Марина Серова.

Девушка с береттой

(страница 3 из 12)

скачать книгу бесплатно

После этих слов ужасная догадка, которая ну никак не могла оказаться реальностью, повергла меня в шок и заставила нервно поежиться. Мне стало не по себе.

Во-первых, оружие, у которого даже не было еще названия, только код «А 404», было новейшей разработкой отечественных конструкторов и широко использовалось нами на различной сложности заданиях. Во-вторых… Но это скорее личное и может быть всего лишь предположением. У Кочергина, которого совсем недавно упомянул при встрече Игорь Мезенцев, были такие четки. Он хвастался, что снял их с убитого им чеченского снайпера. В ту пору, до того как попасть в разведку, он служил в спецназе. А эти ни с кем не церемонились – ни с живыми, ни с мертвыми.

Меня все время не покидало ощущение того, что за нами кто-то следит. Теперь я знала кто. Парень в черных джинсах и сером пиджаке, отиравшийся у витрины канцтоваров. Черные очки скрывали его глаза, но я почувствовала пристальный взгляд поверх них. Я бесцеремонно уставилась на него. Он вырвал сзади, из-за пояса, пистолет и открыл огонь. Все произошло очень стремительно. Успев накрыть собой Сергея, я повалила его на пол. Послышался звон разлетающегося стекла, потом крики напуганных людей. Бочанов начал отстреливаться из своего табельного ствола, но наемник оказался точнее. Рядом упал сраженный наповал капитан. Поднявшись, мы начали продвигаться к выходу так быстро, как это было возможно. В дверях образовалась давка, что было нам на руку. Я старалась не думать в этот момент о людях, которые могли попасть под пули, – меня волновала безопасность клиента. Воспользовавшись ситуацией, мы все-таки протиснулись сквозь толпу на улицу.

Высадив окно, предварительно расстреляв его, преследователь кинулся вдогонку. Забравшись в машину прежде, чем он настиг нас на стоянке, и набрав скорость буквально сразу, я ринулась вперед, оставляя на асфальте черный смазанный след покрышек.

Они очень нервничают, раз решили действовать в открытую, да еще среди бела дня. Два покушения за два дня – это уж слишком. Видимо, чем-то Баранов им жутко насолил.

Глава 4

Очутившись дома, я первым делом закрыла в гостиной шторы. Напротив окон возвышался еще один многоэтажный дом. Совсем недалеко, на расстоянии, достаточном для прицельного выстрела.

Квартиру свою я застала, можно сказать, в руинах. Небывалый погром царил везде. В гостиной, в комнате тети Милы и в моей все было перевернуто вверх дном. И даже на кухне, по-видимому, что-то искали. Я буквально лишилась дара речи, увидев жуткую картину в своей спальне. Она до сих пор стоит у меня перед глазами. Моя единственная оставшаяся в жизни радость! Мое собрание сочинений на магнитных лентах боевиков, детективов, триллеров! Моя коллекция видеокассет… Ее больше не существовало. Кассеты, сброшенные со своих полок, в полном беспорядке валялись по всей спальне. Они были потоптаны и раздавлены чьей-то безжалостной ногой. На некоторое время я просто отключилась, сознанием находясь вдали от этого кошмара. У меня было ощущение потери лучших друзей, но, быстро сообразив, какие это пустяки по сравнению с главной целью визита, я сразу пришла в себя.

Но – черт побери! – какая все же жалость…

– Веселенькое представление, – присвистнув, сказал Сергей.

– Не застав жертву, они решили отыграться на неодушевленных предметах, – отметила я, видя его удивленное и расстроенное лицо.

– Ты думаешь, человек в кафе не имеет к этому никакого отношения? – обратившись ко мне, спросил наконец Баранов.

– Думаю, что да.

– Почему ты так считаешь? – не унимался он, и, по существу, правильно делал.

– Косвенным подтверждением может быть лишь одно. Перевернув тут все и наведя шороху, они могли искать только какой-нибудь компрометирующий их документ или вызывающую непредвиденные осложнения вещь. Скорее всего тебя, – взглянув на Сергея, закончила было я, но потом добавила: – Вычислить могли по звонку на сотовый. Местоположение найти не составило бы труда. Но почему они не приехали раньше или не ждали нашего возвращения, устроив засаду, не понимаю? Может, я погорячилась насчет невеликих затрат?

Я вдруг вспомнила о тете Миле и испугалась, но тут же успокоилась. Еще при нас она уехала со своей подругой на дачу. С той самой, с которой они пили чай. Соседка по этажу, дверь напротив нашей.

– Все как-то запутано и сверхсекретно, – потерев пальцами висок, произнес Сергей.

– Вообще-то это всего лишь предположение. Имеют право на существование и другие версии, – успокоила я его.

– Мне от этого никак не легче, – раздосадованно махнул рукой он.

На встречу с капитаном я надевала легкую ветровку – было прохладно – и синие джинсы, несильно обтягивающие, чтобы не привлекать излишне любопытные взгляды. При других обстоятельствах нас вполне могли бы принять за безмятежно счастливую пару влюбленных. В кобуре находился пистолет, который подарил мне Баранов. «Беретта» черного цвета, схватив которую он едва не наделал глупостей. Я вообще-то предпочитаю пользоваться для большего спокойствия своим оружием. Нет, это не обаяние, красота и скромность, а старый добрый «макаров», но Сергей очень настаивал. На всякий случай «макаров» был у меня тоже за поясом. Все равно он мне больше нравился.

Сняв ветровку и отложив «беретту», я попыталась сначала прибраться, но поняла, что это бесполезно. Сергей, задумавшись и полностью уйдя в себя, стоял неподвижно. Затем схватил пистолет и направил его на меня, но я успела выхватить свой. Мы стояли и целились друг в друга, не издавая ни звука.

– Что с тобой, Сергей? – оборвав сосредоточенную тишину, спросила я. – Какого черта?

– Ведь ты работаешь за деньги, так где же гарантия, что не окажешься заодно с ними? – все больше распаляясь и дергаясь, выстреливал он словами. – Был у меня один друг, Осман, да и того достали. Я и тебя нанял, чтобы его опасности не подвергать, но у жизни злые шутки.

Сергей вдруг потерял свое первичное нервное напряжение и немного опустил дуло пистолета. Будучи неординарной личностью, Баранов вел себя соответственно своему эмоциональному типу: от него можно было ожидать чего угодно.

– Только не строй из себя психопата-маньяка, разуверившегося в преданности людей и замечающего лишь предательство. – Я как-то решила разрядить обстановку. – Зачем весь этот спектакль?

– Подарок, – сказал он, бросив пистолет перед собой и ногой подтолкнув его ко мне. Изможденная улыбка появилась на его лице. – Забудь, что я говорил сейчас. Ты мне не безразлична, поэтому я не хочу подвергать твою жизнь опасности, хотя это неотъемлемая часть работы телохранителя. Даже подставить кого-то как следует не могу. Размазня, – удивляясь себе, проговорил он с ненавистью.

Я прервала его монолог:

– И потому целился мне в голову. Тогда бы лучше в сердце. Выглядело бы эффектнее. Душераздирающая картина.

Он явно обиделся, опустил уставшие глаза. Я сама поняла, что слишком резко начала, и хотела извиниться, но Сергей опередил:

– Хорошо, в таком случае ты уволена. – Его холодный тон обжигал.

Я просто вросла в бетонный пол.

– Это вынужденная мера. И, конечно же, не из-за вашей профнепригодности. Вы один из лучших мастеров своего дела, – продолжал ошеломлять Баранов. – На данном этапе ваша помощь была неоценимо важна. Я вам искренне благодарен.

Закончив душещипательную речь, он направился к двери.

– Я возьму ключи от «Мерседеса», – обернувшись на секунду, сказал Сергей.

Я постаралась припарковать «Мерседес» в более или менее неприметном месте. Но дети, конечно, нашли машину и играли теперь около нее, все-таки боясь приблизиться. Взрослые же, проходя мимо, косились на вмятины от пуль в ее боку и на слегка треснувшее стекло левой задней двери.

Что-то подсказывало мне остановить его, вернуть назад. Но не побегу же я за ним и не кинусь на шею! У нас несколько иные отношения. Свой гонорар я получила в полной мере. Кроме того, уходя, Баранов обещал, что, если его знакомым понадобятся услуги телохранителя, он будет предлагать мою кандидатуру. Если успеет. Я боялась, что когда-нибудь ему перестанет везти.

Свой профессиональный долг я выполнила. Сохранила клиента нетронутым и девственно-чистым. Ни царапинки не появилось, ни волоска не упало с головы. Теперь, по сути дела, меня не должна волновать его судьба. Не стоит беспокоиться. Но почему-то Баранов не выходил у меня из головы. Странный, небывалый случай, удивлялась я сама себе.

Очень не хотелось бы услышать со дня на день печальную весть о трагическом конце короля нефти и газа Баранова Сергея Александровича.


Весь оставшийся день ушел на то, чтобы привести в порядок нашу квартиру. Вернее – тети Милы. Что еще больше усугубляло положение и могло накалить обстановку. Но, зная Милу, с уверенностью скажу, что этого не случится. Не тот она человек, чтобы поднимать скандал из-за мелочей, как мне казалось.

Тетя Мила была дома около десяти часов вечера. Слегка обгоревшая на солнце – здесь главное знать меру, – но счастливая и довольная. Не хотелось бы омрачать ей праздник души и портить настроение плохими новостями. Очень хорошо, что основной бардак я успела убрать до ее приезда. Поняв, что что-то не так, тетя Мила первым делом кинулась ко мне и поинтересовалась, все ли со мной в порядке. Она, конечно же, знала – работа у меня опасная, но люди, которые тебя любят, никогда не привыкнут к этому, не смирятся, настаивая на подыскивании работы поспокойнее.

– Женя, что случилось? – спросила она, пытаясь говорить как можно строже и холоднее, но сразу же смягчилась и добавила: – С тобой все в порядке?

– Издержки производства, неизбежные, – ответила я. – Можешь не беспокоиться и не переживать, теперь я в бессрочном отпуске.

Потом тетя проверила, все ли на месте. Убедилась, что главное не пропало: ни деньги, ни драгоценности – она очень дорожила и берегла маленький кулончик в виде сердца, такие еще часто показывают в кино: они открываются, и в эти две половинки можно вставить особо дорогие тебе крошечные фотографии. Там было изображение молодой тети Милы и первой ее любви, о которой она помнила, раз так хранила сердечко. Вздохнув, тетя начала помогать мне убираться. Одна я, безусловно, справилась бы, но таков уж характер тети Милы.

Большая часть видеокассет оказалась негодной, и от нее пришлось избавиться. Сердце мое обливалось кровью, когда я опускала их в мусоропровод.

Я не спала всю ночь и лишь под утро ненадолго задремала. До обеда стояла невыносимая духота. Иногда было ощущение, что воздух застыл и трещит от накала, так он был наэлектризован. После обеда небо заволокло серыми тяжелыми тучами, разбухшими от избытка влаги. И начался форменный, банальный конец света. Дождь лил стеной, обрушивая на землю тонны воды. Люди в панике разбегались кто куда, шлепая по лужам и еще больше пачкая брюки, длинные легкие юбки и голые ноги в мини.

Чтобы развеяться немного, решила пройтись. На душе было тяжело и неприятно. Какой-то нехороший осадок. Гуляла по проспекту, где в многочисленных кафе под открытым небом, под навесами и зонтиками, сидели люди, которым так же, как и мне, не сиделось дома, и наслаждались прохладительными напитками. Потом я свернула на улицу, пересекавшую проспект, и направилась к площади, где возвышался бронзовый, застывший навечно вождь Октябрьской революции и указывал путь в светлое будущее, а как шутили раньше, во времена тотального дефицита, место, где дают колбасу.

Я очень пожалела, что позабыла зонтик. Хотя, кто мог предполагать, что такое начнется? Даже Гидрометеоцентр не всегда уверен, сообщая свои прогнозы с большими допущениями и оговорками. Ливень застал меня врасплох, но я успела спрятаться под бетонный козырек старого дома, нависавший надо мной метрах в трех. Он был достаточно широк, чтобы можно было укрыться под ним от дождя. Кроме меня, здесь стояли еще двое – молодая девушка и парень. Он прижимал ее к себе, довольно улыбаясь, она, весело смеясь, обхватила его за талию. Им повезло меньше – подбежав позже, они успели вымокнуть до нитки. Вся основная масса набилась в павильон на остановке неподалеку, всего шагах в пяти от нас. Передо мной, у кромки тротуара, резко затормозив, остановились белые «Жигули» десятой модели. Я патриотка, слов нет, но что касается удобства, комфорта и практичности, предпочитаю, уж не обессудьте, иномарки. Перед этим водитель «Жигулей» нещадно обдал людей, стоявших на остановке, мутной водой из лужи. На что в толпе прокатилась волна возмущения. Опустилось стекло, и знакомый голос позвал меня, затем показалось лицо Игоря Мезенцева.

– Женька, ныряй сюда, – крикнул он, распахивая дверцу, – давай поживее, а то вся промокнешь.

Меня не надо было долго уговаривать. Плюхнувшись рядом с водителем на сиденье, чмокнула в щечку своего спасителя. Народ начал не на шутку волноваться, и мы поспешили убраться, пока нас не растерзали – Игоря и меня, ставшую его сообщницей. Обзавидуйтесь теперь. Мы уже будем далеко.

– Я мог и не увидеть тебя. По чистой случайности заметил, – начал Игорь. – Как дела, все еще крутишься?

Я немного не поняла вопроса. И решила схитрить.

– А ты как здесь оказался? – ударила вопросом на вопрос.

– Ребята захотели как-то разнообразить свой досуг. Устроили состязание. Эдакий кубок агентства по кикбоксингу, – улыбнувшись, объяснил он. – Ты ведь знаешь, там все специалисты по этому делу. Нос сломать, челюсть выбить, подровнять, если что выпирает. Кровь ведь играет. Но это так, ради смеха.

– Можешь мне не объяснять. Сама много раз наблюдала, – ответила я.

Кого-то учат строить, кого-то писать интересные книжки, создавать шедевры…

Их учили убивать. Почему, собственно, их? Нас! Я ведь тоже принадлежу этой системе, хотя давно вышла из игры. Печать государства, всегда нуждающегося в карательных органах, будет лежать на мне всю оставшуюся жизнь. Мы те самые длинные руки, крепкие и безжалостные.

– Кстати, – вдруг встрепенулся Игорь. Ненадолго оторвал взгляд от дороги и посмотрел на меня в упор, – если не торопишься никуда, могу взять с собой. Обрадуешь старых знакомых, новых заведешь.

«Дело было вечером, делать было нечего». Не совсем, конечно, вечером, но соглашаться нужно немедленно. Пропустить такое зрелище? Да ни за что на свете! Лучше день потерять. К тому же я все равно собиралась развеяться, сменить обстановку хотя бы на вечер не помешает.

– Оргии, пьянку, разврат – обещаешь? – спросила я, едва сдерживая смех.

– Это без проблем, – поддержал меня Мезенцев. Подыгрывал, сделав серьезное лицо.

– Тогда прибавь газу. Не желаю пропускать шоу.

Не в силах больше сдерживаться, мы оба расхохотались. А природа, по-видимому, решила отыграться на ни в чем не повинном городе Тарасове. Дождь и не собирался утихать.

Минут за пятнадцать добрались до невысокого здания, каких в центре множество. Дорогой фасад, отделанный со вкусом, и вывеска с названием «Охранное агентство „Ангел-хранитель“». Претенциозно и тупо. Эта вывеска портила весь вид. Добавили тогда бы еще девиз. Что-то вроде – «Ваша жизнь в наших руках». Похоже там работают одни пионеры-тимуровцы, но эти ребята сейчас вышли из моды, самый писк – скауты. «Последний бойскаут» – отличный фильм. Как раз этого фильма у меня больше нет. Покойся с миром, герой душки Брюса Уиллиса.

Когда вошли внутрь, стало тепло и сухо. Так и хочется добавить: и комфортно – для любителей рекламы. Я поежилась, согреваясь. Как все-таки здорово там, где нет противного, холодного дождя!

– Привет, парни! Почему скучаем? – весело обратился Игорь к двум бугаям в черных костюмах, потом указал на меня рукой: – Со мной. Ничего, правда? – поднеся ко рту ладонь, прошептал он.

За глупую шутку я слегка ткнула его кулаком в бок. Игорь, паясничая, скорчился от боли. Да я не сердилась на него, более того, настроение мое было просто отличным. Парни же явно не разделяли нашего веселья. Смирившись с тем, что они не приглашены, махнули обреченно рукой, пропуская нас, но так ничего и не ответили. Кроме них и еще нескольких секретарш, длинноногих фотомоделей – признаться, я им ни в чем не уступала, – в офисах и кабинетах никого не было. Кругом евроремонт, подвесные потолки, бело-серая нейтральная цветовая гамма (подходящее сочетание, не провоцирует глаз), дорогая оргтехника и оборудование: компьютеры, подключенные к сети, принтеры, сканеры, ксероксы – в общем, по последнему писку техники.

Мы спустились в подвальные помещения. Там располагался великолепный тир на пятьдесят и двадцать пять метров. Я позавидовала впервые, позавидовала черной завистью. Вот где надо поддерживать себя в нужной форме! Оставив позади помещения для стрельбы, прошли дальше. По дороге мы не разговаривали, а когда до меня стали доноситься восторженные крики, аплодисменты и свист, Игорь откликнулся:

– Вот и пришли. Спортзал отгрохали – закачаешься! Только в обморок не падай – знаю я вашу женскую натуру. Заклинаю и умоляю.

– А что это ты взял манеру надо мной подшучивать? Может, тоже выйдем на ринг? Спорим, я тебя сделаю.

Игорь встал в стойку и, шутливо выделываясь, запрыгал передо мной. Веселье бьет через край, как бы после не пришлось плакать.

В середине спортивного зала стоял боксерский ринг. Все, как полагается: два бойца, один в синих трико, другой в красных, соответственно, с красными и синими лампасами, рефери, тоже из своих, и полный зал зрителей. Невдалеке готовилась новая партия свеженьких отбивных тушек.

Из двух тех, что на ринге, один был мне знаком – Кононов. Признаться откровенно, он мне не нравился. Было в нем что-то настораживающее, пугающее, от него, по-моему, можно ждать только какой-нибудь подлости. Но заметно это только человеку с острым внутренним чутьем. Тонкому психологу. Обычный же гражданин наивно полагает, что с ним говорят откровенно, не пряча камня за пазухой. На плече – на правом – у Кононова была татуировка: череп с проломленной глазницей и выбитыми нижними зубами. Два слова, над черепом и под ним. Надпись на английском языке «Дикий дивизион».

Он и Кочергин служили вместе. Действительно, дикая парочка. Ставшая таковой после нападения «духов» на блокпост. Совершали набеги они обычно на рассвете, когда крепче спится. В палатку, где должны были находиться десять человек, но на самом деле оказалось только восемь – как вы догадались, не было Кононова и Кочергина, – залетела граната. Восемь солдат сдуло вместе с палаткой. Потом их долго искали по всему блокпосту и дальше. Так вот, эти два товарища ночью, без приказа, самовольно покинув часть, догнали группу боевиков и, напав внезапно, вырезали семнадцать человек. Остальные в панике разбежались, решив, что подверглись атаке многочисленного отряда. Наутро, вернувшись, налетчики схлопотали не помню по сколько дней гауптвахты, но дело замяли и даже объявили благодарность.

Спарринг начался, но длился недолго, победил – угадайте кто? Бой закончился на второй минуте первого раунда. Противник в синих трико попытался нанести удар прямой правой ногой, но Кононов поставил защиту и, подпрыгнув и перевернувшись в воздухе вокруг своей оси, резко выбросил правую ногу. Тот отскочил назад. Затем состоялся простой обмен ударами в закрытые перчатки: прямыми, сбоку. Боец в синих штанах на некоторое время открылся, это и стоило ему победы. Кононов не упустил такой возможности. Точный, акцентированный апперкот, с выбросом всего тела вверх, и мощный удар ногой сверху завершили начатое дело, поставили точку. Судья, склонившись над поверженным и потерявшим сознание бойцом, считал до десяти. Раз, два, три… девять, нокаут. Поднятие руки ознаменовало чистую победу Кононова в схватке. Он, довольный, спустился в зал с ринга ожидать следующего боя. Система была простая, на выбывание. Проходя через скопления людей, получал одобрение и поддержку, в виде похлопываний по плечу и дружеских толчков. Его тело блестело в мертвенном освещении люминесцентных ламп. Игорь подозвал его к нам.

– Такие люди, и без охраны, – приблизившись, искренне удивился Кононов.

– Охранять как раз ваша специальность, – сказала я, как можно дружелюбнее.

– Никогда не забуду ту пощечину. Я не обиделся, но запомнил, – брякнул он, теряя контроль над собой.

– Такая уж и пощечина? – начала подзадоривать его я, не знаю до сих пор зачем. – А мне казалось всегда, что это был удар в челюсть. Хамство всегда наказуемо.

Разговор вот-вот мог перейти в рукопашную. Здесь, а не на ринге.

– Брейк, кто старое помянет, тому глаз вон, – вмешался Мезенцев, – передо мной могли бы вести себя и попроще. Паша, ты ведь старше, вот и возьми себя в руки.

Однажды, отвесив несколько неуклюжих комплиментов в кавычках – это я ему простила, – он попытался пустить в ход руки, за что и получил по физиономии. Обычная банальная ситуация. Но этот человек не любит проигрывать ни в чем. Затаив обиду, он – я просто уверена! – давно готовил план мести, да случай не представлялся. Я не боялась его, и плевать, что он думает обо мне, но, согласитесь, неприятно, когда кто-то, стоя за спиной, дышит на тебя злобой.

Кононов вытирал пот со лба. Одна капелька, самая шустрая и непослушная, скатилась сначала от виска к скуле, а затем вниз по шее. Шум и гам не прекращались, так же как и колкости и обидные шутки в адрес тех двоих, что изо всех сил пытались сейчас победить друг друга. Но это получалось неуклюже – откровенный мордобой, уличная стычка. Судья не очень-то себя утруждал, почти не вмешиваясь в ход драки. Только изредка разнимал, чтобы они совсем уж не начали кататься по полу. В любом случае скоро должна наступить развязка.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное