Мария Брикер.

Мятный шоколад

(страница 6 из 26)

скачать книгу бесплатно

– Вот те раз, воротилася, значит, – озадаченно почесала макушку бабка. – А зуб куды дела? В Москве своей оставила? Аль подарила кому на память?

– С лошади упала на съемках! – соврала Алевтина. – Вы не знаете, куда моя тетя подевалась? Приехала, а дом закрыт!

– Да не ори ты! – возмутилась бабуся. – У мене слуховой аппарат имеется. Во, видала, внучата подсуропили, – доложила бабка, сняла платочек и гордо продемонстрировала свое ухо, украшенное маленькой белой коробочкой. – Слышу тепереча за версту, как лисица. А Зинаида твоя знамо где – на кладбище она, – тяжело вздохнула Прокопьевна. – Ох, уж ждала она тебя, непутевую, все глаза проплакала!

– Этого не может быть! – закричала Аля и, рыдая, осела на землю.

– Ты чаво, Алевтина? – испугалась бабуся.

– Когда это случилось? – обливаясь слезами, спросила Алечка.

– Так, чаво, чаво случилося-то? – изумленно переспросила Прокопьевна.

– Когда моя тетенька умерла? – уточнила Аля, всхлипывая.

– Да господь с тобой, – несколько раз перекрестилась бабка. – С чего это ты решила, что Зинаида умерла?

– Вы же сами сказали, что она на кладбище, – перестала плакать Аля.

– Ну да, на кладбище, токмо работает она тама.

– Господи! Значит, моя тетенька жива, – с облегчением вздохнула Аля и поднялась на ноги. – Погоди, Прокопьевна, а кем она работает на кладбище? – опять растерялась девушка. – Кем, Прокопьевна?

– Кем надо, тем и работает, – недовольно проворчала бабка. – Некогда мне с тобой лясы точить, надобно еще картошку окучить и укроп прополоть. Отдохни малость с дороги да к ней и ступай, она тебе все и расскажет. Ключ под половиком. Сама Зинаида здеся редко появляется, с гробовщиком ныне зазнакомилася тесно. Дом у него аккурат у самого кладбища стоит, не пропустишь, – сообщила Прокопьевна, хитро подмигнула Алевтине и поковыляла на свой огород.

Аля проводила взглядом бодрую старушку и, с трудом передвигая ноги, принялась искать ключ от входной двери.

В доме резко пахло сыростью, пылью и еще чем-то непостижимо знакомым. Какая-то гремучая смесь тонких, еле уловимых ностальгических запахов, вдохнув которую мозг непроизвольно начинает прокручивать, как кинопленку, множество приятных и огорчительных кадров из далекого прошлого. Это был запах ее детства и юности.

В полумраке прихожей Алевтина споткнулась о жестяное ведро, нащупала выключатель, пощелкала им несколько раз, но без толку – свет не работал. Пришлось выходить на улицу и открывать ставни, что она и сделала.

Алевтина вернулась в дом. Свет из окон открыл взору унылую заброшенную комнату, мебель, закрытую белыми простынями, и фортепьяно. Сердце девушки заныло от тоски и чувства вины, из глаз потекли слезы. Аля села в кресло и закрыла лицо руками. Как она могла так поступить с женщиной, которая заменила ей мать? Как она могла бросить ее одну и уехать? Неблагодарная тварь, вот кто она такая! И что теперь? Несчастной одинокой тетушке приходится зарабатывать себе на хлеб на кладбище! Господи, она уже опустилась до того, что живет с гробовщиком! Это было так ужасно, что от потрясения Алевтина не могла прийти в себя целый час.

Понемногу она все же взяла себя в руки и даже немного повеселела, размечтавшись о том, как теперь будет помогать тетушке и заботиться о ней. Но идти на кладбище было рано, нужно было хоть немного привести себя в порядок. С лицом, очевидно, сделать ничего было нельзя, но Алечка рассчитывала, что хотя бы замаскирует следы недавних слез. Ей очень не хотелось, чтобы тетка Зинаида расстроилась еще и из-за этого.

Подхватив в прихожей ведро, о которое она недавно споткнулась, Алевтина вышла во двор и направилась к колодцу. Дом Зинаиды был оборудован водопроводом, колодец использовался редко, лишь когда случались перебои с водоснабжением. Но Алечке хотелось умыться именно ледяной колодезной водой, ощутить кожей легкое свежее покалывание, взбодриться и попробовать воду на вкус. А пить очень хотелось: пока Алевтина шла от станции к дому, она даже не заметила, как всухомятку проглотила целый батон.

Девушка открыла тяжелую дверцу колодца, одно ведро установила на приступку, другое сняла с крюка, спустила на цепочке вниз, зачерпнула воды, схватилась за металлическую ручку, плавно прокрутила несколько раз и, выпустив ручку, отпрыгнула в сторону. Ручка со свистом раскрутилась в обратном направлении, раздался громкий шлепок, но Алечка его не слышала – она с ужасом смотрела на то ведро, что взяла в доме минуту назад, и не могла поверить своим глазам. Это было ведро-близнец – копия того, которое она прихватила для маскировки из квартиры убитого продюсера Зеленцова, а после выкинула у своего дома в мусорный бак! Та же погнутая ручка с треснутым белым пластиком, та же вмятина сбоку, по форме напоминающая птичку. Но этого не может быть! Вероятно, она сошла с ума и у нее начались галлюцинации? Алевтина крепко зажмурилась и вновь открыла глаза – галлюцинация не исчезла. Воды из колодца ей почему-то больше не хотелось. Аля бросилась в дом, открыла холодную воду и сунула голову под кран. Через пять минут замерзли уши, щеки и затылок, еще через пять минут «остекленели» мозги и включился автопилот.

У кладбища она появилась причесанная, посвежевшая, щедро напудренная, с немного глупой улыбкой на лице и полным отсутствием эмоций. Возможно, именно это и спасло ее от окончательного расстройства психики, когда она постучалась в дверь маленького рубленого домика с металлической табличкой «Эксклюзивные гробы от производителя по доступным ценам», и на пороге возникла ее тетушка, помолодевшая лет на десять. У Алечки челюсть медленно поползла вниз, у тетушки начался тот же процесс. Некоторое время они таращились друг на друга – молча и с ужасом.

– Кто пришел, mon ami? – раздался приятный мужской голос из глубины дома, и за спиной у тетки появился пожилой подтянутый мужчина, с аккуратной стрижкой, немного грубоватыми, но приятными чертами лица и печальным взглядом. Одет он был по-молодежному, в джинсы и свободную белую майку.

– Аля! – заорала тетушка, наконец «отмерла» и бросилась к Алевтине с объятьями и слезами. – Господи, что у тебя с лицом? Что с тобой стряслось? Девочка моя, я так соскучилась, – сквозь слезы всхлипывала тетушка.

– И я соскучилась, тетечка. Боже мой, какая ты красивая! – счастливо смеялась Алевтина, разглядывая женщину: перемены в тетушке свершились колоссальные. Теперь просто невозможно было представить, что когда-то Зинаиду за глаза называли сухарем и занудой. Невзрачная, нескладная, худая дылда, с вечным «пучком» и строгим колючим взглядом – куда все это подевалось? Откуда взялась эта стройная русоволосая женщина со стильным каре, счастливым лицом и умелым макияжем?

– Я ведь замуж выхожу, Алечка, – зарумянилась тетушка. – Господи, да что же мы в дверях-то стоим! Проходи скорее, устала, наверное, с дороги. Познакомься, это Сан Саныч, мой будущий супруг…

– Очень приятно, – криво улыбнулась Аля и прошла вслед за тетушкой в дом.

Скромный домик гробовщика внутри оказался довольно просторным и… по-царски обставленным! Мебель просто потрясала: здесь каждая деталь интерьера, будь то стул, стол, комод или диван, представляла собой произведение искусства. Во всем чувствовалась индивидуальность и рука хорошего мастера. Дорого, стильно и со вкусом, пожалуй, даже очень дорого. Аналогичные эксклюзивные стульчики и кресла девушка видела в одном московском элитном мебельном салоне, куда она как-то зашла из любопытства. Ценник, который украшал один лишь стульчик из комплекта для столовой, включал в себя столько ноликов, что Алечка с перепугу вылетела из магазина.

– Ничего себе! – воскликнула девушка, изумленно оглядываясь по сторонам.

– Это все Сан Саныч, – похвалилась тетушка. – Присаживайся, Алечка, сейчас я быстренько все организую, сядем и поболтаем от души. Сан Саныч, что ты как не родной. Развлеки пока гостью, – улыбнулась тетушка и, подтолкнув девушку к столу, ускользнула в другую комнату.

Сесть на такой красивый стул было страшно, пришлось себя заставить. Алевтина неуверенно пристроилась на самом краешке, продолжая растерянно таращиться по сторонам и искоса поглядывая на будущего супруга тетки, который расположился на диване и тоже смущенно разглядывал Алевтину.

– Красиво у вас, – пискнула Аля, когда неловкая пауза затянулась.

– О, благодарю покорно, mon ami, – стеснительно улыбнулся Сан Саныч и умолк.

– Я ненадолго, – вякнула Алевтина.

– Куда? – невнятно спросил Сан Саныч.

– Сюда, – невнятно же объяснила Аля.

– Понятно, – рассеянно сказал Сан Саныч и радостно вскочил, завидев свою будущую супругу с большим подносом в руках.

Зинаида ловко расставила на столе разносолы, тарелки и вновь ускользнула на кухню. Сан Саныч остался стоять посреди комнаты, мучительно размышляя – вернуться ли ему обратно на диван или уже сесть за стол.

– А скажите, пожалуйста, – привстала со своего стула Алевтина, – вот это все вокруг – это откуда?

– Вот это все вокруг, Алечка, – вернулась в комнату тетушка, – Сан Саныч сам, своими руками сделал – хобби у него такое.

– Ну уж ты… – промычал Сан Саныч, – хотя…

– Ничего себе! Вы?! Да вы просто гений! – воскликнула Алевтина.

– Ну уж вы… Так уж и… Хотя… – опять промычал Сан Саныч, заливаясь довольным румянцем.

– Конечно, гений, – рассмеялась тетушка. – Вообще-то он у меня на все руки мастер, потрясающие гробы делает, у нас с другой стороны дома мастерская. Поэтому мы рядом с кладбищем и живем. Так удобнее. А что? Нормальная работа, как и все. Сначала меня это смущало немного, пока Сан Саныча поближе не узнала. А потом… Ты знаешь, Алечка, как мы познакомились? Сан Саныч пришел ко мне брать уроки по вокалу, – заливисто рассмеялась тетушка. – Ох, помню, после первого занятия я его выгнала взашей – ни слуха, ни голоса. И это еще мягко сказано! Я тогда подумала: вот идиот! А он, представь себе, на следующий день опять пришел. В руках – шикарный букет роз, на шее галстук болтается. Оказывается, вокал был только предлогом. Представь себе, он за мной несколько лет наблюдал, да все стеснялся подойти. Застенчивый он у меня жутко. Сан Саныч, ну что ты, в самом деле, так оробел? Давай-ка за стол садись и разливай уже, – попросила Зинаида.

Сан Саныч оживился, покорно сел и потянулся к запотевшему графину с беленькой. Зинаида тоже села, счастливо вздохнула, нежно посмотрела на Алю. Сан Саныч разлил водку по рюмкам, неуклюже закрыл графин, шумно поднялся, вытянул свою рюмку перед собой, громко сказал:

– За знакомство! – и плюхнулся обратно на стул.

Все дружно поддержали тост, чокнулись и выпили. Молча потянулись за закуской. Застучали вилки и ножи.

– Теть, как вкусно-то, неужели ты готовить научилась? – с наслаждением откусывая кусочек малосольного ароматного огурчика, похвалила Аля. С готовкой у тетушки всегда были проблемы. Стряпня Зинаиды была так ужасна, что Алечка предпочитала домашней кухне казенные столовские обеды в школе.

– Да ты что, Аля! – искренне возмутилась тетушка. – Это все Сан Саныч. Он у нас ответственный за домашние заготовки и питание, а я так – на стол собрать, комнату прибрать, посуду помыть…

– А… – протянула Алевтина, сглотнув слюну: больше она ничего сказать не смогла, тетушка добила ее окончательно.

– На грибочки налегай, Алечка. Селедочку попробуй, картошечку бери, пока горячая, курочку… Ой, как удачно все получилось! Сан Саныч, как ты с обедом-то подгадал. Как раз к приходу Алечки.

Сан Саныч от похвалы вновь зарумянился и нерешительно потянулся к графину, вопросительно глядя на Зинаиду.

– Наливай, наливай, – подбодрила Сан Саныча тетушка. – Радость-то какая нежданно-негаданно на голову свалилась! Ах, Алечка! Как же я истосковалась по тебе! Вот только благодаря Сан Санычу и держалась. Ты уж меня прости, что не писала. Сначала обиженная на тебя была, а когда уж отлегло от сердца-то, смотрю, ты вроде пристроилась удачно. Ну, думаю, не буду писать. А то еще решишь, что я тебя обратно зову.

– Теть, ну какая же ты… – вспыхнула Аля. – Я же думала, что ты даже видеть меня не хочешь.

– Аля-Аля, – тяжело вздохнула Зинаида. – Как же ты могла такое подумать! У меня же, кроме тебя, никого ближе нет. Сан Саныч вот только. А ты почему не кушаешь? Страсть как отощала ты в своей Москве! И до этого-то худосочная была, а теперь и вовсе смотреть страшно. Аля, ты мне все, как на духу, расскажи. Что случилось? Почему у тебя такие синяки на лице? И зуб! Боже мой, передний зуб… Ты что, замуж неудачно выскочила?

– Боже мой, тетя, ну ты и сказанула! – расхохоталась Алевтина. – Нет, я с лошади на съемках свалилась, – честно глядя тетке в глаза, соврала Аля. Посвящать тетушку в ужасные подробности недавнего происшествия Аля не хотела.

– Ужас какой! Бедная девочка! – сочувственно воскликнула тетушка. – Ну ничего, ничего, до свадьбы заживет. А зубик мы тебе новенький вставим, у меня и стоматолог на примете отличный есть. Зубки делает – от родных не отличишь. Правда, сейчас он редко кого берет.

– Мир да любовь! – влез Сан Саныч, призывая дам поднять рюмки.

– Да погоди ты со своей водкой, – мягко отмахнулась от жениха тетушка и продолжила: – Нужно чем-то его серьезно заинтересовать, чтобы он нас принял. Сан Саныч, может, тебе к нему сходить и гроб эксклюзивный предложить со скидкой? Он ведь старый уже, его это должно заинтересовать! – Сан Саныч в ответ с жаром закивал, и Зинаида с любовью посмотрела на суженого.

«Да уж, хорошего женишка отхватила себе тетушка: по-французски говорит, обед готовит, умеет делать отличную мебель, – размышляла Аля, – вот только живет рядом с кладбищем и гробы мастерит. Ну и что с того? Подумаешь…»

– Молодец, Алечка, что приехала, – продолжила тетушка. – Отлежишься, отоспишься, на свежем воздухе-то как хорошо! Дома-то оно всегда лучше.

– Теть, у тебя есть жестяное ведро с пластиковой ручкой, и вмятина там еще такая, в форме птички? – вдруг озабоченно спросила Алевтина.

Тетка с беспокойством посмотрела на девушку.

– Ведро? – после некоторого замешательства переспросила она.

– Да, это очень важно. Я имею в виду, дома… ну, в смысле, в нашем доме, – уточнила Аля.

– Ведро… кажется, есть… – неуверенно сообщила тетка.

– А ручка? – возбужденно уточнила Аля.

– Ручка? – испугалась тетка.

– Теть, ну пожалуйста, ответь на мой вопрос, – заныла Аля.

– Конечно, у ведра есть ручка, – категорично заявила тетушка и строго посмотрела на племянницу. – Аля, ты себя хорошо чувствуешь? Голова не болит? Завтра же пойдем делать рентген головного мозга, не исключено сотрясение…

– Тетя, нет у меня никакого сотрясения! – разозлилась Аля.

– Хорошо-хорошо, – постаралась успокоить племянницу Зинаида. – И все же, Алечка, падение с лошади – это…

– Тетя! – взвыла Алевтина.

– За прекрасных дам! – вновь влез Сан Саныч, он уже порядком захмелел и немного осмелел.

– Аля, прошу тебя – не нервничай, – не обращая внимания на Сан Саныча, сказала тетка. – Предположим, у меня есть старое жестяное ведро с ручкой и пластиковой рукояткой, по-моему, даже вмятина там была…

– Фу, слава богу! Значит, простое совпадение, – с облегчением вздохнула Аля и мигом повеселела. – Ой, я же тебе подарок привезла! – спохватилась она. – Только я его забыла дома.

– Ничего страшного. Как она, Москва-то? – улыбнулась Зинаида.

Алевтина не ответила. Они чокнулись, выпили, закусили. Некоторое время Алевтина задумчиво смотрела в окно, потом сказала смущенно и подавленно:

– Москва?… Не заладилось у меня в Москве, тетечка. Я ведь насовсем приехала. Никому я там не нужна.

– Как же так? – изумилась тетка. – Ты же писала, что регулярно снимаешься.

– Это правда, регулярно, – тяжело вздохнула Аля. – Только я такие роли поганые играла, что даже вспоминать стыдно. Ты только не пугайся, на шее у тебя я сидеть не собираюсь. Пару дней отлежусь, в себя приду – и работу буду искать. Я ведь после Москвы на что угодно согласна… Может, на рынке получится пристроиться.

– Да ты с ума сошла, Аля! – возмутилась тетушка. – Раз уж так дело повернулось, есть у меня для тебя работа, так сказать, по твоей специальности.

– По специальности? – удивилась Алевтина.

– Да. Вместе будем работать, в паре. Заказов достаточно, и платят великолепно. В трех соседних городах кладбища закрылись – мест нет, и покойников к нам везут.

– Теть, я ничего не понимаю, – Аля развела руками.

– А что тут непонятного? Люди сейчас, Алечка, очень скупы на слезы стали, расшевелить их надо. Ты же у нас актриса, вот и будешь изображать мировую скорбь и безутешность, – объяснила Зинаида. – Я уже около двух лет плакальщицей работаю и, между прочим, прилично зарабатываю.

– Плакальщицей! – округлила глаза Алевтина.

– Ну да. Работы полно, у нас сейчас аншлаг на кладбище, мне помощница не помешает. Соглашайся, Аля, тем более, как я тебе уже сказала, работа по специальности, – улыбнулась тетушка.

– Теть, это что же нужно делать? Покойников оплакивать? – растерялась Аля.

– Слава тебе, господи, поняла, – тяжело вздохнула тетка. – Только, Аля, хочу тебя сразу предупредить, работа только с виду легкая. Жизнь-то изменилась, заказчик очень привередливый пошел. У каждого свои требования. Но ничего, уверена, ты справишься. Так как? Будешь мне помогать?

– Да, – вяло отозвалась Аля: похоже, выбора у нее не было.

– Вот и чудесно! – обрадовалась тетушка. – Завтра и начнешь.

– Завтра уже?! – испугалась Алевтина.

– А что тянуть? У меня как раз заказ на одиннадцать утра. Посмотришь, как я это делаю, для начала.

– У меня ничего траурного нет, – попыталась отвертеться от слишком скорого мероприятия Аля.

– О, с этим никаких проблем. Этого добра у меня полно. Подберем тебе что-нибудь, не волнуйся, – подбодрила Алевтину тетушка.

– Тогда я домой пошла, – устало сообщила Аля.

– Уже, – расстроилась Зинаида. – А чайку?

– Спасибо, теть, пойду я, – виновато сообщила Аля и встала из-за стола. – Мне еще устраиваться с ночевкой.

– Аля, подожди, я тебе с собой покушать соберу, а потом Сан Саныч тебя проводит, – засуетилась тетушка.

– Нет-нет, не стоит, – решительно отказалась Алевтина и, чмокнув тетушку в щечку, направилась к выходу.

– Аля! – окликнула Зинаида племянницу. – Я завтра с утра к тебе загляну. Завтрак принесу, помогу дом прибрать… Аля!..

Но Алевтина ее уже не слышала. Она торопливо шла к дому. Ей хотелось остаться одной, подумать и постараться переварить необычное предложение.

Глава 7
Генеральная уборка

Хмурое небо скупо и нудно сыпало на землю мелкий моросящий дождь. Под ногами хлюпала вязкая красно-бурая глина, липла к ботинкам, мешала ходить… Волосы стали влажными, выбились из-под черной косынки, растрепались, закрутились в дурацкие спиральки. Старенький прорезиненный плащ, найденный в кладовке, при каждом движении неприятно поскрипывал – цепляющий за душу звук. Это было хуже, чем услышать, как проводят куском пенопласта по асфальту, это было хуже, чем почувствовать на зубах песок, это было хуже, чем испытать, как вместо мела по школьной доске скользит ноготь…

На душе было скверно, под стать погоде. Тетка почему-то так и не зашла за ней с утра. Наверное, ее отвлекли дела, и Алевтина сама пришла к кладбищу немного раньше условленного срока.

В домике гробовщика никого не оказалось. Она несколько раз постучала в дверь, растерянно потопталась на крылечке и, решив, что опоздала к церемонии, направилась искать тетушку на кладбище.

Кладбище было пустынно – ни тетки, ни Сан Саныча, вообще ни души… Что происходит? Куда все пропали?

Аля обошла кладбище еще раз и наткнулась на свежевырытую могилу. Ее темная пасть уже ждала своего вечного постояльца.

Странно, кажется, она уже проходила здесь, но ничего не видела.

Со стороны кладбищенских ворот послышались голоса, и Аля резко обернулась. На металлической каталке мужчина в грязной синей спецовке вез ярко-красный гроб, следом тянулась вереница незнакомых людей, с цветами и венками. Тетки среди них не было, и Аля занервничала. Девушка отошла от могилы и встала немного в стороне, с беспокойством выглядывая среди людей тетушку. Траурная процессия приближалась – никто не плакал, все казались равнодушными и безучастными. Гроб подкатили к могиле, открыли крышку…

– Так, товарищи, кто еще не простился, у вас есть последняя возможность, – по-деловому сказал мужик в грязной спецовке, заметил Алю, сощурился и подошел к девушке.

– Ты, что ль, новая плакальщица? – оглядывая ее с ног до головы, сухо спросил он.

– А… ну… да… кажется, – промямлила Аля, испуганно глядя на мужчину.

– И чего? – насупился мужик.

– И чего? – переспросила Алевтина, практически теряя сознание.

– Ты, блин, чего делать должна? – разозлился мужик.

– Пла… пла… пла… – заикаясь, сообщила Аля.

– Так давай уже, блин, работай, – скомандовал мужик и не очень вежливо подтолкнул ее к толпе.

Во рту вдруг стало сухо. Аля робко подошла ближе, ругая про себя тетку, постаралась внутренне настроиться, открыла рот, заглянула в гроб и заорала во все горло: в гробу лежал продюсер Зеленцов, таращил на нее глаза и показывал язык!!!

– Аля, ну как же так можно, в самом деле, – раздался голос тетки за спиной. Аля обернулась, продолжая орать. Зинаида смотрела на нее с упреком и недовольством.

– Те-етя-а! Те-етя-а! – вопила Аля, но звука собственного голоса не слышала, как рыба, молча открывая рот.

– Аля! Так нельзя, – потрясла ее тетка за плечо. – Почему постель не разобрала? В шкафу чистое белье, подушки, одеяла. Лентяйка! Вставай, я покушать тебе принесла. Сколько же можно дрыхнуть, времени-то уже половина первого!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Поделиться ссылкой на выделенное