Марина Серова.

Кровавый коктейль

(страница 3 из 12)

скачать книгу бесплатно

Проко-ол! И телефона у них нет. Немного подумав, я решила отложить повторный просмотр кассеты на вечер, а сейчас, немедля прыгнув в машину, следует нанести им еще один визит. При этом во мне снова проснулась надежда, что на сей раз Николай Андреевич все-таки поделится своими воспоминаниями.

Я взглянула на часы. Пятнадцать ноль ноль. Если учесть, что эти дети учились во вторую смену, то я смогу рассчитывать на встречу с их преподавателями и однокурсниками.

Хотя, конечно, неплохо было бы и Артура посетить.

Я сложила косточки в мешочек, прошла на кухню, ополоснула чашку из-под кофе. Оделась, взяла сумочку и, захватив с полочки, на которой стоял телефон, ключи от машины, вышла из дома.

Солнечный зимний день был на излете. Мороз усилился. Холодновато, черт возьми. Придется немного помучиться с моим верным конем, пока заведу. Но, слава богу, мои опасения не оправдались. Я выгнала машину из гаража, быстро добралась до Побережной улицы и, свернув направо, направилась в сторону Трубного района. Взглянув на приборы, обнаружила, что топливный бак практически пуст, и слава богу, что по пути, всего в нескольких кварталах, есть бензозаправка, куда я и зарулила через пару минут.

А спустя еще несколько минут я, чертыхаясь, кляла судьбу и наглую ложь магических косточек, которые обещали приятное путешествие. Лошадка моя чихала, фыркала и обиженно замолкала, непонятно чего от меня требуя. Мои знания двигателя и ходовой части автомобиля были столь «обширны», что простучать колеса я еще смогла, но это не решило мою проблему. В автошколе «Вираж», которую я закончила и которую в шутку величала «Кювет», устройство автомобиля нам не преподавали. Пришлось ловить попутку, буксировать машину в авторемонтную мастерскую, хорошо хоть, что она была тоже неподалеку.

Сдав машину на лечение, взмыленная уже, я выскочила снова на Побережную и кинулась на троллейбусную остановку, размышляя о том, что приятное путешествие троллейбусом до Трубного района займет у меня столько времени, что в училище искусств ехать будет слишком поздно.

И тут меня осенило. Я мысленно хлопнула себя по лбу. Мне же нет необходимости ехать к Калининым. Ведь однокурсницы Ани тоже знают, как она была одета. Ну, Таня, ну, Шерлок Холмс тарасовского разлива! Совсем закружилась, нюх потеряла.

Я перешла на противоположную сторону и, втиснувшись в переполненный троллейбус, поехала в училище искусств.

Путешествие, доставлявшее мне массу наслаждений, моральных и физических, успешно продолжалось. Тесный контакт с попутчиками пробуждал во мне бурю чувств. А тут еще через пару остановок, выскочив из кафе, в троллейбус ворвались две девчушки. Активно работая локтями, облизывая на ходу мороженое и громко беседуя, они притерли меня к широкой спине в дубленке. Запах кожи, но совсем не такой, как в «Ягуаре», и высокочастотные голоса моих соседок потихоньку начали накручивать во мне пружину раздражения. И я уже готова была принять кардинальные меры, правда, еще не решив, какие именно, как вдруг кое-что услышанное резко изменило мое к ним отношение, а к следующей остановке я вообще стала испытывать к ним теплые, дружеские чувства.

Поболтав о том, что через несколько минут перерыв в занятиях заканчивается и что Юра-дирижер «достанет» их теперь своей простотой, порицая за опоздание или, что еще вероятней, вообще не пустит, они перевели вдруг разговор на то, от чего мои уши мгновенно переселились на макушку, развернувшись в сторону болтушек, будто локаторы.

– Ирк, ты слышала про ЧП в училище?

– Какое ЧП?

– Ну, девку одну с фортепианного похитили.

Аньку Калинину.

– Я никого с фортепианного по фамилиям не знаю. Так, на лицо еще туда-сюда. А по фамилиям – нет.

– Да знаешь ты ее. Она на всех концертах играет. Перспективная девочка. Даже наш Юра на нее западает. «Талант», – говорит. Она еще в белой шубке такой из барашка ходит и в серой шляпке драповой. Заметная такая. Высокая, глаза здоровенные, синие, и волосы длинные, шикарные…

– А-а, вроде припоминаю. А ты откуда знаешь?

– Да ты что. Все училище на ушах стоит. Она пошла в «консу» ноты ксерить. Оттуда вышла, а ее прямо на улице среди бела дня в машину затолкали – и фьюить! Баба Клава, гардеробщица, сама видела.

– Ни фига себе! В центре города?!

– В том-то и дело.

То, о чем они говорили дальше, я уже слушала вполуха. Это уже был просто треп с подхихикиваниями о «кавказской пленнице», о возможном таинственном женихе и так далее. Объявили остановку «Бабушкин взвоз», и мы вышли. Девчонки, развив сверхзвуковую скорость, понеслись на хор, а я шла размеренным шагом, обмозговывая случайно подслушанную информацию. Косточки правы. Задержка в пути пошла мне на пользу. Чувство благодарности к ним согревало мое сердце.

Поднявшись до улицы Радищева, я вышла к училищу, старому зданию, имеющему, несмотря на свой возраст, все же свежий вид. Филенчатые двери с белыми пластиковыми ручками с креплениями под позолоту. Фойе выглядело, как зал коммерческого банка. Не слабо. Слева у двери швейцар, если это, конечно, не слишком громко звучит.

Спрашиваю у него в первую очередь про гардеробщицу бабу Клаву, но оказывается, сегодня не ее смена. Выяснив расположение учебной части, подымаюсь на второй этаж. Все красиво, ухожено. Не верится даже, что это учебное заведение. Прохожу по коридору, стучу в кабинет завуча. Об Ане она мне многого поведать не смогла, отфутболив меня с этим вопросом к классному руководителю на третий этаж. Сказала только, что Аня девочка талантливая и старательная. Но зато у нее я узнала адрес бабы Клавы.

Поднявшись на третий этаж, я, образно выражаясь, выпала в осадок. Ободранные, облезлые стены, двери с облупившейся краской. Да-а. Все по-нашенски.

Поэтому первое, что я спросила у классного руководителя, разумеется, сначала представившись, в силу своего женского любопытства, это о причине такой разницы между этажами. Ответ оказался весьма банальным. В городе, на стадионе за училищем, проходил фестиваль, а первые два этажа были подготовлены в качестве гримерных для известных артистов, приехавших из столицы. Третий этаж не был задействован и служил во время фестиваля складом. Возможно, дорогой читатель, я слишком отвлекаю тебя от главного в своем повествовании лишними подробностями, но, как частный детектив, я привыкла обращать внимание на любые мелочи: это оттачивает ум.

Посетовав на искреннюю любовь нашей городской администрации к искусству и безразличие к детям, я перешла к истинным целям моего визита.

– Ксения Викторовна, я к вам по делу. Я – частный детектив и разыскиваю пропавшую девочку.

– Аню Калинину?

– Конечно. Я надеюсь, другие у вас еще не пропали?

– Тьфу-тьфу-тьфу… Что конкретно интересует вас, Татьяна Александровна?

– Можно просто Таня.

– Хорошо, Танечка.

– Расскажите мне, пожалуйста, поподробнее об Ане, о ее друзьях, знакомых, о том, как это все случилось.

Ксения Викторовна произнесла фразу, которую я сегодня слышала уже неоднократно: «Аня – хорошая девочка: умненькая, талантливая», и так далее все, что я уже знала.

– А с кем-нибудь в группе она дружила?

– У нее со всеми хорошие, ровные отношения. А дружит, собственно, только с одним мальчиком. Правда, еще с девочкой одной. Сошлась с Олей Капустиной. Они с ней в одном районе живут, вместе домой ездят. Может, с ней поговорите?

Олю я нашла в соседнем классе за фортепиано. В момент, когда я входила, она играла нечто весьма, по моему мнению, напоминавшее пляску чертей в аду или карася на сковородке.

– Оля, динамика, динамика!

А на мой взгляд, динамики было даже как бы многовато.

– Закройте, пожалуйста, сударыня, дверь с обратной стороны, – безапелляционным тоном обратилась ко мне седая преподавательница, – что вы врываетесь так бесцеремонно?! Здесь все-таки идет творческий процесс. Тем более занятие закончится через пятнадцать минут.

Я извинилась и, втянув голову в плечи и вывернув губы сковородником, что, по моему понятию, означало обескураженность, вышла из класса.

От Оли я, в принципе, ничего полезного для себя не узнала. Только то, что Аня в тот день была такой, как всегда. Настроение ее ничем не было омрачено.

– Она вышла на минутку буквально в консерваторию. Это рядом, через дорогу. Там ксерокс самый дешевый в Тарасове. А ей надо было ноты переснять. Нам же ноты в библиотеке только переснять дают: фондов не хватает. А после этого на специальность уже не пришла. Мы с ней ансамбль играем. Я ее прождала, потом преподаватель меня отпустила. Свою партию каждая из нас уже на память знает. И потом, на следующий день, тоже не пришла. Я к ней заходила. Думала, что она заболела, а там мама ее в слезах вся. А вчера случайно узнала, что гардеробщица видела вроде, как она в машину красную садилась.

– Красную? А марки какой?

– Да я не спросила.

– Ну, спасибо, Оленька. Ты мне очень помогла.

Я вышла на улицу, развернула бумажку с адресом гардеробщицы. К счастью, жила она недалеко: в пятиэтажке за парком «Березки». Так что десять минут спустя я пила горячий крепкий чай на кухне гостеприимной бабы Клавы.

Встретила она меня как хорошую старую знакомую, и, когда я представилась, она заметила:

– Да какая разница, дочка, кто ты. Главное – был бы человек хороший. Я одна живу. Дети редко наезжают. Так что гостям всегда рада. Раздевайся, проходи на кухню, горячим чаем угощу. Замерзла небось?

– Да, мороз к вечеру разгулялся, спуску не даст, – ответила я, устроив свою шубку на вешалку.

– Садись вот тут у батарейки, согреешься быстрее. Давай рюмочку домашней крепенькой плесну? И сама с тобой выпью. Тогда и поговорим.

Решив, что теперь это уже не повредит ни моим действиям, ни моему имиджу, я махнула рукой:

– Давайте, баба Клава!

– Вот, Танечка, выпей и грибочком закуси – сама солила. – Она протянула мне рюмку с янтарной жидкостью. Вкус оказался не менее приятным, чем цвет.

– Потрясающе! Вы просто волшебница, баба Клава. Не хуже, чем коньяк! Кстати, ничего, что я вас так называю?

– Ради бога. Меня все так зовут. А напиток на травах настоян. Для здоровья полезен. От простуд спасает. Картошечки положить?

Мы поели картошечки и попили чайку. И мне было так уютно у старушки, что уходить не хотелось. Поэтому я так и затянула с началом разговора. Но – работа есть работа.

– Баба Клава, меня к вам дело привело. Я очень рассчитываю на вашу помощь.

– Какое дело, Танечка?

– В училище, где вы работаете, мне рассказали, что вы видели, как Аня Калинина уезжала в красной машине. Она пропала. Я по просьбе моего знакомого хочу ее найти. Расскажите все, что видели.

– Да я не знаю, она ли то была, не она ли. Девочка в белой шубке.

Я показала старушке фотографию:

– Вот эта?

Баба Клава принесла очки, водрузила их на переносицу, вытерла руки о передник и только потом взяла фотографию. Внимательно рассмотрела.

– Да, эта. Я все косами ее любовалась всегда. Сейчас мало у кого такие. Все время ей вслед глядела. А она еще так долго одевается. То тут, то там поправит. А волосы под шляпку не помещаются. Уж она их и так, и этак. А мальчик ее, который все с ней ходил, чистенький такой, как вылизанный, душистенький, облокотится на стену и ждет. Мне все интересно было, как это у него терпения хватает. Я иной раз выгляну за ними, может, он ей все по дороге, думаю, высказывает. Это я к чему говорю-то. Эту красную машину, до того, как Аня в нее села, я уже дня два как примечала. Выйдут ребятишки из двери-то, а они за ними потихоньку поедут, а потом разворачиваются и уезжают.

– А как в тот день было, баба Клава? Она сама к ним села или ее затолкали?

– В тот день она выскочила, шубку схватила, накинула. Даже в зеркало не глянула, спешила. Девчата сказывают, что она на минутку в консерваторию побежала: ноты к уроку переснимать, здесь рядом, через дорогу. Ну тут урок начался, я гардероб закрыла, за пирожками пошла – у нас столовая закрыта была. А она как раз у светофора на той стороне улицы стояла, на урок возвращалась. Тут эта машина и остановилась. Парень вышел, за руку ее взял и потянул. Она, правда, не кричала, только по сторонам как-то испуганно посмотрела. Ну, он подтолкнул ее на переднее сиденье. Она и села. И они уехали. Я думала, может, знакомые какие. Это уж потом, как искать стали, я поняла, что с чужими она уехала. Вот и все, что я знаю.

– А машина какая была, баба Клава?

– Так я ж говорю: красная.

– А марка какая: «Волга», «Москвич», «Жигули»?

– А-а, «Жигули», «Жигули», да.

– Номер случайно не запомнили?

– Да кабы знала, что понадобится, я бы и запомнила. А так что ж, шпионка я, что ли.

– А парень как выглядел, не рассмотрели?

– Да улица-то там неширокая. А я уже до середины дошла, когда красный свет зажегся. Разглядеть можно, конечно, было. Я еще подумала: вот девчонки какие непостоянные – такого приятного мальчишку на корявого променяла; видать, потому, что с машиной.

– Это как корявого?

– Да лицо у него исковырянное какое-то, все в шишках фиолетовых.

Оп-ля, Таня, малюсенький кончик тонюсенькой ниточки у тебя в руках. Осталась фигня – всего-навсего найти его, «прыщавого», как окрестили его другие наблюдательные старушки.

– А как он был одет?

– Да как все сейчас ходят.

Описание одежды совпадало тоже, если не считать, что в описание его гардероба баба Клава добавила живописные спортивные штаны.

– Ну, как клоуны ходят, в таких штанах только в цирке выступать аль на пляж ходить, а они их с куртками кожаными носят. Тьфу, пропасть, – закончила баба Клава свое эмоциональное выступление.

Наступило время завершить свой визит, не стоило злоупотреблять гостеприимством радушной хозяйки, тем более что время – деньги.

– Спасибо вам за все, баба Клава. Вы помогли мне и душу уставшую, заледенелую отогрели. Я счастлива была бы, будь у меня такая бабушка.

– И тебе, Танечка, спасибо. Посидели с тобой душевно. Заходи еще. Я гостям всегда рада.

Одевшись и попрощавшись, я вышла. Было уже половина седьмого. На беседу с бабой Клавой я потратила больше, чем на все встречи в училище. Но должны же быть в работе детектива и приятные моменты. Если всегда поддерживать имидж супергерл, то и душа в сосульку превратится. Хотя мне самой было непонятно, как это я, столь стремительная в расследовании любых запутанных дел, в этом вдруг подрастеряла свою пунктуальность, четкость в действиях и превратилась в сентиментальную барышню, запутавшуюся в обстоятельствах. Через тридцать минут будет звонить мой дражайший друг Кирсанов, а к этому времени я вряд ли доберусь домой. Придется автоответчику потрудиться.

По плану я еще Артура должна навестить, а для этого надо прибегнуть к услугам его отца, поскольку мне неизвестно, в какой больнице мальчик, – это раз, и неисправность моей машины – это два. Зато у меня хоть жетончик есть, телефон-автомат рядом, на углу дома, если, конечно, и он не воспротивится моей железной воле. Потому как вчера вечером мобильник мой вдребезги разлетелся, вывалившись на лестницу из кармана куртки, – это три.

Глава 4

Телефон-автомат, к счастью, был исправен. Я набрала номер сотового телефона. Костя ответил сразу, но слышимость была такая, будто я звонила на Камчатку. Поэтому за целых две минуты разговора мы с большим трудом договорились лишь о встрече у парка «Березки».

Пока Костин «Ягуар» прибыл к месту моей дислокации, я успела из очаровательной леди превратиться в танцующее заиндевелое существо, выстукивающее зубами сарабанду. Поэтому появление знакомого средства передвижения вызвало у меня неописуемый восторг. Я кинулась к машине, едва сдерживая победный клич «И-я!».

– Вай, пустите погреться бедную женщину, – сказала я, пулей влетев в недра «Ягуара». – Привет!

– Привет, – одновременно ответили мужчины.

– Костя, а у бессменного Василия выходные бывают?

– Не волнуйся, Танечка, с понедельника по воскресенье будет работать его сменщик. У меня два водителя. А вот ты, по-моему, по совместительству еще и профсоюзным лидером служишь. О правах трудящихся печешься. Как дела? Просвет появился?..

– Почти. Аню похитили те же, кто привез кассету.

– И это все?

– Пока все, но я старалась.

Я, конечно, немного слукавила, если учесть посещение бабы Клавы, но Косте знать об этом ни к чему.

– Не густо. Куда путь держим?

– Хотела бы навестить твоего сына, а потом домой. Моя машина сегодня сломалась.

– А что с ней? – вмешался в разговор Василий, плавно отпуская педаль сцепления.

– Да кто ж его знает. Вроде было все нормально. Потом заправилась, а дальше и пару кварталов не проехала. Пых-тых, и привет семье. Двигатель глохнет.

– А заправлялись где? – не унимался водитель.

– На Побережной.

– А, ну ясно. Тогда, Таня, с авторемонтниками держите ухо востро, чтобы не обобрали. – Он улыбнулся.

– В смысле?

– Просто вам в бак газовый конденсат заправили. А на сильном морозе он замерзает в бензопроводе, вот насос и не прокачивает. Там вечно лажу продают. Сколько с ребятами говорил – все жалуются. Хоть бы кто-нибудь на них комиссию какую-нибудь натравил.

– Наглеж. Куда ни сунься, всюду быт заедает. Спасибо за консультацию. Если бы это не сыграло положительную роль в моем расследовании, я бы на них точно в суд подала. Иск бы за материальный ущерб предъявила. Останови, Василий, где-нибудь. Я хоть апельсинов куплю мальчику.

Василий припарковал машину около разместившегося прямо на тротуаре лотка.

– Грейся, Таня. Я сам.

Костя вышел и вскоре вернулся с пакетом апельсинов и шоколадкой.

– А это тебе, Танюша, подсластить горькую судьбу. Жила себе, не тужила, пока за это дело не взялась.

– Спасибо. Ничего, прорвемся. Бывало и хуже.

Артур лежал в восьмой городской больнице, за мостом через Черный овраг. Нас пропустили к нему без проблем, предложив переодеться в белые халаты.

В лифте Костя попросил меня не особо усердствовать с вопросами.

– Врачи не рекомендуют волновать…

– Конечно, Костя. Это же дружественный визит. Я просто успокоить его хочу.

В одиннадцатой палате на втором этаже мужчины наслаждались крутым боевиком. На экране маленького цветного телевизора, стоящего на окне в окружении банок и мешков, крутые мены безжалостно косили друг друга из разнокалиберных стволов. Пот градом катился с перекошенных рож на экране.

Я подумала, что такая спокойная обстановка, вероятно, очень благотворно влияет на психику мальчика, который находится в этой палате на лечении по поводу нервного срыва. Или же это своеобразная шоковая терапия – самый передовой метод лечения всех болезней в наши дни, в том числе и социальных. Особенно их!

В углу на кровати лицом к стене лежал мальчик. Как правильно я предположила, это и был Артур.

Костя подошел к нему, потрепал его по щеке. Положил апельсины на тумбочку.

– Привет, сын. Это тебе.

– Привет. – Мальчик повернул голову в нашу сторону. – Спасибо.

– Пойдем в холл. Я тебя сейчас кое с кем познакомлю. Тебя это обрадует.

Мальчик поднялся, натянул тапки.

Мы разместились на диване в холле, который по случаю нахождения в нем нескольких корявых пальм в кадках, обернутых бумагой, вероятно, претендовал на звание по меньшей мере зимнего сада.

– Костя, по-моему, Артуру было бы лучше дома. Наняли бы врача. Для вас ведь это не проблема. В такой палате с ума съехать можно.

– Нет, не надо. Мне здесь хорошо.

– Артура же ночью сюда привезли на «Скорой». Я хотел потом поместить его в отдельный бокс или в другую больницу перевести, но он, видишь, против.

– Здесь нормально все, папа. Не переживай.

– Артур, эта очаровательная дама, которая так волнуется за твое здоровье, – лучший детектив Тарасова. Она обязательно найдет Аню. Ее зовут Татьяна Александровна.

– Правда?! – Следы безразличия и отрешенности мигом улетучились с лица мальчика.

Я кивнула. Произнести вслух то, в чем не было никакой уверенности, у меня не хватило духу.

– Можно задать тебе вопрос, Артур? Один всего.

– Конечно.

– Не было ли у Ани знакомых, имеющих красные «Жигули»?

– Да нет. Вроде не было. У нее вообще здесь мало знакомых.

Еще немного поболтав с ним о его учебе, о сопалатниках, обожающих боевики, мы расстались с ним. И, по-моему, он ушел, окрыленный надеждой. Чего нельзя было сказать обо мне.

В машине Костя предложил:

– Может, поужинаем в ресторане где-нибудь по дороге? А потом подбросим тебя домой.

– Ну уж нет. У меня теперь на некоторое время к ресторанам стойкое отвращение. Если не вчерашний ужин с последующим гаданьем, я бы, может, сейчас у тети в деревне молочко попивала, сил набиралась бы. Так что домой, и как можно быстрее.

– Вот эгоистка.

– Да. Мне нынче мое гадание любить себя рекомендовало.

* * *

Наконец-то день визитов закончился. Я дома, в своей комфортабельной квартире, в уютном махровом халате. Шторы задернуты, мягкий свет торшера навевает покой.

Но рабочий день еще не закончен. Еще кассета и Кирсанов.

Включаю автоответчик. Пара ошибочных звонков. Звонок от Ленки-француженки, мечтающей потрепаться со мной за чашкой кофе, скорее всего, о своей любимой безденежной учительской работе. А вот и Кирсанов:

«Привет, Таня. В каких краях тебя носит? Где твоя пунктуальность, сыщик? Звони мне домой. Жду».

Набираю номер Кирсанова, отвечает приятный женский голос:

– Алло.

– Здравствуйте, извините, пожалуйста, не могла бы я услышать Кирсанова Владимира Сергеевича?

– Да, пожалуйста.

– Владимир Сергеевич? Это Татьяна.

– Да я уже понял. Долго же твой рабочий день длится, если ты, конечно, все еще работала в это время.

– Если у меня есть работа, я круглосуточно на посту. Выкладывай, чем порадовать можешь?

– В общем-то я договорился. Но только уж ты про жаждущих-страждущих не забудь. Я думаю, коньяка хорошего хватит. Часам так к одиннадцати туда подкатывай. Пока там всякие планерки, решение организационных вопросов. Так что не раньше одиннадцати. Найдешь полковника Григорьева, он все устроит. О’ кей?

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное