Людмила Горбенко.

Хозяин химер

(страница 7 из 35)

скачать книгу бесплатно

Удивительно, но главному герою трагедии не досталось даже царапины. Упруго отскочив от сосны, словно живой мячик, лысый приземлился на пятую точку, потер лоб и замер, озадаченно пуча глаза.

Спустя несколько минут к нему подползли остальные.

– Вот это буря так буря! – тихо сказал боец, глядя на поваленные сосны с легкой опаской.– Подфартило, ничего не скажешь! Нам даже рук марать не пришлось.

– Г-г-г-готово, – мертвым от ужаса голосом сказал лысый, с содроганием рассматривая поле боя.

– Одна девка, мужиков трое, – быстро подсчитал бородатый «непахарь», поочередно загибая пальцы над нашими парализованными тушками.– Дышат. Вот только кто именно из них принц? Одеты одинаково, в национальные тряпки.

– Сейчас мигом разберемся! – хмыкнул боец, пренебрежительно пиная ногой мой бесчувственный бок.– Смотри сюда. Видишь – сплошные мышцы? Этот точно не королевской крови, скорее всего, рядовой телохранитель. Второй мужик и вовсе жидковат, даже на телохранителя не тянет. Слуга или компаньон, не иначе. Настоящего принца по фигуре отличать надо. Говорят, восточные богатеи чай с салом пьют, а мясо медом обмазывают. Традиция такая. Их высочество должен быть самый жирный.

Единственным, кто выразил немой протест против этого высказывания, был «жидковатый» принц. Казалось, сама мысль о том, что великая Аброузия может родить толстяка, привела его в негодование, заставив мелко трястись. А уж представить себе жирную тушу на троне родной страны он и вовсе не мог. Фарад попытался гневно уставиться на нападавших, но это у него плохо получилось по весьма прозаической причине – его высочество лежал лицом вниз.

Тем временем внимательно прищуренные глаза бойца вернулись к нашей группе. Я обреченно замер, прекрасно понимая, на кого именно падет выбор. Если в кастинге не участвуют слоны, мой лучший друг неизменно получает пальму первенства за упитанность. И точно, как в воду глядел!

– Он! – уверенно сказал боец, тыча пальцем в Третьего.– Самый жирный из присутствующих. И рожа такая… ну, ты понимаешь. Прямо на лбу написано – принц. Дураку ясно, привык, что все за него делают слуги, сам и пальцем не шевельнет.

Третий от возмущения так напрягся, что даже сумел привстать.

– О! – обрадовался боец.– Знает кошка, кто за мясо отвечать будет! Ты гляди, ты гляди, как он рожу кривит!

– Слушай! А тот, что рядом лежит, тоже кривится! – обеспокоенно сказал бородатый, наклоняясь над молчаливо пышущим гневом Фарадом.

– Не! – запротестовал боец.– Разве ж то королевская мимика? Плебейские ужимки. Сразу понятно, что быдло быдлом.

Принц потрясенно вздернул брови, собирая на них грязь, но похитители уже потеряли интерес ко всем, кроме Третьего.

– Позвольте, ваше высочество!

Обездвиженное «высочество» было вынуждено позволить. Моего лучшего друга и напарника бережно взяли под мышки и понесли куда-то вдаль. Так как делать все равно было нечего, я предался мысленному сочувствию его неясной дальнейшей судьбе, с радостью осознавая – чувствительность понемногу возвращается.

Встать еще не могу, но пошевелить конечностями – уже да! Рядышком остервенело крутила пальцами рук и ног Вторая, умудряясь даже это примитивное физическое упражнение выполнять эротично. По крайней мере, Фарад уже не пучил глаза на бурелом в немом протесте, а масляно закатил их вбок, не упуская ни одного движения нашей красавицы.

К трагической реальности нас с принцем вернул простой вопрос, заданный грубым голосом:

– А что с остальными делать? Под ребра?

Мысленно я всеми фибрами организма молил и подсказывал «отпустить», прекрасно понимая, что сам на месте похитителей ни за что не отпустил бы свидетелей живыми. Боец с равнодушием человека, привыкшего качественно исполнять свою работу, приподнял принца за воротник, взмахнул ножом и…

Несчастная беглая верблюдица Лолита высунула из кустов лилейную шейку в рубиновом ошейнике удивительно вовремя. Драгоценные камни сверкнули на солнце, рассыпая алые лучи, а белоснежная любимица принца грациозно вытянула морду и элегантно плюнула прямо в лоб застывшему бойцу. Тот инстинктивно уклонился в сторону, чиркнув ножом по краю мочки Фарадова уха и не сводя глаз с драгоценной безделушки.

– Ух ты, какая…

Ничуть не удивляясь тому факту, что по лесу бегают верблюды в фамильных украшениях, боец медленно и плавно протянул дрожащие руки к белой шее, и тут до моего слуха донесся самый радостный звук в мире – скрип рессор и топот копыт лошадей, везущих отставшие от нас кареты с гаремом, евнухами и законными супружницами Фарада.

Только теперь я понял, что иногда три жены не роскошь, а средство спасения. Супруги принца действовали быстро, слаженно и практически не задумываясь, как музыканты давно сыгранного оркестра. Роза бросилась к лежащему в пыли муженьку, Парася засучила рукава, а Зарема просто откинула с лица густую паранджу – и этого оказалось вполне достаточно для устрашения противника. Во всяком случае, даже я, по-прежнему не способный встать с места, почувствовал острую необходимость немедленно оказаться как можно дальше отсюда. Бегом. Ползком. Россыпью молекул. Любым способом!

Пока я в ужасе жмурился, отрезвленный нечеловеческой харизмой Заремы, меня подстерегло новое испытание – об меня споткнулась добросердечная Парася, со всех ног спешащая на выручку любимому.

Не знаю, спотыкался ли когда-нибудь об вас слон, но никак иначе не могу передать то ощущение внезапной тяжести, острой боли и короткого полета в неизвестность, которое пережил. Одно хорошо – сверху я смог насладиться панорамой поля битвы во всех подробностях.

Вот Третий бьется в тесных объятиях бородатого. Вот Роза душит бойца собственным чулком. Вот лысый пытается сбежать и падает, как подбитая птица, сшибленный на бегу тяжеленным лифом красавицы. Вот Зарема ласково склоняется над ним, и лысый лишается от ужаса сознания. Вот Парася заканчивает делать искусственное дыхание Фараду и выпрямляется во весь рост, оглядывая окрестности с характерным выражением былинного богатыря, у которого нестерпимо чешутся руки совершить очередной подвиг.

Вот разморенный принц находит в себе силы указать пальцем на бородатого «непахаря» как на виновника всех несчастий. Вот Парася берет негодяя за шкирку и запускает в небеса.

И вот…

– Пятый! Пятый!

Я пришел в себя от дружеского тычка.

– Уснул, что ли? – неприветливо осведомилась Вторая, отряхивая шаровары.– Спасай клиента, хватай бандитов!

– Думаешь, надо? – ради порядка спросил я, с легким скрипом принимая вертикальное положение.– Кажется, супруги Фарада и сами неплохо справляются!

– Действуй, Пятый! – выкрикнул куратор.– Баб с евнухами завораживай и отправляй вперед, чтобы под ногами не путались, похитителей в узлы!

– Прикажете лишить жизни? – плотоядно облизнув губы, уточнил Третий, угрожающе надвигаясь на избитый ногами Параси комок, еще минуту назад бывший бойцом.

Глянув на лицо чертовки, я понял, что она считает быструю смерть слишком легким наказанием, и потопал за веревками.

Уже давно тяжелая физическая работа не приносила мне такого удовлетворения. Третий связал пару похитителей просто виртуозно, а я лично затянул узлы, стараясь, чтобы пенька не просто врезалась в тело, в по возможности медленно перепиливала его на части при каждом вдохе и выдохе.

Полюбовавшись красивой композицией из двух спеленутых грешников, Вторая одобрительно кивнула и поволокла пленников к ближайшему уцелевшему после смерча дереву, чисто случайно соседствующему с высоким муравейником.

Третий рванулся было следом, но вдруг резко затормозил и обернулся ко мне:

– Стойте! Кажется, наверху остался еще один боевой заряд.

– Где? – испугался я, задирая голову.

Словно откликнувшись на зов, маленький неразорвавшийся комок спорхнул с ветки, со свистом устремился вниз, выбирая жертву, и… спустя секунду его высочество пережил самую последнюю и самую непоправимую неприятность в своей жизни.

Принц Аброузии Фарад из древнего рода От-Абу-Шоох был не просто раздавлен.

Он был раздавлен физически и добит магически до того безнадежного состояния, когда воскрешение бессмысленно в силу полного износа материальной оболочки. Таким пациентам врачи уже не щупают пульс – его просто не на чем щупать. Наверное, сейчас изображение принца транслируют в эфир сразу сотня «глаз», очень уж мелкие получились кусочки.

Третий застонал и тихо опустился на землю. Вторая ахнула и прикрыла рот ладошкой. Я обмер.

– Вот это побоище! Молодцы, ребята! Да-а… Комиссии будет на что посмотреть! – восхитился наушник и вопросил: – А где Фарад? Что-то я его не наблюдаю.

Беспомощно оглянувшись по сторонам, я широким жестом руки обвел грустный пейзаж, тихо дрожа в предвкушении разноса, собирая волю в кулак и отчаянно завидуя тем побитым счастливчикам-чертям, которые все-таки сумели доставить принца из своего пункта «А» в пункт «Б», пусть и ценой некоторых физических увечий. Они-то доставили, а вот мы…

– Как бы точнее сказать, товарищ куратор… Фарад… Он… Его… Ему… Словом, он теперь везде.

– Это как? – не понял куратор.

– Обстоятельства оказались сильнее нас, – тихо сказал я, скорбно опуская голову.– Метеоритный дождь, нападение местных криминальных элементов, гибель сразу двух боевых бригад, ошибка при наведении на цель… Его высочество уже не вернуть, мне очень жаль. Простите, товарищ куратор…

Рядом со мной встала Вторая, трагически хмуря выщипанные в ниточку брови.

В эфире повисла жуткая тишина.

– Это все, что вы можете сказать? – прошептал наушник.

Бывают вопросы, на которые лучше не отвечать. Однако бывают черти, до которых подобные тонкости не доходят.

Третий, слоняющийся по травке, получил предупредительный пинок от Второй, но понял его по-своему. Короткие пальцы моего друга выудили из накладного кармана мятую бумажку с кураторским списком. Подхватив кончиками когтей «глаз», исправно транслирующий все происходящее на поле боя, толстяк завлекательно сверкнул в мировой эфир крепкими зубами и голосом, полным меда, доверительно сообщил:

– А неплохо бы сейчас перекусить! Кровяные колбаски мясника Шурцера – что может быть лучше? Все только натуральное!

– Пятый! – простонал в наушнике куратор.– Прошу тебя, забери ты у него эту проклятую бумажку! Как же так? Последний потомок Аша… Хранитель редчайшего заклинания «хозяин химер»… Только с его помощью можно подчинить аш-шуара, «хозяину химер» буквально не было цены. Операция под угрозой!

– Не стоит паниковать раньше времени, – с мягким оптимизмом возразил я, кося глазом в сторону бурелома.– Растите спокойно свое чудо-юдо, убивать – дело нехитрое. Надо будет – порвем вашу зверушку на меховые портянки безо всякого «хозяина химер», уж это я вам точно гарантирую.

Буркат, дом Терслея. Поздний вечер

– Мы пришли! – Терслей гостеприимно указал на трехэтажное здание коричневого кирпича, находящееся в самом хвосте улицы.

Шириной не более десятка шагов, постройка была умело втиснута между соседними домами. Потревоженные светом фонаря бродяги шмыгнули мимо них, обдав Геллана волной запахов прелой еды и немытых тел.

Задрав голову вверх, принц изучил узкие окна, обрамленные разводами сажи, резной каменный пояс вдоль мансарды, пару маленьких грифонов-водостоков над рамой тяжелой двери и вслед за хозяином вошел в тесную прихожую.

Вверху что-то загрохотало, вспыхнул свет, и на лестницу упала длинная ломаная тень.

– Илуш, – гордо пояснил Терслей.– Мой слуга.

Шум наверху усилился, со звоном разбилось что-то стеклянное, и наконец в прихожую ввалился заспанный мужчина, пропорции тела которого удивительно напоминали дом: очень высокий и очень худой. Он, не таясь, зевнул и молча уставился на Геллана с выжидательным выражением на лице.

– Илуш, это мой новый снайпер, – пояснил Терслей и пригласил Геллана: – Ты проходи в комнаты, располагайся! Илуш тебе в мансарде постелет. Не стесняйся, ужинай и ложись.

– А ты? – спросил Геллан.

– Пойду в Гильдию брать заказ. Не жди, я могу задержаться.

Пока флегматичный слуга выполнял приказ, принц осматривал хоромы нового приятеля и будущего коллеги.

Жилище с головой выдавало потомственного бедняка, что обзавелся деньгами относительно недавно и потому тратил их бессистемно и с показным размахом, столь обожаемым лавочниками. Дощатые полы давно нуждаются в ремонте, потолок кое-где отвалился до самой дранки, зато на окнах колышутся от сквозняка дорогущие портьеры из бархата с куньей оторочкой. На дешевом поцарапанном столе красуется письменный прибор из поддельного мрамора с золотыми прожилками, под скамейкой рядком стоят шикарные остроносые туфли вперемешку с простецкой, к тому же изрядно поношенной обувкой.

Попутно принц отметил явную тягу Терслея к необычному оружию: на крючках висели две изумительные сабли с рукоятями, обмотанными прозрачными полосами рыбьей кожи; несколько ножей с красными лезвиями странной волнообразной ковки, заправленных в специальные эластичные ремни; длинная трость с пружинной кнопкой на набалдашнике; кастет с деревянными иглами.

За ширмой обнаружился ворох одежды и коробка, до половины наполненная разномастными перчатками, явно неоднократно бывшими в употреблении. Приподняв одну, Геллан хмыкнул при виде налипших волосков шерсти; схватил другую – тут же вляпался в густую желеобразную слизь и поспешил вернуть перчатку на прежнее место. Судя по всему, то была не просто свалка отслуживших свое аксессуаров, а своеобразная коллекция.

Оно и правда, магические монстры – это вам не кабаны, головы над камином не повесишь.

Книжная полка явила принцу несколько романов в дешевых матерчатых обложках, ряд научных трактатов, посвященных основам религии, и сложные переплетения паутины, наверняка создаваемые не одним поколением пауков. Отдельно покоился толстенный фолиант в кожаном переплете «Кулбы и прочие виды магической нечисти» без следов пыли и с пометкой красными чернилами по обложке: «Для служебного пользования». Открыв его двумя пальцами за уголок, словно вышеупомянутая нечисть могла вдруг выскочить с плоских страниц, Геллан с интересом пробежал глазами рукописный текст.

С первой же строчки стало понятно, что книга в лучшем случае является копией с копии. Не слишком старательные и к тому же безграмотные переписчики не утруждали себя исправлением ошибок, щедро добавляя к уже имеющимся ляпам собственные описки и ошибки. Нетопыри, к примеру, упорно именовались «недопырями», фантомы – «фантамами», а абзац об умертвиях и вовсе вызвал у Геллана ироническую улыбку. Далее, перевернув страницу, новоиспеченный снайпер Гильдии Ловцов натолкнулся на совет «украсть левый носок вампира, набить камнями, натертыми чесноком, и бросить в море» и не смог сдержать хохот. Прохохотав до середины фолианта, принц долистался до раздела «Кулбы» и подавился собственным смехом: с картинки скалилось нечто жуткое, с налитыми кровью белками, сморщенным носом и широкой пропастью рта, в котором с трудом умещались острые клыки. «Нетипично измененный кот. Повышенная агрессивность, нечувствительность к боли, отсутствие самоконтроля» – гласила подпись, и до Геллана вдруг дошло, что через несколько часов он увидит этих самых «нетипично измененных» котов, собак, птиц и бог знает кого еще на расстоянии буквально нескольких шагов. И не только увидит, но и будет вынужден в них стрелять, целясь своими подслеповатыми голубыми глазами.

Задуманное предприятие предстало совершенно в новом свете.

Отужинав пригорелой кашей, все более нервничающий Геллан разложил свои скромные пожитки на стуле у кровати, послонялся по мансарде и понял, что не уснет. Тогда он отпустил выразительно зевающего Илуша и сам сел у окна, ожидая возвращения нового приятеля и коллеги.

Треньканье колокольчика раздалось далеко за полночь.

Решив не будить сладко храпящего слугу, Геллан сам открыл дверь с помощью длинной задвижки и впустил хозяина.

Терслей был мрачен как грозовая туча.

– Ушел заказ, – коротко пояснил он, отвечая на невысказанный вопрос.– Буквально час назад забрали. Если бы не нападение по пути, я бы успел. А так…

– Выходит, я тебе не нужен, – констатировал Геллан со смешанным чувством радости (встречаться с нечистью не придется) и грусти (опять без жилья, денег и работы).– Переночевать-то хоть позволишь?

– Какое там не нужен! – с непонятным злорадством возразил Терслей, сбрасывая сапоги у порога и поднимаясь по лестнице босиком.– Я отчего-то так расстроился, что с досады ухватил себе новый. Такой кус, что как бы рот не порвать, – почти двести монет, работа оплачивается казной. В Гильдию явился какой-то сумасшедший бродяга с обгорелой головой. Он утверждает, что некий маг заставил его прислуживать при тайном ритуале и не заплатил ни сентаво, хотя обещал золотые горы. Что этот скупец похитил для своих целей со старого кладбища пятерых колдунишек-самоучек, что он собирается провести некие секретные испытания на людях и животных, и что в город вот-вот будет выпущена нечисть, о которой потом напишут в легендах. Имени мага бродяга не помнит, подробностей не помнит и все разговоры у него сворачивают к денежной теме. С одной стороны, похоже на бред, но городской страже за прошедшие дни было подано сразу несколько заявлений обеспокоенных граждан, которые своими глазами видели огромные тучи насекомых, слетающихся к жилым поселениям, и стаи бродячих собак. Верный признак, что кое-кто из каперийских магов действительно прячет кулбов в доме.

– Почему?

– Сейчас весна, а готовый к спариванию кулб умеет подавать зов такой силы и дальности, что его чуют все животные без исключения. Честно говоря, по этому заказу следовало отправить минимум две, а лучше три группы, но в Гильдии, как назло, ни одного свободного ловца. Теперь мне без снайпера никак. Справишься, скорняк?

– Приложу все силы, – каменным тоном пообещал Геллан.– Когда выступаем?

– Завтра, перед закатом, – вздохнул Терслей.– На всякий случай, чтобы не попасться на глаза возможным наблюдателям от ордена, пойдем Нижним городом, карту пути сейчас правят, утром Жекон ее привезет. Ты в седле как держишься?

– Лучше, чем на ногах, – сказал Геллан.– Можно сказать, вырос верхом. А кто такой этот Жекон? Твой слуга?

– Смотри, не ляпни при нем! – предупредил Терслей.– Жекон – это один из внештатных магов Гильдии. Пойдет с нами.

– Вот и хорошо, все безопаснее!

Терслей посмотрел на него скептически.

– Это как сказать, – вздохнул он, задумчиво хлопая себя по колену.– Двести монет, безусловно, вещь хорошая. Но если бы я знал, что к заказу прилагается Жекон, лучше бы пару недель в ожидании другого заказа лапу сосал. Ей-богу!

– Чем же маг тебе не угодил? – заинтересовался Геллан.

– Личная несовместимость.

– Я слышал, что маги достаточно сдержанные люди.

– Обычная походная норма Жекона: пара скандалов в общественных местах, один мордобой и один коллективный дебош с битьем посуды. Утречком сам посмотришь, какой он сдержанный, – зловеще пообещал Терслей.– Тем более, до рассвета всего ничего осталось, вот-вот у стражи смена караула начнется. О! Слышишь, топают?

Геллан выглянул в окно.

Улочка была грязна до невозможности и к тому же причудливо виляла от одной темной подворотни к другой, словно стесняясь показываться на свет. Срезая повороты, по ней отчаянным галопом неслись два всадника в форменных одеждах стражей. Копыта лошадей высекали икры из булыжника, а общая потрепанность служителей закона указывала на то, что день выдался непростой.

– Вроде пусто. Интересно, за кем это они? – полюбопытствовал принц, провожая стражей глазами.

– Надеются успеть первыми догнать похитителя, – пояснил Терслей, сладко потягиваясь.– Час тому назад из городской сокровищницы кубок унесли. Ценная вещица, из ягового дерева особой полировки, по заказу прежнего императора изготовлена. За ее возврат нынешний королевский дом положил десять дюжин монет вознаграждения.

– Надеюсь, реликвия благополучно вернется на прежнее место, – искренне пожелал Геллан.

– Ну это вряд ли. Вора не найдут.

– Почему ты уверен? – удивился принц.

– Предчувствие, – рассеянно ответил Терслей и широко зевнул.– Ладно, скорняк. Что-то притомился я. Да и перенервничал сегодня от души. Ты, наверное, тоже с ног валишься? Поставь под дверь Илуша свои сапоги, чтобы он почистил, и на боковую.

Намек был слишком прозрачен.

Пожелав новому приятелю спокойной ночи, Геллан поднялся по лестнице в мансарду и сам не заметил, как провалился в глубокий, без сновидений, сон…

Новая жизнь напомнила о себе бывшему принцу, а ныне снайперу Гильдии Ловцов, визгливыми чертыханьями Илуша и звоном посуды – непосредственно под его комнатой в доме располагалась кухня. Мечтающий еще немного понежиться в объятиях сна Геллан заворочался и накрыл голову подушкой, но неумолимая реальность в лице нового приятеля была начеку.

– Дрыхнешь, скорняк? – задорно поинтересовался Терслей, наклоняясь над ним и сдергивая подушку.– А кто работать будет? Куницы в лесу уже все извелись от нетерпения. Ждут, когда ты их с восьмидесяти шагов в глаз бить будешь.

Бывший попутчик и нынешний коллега выглядел не в пример веселее, чем вечером.

– Терслей… – вяло промямлил Геллан, потягиваясь.– Ну имей ты совесть! Дай поспать! Сам же сказал, выступаем к вечеру.

– Совесть? – изумился Терслей.– Нет у меня того, о чем ты просишь, брат скорняк. Хватит морду плющить, одевайся, полдень на дворе. Пора завтракать и с Жеконом знакомиться.

– Маг уже здесь? – встрепенулся Геллан, вылезая из-под теплого одеяла.

– Еще бы! Он у нас ранняя пташка, – посетовал Терслей.– На твое счастье, конями занимается, а то бы и поесть толком не дал.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное