Лорел Гамильтон.

Пляска смерти

(страница 4 из 51)

скачать книгу бесплатно

   – В смысле – будет с нами? Жан-Клод ведь ждет нас с гостями внизу?
   Он покачал головой:
   – Там у нас происшествие наверху.
   – «Цирком» управляет Ашер, и он наверняка может заняться любым происшествием.
   Грэхем облизнул губы.
   – Я не знаю подробностей, потому что меня оставили внизу ждать вас, но там Менг Дье выкинула какой-то номер. Да такой, что Ашеру пришлось позвать на помощь Жан-Клода.
   Менг Дье – китайская миниатюрная куколка. С виду. Но она, как и я, своей упаковке не соответствует. В Сан-Франциско она была правой рукой мастера, пока Жан-Клод не позвал всех сотворенных им вампиров укрепить его оборону. Мастер Менг Дье был рад ее отпустить, поскольку считанные ночи отделяли его от дворцового переворота, в результате которого он стал бы мертвым, а Менг Дье – главной. Он даже отказался принять ее обратно, хотя Жан-Клод и предлагал.
   Менг Дье хотела быть правой рукой Жан-Клода, но место было занято Ашером. Потом был хороший приток вампиров из Лондона – тамошний мастер сошел с ума, и его пришлось убить. Так что Менг Дье вдруг оказалась просто мастером в поцелуе вампиров, где этих мастеров было пруд пруди. Ей бы хватило силы стать третьей или даже второй, но при ее темпераменте не стоило так приближать ее к трону. Слишком опасна, слишком властолюбива.
   – Какого черта она сейчас сделала? – спросила я.
   – Не знаю, – пожал плечами Грэхем.
   – Я думал, ты был у нее почти pomme de sang, – сказал Натэниел.
   – Был.
   – Кажется, ты за нее не очень волнуешься?
   Он снова шевельнул массивными плечами.
   – Она все обещает сделать меня или Клея своим pomme de sang, но очень не торопится с решением. И она продолжала трахаться с Реквиемом, пока он не начал ей отказывать.
   – Реквием больше не делит ложе с Менг Дье?
   – Нет.
   Я нахмурилась:
   – Он нашел себе новую подружку?
   Грэхем снова нервно облизнул губы:
   – Вроде того.
   – Грэхем, я знаю эту твою физиономию – «я еще кое-что знаю, но не хочу говорить». Выкладывай все и сразу.
   Он снова вздохнул:
   – Черт побери, раз ты не моя подружка, как это ты так легко меня читаешь?
   Моя очередь была пожать плечами:
   – Рассказывай давай.
   – Реквием решил, что ты его отвергла в качестве pomme de sang потому, что он трахается с Менг Дье. Он сказал, что ты не та женщина, которая готова делиться своими мужчинами.
   Я уж не знала – вопить, ругаться или хохотать.
   – Менг Дье он это говорил? – спросила я.
   – Не знаю. Мне сказал.
И Клею.
   – А ты говорил Менг Дье?
   Он покачал головой:
   – Не такой я дурак. Она плохие вести принимает куда хуже, чем ты.
   – А Клей тоже не такой дурак?
   – Ей сказал Реквием, – тихо вставил Мика.
   Все оглянулись на него:
   – Ты знал?
   Он покачал головой:
   – Он бы обязательно так поступил. Не чтобы создать проблему, а из честности.
   Я подумала и согласилась:
   – Черт, так бы он и сделал. Интересно, он ей сказал недавно?
   – Ты ей тоже отказал? – спросил Натэниел у Грэхема.
   Он снова мимолетно улыбнулся.
   – Нет. Пусть у нее нет ardeur’а, но все равно секс восхитителен. Мне приходилось с вампирами спать, но не линии Белль Морт. Если Менг Дье – это образчик, что они могут в постели, то цель моей жизни – стать pomme de sang у кого-нибудь из них.
   – Я думал, ты хотел быть pomme de sang у Аниты, – сказал Натэниел.
   Грэхем спохватился, как человек, который сказал больше, чем хотел.
   – Если бы Анита утолила от меня ardeur хоть один раз, может, я бы никогда не глянул на другую женщину, но до тех пор…
   Он не договорил, но стало ясно, почему Грэхем не так сильно за меня конкурирует. Ему нужна была не я, а мой ardeur. Если бы какая-нибудь вампирша из Лондона несла в себе ardeur, он бы гонялся за ней, а не за мной, – или и за ней, и за мной. Не слишком лестный факт – для него. Или для меня.
   – А до тех пор ты не хочешь закрывать себе никакие возможности, – сказала я.
   Он пожал плечами:
   – Я все свои возможности отдал ради Менг Дье, а она держала на поводке еще Клея и Реквиема. Я делил ее с Клеем, чего никогда раньше не было. – На миг его лицо стало печальным, но тут же это прошло. Непонятно, то ли не слишком он и грустил, то ли отогнал эту грусть усилием воли. – Анита ради меня никого из своих ребят не прогонит. Так чего же мне отказаться от всего и всех ради всего лишь шанса оказаться в ее постели? Шанса, даже не уверенности.
   – Я не просила Реквиема жертвовать ради меня своим либидо.
   – Ты никогда никого не просишь ни от кого отказываться ради тебя, – ответил Грэхем, – но кто этого не сделает, с тем ты не спишь.
   А вот это было несколько ближе к правде, чем мне приятно было слышать. Да, я не просила Реквиема порвать с Менг Дье, но то, что он ее трахает, было пунктом против него. Почему? Во-первых, потому что она мне просто не нравится. Во-вторых, потому что Грэхем прав: я своими мужчинами не делюсь. С другими женщинами – во всяком случае. И то, что я от них ожидаю, чтобы они согласились делить меня с примерно полудюжиной других мужчин, это… ну, несправедливо. То есть никак не справедливо.


   Лестница кончилась в небольшой комнатке с дверью в противоположной стене. Тяжелое дерево и металл этой двери наводили на мысль о подземной тюрьме, а перед дверью стоял Клей – вервольф и телохранитель. К нам он подошел поспешно, что было нехорошо. И выражение его лица ни о чем хорошем не говорило – он был встревожен.
   А вот у Грэхема вид был полностью деловой – просто идеал телохранителя. Когда он сосредоточивался на деле, а не на мысли залезть мне в трусы, он был одним из лучших волков в охране.
   – В чем дело? – спросил он.
   Клей покачал головой:
   – Жан-Клода с вами нет?
   Он спросил таким тоном, будто знал ответ.
   – Нет, – ответил Грэхем.
   – В чем дело? – спросила я. Может, если повторить вопрос достаточно много раз, он на него ответит.
   – Ни в чем. – Он посмотрел на меня и улыбнулся извиняющейся улыбкой. – Ни в чем, кроме того, что у нас там полная комната гостей и никого нет из хозяев. Только я и еще четыре телохранителя. Нам даже не разрешено предложить гостям выпить в отсутствие кого-либо из доминантов.
   – Ты волнуешься, потому что выходит, будто мы – плохие хозяева? – спросил Мика.
   Снова та же извиняющаяся улыбка. Клей кивнул:
   – Да, похоже, что так.
   Клей был ростом с Грэхема, только волосы у него были светлые, волнистые и растрепанные. Грэхем за своим внешним видом следил, тратя на это время, а Клею было наплевать. Неряхой он не был, просто ходил как ему удобнее. Одет он был в тот же костюм – черное на черном, но к брюкам надел черные кроссовки, а не туфли. Выглядел он хорошо, но ему явно было неуютно без привычных джинсов. Я его понимала.
   – Глупо, – сказал он, – но действительно вечер начинается неудачно.
   В смысле, что Жан-Клод получает сообщение и должен бежать. Мастера городов – они пока нормально себя ведут, но две женщины начинают обмениваться колкостями. Телохранители – или еда, или кто они вообще – стоят рядом, и вид у них мрачный или соблазнительно-надутый. Такое ощущение, что дело может пойти плохо, если никого не найдем, кто поможет сохранить мир.
   Последнее я восприняла серьезно. Клей работал охранником в «Запретном плоде» и умел высмотреть любую заварушку раньше, чем она начиналась. Бесценное для клуба качество.
   – Что все-таки сделала Менг Дье, что Ашер именно сегодня послал за Жан-Клодом? – спросила я.
   Он вздохнул:
   – Точно не знаю, но что-то очень неприятное, иначе бы Ашер не стал вызывать Жан-Клода из общества других мастеров.
   Я могла бы открыть свои метки и узнать, что сейчас делает Жан-Клод, но он меня предупредил, что при новых вампирах в городе делать этого не надо. Во-первых, мы пытались скрыть кое-какие из моих сил, во-вторых, Жан-Клод не был на сто процентов уверен, что никто из других мастеров городов не сможет услышать такое наше общение. «Такой вид общения», – сказал он. Так что, кроме чрезвычайных ситуаций, прямое общение разума с разумом применять не стоит, пока они в городе.
   Помощь моя ему нужна? Нет. Против Менг Дье – нет. Она злобная и сильная, но не настолько сильная. Кроме того, я верила в ее разум: она не устроит такого безобразия, что наказанием за него может быть только смерть. Как у большинства старых вампиров, в глубине души у нее главный приоритет – выжить.
   Мика смотрел на меня, будто следя за моими рассуждениями. А вслух он сказал:
   – Жан-Клод и Ашер смогут справиться.
   – Ты мои мысли читаешь? – спросила я.
   Он улыбнулся – улыбка у него чарующая.
   – Я читаю твое лицо.
   – Только этого не хватало.
   Он приподнял брови и пожал плечами – дескать, извини.
   Натэниел спросил:
   – А как это вы оба до сих пор хотите стать pomme de sang у Менг Дье? Она ненадежна.
   Грэхем рассмеялся – резкий, громкий звук, почти пугающий.
   – Ненадежна! Я не потому хочу быть ее pomme de sang, что она надежна. Я хочу им быть, потому что с ней мы изумительно трахаемся.
   Клей пожал плечами:
   – Я ее люблю. По крайней мере думал, что люблю.
   – Как-то неуверенно говоришь, – сказал Натэниел.
   – Жан-Клод заставил нас обоих пару раз спать в одной постели с Анитой и с тобой. Менг Дье расстроилась, но не особенно. Думаю, потому, что знала: мы вернемся. Знала, что она мне слишком дорога, чтобы меня сманили. Потом Реквием ей отказал, решив, что из-за нее Анита не выберет его своим следующим pomme de sang. – На лице Клея отразилось что-то похожее на страдание. – И она сорвалась с цепи. Жан-Клод выдрал нас из ее кровати, заставил спать с тобой, и она по этому поводу не парится. А потеря Реквиема задела ее сильнее, чем потеря нас двоих.
   Я смотрела на выражение его светлых глаз – он был задет. Действительно, она ему очень небезразлична. Черт бы побрал.
   – Некоторые женщины, особенно линии Белль Морт, очень, очень остро воспринимают отказы. У вас не было выбора – Жан-Клод сказал лезть в койку, и вы послушались. Реквием оставил ее по собственной воле. А это некоторых женщин – и мужчин – задевает глубоко.
   Клей поднял на меня недоумевающие, полные страдания глаза:
   – Ты хочешь сказать, это ранит ее гордость?
   Я кивнула:
   – Верь мне, ее у многих мастеров вампиров куда больше средней нормы.
   Он покачал головой:
   – Я знаю, ты хочешь меня утешить, Анита, но только что ты сказала, что ее задетая гордость значит для нее куда больше, чем все ее чувства ко мне. Спасибо тебе за попытку.
   – Жалко провалившуюся, – закончила я.
   Он дотронулся до меня, добровольно – редкость для Клея последнее время. Сжал мне плечо, очень по-мужски.
   – Ага, насчет утешения у тебя всегда хреново выходит, но все равно спасибо.
   Он никогда особенно не распускал руки, но после того, как мы спали вместе и он ощутил разгорающийся в постели ardeur, Клей дотрагивался до меня, только если это было абсолютно необходимо. Думаю, он боялся. Намеки на ardeur заставили Грэхема гоняться за мной сильнее, и те же намеки Клея отпугнули. Что одному небеса, другому – ад.
   – Мы должны представиться нашим гостям, – сказал Мика, – а тебе нужно переобуться.
   Я вздохнула.
   – Итак, на этой вечеринке мы предоставлены самим себе.
   Встав на колено – осторожно, чтобы не порвать чулки на каменном полу, – я сняла кроссовки.
   – Боюсь, что так, – подтвердил Клей.
   – Отлично, лучше не придумаешь.
   Я встала и позволила Натэниелу надеть на меня первую туфлю, потом Мика меня поддерживал, пока Натэниел надевал вторую. Четыре дюйма каблуки – что я вообще себе думала? Беседу за коктейлем я никогда не вела, но сейчас это не проблема – надо будет, поддержу салонную болтовню. Проблема в том, что эти два мастера в соседней комнате привезли с собой кандидатов в pomme de sang для меня.
   Черт побери, это была моя ошибка. Из местных талантов я не выбрала никого. И я также выразила озабоченность по поводу приглашения такого количества мастеров городов на нашу территорию. Ну не считала я это безопасным. Поэтому у Элинор, одной из наших новых вампирш из Британии, возникла идея. Чудесная жуткая идея. Раз уж мастера городов прибывают из всех углов США, почему нам не устроить нечто вроде конкурса? Пусть мастера привезут с собой кандидатов на должность моего pomme de sang.
   Я сказала «нет». На самом деле я высказалась куда энергичнее, но Жан-Клод напомнил, что я могу просто их всех отвергнуть. Шансы, что мне кто-нибудь понравится настолько, чтобы его оставить, были очень маленькие. Что ж, это было разумно. И Элинор была права: это был способ заставить мастеров вести себя прилично, пока они у нас в гостях. В смысле, если ты в гостях у возможных свояков, то последишь за своими манерами. С этими разумными доводами я спорить не могла, но ощущение у меня было – как у куска призовой говядины. Или призовой телки?
   А почему я такой уж драгоценный приз? Потому что я – слуга-человек Жан-Клода, а он – первый американский мастер, который стал sourdre de sang, источником крови. То есть он достиг такой силы, что стал основателем собственной линии. Редко, очень редко мастер вампиров достигал такого уровня, и в Америке это случилось впервые. То есть дело очень серьезное. Мы не оглашали этот факт, но Вампирский Высший Совет в Европе знал о нем и явно не держал в строгом секрете. За последние недели нам было сделано много авансов с предложением дружбы. И многие, конечно, с нами стали считаться. Не то же самое, что дружба, но куда лучше других вариантов.
   Но когда я на это соглашалась, то совсем не думала, что мне придется знакомиться с ними без Жан-Клода рядом. Блин.
   Мика взял меня за руку.
   – Все будет отлично.
   Натэниел меня обнял:
   – Мы тебе поможем быть очаровательной.
   – Я не из Золушек, – буркнула я.
   – Конечно, ты не Золушка, Анита. Ты принц. Прекрасный Принц.
   Я уставилась в лавандовые глаза Натэниела и тут впервые почувствовала, как холодная рука страха сжимает меня изнутри. Я – Прекрасный Принц? Нет, где-то тут ошибка…
   Хотя, думаю, если уж выбирать между женщиной, пытающейся поймать взгляд принца, и принцем, который не хочет, чтобы его поймали, то лучше быть принцем. По крайней мере это я говорила себе, пока Клей вел нас в двери и сквозь драпри, заменявшие гостиной стены.
   Мика и Натэниел взяли меня под руки с двух сторон, я не возражала. Да, я не смогу быстро выхватить оружие, но в гостиной меня ждала проблема того сорта, что не решается клинками и пистолетами. Проблема, сквозь которую нас могут провести только дипломатия, остроумная болтовня и хитрое кокетство. И без Жан-Клода и Ашера мы в этом деле – как без рук.


   Гостиная была – сплошь золото, белизна и серебро, от штор и до дивана, двойного кресла и двух стульев, обрамляющих пустой белый прямоугольник камина. Пустым он казался без портрета Жан-Клода, Ашера и Джулианны – их погибшей возлюбленной. Портрета, написанного почти за пятьсот лет до моего рождения. Да, стена казалась пустой, но не комната – она положительно тонула в вампирах и оборотнях. Ой, как мне не хотелось изображать хозяйку без Жан-Клода! Ну уж никак не хотелось.
   Войдя в комнату, я улыбнулась всем присутствующим, как научилась на работе улыбаться клиентам. Улыбка ясная и сияющая, и если очень напрячься, то и до глаз доходит. Я напряглась, но мои руки в буквальном смысле слова вцепились в Мику и Натэниела, как в две последние деревяшки в океане. Наконец-то до меня дошло, что боюсь. Чего боюсь? Вежливой болтовни, трепа за коктейлем? Уж точно нет. Понимаете, здесь никто не собирался меня убивать. Обычно, когда меня никто не пытался убить и мне никого убивать не приходилось, такой вечер считался удачным. Так отчего же нервы так разгулялись?
   Мика уже представлял нас, пока я старалась справиться с этим внезапным приступом бешеной застенчивости. Очень это на меня не похоже. Я не люблю болтовню и вечеринки с незнакомыми, но застенчивость мне не свойственна.
   Клей и Грэхем заняли свои места у нас за спиной. Были в зале и другие наши охранники, но в том, что меня пугало, они мне помочь не могли.
   – Анита! – шепнул Мика, наклонившись ко мне.
   Я зажмурилась ненадолго – признак, что я всерьез задумалась и стараюсь этого не показать. Нет, честно, чтобы это заметить, нужно знать заранее.
   – Милости просим в Сент-Луис, и я надеюсь, что с этого момента наше гостеприимство станет лучше, чем было до сих пор.
   Что ж, уже не так плохо. Очко в мою пользу.
   Один из вампиров, улыбаясь, вышел вперед. Он был моего примерно роста, но настолько широк в плечах, что это выглядело почти неестественно. Так выглядят в костюме приземистые бодибилдеры.
   – Мы все здесь мастера городов, миз Блейк, и все знаем, что иногда бизнес важнее церемониальных тонкостей.
   Он стоял передо мной, ожидая, – улыбчивый, приветливый. Настала моя очередь показать, что мы – не деревенские олухи. И церемониальные тонкости нам тоже известны.
   Я освободилась от рук Мики и Натэниела:
   – Милости просим, Огюстин, мастер города Чикаго.
   Жан-Клод описал мне всех, и потому я точно знала, с кем говорю.
   Но это и все, что я знала точно.
   Как правило, мастера вампиров стараются быть страшными, или загадочными, или сексуальными. А этот улыбнулся так, что даже клыки показались, и сказал:
   – Огги. Друзья зовут меня Огги.
   Волосы у него были светлые, коротко стриженные, но все же вились мелкими тщательно уложенными кудрями. Прическа не соответствовала костюму и манере.
   Мою протянутую руку он взял осторожно, будто я была слишком хрупкой для прикосновения. Так многие слишком мускулистые мужчины делают. Обычно это меня достает, но сегодня вполне устроило.
   Огги перевернул мою руку и начал подносить ее ко рту. Я ее не поднимала – это кончается тем, что случайно стукнешь собеседника по лицу. Руку, которую поднимают ко рту, надо держать пассивно: я натренировалась уже с Ашером и Жан-Клодом. Огюстин был мастером города, а я – всего лишь слугой-человеком. Будь здесь Жан-Клод, то запястье протягивал бы Огюстин, но официально я уступала ему по рангу, так что предлагать должна была я.
   Он склонился над моей рукой, одновременно подняв на меня глаза – темно-серые, почти черные. Но это были просто глаза, и я спокойно в них смотрела. Мало кто из мастеров привык, что люди на такое способны. У Огги глаза несколько расширились, и, наверное, моя улыбка из приветственной стала слегка самодовольной. То, что я безнаказанно могла смотреть ему в глаза, вызывало у меня приятное чувство. Я себя чувствовала как-то больше собой.
   Губы Огги изогнулись едва заметной, какой-то тайной улыбкой – совсем не такой широкой, которой он меня приветствовал. Он приложил губы к моему запястью, туда, где кровь бежит под самой кожей. И как только он коснулся губами руки, поцеловал ее, искорка силы пробежала по моему телу, стянула все интимное внизу, стянула так быстро и так сильно, что у меня перехватило дыхание, и я пошатнулась.
   Уловив движение позади меня, я тут же покачала головой:
   – Нет-нет, все в порядке.
   Я почувствовала не глядя, как все, стоящие позади, отступили на шаг – глаза мои смотрели только на вампира, склонившегося над моей рукой. Я не отодвинулась, я смотрела ему в глаза, пока они не почернели, как небо перед грозой, перед тем, как оно рухнет и снесет все, чем ты владеешь. Но я была не просто слуга-человек, черпающий всю свою силу из связи с Жан-Клодом. Я к нему пришла уже с некоторым иммунитетом от взгляда вампира, и то, что я сделала дальше, было моей силой, моей магией. Некромантией.
   Чуточку силы я пустила вниз по руке, по коже, как отталкивают кого-то, кто вторгся в личное пространство. Я ему сказала – метафизически: отойди.
   Он убрал руку, опустил этот непонятный серый взгляд и выдохнул с резким звуком.
   – Приношу свои извинения, что моя небольшая демонстрация силы вызвала у вас дискомфорт, но я пытаюсь вести себя прилично, миз Блейк. Вынуждать меня к дальнейшему ее проявлению может быть неразумным.
   Договорив, он поднял лицо, и оно не было уже юношески-приятным или симпатичным в обычном смысле – оно было просто прекрасно. Костная структура намного тоньше, чем была минуту назад. Глаза – в обрамлении кружева темных ресниц. Если бы я последние несколько лет не смотрела в глаза Жан-Клода, я бы сказала, что таких ресниц в жизни не видела у мужчины. И только цвет глаз остался прежним – необычайный темно-серый с оттенками черного.
   Я шагнула назад, чтобы оглядеть его с головы до ног. Тело осталось тем же – и изменилось. Он все еще был низкорослым – для мужчины, но костюм сидел лучше. Мне достаточно часто приходилось покупать костюмы для мужчин, чтобы уметь определить дорогую вещь. Костюм был сшит на эту фигуру, а когда низкорослый мужчина достаточно таскает железо, чтобы вот так накачать плечи, костюм приходится подгонять. Но сейчас костюм смотрелся хорошо, изящно и стильно, а не пригнанным кое-как.
   Этот вампир использовал ментальные игры, чтобы выглядеть не таким красивым и более ординарным. Я-то хотела всего лишь прекратить его действия, напоминающие метафизическую прелюдию к сексу, а вместо этого лишила его камуфляжа.
   Я покачала головой:
   – Видала я вампиров, которые тратили энергию, чтобы казаться страшнее, но чтобы казаться обыкновенными – никогда.
   – Да, – прозвучал женский голос, – почему ты так себя прячешь, Огюстин?
   Я посмотрела на женщину, прилагавшуюся к этому голосу. Она сидела на белом двойном кресле, умостившись там с единственным другим вампиром в этой комнате, от взгляда которого у меня пошли мурашки по коже. Он был темноволосым, темноглазым и красивым в обыкновенном смысле. После взгляда в лицо Огюстина даже нечестно было бы сравнивать. Но я знала, кто это.
   – Милости просим, Сэмюэл, мастер города Кейп-Кода. Я, слуга-человек Жан-Клода, приветствую тебя и твоих спутников в городе Сент-Луисе.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

Поделиться ссылкой на выделенное