Марина Крамер.

Ангел

(страница 1 из 2)

скачать книгу бесплатно

Буквально за три дня до Рождества неожиданно начался такой снегопад, что в белом убранстве оказался и весь пригородный коттеджный поселок, и лес, его окружающий. В сочетании с тихой, безветренной и не по-зимнему солнечной погодой это добавляло в предпраздничную атмосферу какой-то особой прелести и красоты.

Около двенадцати часов дня молодая длинноволосая брюнетка в белой норковой шубе стояла на крыльце коттеджа и с улыбкой наблюдала за тем, как ее охранники пытаются освободить от снежных заносов ворота гаража.

– Мальчики, а вам не приходило в голову, что все это нужно делать пораньше, с утра, например, а? – поинтересовалась она низким, чуть хрипловатым голосом.

От компании старательно работающих лопатами мужчин отделился огромный, бритый наголо бугай с тонкими усиками, подошел к крыльцу и, глядя снизу вверх на хозяйку, процедил:

– Да тут не с утра, тут хоть круглые сутки маши лопатой – толку не будет.

– Ты, Хохол, всегда оправдание найдешь, – фыркнула брюнетка, небрежно отбрасывая назад волосы с плеча. – Вам лишь бы не делать ничего!

– Так я и не дворником тут приставлен! – резонно возразил бугай, бывший личным телохранителем этой женщины, известной в городе и за его пределами как Наковальня – глава одной из крупных криминальных группировок, а по совместительству – владелица нескольких ресторанов и казино.

Отношения с Хохлом были более чем дружескими, и он, пожалуй, единственный мог позволить себе вольности в общении с хозяйкой. Вот и сейчас он прислонил деревянную лопату к крыльцу, вынул пачку сигарет, закурил и проговорил в пространство:

– В лагере случай был на лесосеке. Есть там такое понятие – топтальщик, он протаптывает дорогу к дереву, с которого потом рубщик сучья будет снимать. Так у нас один черт ухитрился. Говорит напарнику: мол, давай сегодня я рубить буду. А тот ни в какую – нет, говорит, рожей ты не вышел, иди топчи. А как, если снегу по пояс? Ну, пошел парень. А когда рубщик топор взял да следом двинул – дороги к дереву-то и нет, хотя вокруг ствола все, как положено, – обтоптано, примято. И так по всей деляне. Пойди предъяви топтальщику – снег-то утоптан, даром что к дереву не подберешься.

Наковальня рассмеялась, чуть откинув назад голову:

– Ну, здоров ты, Хохол, байки травить! А как он сам-то к дереву попал, если тропы не было?

– А на лопате подъехал, вот на такой, – и охранник продемонстрировал лопату для уборки снега.

Это развеселило хозяйку еще сильнее, она даже на перила облокотилась, корчась от смеха, а Хохол невозмутимо докурил, щелчком отправил окурок в урну и заорал, обращаясь к охране:

– Ну, вы там пристыли, что ли? Долго еще стоять будем? Марина Викторовна мерзнет!

Через десять минут черный «Хаммер» Наковальни несся по направлению к городу. Это была вынужденная поездка – Марина готовилась к банкету, который устраивала строительная корпорация ее мужа Егора Малышева. Сама Наковальня праздников не любила и старалась не отмечать вовсе, а уж если мужу хотелось, то делали они это исключительно вдвоем и дома.

На этот счет у них была даже собственная традиция – японские блюда, зажженный камин, свечи и белая медвежья шкура, которая вполне заменяла посиделки за столом. Но в этом году Егор настоял на Маринином обязательном присутствии на официальном торжестве, и ей ничего не оставалось, как подчиниться. Муж был единственным человеком, слово которого что-то значило для непокорной и независимой Коваль.

* * *

Первым пунктом программы значился салон красоты, не отнимавший много времени, так как Марина была там не только постоянной клиенткой, но и хозяйкой, и уж что-что, а ее вкусы персонал знал назубок.

Охранники скучали в креслах, читая журналы, и время от времени подходили к двери, чтобы вежливо объяснить очередной клиентке, что салон закрыт на несколько часов. Вынужденная мера предосторожности, но образ жизни диктовал условия существования.

Все процедуры были закончены. Марина и сама вздохнула с облегчением, и Хохол перевел дух. Его с самого утра не покидало нехорошее предчувствие, однако нервировать хозяйку он не решался.

– Теперь куда? – поддерживая Марину под локоть, чтобы не поскользнулась на крыльце, спросил Хохол.

– В торговый центр.

Эта часть поездки была не только наиболее опасна – обещала и немалую трату сил и нервов. Марина терпеть не могла походы по магазинам: ее всегда раздражала бестолковость и навязчивость продавцов, обилие дешевого ширпотреба, выдаваемого за брендовые вещи. Но выхода не было – нужно вечернее платье.

Сегодня определенно был не ее день. Марина раздраженно оглядывала витрины бутиков и понимала, что вряд ли ей удастся найти то, что она хочет. Обилие турецкого люрекса и китайских блесток выводило ее из себя – ну как можно нацепить на себя это? Да и взгляды снующих покупателей, охваченных предпраздничной суетой, тоже раздражали, хотя их любопытство было оправданно. Молодая женщина в дорогой шубе, окруженная четырьмя мордоворотами в строгих костюмах – не каждый день такое встретишь.

– Так, Сева, Гена и Данила, в машину! – распорядилась Марина, устав от пристального внимания посетителей торгового центра.

Рыжеволосый Сева попробовал возразить, но наткнулся на «фирменный» взгляд хозяйки и замолчал. Все трое послушно направились к выходу, а Марина в сопровождении Хохла направилась на второй этаж. Едва сойдя с эскалатора, она увидела платье, поразившее ее буквально с первого взгляда. Черный шелк обливал манекен, струился складками, глубокий вырез мог подчеркнуть все достоинства груди, а длина до колена – продемонстрировать красивые ноги.

– Женя, все! Вот оно… – выдохнула Марина с облегчением, направляясь ко входу в бутик.

Хохол настороженно огляделся по сторонам, но ничего подозрительного не обнаружил, и это немного его успокоило. Предпраздничная суета и мелькание утомили его. Он мечтал, чтобы хозяйка наконец-то выбрала хоть что-то и можно было бы оказаться дома. «Надо же – три Санта-Клауса, прям корпоратив какой-то», – хмыкнул он, заметив на эскалаторе троицу в ярко-красных шубах и с длинными белыми бородами.

Тем временем в бутике Марину атаковали две молоденькие продавщицы, моментально вычислившие состоятельную клиентку. Они наперебой предлагали и то, и это, но Коваль решительно двинулась к манекену.

– О, у вас безупречный вкус! – выдохнула блондинка, помогая своей напарнице снять платье с манекена. – Это единственный экземпляр, хозяин привез на пробу, все боялся, что цена велика, и платье так и провисит до распродажи.

– Не провисит, – очаровательно улыбнулась Марина, направляясь в примерочную.

Платье село как влитое, было ощущение, что именно с Марины снимал мерки известный кутюрье. Коваль удовлетворенно оглядела себя в зеркале, привстала на цыпочки, пытаясь представить, как будет смотреться на каблуке, потом потянулась за сапогами на тонкой шпильке. Нужно было выйти к Хохлу – уж тот-то точно не соврет и скажет, как именно выглядит хозяйка в новой вещи.

Пока она надевала сапоги, чтобы не выходить босиком, в бутике послышалась какая-то возня, раздался тонкий женский вскрик, затем вой сигнализации, выстрелы – и все стихло. Коваль отодвинула шторку примерочной, и в тот же миг ей на голову набросили какой-то мешок, подняли на руки и куда-то понесли. Она не могла даже вздохнуть, не то что крикнуть – мешок был плотный, и еще кто-то очень добрый затянул его на горле так, что каждое движение рисковало стать последним – она просто удавилась бы. Марину охватила паника, начался приступ клаустрофобии – она совершенно не переносила замкнутого пространства и завязанных глаз, это равносильно смерти… Сознание уплывало…

* * *

Первой мыслью было – где она? Левая рука затекла, пристегнутая наручником к батарее отопления. Марина полулежала на полу в какой-то комнате, где из мебели была только широкая кровать, накрытая красным атласным покрывалом явно китайской выделки. На странно маленьком окне – темные красные же шторы, совершенно не пропускающие света, на полу – толстый палас, стены украшены какими-то эротическими картинками…

– Форменный бордель! Какого только хрена я здесь делаю и где, в конце концов, Хохол и охрана? – Марина огляделась. – Елки зеленые, да на мне же платье, которое я собиралась купить…

Значит, ей не приснилось – ее действительно умыкнули прямо из примерочной!

– Кто, черт возьми, это сделал?! – Она попыталась сесть и свободной рукой поправить сбившееся к шее платье, закрыть ярко-зеленое белье и ажурные черные колготки. Поза весьма неудобная, и левую руку Марина уже не чувствовала…

Пока она возилась со своим платьем, дверь открылась, и вошел огромного роста мужик с бутылкой минералки в руке.

– О, очухалась? А я тебе водички принес, думал – пить хочешь.

– Хочу. – Эта рожа ей была совершенно незнакома.

Он протянул бутылку, Коваль сделала пару глотков.

– Меня Владлен зовут, проще – Кастет, – представился мужик, внимательно разглядывая пленницу. – Теперь я твой папа и мама, и слушаться меня оч-чень советую, иначе будет ну очень больно… – Он вынул из-под кровати ножку от стула – она была вся в следах крови. – Видишь? Эта штука называется «воспитатель», я им владею в совершенстве, и вас, сучек, луплю с большим удовольствием. Продолжаем разговор. Тебя как зовут?

Что-то не очень хотелось Марине разговаривать после подобного предисловия, но молчать, видимо, себе дороже, поэтому она спокойно и ровно ответила:

– Зовут меня Марина, фамилия моя Коваль, если вдруг тебе это о чем-то… – договорить она не успела – амбал размахнулся и ударил ее «воспитателем» прямо по боку, которым Марина успела к нему повернуться. Боль была такая, что перехватило дыхание.

– А вот врать мне не советую. – Кастет задрал ей голову концом палки. – Коваль не ходит по таким магазинам.

– И где, по-твоему, я себе тряпки покупаю? – сквозь слезы поинтересовалась она, свободной рукой держась за ушибленный бок.

Последовал второй удар, прямо по пальцам. «Нет, пора уходить в несознанку, иначе он меня забьет здесь», – поняла Марина, замолчав, и больше так и не сказала ему ни слова.

– Ну, смотри! – предупредил он. – Через три дня хозяин приедет, тогда мы с тобой поговорим по-другому.

Он вышел, закрыв дверь, а Коваль затрясло от предвкушения.

– Ну, выберусь, узнаю кто – и этот придурок заплатит мне так, как никто еще! – прошипела она тихонько.

Прислушавшись, Марина поняла, что находится в помещении не одна – кроме нее, рядом был еще кто-то. В соседней комнате что-то происходило, диким голосом кричала девчонка:

– Отпустите меня… я хочу домой, отпустите…

В ответ раздался мужской хохот, звуки ударов, плач, а потом – весьма характерные звуки, сопровождающие занятия сексом…

– Ни фига себе! Но со мной такой фокус не пролезет! – Это Коваль решила для себя четко. – Я лучше голову о батарею раскрою, чем позволю ко мне прикоснуться!

Однако ее никто не тронул до самого утра, хотя входная дверь несколько раз хлопала, и в прихожей раздавались мужские голоса – сто процентов, это бордель. Утро не принесло ясности – вошел тот же Кастет, молча отстегнул наручник, поднял Марину на ноги и отвел в ванную. Она краем глаза успела заметить, что это какое-то явно полуподвальное помещение, только хорошо отремонтированное и оборудованное именно под притончик.

«Интересно, не Макара ли это точка?» – подумала Марина, запирая дверь.

Сутенер Макар был ее давним врагом, с которым постоянно возникали какие-то трения и разногласия. Он не упускал случая, чтобы сделать ненавистной Наковальне какую-нибудь гадость, так как считал, что все, чем она владеет, досталось ей «не по понятиям». Так что резон в Маринином предположении был…

Она без помех приняла душ, привела себя в порядок, осмотрела огромный лиловый кровоподтек на правом боку.

– Ты что, умерла там? – раздался из-за двери голос Кастета. – Не одна ведь! Если не откроешь, зайду сам!

Она вышла добровольно – не очень хотелось демонстрировать ему свои прелести, ничем хорошим не закончится, уж в этом она не сомневалась. От завтрака отказалась, сославшись на головную боль. Кастет разрешил ей прилечь на кровать, но заботливо пристегнул за правую руку к спинке.

– Так надежнее! – подмигнул он, выходя.

Марина легла и вытянулась во весь рост, наслаждаясь горизонтальным положением и относительно удобной позой. Совершенно очевидно, что в ее планах не значится работа проституткой, это же просто смешно! Но убежать вряд ли получится – уж слишком бдительный охранник и слишком хорошо он владеет своей палкой, чтобы могло возникнуть желание еще разок попробовать.

О том, что творилось сейчас дома, она предпочитала не думать… да и с Хохлом наверняка что-то произошло, иначе он ни за что бы ее не отдал… Только бы был жив! Занятая этими мыслями, Марина и не заметила, что через чуть приоткрытую дверь ее внимательно разглядывают.

– Молодцы парни! – восхищенно произнес тонкий мужской голос. – Где только откопали такую телку?

– Говорят, в торговом центре выпасли, прямо из примерочной взяли, – ответил Кастет.

– Вагиф доволен будет – такая дорого пойдет, особенно если перед этим по кругу ее не пускать, как вы это любите. Столько девок перепортили – поубивал бы вас!

– Эту Вагиф велел не трогать, видишь, я даже от двери не отхожу, чтобы у молодых яйца не сводило. И потом… Напоминает она мне кого-то, но вот вспомнить не могу никак. Знаешь, что она мне втирала вчера? Что она – Наковальня.

– Так ее что – по наводке взяли? – настороженным тоном произнес тонкоголосый, и Марина затаила дыхание, чтобы не пропустить ни слова. – Слушай, а ведь похожа, между прочим – я пару раз Наковальню видел, классная сучка.

– Да ладно! – отмахнулся Кастет. – Заливает мочалка эта, ну, похожа немного, и что? Будет тебе Наковальня по нашему торговому центру разгуливать!

– Знаешь, если честно, Кастет, эта девка не выглядит обычной телкой, – задумчиво протянул его собеседник. – Ты видел, какое на ней платье? Да и вообще – маникюр свежий, такой штуки на три «деревянных» в салоне потянет, прическа… И то, что Вагиф велел ее не трогать, меня напрягает – не было такого. Что-то не так с этой дамочкой, это я тебе говорю!

– А-а, тебе вечно тараканы мерещатся! Ну, платье, ну, маникюр… И что? Это совершенно не значит, что она – Наковальня. А Вагиф мог кому-то под заказ ее взять. Мало ли дураков в городе?

– Нет, погоди… Ты видел, какой у нее булыжник на пальце? Такой в ювелирке не купишь, штучная работа, заказная. Не может быть, чтобы такая упакованная баба одна по бутикам разгуливала. Ты не в курсе, с ней был кто-нибудь? – спросил тонкоголосый, и Кастет пробормотал:

– Пацаны говорили, что мужик сидел в магазине, здоровый такой, с усиками. Да, еще татуировка у него интересная на кисти была – пантера в прыжке…

– …твою мать! – заорал его собеседник. – Ну, лохи позорные, во вы встряли! Ты знаешь, кто это был?! Жека Хохол, охранник Наковальни! И значит, вот это – она и есть, баран ты беспонтовый! Что с Хохлом?

– Вроде наглухо…

Маринино сердце сжалось от боли. Женьку убили… ее Хохла, ее мальчика…

– Ох, мать твою!.. – простонал тонкоголосый. – Ты хоть понимаешь, что теперь будет?! Да от нас мокрое место останется, когда все вскроется! Вагиф открестится – ему нет резона с Макаром рамсить, «крышу» зудить – себе дороже… И получается, что Вагиф знал, кого берет. А это значит, зачем-то нужна ему эта баба. И нам при любом раскладе вилы. Давай думать, как свою задницу спасать. Рождественский подарок, дери вас нелегкая!

– А у меня есть идейка, – вдруг изрек Кастет. – Давай мы вот как поступим. Если это и в самом деле Наковальня, в чем я лично сильно сомневаюсь, то мы с тобой, Радик, еще и в плюсах окажемся. И Вагифа обуем – чтоб знал, как втемную задания давать. Мы ему не мальчики.

– Ты о чем?

– А вот о чем – у Наковальни муж реально богатый чувак, некто Малыш – слыхал? Если мы ему предложим маленькую сделку, пока Вагиф в город не вернулся…

– А вдруг откажется? – с сомнением протянул тонкоголосый.

– Баран ты, Радик, – вздохнул Кастет, раздосадованный непроходимой тупостью напарника. – Ты отказался бы от такой телки?

– Я? Нет.

– Ну, так и Малышев тоже мужик, понятно? Борзеть не станем, много не запросим, хотя за такую ляльку бабла не жалко. Осталось обдумать детали…

Голоса стихли, оба «бизнесмена» ушли в другую комнату обсуждать план действий, а у Марины появилась наконец хоть какая-то информация о том, где и у кого она находится.

В голове все более или менее встало на места. Вагиф – содержатель борделя, подкрышный Макара, и его люди прихватили ее. Не иначе Макара и заказ – он давно грозился поквитаться с ней за все. Эти двое – что-то типа службы безопасности, они же отвечают за «товар» и его качество. Теперь главное – выбраться живой, а уж потом-то она от этого местечка камня на камне не оставит.

В связи со сделанным охраной открытием ее положение не улучшилось – скорее наоборот. Кастет, входя в комнату, орал прямо с порога, как подорванный, наручники снимали только утром, выводя в ванную, курить тоже не давали, и от этого последнего Коваль на стену была готова лезть.

Рождественская ночь ознаменовалась дебошем охраны и истошными криками проституток. Еще хорошо, что Кастет запер дверь на ключ, иначе никто не поручился бы за поведение пьяных отморозков.

«Бедный Егор, он, наверное, с ума сошел там, – думала Марина, прислушиваясь к залпам петард на улице и звукам музыки за стеной. – Разумеется, ни на какой банкет не поехал… сидит, наверное, в каминной, изводит себя мыслями о том, куда же залетела его дорогая супруга».

* * *

Прошло уже три дня, обещанный Вагиф так и не появлялся. Вся охрана злачного места шумно гуляла, отмечая Рождество. Марина начала всерьез опасаться того, что Кастет и его молодые отморозки, что регулярно заглядывали в комнату, решат все же проверить ее в деле, а вот это уж совсем лишнее. К концу пятого дня Кастет явился к ней, держа в руках видеокамеру.

– Дело такое, красавица, – начал он, присев на кровать рядом с Мариной. – Возможно, ты и в самом деле та, за кого себя выдаешь. И я хочу это проверить. Я слышал, что муж настоящей Наковальни готов за нее на любое безумство и на любые бабки, так вот – сейчас я сделаю запись и передам ему, и если он тебя узнает, то будем разговаривать дальше. Если нет… – Он выразительно глянул на нее. – Тогда не обижайся.

– Что будет, если Малышев меня узнает?

– Пусть сначала узнает, а там поговорим.

Марина всю ночь проплакала, зажав лицо подушкой, представляя, что будет твориться в душе Малыша, когда он увидит ее в таком месте.

…Назавтра в притон ворвался Стас Логинов – директор ее охранного агентства. Не один, разумеется, – с бойцами. С ходу молотнул кого-то в коридоре, заорал так, что полетела штукатурка:

– Где?! Где она, я спрашиваю?!

Послышалась возня, звук падающего тела, потом быстрые шаги по комнатам, знакомые до дрожи шаги мужа. Он выбил замкнутую на ключ дверь и бросился к Марине:

– Господи, детка, вот ты где! Стас! – крикнул он. – Пусть ребята ключи от наручников поищут!

Ключ нашелся мгновенно – Кастет оказался слаб и очень восприимчив к боли. Егор освободил Маринину руку и, подняв с пола, на котором она сидела, вынес в коридор.

– Все, детка, все кончилось, мы едем домой.

В коридоре, уложив на пол обитателей борделя, стояли охранники Наковальни во главе с Севой. При виде хозяйки он опустил глаза и пробормотал:

– Марина Викторовна, мы виноваты…

– Отстань, не до тебя! – оборвал Егор. – Успеешь покаяться еще! Заканчивайте здесь, и уезжаем!

Коваль прекрасно знала, чем именно заканчиваются подобные «рейды», поэтому попросила Стаса:

– Девчонок не трогайте, им тут и без вас досталось.

– Девок на улицу! – распорядился тут же Стас. – Уходите, Марина Викторовна.

– Стас, разнесите здесь все, на хрен! – неожиданно для всех приказала Марина, и Егор недовольно поморщился:

– Зачем?

– Помогу ментам немного. Уж не знаю, эту ли точку они хотели закрыть, искать мне некогда, но пусть одной меньше будет.

– Макар тебе не спустит.

Коваль вздернула бровь и посмотрела на мужа так, словно он сморозил какую-то глупость:

– А я что – напишу мелом на обоях, что я это сделала?

– Думаешь, он не поймет? Или ему не доложат, что ты здесь была? Опять считаешь кого-то дурнее себя! – предостерег Малыш, но она только поморщилась и ничего не ответила.

Разумеется, Макар все поймет, разумеется, побежит к «смотрящему» жаловаться и требовать разбора. Но Коваль слишком много услышала в этом месте за проведенные здесь дни, чтобы уйти просто так, не хлопнув дверью.

Ее бойцы вывели на улицу пятерых девчонок, что-то сказали им, и те шустро бросились врассыпную, хотя куда им было идти? Наверняка ни паспортов, ни денег, ни родных в городе. Не исключено, что через пару дней кто-то из них окажется в точно таком же притоне, только в другом районе, и будет продолжать заниматься прежним ремеслом. Но – каждому свое, как говорится. Шанс им дан, а уж как им воспользоваться – личное дело каждого.

Егор понес жену в машину, завернув в свою дубленку, сел в салон «Хаммера», не выпуская любимую ношу из рук.

– Егор, – попросила она дрогнувшим голосом. – Сигарету…

– Да, детка, сейчас. – Он стукнул в перегородку, и Юрка, опустив ее, подал пачку «Вог».

Коваль с наслаждением закурила, даже голова немного закружилась после почти недельного перерыва. Егор все гладил ее по голове, по плечам, намотал на палец прядь волос, как любил раньше, слегка потянул на себя.

– Господи, как же ты меня напугала! Я ведь решил, что это Бес устроил, кинулся к нему, а он и сам в шоке: я, говорит, в «Новостях» услышал, сразу подумал, что на меня попрут, а я, мол, не при делах.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное