Light Smoke aka Дым.

Записки на краях шарфа

(страница 4 из 29)

скачать книгу бесплатно

Бухали-бухали, потом двумя маршрутками поехали на Синее озеро. Алкобезумие набирало обороты, синяя синь и синее уж некуда. Я вдрабадан пошёл купаться, упал на мостках, разбил в мясо бровь – кровища хлещет. Мы выпили всю водку – хозяевам пришлось бегать за ней в соседний кабак. В Ростове я тогда первый и пока единственный раз в жизни ел лягушек. Несколько человек отрубилось до полной потери сознания, валялись кто где. Когда мы уходили, я оглянулся и увидел, что полыхает прибрежный тростник: кто-то его поджёг! Ад…

Жаба постоянно покупал пиво «Дон» ящиками. Оно пилось везде. Первыми в очередную снимаемую маршрутку степенно заходили ящики с пивом, затем загружалась мафия.

На местном пляже приключилась занимательная встреча. Мы лазили по окрестностям, купались… Нарисовывается Скинс. Грустный, с перебинтованной рукой. Спрашиваем:

– Что случилось-то???

– Э-э-э, – говорит – приколите, какая жесть вышла… Купались мы на карьере, там обрыв здоровый, и отчего-то мне сразу подумалось, что с края этого обрыва будет классно посидеть-подумать! Сказано – сделано. Сижу, делаю дело, и вдруг подо мной всё резко осыпается! Упал вниз, прилетел раньше собственного дерьма, вывихнул руку…

Из Ростова мы ехали проходящим поездом «Ростов – Баку». Этот поезд нужно было назвать «Кошмар скина»! В поезде русских было всего 13 человек: 10 нас и 3 мента; Федя с Тараканом при этом ехали по вписке. Весь остальной поезд – Азербайджан на колёсах!

Тут же к нам подвалили проводники:

– Давайте вы нам теток поиметь дадите – мы вам поляну накроем!

В итоге вместо накрытой поляны Жаба бегал за одним из проводников по поезду с ножом в руках и криками:

– Иди сюда, сука!

В поезде было и правда совсем некомфортно. Стрёмно с ними. Стоишь в тамбуре, куришь – они подходят, начинают экспрессивно чего-то грузить по ихнему: «Хачкермуладжамулах».

И вот думаешь – он тебя сейчас послал и стоит улыбается, или чего-то там просто спросил?… Возникает агрессия. Вокруг орда иностранцев, в воздухе тяжелые для меня запахи и тарабарская речь. Один из самых омерзительных железнодорожных трансферов в моей жизни!

Остальная часть выезда прошла намного более спокойно.

Защита дома (Федос)

Поехали мы однажды в Подмосковье, к знакомой на дачу. Маугли, я со своей девчонкой, ещё одна девчонка из местных и Мал, который просто за компанию поехал с нами.

Зима, ночь, деревня, изба. Сидим мы в ней, а к этим девкам заходит компания местная – типа заглянули на огонёк. Человек шесть типанов и бабы местные. Я даже не понял, как всё понеслось: мы сидим в комнате, бухаем – вдруг бац-бац-бац, начинается махач… Эти гопники нас давай месить; мы все сидели, а они стояли. Сначала я даже не успел встать с кресла. Закрылся, а они же не могут бить всё время. Поколотили, поколотили, отошли.

Маугли, как был в одних трусах, тут же вскакивает и отчаянно прыгает на них с воплем «РУССКИЕ, ВПЕРЕД!». Я тоже вскакиваю и начинаю их лупить.

Мал тоже вскочил, но его рубанули почти сразу, хотя дрались наши соперники абсолютно по-колхозному.

Дерёмся, в крови все, они на дерьме вдобавок. Две их тёлки поленья в руки взяли и давай нас поленьями этими колотить. Ад.

Невесёлый расклад, но мы-то – психи. Выбиваем их из комнаты на террасу – там они уже облажались. В замкнутом пространстве умение драться значит больше, чем количество нападающих. Не нокаутирующие удары, конечно, были, но лица им мы нормально расколотили.

В апофеозе выгоняем их на крыльцо, одному из них я в угаре руку об косяк сломал. Такая затея: они не решаются в дом заходить, мы закрылись, всевозможное г*вно в окна летит, погром.

Параллельно развивался другой кровавый экшен. Лене одна из баб, которая против нас была, орёт:

– Лена, ты прошмандовка!

Лена хватает банку огурцов, орёт ей в ответ:

– Заткнись, шлюха!

И банку ей о жбан – бах! Банка вдребезги… короче, всем весело, все отдыхают.

Деревенские на улице подожгли дом с задней стороны. Шторы полыхнули пламенем, тюль загорелся… но потухло – зима была всё-таки. Потолок закоптился. Мы тоже в ответ в окна швырялись, осознавая, что ситуация дерьмо – ночь-полночь, мобила тут не ловит, пердь, стая местных орков, мы в кровище. ХЗ, чем закончится.

Маугли берёт колья и суёт в печку, говорит, сейчас ими оборону держать будем. Я хохочу. Сразу внутренне приободряешься от такого зрелища.

А у тех, на улице, уже запал пропал. Кричат:

– Москвичи, выходите, поговорим.

Подумали… Ну ладно, выйду к ним. Выхожу – стоят помятые, один за руку держится. Нормально мы им щщи понабили.

Они начинают качать:

– Слышь, да мы ща можем вас убить, вы не дойдете до станции.

Я им:

– Да-да-да, базара нет…

А у самого в голове:

– Ща, доберусь до мест с сотовой связью, и ты узнаешь ярость хулиганов!!!

Разошлись.

Там ещё прикол такой был – со спиной я встрял. Дом этот был очень холодный, мы там побили ещё всё, сквозняки дикие, может быть, это дало осложнение. Я с утра просыпаюсь – мне всё хуже и хуже, вечером на вокзале еле с лавки встал. Приезжаю домой пьяный – там ремонт, мать кричит:

– Ты дармоед, шляешься, бухаешь … обещал же помочь с ремонтом!

Я говорю:

– Мам, извини, не могу мусор вынести, у меня со спиной что-то…

Она не поверила – скандал, вырубаюсь. C утра просыпаюсь и ног не чувствую, не могу с боку на бок перевернуться, боль дикая в спине… месяц промучился так, потом прошло само собой.

Ещё прикол был с ответкой.

Бить этих парней мы ездили дважды. Первый раз не доехали, потому что Гнус улетел в кювет. Я ехал в той машине. Мы впятером садимся в тачку, он говорит:

– Пацаны, я два дня назад права купил, если кто умеет – садитесь, мне не жалко…

Мы переглянулись – никто не умеет. Поехали с Гнусом за рулём.

Первым тревожным звоночком через 15 минут стал короткий жалобный хруст пластмассы – мы сшибли зеркало не особо крутой машине, но по итогу разъехались без взаимных претензий.

Едем, шоссе. Ещё в пути я заметил, что наш водитель зеркалами практически не пользуется, и вот мы разворачиваемся, и я вижу, что на нас летит КамАЗ… а мы под КамАЗ… я ору: «Миша-а-а!!!

В этот момент нас бьёт в заднее правое крыло, и мы юзом улетаем на обочину, сбив столбик 55 км…

В общем, в первый раз разборка не задалась.

Во второй раз всё же добрались до них и накрыли их в их же логове, было весело. С бейсбольными битами и криками «работает московский ОМОН». Раздолбали им музыкальный центр, телевизор, всё подчистую разбили, всех поколотили, шлюхи их визжат. Жалко, их мало было, всего четверо, один ещё умудрился так ловко шифрануться, что его не заметили. Помещение небольшое было, нас туда человек пятнадцать залетело, хз, как его не заметили, за тётками, что ли, спрятался… повезло парняге, бывает.

Апельсиноруб (Паха с Маленковки)

В этот день в городе был футбол. 90-е, мы ехали с какого-то мячика. Восемь человек. В метро зашли в вагон – свободных мест было немного. Уже тогда мы были немного подкованными: не кучковались, не вели себя как дебилы и старались не привлекать внимания – рассредоточились по вагону.

На одной из остановок в вагон зашли трое крепких ребят и подошли к отдельно стоящим Фунтику и Сафону: они выглядели из нас всех наиболее похожими на футбольных хулиганов. Фунтик и Сафон стояли около дверей, а эти парни их обступили полукругом. Я сидел в метре от них на лавке напротив, с краю у входа, и прекрасно слышал завязавшийся разговор. Стандартный, в принципе, набор вопросов, чтобы понять, за кого болеет собеседник.

– Чё, ребят, как ЦСКА сыграл?

Я напрягся и переглянулся со всеми – во взглядах парней читалось:

– Ух ты! Весело! Сейчас посмотрим, что будет!

Стягиваемся со всего вагона и встаём сзади, вторым полукругом окружая стоящих. С нашей стороны следует вопрос:

– Кто такие, чьих будете, из какой фирмы?

На этот вопрос самый здоровый из них отвечает:

– Clock Work Orange, слышали? Заводные апельсины. Я – Т****!

На этой фразе он получил с локтя в голову от Яузы. Я занялся другим оппонентом и краем глаза заметил, как Яуза завалил здоровяка. Откуда-то в руках Саши появилась бутылка – он принялся долбить его донышком бутылки по голове с криками:

– Запомни, меня зовут Яуза!!!

Мы растащили в стороны остальных и начали их колотить при абсолютном невмешательстве населения. Я и ещё двое парней окучивали спортивного вида здоровяка – он сразу нахватал сильных подач, но был упёртым – так и остался стоять на ногах. Перегон от «Проспекта Мира» до «Рижской» мы их лупили, одержав решительную победу.

На «Рижской» вышли с ними на платформу. Парня, которого я колотил, звали Рома – он был приписным у апельсинов, гонял с ними на рубки. Он попытался с нами забиться, но по итогу ответная драка не состоялась: CWO не захотели этой встречи и сказали Т**** что-то из серии:

– Ну ты и м*дак! Надо же было так лохануться…

Аргумент из рюкзака (Сафон)

На каждом из выездов кто-то из наших, или все мы разом колотили каких-либо гопников. Так выходило. Один из хитов, связанных с подобного рода времяпровождением, произошёл в Новороссийске. Это был мой третий выезд, 1998 год. Надо было уже идти на стадион – мы «заливались» на пляже.

Маугли поднимает войско:

– Давай-давай, подъём, пора на мяч!

Тут кто-то из наших прибегает на кипише:

– Братва! Трабл! Там гопари местные! Их там тьма, все на г*вне! Что делать?!

Маугли:

– А что делать-то? Надо идти! Собираемся!

Тут же он начинает из своего рюкзака доставать какие-то вещи, отдает их кому-то. У него такой обычный холщовый рюкзак был – «Смерть туриста» такие рюкзаки называли. Потом идёт по пляжу и начинает собирать камни, отдавая предпочтение увесистым булыжникам. Кладёт в рюкзак один, два, три булыжника, пять, шесть. Затянул. Перехватил рюкзак за завязки и лямки рюкзака. В общем, получилась этакая палица.

Говорит какому-то парню:

– Ну, чего тебе?

Маугли ему рюкзаком по хребту – БАХ! И спрашивает:

– Ну как, больно?

Тот в ответ:

– Аааааа! Уууууу!!! Них*я себе…

Маугли что-то про себя прикидывает и добавляет ещё пару булыжников.

– Теперь пошли!

Я впечатлился практической жилкой Маугли, а из того трабла мы вышли без особых проблем и без потерь.

Куплю коня (Федос)

Была у меня одна подруга. Любовь была у нас с ней, все дела. Лошадей она любила – ну очень хотела свою лошадь. Мне было на тот момент 18 лет, мы жили вместе – такие вот ранние отношения.

В общем, говорит она мне:

– Лошадь хочу, не могу… мне край без лошади по жизни…

Настоящую лошадь хочет… Я целеустремлённо полез в Интернет наводить за лошадь справки – чё почём, где приобрести; тогда уже Интернет был у кореша одного: зашёл на огонёк к нему. Покопался. Неприятно поразился цене…

Выяснилось, что в городе Починки Нижегородской области есть племконезавод, где разводят лошадей. По прайсу – двушка зелени. Вариант был, в принципе, приемлем – около 800 долларов давала девушка, да и плюс она давай мне по ушам чесать, какое же лошадь нереально крутое животное, будет аншлаг, от денег отбиваться, мол, придётся ещё. Ты, говорит, только выйдешь с ней к метро «ВДНХ» – к тебе тут же подходить начнут, деньги на корм совать.

Я на всю эту тему, естественно, не вёлся. Я твёрдо знал, что это животное будет только жрать наши деньги, и сразу предупредил её, если будет так:

– Хочешь продавай, хочешь – делай что хочешь, твой геморрой дальше!

Она уверенно так отвечает:

– Да базара нет.

Ладно. Была проработана целая операция и были привлечены дополнительные средства. За лошадью мы поехали на «пятерке» с её батей, обычным кузьмичом. Транспортировать лошадь планировали в КамАЗе, поскольку у подруги был знакомый алкаш в деревне, гордый владелец КамАЗа. Планировали по доскам затащить лошадь в КамАЗ, выстелить дно сеном и доставить несчастное парнокопытное к месту воссоединения со своей будущей владелицей.

Дорога не обошлась без приключений. Останавливают нас в какой-то области гаишники. Батя выходит, трёт с ними – возвращается злой. Едем дальше… Я его спрашиваю:

– Что случилось?

Он, в расстройстве весь такой, куда, мол, всё катится, отвечает:

– Да представляешь, они мне говорят: «Дай сотню! Просто дай! Ни за что… Просто – ДАЙ!..»

Лютые какие-то, лесные голодные гибэдэдэйцы попались…

Город Починки Нижегородской области. Воскресенье. Утро. Приезжаем куда надо. Захолустное здание из кирпича, лошади в загонах стоят, за изгородями бегают, навозом вкусно пахнет – всё как надо.

Заходим на племконезавод. Сидят две рожи: одному лет пятьдесят, другому пятнадцать, оба в телагах, сильно пропитого вида.

– Чего вам? – спрашивают.

Я уверенно заявляю:

– Лошадь хотим купить…

Они на нас уставились круглыми глазами и говорят:

– Это только директор завода решает…

Я в ответ:

– Ну и где директор завода? В чём проблема? Вы что, это ж бизнес. Животное хочу купить!

Дальше выяснилось, что это выходной, что директора сегодня не будет, что у пацанов не было своих мобил, чтобы записать мобилу директора.

Я им говорю:

– Давайте я вам 500 баксов дам и заберу животное методом самовывоза!

Они ни в какую, мол, поголовье посчитано, да и нам нужен был не жеребёнок, а здоровая лошадь. Угнать лошадь? Подумал, прикинул – вообще не вариант. Так и не купил в результате…

Может, и к лучшему. Через полгода мы расстались. А если бы покупка состоялась – точно бы вошла в мой хит-парад наиглупейших вложений лавэ…

Кстати, по итогу через несколько лет девушка всё-таки приобрела себе настоящего коня и, наверное, была счастлива.

Владикавказ 99 (Крыл)

Был апрель месяц, первый выезд. Я пересёкся со своими в Филёвском парке – погнали на выезд оттуда. Первый выезд сезона. Всего на него поехало чуть больше двухсот человек. Перед выездом нас попыталось накрыть мясо, неудачно – их приехало меньше, чем было нас.

В поезде мы ехали сорок три часа, меня потом трясло ещё сутки…

С нами ехал Б.: он пьяный лёг на третью полку и с неё упал вниз, лбом прямо об стол. У него выросла вторая голова! Гематома была таких размеров, что это очень трудно описать словами… Спустя некоторое время она стала такая, что все увидевшие были в шоке – я поначалу сомневался, что после такого удара можно выжить…

Во Владике нас встретили органы правопорядка, усиленные ОМОНом. Чтобы не было кипиша, нас всех посадили в автобусы и повезли к ОМОНу на базу. Это была реально база: они там жили, тренировались. Полный комплекс: казармы, залы с матами, бассейн, столовая, парк с БТРами.

ОМОН был на удивление очень гостеприимен. Каждому человеку дали сухой паёк: бутылка «Дюшеса», печенье, банка тушёнки. Они даже брали в своих палатках водку парням без денег: у них были на местности какие-то точки, которые они могли доить. Фоткались вместе на матах. Всё было замечательно.

Просыпаемся следующим утром, день матча. ОМОНовцы все злые, ходят и орут. Какой-то мудак из наших взял и нагадил у них прямо в душе! Прямо посередине душевой оставил здоровую кучу. Ещё у них был фонтанчик, в нём плавали декоративные красные рыбки. ОМОНовцы их там кормили, разводили. Какие-то злодеи за ночь всех рыбок в фонтане переловили – наутро они исчезли!

ОМОНовцы нам говорят:

– Вы чего, дебилы, что-ли, кони? Мы к вам по-человечески, напоили, накормили – а вы нам душевую обосрали, всех рыбок перехерачили!

Короче, отношения с ними сильно испортились. Накануне вечером был ещё случай – два синих карлика ушли с ОМОНовской базы в город, с рюкзаками. Пошли за пивом. На футболе на следующий день они не появились, и больше их никто никогда не видел…



ОМОНовцы отвезли нас на стадион. Местные швыряли в нас камни. ЦСКА выиграл 0:1 – Хомуха забил с пенальти.

После футбола нас привезли на вокзал и посадили не на поезд, а на какую-то собаку до Эльхотово. Только отъехали – по вагону пошёл слух, что местные гоблины ходят по поезду и кидают наших парней на еду и вещи. Народ подорвался – вычислили этих гопарей. Кидальщиков догнали на платформе на следующей остановке и жестоко избили.

Едем дальше. На следующей остановке началось шоу. Платформа была оцеплена местной милицией, в вагоны ворвались злые опера, все с пушками, дико орут, мат-перемат. Всех приняли: за шкирку, за волосы, за руки, за ноги выволакивали на платформу и укладывали лицом в бетон. Вся платформа постепенно оказалась заполнена лежащими в ряд телами – приняли весь выезд.

Пролежали так мы около сорока минут. Чуть голову отрываешь – сразу окрик:

– Лежать, мразь!

Перед глазами, пока я лежал, бегали по своим мелким делам муравьи – я имел возможность наблюдать перипетии их нелёгкой муравьиной жизни и даже дал многим из них погоняла – всё равно делать нечего.

Менты подогнали автобусы, стали поднимать по одному.

– Встать! Бегом в автобус!

До автобуса надо было бежать метров триста от платформы. Вдоль этого пути успела собраться толпа местных, кавказцы от мала до велика. Вышло всё население. Они узнали, что их парней жёстко отпрессовали наши. Был такой слух, что одного из них убили.

Руки за голову, бегу через живой коридор. Пока бежишь, тебе со всех сторон стараются всадить плюху местные, бьют клюками старые усатые женщины, кидают камни дети. Настроение опустилось ниже плинтуса. В автобус нас запрессовали так, что я думал мне сломают ребра, сейчас задохнусь…

Отвезли в отдел. Отдел имел прилегающую территорию типа «плац», огороженную забором. На эту территорию нас и выгрузили. Местное население стянулось вслед и начало из-за забора наблюдать за развитием событий. Нам показывали ножи издалека и проводили ими по горлу.

Менты тем временем пригнали каких-то трёх женщин на опознание. Типа они ехали в этой электричке и видели всю эту жару из окна. Нас построили буквой П.

Женщины смотрели на нас. Стоишь и думаешь:

– Сейчас она покажет на меня, и привет – сидеть в Владикавказе, какой ад…

Одна из них прошла мимо меня, покосилась, но прошла дальше… «Не он!»

Я облегчённо выдохнул.

Женщины мало кого опознали, оперов это мало устроило. Они заставили нас вытянуть руки. Затем прошли и осмотрели кулаки – у кого сбиты, у кого царапины. Начали выдёргивать тех, чьи костяшки вызывали их подозрение.

Б., с его распухшей головой, осмотр костяшек даже не понадобился – его выдернули первым…

От всей толпы отделили ещё несколько человек и присоединили к тем, кого опознали – образовалась отдельная кучка в районе пятнадцати человек. Я попал в их число, потому что у меня на костяшках были какие-то повреждения. Дело принимало жутковатый оборот. Мне повезло – начался какой-то кипиш, менты на некоторое время отвлеклись, и я потихоньку, вдоль стеночки, перебежал назад к основной толпе.

Потом приехал тот же самый ОМОН, которому мы дали копоти в душе, и повёз нас назад на станцию.

Узнав, что произошло, ОМОНовцы сказали, что мы мудаки, каких они ещё никогда не видели! «Уезжайте уже, пожалуйста: от вас одни проблемы!»

На платформе стояли куча ментов в бронниках и с автоматами и ОМОН. Мы молча встали в оцеплении в ожидании поезда. Сразу за оцеплением бесновалась толпа аборигенов – многие с ножами, вилами, дубинами. Летели угрозы:

– Сейчас вас отпустят, и вам 3,14здец! Всех зарежем!

Пришёл самый главный мент, жирный дядя. Из всей толпы он выбрал почему-то меня – я опрометчиво оказался в первом ряду. Глядя прямо мне в глаза, он начал злобно орать:

– Вы ****** ***ные! Убили парня ни за что! Дебилы ***ные! 3,14зда вам всем!

Я стою и не знаю, куда глаза девать. Как кролик перед удавом, а он меня как цель для взгляда из всей толпы выхватил и вымещает злость!

Один из K.I.D.S., И., остался в числе этих пятнадцати человек в отделении. Они переночевали пару ночей в камере, потом семерых человек, включая его, отпустили. Остальных оставили.

Менты посадили их в собаку и сказали на прощание с улыбкой:

– Удачи! Мы вас оставляем!

Сразу после того, как менты ушли, на парней со всех щелей полезли местные!

И. говорил, что жизнь им спас пожарный щит с крюком, ведром и огнетушителем… Они заняли оборону в вагоне, аборигены лезли на них как зомби в фильме ужасов!

И. сказал, что чуть тогда не поседел. Это была драка, в которой ценой победы являлась жизнь! Если бы дали слабинку, стали жаться, щемиться – забили бы насмерть. Не будешь драться – умрёшь!

Они отбились и приехали в Москву через несколько дней после нас.

Нас же посадили в поезд с ментами, и на прощание местные разбили камнями в поезде все стёкла. Добрались до Минеральных Вод, оттуда до Рязани, там и до дома добрались. Кое-как доехали. Поездка не для слабонервных.

Бары, клубы, дискотеки (Яуза, Дым, Коля С-н)

Яуза: Было такое место – кафе-бар «Ласточка». Там коротала досуг девушка одного из наших парней, Честера, и что-то приключилось – какие-то люди на неё наехали, грубо обозвали и пообещали вступить с ней в половой контакт в жёсткой форме. Она слёзно попросила нас приехать и разобраться.

Это было время, когда Ярославка только вступала в период своего расцвета, самое-самое начало, все были лёгкими на подъём и жадными до неприятностей. Мы собрали небольшой состав, человек десять, и поехали на разборку в эту «Ласточку». Приехали на собаке, поискали там и во дворах рядом – никого нету. Созвоны-перезвоны – эти люди обозначились. Забились.

Проходит немного времени – приезжает машина. Выходят типы. Трое. Двое с битами, один с пустыми руками.

Подходят к нам, один собирается что-то сказать, и Честер тут же пробивает ему в щщи. Тип падает, и мы начинаем его лупить, остальные двое убегают в машину, наши следом – жалобно звенят разбитые стёкла тачки. Они дают по газам, прямо через толпу.

Разборка за нами. На горизонте появляются менты, и мы разделяемся на две группы. Трое парней идут на автобус, остальные пошли на электричку. Парни, которые поехали на электричке, добрались до дома без проблем.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное