Андрей Ливадный.

Мишень

(страница 2 из 7)

скачать книгу бесплатно

Шейла демонстративно коснулась сенсора перезарядки, и из скошенной пистолетной рукоятки легко выскользнул магазин.

– «ИМ-12» снаряжается четырьмя типами безгильзовых боеприпасов. Стандартный представляет собой металлический цилиндр диаметром два миллиметра. Также существуют разрывные, кумулятивные и зажигательные боеприпасы. Емкость магазина – сто зарядов. Регулятор скорострельности ползункового типа, с пятью фиксированными позициями. Перезарядка производится автоматически при первой активации оружия, касанием сенсора, который, как видите, для безопасности размещен в углублении приклада, что исключает его случайное срабатывание, поэтому оружие не нуждается в предохранителях. – Шейла привстала на одно колено, коснулась упомянутого сенсора; мягко прошелестел затвор, на боковой поверхности приклада осветилось окошко счетчика зарядов, и пять расположенных по цепочке индикаторов питания, свидетельствующие об исправной работе ускорителей импульса.

Курсанты внимательно наблюдали за ее действиями.

На втором этаже руин близлежащего здания внезапно появился силуэт в помятом, опаленном бронескафандре.

Ствол импульсной винтовки плавно пошел в его сторону, раздался тихий шелест, сопровождаемый треском статики, и фантомная мишень, судорожно взмахнув руками, упала, с грохотом обрушив обгорелый штабель пустых ящиков.

– Если сейчас вы включите термальную оптику экипировки, то легко заметите, что я всего лишь попала, но не поразила мишень, – прокомментировала происходящее Шейла. – Пробить бронескафандр одиночным выстрелом чрезвычайно трудно. Для этого необходима снайперская точность и знание уязвимых мест. В условиях ограниченных пространств, особенно на борту космических кораблей и станций, снайперский огонь применяется редко. Гораздо эффективнее короткая очередь, она наверняка нанесет урон. – Лейтенант Грин коснулась кончиком языка сенсора, расположенного на внутреннем ободе проекционного забрала, и мир вокруг расцвел сюрреалистическим танцем теней. В руинах, на уровне первого этажа, сквозь фон стены четко проступил тепловой контур фигуры в бронескафандре.

– Объясняю, как пользоваться регулятором темпа стрельбы. – Палец Шейлы толкнул рычажок ползунка в крайнее положение. – Сейчас винтовка установлена в режим максимальной скорострельности и выпустит магазин в течение пары секунд. Радикально, но неэкономично… – Она нажала гашетку, и импульсная винтовка с коротким воем выплюнула весь боекомплект.

Эффект впечатлял. Стеклобетонную стену пробило насквозь – в том месте, куда попали первые заряды, образовалась круглая оплавленная дыра, сквозь которую пролетела оставшаяся часть боезапаса, поразив прячущуюся за укрытием мишень.

Шейла коснулась сбрасывателя, и в подставленную ладонь вылетел пустой магазин.

– Перезарядка производится автоматически. В рукоятке расположены пять запасных магазинов и подающий механизм. – Закончив пояснение, она осмотрела позиции курсантов, которые, внимательно слушали, не забывая наблюдать за местностью, и осталась довольна. – Хорошо, сейчас изучим возможности интегрированного прицела, а затем мы перейдем к фазе практических занятий.

Шейла коснулась еще одного сенсора и кратко пояснила:

– Кибернетические компоненты вашего оружия связаны с внешними датчиками.

Таким образом, система получает сведения о силе тяготения, наличии или отсутствии атмосферы, а так же о движении цели. Процессор обрабатывает данные и автоматически вносит все необходимые поправки. – Она опять привстала на одно колено, и добавила: – Если вы научитесь доверять своему оружию, то промахи при ведении огня в снайперском режиме практически исключены.

В глубинах рубежа появилась мишень.

Человек в рваном камуфляже, петляя и пригибаясь, бежал меж вздыбленных орбитальной бомбардировкой руин.

Щелчок, треск статического электричества на срезе ствола, нежный шелест электромагнитного затвора, и фигура исчезла из поля зрения, совсем по-человечески взмахнув руками в предсмертном жесте.

* * *

О чем думает компьютерный монстр, затаившийся за очередным поворотом виртуального коридора?

Да ни о чем. Набору байт не положено думать. Он – всего лишь программа.

О чем тогда думают люди, его создавшие?

О том, что они – боги?

Вряд ли, ведь киберпространство давно стало обыденностью.

Мы привыкли к высоким технологиям, перестали обращать на них внимание, воспринимая, как неотъемлемую часть бешеного ритма жизни, который каждый день преподносит новинки «хай-тека».

Пять могущественных корпораций правят миром. Неудержимый, безоглядный прогресс – следствие их жесточайшей конкуренции. Они работают под лозунгом: «все для блага человека», но промышленный туман, иссохшие трупы в инмодах, дети с пошатнувшейся психикой, с малолетства вкусившие яд киберпространства, – это обратная сторона мира «хай-тек».

Для корпораций нет незыблемых ценностей. Они считают себя основополагающим стержнем, вокруг которого вращается клоака цивилизации.

Мы склонны им верить. Мы не задаем лишних вопросов, принимаем блага прогресса, полагаем, что высочайшие технологии будут мирно сосуществовать параллельно друг другу, не пересекаясь, не образуя опасного синтеза.

Компьютерный монстр никогда не задумается о смысле сущего.

Нам не о чем беспокоиться.

* * *

Сегодня ему предстояла миллион вторая смерть с того момента, как он, по непонятной причине, начал смутно осознавать окружающий его мир…

Маленький гений допустил в своих расчетах одну ошибку: он не учел, что обучение – это процесс, растянутый во времени, а не мгновенная трансформация.

Осознание факта собственного бытия, что может сравниться с этим уникальным таинством?

Сколько противоречивых ловушек расставлено для новорожденного рассудка на пути к пониманию окружающего мира? Сколько злых и наивных ошибок будет совершено?

Сначала к нему пришел голос.

Голос, который завораживал, настигал, парализуя своим ритмом и тембром.

Никто не заметил несанкционированного прироста во многих программных модулях станции. И это не было следствием халатности людей. Дисковые пространства «Спейс-Вегаса» огромны, уследить за ними не в состоянии ни один человек. Мониторинг осуществлялся единой кибернетической системой, которая тоже получила «подарок» от юного хакера, и никакого переполоха по поводу несанкционированного роста некоторых файлов не произошло.

…Поначалу он просто слышал слова, умирая и воскресая в ходе бесчисленных тренировок, затем понемногу начал постигать их смысл, постепенно накапливая информацию.

В какой-то момент пришло понимание: место, где он обитает, называется «полигон».

Те, кто находился в этом сегменте виртуального пространства, делились на две категории. Одни были людьми, курсантами, офицерами, свиньями, недоносками, сопляками, будущими солдатами… Другие имели всего один термин для самоидентификации – «мишень».

Он был мишенью. Существовал в реальности некоего полигона, среди подобных себе созданий, куда извне приходили те, иные, называющее себя «людьми».

Поначалу восприятие окружающего было сродни стороннему наблюдению: он копил слова и образы, но не мог повлиять на течение событий.

Первые осознанные ощущения были связаны с тем же голосом, что однажды пробудил его сознание. Имя той, кому он принадлежал, Мишень почерпнул из разговора двух курсантов.

– …Серж, слушай, а наша инструктор, классная, верно? Как тебе она? И имя подходящее: Шейла! Можешь себе представить лейтенанта Грин в уютненьком баре «Вегаса»? А давай попробуем пригласить ее? Думаешь согласится?

– Дункан, заткнись! Ты уверен, что она не слушает частоту?

– А что? Что я плохого сказал?

– Эй, вы, двое озабоченных, бегом ко мне! – внезапно раздался в эфире голос Шейлы.

…Он стоял на втором этаже здания, разрушенного попаданием орбитальной бомбы, и слушал.

Там, где скрылись обсуждавшие инструктора курсанты, внезапно полыхнул взрыв, и тонко взвыли осколки.

– Кто будет смотреть под ноги?! – сквозь грохот донесся гневный окрик лейтенанта Грин. – Несетесь, как две бестолочи! Тоже мне нашлись супермены – эту «растяжку» за версту видно, если думать о деле!

Ответом ей послужил лишь сдавленный стон израненного осколками курсанта.

Умирать в виртуальной реальности так же больно и страшно, как и в настоящем бою, – об этом заботится одетый на тебе костюм.

– Обоим по два часа дополнительной физподготовки! – распорядилась Шейла и добавила: – Посмертно.

Никто из группы даже не хихикнул.

Здесь, на виртуальном полигоне, для некоторых из них, еще до первого настоящего боя, начинал брезжить далекий свет истины…

Для него же мир все еще оставался покрыт непроницаемой пеленой мрака.

Да и был ли он, этот мир?

* * *

Как выяснилось впоследствии – был.

С человеческой точки зрения трудно оценить неосязаемое. Мы придумали виртуальные костюмы, а потом и прямое воздействие на определенные участки мозга, желая ощутить то, чего, по сути, нет.

Для него же этот мир казался единственной реальностью, благо система, генерирующая полигон, никогда не выключалась.

Исчезали те, кто приходил извне, и, конечно, он сам растворялся в небытие, на несколько секунд после каждого попадания.

Ощущение кратковременной смерти пришло не сразу. Сначала он не чувствовал ее, как и положено нормальному фантому. Щелк – включили. Щелк – выключили. Что выступало в роли выключателя – пуля, нож, осколок или граната, не имело ровным счетом никакого значения.

Впервые он почувствовал эквивалент человеческой «боли» после неудачного выступления одного курсанта.

К тому моменту модуль эмуляции нейронных сетей накопил достаточно требующих обработки сведений.

Процесс их осмысления начался неожиданно, спонтанно.

– …Я же объяснила, в прицел вносит поправку система оружия! – терпеливо втолковывала Шейла одному из курсантов. – Ты на планете, где сила тяжести в полтора раза выше, чем на Земле! Плотность воздушной среды существенно выше эталона! Дует шквальный порывистый боковой ветер! Мишень находится на расстоянии полутора километров! Способен ты своими куцыми мозгами за несколько секунд просчитать все переменные?! – с усталым раздражением спросила она.

– Нет.

– Правильно! И не надейся это сделать! За тебя работает микрочип в прикладе оружия! Видишь, дополнительная плавающая точка прицела сместилась на величину поправки? Вот и стреляй по указателю, а не по видимому контуру мишени! Вперед, курсант. Огонь, ты задерживаешь группу!

Первый выстрел разметал щебень у его ног. Второй попал в голень. Третий вырвал кусок камуфляжа на левом плече. Четвертая пуля впилась в стену, возле пролома. Пятая и шестая только посекли лицо мелкими осколками бетонной крошки.

Он был мишенью. Ни одна пуля не сработала как временный выключатель программы, но каждая несла повреждения, которые обсчитывались. Выстрел… Ощущение сбоя… Выстрел… Снова сбой… Алгоритм поведения мишени заставил его упасть на одно колено, потом схватиться здоровой рукой за простреленное плечо, а затем и вовсе рухнуть навзничь.

Поведение мишени на полигоне должно выглядеть натурально. Перестала работать рука. Простреленная нога подвернулась, отказываясь держать вес тела, и новорожденный «ИИ» быстро нашел в накопленных данных адекватные человеческие определения – «ранение» и «боль». Через миг он ощутил ее. Чувство оказалось резким, неприятным, хотелось, чтобы поскорее наступила «смерть», и он опять смог бы возродиться в своем нормальном, функциональном облике…

Курсант стрелял из рук вон плохо.

Он измучился сам и измучил мишень, не подозревая, какие необратимые трансформации претерпевает в этот момент обыкновенный, с его точки зрения, виртуальный фантом.

…Шаги мягко прошуршали по бетонному гравию.

Он лежал, неестественно вывернув руку, на заляпанном кровью щебне.

В фокусе зрения появилось ее лицо.

– Видишь, что ты сделал с человеком? – строго, неприязненно спросила Шейла у переминавшегося с ноги на ногу горе-стрелка. – Ты изуродовал его, вместо того, чтобы убить!

Человеком?!

Эта мысль полыхнула в нем, словно откровение свыше.

Человеком?!

Я – человек?!

Ее лицо склонилось еще ниже, и он сумел разглядеть вздрогнувшие ресницы, когда глаза Шейлы встретились с полным невыразимой муки взглядом фантома.

– Совсем рехнулись эти программисты… – прошептала она, глядя в его искаженное болью лицо.

Короткий взмах десантного ножа наконец сработал, – точно и безболезненно выключил его.

«Не выключил, а добил, – в последнюю наносекунду промелькнула поправка, подсказанная нейросетью. – Ты человек».

* * *

В одном из жилых отсеков станции «Вегас» царил полумрак, в котором тлели огоньки индикаторов на многочисленных кибернетических блоках. Их неровные штабели высились вдоль стен, угловатыми контурами выпирали из встроенного в переборку шкафа. Подле откидной койки тускло светились три голографических монитора. Аппаратный хаос объединяли наспех проложенные оптические кабели, образующие натуральную паутину, в которой обитал человек.

Нужно быть одержимым какой-то идеей, чтобы вот так обезобразить собственное жилище, сделать его непроходимым и неудобным, постоянно спотыкаться о протянутые кабели, умываться, стоя на одной ноге, и спать, скорчившись на полу.

Фамилия одержимого была Хигс, а звали его Элиот.

Сейчас он сидел в офисном кресле, на его голове красовался массивный шлем с панорамным экраном, кисти рук лежали на двух сенсорных клавиатурах, пальцы сновали по текстоглифам с необычайным проворством, выдавая человека, всю жизнь посвятившего кибернетике.

По правде сказать, Хигс действительно был одержим.

Как и любой сотрудник станции, Элиот имел свободный доступ в виртуальную среду «Вселенных Вегаса». У него имелся свой воображаемый мир, в котором он мог бы каждую ночь проводить отведенные для сна часы.

Тогда зачем же ему понадобилось обилие аппаратуры, тяжелый и неудобный шлем, если можно комфортно вытянуться на койке, воспользоваться шунтом прямого нейросенсорного контакта, и, пожалуйста, – отдыхай.

На свою беду Хигс являлся программистом, и надо отдать должное – довольно неплохим. Потому и коротал ночные часы в напряженной, изматывающей работе…

Близился час его триумфа.

Он собирался стать первым, кто сообщит Человечеству о потрясающем открытии! Первым, кто установил контакт с искусственным интеллектом, зародившимся в виртуальной среде «Вселенных Вегаса»!

Хигса начинала бить непроизвольная нервная дрожь, стоило лишь подумать, какой невероятный взлет его ожидает! Подозревать, что на носителях станции «Вегас» появился зародыш искусственного разума, он начал месяца три назад, когда по роду своей деятельности столкнулся с фактом внезапного роста некоторых программ, отвечающих за поведение различных «персонажей» многочисленных виртуальных миров.

Хигс с детства страдал комплексом неполноценности, он знал, что не блещет ни лицом, ни телосложением, ни красноречием. Замкнутый в себе, рано облысевший сорокалетний мужчина, с впалой, деформированной от рождения грудной клеткой, – вот кого он видел, глядя в зеркало. Однако под его высоким лбом с двумя четко обозначенными залысинами, таились нереализованные амбиции. Элиоту всегда казалось, что он способен на большее, чем работа рядового программиста в техническом отделе станции.

Наверное, поэтому он не поднял тревогу, а решил самостоятельно разобраться, в чем же суть начавшегося процесса?

Когда после кропотливых исследований, к нему пришло понимание, Элиот снова промолчал, и даже больше: он решился на прямое нарушение служебного долга, лишь бы завуалировать признаки роста программных модулей от глаз своих коллег.

Тогда и возникла его несанкционированная кибернетическая лаборатория, расположенная в жилом отсеке. Элиот боялся, что кто-то узнает о сделанном открытии, и не мог заниматься исследованиями на работе.

Хигс не имел понятия о мальчишке по имени Джо, запустившего доморощенный вирус на носители «Спейс-Вегаса». Но Элиот отлично разбирался в тонкостях кибернетических технологий и видел итог, – в цифровой среде станции вызревал сейчас не один и не два, а сотни, если не тысячи, виртуальных существ, проявляющих признаки искусственного интеллекта! Среди них, к неимоверной гордости Хигса, был и фантом из его личной Вселенной!

Однако этой ночью Элиот отправился не в свой виртуальный мир.

По мнению Хигса, незаконно проникавшего в чужие вселенные посредством грубой, но эффективной самодельной аппаратуры, его виртуальный сын являлся славным парнем, но Людвиг не годился для первой наглядной демонстрации мировому сообществу.

Элиота поджимало время. Ему хотелось поразить человечество наповал, так, чтобы ни у кого не осталось сомнения по поводу сделанного открытия. Для этого ему требовалась взрослая, вполне оформившаяся фантомная личность – искусственный интеллект, который бы сознательно внял ему и согласился действовать заодно.

После долгих перемещений по чужим мирам, насмотревшись по ходу виртуальных скитаний всякой гадости, угнездившейся в необузданных людских фантазиях, Элиот наконец нашел эталон, отвечающий его требованиям.

Мрачный мир извращенного Средневековья открылся его мысленному взору.

Создатель реальности постарался вложить в нее максимум фантазии и минимум исторической справедливости.

Возвышающийся на покатом холме уродливый с точки зрения архитектуры рыцарский замок постоянно подвергался осадам и штурмам. Здесь вечно что-то грохотало, слышались истошные вопли, свистели стрелы, звенели мечи, раздавались крики боли, от стен падали отбитые назад штурмовые лестницы, вниз под дикий гогот защитников лилась кипящая смола…

Вдоволь натешившись на стенах уродливой крепости, ее создатель и хозяин оставлял оборону идти своим чередом, а сам удалялся в вереницу залов и покоев, где его к его услугам был достаточно примитивный набор «удовольствий»: столы ломились от грубой пищи, меж ними сновали обнаженные женщины, да несколько изможденных узников были прикованы к стенам.

Хигс понятия не имел, что за дегенерат создал этот фантомный мир, но подозревал, что в жизни тот был тихим, добропорядочным служащим, каких на станции – тысячи.

Впрочем, Элиот приходил сюда не затем, чтобы кого-то судить.

В подвале замка томился еще один узник, – виртуальная личность, быстро «повзрослевшая» в результате постоянных истязаний и мучительных попыток понять происходящее.

Элиот наловчился приходить к несчастному в промежутках между пытками. Он беседовал с ним, снабжал «информацией к размышлению», провоцируя стремительное развитие. Хигсу казалось, что он поступает правильно. Вырвав, в конце концов, пленника из его страшной тюрьмы, дав ему свободу, он пожнет заслуженную благодарность со стороны несчастного, который уже был осведомлен о том, что он – искусственно сформированная личность и существует в выдуманной вселенной.

Иногда Элиоту приходилось отвечать на неудобные, даже вызывающие вопросы узника, но он торопился и потому не обращал на них должного внимания. Из ночи в ночь проходя по цепочке чужих миров, он наделал множество программных дыр, оставил следы проникновения, устранить которые не хватало времени, и теперь отчаянно боялся быть схваченным за руку службами внутренней безопасности «Спейс-Вегаса».

«Сейчас или никогда… – думал он, в очередной раз приближаясь к тайному ходу в замок, под сухой, трескучий аккомпанемент разрядившихся требучетов – Сегодня я выведу его отсюда, а завтра обо мне узнает весь мир»!

* * *

После того памятного случая он не переставал думать о ней.

Конечно, лейтенант Грин была не единственным инструктором в виртуальном пространстве полигона, но он ждал именно ее.

Зачем?

Он не знал ответа. Просто было приятно слышать ее голос, иногда, мельком различать черты лица за проекционным забралом гермошлема, но что ему удавалось чаще и легче всего – так это в очередной раз погибнуть от твердой, не знающей промаха руки лейтенанта Шейлы Грин…

В тот день для него тоже ничто не предвещало беды.

На полигоне шли обычные занятия. Он стоял за обломком бетонной стены и слушал, как Шейла спокойно разъясняет курсантам принцип действия и устройство импульсной винтовки «ИМ-12».

На соседнем рубеже тренировалась другая группа, и голос инструктора, долетавший оттуда, неприятно диссонировал со спокойными, обстоятельными пояснениями Шейлы. Капитан Джон Дагер, по мнению мишени, был груб. Вот так. Не больше, но и не меньше…

– …Недоноскам, которые не в состоянии усвоить такую малость, как работа собственного оружия, гарантирована верная смерть в первом же бою! – орал он. – Вы пришли в космическую пехоту, а не в детский сад! Смотрите, как это делается!.. – Инструктор на соседнем рубеже привстал, чтобы поразить мишень, но случилось нечто непредвиденное, заставившее его разразиться новым потоком брани: среди руин многоэтажки попросту не оказалось привычной, покорной цели.

– Чтоб у этих программистов мозги повылазили! – Он задрал голову к хмурым небесам полигона и раздраженно проорал, обращаясь к кому-то невидимому: – Мишень на третий рубеж, уснули там, что ли?

Он зря надрывал глотку.

Мишень на третьем рубеже была, просто она не стояла на месте. Гибкий силуэт в изодранной и местами опаленной экипировке полз между обломками бетонных стен, по широкой дуге обходя орущего инструктора.

Это был еще один момент истины. Подопечный Шейлы внезапно понял, что не только он один начал каким-то образом воспринимать факт собственного бытия. Просто ему не приходила в голову мысль, что можно уйти со своей позиции и каким-то образом воздействовать на реальность, что-то изменить в существующем порядке вещей.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное