Людмила Горбенко.

Хозяин химер

(страница 5 из 35)

скачать книгу бесплатно

– Нищий студент и каперийский рохля с вытаращенными голубыми глазками? – Квадратнобородый зыркнул на Геллана, отвернулся и принялся трясти возницу еще энергичнее.– Вместо бриллианта стекляшки подсунуть хочешь? Признавайся, сволочь! Куда дел настоящего принца?

Геллан, еще минуту назад мечтающий быть на себя ни капельки не похожим, на рохлю все же оскорбился, за неимением оружия подхватил с молодой травки туго перевязанный рулон шкур и с размаху опустил его на голову ближестоящего разбойника.

– Держись, брат! – заорал он тяжело дышащему Терслею.– Держись!

От удара бечевка, что стягивала шкуры, треснула, но цель была достигнута – боец упал, дав черноволосому юноше передышку. Прижимая упавшего врага к земле, чтобы не дать подняться, Геллан, к своей радости, обнаружил в дорожной пыли маленький шкуродер. Наверное, выпал из рулона. Схватив нож и зажав его пальцами, принц наклонился, мстительно полоснул крест-накрест по ягодицам завопившего жилистого бандита и старательно прошелся по его доспехам. «Шкурка» треснула по лопаточному шву и перекосилась на одно плечо. Окрыленный успехом Геллан ударил еще. И еще.

Первым опомнился квадратнобородый. Крик разбойника, с которого уже практически сняли кожаные доспехи, угрожая так же ловко расправиться с его собственной шкурой, отвлек его от взбалтывания несчастного возницы и заставил обернуться.

Здоровенная ручища вышибла шкуродер из пальцев Геллана одним щелчком и заграбастала его за шиворот. Поднеся юношу поближе, квадратнобородый внимательно вгляделся в него и рявкнул:

– Куда принца дели, гады?

Геллан попытался пожать плечами, но не смог в силу своей висячей позы. Рядом, пойманный ногами в петлю, с отчаянным ревом рухнул в пыль его черноволосый попутчик. Нож отлетел к кустам. Здоровяк скрутил кисти Терслея веревкой и укатил связанное тело к обочине. Спустя несколько минут Терслею под бок швырнули Геллана, а затем и возницу, приставив для верности к их кадыкам сабли.

Это было совершенно новое, незнакомое ощущение для принца, и нельзя сказать, чтобы оно ему понравилось. Нет, безусловно, голубое небо и сосны над головой были весьма красивы, но прижатое к шее холодное лезвие значительно портило удовольствие.

– Грижан! – позвал квадратнобородый.

Сухие ветки зашуршали, и лысый наблюдатель ловко спустился с дерева, прыгнув обеими ногами точно в собственные сапоги. Наклонившись над Терслеем, он недовольно поморщился, скользнул взглядом по лицу Геллана и покачал головой.

– Э! – возмутился бородатый.– Чего молчишь?

Лысый пожал плечами, снял один сапог и начал деловито вытряхивать из него иголки.

– Мне кажется, что это не они, – изрек он.

– Не они?! – заорал боец, вскакивая и на ходу ловя сползающую амуницию.– С чего ты решил? И время, и место совпадают!

– Принц на телеге? – скривился лысый парень, с достоинством натягивая сапог на грязную босую ногу.– Сомнительно как-то. Портовые чики уверяли, что он золотом сорил, словно мусором.

Да и сопровождающие! Три жены, гарем, прислуга… не в карманах же они их прячут! Такую кучу народа не утаишь.

Три жены? Гарем? Геллан с облегчением понял, что охота велась никак не на него. У него и одной-то жены пока, к счастью, нет, не то что гарема.

– Значит, опаздывают, – буркнул бородатый и, оглянувшись на лысого, взорвался криком: – Чего обулся, бестолочь? А кто за дорогой следить будет? Работа не окончена! Полезай на дерево!

Лысый одарил крикуна презрительным взглядом и степенно удалился к кустам. Боец досадливо сплюнул ему вслед и напряженно изогнул шею, стараясь рассмотреть испорченный доспех.

Минута – и разбойная троица исчезла так же стремительно, как и появилась.

Потирая оцарапанный кадык, принц встал и помог Терслею избавиться от пут. Первым делом Терслей кинулся к ножу, проверил лезвие и с заметным облегчением вставил оружие в ножны.

– Кто были эти люди? – поинтересовался Геллан у попутчика.

– Понятия не имею, – коротко ответил тот и, заметив недоумевающий взгляд, пояснил: – Сейчас бандитских шаек развелось – прямо беда. Ста верст не проедешь, как кто-нибудь пристанет.

Тихо матерясь, с дороги поднялся возница.

– Черт бы побрал злодеев! – пробурчал он.– Добро бы еще денег хотели – так нет, им принца подавай!

Оглоблю приладили на место в рекордно короткие сроки.

Возница, несмотря на солидный возраст, птицей взлетел на телегу. Геллан с его помощью втолкнул на место размотавшийся в результате драки рулон коровьих шкур и запрыгнул следом. Взъерошенный Терслей сел последним, когда лошадь уже тронулась, и повернулся к принцу:

– Слушай! А ты неплохо дерешься! И со шкуродером ловко управляешься. Даже не пойму: скорняк или профессиональный воин?

Геллан горько усмехнулся.

– В данный момент всего лишь безработный.

– Шутишь? – вскинул брови Терслей.– Столько талантов сразу, и никому не нужно? Так не бывает.

– Бывает, – вздохнул Геллан.– Когда вместо документов вот это, – он протянул попутчику квадратик пергамента.

– «Предъявитель сего, кличущий себя Гелланом, является особой, пострадавшей от утопления, вследствие чего не имеет другой бумаги, кроме представленной», – прочел Терслей вслух и задумчиво почесал затылок.– М-да… Утопленник, значит. Действительно, особого доверия не внушает. Такие бумажки у нас обычно носят те, кто в бегах находится. Сунут приморской страже денежку – и даже портки мочить не надо. Как говорят в народе, выходят сухими из воды. Надеюсь, ты не преступник?

– Чист перед законом как стеклышко, – сказал Геллан, со злостью теребя воротник.

– М-да, дилемма, – еще задумчивей протянул Терслей, искоса внимательно разглядывая его.

Геллан вцепился в борт, усиленно делая вид, что не замечает пристального осмотра.

– Кроме шкуродера, чем из холодного оружия владеешь, скорняк? – наконец бесстрастно спросил Терслей.

– Меч, сабля, ножи, – сухо перечислил принц.

– Стрелять умеешь?

Геллан закашлялся.

– Еще месяц назад спокойно бил куницу в глаз с восьмидесяти шагов, – грустно сказал он, понимая, что бессовестно врет, одновременно говоря чистую правду. Действительно бил. Раньше.

– Ладно, рискну, – решился Терслей.– У меня помощника на прошлой неделе звери сожрали, а вчерашним утром, как нарочно, Гильдия заказ подкинула. Хочешь подзаработать?

– Гильдия? – прохрипел Геллан, не веря своим ушам.– А чем она занимается?

Терслей покосился на мерно покачивающегося в такт лошадиным шагам возницу, в очередной раз поддернул короткие рукава и приступил к рассказу. Не жалея эпитетов, он поведал Геллану о важности дела, которое тащит на своих плечах Гильдия. Об огромной ответственности, смелости, выносливости и ловкости ее членов. О том, что даже неприятный труд содержит в себе золотое зерно истины, и о том, что самые прекрасные розы растут именно из грязи.

Из опыта прошлой дворцовой жизни Геллан знал, что степень расхваливания любой должности обратно пропорциональна ее престижности. Например, министр финансов Оттии всячески подчеркивал тяжесть своей работы, особо упирая на ее муторное однообразие и жуткую вредность для здоровья. Но вы бы послушали придворного золотаря!

Внимая речам Терслея, принц втайне недоумевал, какого черта тот перед ним распинается. Волшебное слово «подзаработать» словно склеило его уши сладким медом, делая глухим к ненужным подробностям. В данный момент дела его были плохи настолько, что он легко согласился бы пахать днем и ночью всего лишь за пищу и кров. Дополнительным осложняющим фактором выступал злосчастный сыр – после падения с телеги его аромат усилился, нахально пробираясь через нос и вызывая приступы острой гастрономической ностальгии.

– Короче, – буркнул принц.– Как называется Гильдия?

– Ловцов, – явно раздосадованный отсутствием восхищения в голосе Геллана, буркнул Терслей.

– И кого ловите? – поинтересовался Геллан.

– Кулбов, – вздохнул Терслей.

– Это еще что за звери?

– Магический брак. Ты слыхал что-нибудь об измененных? Можешь не отвечать, по лицу вижу, что нет. На континенте последнее время новое поветрие – использовать в хозяйстве магически измененных животных: кошек, собак, ловчих птиц. Если маг опытный и ритуал проходит гладко, получаются отличные охранники, охотники и помощники: умные, послушные, врага чуют за сто верст, болезням не подвержены, и кормить почти не надо – сами пропитание находят. А вот если что-то идет не так…

Геллан тихо сглотнул – стыдно признаться, но одно упоминание о пропитании вызвало у него слюноотделение.

– Вместо верного пса появляется кулб, у которого стадии покоя и агрессии либо путаются, либо меняются местами, – как ни в чем не бывало продолжил Терслей.– Согласно предписанию Совета Магов, создатель-маг обязан самостоятельно уничтожить неудачного зверя и официально сообщить об инциденте, но маги – народ бессовестный и предпочитают просто выкинуть получившегося кулба за порог: нет доказательства – нет проблемы. Хотя колдунов тоже понять можно. С обычным мечом против разъяренного зверя пойдет не каждый, а магию в этом деле применять нужно с оглядкой – неизвестно, как подействует.

– А что происходит с кулбами потом? – уточнил Геллан.– Вы их ловите и…

– При наличии правильного оружия в сочетании с быстрой реакцией «и» не бывает, – улыбнулся Терслей.– В конце концов, это просто звери, хоть и неверно измененные. Мы чистим побережье, а Гильдия хорошо за это платит.

Хорошо платит? Бросив взгляд на куцую куртку Терслея, Геллан тихо хмыкнул.

– Я не понял, скорняк, – угрожающе подбоченился Терслей, – вот эта кривая ухмылочка – это было «да» или «нет»?

– Не знаю, – честно сказал Геллан, мучаясь сомнениями.– Надо подумать…

– Не знаешь? – изумился попутчик.– В кармане пусто, вместо нормальных рекомендательных бумаг воровская отписка, а ты еще думаешь, соглашаться или нет? Ну ты и наглец, скорняк! Какого лешего я вообще с тобой разговариваю?

Что-что, а торговаться в Оттии умели всегда.

– Я же не просто скорняк, – скромно напомнил Геллан, – а еще и снайпер. Куницу в глаз с восьмидесяти шагов бью и сразу шкурку сдираю. А тебе, кажется, срочно нужен помощник, чтобы выгодный заказ не ушел. Кстати, а насколько он выгодный? Монет десять дадут?

– Ты что?! – вытаращился на него Терслей.– За десять я бы даже пальцем не пошевелил. Трое бродячих кулбов кошачьего происхождения, один из которых в острой стадии агрессии, прибились к деревне Сомы недалеко от Бурката. Поначалу деревенские думали справиться самостоятельно, но когда обломали о кисок вилы и рогатины, догадались запереться на чердаках, по-быстрому скинулись и послали гонца с донесением Буркатской страже. Две дюжины за пару и двадцать пять за третьего.

Геллан молчал, переваривая информацию.

– Так я не понял – ты согласен?

– За половину? Да.

– За половину я найму десяток портовых попрошаек с рогатками и выстрою их цепью. Минимум один точно попадет в цель, уверяю тебя. Двадцать процентов – мое последнее слово.

– Сорок!

Повисла зловещая тишина, нарушаемая мерным сопением возницы, скрипом телеги и еще одним, совершенно предательским звуком – голодным урчанием живота Геллана. Принц прижался к бортику, надеясь заглушить эти трели, но прием не помог – пустой желудок запел еще громче.

– Слушай, скорняк, – как ни в чем не бывало начал Терслей, вытирая рукавом широкую ладонь.– Твой внутренний голос гораздо разумнее тебя самого. Только что он совершенно отчетливо сказал «да». Предлагаю отметить наше соглашение дружеским перекусом. Держи.

Приличный кусман сыра появился перед лицом принца.

– Убери! – гордо сказал Геллан.– Это чужое.

– Ешь! – строго ответил Терслей, спокойно отламывая сырный край и забрасывая рассыпчатый комок себе в рот.– На голодный желудок голова соображает гораздо хуже, по себе знаю. Если бы не ты, этот продукт сейчас валялся бы на обочине и, вполне возможно, что мы – рядом с ним. Заслужил! Как и свои двадцать процентов…

– Тридцать, – уже без прежнего энтузиазма предложил Геллан, вгрызаясь в угощение и чувствуя, как с каждым укусом растет его уверенность в себе.

– Ну ты и акула, скорняк! – уважительно помотал головой Терслей.– Ладно, уломал, ни тебе, ни мне – двадцать пять процентов! И жилье за казенный счет, – быстро добавил он, заметив протестующую гримасу Геллана.– По рукам? Вот и ладно. Значит, вечером иду в Гильдию и забираю заказ. У тебя родные близко?

– Так далеко, что я почти сирота, – вздохнул принц, расправляясь со вторым сырным куском уже медленней и аккуратней.

– Сирота – это хорошо, – с убийственной прямотой одобрил попутчик, и нельзя сказать, что его слова пролились на душу Геллана успокаивающим бальзамом.

Получив в свое распоряжение долгожданную еду, желудок радостно принялся за работу, а освободившийся от голодных мечтаний мозг запоздало родил весьма интересную мысль: «А ведь прежнего снайпера сожрали, дружок. Деньги – штука хорошая. Вот только нужен ли будущему королю такой жизненный опыт?»

Территория Каперии, пригород Бурката. Дом, арендованный Киорусом

Пять человеческих «сосудов», наполненных бесценными знаниями покойного архимага Аша, терпеливо ждали своего часа. Не мертвые, но и не живые, они покорно существовали в тайном убежище, ни на что не реагируя и слепо тараща глаза в пустоту. Их рты по-прежнему были закрыты печатями, и для поддержания сил у каждого «сосуда» дежурил специально приставленный слуга, чтобы кормить страдальца через ноздри жидкой пищей и следить за состоянием его здоровья.

Еще больше похудевший и мучающийся хроническим недосыпанием некромант практически жил в карете. Он прекрасно понимал, что, несмотря на признание Аша, перед ним стоит почти непосильная задача. Как только магическая пробка будут удалена и первый «сосуд» начнет перечислять ингредиенты вслух, бежать за покупками будет поздно. Следовательно, все необходимое должно быть под рукой.

Полки хранилища в ветхом, полуразваленном доме, который арендовал Киорус, едва не подламывались под мешками, банками и коробками, содержащими в себе лучшие, редчайшие снадобья и вещества, что удалось достать. Железы морского червя и жабьи глаза, сушеная печень страдающих циррозом людей и желчные пузыри мулов, порошок из костей новорожденных младенцев, порох, черный тальк, паутина, огарки церковных свечей, кровь гюрзы и кожа с капюшона кобры, муравьиная кислота, крысиный помет и пена с губ эпилептика, мел, пот, выпаренная морская соль и комариная эссенция – набор для будущего тайного колдовства пополнялся ежечасно.

Некромант, перелопативший ради такого случая кучу старых записей, все равно был хмур и напряжен, вполне отдавая себе отчет, что предусмотреть все никак невозможно. Архимаг Аш при жизни славился эксцентричностью. Он включал в свои заклинания строчки из языческих ритуальных песен, портовые ругательства и даже искаженные фрагменты молитв, посягая тем самым на основы религии. Какая каверза подстерегает Киоруса во время ритуала? Может, стоит закупить розовые лепестки? Ослиную мочу? Волосы монашки?

В среде магов Киорус был известен тяжелым нравом и поистине нечеловеческим упрямством. Сухой и жилистый, с прямыми плечами и острым кадыком, он был похож на гигантского нетопыря, когда стремительно несся по улице, а крылья плаща развевались за его спиной. Его глубоко посаженные серые глаза постоянно прятались в тени набрякших век и оттого казались черными, а покрытая пигментными пятнами кожа собиралась в жесткие складки, скрывая настоящий возраст: магу было чуть за сорок, хотя выглядел он значительно старше. Как все зарегистрированные в Совете некроманты, в юности Киорус прошел через процедуру «маски хладнокровия»: левая половина его лица была навеки лишена подвижности благодаря специальному парализующему уколу, и с каждым годом живая половинка отличалась от нее все меньше и меньше – черный маг успешно приучал себя заменять внешнее проявление эмоций скрытыми внутренними размышлениями.

Свою карьеру он начал с того, чем другие ее обычно заканчивают: провалил задание. Попытка сделать для высокородного пана даже не зомби, а тривиального ходуна-пугало, чтобы он веселил гостей во время маскарада, не удалась: у Киоруса получился примитивный хромой урод, который забавно передергивал плечами, часто падал и пугался живых людей до дрожи в коленях. Покорно приняв ругань заказчика, начинающий некромант выкупил у толстосума позорный результат собственных чар и заперся в лаборатории на неделю. Спустя семь дней он явил миру невиданную доселе диковинку.

Нормально ходить недоделок так и не научился, но зато в остальном… Послушен, внимателен, богатырски силен, не знает усталости и чутко реагирует даже на мимолетное движение бровей хозяина. Киорус, сумевший превратить свой первый блин комом в уникальное создание, прозвал его Адамом. Дополнительное удобство ковыляки как слуги заключалось в том, что он прекрасно выполнял поручения вне дома. Адам не напивался, всегда приносил полностью сдачу, и его никогда не обсчитывали лавочники. Некоторые проблемы возникали лишь в тех редких случаях, когда ковыляке по каким-то причинам приходилось вне дома чего-либо долго ждать: пару раз его забирала с улицы в городской морг дежурная стража, приняв холодного неподвижного слугу за окоченевший труп.

Именно с Адама началось стремительное восхождение в гору ничем не примечательного новичка-некроманта весьма скромных способностей. Уже не случайно, а вполне намеренно повторив ошибку в традиционном ритуале и заклинаниях, некромант создал слуге подружку – уборщицу Эву, ради пущего эффекта присобачив ковыляке-даме лишнюю пару рук. Парочка зарекомендовала себя прекрасными, неутомимыми, бесплатными трудягами, и с тех пор не проходило месяца, чтобы Киорус не принимал заказ на изготовление очередного слуги для домашних нужд состоятельным оригиналам.

Когда мода на слуг-зомби прошла, некромант оказался в непривычной для себя ситуации: он был уважаем, известен, никому не нужен и вследствие этого почти нищ.

Удар ножом в печень, полученный Киорусом в темном переулке через полгода после падения с пьедестала, вполне мог бы положить конец моральным терзаниям, но ему повезло – родная сестра-целительница сумела поставить его на ноги, а предсмертное погружение в мир бессознательного неожиданно подсказало некроманту новое решение всех его проблем.

Находясь в пустоте между жизнью и смертью, раненый утратил зрение, но зато слух его обострился до немыслимой чувствительности. Плавно погружаясь в небытие, Киорус слышал, как порхают над ним дрожащие от волнения руки Лерии, как капли дождя за окном сталкиваются в воздухе друг с другом, как колеблется пламя свечи, как медленно рвется тонкая нить, связывающая его тело с миром живых, – и это было далеко не все!

Самое главное: некромант отчетливо слышал диалог засевших в углах комнаты призрачных существ, ясно понимая, что это демоны, которые уже пришли за ним и болтают в ожидании свежей пищи.

За мгновение до того, как острые когти дотянулись до его груди, Лерия окончательно вырвала брата из лап смерти, и демоны разочарованно убрались во Тьму, не подозревая, что их разговор не только подслушан, но и навеки сохранен в памяти чудом выжившего некроманта.

Прежде чем приступить к плану, выздоровевший Киорус постился сорок дней.

Затем сварил призывающее зелье, начертил пентаграмму, расставил по углам кристаллы кварца, заколол жертвенную крысу и начал резко рвать воздух руками, по буквам высекая заклинание Имени: «А», «Т», «Р», «И»…

Манией величия некромант не страдал и потому был твердо уверен, что твари, имена которых он слышал тогда в комнате, явно относятся к мелкой сошке демонского царства, а значит, прекрасно подходят для его цели. Но явившийся по зову бесхвостый шакс, выпрыгнувший из пола в центре пентаграммы, оказался мал до того, что Киорус даже оскорбился. Шмакодявка ростом в ладонь суетливо заметалась по кругу, царапая доски грубыми босыми пятками с наростами костяных шпор и истерично вскрикивая каждый раз, когда натыкалась на раскаленный кристалл кварца.

– Атрихигор? – на всякий случай уточнил некромант, словно демон был бестолковым посыльным из лавки, случайно перепутавшим его крыльцо с соседним.

– Кто же еще? – зло рявкнул сморчок, сжимая синие кулачки и нервно притоптывая.– Клянусь всеми молниями Адского Болота, ты вытащил меня из другого мира, идиот! У вас что, своих демонов нет? Откуда ты узнал мое истинное имя, наглец?!

– Два месяца назад ты навещал меня у постели, – сухо напомнил Киорус.– Собирался сожрать мой мозг. Не помнишь?

– Я не ем всякую пакость! – презрительно рыкнул Атрихигор, сплевывая и ковыряясь в зубах изогнутым ногтем.– Кто ты такой, чтобы личный помощник Мамады навещал тебя у постели?

– Мамады? Не слышал о нем.

– Наглец, неужели ты еще глупее, чем кажешься с первого взгляда? Мамада – один из семи высших демонов Адского Болота!

– Но как же… – испугался Киорус. Контакт со злом высшего уровня вовсе не входил в его планы.– Ведь эти голоса… они тебя постоянно упоминали! Повторяли одно и то же много раз и так мерзко хрюкали при этом…

– А! Поедальщики! Наверняка поедальщики, – хмыкнул Атрихигор, всплескивая шершавыми ручонками.– Обычное дело. Шляются из мира в мир и набивают животы всякой падалью. А пока ждут очередного куска мяса, брешут и сплетничают. Найду – размажу крысиных детей по стенке, чтобы чужие имена почем зря не полоскали.

– Гм! – вздрогнул Киорус, не слишком довольный сравнением с падалью.– Кстати, насчет «вернусь» – я готов немедленно отпустить тебя в обмен на маленькую услугу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное