Людмила Макарова.

Близкие звезды

(страница 2 из 29)

скачать книгу бесплатно

«Монику» сейчас было не узнать ни изнутри, ни снаружи. Незанятыми на борту остались только четыре одноместных люкса, расположенные рядом с каютами командного состава, которые Рэд принципиально не отдал в общее пользование, несмотря на недовольство господина командора. Все двадцать пассажирских кают, половина из которых были двух и трехместными, оккупировали специалисты, прибывшие для работы на орбите и поверхности Файра.

В трехместных временно поселились пилоты-обитальники Вейса – на недостроенном комплексе никак не могли наладить климат-контроль жилых помещений. Гардон представил, что люди сутками не будут вылезать из скафандров, и забрал к себе одно из подразделений в полном составе. В результате из ангара, чтобы запихнуть туда три лишних десантных грузовика, пришлось вывести в космос все орбитальные и планетные модули «Моники», собрав из них настоящую гирлянду. Чаще этими небольшими машинами пользовался технический персонал МНК-17: управление ими не требовало специальной подготовки и контролировалось с центрального пульта несущего звездолета. При желании – и ребенок справился бы. Но теперь, чтобы добраться до нужной машины приходилось пробираться через бесконечный коридор стыковочных тамбуров. А рабочий день начинался с того, что от «гирлянды» отрывалась одна секция за другой.

В ангаре вместо двух штатных бортовых звездолетов стояли сразу пять машин, едва не соприкасаясь бортами. И все равно это не спасало: не поместившиеся грузовики, держась друг за дружку короткими стыковочным «хоботами», утыкались на ночь в буксировочный узел МНК-17, если их экипажи не работали в ночную смену. Все стыковочные узлы в течение рабочего дня были постоянно заняты. На всех наружных захватах (в их гигантских лапах обычно крепился габаритный груз, не помещавшийся во внутренних трюмах «Моники»), выдвинутых на максимум, размещались наполовину смонтированные блоки орбитального комплекса.

«Моника» так обросла чужим железом, что сам капитан едва узнавал собственный корабль под решетчатой шубой недостроенных конструкций, отливающей в свете местного солнца металлическим блеском.

После ночной вахты рабочий день тянулся бесконечно. Рэд зевнул, посмотрел на сидящего рядом стажера, на часы… «Как только у Стрэйка терпения хватает!» – Рэд отобрал у мальчишки штурвал, соврав, что планетарные разведчики просили поторопиться, быстро загрузился и уронил машину в жидкую атмосферу огненной планеты.

Джой поздравил себя с окончанием экскурсии по «Монике» и началом поиска звездолета для прохождения практики согласно базовому списку, но на обратном пути сжалившийся Гардон все-таки вернул стажеру управление капитанским катером со словами:

– Не состыкуешься – лететь тебе завтра в «Вышку» с докладом о проделанной работе. Я серьезно.

И Джой, разумеется, промахнулся.

Над периферийным стыковочным узлом, единственным, остававшимся свободным, нависала ферма орбитального комплекса – очередная почти законченная деталь гигантского конструктора.

С другой стороны уже выстраивалась гирлянда из модулей – рабочий день близился к концу. В открытый ангар заходил десантный грузовик орбитальников, а еще один описывал вокруг «Моники» круги, дожидаясь очереди. Ив ощутил острую нехватку воздуха, рванул вперед, чтобы не столкнуться с грузовиком, испугался, что сомнет на такой скорости стыковочное устройство, и принялся отчаянно тормозить. Звездолет развернуло, и он боком прошел в метре от цели. Рэджинальд вздохнул.

– Джой, – негромко сказал он в инком, выйдя из режима общей аудиосвязи, – как ты собираешься работать в пространстве? Надо не на мой капитанский шеврон смотреть в момент маневра, а на рулевое управление. Чем там с вами психологи по четыре года занимаются, не понимаю!

– Разрешите второй заход, сэр?

– Да хоть десятый. Джой развернул машину.

– Эх, выгонит! – сказал Стрэйк, глядя на центральный обзорный экран рубки.

– Не выгонит, – возразил Кейт, – иначе бы уже сам взял управление.

– Жалко. Хороший малыш, покладистый, – ухмыльнулся Блохин, наблюдая за медленно разворачивающимся катером.

– Вить, тут судьба человека решается, а ты… – начал Эдвард. – О, смотри, состыковался! Ну капитан суров. На периферийный стыковочный узел парня загнал!

Через несколько минут в рубке появился Гардон.

– Где юный космопроходец, капитан? – поинтересовался штурман. – Высадил тебя?

– Я заставил его самостоятельно перегнать катер на место.

– Смело, – хмыкнул Серж.

– Экстренный ремонт шлюзов ангара в компетенции старшего техника, – заявил Виктор.

Но в ангар Джой зашел чисто. Гардон официально объявил комсоставу и техническому персоналу, что оставляет его на весь период практики. Только теперь к курсанту начали относиться как к члену экипажа. Конечно, не как к полноправному, но все-таки! Его завалили работой, и дни полетели с головокружительной быстротой. Транспортники причаливали каждую неделю, но Джой успел забыть, что когда-то ждал их появления с единственной мыслью о бесславном возвращении на базу ВШК. После тридцатого самостоятельного полета в десантный лагерь Файра Джой перестал их считать. Сейчас он был уже твердо уверен в правильности своего выбора: ни на одном другом корабле стажеру не доверили бы и десятой части той работы, которую Ив ежедневно выполнял на «Монике».

В тот день Джою предстоял рейс в район гор – полукорон, пользовавшийся среди персонала орбитальной станции и планетарных разведчиков дурной славой. Ходили упорные слухи, что даже опытные исследователи возвращались оттуда в беспамятстве, проплутав не один час. И это – несмотря на наличие радиомаяков и подробных карт района. Реальные события, послужившие источником легенд, уже никто в точности воспроизвести не мог. Зато под вечер, в кают-компании технического отсека не уставали рассказывать о загадочных огненных колоннах и гигантских полупрозрачных шарах, реющих над горами в сумерках. Гардон не хотел ставить Джоя вторым пилотом и отпускать их вдвоем с Эдвардом, но Стрэйк накануне получил травму. Во время разгрузки на Файре с плохо закрепленной стартовой платформы сорвалась одна из опор десантного грузовика. Платформа встала на дыбы, и только чудом никто серьезно не пострадал. Предоставив Стрэйку двое суток отдыха, Рэджинальд второй день без передышки разрывался между обязанностями пилота и администратора.

– В рейс на планетолете Эдвард и Джой.

– Ладно тебе, капитан, – попробовал возразить Стрэйк, самовольно покинувший медицинский отсек. – Сяду вторым, Эдди меня прокатит по старой дружбе. Или Сержа поставь. Где он, кстати? Опять шляется, где попало!

– Нет, на сей раз все по-честному, – вступился за штурмана радист. – Час назад ушел на орбитальном модуле вакуумный монтаж страховать.

– Так бы и сказал: вакуумных монтажниц. Знаем мы, чего он там страхует, – проворчал Стрэйк.

Гардон, всю вторую половину дня отработавший на злополучном десантном грузовике, даже не успел сменить скафандр на летный комбинезон. И с инженерным терминалом орбитальной базы, откуда второй день не мог выбраться погрязший в чужих технических проблемах Виктор Блохин, Рэд связался, все еще стоя посреди рубки.

– Я против кандидатуры Стрэйка, – заявил Виктор в коммуникатор. – С таким количеством синяков и ушибов нечего делать в пилотском кресле. Гони его обратно в медотсек, Рэд. Я скоро буду, посмотрю еще раз. У нас не аврал. Без вас прокатятся.

Вопрос был решен.

– Джой, не вздумай просить у Эдварда управление. Первым пойдешь в другой заход, – предупредил Гардон. – Эдди, не снижайся без необходимости. Съемка, установишь маяки, два зонда – и сразу назад.

– Хорошо, капитан. Я думал, ты не веришь в россказни обслуживающего персонала.

– У вас десять минут до вылета.

Рэд наконец дошел до капитанского кресла «Моники», в роли координатора навел на орбите Файра бледное подобие порядка, и теперь, не отрываясь, смотрел на индикатор слежения. Строго-настрого приказав пилотам не отключаться, он сейчас слушал их голоса. Планетолет почти полз по поверхности планеты – Эдвард был неисправим. Зато за качество установки маяков волноваться не приходилось. Ив и Гетт, впрочем, вели себя идеально: никаких посторонних разговоров. На обзорном экране разворачивался удивительный ландшафт, транслируемый с передней камеры планетолета.

– Эдвард, поднимись. Брюхо царапаешь, – сказал Гардон.

Слова капитана неприятно резанули слух, и отдались в голове Джоя многократным эхом.

– Здесь огненные гейзеры, капитан. Торчат вертикально, прямо из грунта! Сейчас отлажу картинку.

– Я и так вижу, Эдвард. Поднимайся!

– Да, сэр. Мы спускаем туда еще один зонд и уходим.

Слово «уходим» вдруг обрело объем и грязно-коричневый цвет, разрослось до невообразимых размеров и лопнуло, оставив едкий запах горящего пластика…

Стажер с трудом разлепил веки. Гетт метался по кабине с бластером наперевес и, затравленно озираясь, палил в пульт.

Ив судорожно выцарапался из ремней, вскочил и закричал, глядя, как прицельный зайчик весело заскакал в его сторону по искореженной стене, когда Эдвард развернулся, не выпуская оружия из рук.

Джой подавил желание снова забраться в кресло и спрятаться за спинкой. Это было все, что он смог сделать осознанно.

Тело вдруг напружинилось, перегруппировалось и приготовилось к прыжку. Еще ничего не соображая, Джой рефлекторно рванул вперед, словно к спарринг-партнеру в спортзале «Вышки», и одним ударом сбил Гетта с ног. Трясущимися руками стажер подобрал бластер, перекинул его ремень через шею и метнулся к аптечке, бросив взгляд на пульт. Планетолет валился в трещину, бог знает откуда взявшуюся посреди равнины. Большая часть аппаратуры имела повреждения. Отбросив аптечку, Джой прыгнул в пустое кресло первого пилота, размазав спиной серебристо-черные брызги изоляции.

– Крен сорок шесть градусов, нет стабилизации и маршевой тяги, – ритмично повторял бортовой компьютер.

Ив включил маневровые двигатели в режим зависания – получилось – и снова бросился к Эдварду, с разбегу упав перед ним на колени. Пилот лежал на полу теперь совершенно неподвижно и, кажется, даже не дышал. Джой, как был на четвереньках, так и пополз к аптечке первой помощи, откатившейся к стене.

– Закрепите инжектор на правом плече пациента и загерметизируйте скафандр пострадавшего, – посоветовал мелодичный женский голос, перебив унылые сообщения БК, перечислявшего вышедшие из строя системы. – Внимание. Идет диагностика и коррекция функций.

Щелкнул инжектор, Эдвард шевельнулся и затих. Пол планетолета опять пришел в движение, динамик зашипел в ухо разъяренной кошкой, взвыл и затрещал. Джой, державшийся за подлокотник, чуть не разжал пальцы от неожиданности. Это травмированный бортовой компьютер наконец предоставил ему канал экстренной связи с несущим кораблем.

– «Моника»… – шепотом позвал Джой, стоя на коленях, – помогите мне…

Шуршащий в динамиках белый шум лучше любого индикатора демонстрировал отсутствие связи как таковой.

«Капитан… Рэд, мы же падаем!» – отчаянно крикнул стажер, обняв спинку своего кресла. Вслух или про себя – уже не имело значения.

Как ни странно – это помогло. Ив перестал метаться и застегнул на шее замки гермошлема. Он с трудом перебрался на место Эдварда. «Ох ты! Я ниже нулевого уровня. Двадцать метров… Черт!» Какая-то сила тащила его вниз, в каменный колодец. Скалы, мерзко взвизгивая, скрежетали по обшивке звездолета, оставшегося без защитного поля. Джой запустил маршевые двигатели по аварийной цепи.

Собственно, он должен был сделать это сразу же. Его этому учили. Сначала – спасать корабль, затем – разбираться с теми, кто еще жив на его борту. Его четыре года учили этому на теоретических занятиях, неустанно моделировали нештатные ситуации на тренажерах и ставили высшие баллы, когда он лихо боролся за герметичность и ходовую часть своего псевдозвездолета, не дрогнув и не оборачиваясь на однокурсников, изображавших агонию.

Планетолет замер и неуверенно пошел вверх. Выла сирена утечки кислорода, и что-то жалобно скреблось по металлической шкуре корабля, просясь на борт. Подача изображения накрылась сразу же. Стажер мог ориентироваться только по радарам. Они обозначили вертикальный разлом и нечто, постоянно трансформирующееся на его дне. Там, где кроме магмы, ничего не могло шевелиться. Идентификатор объектов настойчиво предлагал дополнить локационную картину видеорядом для верификации объекта.

– Семь метров до поверхности… шесть… пять… четыре…

– Вверх, – шептал Джой. До трансформации на дне трещины ему не было никакого дела. Ив не хотел работать в пространстве. Он жалел, что выбрал профессию пилота космофлота, к которой, как выяснилось, оказался полностью непригоден. Он почти сломался, намертво вцепившись в рифленый изгиб штурвала. Он хотел наверх.

– Ноль.

Планетолет бросило вбок. Стажер мысленно поблагодарил своих наставников за то, что они вбили ему в голову привычку всегда пристегиваться в кресле пилота. Сколов край скалы и помяв борт, корабль понесся над равниной. И только тогда Джой сообразил, что это буксировка и он спасен. Про Эдварда он забыл.

«Атмосферная стыковка есть наиболее сложная операция по соединению двух и более звездолетов…» – бестолково крутилась в памяти фраза из учебника. Над люком загорелся зеленый треугольник, Джой по инструкции выключил двигатели, и корабли тотчас сели на поверхность Файра, неуклюже накренившись.

Ив, словно впервые, увидел развороченный пульт, с которого стекала кремовая пена, скапливаясь на полу коричневатыми испаряющимися лужицами. Сам он тоже был весь мокрый, обессиленный, оглушенный. И единственным звуком в наступившей тишине был звук отъехавшего в сторону люка. Капитан выпрыгнул из шлюза, но Ив даже не попытался подняться ему навстречу.

– Джой, – очень медленно проговорил Гардон, – пожалуйста, поставь оружие на предохранитель.

Джой вздрогнул и сообразил, что у него на шее все еще болтается бластер Гетта. Он торопливо выполнил приказ, вскочил и забросил лучемет за спину.

– Сэр! Вард сейчас без сознания… Я не знаю, что произошло. Но я…

Рэд убрал руку от кобуры на бедре и жестом остановил Джоя, уже приготовившегося начать длинный и путанный рассказ.

– Давай перетащим его в катер. Там есть медицинский бокс-автомат. Закончим с Эдвардом – представишь рапорт в развернутом виде, – сказал капитан. – Бери за ноги.

У Джоя возникло ощущение, что он вывозился, играя в песочнице. И взрослые теперь справедливо требуют объяснений: каким образом за полчаса их милый, благовоспитанный и сообразительный мальчик превратился в страшилище, умудрился испачкать штаны и сломать все новые игрушки. Ив, при всем желании, не смог бы сейчас связно рассказать о случившемся даже родной матери. Несколько минут они молчали. Рэд уселся в кресло первого пилота катера и никаких наводящих вопросов задавать не собирался. Он даже забрало гермошлема не открыл. Джой вздохнул.

– Сэр, мы шли над долиной. Я на какое-то время потерял сознание… увидел, что Гетт мечется по кабине с бластером наперевес и мне… – стажер запнулся, – пришлось его ударить, чтобы он не разнес пульт… Нас потащило в пропасть. Я хотел выбраться на маневровых, затем вроде бы услышал приказ запустить маршевые. Получилось только по аварийной цепи. И потом я не сразу сообразил, что включен энергетический захват.

– Поработал сегодня первым пилотом? Что ж… боевое крещение.

Джою показалось, что Рэджинальд говорит с издевкой. И неуместная ирония вызвала в нем горячую волну обиды. Джой вдруг разозлился на весь свет: на себя, на Гардона, на проклятое нечто на дне пропасти, из-за которого он выглядел сейчас полным идиотом. Хорошо, если Рэд поверил, что Гетт свихнулся первым. Бластер в итоге оказался в руках стажера! Иву хотелось кричать о том, что здесь, всего в нескольких километрах, притаился неведомый враг, а Гардон, рассевшийся в кресле первого пилота, даже не пытается что-либо предпринять!

– Возвращаемся, Джой, – сказал Рэд. – Ты как? Готов?

– Д-да, господин капитан.

– Ну и хорошо. Пристегнись. «Моника», это Гардон. Мы идем в стыковке. К шлюзу Блохина с носилками. Заложите в систему орбитального оповещения запрет на вход в район западных полукольцевых гор.

Капитанский катер приподнялся над поверхностью планеты, все выше задирая нос пристыкованного планетолета, наконец оторвал от поверхности пострадавшую машину и боком потащил над холмистой равниной, дымящейся испарениями вулканических газов.

На десяти тысячах метров у Гардона заломило в висках с такой силой, что к горлу подкатила тошнота.

– Сэр, вы ничего не чувствуете?

Рэд молча расстегнул кобуру на бедре. Сквозь опущенное забрало гермошлема он не мог видеть, как расширились зрачки его юного напарника.

– Джой, – через силу сказал капитан, протягивая оружие рукоятью вперед, – возьми-ка пока себе. «Моника»! Слышите меня? Кейт?

Ив тихо охнул. Рэд поднял голову. Над ним красовался огненный шар. Даже не шар, а какая-то безобразная кочковатая голова, вся в оранжевых сполохах. Посредине имелась неправильной формы щель. Вместо шеи торчал внушительный букет щупалец, различных по длине и диаметру, тоже ослепительно полыхающих. Вдобавок шар имел очень напоминавший нимб ободок серого цвета, пронизанный красным и розовым свечением, слепившим глаза.

– Господи… – выдохнул Рэд, глядя, как это что-то или кто-то заполняет собой весь экран. Ив закрыл глаза и отвернулся.

Первым очнулся Гардон.

– Джой, черт возьми! – заорал он, стряхивая с себя ощущение липкой скованности. – Разворот с учетом сцепки! Наведение на цель. Не спать!

Окрик капитана вернул стажера к действительности. Он схватился за штурвал, Гардон за систему наведения. И началось… Тварь, оказавшаяся потрясающе маневренной, металась перед ними, не выпуская из атмосферы. Плазменные носовые пушки капитанского катера причиняли ей массу неудобств – и только. После очередного попадания щупальца вздрагивали и снова тянулись к кораблям. Рэд проклинал себя за то, что не заменил стандартное вооружение своих малых бортовых звездолетов на аннигиляционное и ругался как сапожник.

– А еще говорят, что в космосе нет чудес! Только физико-химические реакции и биологические объекты. Вас так учили, Джой?

– Примерно…

– Не вались на прицел!.. И что это, по-твоему, реакция или объект?

– Не знаю, сэр!

– Джой, – вдруг сказал Рэд, озаренный внезапной идеей, – держи штурвал! Не давай щупальцам опутать стабилизаторы. Подставляй планетолет, пусть за него цепляются. Не бойся, я сейчас вернусь.

Гардон скатился по стыковочному тамбуру. Раз не имело смысла стрелять по огню огнем, следовало включить систему внешнего охлаждения, которой были снабжены все малые транспортные средства на Файре по личному приказу руководителя работ командора Вейса. Тогда Рэд страшно злился, считая такое переоборудование излишней предосторожностью, задержавшей несколько рейсов исследовательских групп. Сейчас вся надежда была на то, что система сработает, потому что корабли стремительно теряли высоту. На пяти тысячах капитан добился от разбитого бортового компьютера планетолета готовности к запуску программы наружного пожаротушения и выбрался обратно.

– Качественно маневрируешь, малыш. Ничего не скажешь, – еле выговорил он, повалившись на свое место. – Так без командира останешься! Разреши.

На трех тысячах Рэд взял управление, сбросил скребшее по обшивке щупальце на планетолет, позволив зацепиться за его двигательный отсек целой своре более коротких отростков.

– Внимание, малыш! Расстыковка… Разгон!

Взревели двигатели. Планетолет, оставленный в клубке щупалец, был залит холодными пенообразователями, и Рэд, развернув свою машину прямо на вертикали, безжалостно всадил ему в дюзы плазменный разряд. В атмосферу полетели обрывки щупалец и обломки планетолета. Раненая тварь беспорядочно заметалась. В ушах стоял пронзительный высокочастотный вой. Джой валялся в кресле второго пилота и не ответил, когда капитан окликнул его. Рэд вырвался на первый орбитальный уровень, установил режим автовозврата и закрыл глаза.

Учеба в школе Рэджинальду давалась легко. Он частенько витал в облаках, грезил региональным чемпионатом по плаванию, параорбитальными гонками и космическими рейдами. Одновременно. На выпускном вечере наставник сказал ему: «Если вы хотите попасть в космос, милорд, вам придется стать реалистом. Мне бы очень хотелось посмотреть, существует ли для вас такая возможность». И Рэд впервые решил серьезно поговорить с отцом и матерью о собственных перспективах. Родители должны были вернуться еще два дня назад, но рейс задержала Служба космической безопасности.

Он пришел домой, от нечего делать включил новости, увидел список пассажиров, погибших во время теракта на пассажирском лайнере «Радуга», и заглянул в бездну. Рэд снова и снова переключал каналы, затаив дыхание, боясь спугнуть надежду, пока не прослушал сообщение от начала до конца. Но даже тогда – не поверил.

Видеофон сыграл бодрую мелодию, Рэд вздрогнул и машинально ткнул в него пальцем. Звонила двоюродная сестра отца.

– Боже мой, какая трагедия! – защебетала она. – Какая ужасная трагедия. Я все еще не могу придти в себя. Бедный мальчик! Через два дня я, наверное, буду в районе Южного мыса и обязательно к тебе загляну… Ах, как это все ужасно.

Рэд разорвал соединение, но забыл выключить спикерфон.

– Здравствуйте, – проникновенно сказал темный дисплей, – с вами говорит региональный центр психологической поддержки подростков.

Рэд разбил аппарат, выскочил из дома на берегу и, всхлипывая, побежал к морю. Но море не горевало вместе с ним. В блеске раннего утра лазурные волны ласково лизали берег частного пляжа. У причала призывно покачивался дорогущий отцовский катер…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное