Евгений Лукин.

Разбойничья злая луна

(страница 6 из 27)

скачать книгу бесплатно

   – Куда гонят? – сипло спросил Ар-Шарлахи, с озабоченным видом проверяя шкафчик рядом с алебастровой статуэткой государя. Непостижимый и всемогущий, как всегда, был изображен с пучком молний в правой руке и свитком законов в левой.
   – В Кимир.
   Ар-Шарлахи замер на секунду, потом медленно обернулся, прижимая к груди пузатенький запечатанный кувшинчик.
   – Так это же замечательно! – заметил он, нашаривая чашку. – Через границу-то они за нами не увяжутся…
   – Если успеем добраться до границы.
   – Да уже, можно сказать, добрались. – Ар-Шарлахи снова заглянул в иллюминатор. – Вот-вот ничьи пески пойдут…
   Он откупорил кувшинчик, осторожно, чтобы не пролить ни капли, наполнил чашку и против обыкновения осушил ее залпом, не смакуя.
   – Это которая по счету? – раздраженно осведомилась Алият.
   – Первая, – сказал он и налил вторую.
 //-- *** --// 
   Спросонья вино ударило в голову, и Ар-Шарлахи, поднимаясь в рубку, несколько раз был вынужден схватиться за стену, слыша при этом за плечом злобное ворчание Алият.
   В рубке царила тихая паника. Устремившиеся к Ар-Шарлахи глаза над почтительно натянутыми повязками удивили его выражением усталого отчаяния. Удивили и позабавили.
   – Не грустить! – прикрикнул он, твердым – по возможности – шагом ступая в рубку.
   Матросы улыбнулись через силу. Шарлах шутить изволит.
   – Еще караван, – хрипловато выговорил один из них. – Наперерез идет…
   – Где? – изумился Ар-Шарлахи, пролезая к амбразуре.
   Действительно, слева по курсу стлалось еще одно пылевое облако солидных размеров. Кораблей пять, не меньше.
   – Кимирцы… – с предсмертной тоской в голосе простонала Алият. – Ушли, называется, через границу…
   – Может, кимирцам и сдадимся?.. – робко подал голос один из матросов.
   – Какая разница? У Харвы с Кимиром договор. Если разбойник бежит через границу, его выдают…
   Минута прошла в напряженном молчании. Уже ясно было, что оба караваны сближаются под острым углом и что «Самум» неминуемо окажется в точке пересечения курсов.
   С бесшабашной ухмылкой, которую, к счастью, скрыла повязка, Ар-Шарлахи оглядел встревоженные лица. Страха он не чувствовал. После трех чашек вина, выпитых залпом, происходящее казалось ему даже отчасти забавным. И только сердце взмыло жутко и сладостно – первый признак того, что в следующий миг он учинит какую-нибудь очередную пьяную выходку, за которую долго будет потом расплачиваться.
   – Да провались оно все… – лениво и беспечно выговорил Ар-Шарлахи, отстраняя от штурвала одного из рулевых. – А ну давай на палубу, командуй к повороту! Четверть курса влево!
   – Не смей! – вскрикнула бледная Алият, но тут матросы повернулись к ней с угрожающим ропотом, и она, смолкла, попятившись.
   «Ой! – холодея, подумал Ар-Шарлахи. – А действительно, что это я?..»
   Однако отменять приказ было поздно.
Спустя минуту «Самум» уже шел в полный ветер, стеля перед собою песчаную пелену. Шел наперерез кимирскому каравану.
   – Береги глаза! – стремительно трезвея, бросил Ар-Шарлахи. – Кто там еще на палубе? Все вниз!
   Впереди в мутных наплывах уже проступали контуры кораблей Кимира. Видно было, как спешно убирают на них паруса, как спрыгивают на песок и рассыпаются в цепи воины с боевыми щитами в руках. Потом весь мир впереди словно взорвался колючим ослепительным светом, к счастью, приглушенным сносимой на кимирцев пылью. Свет хлестал в амбразуру, жалил из щелей узкими лезвиями. Самый опасный участок пути. Проскочить… Проскочить и не загореться… Но главное, конечно, проскочить… и не врезаться в кимирца… и не положить корабль набок…
   Присевший и скорчившийся у штурвала Ар-Шарлахи так и не решился качнуть рулевое колесо, хотя ему казалось, что просвет между кораблями кимирского каравана, увиденный им несколько секунд назад, располагался чуть левее по курсу…
   Говорят, пьяным сопутствует удача. Похожая на таран, атака «Самума» была столь внезапна и неразумна, что кимирцы не успели даже как следует построиться. Наведи они все щиты одновременно – и никакая пылевая завеса не спасла бы. Под всеми парусами безумный ослепший корабль буквально пронизал флотилию и, не сбавляя хода, ушел в пустыню. Преследовать его было некогда, потому что теперь в лоб кимирцам выходил целый караван…
   И караван этот был встречен по достоинству. Налетев на плотное белое пламя, отраженное боевыми щитами, досточтимый Хаилза несколько запоздало скомандовал поворот и в результате едва не положил «Саламандру» набок. Принимать бой, находясь в столь невыгодной позиции, он, естественно, не решился: кимирцы стояли против солнца, и их было больше. Кроме того, эта стычка могла послужить поводом к очередной войне, так как оба каравана шли по ничьим пескам. Словом, когда три корабля Харвы, отплевываясь сгустками смоляного пламени из катапульт, кое-как отползли на мускульной тяге и, развернувшись, легли на обратный курс, пустыня в тылу их противника была уже чиста. Песчаная пелена осела. Безумный корабль, атаковавший флотилию, сгинул бесследно.
 //-- *** --// 
   Ар-Шарлахи заворочался, просыпаясь. Не обнаружив браслета на запястье, удивился, открыл глаза и не сразу понял, где это он находится. Пол был недвижен. Ар-Шарлахи приподнялся на низком, неожиданно мягком ложе и заглянул в иллюминатор. Никем не преследуемый «Самум» стоял посреди залитой лунным светом песчаной равнины.
   Ар-Шарлахи снова откинулся навзничь и наморщил лоб, припоминая. Голова ныла – то ли с похмелья, то ли от всех этих сумасшедших событий. Где-то тут должен был стоять кувшинчик… и чашка… Пошарив по полу, нечаянно задел низкий табурет, вызвав легкий переполох за переборкой. Кто-то куда-то метнулся, зазвучали приглушенные голоса.
   Вскоре дверь отворилась, и в каюту караванного вошла Алият, неся зажженный светильник – глиняную плошку с фитилем.
   – Где мы? – спросил Ар-Шарлахи.
   – В Харве, – ответила она, ставя плошку на пол.
   И ему в который раз показалось, что Алият шутит. Потом наконец дошло, что под Харвой она подразумевает не столицу, а государство в целом.
   – А где именно?
   – Чубарра. Примерно там, куда ты собирался вести Хаилзу… Команда отдыхает. Караулы выставлены.
   – Людей много потеряли?
   – Никого. У двоих ожоги, один ослеп… но, может, еще оправится… – Алият помолчала, недоуменно сдвинув брови. – Не понимаю… Как тебе это удалось?
   – А я знаю? – ухмыльнулся он. – Это надо столько же выпить, сколько в тот раз… Тогда, пожалуй, вспомню…
   С этими словами Ар-Шарлахи подтянул к себе кувшинчик и попытался плеснуть в чашку вина. Вылилось несколько капель. Хмыкнул, приподнял брови и, весьма живо изобразив недоверие, заглянул в горлышко. А в самом деле, когда же это он успел все прикончить? Перед сном, что ли?..
   Алият нахмурилась.
   – А вот пить прекращай.
   – Это почему же?
   – Мы в походе. Будешь пить – остальные вообще сопьются.
   – Строга… – с удовольствием на нее глядя, сказал Ар-Шарлахи. – Строга и жестока… Слушай, посмотри в шкафчике за государем. Там, по-моему, еще один стоял… непочатый.
   Алият фыркнула, но все же просьбу исполнила. Поставила кувшинчик на пол, и Ар-Шарлахи, привскочив, немедленно обнял ее за бедра. Алият освободилась рывком.
   – Еще раз полезешь – убью, – вполне серьезно предупредила она.
   – Ну вот… – обиженно отозвался он, снова опускаясь на ложе. – Как кимирские караваны навылет низать – так Шарлах. А как собственную любовницу завалить – так уже и не Шарлах… Сбегу я от вас…
   – Пей быстрее! – нетерпеливо перебила она.
   – Ну вот… – повторил Ар-Шарлахи, сбрасывая с лица повязку и откупоривая кувшинчик. – То вообще не пей, то пей быстрее…
   – Куда столько льешь? Полчашки, не больше, чтобы мозги прочистить! Сейчас люди придут…
   Ар-Шарлахи не донес чашку до рта и воззрился непонимающе.
   – Зачем?
   – Будем думать, куда дальше двигаться. И, имей в виду, последнее слово – за тобой.
   Ар-Шарлахи крякнул, отхлебнул и недоуменно поиграл бровью.
   – А сама как считаешь?
   Алият ответила не сразу – должно быть, еще не решила толком.
   – Можно, конечно, пойти к Пьяной тени… – задумчиво начала она.
   – Звучит обнадеживающе, – заметил Ар-Шарлахи. – И где же это такое? Что-то ни разу ни слыхал…
   – Ну, бывшая тень Ар-Кахирабы… Еще ее называют Ничья тень. Как раз на границе Харвы и Кимира. Там только вино делают, больше ничем не занимаются. Поэтому их ни с той, ни с другой стороны не трогают. Говорят, даже во время войны не трогали. Вина-то ведь нигде больше не достать…
   – Так… А еще куда?
   – В Турклу. Про Турклу-то хоть слыхал?
   Про Турклу Ар-Шарлахи слыхал. Это крохотное окруженное скальными останцами государство находилось под покровительством Харвы, но только на пергаменте. На самом деле Туркла ни от кого особенно не зависела, разве что от разбойничьих ватаг, неизменно находивших пристанище в этом далеко не изобильном, но зато труднодоступном оазисе. Вся контрабанда, все награбленное по обе стороны границы добро шло, в основном, через Турклу.
   – Да, это, пожалуй, надежней…
   – Надежней, – согласилась Алият. – Только сразу туда идти не стоит. С пустыми руками в Туркле делать нечего.
   Ар-Шарлахи поперхнулся вином и закашлялся.
   – То есть?!
   Алият смотрела на него, словно ждала, когда же наконец он сам поймет всю глупость собственного вопроса. Так и не дождалась.
   – Ну вот что! – Ар-Шарлахи нервно отставил чашку, едва не расплескав остатки вина. – Запомни раз и навсегда! На разбой я вас не поведу! Даже думать об этом не смей!..
   Алият непритворно удивилась.
   – Вроде в Харве учился, – упрекнула она, – а законов не знаешь. Да теперь ты хоть всю Пальмовую дорогу разграбь!.. Когда тебя поймают, никто об этом даже и не вспомнит. Ты – государственный преступник. Ты бунт поднял. Ты на границе два каравана стравил…
   Ощупанный внезапным страхом, Ар-Шарлахи невольно выпрямил спину.
   – Кто сказал «альк», тот должен сказать «бин», – важно добавила Алият и испортила этим весь эффект. Ар-Шарлахи дико поглядел на нее и вновь потянулся за чашкой.
   – Гляди-ка… – пробормотал он с кривой усмешкой. – Буквы знаешь…
   Алият хотела ответить, но вдруг насторожилась и прислушалась.
   – Допивай и прячь! – прошипела она. – Идут… Морду прикрой!


   Чашки вина как раз хватило, чтобы погасить похмелье и слегка поднять настроение. Не то чтобы Ар-Шарлахи перестал сознавать, насколько все серьезно, просто его сейчас вдохновляла сама глупость ситуации. Не насладиться ею он не мог.
   Начал с того, что важно воссел на низеньком табурете и, невольно подражая досточтимому Ар-Мауре, прищурил один глаз. Алият была неприятно этим удивлена, но остальные восприняли все как должное. Колебалось пламя светильника, по стенам каюты караванного гуляли блики. Алебастровый государь слушал и хмурился из угла.
   – Так ты говоришь, Рийбра… – Подпустив в голос ленивой сановной хрипотцы, Ар-Шарлахи умолк и выжидающе взглянул на сутулого мятежника.
   Тот, судя по движению повязки, судорожно дернул кадыком.
   – Говорю, есть такие, что сомневаются… Остальные-то потверже, а эти… Примкнули сгоряча, теперь вот жалеют…
   Ар-Шарлахи выслушал и, подумав, кивнул.
   – Таких нам не надо, – равнодушно изронил он. – От таких мы избавляемся.
   Все, включая Алият, замерли и недоверчиво уставились на главаря.
   – Доберемся до первой тени, – продолжал он, – и пусть идут на все четыре стороны.
   Разбойнички переглянулись с видимым облегчением. Слово «избавляемся» в устах Шарлаха могло означать все что угодно.
   – А кто у нас купор? Что с провиантом?
   Купор, плотный коротыш, чем-то напоминающий караванного Хаилзу, беспокойно шевельнулся.
   – Провианта нет, – сказал он и побледнел. – Вернее, есть, но никуда не годный.
   Все повернулись к нему.
   – Что значит никуда не годный?
   – Ну вот… Сухари, например… Сверху – отборные, а глубже – гниль… Я думал сначала, в одном ящике так, а посмотрел – во всех…
   – Ладно, проверим. – Опять-таки неумышленно копируя повадки лукавого судьи, Ар-Шарлахи неспешно развернулся всем корпусом к Алият. Та кивнула.
   Однако уже в следующий миг глава разбойников утратил величественную осанку и с самым озадаченным видом тронул висок кончиками пальцев. Дошло наконец.
   – Так это что же получается? – сказал он другим голосом. – Значит, если бы мы не взбунтовались, то углубились бы в пустыню и…
   – Да все равно взбунтовались бы, – тихонько проворчал кто-то. – Гнилой сухарь – первый зачинщик…
   Ар-Шарлахи помолчал, соображая.
   – Интересно готовил эскадру к походу досточтимый Тамзаа, – молвил он наконец. – Вы не находите?
   Розоватый свет масляного фитиля трогал хмурые лбы, вымывал тени из глубоких морщин. Разбойнички силились понять, куда клонит главарь.
   – Команду набрал из жителей Пальмовой дороги, – задумчиво продолжал Ар-Шарлахи. – Погонщиком назначил мальчишку… Караванного известил в последний момент… А тот терпеть не может повязок на лицах… Да еще и снабдил гнилым провиантом… То есть получается, что досточтимому Тамзаа позарез был нужен мятеж на головном корабле. Хотел бы я только знать, зачем. Насолить караванному или оставить государя без морской воды?
   – Какая разница? – процедила Алият, и на нее укоризненно оглянулись. О чем бы там главарь ни разглагольствовал, прерывать его не следует.
   – Теперь уже никакой, – согласился Ар-Шарлахи. – Хотя… Наверное, и на других кораблях то же самое…
   – И что?
   – А то, что в ближайшее время караванный искать нас, скорее всего, не будет. Он будет искать провиант…
   – Мы – тоже, – напомнила Алият.
   – Да, – подтвердил Ар-Шарлахи, развертывая карту. – Мы – тоже. Кстати, не удивлюсь, если и вода окажется гнилая…
   Он вновь приосанился, насупил брови и принялся усиленно изображать из себя стратега. Тщетно прожигала его Алият темными своими глазами. Пьяница откровенно развлекался, словно глумясь над их отчаянным положением. Однако вскоре палец его, глубокомысленно бродящий по изображению пустыни Чубарра, словно прилип к свитку. Некоторое время Ар-Шарлахи оторопело смотрел на карту, потом медленно поднял недобро усмехнувшиеся глаза.
   Скрытые чуть ли не до переносиц розоватыми повязками темные лица разбойников подались к главарю. Все разом почуяли, что решение уже принято.
   – Провиант нам поставит досточтимый Ар-Маура, – хрипловато объявил Ар-Шарлахи. – Уверен, что по старой памяти он не откажет в моей просьбе… Выступаем завтра утром… Да! Что со щитами?
   Широкоплечий низкоголосый бунтовщик гулко откашлялся.
   – Двадцать девять человек на сорок щитов, – хмуро пробасил он. – Маловато… Офицеров-то всех побили… ну и еще кое-кого…
   – А из палубных никто щитом не владеет?
   – Да как?.. Я спрашивал. В руках держать, конечно, могут…
   – Ладно, – решил Ар-Шарлахи после недолгого раздумья. – В крайнем случае, будут стоять и делать вид, что все их боятся… Главное – напугать. Значит, завтра с рассветом идем к тени Ар-Мауры. Кому что неясно?
   Сидящие неуверенно покосились на сутулого Рийбру.
   – Тут такой вопрос… – не поднимая глаз, угрюмо начал он. – Причем у всех, не у меня у одного… Ты – погонщик. Я – вроде как помощник твой… А она кто?
   Алият вскинула голову и встретилась глазами с Ар-Шарлахи. Несколько секунд они неотрывно смотрели друг на друга. Наконец Ар-Шарлахи усмехнулся и с веселым вызовом оглядел напряженные лица разбойничков.
   – Она – это я.
   Ответом было оторопелое молчание.
 //-- *** --// 
   – Да пойми ты! – горячо и жалобно убеждал Ар-Шарлахи, снова оставшись в каюте караванного одни на один с Алият. – Если я начну всерьез ко всему этому относиться… Да я просто с ума сойду! Свихнусь и под колесо лягу!..
   – Смотри других не положи! – недружелюбно отвечала ему Алият. – Дошутишься!.. Как ты собираешься идти к тени Ар-Мауры? Напрямик?
   – А почему бы и нет? Ветра благоприятствуют…
   – А на караван налетишь на какой-нибудь?
   – Ограблю, – невнятно ответил Ар-Шарлахи, заедая глоток вина апельсиновой долькой.
   – Караван? – возмутилась она, но тут же сообразила, что это очередная его дурацкая шутка. – Грабитель выискался! Что ж ты сегодня тут кричал, что на разбой не пойдешь? А теперь вдруг сразу на оазис налет затеял!..
   – С Ар-Маурой надо рассчитаться, – мрачнея, проворчал Ар-Шарлахи. – Разбой тут ни при чем…
   – Убьешь? – с любопытством спросила Алият.
   Он нахмурился.
   – Убить – не убью… А провиант он нам поставит. И вино тоже кончается… Ну чего смотришь? Да если я протрезвею… Знаешь, что тогда будет?.. Сама тогда разбирайся со своими разбойничками!..
   – Да какие они разбойники!.. – с досадой сказала Алият. – Так, сброд всякий… Рийбра этот… Зря ты его помощником сделал… Ладно. Пойду с купором сухари глядеть.
   Возле двери она приостановилась.
   – Кем же, не пойму, ты меня назначил?
   – А за что тебя назначать? – удивился он. – Обнять – и то не даешь, не говоря уже о прочем…
   Алият вылетела из каюты и с треском захлопнула дверь.
 //-- *** --// 
   Стоя на подрагивающей палубе в тени огромного косого паруса, Ар-Шарлахи рассеянно оглядывал бесконечную песчаную зыбь Чубарры и не без злорадства слушал, как сутулый озабоченный Рийбра, то и дело оглядываясь на рубку, вполголоса порочит Алият.
   – …Вот ты ее тогда оставил у штурвала, – опасливо ворочая глазами, сипел мятежник, – и что вышло?.. Чуть караванному нас всех не сдала!.. И сейчас тоже… Что она тут погонщика, понимаешь, из себя строит?.. И врет она, что караульный спал. Не спал он – так, прилег…
   Кругом пылали белые, как кость, пески. Сухой кипяток ветра обжигал лоб.
   – Еще раз приляжет – пойдет пешком, – лениво изрек Ар-Шарлахи.
   Рийбра запнулся, глаза его на секунду обессмыслились, остекленели.
   – Нет, ну… правильно… – поддакнул он. – Так и надо… Но чего нос-то в каждую щель совать? Вся команда на нее из-за этого обижается… И, главное, нет чтобы Айчу спросить или там Ирреша – она ведь больше с Ард-Гевом шепчется и со всей его шайкой… Конечно, они ей про меня такого наплетут!..
   Ар-Шарлахи с любопытством взглянул на разобиженного Рийбру. Надо же! Оказывается, даже тут интриги… Как при дворе в Харве… Сутулый мятежник всерьез опасался, что кто-то оговорит его перед главарем, и с наивной неуклюжей прямотой принимал меры.
   Ар-Шарлаху вдруг стало противно. Ветер с шипением выхватывал из под колес песчаные струи и развевал их над барханами, как прозрачные знамена. А Рийбра все не унимался:
   – Вот ты говоришь: «Она – это я», – шуршал он, погасив голос до шепота. – Ну так пусть бы и делала то, что ты ей сказал! Ты ж не караулы ее послал проверять, а сухари смотреть… «Она – это я…» Как это: «Она – это я»? Из-за кого мы вообще бунт поднимали? Из-за нее, что ли?..
   «Надо его как-то осадить, – с внезапным испугом подумал Ар-Шарлахи. – Ты смотри, как оплетает!.. Да с намеками уже, чуть ли не с угрозами…»
   Но осаживать Рийбру не пришлось. Оборвав речь на полуслове, интриган уставился поверх украшенного тремя складками плеча Ар-Шарлахи. Тот обернулся, уже догадываясь, кого он там увидит.
   Темные прищуренные глаза Алият метали искры.
   – Дождался? – процедила она, обращаясь исключительно к Ар-Шарлахи.
   Тот не понял, и тогда Алият молча ткнула пальцем в еле приметное дымное пятнышко у колеблемого зноем горизонта. Потом возвела глаза к плещущемуся на верхушке мачты белому рваному вымпелу и резко повернулась к Рийбре.
   – Почему наверху никого?
   Сутулый интриган-мятежник смятенно пошевелил губами повязку и повернулся к Ар-Шарлахи, как бы за помощью.
   – А в самом деле, почему? – холодно проговорил тот.
   Рийбра поглядел на него с ужасом и метнулся к приземистой носовой надстройке.
   – Верховых на мачты! Живо!..
   – Ну вот… – обреченно сказала Алият, всматриваясь и словно пытаясь заглянуть за горизонт. – Сходили прямиком до Ар-Мауры!.. Судя по скорости, не торговец – уж больно резво бежит…
   Тем временем из люка неспешно, с ленцой выбрались две фигуры в белых балахонах, но увидев на палубе Шарлаха, да еще и Алият, подхватились и кинулись к мачтам, на ходу завязывая полы вокруг пояса. Однако уже на уровне первого рея ветер рванул балахоны, распустил узлы, и стало казаться, что по обеим мачтам медленно ползут вверх два бьющихся белых флага.
   – Что? – плачуще выкрикнул запрокинувший голову Рийбра.
   – Вроде военный, – прокричали сверху. – Одномачтовая каторга. Навстречу идет…
   – Один?
   – Да вроде один…
   Рийбра вернулся, жалобно морща лоб.
   – Это Айча проспал… А я ему говорил… Вчера говорил… и сегодня…
   – Н-ну… один – вроде еще не беда… – промолвил Ар-Шарлахи, но настолько неуверенно, что фраза прозвучала, как вопрос.
   – Да конечно! – с жаром поддержал Рийбра. – Не погонится же он за нами в одиночку!.. – Преданно уставился на главаря. – Готовиться к повороту?
   – Вот если начнем удирать, погонится обязательно, – сказала Алият. – А у нас только двадцать девять щитов… И вообще людей мало… Чем отбиваться будем?
   – Да что ж мы, от каторги не уйдем? – возмутился Рийбра. -От одномачтовой!..
   – Уйти-то уйдем, а завтра в Зибре станет известно, где нас искать… – Алият запнулась и добавила с тоской: – Вот за что я не люблю эти дневные переходы!..
   Взглянула вверх, на рвущуюся с оконечности мачты узкую полосу белоснежной выжженной солнцем материи.
   – Снять эту тряпку и снова выкинуть вымпел?.. – безнадежно предположила она. – Может, не остановят?..
   Мужчины, оробев, молчали.
   Внезапно смуглые черты над повязкой исказились, и Алият с ненавистью поглядела на Ар-Шарлахи.
   – Караваны он грабить собрался! Ты с одной этой каторгой сладь!.. – Тут она осеклась, всмотрелась, затем зрачки ее расширились, и Алият в ужасе схватила Ар-Шарлахи за белоснежные складки на груди. – Не вздумай даже!..
   Ар-Шарлахи медленно отодрал цепкие женские руки от своего балахона и с каменным лицом повернулся к отпрянувшему Рийбре.
   – А ну давай всех наверх! – не разжимая зубов, выговорил он. – Щиты на борт! Идем на сближение!..


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Поделиться ссылкой на выделенное