Джек Макдевит.

Военный талант

(страница 5 из 28)

скачать книгу бесплатно

Сараглия находится на краю Дамы-под-Вуалью. Удаленная от светила модульная планета огромных размеров с переменной силой тяжести. Она является последним пунктом отправления больших кораблей разведки, которые продолжают зондирование и картографирование обширного рукава Возничего.

– И оттуда вы собирались его куда-то доставить?

– Да. Куда-то!.. – Чейз пожала плечами.

– Что вам известно о месте назначения? У вас же должны быть хоть какие-то сведения. Дальность, например, на какое время был рассчитан полет… Хоть что-нибудь! Вы арендовали корабль?

Чейз взглянула на бумагу с расчетами, которую явно подготовила для меня:

– Предвидятся споры по поводу денег?

– Нет, – ответил я.

– Ладно. – Она лукаво улыбнулась. – Я уже договорилась о корабле. Я спрашивала, куда мы отправляемся, но он ответил, что скажет, когда сам доберется до места. То есть на Сараглию.

– Он рассчитывал улететь с Сараглии сразу по прибытии?

– Да, – кивнула Чейз, – думаю, так. У меня были инструкции держать корабль в полной готовности. Это старый патрульный катер, между прочим. Тот еще корабль. – Она печально покачала головой. – Он еще сказал, что нас не будет месяцев пять-семь.

– Как далеко это отодвигает цель перелета?

– Трудно сказать. Если он хотел придерживаться правил, меньшая часть этого времени ушла бы на межзвездный перелет. Скажем, три месяца в оба конца. Тогда цель находится на расстоянии примерно восьми световых лет. Но если он собирался пренебречь правилами (а их и в самом деле можно там не применять) и выйти из скачка как можно ближе к цели, тогда, если отвести пять месяцев на гиперпространство, речь идет о максимальном расстоянии в тысячу пятьсот световых лет.

– Что вам удалось узнать о «Тенандроме»?

– Немного. По-видимому, дело отдает вмешательством потусторонних сил.

– Что вы имеете в виду?

– Большие корабли разведки обычно отправляются в полет на четыре-пять лет. «Тенандром» вернулся через полтора года. И никто из него не вышел.

– Сараглия была их первой остановкой на обратном пути?

– В том секторе – да. По традиции суда останавливаются на ней и капитан посылает личный доклад директору порта. Они обсуждают вопросы снабжения, проходят контроль безопасности, а потом на несколько дней всех отпускают с корабля. Царит атмосфера праздника. Но когда прилетел «Тенандром», все было иначе. По словам служащих порта, которые согласились побеседовать со мной, официальный отчет передали по лучу. Никто не вышел из корабля, никто не поднялся на борт. Как всегда, возле трапа собралась толпа. Не знаю, известно ли вам что-либо о Сараглии, но корабли приземляются непосредственно в городском порту. Стены дока прозрачны, поэтому все, кто повел своих детишек на прогулку, могли стоять на улице и смотреть на удерживаемый тросами «Тенандром». Внутри корабля горели огни, и можно было разглядеть членов экипажа, но ни один из них так и не вышел из шлюзов. Такого раньше не случалось.

Все расстроились, особенно коммерсанты. Они почувствовали себя униженными. Прилеты кораблей всегда приносили значительную часть прибыли.

– Но не в этот раз, – сказал я.

– Не в этот раз. – Чейз слегка вздрогнула. – В конце концов поползли слухи.

– Какие?

– Что на корабле чума. Однако им бы не позволили тогда сойти на Аквариуме, где они сделали следующую остановку.

– А они действительно высаживались на Аквариуме?

– Так говорил Гейб. Он сказал, что они покинули корабль, как обычно.

– Это была их конечная станция?

– У разведки там региональный штаб. Туда они возвращаются для общего переоснащения, представления отчетов и снаряжения новых экспедиций.

– Сколько человек было на борту?

– Экипаж из шести человек и восемнадцать членов исследовательской команды. – Лицо Чейз стало задумчивым. – Когда я находилась на Сараглии, прибыл «Вестовер», и экипаж очень приятно проводил время. Они оставались там больше недели, что, как я поняла, является обычным сроком. Много женщин, спиртное лилось рекой. Удивительно, что они после этого все-таки возвращаются на корабль. А «Тенандром» улетел через день.

– Разведка не объяснила, почему был прерван их полет?

– Сказали, что в двигателях Армстронга появилась неисправность, которую нельзя устранить на Сараглии. Вполне возможно. Тогда, между прочим, нет ничего странного и в том, что никто не вышел из корабля, – им нужно было спешить.

– Вероятно, они говорили правду.

– Вероятно. Корабль ремонтировали на Аквариуме, и Гейб говорил, что, судя по записям, привод действительно нуждался в серьезном ремонте.

– Тогда в чем же проблема?

– Гейбу не удалось найти людей, занимавшихся ремонтом двигателей Армстронга. Узнав о расспросах Гейба, разведка очень обеспокоилась. Ему официально запретили доступ на станции обслуживания.

– Как, черт возьми, им удалось?

– Очень просто. Они заявили, что Гейб представляет угрозу их безопасности. Хотелось бы мне на это посмотреть. – Чейз улыбнулась. – В это время я была на Сараглии. Судя по его сообщениям, Гейба чуть кондрашка не хватила. Но потом он сказал, что Мачесны раскололся, поэтому он отправляется на встречу со мной, и чтобы я доставала корабль.

– Мачесны?

– Так он сказал.

– Кто такой, черт возьми, этот Мачесны?

– Не знаю. По-моему это как-то связано с Кристофером Симом. Может, он имел в виду Рэшима Мачесны.

Я покачал головой:

– Есть ли в этом деле хоть кто-нибудь, кто не умер бы сотню лет назад?

Рэшим Мачесны – великий старик, из Сопротивления. Жизнерадостный толстяк, умница, эксперт по волновой теории гравитации. Вместе с Тариеном Симом он посещал законодательные органы различных планет и использовал свое огромное влияние на благо Конфедерации. Как он мог «расколоться»?

– Другой Мачесны мне неизвестен, – сказала Чейз. – Кстати, после окончания ремонта разведка немедленно отправила «Тенандром» в следующий полет. У них уже было готово задание. Таким образом, капитан и бо?льшая часть прежнего экипажа находятся в экспедиции.

– Они полетели обратно?

– Нет, – ответила Чейз, – не думаю. Местом их назначения стала область, удаленная на тысячу восемьсот световых лет. Слишком далеко. Если придерживаться предположения, что Гейб знал, куда они летят, и что именно туда он и собирался…

– А как насчет бортового журнала? Разве они не становятся достоянием общественности? Мне попадались такие публикации.

– В данном случае вряд ли. Все было засекречено.

– На каком основании?

– Не знаю. Они не обязаны давать объяснения. По крайней мере, Гейб не смог получить доступ к документам.

– Джейкоб? Ты здесь?

– Да, – откликнулся искин.

– Прокомментируй, пожалуйста.

– Не такое уж необычное дело. Информация засекречивается, если кто-то считает, что ее публикация нанесет ущерб интересам общества. Например, если кого-то съели, то подробности не станут достоянием общественности. Последним примером сокрытия информации явился полет «Борланджета», во время которого один символист был схвачен и унесен какой-то разновидностью летающего плотоядного. Но даже в этом случае засекретили только ту часть информации, которая связана с данным конкретным инцидентом. В случае же «Тенандрома» все выглядит так, будто сам полет никогда не имел места.

– У вас есть предположения о том, что они могли там обнаружить? – спросил я у Чейз.

Она пожала плечами:

– Думаю, Гейб знал. Но мне не сказал. И если кому-либо на Сараглии что-нибудь известно, то они молчат.

– Возможно, это биологическая проблема, – предположил я, – которая беспокоила их, но уладилась к тому времени, когда они добрались до Аквариума.

– Возможно. Однако, если они успокоились, почему скрывают информацию?

– Вы говорили о каких-то слухах.

Чейз кивнула:

– Да, о чуме. Самым интересным слухом было предположение о контакте. Вариантов на эту тему около двух десятков, но наиболее распространенным является такой: им с трудом удалось уйти, центральное правительство опасается, что за «Тенандромом» проследили до самого дома, и пришлось вызвать Военный флот. Некоторые утверждают, что домой вернулся не тот корабль, который отправился в полет.

От такого предположения мороз пробирал по коже.

– Другой вариант: произошло временно?е смещение, миновало более сорока лет корабельного времени, и члены экипажа сильно постарели. – Усмешка Чейз говорила, что она думает о людской легковерности. – Но Гейбу удалось побеседовать с членом исследовательской группы, и с ним было все в порядке.

– С Хью Скоттом, – выдохнул я. – А он не сказал, почему был прерван полет?

– Он придерживался официальной версии: на корабле возникли проблемы с двигателями Армстронга, починить их можно было только в стационарных условиях.

Я вздохнул:

– Тогда, наверное, причина именно в этом, а значит, не имеет большого значения, нашел Гейб ремонтников или нет. Возможно, у капитана были личные причины спешить домой.

– Возможно, – согласилась Чейз. – Но с кем бы Гейб ни разговаривал, со Скоттом ли, с другим человеком, все отказывались назвать ему остальных участников полета. – Она прижала кулак к губам. – Вот что странно.

Некоторое время наша беседа вертелась вокруг той же темы, мы уже пошли по второму кругу, словно упустили нечто важное. Когда я вновь упомянул Мачесны, Чейз выпрямилась:

– Кто-то был с Гейбом на «Капелле». А если это он?

– Возможно, – кивнул я, прислушиваясь к гудению огня в камине и к потрескиванию старого дома. – Чейз?

– Что?

Джейкоб принес сыр и новую порцию выпивки.

– А что думаете вы?

– О том, что они увидели?

– Да.

Она вздохнула:

– Если бы они не продолжали упорно отмалчиваться, я бы перестала об этом думать. А так ясно, что они что-то скрывали. И по-видимому, доказательством является исчезновение бортового журнала. Но, по моему мнению, Гейб дал слишком большую волю своему воображению. – Она откусила кусочек сыра и задумчиво жевала его. – Романтично, конечно, прийти к выводу, что там существует какая-то угроза, нечто совершенно ужасное. Только что это может быть? Что может напугать людей на расстоянии нескольких сотен световых лет?

– Ашиуры? Может, они прорвались к Даме-под-Вуалью.

– Ну и что? Допустим, это лишило бы сна военных, но меня бы нисколько не взволновало. В любом случае они представляют меньшую опасность там, чем вблизи от Периметра.


Позже, когда Чейз ушла, я запросил список пассажиров «Капеллы». Имя Гейба там, разумеется, присутствовало. Габриэль Бенедикт из Андиквара. Но никакого Мачесны.

Я долго размышлял, почему Гейб, который всегда лично водил самые разные корабли, вдруг захотел нанять пилота.

IV

«Чертовски большой кусок недвижимости!»

Высказывание главного советника Рейтмена Тумия, когда он услышал, что в скоплении Дама-под-Вуалью, по некоторым оценкам, имеется двести миллионов обитаемых планет

Департамент планетарной разведки и астрономических исследований представлял собой полуавтономное агентство, которое субсидировалось центральным Министерством финансов и целой армией частных фондов. Им управлял совет директоров, представляющих заинтересованные компании и академические круги. Председатель совета назначался политиками и отчитывался перед фондом. Следовательно, хотя разведка официально и считалась научной организацией, она была весьма чувствительна к политическим колебаниям.

В Андикваре находилось ее представительство, в задачу которого входил набор технического персонала на большие корабли и рассмотрение заявлений специалистов, желающих стать членами исследовательских групп. Там же было отделение по связям с общественностью.

В здании разведки размещалось еще несколько агентств. Все они располагались на верхних этажах старого каменного строения, где до образования Конфедерации заседало правительство планеты. Его западная стена была обесцвечена взрывом бомбы интервентов в начале Сопротивления.

Приемная производила удручающее впечатление: блеклые желтые стены, жесткая мебель, групповые снимки экипажей нескольких межзвездных кораблей и фотографии черной дыры. Не слишком подходящая обстановка для связей с общественностью.

Едва я встал со стула, как из соседней комнаты энергичной походкой вышел жизнерадостный молодой человек, прямо-таки излучающий спокойную компетентность. Стандартное голографическое изображение, встречавшееся мне и раньше, правда в другой обстановке.

– Доброе утро! Могу я чем-либо помочь?

– Надеюсь, – ответил я. – Меня зовут Хью Скотт, я участвовал в последнем полете «Тенандрома». Член группы исследователей. Мы с приятелем хотели бы организовать встречу с остальными участниками, но многих потеряли из виду. Не могли бы вы дать нам реестр или сказать, где бы я мог его получить.

– Последний полет «Тенандрома»? Посмотрим, это, кажется, семнадцатый?

– Да, – ответил я, поколебавшись, чтобы создать видимость раздумий.

Изображение тоже погрузилось в задумчивость. У него были густые каштановые волосы, приятная улыбка и немного длинноватый нос. Руководство, несомненно, стремилось создать образ умного и доброжелательного чиновника. В некоторых видах делового общения, например в торговле антиквариатом, это сработало бы. Но в их вежливой, безликой обстановке такие качества вступали в противоречие с мебелью.

– Сейчас проверю. – Он пересек комнату и остановился у фотографии черной дыры, пока компьютер готовил нужную информацию.

Я положил ногу на ногу и взял брошюрку, призывающую подумать о карьере в Агентстве Будущего. Хорошая зарплата, приключения в экзотических местах.

Голограмма чиновника вдруг обернулась. Он вытянул губы трубочкой, изображая глубину огорчения неприятной обязанностью:

– Мне очень жаль, доктор Скотт, но эта информация засекречена. Вы, конечно, не должны испытывать затруднений в ее получении. Если вы захотите подать прошение о допуске, я могу дать вам образец заявления. Можете заполнить его прямо здесь, а я прослежу, чтобы его доставили куда следует. – Он указал на один из терминалов. – Можете воспользоваться этим компьютером. Конечно, понадобится удостоверение личности.

– Естественно. – Мне стало не по себе. Записывается ли наша беседа? – Почему они засекретили список?

– Боюсь, причина тоже засекречена, доктор.

– Да, – сказал я. – Этого следовало ожидать. Хорошо.

Я сел за терминал, потом бросил взгляд на стенные часы и сделал вид, будто внезапно вспомнил о назначенной встрече.

– Сейчас у меня довольно мало времени, – сказал я, подняв руку к обручу на голове.

– Прекрасно, – любезно ответил он, давая кодовый номер документа. – Можете вызвать его в любое время. Просто следуйте инструкции.


Из беседы с Гейбом я понял, что он был в нелучших отношениях с Институтом Аккадии. И все же бо?льшая часть археологических раскопок, организованных Андикваром, координировалась этим почтенным учреждением. Поэтому я договорился о встрече, и меня соединили с молодой женщиной, которая при упоминании имени Гейба снисходительно улыбнулась.

– Вы должны понимать, мистер Бенедикт, – сказала она, упираясь указательным пальцем в щеку, – что на деле мы не были связаны с вашим отцом. Центр ограничивается профессиональными экспедициями, которые поддерживают официальные учреждения.

– Он – мой дядя, – поправил я.

– Простите. Так или иначе, у нас с ним не было никаких контактов.

– Вы хотите сказать, – небрежно заметил я, – что уровень деятельности моего дядюшки не вполне соответствовал вашим стандартам?

– Не моим стандартам, мистер Бенедикт. Мы говорим о стандартах института, а ваш дядя был дилетантом. Никто не станет отрицать его талантов, но все же он дилетант.

– Шлиман и Шампольон тоже были дилетантами, – с раздражением ответил я. – Как Тауэрман и Крейн. И несколько сотен других. В археологии это традиция.

– Конечно, – примирительно сказала она. – Мы это понимаем и поощряем людей, подобных Габриэлю Бенедикту, всеми имеющимися в нашем распоряжении неофициальными способами. И радуемся их успехам.


Вечером я в задумчивости сидел у камина, прислушиваясь к гудению огня. Внезапно свет потускнел, затем совсем погас, и сразу в центре комнаты, возле кофейного столика, появился ослепительно-белый объект размером с ладонь. Мне показалось, он имел сферическую форму, хотя точные очертания трудно было рассмотреть. Из него со всех сторон вырывались сверкающие струйки и падали обратно к объекту, обволакивая его. Облака сверкающего огня расширялись, кружились, меняли форму. Объект удлинился и принял знакомые очертания.

Дама-под-Вуалью!

– Мне показалось, момент подходящий, Алекс. – Голос Джейкоба был странно далеким.

Медленно вращаясь вокруг своей оси (подобное вращение в реальном времени занимает миллионы лет), она заполнила половину комнаты. Только человек с богатым воображением мог разглядеть в ней очертания женской головки. И все же в обширных звездных облаках имелись какие-то намеки на плечо, и глаз, и развевающиеся складки покрывала.

Считалось, что в ней содержится полмиллиарда солнц, по большей части молодых и горячих. Многие планеты были, по-видимому, пригодны для заселения, поэтому рассматривались как естественный дом для бурно растущего населения. Близость звезд друг к другу также решала многие проблемы, связанные с огромными расстояниями, разделяющими планеты Конфедерации. Прогнозировалось, что когда-нибудь прежние столицы будут покинуты, а центры управления переместятся в это скопление.

Она была самым ярким объектом на небе Южного полушария Окраины, даже ярче гигантской луны. В Андикваре, правда, увидеть ее нельзя, но и здесь лишь немногие звезды могли бы соперничать с ней в яркости.

– Вот куда мы движемся, Джейкоб, – сказал я.

– Согласен, – ответил искин, неправильно поняв меня. – Вам осталось только раскрыть место назначения.

Замечание поразило меня: оно предполагало, что пора браться за дело. Я отправил Джейкоба за сводками новостей о «Тенандроме».

– Я уже искал, – ответил он. – Их очень немного.

Дама-под-Вуалью исчезла, и на мониторе возникло несколько строчек.

– Это самое первое.


«Станция Сараглия. Mmb 3 (ACS): KKP „Тенандром“, в последнее время занимавшийся исследованием глубинных областей Дамы-под-Вуалью, на расстоянии более тысячи световых лет от Окраины, по сообщению представителя разведки, получил серьезное повреждение двигателей Армстронга. Хотя степень повреждения еще не установлена, представитель заверил, что никто не пострадал и непосредственной опасности для корабля нет. Военный флот опубликовал заявление о готовности команды спасателей оказать необходимую помощь».


Джейкоб прокрутил еще несколько сообщений: официальное объявление о возвращении корабля, отметку в «Регистре перевозок» о посещении Сараглии, запись о его прибытии на Аквариум спустя несколько недель.

– Есть там что-нибудь о другом конце путешествия? Какие-нибудь подробности об отлете? – спросил я.

– Только стандартное объявление в «Регистре», – ответил Джейкоб. – Маршрут не приводится.

– А имена членов экипажа? Или пассажиров?

– Только капитана: Сейджемон Макирас. В этом, кстати, нет ничего необычного. Они никогда не публикуют подробностей, только описывают изредка кое-какие особые детали.

– Может, есть какие-то внесистемные материалы?

– Если и есть, то добраться до них будет нелегко. Если там и происходило что-то необычное, службы новостей, по-видимому, ничего об этом не знали.

– Ладно. Не захочет ли нам что-нибудь рассказать Макирас? Можно добыть адрес?

– Да. Впадина Мойры, борт собственного корабля. Я проверял домашние записи. Гейб послал ей два сообщения. Первое она проигнорировала.

– А второе?

– Только тахионная телеграмма:

«Доктор Бенедикт! Путешествие „Тенандрома“, если не считать сбой в одном из двигателей Армстронга, прошло без каких-либо приключений.

С наилучшими пожеланиями

Сейдж Макирас».

– Давай попробуем другое: просмотрим все полеты за последние несколько лет. В них должна быть какая-то система, и мы сможем получить хотя бы общее представление о той области, куда летал «Тенандром».

Джейкоб нашел нужные записи, и мы изучили последние полеты «Борланджета», «Рапатуту», «Вестовера» и других кораблей разведки, базирующихся на Аквариуме, но никакой системы не обнаружили.

Район поисков составлял около трех триллионов кубических световых лет. Может, чуть меньше.


Остался только Скотт.

Немного помолчав, Джейкоб произнес:

– Хотите подготовить изокристалл?

– Сколько времени будет идти ответ?

– Если он ответит сразу, около десяти дней. Только, как показали четыре последние проверки, его шифр не работает. Очевидно, он не отвечает на вызовы.

– Закажи билет, – неохотно сказал я. – Наверное, с таким же успехом туда можно слетать.

– Очень хорошо. Постараюсь известить его о вашем приезде.

– Нет, давай сделаем ему сюрприз.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное