злобно сказала я, вынимая пистолет, – салют, мальчики.

– Что, что? – вжавшись в кресло на манер испуганного дефективного ежа, обделенного колючками, проверещал Демидов.

– Как поется в песенке, я обиделась, – пояснила я, открывая дверь «уазика». – Я обиделась, йя-а-а обиделась р-р-раз и навсегда!.. – пропела я уже через плечо и выскочила наружу.

– А я? – чуть не плача, прокудахтал он.

– А вы сидите смирно и не высовывайтесь. Да пригнись же! – воскликнула я, видя, как он пугливо смотрит на приближающуюся «Ауди» поверх спинки сиденья.

Сказав это, я вышла на середину дороги и, расставив ноги, навела дуло пистолета на стремительно приближающуюся ко мне иномарку с братвой.

Тридцать метров… двадцать… десять.

… Нет, они не отвернут. Не на тех нарвалась. Да я и рассчитывала на иное.

А на что именно я рассчитывала, эти законопослушные граждане сейчас испытают на собственной шкуре.

И когда между мной и «Ауди» оставалось не более десяти метров, я, сжавшись в тугой, горячо пульсирующий клубок мышц, сухожилий и нервов, выстрелила в правую от меня половину тонированного лобового стекла, туда, где почти зримо маячила морда водителя.

«Ауди» попала в одну из дорожных колдобин, ее развернуло на полном ходу, и, проскрежетав по выбоине, из которой я мгновение назад сиганула, стелясь к земле, она врезалась багажником в дерево.

Я подскочила к ней, распахнула дверь и, ткнув пистолетом в затылок полуоглушенного здоровяка, заорала:

– А ну выходи по одному и становись вон к тому дереву!

– Да ты че, в натуре, подруга… – попытался слабо протестовать взятый мной на мушку амбал, но я резко ткнула его дулом в ямочку под ухом, отчего он протяжно взвыл и ударился лбом о бардачок.

Братки поняли, что их дело туго, и полезли из машины. Первым на свет божий выволок свои монументальные телеса бандит, которого я столь немилосердно приложила дулом пистолета. Вторым, опасливо посапывая, вылез мой старый знакомец, которого я причислила к категории плохо поддающихся дрессировке калимантанских орангутангов.

Третий, водитель, неподвижно сидел в кресле.

– А этому что, особое приглашение требуется? – на всякий случай спросила я.

– Да ты ж его… – начал было калимантанский абориген, но его сотоварищ тут же сердито рявкнул:

– Прикрой базар, дятел!

– Вы вот что, братцы, – произнесла я. – Не рекомендую канифолить мне мозги, иначе пострадают ваши собственные. Или то, что вам их заменяет. На кого работаете? Кто послал вас отработать Демидова?

– Ах ты, тварь мусорская… – начал было тупоумный амбал, которому его более сообразительный товарищ уже советовал прикрыть базар.

Правильно советовал. Потому что остаток фразы я вбила ему в глотку сильнейшим ударом с правой. Правой ноги, естественно, потому что не хотелось об этого грязного ублюдка марать руки.

– Ну, – сказала я, переводя взгляд на второго, потому что дважды уже пострадавший от меня брателло в ближайшие десять минут едва ли был способен исторгнуть из своей глотки что-либо путное, то бишь членораздельное и информативное.

– Ты, конечно, девка крутая, – примирительным тоном произнес он, – но ты все же полегче, и не таких в расход пускали.

– Сейчас ты у меня допрыгаешься, – предупредила я. – Ну что, мне повторить свои вопросы или как?

– Или как, – буркнул тот, – а то знаю я, как ты повторяешь. Допрыгаешься… что я тебе, блоха на сковородке, чтобы так, чиста-а, прыгать?

Он глянул на подельника, валяющегося на земле и вяло бултыхающего при этом ногами под аккомпанемент собственных стонов, и снова недобро покосился на меня.

– Че, Помидорный типа ФСБ подтянул? – спросил он. – На мусорскую ты вроде не похожа, а?

– Нет, не ФСБ, – ответила я и, с силой приподняв ему подбородок дулом пистолета, вкрадчиво выговорила: – На твои вопросы я ответила, отчего же ты не отвечаешь на мои, а, голубь?

Он поморщился: то ли стало больно, то ли не понравилось сомнительное в криминальной среде обращение «голубь».

– Маркел… – прохрипел он. – Маркел велел. Но не наглухо, а так, влегкую трамбануть для ума.

– А кто взорвал демидовский лимузин?

– Знаю… слышал. Но это не мы по-любому, подруга. Ашот не будет так Помидорному косорезить.

– Кто такой Ашот? – живо спросила я.

– Ашот… это…

Больше я добиться от него ничего не успела. За спиной послышался легкий шум, и я обернулась.

Водитель, которого я сочла мертвым, был уже в полутора шагах от меня. Правда, двигался он несколько медленней, чем ему этого хотелось. Почти начисто снесенное ухо с обрывками хрящей и кожи сильно кровоточило (так вот куда попала моя пуля), глаза заливала кровь из глубоко рассеченных – вероятно, от удара, брови и лба.

– Тебе край настал, овца!.. – просипел он и взмахнул рукой. Продолжения я ждать не стала.

Не выпуская из поля зрения первого, я выстрелила в опрометчиво подставившегося водителя. Но он не упал, хотя пуля попала ему в ногу, а по инерции ступил еще шаг и только тут свалился лицом вперед и прямо на меня.

Среагировать я успела, но на мгновение потеряла контроль над другим, все еще стоящим у дерева. Этого мгновения ему оказалось достаточно, чтобы от души нанести мне удар по голове, а потом сильные руки грубо схватили меня за горло и притянули к себе с явной претензией сломать мне шею.

Но, даже оглушенная и полузадушенная, я полубессознательно извернулась и с силой ударила того затылком в переносицу. Я почувствовала, как вмялись и хрустнули под моим ударом хрящи его носа, и от жуткой боли он тут же разжал руки и слепо отступил на шаг, судорожно поднеся ладони к пораненному лицу.

Останавливаться на достигнутом не имело смысла, и я подрубила его добротным тычком в голень, а потом и вывела из строя окончательно жестким ребром ладони в самое основание черепа.

Отдышавшись, я осмотрела общую картину содеянного. Двое братков неподвижно лежали ничком на асфальте, и из-под каждого змеистой темной струйкой бежала кровь, смешиваясь в одну черную лужу в глубокой выбоине дороги.

– Вот теперь вы действительно братья по крови, – устало выдохнула я. – Даже жаль, что так поздно и таким вот образом…

Теперь третий. Ах да, все тот же многострадальный примат, уже довольно живенько сучащий ножками и даже делающий попытки подняться. Ну что ж, оно, конечно, дело хорошее, но тебе более пристало с утробным гыканьем носиться по клетке зоопарка на всех четырех конечностях, нежели довольно неискусно косить под передвигающегося в строгом перпендикуляре с земной поверхностью гомо сапиенса.

Ну вот, упал. Я же говорила.

– Ну что, мой милый, может, хоть ты скажешь, кто такой Ашот? – благожелательно спросила я, присаживаясь на корточки рядом с ним.

Мои последние слова, включая имя соратника Маркелова, потонули в потоке матерщины, которая, очевидно, свидетельствовала о нежелании моего невольного собеседника продолжать тесное и плодотворное общение.

Куда уж плодотворней – два почти что трупа. Да и ты, брат-орангутанг, что-то мне не нравишься.

– Зря ты так, – сказала я. – Твои дружки уже довыеживались. Тебя как зовут?

Очевидно, видок подельников в лужах крови впечатлил его, потому что он приподнялся на локте и прохрипел:

– Дрон.

– В переводе с пацановского на человеческий, стало быть, Андрей, – произнесла я. – Ну так хоть ты расскажи мне, Андрюша, что к чему, а то я сильно притомилась от желания это узнать.

И ведь рассказал. Хотя говорил он довольно невнятно, очевидно, прикушенный еще при нашей первой встрече во дворе язык распух и ворочался с трудом. А если учесть, что он и так от природы был подвешен не ахти как, да еще то обстоятельство, что на одно дельное слово в речи Дрона приходилось по два «ебть», три «нафуй» и уж бог знает сколько «бля», то процесс восприятия его речи проходил у меня довольно сложно.

В конце концов мне удалось уяснить для себя следующее.

Маркелов решил крупно наехать на Демидова. Уж что у них были за разногласия, Дрону то было неизвестно, он человек маленький. Но что-то определенно очень серьезное, потому что Маркел ходил сам не свой и просто рвал и метал, когда речь заходила о Демидове. Его правая рука, Ашот Хачатурян, успокаивал босса и говорил, что не стоит поступать так наглухо. Что имел в виду Ашот, Дрон пояснить не мог, но тут все и так было, по крайней мере на первый взгляд, предельно ясно.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное