Маргарита Южина.

Нервных просят утопиться

(страница 4 из 20)

скачать книгу бесплатно

– А… вы же еще про красивых говорили? – растерялся гость.

Аллочка скривила губы и бросила сестре через плечо:

– Гутя, не трудись. Он такой старый! В нем мозг уже умер, одни инстинкты…

– Аллочка! – залилась багрянцем Варя. – Это…

Но старичок не слушал ворчунью, он добрался-таки до Гути, вытянул вперед руку для пожатия и заявил:

– Лось! Простите, это не обзывательство такое, это фамилия. Так гордо и простенько – Лось Карп Иванович. Дедушка вашего Фомы. Да-с. Вот этими самыми дланями я мальчонку и выпестовал, – растопырил старичок широкие, как лопаты, руки. – А теперь изволил прибыть, да-с, поинтересоваться, так сказать, в каких условиях содержится мой внук… Простите, дамы, а чего вы гостя чаем не балуете?

Дамы и в самом деле стояли, распахнув рты, и разглядывали худого Лося. Варька уже немного успела освоиться, поэтому теперь вовсю тормошила женщин:

– Мам, ну давайте Карпу Трофимовичу его комнату покажем, предложим ванную…

– Да что ты, Варь, неудобно как-то гостя в ванной-то селить, – зашипела Гутя и весело защебетала:– Ой! А как мы вам рады-то! Это как же славно, что вы нас навестить догадались! А Фомочка о вас столько говорил!

Фомочка и вовсе никогда не рассказывал про босоногое детство, только раза два проронил, что воспитывали его в строгости и дед по субботам ради профилактики устраивал упражнения с ремнем. Но не говорить же об этом пожилому человеку, тем более что тот, судя по чемодану, прибыл издалека.

– А я ведь к вам из Омска, да-с, – сообщил гость после того, как все уселись за стол. – И тоже, надо сказать, не с пустыми руками прибыл.

Он шустро подскочил и выудил из чемодана мокрый, неприятный пакетик.

– Вот, гостинчик вам привез. Это омское мороженое, угощайтесь, у нас его чудно готовят. Только оно уже совсем растаяло, как-никак двое суток в поезде, однако ж… Кушайте, кушайте. Варенька, можете даже пакетик облизать, я отвернусь. Только…

Дедушка Фомы теперь мило улыбался Аллочке, хотел даже приладиться, чтобы лобызнуть ручку, да отчего-то передумал. Зрелая девица алела маком и смущенно грызла ногти. А Лось не умолкал:

– …Простите, дражайшая, не упомнил вашего имени-отчества…

– Аллочка.

– Только вот вам, Аллочка, гостинца не досталось. Фома писал про вас, но я думал, вы уже съехали, замуж вышли, а вы, смотрю, все еще в нахлебницах…

– В чем? – вытаращилась Аллочка.

– Ой, да что вы! – суетливо замахала руками Гутя. – Аллочка совсем не нахлебница! Она и хлеба-то не ест вовсе!

– Да! Не ем! – обиделась Аллочка. – И потом с чего вы взяли, что я… Короче, вы что же решили – что я и не работаю совсем? Я здесь тружусь, как… Вот в данный момент вы все лопаете чай этот, с раскисшим мороженым, а я работаю! Да, Варя, и не выпучивай глаза! Я сейчас, между прочим, расследую важное запутанное дело! И сидеть мне с вами некогда, я думать пошла!

Аллочка ни за что бы не покинула стол, если бы, помимо гостинца с Омска, не кончился тортик, за которым сносилась Варька.

Но теперь на тарелках от него остались только крошки, и самое время было обидеться.

– Зря вы так, – покачала головой Гутя. – Аллочка очень ранимая натура, и к тому же действительно сейчас работает частным детективом.

– И много платят? – собрал белесые бровки старичок.

– Да кто ж ей платить станет?! Хотя… как знать… Ой, а чего вы конфетки не кушаете?! А вареньице? Я вам сейчас еще батончика нарежу, – засуетилась Гутя.

Но гость не хотел батончика. И конфеток тоже. Он глубокомысленно пожевал собственные губы, а потом изрек:

– Детективом? А чего ж, надо и мне поработать. Я, пожалуй, останусь у вас на месяцок-другой… Ох ты, недомыслие какое, надо ж, пока я там в Омске пытаюсь разводить томаты, здесь беззащитные женщины контролируют преступность! Нет, я определенно останусь у вас до зимы! Я просто обязан вам помочь! И потом я слышал, вы сватовством балуетесь?

Вместо Гутиного ответа в прихожей оглушительным звоном зашелся звонок.

– А вот и Фома! – радостно вскочила Варя.

В дверях появился уставший зять.

– Здорово, дед, – поздоровался он с родственником так, будто расстался с ним на вчерашнем закате. – Варь, я есть не буду, потом. Гутиэра Власовна, я вашего больного…

– Позволь, внучок, – недовольно нахмурился дедушка и гусаком вытянул шею. – Как это понимать – не будешь есть? А отчего, позволь спросить? Ты не бережешь свой желудочный тракт? Или, может, какая молодка тебя уже попотчевала?

Варенька при этих словах судорожно сглотнула.

– Фома, так ты расскажи про Севастьяна. Как он там? – кинулась к зятю Гутиэра.

Усталый Фома пытался одновременно умываться, скидывать грязную одежду и отвечать на вопросы.

– Больной? Стабильно, а это уже неплохо. Конечно…

– Я бы настоятельно попросил не прерывать мой воспитательный процесс, – вдруг тяжело задышал Карп Иванович. – Так ответь мне, негодник, какая тебя красотка сегодня ублажала?

Варька снова непроизвольно сглотнула.

– Ну, в общем, состояние его не смертельное, – рассказывал про больного Фома, не реагируя на восклицания деда. – Только вот у нас не предусмотрено длительное содержание, надо куда-то вашего избиенного определять.

– К нам и определим, – мгновенно решила Гутя. – У нас его можно содержать сколько угодно длительно. Так… Аллочка! Сегодня же перебирайся ко мне, завтра в твою комнату въедет Севастьян. Он немножко поживет у нас.

– Нет, нет и нет! У нас буду жить я!! – вдруг крикливо запротестовал дедушка Лось. – Фома! Немедленно осмотри меня, я тоже жутко нуждаюсь в лечении! И мне требуется сиделка. Вот вы, дамочка, простите, никак не запомню, как вас зовут…

– Аллочка! – набычилась «дамочка».

– Ага, так вот вы, любезная, просто идеально подходите на роль сиделки.

Аллочка раздулась так, что на ней затрещала юбка, однако Фома лихо вернул деда на место.

– Дед, сейчас ты мне расскажешь, что у тебя болит, а завтра я подыщу тебе нужный санаторий.

Дед мгновенно выбросил перед носом внука кукиш. На этом процесс воспитания был приостановлен.

Поздно вечером Варька перемывала посуду, а Гутя варила коту Матвею рыбу.

– Мам, а ведь этот дедушка к нам совсем не из-за Фомы прибыл, – шепотом говорила дочь. – Он к тебе. Рассказывал, что у него нежная мечта – жениться на молоденькой. Я вот думаю – хорошо бы ему нашу Аллочку сосватать, а? В Омске бы жила…

– Ну ты тоже скажешь! – также шепотом отвечала мать. – Какая ж Аллочка молоденькая?! Ей уже сорок с хвостиком! Я бы даже сказала, с хвостом!

– Ой, мама, для него-то она еще девочка, чего ты!

– А может, ты и права, этому лосю только такая серна и требуется…

Всю ночь Гутя не могла уснуть. Она представляла, как завтра вечером к ней переедет Севастьян, такой больной, побитый… нет, не так – израненный! Он будет слабо стонать, а она, Гутя, сядет возле его кровати и будет нежно утешать… А вот утешить его и нечем. Лучше всего было бы взять и выдать ему имена обидчиков или даже их самих – пусть делает с ними что хочет. Но вот как их найти? Даже ни одной тоненькой ниточки. Мужчина спокойно отдыхал, хотел сделать предложение руки и сердца… А что же еще он хотел ей предложить? Но потом его кто-то не вовремя позвал и потом… и потом он пропал. Позже, конечно, нашелся, но в весьма потрепанном, нет, в тяжелом состоянии. Еще звонила какая-то секретарша-самозванка, просила перегнать машину… Определенно надо завтра же сбегать на стоянку посмотреть, там ли автомобиль Севастьяна. Только вот маленькая заковырка – Гутя совсем не видела номера той машины и, конечно же, не знает названия автомобиля. Но… Но ведь Семушка же знает, он же перегонял! Решено – она завтра же с утра позвонит Светлане и попросит к телефону Ромочку. А уж тот ни за что не отвертится, все выложит.


Утром Гутя вскочила ни свет ни заря – надо было еще раз сделать влажную уборку перед приездом больного Севастьяна.

– Гутиэра Власовна, а вам чего не спится? – пробубнил недовольный зять.

Утром Фома Неверов всегда был недовольный. Сколько бы он ни спал, ему всегда было мало.

– У меня дела. Больного сегодня привезут, а у меня не постирано, белье неглаженое, потолки только в прошлом году белила, ужина еще нет…

– Да бросьте. Больного я после работы привезу, так что с ужином еще успеете.

– И… и все равно, мне надо… – никак не хотела укладываться теща.

Своей бурной беседой они разбудили Карпа Ивановича, вчерашнего гостя. Тот начал день с гимнастики – бодро принялся скакать по комнате, выкидывать в стороны длиннющие руки и высоко подкидывать ноги. От его прыжков вовсю подскакивал журнальный столик, с грохотом открывалась дверца шкафа и в серванте жалобно позвякивали фужеры. Чего уж там, даже Аллочка не вынесла этой психологической атаки – выползла из комнаты заспанная, шумно скребя пижаму на животе.

– Фома! – рявкал Карп Иванович в перерывах между скачками. – Становись немедленно на утреннюю зарядку! Я смотрю, у тебя стали совершенно дряблые мышцы спины и ягодицы!

– А ты бы поменьше на них смотрел, – огрызнулся неблагодарный внучок и поспешно удалился на работу.

Следом за ним упорхнула и Варя, а Гутя в предвкушении потерла руки – можно было звонить Светлане.

– Аллё, Светочка? Прости меня за ранний звонок, но мне очень нужен твой супруг, – защебетала Гутиэра в трубку. – Он еще не отбыл на работу?

– Кто это? – раздался на другом конце провода сонный голос. – А, это вы, Гутиэра Власовна? Что вы говорите? Супруг? Это Роман, что ли? Отбыл. Только вот не знаю, на службу или еще куда.

– То есть как это?

Светлана немного помычала в трубку, а потом проговорила:

– Ой, я сейчас ничего не соображаю, мы с девчонками – с Ириной, с Ниночкой – решили сегодня собраться, мужиков поменять, вот и вы подбегайте. К трем дня, мы у Ирины будем.

– А что – Ирина тоже супругом недовольна?

– Не знаю, но хочет поменять. Вы лучше приходите, а то я сейчас еще сплю…

Гутиэра растерянно устроила трубку на рычаг. На душе тихонько заскребли кошки – она теряла квалификацию свахи! Если невесты станут самовольно менять женихов, ей будет трудно контролировать браки. И что это в самом деле! Теперь даже среди невест бартер! Да уж, рынок теперь и в чувства внедряется семимильными шагами!

– Так, быстренько докладывайте – что там у вас? Бабий бунт? Невесты постриглись в монахини? У вас завелся Синяя Борода? Что вы молчите, отвечайте! – требовал Карп Иванович, прыгая на одной ножке.

– Нет, там без бороды, у нас бреются… – рассеянно проговорила Гутя и затеребила сестру: – Аллочка! Ты представляешь! Сегодня девчонки из нашего клуба знакомств собираются на девичник, чтобы поменять себе мужей! Это же катастрофа! Боже мой! Они еще не успели со мной расплатиться! А такие пары, такие пары! Нет, это определенно катастрофа!

Гутя, наконец, сообразила всю глубину финансового горя, рухнула на диван и уткнулась в шерсть кота Матвея.

– И ничего не катастрофа! – обрадованно засопела сестрица.

Она уже собиралась обратно нырнуть под одеяло, но Гутина новость резко поменяла дело – надо было крутить бигуди, накладывать яичную маску, а может, даже и вообще маникюр сделать.

– И ничего не катастрофа. Очень даже правильное решение – это они замечательно придумали. Самим не надо, так они собрание устроили, так сказать, распродажу – может, кому другому их мужик приглянется. Гутя! Я сегодня к девчонкам надену твою блузку, ту, с сиреневыми матрешками.

– Аллочка! Ты никуда не пойдешь! Это аморально! – крикнула Гутя прямо в ухо коту.

– Фиг тебе, пойду, может, и мне что достанется.

– И мне, – быстренько сообразил Карп Иванович. – Гутя, а у вас там молоденькие женские экземпляры не выбрасывают? У меня, знаете ли, самые скромные требования – чтобы готовила хорошо, шила-вязала, чистоту опять же поддерживала, ну там влажная уборочка утром и вечером, а еще чтоб личико такое, знаете, чтоб хорошенькое. Ну и заработок…

– Ой! Я ж за молоком не сбегала! – всплеснула руками Гутя и постаралась удрать от вдохновленных родственников.

Сколько она ни бегала по магазинам, а возвращаться пришлось. К тому же время неумолимо приближалось к трем. Гутиэра уселась перед зеркалом и принялась украшать себя косметикой – надо было торопиться к клиенткам, а потом… потом к ней привезут Севастьяна.

– Гутя! Ну как же ты долго! – носилась возле нее Аллочка и постоянно вырывала из рук сестры то помаду, то тушь, дабы довести свою красоту до совершенства.

Она уже втиснула себя в Гутину кофточку, и та предательски обтягивала каждую жировую складку на Аллочкином животе. Однако Аллу это нимало не смущало, сама себе она казалась ужасно соблазнительной.

Карп Иванович тоже достал из чемодана свежую рубашку, пахнущую нафталином, прилизал остатки шевелюры и даже помазал былые кудри подсолнечным маслом.

– Гутя! Вы заставляете меня ждать, и я ужасно нервничаю, – крутился он возле Гутиэры. – Гутенька, у меня поднимается давление! Шевелитесь быстрее!

Гутя заканчивала красить ресницы, когда под самым ее ухом раздался пронзительный визг.

– Гутя-я-я!! – верещала Аллочка и хлопала себя по запудренным щекам. – Гутя!! Какой идиот насыпал тебе в пудру известки со всякой дрянью?!! У меня на известку аллергия!!

– Аллочка! Ну успокойся, с чего ты взяла, что там известка? Мы же не знаем…

– Нет, известка!! Я знаю! Я ж ее сама тебе сыпала!! Ой-й-й, теперь вон как всю морду разбабахало!

– Аллочка! Ты же интеллигентный человек. Надо говорить – лицо, – торопливо одернула сестру Гутя и покосилась на Карпа Ивановича. – Ах, Аллочка, девочка моя, как жаль. Придется тебе посидеть дома. Но! Не отчаивайся. С тобой побудет наш гость – Карп Иванович. Карп Иванович, вы уж не откажите, скрасьте девушке одиночество.

Карп Иванович обиженно запыхтел, но вслух возражать не осмелился. Однако и скрашивать одиночество престарелой девушке совсем не собирался. Он упрямо натягивал парадные белые носки в крупную полоску и делал вид, что не слышит уговоров сердобольной сестры.

– Ну, Карп же Иванович! Ну зачем вам наши девичьи посиделки? Я бы на вашем месте не торопилась… А ну вас, тащитесь.

Глава 2
Вежливость богача – вовремя скончаться

У Ирины уже все были в сборе. Возле окна нервно вздрагивала и прикладывала платочек к глазам Светлана, глубоко в диванных подушках утопала Ниночка – дама не слишком приятная, которой все никак не удавалось подыскать пару, а сама хозяйка челноком сновала между кухней и гостиной с тарелочками, фужерами и льдом.

– Гутиэра Власовна! А мы ведь уже заждались! – встретила она гостей. – Вон, Светлана уже всю косметику размазала – по второму заходу ревет. А я ей всегда говорила – на косметике экономить нельзя, себе дороже. Ну и посмотрите, на кого она похожа – чучело!

Чучело Светлана от подруги такого «утешения» не ожидала и еще сильней принялась горевать, теперь она даже стала подвывать в голос. Однако ж, увидев Карпа Ивановича, смутилась, как-то неловко крякнула и, призывно виляя задом, унеслась в ванную. Все-таки Светлана была женственна даже в горе.

Через минут десять все уже сидели за маленьким столиком, единственный мужчина разливал дамам рубиновое вино, кокетничал и игриво дергал бровками, а дамы захлебывались возмущением, обсуждая мужскую жестокость.

– Нет, вы прикиньте, какое коварство! – изо всех сил таращила глаза Ирина. Она была совершенно милой и по-детски непосредственной особой, лишь при мужчинах она становилась нудной привередой. – Это значит, он специально со мной решил расписаться, чтобы начать новую жизнь! А мне что говорил? «Я, Ирусик, долго не протяну. Помру, все тебе достанется!» Я как последняя дура поверила, а он и вовсе помирать не собирается! Еще и лечиться надумал! Надо же и совесть иметь! Мы еще с ним не расписались, а он уже о своем здоровье печется! Так и правда, чего доброго, вылечится! Не-е-ет, я так не согласна.

– Ну, милочка! – лукаво щерился Карп Иванович. – Да разве ж это повод, чтобы мужчину менять?

– Господи! – посмотрела на него Ирочка, как на блоху. – Да мужчин надо менять без всякого повода! Как обувь! Для пляжа – один, легкий и сексуальный, для сырой погоды – другой, теплый и надежный, там уж не до красоты, для весны – что-нибудь романтичное… А здесь!.. Если это не повод! Начинать семейную жизнь с такого обмана!.. Нет, я его обязательно хочу Светлане передать.

Женщина грациозно опустилась на стул, закурила и стала упиваться своим благородством.

– А почему это только Светлане? И мне можно! – пыталась выкарабкаться из глубокого дивана Ниночка. – Мне такой как раз на даче пригодится. И потом, лечиться вместе с ним будем. А то я замечаю – как приезжаю с дачи, так у меня в животе что-то так и трещит, так и трещит. А Светочке на даче он только весь интерьер испортит. Я же была у нее! Кругом красота – розочки, листики всякие, прудик с лягушками, а тут тебе такое украшение – Ирочкин мухомор! Да она еще и не выяснила ничего со своим-то Ромочкой!

Светлана горько вздыхала, но за разговором следила. Разбрасываться женихами ей не хотелось.

– А чего выяснять? – проговорила она еле слышно. – Я вообще жутко подозреваю, что он меня разлюбил! Вот прям предчувствие какое-то вот здесь гложет, и все! Представьте – приехала с дачи… Гутиэра Власовна, да мы с вами вместе ездили!

– Это вчера, что ли?

– Ну да! Приехала, а дома ни одной его вещички. И записка: «Любимая Светочка. Я тебя сегодня утром разлюбил. Не печалься, вещи свои я забрал. Твой Ромочка», – всхлипнула Светлана. – Вот и получается – пока ездила за вашим Севастьяном, своего Ромочку упустила. Конечно же, я теперь согласная меняться с Ирочкой!

Слова Светланы вызвали у женщин бурю эмоций.

– Гутиэра Власовна! Так вы за Севастьяном ездили?! – оживились дамы. – Жутко любопытно! Расскажите немедленно – куда он испарился?

– Ой, девочки! – тут же забыла Светлана про свое горе. – Его кто-то не поделил! Он такой весь… весь такой потрепанный, как будто его на клочья рвали! А еще побитый, прямо и вот здесь, и вот здесь, и еще на лбу и на груди! Ниже я не смотрела, но вот лицо, руки… Нам даже говорили – его какие-то черти по лесу таскали! Такие страсти!

– А кто его так? – допытывались женщины.

– Да кто ж скажет! – махнула рукой Гутя. – Его нашла местная жительница где-то в лесу, домой приволокла, видела людей каких-то, а больше ничего не знает. А мы даже не догадались место преступления осмотреть.

В разговор немедленно вступил единственный присутствующий мужчина. Он вообще не любил долго находиться в тени. Карп Иванович поднялся во весь свой рост, подрыгал затекшими ногами и презрительно скуксился:

– Это непростительная глупость, да-с. Как же вы разбойников искать станете? Вот, я вам доложу, ненаметанным глазом видно, что в вашей главе не стоял мужчина! Вожак! – высказался Карп Иванович и в расстроенных чувствах даже плеснул себе в рюмку вина больше обычного. – И почему меня не пригласили? Я, может быть, разрешил бы ситуацию, на месте преступления прогулялся, воздухом подышал, там же лес! Поискали бы, может, грузди бы нашли, маслята… м-да… вы же понимаете, я это улики так называю… Надо было съездить. Девочки! Давайте выпьем за меня!

– Надо было съездить, только у нас машины не было, – согласилась Гутя, игнорируя тост.

– Ну, машина – ерунда, – авторитетно заявила Ниночка. – Вон у Ирины авто простаивает. Завтра можно будет съездить.

– Ирочка! – чуть не захлебнулся Лось.

Он подскочил к женщине, плеснул ей вина мимо рюмки и быстро затараторил:

– У вас есть автомобиль?! Боже мой! Какое счастье! Я наконец встретил свой женский идеал! Ирочка! Вы должны быть моей! Не надо никого менять! Надо просто выгнать этого пошлого старикана, который собрался жить долго и вечно, выгнать его из вашего сердца и уйти ко мне! Я беру вас не глядя! Даже с автомобилем!

– Нет, ну зачем же не глядя! – жеманилась Ирочка. – Что уж, мне и показать нечего? Но… Мне абсолютно некогда! Придется завтра везти женщин на место происшествия! – снова вытаращила Ирина хорошенькие глазки. – Надо же как-то бороться с хулиганством!

Женщин тянуло на борьбу. Она стали скорбно собирать брови домиком, тяжело вздыхать и кивать головами, дескать, да, везти на место происшествия придется.

– Прям так за мужика обидно, – подливала масла в огонь Светлана. – Лежит такой весь синий… А ведь какой был! Ирина, вот очень жаль, что ты его не видела! Красавец! А как воспитан! Возле Гутиэры прямо голубем вился, голубем… Гутиэра Власовна, а вы его менять не будете?

– Ага! Будет она! – обиженно хрюкнул родственник Лось. – Она его из больницы к себе перетащила! Теперь у нас лечиться будет. А у нас разве есть возможность? Я вот тоже весь больной – и ноги по утрам выворачивает, и мочевой пузырь шалит, и в спину всту… Хотя я-то, конечно, еще о-го-го! Ирочка, обратите внимание – я прямо-таки плюю на ноги, на мочевой пузырь и на спину! Потому что еще молодой и бравый!

Женщины как-то не слишком интересовались бравым и молодым Лосем с его шаловливым мочевым пузырем, а, вовсе даже, напротив, расспрашивали про больного и немощного Севастьяна. Гутя рдела. И в самом деле, разве с ее Севой может сравниться какой-то Ромочка! Ах ты! Ромочка! Она же из-за него и пришла.

– Светлана, а ты не помнишь номер сотового телефона твоего супруга?

– Он мне и не супруг вовсе, мы же не расписывались! – снова вспомнила о трагедии Светлана. – Но номер сотика помню. Давайте я вам на листочке напишу. А вы ему звонить будете? А я так из принципа не звоню! Да еще и телефон у него отключен был. Но вы все равно позвоните, вдруг ответит.

Через минуту Гутя уже кричала:

– Аллё! Роман, это вы?! Девушка, позовите Романа!.. Ах, это не девушка, а как раз Роман и есть? Как я удачно на вас напала!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Поделиться ссылкой на выделенное