Маргарита Южина.

Пончик с гвоздями

(страница 4 из 21)

скачать книгу бесплатно

– Мама… мама, ты? – только и смог пролепетать Акакий.

– Я, кто ж еще! Ты давай не мамай, а открывай дверь. Уже так хочется раздеться…

Матушка Акакия Игоревича Катерина Михайловна – дама маленькая, сухонькая и весьма по характеру норовистая – последний раз приезжала, когда ее внучке Анечке исполнилось три года, остальное время общаться предпочитала письменно. А вот сейчас, надо же…

– Ну чего ты застрял? Ой, надо же, как Анечка подросла! – запоздало всплеснула руками старушка, увидев свою правнучку.

– Меня Яной зовут, а Анечка – моя мама, – поправила ее девочка.

– Господи! Это во сколько ж она у вас родила? Ты чего это ребенку позволил? – гневно накинулась на сына матушка, продвигаясь в открытую дверь.

– Мама, Анечке уже двадцать семь. Ты забыла? Я же тебе писал…

Пришлось забыть про спокойный отдых и бросить остатки сил на устройство родимой маменьки. Уже когда Акакий сидел за столом и наливал матери седьмую кружечку чаю, в двери позвонили.

– А вот и мы, – донесся из прихожей голос зятя.

– О, мама! Сейчас я тебя познакомлю с новым родственником, с зятем нашим, с Володей! – обрадованно вскочил Акакий.

– С каким же новым? Он старый, его, наоборот, уже менять давно пора, – раздалось недовольное ворчание Клавдии Сидоровны.

Акакий с облегчением вздохнул. Как бы там ни было, сейчас можно будет наконец отдохнуть и спокойно подумать. Клавдия лучше сумеет ухаживать за престарелой свекровью.

– Клавдия! И где тебя носит?! – проявила неудовольствие свекровушка. – Я тут весь вечер глотаю чай, а у тебя даже мысль не мелькнула предложить мне какую-никакую захудалую котлетку!

– Ой, мама! И вы здесь? Столько радости в одни руки! – растянула губы в оскале Клавдия и засуетилась на кухне.

– Что эт у тебя на голове? – ткнула свекровь острым пальцем Клавдию Сидоровну в темечко.

Клавдия уже и забыла, что после вчерашнего никак не может привести себя в неотразимый вид. Даже не то чтобы ей некогда было расчесать противный клок, в который превратилась вчерашняя роскошная прическа, просто он никак не желал мирно укладываться на голову.

– Да это так, вчера Новый год отмечали, – отмахнулась она.

– Так ты что же, на голове стояла? – сурово нахмурилась свекровь. – Акакий, ты бы за женой-то приглядел. Может, ее на лечение надо?

– Володя, ты оставайся, поужинаете с нами, – пригласил Акакий Игоревич, теша надежду на рюмочку по такому солидному поводу. – Я тебя с мамой познакомлю.

– Нет, нет, наслышан, мы как-нибудь потом, после, вместе с Аней, – поспешно ретировался зять.

Дальше весь вечер крутился возле путешественницы. Она очень долго плескалась в ванной, и Клавдия Сидоровна всерьез перепугалась, не случился ли с бабушкой паралич после длительной поездки. Потом опять пошли пить чай, потом бабушка принялась трясти своими вещицами, которые потребовала немедленно развесить по всей комнате, а вот как раз новогодние украшения приказала снять, чай, не малыши уже возле елок скакать.

– Мамочка, а… а вы к нам надолго? Или так, на праздники? – закинул удочку Акакий.

– Теперь у тебя, сынок, вся жизнь будет сплошным праздником.

Я сюда навсегда переехала. Помирать здесь буду.

– Когда? – не подумав, ляпнул сынок.

– Когда приспичит, – сухо поджала старушка губы и принялась заталкивать в себя последнюю конфету из коробки, которую сама же и привезла в подарок родственникам.

Клавдию будто облили ледяной водой. Она стояла, как памятник жене-героине – с чайником в руке, с полотенцем наперевес, – и не могла вымолвить ни слова. Конечно, квартира когда-то досталась им с Акакием от свекрови, но они уже и думать забыли, что ее, возможно, снова придется делить с ближайшей родственницей. Все пропало, теперь будет не до расследований, и Акакий так и останется думать, что несчастную Марию Зудову прикончила она, Клавдия, из-за неудержимой ревности. И Агафье она никогда ничего не докажет. Да уж, начался годик!

– А ты чего стоишь как замороженная? Видишь, мы с сыном отдыхаем, беги, приготовь мне постель. Да Акакию место найди, а мне подушку попышнее, я не могу на твердой, – распоряжалась свекровь.

– А Акакию-то место зачем? Мы же с ним в спальне спим.

– Нет, теперь я в вашей спальне жить буду, там уютно. Не валяться же мне в гостиной!

Пришлось перетаскивать кое-какие мелочи, чтобы определить старушку в спальню. Если разобраться, то она права – старому человеку хочется больше поспать, ему мешает телевизор, раздражают посторонние голоса, и где, как не в спальне, найти лучшее уединение. Вот сейчас Клавдия ей постелит, и можно будет уложить бабушку на боковую, а самой тем временем пересказать мужу все, что удалось разузнать.

Однако уложить бабушку спать оказалось делом далеко не самым простым. Времени было уже около двенадцати, а бабулька только-только ожила и сменила ворчливое настроение на эдакое шкодливое:

– Чего эт вы скисли? Не хотите с бабушкой жить? Хе-хе-хе. А думаете, мне приятно с бабками водиться? Нет уж, я лучше здесь, с вами, с молодежью, – веселилась она, подмигивая Клавдии.

У той уже давно глаза слипались от усталости, но приходилось вежливо хихикать и составлять компанию. Свекровь Катерина Михайловна расположилась в гостиной на диване и бойко орудовала телевизионным пультом.

– О! Сейчас самые программы пойдут! – заговорщицки подмигнула она супругам. – Вы эротику не смотрите? Зря, зря, там такие штучки иной раз показывают…

У Распузонов все больше раскрывался рот от изумления. О том, чтобы поговорить наедине, не могло быть и речи. Наконец, когда пошел третий час ночи, а старушка увлеклась передачей про современный рок, Клавдия не выдержала:

– Кака, ты, если хочешь, можешь смотреть эротику, можешь слушать тяжелый рок или упиваться ужастиками, а я нет, я пас, я в спальню. Потом меня растолкаете, когда наша матушка соизволит отойти ко сну.

И Клавдия, точно зомби, поплелась в комнату, прикрыла двери и поняла, как же все-таки счастливо жили они с Акакием… до сегодняшнего дня.


Утро началось с кошачьего ора. Вчера про Тимофея благополучно забыли, ублажая бабушку, и сегодня никто не сообразил встать пораньше, чтобы накормить кота.

Клавдия с трудом разлепила веки и тут же оглохла от оглушительного храпа. Храпела Катерина Михайловна. Вообще зрелище было еще то – на широкой супружеской постели примостились Клавдия Сидоровна и Акакий Игоревич, а между ними в розовой пижаме с далматинцами, раскинув руки, храпела свекровушка.

– Господи, как я еще не оглохла этой ночью, – буркнула Клавдия Сидоровна и подалась на кухню. – Сейчас, Тимочка, сейчас, котик, рыбки тебе дам.

Шмякнув в кошачью миску кусок минтая, Клавдия поспешила в ванную. Сколько уж можно ходить с таким гребнем, ведь сегодня мужчины должны подъехать. Только хозяйка погрузилась в приятное тепло, вылив в воду полфлакона пены, как тут же по двери требовательно забарабанили:

– Клавдия! Немедленно открой! Чем можно заниматься столько времени?! – голосила Катерина Михайловна, без устали работая кулаком.

– Вот ведь, не спится ей… Мама, я принимаю ванну!

– Хватит уже, вылазь! Ты не одна! И что за мода такая – по три часа санузел занимать?

У Клавдии лопнуло терпение. Она могла прямо сейчас выскочить, разбрасывая клочья пены, и наговорить свекрови гадостей, но… но подумала и решила стуков не замечать. И все бы ничего, однако через пять минут Катерина Михайловна выключила свет, а в темноте барахтаться в ванне было совсем неприятно.

– Заходите, маменька, – ласково улыбнулась Клавдия, выходя из ванной с замотанной полотенцем головой.

Катерина Михайловна победоносно хмыкнула и исчезла за дверью, заперев ее за собой. Сама она совершенно не торопилась. Несчастный Акакий уже минут сорок бросал на дверь ванной скорбные взгляды, молясь лишь о том, чтобы никому не пришло в голову заявиться сейчас в гости.

– Акакий, расскажи мне, что она за женщина была – Мария Зудова? – решила использовать время для конфиденциального разговора с мужем Клавдия.

– Ах, Клавочка, оставь! У тебя совершенно нет никаких причин для ревности! – отмахнулся Акакий и скроил тоскливую мину. Господи! Ну, Клаву-то куда несет?!

– Что ты руками машешь? Тоже мне, вертолет нашелся! Я тебя серьезно спрашиваю – что ты про Зудову знаешь? – рассерженно накинулась на него Клавдия. Ее уже начало потряхивать от свекрови, и она должна была на кого-то выплеснуть эмоции.

– Ах, Клавочка, это было так романтично… – Акакий Игоревич закатил глаза, но мощный толчок жены вернул его в действительность. – С Машей мы познакомились… Короче вышло так…


… Стали уже забываться те времена, когда за порядочной книгой нужно было отстоять многодневную очередь. Акакий был молод, сердце требовало любви и романтики, а окружающие девушки почему-то для него, для Акакия, этой самой любви всегда жалели. Выручали книги. Конечно, он уже давно прочитал всего Дюма, где главными героями были бесстрашные, прекрасные мушкетеры, а их возлюбленными – очаровательные дамы. Акакий очень стыдился, но его безумно тянуло перечитывать эти романы про мушкетеров еще и еще. Он уже четыре раза брал в библиотеке одни и те же книги, и когда пришел брать их в пятый раз, седенькая библиотекарша укоризненно покачала головой:

– Тебе ведь уже наверняка двадцать минуло?

– Ну да, мне уже двадцать два! – радостно доложился Акакий.

– Ну вот, уже двадцать два, а все еще одни и те же книжки прочитать не можешь. Дюма, он ведь не только про мушкетеров писал. Посмотри, вон сколько у него произведений.

Но Акакию хотелось только про них, и он понял – надо любимую книгу просто иметь у себя дома. Несколько раз он сдавал утильсырье, и наконец ему выдали карточку, которая давала надежду на приобретение вожделенного издания. Правда, надо было ходить каждое утро к книжному и отмечаться в очереди, чтобы, не дай бог, тебя не пропустили. И вот там-то, в очереди, и произошло это чудесное знакомство. Она стояла сразу позади него, такая милая, тоненькая, с большими глазами. Дело было летом, и на третий день их стояния на очередь обрушился дождь.

– Идите ко мне под зонт, – стеснительно предложила она, лучезарно улыбаясь.

И он пошел. В сущности, ходить никуда и не надо было, нужно было просто поближе придвинуться к ней, к такой…

– Ты сильно-то в подробности не вдавайся, эк тебя развезло! – одернула его супруга.

– Ну вот, а потом…

А потом они еще долго встречались каждый день на том же месте, в той же самой очереди, которая, похоже, никуда не думала продвигаться. И когда наконец Акакий и Маша получили свои книги, у них в судьбе уже все было решено.

– Пойдем, я тебя познакомлю со своей мамой, – зарумянился парень.

– А может быть, не надо маму? – слабо протестовала Маша, но Акакий был непреклонен.

– Ага! А я эту самую Машу – поганой метлой! – выбралась наконец из ванной Катерина Михайловна, уже минут десять слушавшая оттуда откровения сына.

– А почему? Чем она вам так не приглянулась? – насторожилась Клавдия.

– Так для тебя сына берегла, дурочка! А к тому же у нее не было городской прописки! – возмутилась свекровь.

Клавдия пыталась сосредоточиться.

– Выходит, она черт-те откуда приезжала, чтобы за книгами в очереди постоять, так, что ли?

– Нет, она жила в общежитии, – раздраженно пояснил Акакий.

– Она, получается, здесь училась или работала? Откуда у нее общежитие? – допытывалась Клавдия Сидоровна.

Катерина Михайловна плюхнулась на стул, подгребла к себе вазочку с конфетами и махнула рукой.

– Ой, да, может, и не училась, и в общежитии не жила. Господи, Клава! Ты что, не знаешь нашего Акакия? Ему же на уши можно какую угодно лапшу развесить. Вот скажи, сынок, где работала твоя возлюбленная?

– Мы об этом не говорили…

– Ну, тогда она, может быть, училась?

– Да я же говорю вам – мы не об этом разговаривали!

– А о чем?! – возмутилась Клавдия. – О чем ты с ней столько дней язык чесал?

Акакий вскочил, нервно подбежал к окну и стал выстукивать пальцами по стеклу марш Мендельсона.

– Я… я не помню.

Ну не признаваться же в самом деле жене и матери, что они с Машей каждый раз говорили о погоде, об облаках, о радуге и… да, и о неимоверных ценах на книги. И вообще, имеет он право хотя бы на воспоминания?! Правда, Маша еще спрашивала, где и с кем Акакий проживает, где трудится, но об этом и вовсе ему не хотелось сейчас вспоминать.

– Я уже не помню. Может, она и говорила про учебу, только теперь уже бесполезно вспоминать.

– Ясно. Все приходится узнавать самой! – всплеснула руками Клавдия.

– А зачем это тебе? – вздернула бровки Катерина Михайловна.

– Ах, мама, жуйте уже ириски!

Жора приехал, когда только-только стукнуло шесть. Клавдия поджидала его одна – свекровь еще раньше утащила Акакия пройтись по музеям, и они до сих пор не вернулись. Не иначе стареющая леди восхотела посетить и местные рестораны.

– Володя не появлялся? – с порога спросил Жора.

Сегодня он выглядел импозантно, как никогда. На нем сиял новенький, с иголочки, костюм насыщенного фиолетового цвета, рубашка горела лимонным колером, шею опутывал ярко-оранжевый шелковый платок, а ноги сияли ярко-красными туфлями на тоненькой подошве.

– Ну, как я вам? – краснея лицом, поинтересовался Георгий Шаров, видя, что Клавдия Сидоровна оторопело его разглядывает.

– Ну просто набор китайских фломастеров… То есть я хотела сказать, эталон изящности! Я бы сказала – вопль современной моды… предсмертный. Ну да я не об этом. Жора, ты сотовый с собой взял? Мало ли какая ситуация может приключиться.

– Мобила всегда со мной, не беспокойтесь. О! А вон и Вовчик нам сигналит!

Во дворе и в самом деле в тот момент засигналила машина Володи.

– Все, садимся на дорожку и едем. Жора, да не на ковровую же дорожку! Куда ты мостишься?


Ровно в семь из белой иномарки возле подъезда Леры вальяжно выбрался наодеколоненный, как парфюмерный завод, Жора и плавно пошагал на встречу с прекрасной девушкой. Клавдия Сидоровна и Володя, приехавшие опекать его, остались в машине.

Прошло полчаса, а из дверей подъезда никто не выходил.

– Клавдия Сидоровна, а чего мы, собственно, ждем? – наконец догадался спросить Володя.

– Не чего, а кого. Мы здесь на всякий случай. Ну мало ли, вдруг нашего Жорика убивать начнут или еще какие насильственные меры к нему применять…

– А откуда мы про это узнаем? И потом… А если у них там обычное свидание получилось, мы что же, всю ночь здесь проторчим?

Клавдия Сидоровна поелозила на сиденье и снова уставилась в окно. Вот сразу было видно, что Володя совсем не обладает сыщицкой жилкой. Была бы у него такая детективная струнка, он бы понял, что просидеть в засаде можно не только до утра, но и до следующего вечера. А что делать, если надо!

– Клавдия Сидоровна, может, Жорке на мобильный звякнуть, чтобы он не слишком уж… того? Напомним, что мы ждем его как-никак, а?

Это была недурная мысль. Клавдия Сидоровна набрала Жорин номер и огорченно услышала, что абонент отключил телефон или находится в зоне недосягаемости.

– Странно… А чего это он с телефоном-то так, а? Мы же договаривались… – растерянно уставилась Клавдия Сидоровна на Володю.

– Ну вы что, маленькая? Догадайтесь с трех раз, чем они там могут заниматься, если телефон вырубили, – хмыкнул зять.

– А я вот не хочу догадываться! Не мог Жорка выключить телефон. Он всегда его включенным держит. Я даже думаю, он и вовсе не знает, как тот отключается.

Клавдия звонила еще и еще, но результат был тот же.

– Надо к ним идти, – решительно заявила она.

– Куда? Вы знаете, где живет эта Лера? – вздохнул Володя.

– Я, конечно, не знаю, но можно у соседей спросить – они-то наверняка знают, кто проживает в их подъезде.

Володя пожал нехотя плечами, однако, когда Клавдия стала выбираться из авто, последовал за ней. Клавдия Сидоровна, недолго напрягаясь, тут же позвонила в первую попавшуюся дверь. Открыла миловидная старушка, которая, увидев незнакомых, отчего-то радостно заулыбалась.

– Бабушка, вы нам подскажите, пожалуйста, где здесь Лера живет? Баранова Валерия Андреевна, – так же радостно улыбнулась Клавдия Сидоровна.

– Баранова, говоришь? – переспросила старушка. – Так нету у нас таких! Никогда и не было, вот те крест. Я-то всех наших жильцов знаю!

Клавдия Сидоровна крякнула.

– А что же вчера не узнали, куда нам нужно ехать? – ворчал Володя.

Да и действительно, опростоволосилась Клавдия. Она вчера у Агафьи взяла адреса только Семизвонова и бизнесменов Красиковых, а вот про Леру и не подумала спросить.

– Слушай, зятек, а у тебя с собой мобильного нет? А вы, бабушка, закрывайте двери, закрывайте. Мы дальше уж сами, – кивнула она старушке, которая продолжала преданно смотреть ей в рот.

– Вот, берите, – протянул телефон зять, – пользуйтесь, только у меня тариф…

– Да бог с ним, с твоим тарифом, – буркнула Клавдия и вышла из подъезда.

Теперь она набрала номер Агафьи.

– Алло? – ответила трубка.

– Агафья Эдуардовна, скажите адрес вашей горничной Леры! – прокричала Клавдия.

– Записывайте: Джамбульская, сорок семь, квартира восемь.

Клавдия оторопела.

– А вы ничего не путаете? – на всякий случай спросила она.

– Я, между прочим, из ее личного дела адрес диктую, – обиделась Агафья.

– А телефона у девчонки нет?

– Вот телефона нет, придется вам так ехать.

Клавдия отключила телефон и уставилась на Володю.

– Ты знаешь, а Валерия Баранова, оказывается, проживает на Джамбульской.

– А где это? Где-то в Зеленой роще? Но ведь это совсем в другой стороне города!

– Вот и я говорю. Так что давай, Володя, не ломайся, заводи свою стальную кобылу.

– Нет, подождите! Но ведь Жора зашел именно в этот подъезд! И вчера мы довозили Леру сюда. Кстати, машина тоже здесь стояла.

Наверное, зять и теща подумали одновременно об одном и том же, потому что принялись вертеть во все стороны головами. Вчерашней золотистой машины нигде не было.

– Ну что же, будем ходить по всем квартирам, спрашивать, где она живет, – вздохнула Клавдия.

– Тогда давайте уж лучше вроде как подписи собирать.

Володя выдрал из своего блокнота лист и быстро набросал заявление, в котором жители гневно требовали не строить пивной ларек на детской площадке. Миновав уже знакомую старушку, родственники принялись стучаться в каждую квартиру.

– Подпишитесь, пожалуйста… вот здесь, ага… Это чтобы ларек пивной не ставили на детской площадке, – подобострастно объясняла Клавдия Сидоровна каждому, кто открывал двери.

– А что, уже ставят? Совсем разума лишились! Скоро уже водку детям в рот заливать начнут! – возмущались одни.

– А чем вам ларек не угодил? Очень даже неплохо: руку протяни – и бутылка пива на столе. Не, я такую лабуду подписывать не буду. Да и дети у меня уже давно выросли, – хмыкали другие и подпись не ставили.

Но Клавдии Сидоровне с Володей и не нужны были подписи. Они зорко следили, не промелькнет ли где знакомое лицо или хотя бы ярко-красные туфли Жоры в чьей-нибудь прихожей. Однако двери открывали во всех квартирах, но нигде не было ничего, что хоть как-то указывало бы на присутствие Георгия Шарова.

– Нет, ты посмотри… Куда он мог подеваться? – задыхаясь от волнения, спрашивала сама себя Клавдия, когда они уселись в машину. – Все квартиры осмотрены, а ни девицы, ни Жоры.

– Ну… скажем, не так чтобы осмотрены… – задумчиво пробормотал Володя.

– Да что ты говоришь! Кто ж нам позволит?! И ведь – ты заметил? – жильцы-то тут все какие – либо старички, либо почтенные мамаши семейств. Я бы еще поняла, если бы молодняк какой-то здесь проживал, а то ведь даже никакой зацепки!

– Мне сразу эта Лера не понравилась, – покачал головой Володя.

Клавдия Сидоровна хотела было ему напомнить, как он сверкал зубами, зазывая девицу в машину, да раздумала. Теперь это уже ни к чему.

– Ничего не остается, надо звонить в милицию, – пожал плечами зять.

– Слушай, а может, ты это… поговоришь с Анечкой, а? – преданно заглядывая в глаза зятю, проговорила Клавдия. – Меня она слушать не станет, а тебя послушает. Все же не чужого человека в берлогу-то сунули. Жора даже костюм новый купил, и туфли опять же. Сейчас мороз на улице, и, если его где на улице выкинут, он определенно без ног останется.

– Так как же его выбросят? Не выходил же никто! И второго выхода из подъезда нет, я смотрел! – взвинтился Володя, но послушно стал нажимать на кнопки.

Клавдия не стала слушать разговор супругов. До нее и без того доносились обрывки фраз типа «свихнулась на криминале», «ты поменьше мамочку слушай», «бросай все, приезжай домой, мусор три дня не выносил» и что-то еще в таком же духе. Анечка, конечно, хорошая девочка, но иногда может орать вот так, как сегодня. Клавдия, которая сидела довольно далеко от зятя с телефоном, боялась даже оглохнуть. Наконец Володе удалось найти компромисс – Анечка обещала сейчас же заняться розыском Жоры, а он, в свою очередь, поклялся, что через двадцать минут будет дома.

– Так нам же надо еще на Джамбульскую, – огорчилась Клавдия Сидоровна.

– На Джамбульскую заскочим, нам все равно по пути.

Клавдия не надеялась, конечно, что на этой улице они найдут сидящую дома Баранову Леру, но такого откровенного хамства не ожидала даже она – дома номер сорок семь на этой улице совсем не было! День просто пропал даром. А самое обидное, что вместе с ним пропал и Жора.

Клавдия Сидоровна вернулась домой чернее тучи. Акакий сидел возле телевизора и пялился на какую-то толстую тетку, которая взахлеб откровенничала с экрана:

– У меня исчезли головные боли, появились деньги, и я узнала, где мой муж скрывается от алиментов…

Клавдия хотела было накинуться на мужа: небось в телевизор таращится, а ужин не приготовлен, но потом вспомнила, что сейчас на его стороне еще и мама, и поплелась переодеваться в ванную.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное