Евгений Лукин.

Хранители

(страница 1 из 2)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Евгений Юрьевич Лукин
|
|  Хранители
 -------


   Сергей Пепельница, скромный, невыдающийся однофамилец великого украинского изобретателя с хрустом захлопнул дверцу выключенного за ненадобностью холодильника и прислушался к ноющему посасыванию в желудке. Не было уже никаких сомнений: гибла Россия. Гибла безвозвратно. Он понял это еще вчера – сразу же, как только у него кончились деньги. Точнее, сам прикончил – впустую, по-глупому…
   Не хотелось бы, конечно, скатываться до скабрезности – и, тем не менее, стоял конец апреля. Форточка в кухне была распахнута. Внизу бормотал овощной базарчик да слышалась лениво-разухабистая гармоника. Это музицировал известный всему району анархист Гриша. День деньской сидел он на своем матерчато-проволочном стульчике под черным махновским знаменем и торговал отнюдь не зеленью, но партийной прессой, наигрывая между делом подрывные мелодии, сопровождаемые не менее подрывными текстами:

     Пароход плывет,
     покрыт орнаментом.
     Будем рыбу мы кормить
     родным Парламентом…

   Эти простые и правильные слова откликнулись в Пепельнице такой страстью, что он тихонько зарычал и медленно скрючил пальцы обеих рук, то ли норовя мысленно придушить кого, то ли взяться за рукоятки воображаемого пулемета.
   С ужасным лицом Сергей покинул кухню и почти уже достиг порога неприбранной своей комнатенки, когда почувствовал вдруг, что в доме присутствует кто-то посторонний. Испуганно замер. Голод, скорбь и гнев – как рукой сняло. Грабители?.. Между прочим, вполне возможно. Второй этаж, шпингалеты на окнах поломаны и не задвигаются. Однако уже в следующий миг Сергей расслабился, а на устах его возникла и зазмеилась язвительнейшая улыбка. Грабители… Ах как кстати! Сейчас он войдет и спросит их (этак иронично, устало): «Ну и что вы здесь собираетесь грабить?..»
   Затем улыбка сгинула. Грабитель-то нынче пошел – какой? Обкуренный, отмороженный, видиков обсмотревшийся: обидится чего доброго да шмальнет! Их ведь сейчас хлебом не корми – дай только курок спустить. Сергей поколебался и – будь что будет! – заглянул в комнату.
   По ветхим обоям бродили блики, а возле хромого кресла (единственного предмета роскоши, не вывезенного женой после развода) стоял некто светлый, стройный и с крыльями за спиной. Вполне естественно, что Пепельница остолбенел, ибо ангела он зрил воочию первый и, скорее всего, последний раз в жизни. В земной, разумеется…
   «По мою душу!.. – грянула догадка. – Почему так рано?.. Мне же и сорока нет…»
   Но тут видение мигнуло и кануло, успев пробормотать что-то вроде: «Надо же как не вовремя…» – лишь светлые блики, тускнея, продолжали бродить по стенам… Померещилось с голодухи?..
Да нет, какая голодуха! До голодухи вроде бы еще далековато…
   Пепельница взялся было за приостановившееся на полутакте сердце, когда, к ужасу его, ангел возник снова.
   – Вы… за мной? – выдохнул Сергей, собираясь малодушно лишиться чувств.
   Ангел смотрел неприязненно.
   – Скорее, к вам, нежели за вами, – помедлив, промолвил он, затем указал хозяину на стул, сам же опустился в кресло. – Я – ваш ангел-хранитель, – сухо представился он.
   Вообще-то на кресло это садиться не стоило, о чем Сергей обычно предостерегал любого гостя. Однако ангелу, судя по его исполненной небрежного достоинства позе, кажется, было наплевать на аварийное состояние мебели.
   – Хранитель?.. – пролепетал Сергей, оседая на стул. – И вы меня будете… хранить?.. Я что-нибудь вчера хорошее сделал, да?..
   Небесный посланник утомленно вздохнул и покачнул нимбом, как бы дивясь наивности хозяина квартиры.
   – Крестились вы вчера… – укоризненно молвил он.
   Сергей припомнил – и обмяк. Действительно, вчера…
 //-- * * * --// 
   Вчера, болтаясь в тоске по городу, безработный Пепельница забрел в недавно восстановленную церковку, на дверях которой висела бумажка: «Крещение – с 12». Призадумался, пересчитал наличность и, бесшабашно махнув рукой, стал в очередь к лотку…
   Деньги, потраченные им на крестик и свидетельство, были последние, поэтому таинство запомнилось Сергею до мельчайших подробностей.
   Моложавый поп разбойничьего вида прожег темным цыганским глазом собравшихся перед купелью, потом велел повернуться к западу и хором отречься от сатаны. С сатаной Пепельница дела никогда не имел и отрекался с легким сердцем. Кстати, он и раньше подозревал, что владыка зла обитает где-то на западе.
   Гвалт в церкви стоял невообразимый. Детишки при виде попа начинали верещать и извиваться в руках у крестных, очевидно, принимая батюшку за врача в черном халате, а кисточку в его руках – за шприц. Позже, однако, Сергею объяснили, что это из детишек таким вот образом выходили бесы, которых они уже успели где-то нахвататься.
   А потом… Потом батюшка сказал, что теперь у каждого из окрестившихся есть свой ангел-хранитель…
   Стало быть, не соврал… Стало быть, не пропали денежки-то, окупились… Сквозь слезы умиления Сергей Пепельница глядел и не мог наглядеться на смутное сияние в кресле.
   – Ну что, так и будем молчать? – не выдержал наконец небесный посланник. – Мне ведь некогда, у меня, кроме вас, еще сорок три человека…
   А вот такой поворот решительно Сергею не понравился.
   – Ка-ак?.. – обиженно распуская губы, протянул он. – А я думал, по ангелу на каждого…
   – Н-ну, знаете ли… – уклончиво молвил гость. – Так, собственно, когда-то все оно и было… Но вы же сами видите, какое нынче время… Все бегут креститься… А население-то, сравнительно с 1913-м…
   Фраза осталась незавершенной. Светлый большеглазый лик небесного посланника исказился тревогой, став от этого еще большеглазее.
   – Ложись! – тихо и страшно скомандовал ангел. – Резко ложись! Справа!..
   От неожиданности Сергей чуть было и впрямь не залег. Что там справа-то? Справа наблюдалась стена в пожелтевших обоях с расплющенным сухим тараканом.
   – Влево откатись!.. – сквозь зубы (или что там у них?) продолжал командовать ангел. – Ну куда, куда?.. – застонал он. – За парапет давай! Голову прячь!..
   Тут до Сергея дошло наконец, что ангел говорит не с ним, а с кем-то из прочих своих подопечных, угодившим, надо полагать, в какую-то передрягу.
   – Извините!.. – озабоченно бросил гость. – Сейчас вернусь…
   И не вставая с кресла, исчез. Некоторое время Сергей сидел неподвижно, затем перевел дух и, тоже не вставая, принялся трогать давно не метенный пол в поисках курительных принадлежностей. Извлек последнюю сигарету, смял пачку, чиркнул предпоследней спичкой… Ангел возник в промежутке между второй и третьей затяжками. Вид у него был сильно расстроенный.
   – На чем мы остановились? – буркнул он.
   Пепельница поспешно задавил чинарик в изобретении своего великого однофамильца. Курить при столь высоком госте было как-то, знаете, неловко. Все-таки «прима», не ладан…
   – На том, что у вас, кроме меня, еще сорок три человека, – с запинкой напомнил он.
   – Сорок два… – угрюмо поправил ангел и, взглянув на оцепеневшего Сергея, вспыхнул. Комнатенка озарилась. Стайки бликов, мирно бродившие по обоям, метнулись, словно мальки от щуки.
   – Ну а что я мог сделать?.. – сдавленно произнес он. – Что, я вас спрашиваю, если его сразу четверо заказали? Ну я понимаю: двое, трое… А тут – четверо!..
   Последовало неловкое молчание. Белесые творожистые тучи за окном куда-то делись, в проеме приветливо сияла синева. Внизу шумела улица. В распахнутую настежь форточку опять влезла наглая гармоника и отчетливый тенорок анархиста Гриши:

     Пароход плывет,
     набит Рувимами.
     Будет время – разберемся
     с херувимами!..

   Ангел досадливо шевельнул бровью – и форточка неслышно закрылась.
   – Имейте в виду, с трудоустройством сейчас сложно, – ворчливо предупредил он (видимо, умел читать в сердцах). – Плохо, что вы машину не водите… Ну ничего!.. Что-нибудь вам подберем. Может быть, даже в течение дня…
 //-- * * * --// 
   Оставшись один, Пепельница почувствовал, что, если он сейчас не поделится с кем-нибудь своей радостью, то запросто может рехнуться. Да, но с кем, с кем?.. Жена – развелась, с соседями Сергей отношений не поддерживал – сплетники они и скандалисты… А круг друзей распался еще пару лет назад: кто в бизнес ушел, кто в бомжи…
   Ветер снаружи поднапрягся и снова распахнул форточку, наполнив комнату уличными шумами. Гармоника внизу по-прежнему наигрывала «Яблочко».
   Вот он кому все расскажет! Грише-анархисту! Скорее всего, этот камлающий безбожник пошлет его куда подальше с такими откровениями, но хотя бы выслушает сначала…
   Торопливо сунул в карман ключи, прихватил укоротившуюся на три затяжки сигарету и, как был – в тапочках, брюках и майке, покинул квартиру. Коробо́к брать не стал – экономил на спичках…
   Овощной базарчик работал вовсю. Алели заморские помидоры, сверкала взбрызнутая водою отечественная зелень.
   – Гриш… – застенчиво позвал Пепельница, приблизившись к махновскому знамени. – А ко мне сегодня ангел прилетал…
   Гармоника смолкла.
   Несмотря на анархические воззрения, за внешностью Гриша следил: аккуратно подстриженная бородка вымыта и высушена до хруста; когда-то черная, а ныне серая от солнца и частых стирок рубашка – старательно отутюжена.
   – Крестился, что ли?.. – со скукой произнес сидящий под черным стягом.
   – Крестился… вчера…
   – Ну что ж, с крышей тебя, – уклончиво молвил анархист. – А что за ангел?
   Пепельница опешил, заморгал. Не ждал он столь серьезного отношения к своим словам.
   – Н-ну… ангел – и ангел… Светится…
   – Да светиться-то они все светятся, – с досадой сказал Гриша. – Ты мне особые приметы давай… Одно крыло короче другого, маховые перья в крапинку – этот?
   – Д-да… кажется…
   Гриша отставил гармошку на колено и, чуть отстранившись, оценивающе оглядел Сергея.
   – А что если по пивку?.. – внезапно предложил он.
   Это была неслыханная честь. Выпить пива с Гришей (более крепких напитков анархист не употреблял) удостаивался далеко не каждый.
   – Денег нет… – приниженно признался Пепельница.
   – Что ж у хранителя не попросил? Ладно. Сейчас придумаем что-нибудь… – И Гриша окинул пристальным оком притихший рыночек, давно уже следивший украдкой за их беседой.
   Следует заметить, что среди торгового люда (равно как и среди надзирающих за торговым людом) Гриша слыл не то колдуном, не то провидцем. Поет-поет о политике, а потом как вдруг отмочит:

     Пароход идет
     до Саратова.
     Штрафанут сегодня Толю
     Косолапова…

   И случая еще не было, чтобы промахнулся! Собственно, так и так штрафанули бы, а все равно жутковато. Поэтому с Гришей старались не связываться и откупались кто чем: торгующие – деньгами, стражи порядка – попустительством…
   – Сейчас, погоди… – сосредоточенно выговорил Гриша. – Рифму только придумаю… на Легионыча…
   Затем лицо его просветлело. Анархист рванул меха:

     Эх, яблочко!
     Почем ты нонича?..

   Далее он приостановился – и выжидательно посмотрел на притулившийся поблизости киоск с недоброй вывеской «Ключики, замочки» (ну, ключики – еще ладно, Бог с ними, с ключиками, а вот насчет замочек, пожалуй, призадумаешься…). В киоске немедленно произошла некая суматоха, и наружу, сноровисто отлистывая купюры, выкатился колобком смуглый толстенький южанин.
   – Ара, Гриша! – закричал он еще издали. – Савсэм забыл – сдачу вазми!..
 //-- * * * --// 
   Оставив черное знамя, гармонику, стульчик и слежавшуюся стопку прошлогодних газет на попечение того же Легионыча, они перебрались под сень огромного красного зонта с надписью «Coca-Cola». Чувствовалось, что анархиста и здесь уважают – кружки обоим подали настоящие, стеклянные (прочие посетители пробавлялись пивком из одноразовых пластиковых посудин).
   Хотели и вовсе бесплатно обслужить, но Гриша не позволил.
   – Значит, говоришь, в крапинку… – глубокомысленно промолвил он и с хрустом надкусил ребристый лепесток чипсов. – Это выходит, крестили тебя у Уара-мученика… Ну что тебе сказать? Давние у меня с твоей крышей разборки…
   – Разборки?.. – беспомощно повторил Пепельница.
   – Без пальбы, конечно… на словах… – успокоил Гриша. – Тут, видишь ли, какое дело: сам-то я в восемьдесят первом крестился…
   – Как?! – поразился Сергей. – А… а разве тогда можно было?
   – Нельзя! – отрубил анархист. – Но если очень хочется, то можно. Ну, батюшка, понятно, дал знать на работу. А куда денешься, положено! И началось… Из партии выгнали – мало показалось. Начали в психушку налаживать. Это уже парторг с начальником первого отдела постарались… Вот и мотался от психиатра к психиатру до самой перестройки. И тут, здрасьте вам, является!..
   – Кто?
   – Да ангел этот твой! «Где ж ты, – спрашиваю, – раньше был, когда меня за веру гоняли?!» – «Видите ли, – говорит, – нас ведь, хранителей, только сейчас официально разрешили. А раньше, – говорит, – наша деятельность приравнивалась к антисоветской пропаганде. Но вы не беспокойтесь – уже все в порядке: мы покаялись…» Кинул я в него сковородкой…
   – И-и… попал? – ахнул Сергей.
   – Да попасть-то – попал… – нехотя отозвался Гриша. – А толку? Пролетела насквозь, омлет по стенке растекся…
   – И что за это было?
   – Да ничего не было! Ему ж тоже шума поднимать нельзя. Я ж у них там, наверху, как бы пострадальцем за веру числился. Но отношения у нас с хранителем, конечно, не заладились… Нет, не заладились. Этак через недельку иду по улице, гляжу: порнуху и «Закон Божий» с одного лотка продают! Пошел домой, сплел бич из веревок – и давай лотки громить… Нет, ну из ментовки-то он меня, конечно, наутро выручил, зря врать не буду, но разругались опять – вдребезги! «Ты что, – кричит, – своевольничаешь? Думаешь, на выручку от одного «Закона Божьего» храм построишь? Даже Христос вон с мытарями да с блудницами знался!..» Ну и за мной тоже не заржавело – язык-то еще с тех времен без привязи… – Гриша помрачнел, приостановился и произвел несколько глотков подряд. – Ладно… Помирились… с грехом пополам… Потом как-то прихожу в храм, а там парторг с начальником первого отдела свечки ставят… Аж глазам не поверил. «Слышь! – говорю. – Ангел!.. Ты кого же в церковь Божию пускаешь?» Ну он, конечно, давай мне про блудного сына плести… «Это они, – говорит, – раньше такие были, а теперь, после путча, тут же уверовали…» Меня чуть кондрашка не хватила. «Ну, если они, – говорю, – уверовали, то, значит, и впрямь Бога нет!..» Срываю с шеи гайтан, свечку – об пол, крест – об пол, сам – к выходу!
   – А хранитель?!
   – А хранитель давай прихожанам глаза отводить – чтоб никто ничего не заметил… Отвел, догнал… «Как это, – кричит, – Бога нет?.. А меня, меня к тебе Кто послал?..» – «А хрен его поймет (это уже я на него ору), кто тебя послал!.. Может, ты вообще голограмма!..» С тех пор вот не знаемся…
   В ужасе от услышанного Пепельница схватил свою почти не тронутую кружку и припал к ней пересохшим ртом. На последнем глотке захлебнулся, закашлялся.
   – И как же ты теперь?.. – просипел он, потрясенно глядя на страшного анархиста. – Без крыши-то?..
   Гриша осклабился.
   – Ну это ты брось, – солидно заметил он. – Теперь меня как зеницу ока берегут… Не дай Бог, загнусь – тут же все наружу и выплывет… Шутка, что ли? Пострадальца за веру до атеизма довести! Я ж там молчать не стану…
   – Нет, но… – усомнился Сергей. – Бог-то, наверное, и так все знать должен!
   – Теолог ты хренов!.. – ласково отвечал ему анархист. – Надо же: Бог – должен… Бог никому ничего не должен. Это Ему все должны! Хочет – знает, не хочет – не знает… А иначе – сразу конец света. В Писании как сказано? «Ибо Сам не пойду среди вас, чтобы не погубить Мне вас на пути, потому что вы народ жестоковыйный…»
   – Какой?!
   – Отмороженный… – пояснил Гриша. – А ты, раз уж под крылышко попал, давай теорию зубри. Писание вообще-то знать надо…
   «Ну вы долго там еще?» – нетерпеливо прозвучал в голове Сергея мелодичный, хотя и несколько раздраженный голос.
   – Ой! – испуганно моргнув, сказал Пепельница. – Вроде зовет…
   – А зовет – так иди… – понимающе кивнул Гриша.
   Пепельница вскочил, метнулся, сам еще не зная куда. Потом опомнился, возвратился, прикончил поспешно остаток пива – и метнулся вновь. Ангел возник перед ним, стоило удалиться от столика шагов на семь.
   – Хорошую вы себе компанию подобрали, нечего сказать, – холодно заметил он. – Вообще на будущее: держитесь от этого типа как можно дальше… И бывают же такие люди! – добавил он в сердцах. – Лишь бы наперекор, лишь бы поперек! Ни с одной идеологией ужиться не может! Коммунизм ему не угодил, православие – тоже. Не дай Бог, победят анархисты – так, попомните мои слова, тотчас самодержавия потребует! Сказано же: несть власти, аще не от Бога… Собственно, я не о том, – нахмурившись, прервал сам себя хранитель. – Подыскали мы вам кое-какую работенку. Адрес – запомните, или на сетчатке записать?..
 //-- * * * --// 
   То и дело сверяясь с записанным во внешнем уголке правого глаза адресом, Сергей добрался до нужного перекрестка, где обнаружил искомую фирму – обувной магазин «Калигула», после чего долго толкался в стеклянную дверь, пока не заметил наклейку с надписью «НА ТЕБЯ!». Вошел, представился. Не задавая вопросов, его препроводили на склад, уставленный до потолка фирменными коробками, в одной из которых время от времени что-то принималось неуверенно тикать.
   Бросился в глаза укрепленный на двери рекламный плакатик: «В нашем оружейном магазине Вы можете приобрести пистолеты, заряженные народным целителем Валерием Авдеевым. Бьем без промаха!» Склад принадлежал одновременно трем владельцам.
   Из людей на складе находились двое, представлявшие собой живую иллюстрацию к философу Декарту. Мордоворот в кожаной куртке и спортивных штанах несомненно олицетворял субстанцию протяженную, но не мыслящую, а сморчок в светлом костюме и при галстуке – напротив, субстанцию мыслящую, но не протяженную.
   Оба озадаченно разглядывали вновь вошедшего.
   – Он там что, совсем уже вообще?.. – наливаясь желчью, проскрежетал наконец протяженный, но не мыслящий. – С кем работать?..
   Мыслящий, но не протяженный задумчиво жевал сигарету.
   – Кто совсем уже вообще?.. Хранитель?..
   Верзила крякнул, побагровел, принялся выпутываться:
   – Да я, слышь, не про него, я про попа… Смотреть же надо, кого в купель суешь!..
   Сморчок в костюме (по всем признакам, глава фирмы) слушал и кивал, не сводя с Пепельницы скорбных глаз.
   – Ну, мы ж его не долг выбивать посылаем, верно? – промолвил он и выплюнул окурок на бетонный пол. – А на будущее… Пожалуй, ты прав. – С этими словами глава фирмы достал трубку сотового телефона, набрал номер. – Батюшка?.. Ну, что ж это такое, а?.. Что происходит, я не понимаю!.. За приходом закреплено шесть ангелов… Это мое дело, откуда у меня такие сведения!.. Ну почему: как лох – так обязательно к нам?.. То есть как это на храм не жертвуем?! А на прошлой неделе?.. Послушайте, батюшка, это шантаж!..
   Пепельница пригорюнился. Такое впечатление, что от него и здесь не чаяли избавиться. Начертанный на сетчатке адрес чесался нестерпимо. Точное ощущение соринки, попавшей под веко.
   – И построим! – все повышая и повышая голос, продолжал босс. – За такие бабки? Да запросто! А Пашу – в семинарию направим. Чего ему там учиться – он бывший лектор-атеист! Готовый поп, можно сказать… Так что подумайте, батюшка. Что нам стоит храм построить! – Дал отбой и сунул трубку в карман пиджака. Затем повеселел и, приблизившись к Сергею, ободряюще потрепал по плечу. – Ну, что, Пепельница? Давай-ка сразу за работу… Задание у тебя сегодня будет такое: ровно в пятнадцать часов выходишь на перекресток Халтурина и Трех Святителей со стороны фирмы «Бастард», останавливаешься перед светофором и ждешь две минуты… Уразумел? Со стороны центра подкатывает «шестисотый» и пытается проскочить на красный свет. Ты марки автомобилей – как? Различаешь?
   – Нет… – виновато сказал Сергей.
   – Хм… Плохо… – Босс призадумался. – Ну ладно… Не перепутаешь. Тем более, других машин там и не будет. Значит, он пытается проскочить на красный, а ты в это время делаешь три шага вперед и оказываешься в аккурат перед бампером… Идешь спокойно: ты в своем праве, ты ничего не нарушаешь – нарушает он…
   – А дальше?.. – Сергей испуганно понизил голос.
   – Дальше – не твоя забота. Дальше мы все берем на себя.
   Пепельница неистово моргал правым глазом.
   – Так он же меня переедет!..
   – А хранитель на что?
   Сергей запнулся. Хранитель. Ну да, правильно, хранитель. Однако лезть самому под колеса по-прежнему не хотелось…
   – А вдруг не успеет? Утром-то вон… – Он растерялся и не договорил, поскольку при слове «утром» морщинистое личико босса стало вдруг мечтательным, а невыразительные глазенки дылды-охранника смягчились и потеплели. Про Пепельницу оба как бы забыли разом.
   – Пять пуль извлекли… – с тихой загадочной улыбкой промолвил босс. – И все из разных стволов…
   – Почему пять? – встрепенулся охранник. – Заказчиков-то – четверо!
   – Четверо… – согласился босс. – А ответственность на себя приняли – ты представляешь? – семеро… Это не считая мелких авторитетов! Даже два кандидата в губернаторы… Ну, всем же охота перед выборами голоса-то набрать…
   – Да ты чо? – верзила перешел на восторженный шепот. – И как же теперь?..
   – Да никак теперь… Заключение экспертизы: от сердечной недостаточности. Видно, он и ментов тоже достать успел… – Тут босс вспомнил про Сергея и, повернувшись к нему, добавил назидательно: – Видишь, Пепельница? Вот она, неуживчивость-то до чего доводит… Значит, задание ты понял…
   Сергей отчаянно тер чешущийся уголок глаза и ошалело тряс головой. Возражать было страшновато, соглашаться – еще страшнее. Наконец собрал волю в кулак – и отважился:
   – А пусть он сам скажет…
   – Кто? Хранитель? – Похоже, босс даже опешил слегка от такой наглости.
   – Слышь! – не выдержав, вмешался верзила. – Может, тебе еще Господа Бога сюда пригласить?
   – Погоди… – мягко прервал его босс. – Ну видишь же – не верит человек… Вроде и крестился уже, а не верит… – Он прикрыл веки и, сложив руки перед грудью, молитвенно зашевелил губами. Затем вновь открыл глаза и в недоумении оглядел склад.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное