Мария Брикер.

Кокон Кастанеды

(страница 3 из 21)

скачать книгу бесплатно

– Значит, доверяла убийце, раз сама эту дрянь приняла, – сообщил Владимир.

– Или убийцам, – поправила эксперта Зотова.

– Сомневаюсь, что убийц было двое.

– Нашел что-нибудь? – заинтересовалась Елена Петровна. – Следы?

– Со следами все глухо. После того как девочку распяли и крест подняли, за собой все тщательно подчистили и пол помыли. Но смущает меня крюк в стене. – Владимир сел на корточки. – Его ввинтили в стену недавно. Ну-ка, ну-ка, я же говорил! – Рыжов осторожно снял с крюка обрывок ниточки, зацепившейся за кончик, и посмотрел ее на свет. – От веревки канатного типа, – сообщил криминалист и, задрав голову, указал рукой на потолок. – А теперь, Леночка Петровна, туда посмотрите, в потолке тоже крюк. Он давно висит. Думаю, деревенские раньше на нем туши подвешивали.

– И что? – спросила Зотова.

– На сгибе крюк словно бы протерт. Преступник, видимо, использовал два крюка как строительный ворот, чтобы тяжелый крест поднять. Веревку к верхушке креста привязал, затем перекинул ее через верхний крюк, пропустил через крюк в стене, и ему осталось сделать лишь несколько усилий. Доску в полу тоже грамотно проломил, чтобы упор для основания был и крест бы не скользил. Если бы убийц было двое или больше, разве стали бы они так париться? Подняли бы на руках, и все дела. Очевидно, убийца соображает в строительстве или инженерных премудростях.

Владимир покосился на понятых, те переменились в лицах и вжались в стену. Трофимов тоже заинтересованно скользнул по работягам взглядом.

– С рукой что? – спросил он у молодого строителя: кисть у него была забинтована.

Тот затряс рукой, выпучил глаза и замычал что-то нечленораздельное.

– Обжегся он сваркой, – ответил за товарища другой строитель. – Калитку варили.

– Я разве вас спрашивал? Я его спрашивал, – нахмурился Трофимов. – Отвечай на вопрос, не мычи!

– Немой он. С рождения.

– Простите, – смутился опер.

Повисла неловкая пауза.

– Итак, – вмешалась Зотова. – Со слов свидетельницы мы знаем, что около половины двенадцатого ночи девушку сюда привезли Цыплакова и Холмогоров. Зачем? В этом направлении и будем копать. Венечка, бери мою машину, дуй в быстром темпе в Москву, выясняй координаты Цыплаковой – и в прокуратуру ее. Ничего ей не объясняй, потоми в моем кабинете, пусть созреет для беседы. Меня смущает, что в холодильнике продукты свежие. Вот что меня смущает! Если девушку планировали убить и с этой целью ее сюда привезли, зачем прикупили продовольствие? Я здесь закончу и потом с экспертами вернусь.

– А что с Холмогоровым? – уточнил Трофимов.

– Ненавязчиво разведай обстановочку, но пока трогать Холмогорова не нужно, как бы ненароком в каку не наступить. Знаю я этих популярных журналистов, с голыми руками к ним лучше не лезть. Начнет права качать, вой поднимет, адвокатов на нас натравит. Надо понять, на что давить. Редакторшу программы сначала прощупаем, а после за тележурналиста примемся. Все, начинаем, Палыч, – дала указание Зотова и открыла папку с протоколами.

Глава 3
Москва слезам не верит
(Ремейк)

Иван Аркадьевич еще раз взглянул на фото Лизы, спрятал его в карман и закурил.

В небольшом итальянском кафе, недалеко от станции метро «Кропоткинская», где режиссер назначил барышевской дочке встречу, было прохладно и тихо. Приятно пахло молотым кофе, корицей и булочками. На круглых столиках, покрытых накрахмаленными белоснежными скатерками, стояли свежие розы – отличное место для разговора по душам.

Из окна открывался уютный вид на Гоголевский бульвар и залитые солнцем купола храма Христа Спасителя. Он любил центр Москвы, мощенные камнем мостовые, отреставрированные старинные особняки, переулки и дворики Бульварного кольца и мелодичный перезвон колоколов аккуратных церквушек.

Сценарий о том, как изменить жизнь семейства Барышевых, пришел в голову режиссеру уже в чайной. С тех пор прошел месяц. Сразу после разговора с Барышевым ему пришлось улететь домой, в Вену, чтобы завершить прошлые дела. Остальное время ушло на подготовку проекта. И весь этот месяц идея настойчиво щекотала мозг, так что хотелось поскорее от нее освободиться и нажать кнопку «старт». Шантаж режиссера не пугал: Барышев, трусоватый по характеру и измотанный постоянным страхом, никогда не решился бы на этот шаг, но угроза Степана легла на благодатную почву и, как валерьянка, успокоила совесть режиссера. Теперь у Варламова был оправдательный мотив, в котором он остро нуждался. История, которая произошла прошлой весной, охоту играть в подобные игры отбила у него надолго. Чуть приемную дочь из-за своих сумасшедших затей не потерял![2]2
  Читайте об этой истории в романе Марии Брикер «Желтый свитер Пикассо».


[Закрыть]
Тогда он себя корил и ненавидел, но, получив очередное предложение, завелся вновь, почуяв запах адреналина. Кто бы мог подумать, размышлял Иван Аркадьевич, поглядывая в окно на храм, кто бы мог подумать…

Барышев предупредил, что дочь постоянно задерживается и ждать ее иной раз приходится до бесконечности, но Лиза вошла в кафе точно в обозначенное режиссером время. Иван Аркадьевич в этом не сомневался: актрисы, которым он делал предложение о совместной работе, никогда не позволяли себе опаздывать на встречи.

Варламов с любопытством разглядывал ее. Лиза выглядела немного заспанной (явно ночь провела без сна) и перед походом в кафе, похоже, сильно нервничала. Варламов отметил, что она криво накрасила один глаз. В остальном Елизавета Степановна была безупречна. Стильное белое пальто, свитер, оголяющий проколотый пупок, высокие замшевые сапожки. В волосах вместо обруча – очки от Диора. На плече – сумочка от Луис Виттона. Красивая, высокая, загорелая, блистательная. Глянцевый образ портили лишь полноватые бедра и колени, но, судя по вызывающей мини-юбке, в которой она явилась на встречу, комплексов по этому поводу девушка не испытывала.

Волнение Лизу Барышеву никак не оставляло. Она то комкала в руках салфетку, то ощипывала лепестки несчастного букета, а когда официантка принесла заказ, опрокинула бокал минералки на скатерть, выругалась и смешалась. Варламов потешался над ее смущением. Казалось невероятным, что эта красивая девушка с длинными русыми волосами и азиатским разрезом глаз способна испортить кому-то жизнь. Иван Аркадьевич счел ее очень милой. Лиза не играла, не жеманничала, слушала его внимательно, с восторгом на него смотрела. Правда, смысла его слов она категорически не понимала. Собственно, в этом и была ее прелесть: в своей растерянности и глупости Лиза казалась естественной и настоящей. Варламов заранее жалел, что очень скоро Елизавета Степановна Барышева справится с волнением и начнет изображать этакую светскую львицу или роковую даму, чтобы соответствовать своему статусу.

К столику подошла официантка и поинтересовалась, не желают ли они что-нибудь еще.

– Свиные отбивные у вас есть? Пожалуйста, принесите, – попросила Лиза. – Еще, пожалуйста, фаршированные баклажаны, сырную тарелку, рыбное карпаччо и салатик «Цезарь».

Режиссер слушал заказ с удивлением, похоже, Барышева решила сделать широкий жест: накрыть стол и накормить его. Забавная девушка!

– А вы, Иван Аркадьевич, что же ничего не заказываете? Кушать разве не будете? – поинтересовалась Барышева.

Режиссер заказал блины с икрой, с трудом удерживаясь от смеха. Впервые в жизни он лицезрел «публичную» обжору в девичьем обличье.

Барышева ела с аппетитом и, что удивительно, сметала все! А «перекусив», Лиза поумнела. Видно, еда ее расслабила и успокоила.

– Значит, вы предлагаете мне не в фильме сняться, а поучаствовать в вашем новом проекте? – спросила она, наконец-то сообразив, о чем толкует ей режиссер. – Ну надо же! А я губу раскатала, когда отец сказал, что вас заинтересовал мой типаж и вы согласны на меня взглянуть.

– В данный момент роли в кино у меня для вас нет. К тому же я – сноб и работаю только с профи. У вас нет опыта. У меня нет времени и желания, чтобы обучать вас на съемочной площадке. Нет у меня для вас и сценария. Очень многого «нет», как видите. Но вы мне понравились, и ваш типаж меня действительно заинтересовал, Лиза. Поэтому я и предлагаю своего рода компромисс.

– Роль в реалити-шоу, – заключила Лиза. – Ни фига себе! Я в шоке, короче. Не думала, что вы такой хренью занимаетесь. Вы же гений! Ладно, извините, дело ваше, конечно. Можно мне подумать минутку? – На личике Барышевой отразилось такое смятение, что Варламову ее стало немного жалко.

– Смею вас уверить, Лиза, что шоу у нас планируется необычное. Никакого отношения к телевизионным проектам оно иметь не будет. Идею оплатил один богатый человек, он, помимо меня, будет единственным зрителем, прихоть у него такая. Так что всемирный позор вам не грозит, – успокоил девушку режиссер. – Считайте, что участие в этом проекте для вас станет кастингом в большое кино и отличной школой. Если все пройдет удачно и мне понравится ваша игра, то я подумаю над более серьезным предложением.

– Значит, вы мне как бы пограничный вариант предлагаете? Отец вам что, мало денег дал?

– Милая девушка, идите домой, – сухо улыбнулся режиссер.

– Простите, я дура! – заорала на весь зал Елизавета Степановна. – Кретинка безмозглая! Вы обязаны меня простить, я же дочь булочника. Из грязи в князи мы! Воспитание плебейское. Культура поведения отсутствует. Убеждена, что все можно купить за деньги. Кстати, так оно и есть, по большому счету. Не умею я общаться с творческими людьми, вот и ляпнула глупость. Точнее, в первый раз общаюсь. Исключение моя подруга Муська – звезда «фабричная», но он – это отдельная поп-песня.

– Он? – удивленно переспросил Варламов.

– Ага, моя подруга – мальчик, – ошарашила режиссера Лиза. – В общем, если вы меня уже простили, я на все согласна! Это я так, для проформы пококетничала малость. Что конкретно от меня требуется?

– Очень рад, что вы поняли меня правильно, – рассмеялся Иван Аркадьевич: странное дело, но с каждой минутой Лиза Барышева нравилась ему все больше и больше. – Наше шоу будет строиться по принципу ролевой игры, то есть вам будет предоставлена полная свобода действий. Вы знаете, что такое ролевая игра?

– О-о-о! – эмоционально отреагировала Лизавета.

– Хорошо, тогда постарайтесь представить, что вы в игре.

– Как? Прямо сейчас?

– А зачем тянуть? Я только…

– Клево! – перебила режиссера Лизавета. – Я даже вспотела вся от возбуждения. Знали бы вы, как я люблю эти игры! Это же такой адреналин! Кого мне изображать? Хотите, я сейчас прикинусь эпилептиком и нам не нужно будет платить за обед? – возбужденно предложила она.

Варламов отрицательно покачал головой, но было поздно – Лиза сунула в рот что-то белое, и изо рта у нее обильно пошла пена. Через секунду Елизавета Степановна Барышева, закатив глаза, лежала на полу и билась в жутких конвульсиях.

* * *

– Славная погодка, не находите? – воодушевленно сказала Лиза и откашлялась.

Варламов молча протянул Лизавете еще один бумажный носовой платок. Погодка в самом деле была славная, солнечная, безветренная и теплая. На бульваре, куда им пришлось переместиться из кафе, с трудом удалось отыскать свободную лавочку. Горожане наслаждались теплом и нежились на солнышке. Правда, Иван Аркадьевич присаживаться на скамейку не стал, и светскую беседу поддерживать у него тоже настроения не было. Концерт, который устроила барышевская дочка, привел режиссера в такой ужас, что он до сих пор не мог оправиться от шока. К тому же никогда в жизни он еще не покидал кофейное заведение с помощью… охранника.

– Ну откуда я могла знать, что они меня по прошлому разу помнят? – стирая с лица и свитера остатки пены, возмутилась Лизавета. – Я забыла, что в этом кафе уже изображала эпилепсию. Разве все эти заведения упомнишь? Эх, а в прошлый раз почти прокатило.

– Почти? – глухо уточнил Иван Аркадьевич.

– Ага, почти, – подтвердила Елизавета радостно. – Для меня даже собирались «Скорую» вызвать, но тут вдруг среди посетителей нашелся служитель клятвы Гиппократа и начал, собака, мне экстренную медицинскую помощь прямо в зале оказывать. Оказал по полной программе, урод, пришлось все-таки за ужин заплатить. – Лиза вздохнула, поковыряла носком сапожка гравийную дорожку под ногами. – Да не расстраивайтесь вы так! – воскликнула она и похлопала ладонью по лавочке. – Садитесь. Подумаешь, было бы из-за чего переживать.

– Я постою, – отказался Иван Аркадьевич, снова вспомнив охранника, точнее, его ботинок.

– Ну, продолжаем игру? – утвердительно спросила барышевская дочурка. – Что бы еще такого сделать плохого? А хотите, я…

– Сидеть, молчать и слушать меня! – рявкнул Иван Аркадьевич: в его душе поднималась волна сочувствия к несчастному Барышеву, которому приходилось постоянно терпеть подобные выходки.

Бедный Степа, если бы он был на его месте, то дочурку придушил бы уже давно. Лиза притихла, испуганно глядя на режиссера. Он склонился к ее лицу и сказал заметно тише:

– Клоунессы меня не интересуют, милая девушка. Можешь дальше изображать идиотку на публике, но учти, в моем сценарии таких ролей нет.

– Я больфе не буду, чефное слово, – надула щеки Елизавета.

– Пошла отсюда вон! – сквозь зубы сказал режиссер, сунув руки в карманы, дабы избежать смертоубийства.

– Поняла! Все поняла, Иван Аркадьевич! – Елизавета сдула щеки и вмиг стала серьезной.

– Молодец!

– Точнее, не совсем поняла, – снова надулась Лиза. – Вы же сами сказали, что мне будет предоставлена полная свобода.

– Абсолютной свободы не существует, душа моя сердечная. Действовать будешь в определенных рамках. Не хмурься. У меня для тебя сюрприз – в игре я отвел для тебя роль Ангела.

– Ангела? – Лизавета перекосилась и посмотрела на Варламова как на полоумного.

– Согласна? – уточнил Иван Аркадиевич.

– Сказала же, что на все согласна. Только это… не совсем мое амплуа, – басовито гоготнула девушка.

– Хорошая актриса должна уметь перевоплощаться в любой образ, – подмигнул Иван Аркадьевич и подумал, что ангелочек из барышевской дочурки, несомненно, получится чудесный. Жаль, что никто, кроме него, не увидит этот дебют.

– А что делать-то нужно? – уточнила Лиза и снова басовито гоготнула.

– Сейчас объясню. Все просто. Оглянись по сторонам, солнышко. – Варламов снова склонился к ушку Лизы и прошептал: – Смотри, как много людей вокруг. О чем они мечтают, как ты думаешь?

– О бабках, – не задумываясь, ответила Лизавета.

– Ошибаешься, душа моя: каждый мечтает о счастье и ждет чуда. Выбери одного из них, самого несчастного, и осчастливь. Исполни самую заветную его мечту. Любую, но не материальную, а духовную. Ты Ангел, а не спонсор. В финансах, впрочем, не скупись, на проект выделены достаточные средства, чтобы любую, даже самую невероятную идею воплотить в жизнь. – Иван Аркадьевич достал из внутреннего кармана голубоватый конверт и вручил его Лизе.

Барышева его открыла.

– Вау! – воскликнула девушка, с любопытством заглянув внутрь – в конверте лежали платиновая кредитная карточка и пачка наличных, запечатанная в банковскую упаковку.

Варламов улыбнулся и продолжил вводить Лизу в курс дела:

– Сюжет банальный, но вечный. Люди обожают такие истории. Главное – подключи фантазию и воображение. Помни, что хоть сюжет и не нов, он должен развиваться по оригинальному сценарию. А сценарий ты будешь сама, голуба моя, по ходу дела писать, только не на бумаге, а в жизни. А теперь мы подошли к главному – от того, как ты этот сюжет построишь, будет зависеть твое будущее. Поняла?

– А что тут непонятного? Такой круговорот желаний в природе. Я исполняю чью-то мечту, а вы после – мою, – уточнила Лиза.

– Да, солнышко, все именно так, – подтвердил Иван Аркадьевич. – Если мне придется по душе твой сценарий, то я за основу своего будущего фильма возьму именно эту историю. И, конечно, ты понимаешь, что о нашем разговоре никто не должен знать. Начнешь языком трепать – вылетишь из проекта. Так что отнесись к делу серьезно и постарайся. Ну а я буду за тобой внимательно наблюдать.

– Как?

– У тебя в загородном доме, в квартире и в машине установлены миниатюрные видеокамеры, но основное действие должно произойти в элитном подмосковном пансионате «Кантри Парк». Натура там симпатичная… я люблю красивую натуру. И вот еще что – возьми. – Варламов протянул Лизе два мобильных телефона и зарядные устройства.

– А это еще зачем? – поинтересовалась Барышева.

– На шею повесишь. В сотовый тоже встроена миниатюрная камера, она будет фиксировать моменты, которые невозможно снять другим способом. Ты должна носить это всегда. Не потеряй, телефон стоит бешеных денег, и не забывай подзаряжать. Второй мобильник подаришь под каким-нибудь предлогом кандидату на счастье.

– Обалдеть! Клевую вы игрушку придумали. – Лиза просияла, тут же повесила сотовый на шею, зарядное устройство и второй телефон сунула в карман и хитро сощурилась. – Ну вы даете, Иван Аркадьевич! Значит, вы заранее знали, что я соглашусь? Очуметь просто! Верно мне отец про вас говорил, что вы… – Лиза на секунду замолчала и смущенно уточнила: – …что вы, это самое, очень умный человек. Надо же! Вот это я понимаю – шоу! Можно начинать?

– Можно, солнышко. Теперь можно, – разрешил Варламов.

Лиза широко улыбнулась и с азартом принялась выискивать жертву.

– Вон та замухрышка с косицей, похоже, самая несчастная из всех, – кивнула Елизавета в сторону одной из лавочек. – Приклеилась задницей к скамейке, на часы постоянно поглядывает и явно мужика ждет. Спорим, что он не придет? Как вы думаете, подойдет такая на главную роль?

– Приготовились – мотор! – шутливо хлопнул в ладоши Варламов. – Успехов тебе, Лиза! – усмехнулся он и зашагал прочь, вздохнув с облегчением. Теперь можно было расслабиться и получать удовольствие – процесс, как говорится, пошел. Барышевская дочурка проглотила наживку и села на крючок.

– Эй, куда это вы, Варламов? – спохватилась Лиза. – Вы забыли выдать мне крылья! Как же я без крыльев теперь?

Елизавета лукаво улыбнулась, но в следующую минуту улыбка с ее лица сползла. К будущей кандидатке на счастье подошел субъект мужского пола. И какой субъект! Настоящий мачо! Высокий, красивый, стильный брюнет с букетом нарциссов. Героиня тут же из несчастной превратилась в счастливую, вскочила и повисла у товарища на шее.

– Блин, – расстроилась Лиза. – Мы так не договаривались! Блин, блин, блин…

Неожиданно случилось чудо. Отлепив девицу от себя, мачо всучил ей букет, что-то сунул девушке в карман джинсовой курточки и зашагал прочь. А героиня осталась стоять, растерянно глядя брюнету вслед.

– Йес! Настал мой звездный час! – пропела Лиза, тряхнула волосами и поднялась с лавки.

* * *

Девица с косицей постояла с минуту истуканом, разревелась и выкинула цветы в урну рядом с лавочкой. Продолжая рыдать, она достала из кармана мятые купюры достоинством в сто евро (как успела заметить Барышева) и снова застыла, глядя в заплеванное нутро помойки…

Клиническая дура, подумала Лиза и подошла к девушке.

– Подозреваю, что с деньгами ты хочешь поступить так же концептуально, как со вшивым букетом? – насмешливо спросила Барышева.

Девушка замерла с вытянутой рукой и ошеломленно посмотрела на Лизу. От неожиданности у нее даже слезы высохли.

– Лучше мальчика себе купи на эти деньги и плеточкой его отшлепай. Могу телефончик дать. Мальчики – блеск! Полегчает сразу, – посоветовала она, разглядывая свою подопечную: бледная, конопушки, темно-каштановые волосы, болотного цвета глаза, нос уточкой, губы… губы требуют инъекции ботокса, косметика отсутствует, в ушах дикие серьги с фальшивыми рубинами, одета, как лохушка, в джинсы Версаче-Коньково и куртку Кельвин-Кляйн-Лужники. Сумочка, блуза и ботинки идентификации не поддавались – китайцы явно не старались произвести впечатление своей продукцией. Да, работа предстоит колоссальная, пришла к выводу Лизавета Степановна и сразу прикинула в уме, во сколько ей обойдется новый наряд Золушки плюс расходы на косметолога, стилиста, визажиста, маникюршу, курс антицеллюлитного массажа (на всякий случай), эпиляцию, солярий, сеанс СПА, обертывание, ароматерапию и т. п.

Сценарий родился у Лизы мгновенно: превратить замухрышку в королеву, чтобы знойный мачо осознал свои ошибки, свихнулся от любви и тут же сделал этой клюшке предложение. Для усиления интриги Лиза решила влюбить в девицу кого-нибудь из своих богатеньких друзей, чтобы знойный мачо помучился немножко от ревности. Варламов, правда, просил сочинить оригинальный сюжет, но ничего более умного в голову не приходило, и Лизавета Степановна слегка опечалилась. Она чувствовала, что в ее будущем сценарии не хватает перца и нужно обязательно придумать какой-нибудь оригинальный сюжетный ход. Пока Лиза изо всех сил напрягала мозги, лохушка продолжала недоуменно таращить на нее свои глазищи. Пауза затянулась.

– Так что? Телефон будешь записывать? – решила привести ее в чувство Лиза.

– Вы сутенерша, да? – тихо спросила замухрышка.

– Что ты сказала? – Лиза от возмущения задохнулась. Не была бы она Ангелом – за такие слова косицу бы у девицы проредила!

– Простите… Простите меня… Большое спасибо, но мне этого не нужно. Совершенно я в этом не нуждаюсь! Не нужны мне никакие телефоны, – залепетала девушка, и на ее бледных щеках проступили красные пятна.

– Да шучу я. Просто жалко тебя стало, вижу, плохо тебе. Вот и решила поддержать. Денег тоже жалко. Раз тебе они не нужны, поехали лучше в клубешник какой-нибудь забуримся. Очень хочется праздника. Ну что? Едем? Меня, кстати, Лизой зовут.

– Очень приятно, а меня Варей.

– Варей? Я почему-то не сомневалась, что тебя как-то в этом духе и зовут. Пошли, Варвара-краса, длинная коса, отметим твою вновь обретенную свободу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное