Николай Леонов.

Полковники из МУРа

(страница 4 из 17)

скачать книгу бесплатно

– А кто это дело вел? – поинтересовался Крячко. – Что-то я не припоминаю такой истории…

– Да разве их все упомнишь? – пожал плечами Панин. – Каждый день кого-нибудь убивают. Тем более там неизвестный гражданин был – никто из родственников по случаю смерти не обращался. Может, потом объявился… А вел дело Рагозин. У меня он показания только один раз снимал – да и показаний, правду сказать, было кот наплакал…

– Ничего, капитан! – сказал Крячко. – Зато мне тебя сам бог, наверное, послал. Сдается мне – тут что-то есть. Не могу объяснить своих ощущений, но, по-моему, ты мне сейчас очень важную вещь рассказал.

– Тебе виднее, – заметил Панин.

– Я, пожалуй, сейчас прямо к Рагозину рвану, – объявил Крячко, но тут же махнул рукой. – А еще лучше к ребятам в МУР! Там же наверняка должны знать! – Он толкнул дверцу машины и вдруг спохватился: – Да! Последний вопрос – а ты на том месте гаишника, случайно, не встретил? Коллега твой там не крутился поблизости?

– Дались тебе мои коллеги! – сказал Панин вяло. – Там потом много народу понаехало. Может, и ГАИ было, не помню… Говорю же, выпивши был и за семью волновался.

– Семья – дело святое, – кивнул Крячко.

Глава 5

Генерал Орлов был с утра настроен на удивление благодушно. Пригласив Гурова с Крячко в кабинет, он даже предложил им по чашечке кофе, чего обычно никогда не делал. И разговор начал не с официальных тем, а первым делом поинтересовался у Гурова здоровьем жены.

– Плохо следишь за женой, Лева! – с шутливой укоризной объявил он. – Не забывай, что хоть она тебе и жена, а ее искусство принадлежит народу! Как дела-то вообще? Может, надо доктора хорошего? У меня есть свои люди в Министерстве здравоохранения…

– У нее хороший доктор, – ответил Гуров. – Да и не все так плачевно. Своевременное лечение и неукоснительная диета – и о болезнях можно будет забыть. Во всяком случае, врач так говорил.

Генерал скептически покачал головой.

– Смотри! – строго сказал он. – Марию мы тебе в обиду не дадим!

– Ты бы лучше, Петр, заглянул в гости, проведал, – сказал Гуров. – Мария и то удивляется, почему это генерал Орлов давно визитов не наносил. Забронзовел, что ли?

– Забронзовеешь тут! – усмехнулся Орлов. – Колосс на глиняных ногах – вот это точная картина. Самому впору по докторам идти. Просто вот с утра всех докторов по алфавиту обходить… По кругу.

– У меня другая теория, – деловито заметил Крячко. – По докторам ходить – одна пустая трата времени. Вы видели когда-нибудь, чтобы два доктора ставили больному одинаковый диагноз? Да такого в жизни не бывало! Какой вывод? Ни один из них ни черта не понимает! Очищать организм надо! Народными средствами.

– Знаю я эти народные средства, – проворчал Орлов. – Одно у тебя, Стас, средство – с утра про него лучше и не вспоминать! – Он стер с лица улыбку и испытующе посмотрел на Гурова. – Ну, давайте к делу! Еще не разочаровался?

– Пока нет, – лаконично сказал Гуров.

– И чего тебя оно так увлекло, не пойму, – покачал головой Орлов. – Сам всегда говоришь – не царское, мол, дело налетчиков хватать.

А тут сам за бандитскую разборку обеими руками вцепился. Не понимаю. Или надыбал чего?..

– Да много чего получается, – сказал Гуров. – Только в общую картину пока никак не складывается. А фрагменты, между прочим, интересные. Что мы имеем? Неизвестными лицами убит гражданин Григорьев, всего три недели как приехавший из Пензы. Зарегистрировался и жил здесь он у некоего гражданина Комкова в Крылатском, у черта на куличках. Вчера я этого Комкова навестил, и навестил, надо сказать, не без пользы. Во-первых, Комков Григорьева опознал. То есть опознал в убитом своего постояльца, что, возможно, не одно и то же. Затем мне удалось изъять чемодан с вещами, принадлежавший Григорьеву. И в-третьих, когда я там находился, произошла из ряда вон выходящая вещь – к дому подкатил мотоциклист и швырнул в окно зажигательную шашку. Экспертиза вчера выезжала на место, определили, что такими шашками снабжаются армейские спецчасти. В этом плане выводов никаких делать не хочу – рано. А вот намерения мотоциклиста, на мой взгляд, недвусмысленны – кому-то понадобилось уничтожить следы пребывания Григорьева в столице. Только этот кто-то по небрежности запоздал. Чемодан-то я взял!

– И что же в чемодане? – спросил Орлов. – Патроны, кокаин, подрывная литература?

– Да ничего подобного! Носки, майки, парочка романов в бумажных обложках, медицинский справочник…

– Он что – медик? – нахмурился генерал.

– Вряд ли. Комков утверждает, что инженер. Возможно, инженер-химик. Но тот же Комков сказал, что у Григорьева на родине остался больной ребенок, и в Москву он приехал, чтобы заработать денег на лечение.

– Вот как? – поднял брови Орлов. – Заработать с оружием в руках?

– Получается так, – пожал плечами Гуров. – Между прочим, свидетели убийства обратили внимание на неумелое обращение Григорьева с пистолетом… Но это так, к слову… Я дальше про чемодан – фотографии семейные я там нашел. Печальное, в общем, зрелище. Квартирка у этого Григорьева неважная. Жена симпатичная, но измученная. И сын, лет девяти пацан, выглядит действительно бледновато. Похоже, в этом плане насчет Григорьева все верно. Безденежный инженер, семейные проблемы, приехал на заработки… А вот его смерть в этот ряд совсем не вписывается. Ну, не понимаю я, как в его руках ствол мог оказаться!

– Да, непонятно, – согласился Орлов. – И этот мотоциклист с зажигалкой… Серьезно как-то для простого инженера… А еще какие, говоришь, странности?

– А вот та странность, что убитый был в светлом костюме – будто не по осенней Москве шатался, по подворотням, а по солнечному Рио-де-Жанейро! На первый взгляд, конечно, все это дело вкуса, но ты лично, Петр, можешь представить себе сейчас человека на улице в белом костюмчике? Я, грешным делом, думал – у него другой одежды нет. Но на месте выяснилось, что у него еще два приличных костюма имелось – темных. Значит, намеренно он вырядился. А для чего? Может, у нас тут где клуб есть, куда без белого костюма не пускают?

– Не слыхал о таком, – покрутил головой генерал и повернулся к Стасу. – Может, ты слыхал?

– Я другое слыхал, – со скрытым торжеством сказал Крячко. – Пока Лева со своим алкашом возился и его спаленной хатой, я очень важную вещь выяснил… Я так думаю, что важную, – поправился он.

Гуров и генерал вопросительно уставились на него.

– Я к ребятам в МУР наведался, – пояснил Крячко. – Разузнать, не было ли в последнее время идентичных преступлений…

– Да они каждый день… идентичные! – фыркнул генерал. – То банкира обстреляют, то авторитета… Уже и за депутатов принялись! Не пойму я, по какому признаку ты идентифицировал?

– А по одежке, – терпеливо сказал Крячко. – По одежке протягивай ножки. По нелепому светлому костюму, который был на убитом. А знаешь, Лева, кто меня надоумил? Гаишник, которого я в том же квартале встретил. Не твой гаишник, а другой – капитан Панин из этого района.

– Стоп-стоп! – сердито перебил его Орлов. – Затарахтел! Тот гаишник – не тот! О чем ты речь ведешь, может, просветишь?

– Я сейчас объясню, – сказал Гуров. – В тот вечер перед самой стрельбой я у аптеки имел неприятный разговор с лейтенантом ГАИ по фамилии Сиволапов. Моя машина ему не понравилась. Его поведение, да и вообще присутствие там, показалось мне странным. Назавтра выяснилось, что он вообще шуровал не в своем районе. Этого человека надо бы проверить – скользкий, по-моему, тип!

– Полагаешь, он может быть связан с преступниками? – спросил генерал.

– Пока уверенности нет, но понаблюдать за ним стоило бы, – сказал Гуров.

– Так понаблюдайте, – рассудил Орлов. – Ну, а что второй гаишник?

– А второй этим летом попал вместе с семьей в историю, – подхватил Крячко. – Возвращался из гостей – ночью, в районе ВДНХ. И попал в похожую разборку. Человек в светлом костюме, пистолет, стрельба… Потом труп – причем уже без пистолета, а нападавшие скрылись. Такая вот история. Убийц до сих пор не нашли. Более того, погибший так и был похоронен как неизвестный – никто о его пропаже не заявлял, никто не опознал. Следствие, как говорится, зашло в тупик.

– А тебя, значит, озарило? – ядовито спросил генерал. – Двоих убили в белых костюмах, а вы уже систему в этом усмотрели! Да я вам на память десяток человек назову, которые предпочитают светлые тона в одежде, а между тем ходят живые-здоровые!

– Ну, убили, положим, не двоих, а троих, – хладнокровно заметил Крячко. – А может, и больше. Статистики-то в этом плане никто не вел. Напрасно, по-моему. Какая-то система в этом все равно присутствует.

– Кто третий? – деловито спросил Гуров.

– А третьего подстрелили майской ночью в Марфине около железной дороги. Там свидетелей не было, но, судя по всему, опять была стрельба и изрешеченный труп в белом костюме. Между прочим, убитый был какой-то учитель из Калуги. Никаких связей с криминалом. В Москву приехал, как и Григорьев, в надежде подзаработать. Но прожил здесь не больше месяца.

– Совпадение, – проворчал генерал.

Гуров покрутил головой и убежденно сказал:

– Совпадения, как правило, тщательно готовятся! Ты, Стас, молодец, что раскопал эти факты. Какие-нибудь результаты расследование дало?

– Пока ничего, – сказал Крячко. – Как и в нашем случае, не удалось нащупать никаких связей погибшего ни с каким преступным бизнесом. То есть приехал человек из глубинки, надел белый костюм, и его пристрелили. Абсурд!

– Абсурд, – согласился генерал.

– Нет, что ни говори, а какая-то неясная система здесь прослеживается, – возразил Гуров. – Смотрите, три случая перестрелки. И в двух случаях в ней участвуют совершенно безобидные люди, откуда-то приехавшие в Москву на заработки. По третьему случаю не все ясно, но я уверен, что и там нечто похожее. Не исключено, что этих людей вовлекли-таки в преступную группировку, заманив высокими заработками. Потом что-то не заладилось, и новообращенные восстали. С ними расправились.

– Может быть, светлые костюмы – какая-то фишка? – предположил Крячко. – Надо закинуть удочку. Что-то я пока ничего такого не слышал, но ведь все в мире меняется. Может, у нас тут новая группировка появилась – вся в белом?

– Вообще-то белое на Востоке почитается за цвет смерти, – задумчиво сказал Орлов.

– А если допустить, что так оно и есть? – спросил Гуров, размышляя вслух. – Вот как раньше – пираты присылали провинившемуся коллеге черную метку, а эти в знак неудовольствия наряжают будущую жертву…

– Не могу больше вас слушать! – генерал в сердцах хлопнул ладонью по столу. – Как дети, ей-богу! Я думал, они шутят, а они… Думайте, что говорите! Жертву наряжают! А она дура, что ли, наряжаться? И где это вы видели бандитов, которые такой ерундой будут заниматься? Раньше убитых хотя бы в цемент замуровывали, а теперь и на это время стараются не тратить! А вы тут теории разводите! Проще надо, конкретнее… Сосредоточьтесь на линии этого Григорьева. Выясните, что за человек, с кем в Москве контактировал. Поезжай в Пензу, Лева, жену его разыщи. Миссия не из приятных, конечно, но ты сам напросился…

– Все верно, напросился, – сказал Гуров. – И съездить в Пензу придется однозначно. Но простоты, Петр, не обещаю. Сдается мне, дело это отнюдь не простое. Идет какая-то серьезная игра, правил которой мы пока не знаем. Будем думать.

– Вот-вот, думай! – кивнул Орлов. – Только про следователя не забывай. Ты не один умный.

– Не один, конечно, – улыбнулся Гуров. – Стас вот еще…

– А Стас твой пускай, пока ты ездишь, с информаторами разберется. Вдруг кто слышал про ваше убийство. Так, по-моему, продуктивнее будет, чем разрозненные факты за уши притягивать.

Крячко развел руками.

– Желание его превосходительства – приказ для подчиненных, – со вздохом сказал он. – Только держу пари, наши стукачи ни черта об этой разборке не знают. Я того же мнения придерживаюсь, что и Лева, – какая-то тут непонятная игра идет. И факты эти только на первый взгляд разрозненные…

– Ну, понял, понял! – поморщился Орлов. – Умным тебя объявили, так ты теперь и будешь стараться оправдать высокое звание… Посмотрим, какие вы умные!..

– Посмотрим, – согласился Гуров. – Только у меня одна просьба будет. Надо бы все-таки прощупать этого гаишника – лейтенанта Сиволапова. Только потихоньку, чтобы не насторожить. Ты ведь, Петр, сможешь договориться с его начальством, чтобы нам копию личного дела предоставили, широко не афишируя, конечно.

– Это не проблема, – ответил генерал. – Вот, кстати, насчет этого Сиволапова я с тобой, Лева, согласен на сто процентов. Его присутствие в чужом районе, да еще на месте убийства выглядит очень подозрительно. Может быть, его допросить стоило бы? Между прочим, полагалось бы! А ты опять до следователя известные тебе факты не довел?

– Не то чтобы не довел, – уклончиво проговорил Гуров. – А посчитал преждевременным. Хотел убедиться…

Генерал погрозил ему пальцем.

– Ох, доведешь ты меня! – предупредил он. – Последний раз чтобы! Стас пускай тебе за билетом отправляется, а ты сейчас же садись за бумаги, и чтобы сегодня же представил план оперативно-розыскных мероприятий, безо всяких купюр и умолчаний, понятно?

– Чего ж тут не понять? – скучным голосом ответил Гуров. – Контора пишет – это про нас.

Глава 6

Пенза показалась Гурову городком тихим и благополучным, по самые крыши утонувшим в зелени деревьев. Все здесь происходило будто раза в полтора медленнее, чем в Москве: неторопливо шли по тротуарам пешеходы, едва полз по мостовой транспорт, и даже голуби с воробьями, кажется, летали медленнее своих московских собратьев.

Гуров понимал, что это мимолетное впечатление обманчиво, и здесь тоже есть свои проблемы – маленькие, большие и вовсе неразрешимые, и жизнь здесь далеко не такая тихая и приятная, как это может показаться на первый взгляд. Просто ему некогда было углубляться в местные реалии – ему важно было как можно быстрее установить, что связывало пензенского уроженца Григорьева Павла Сергеевича с загадочными личностями, которые расстреляли его посреди московского двора.

Пензенский адрес Григорьева у Гурова имелся. Он быстро выяснил, где находится нужная улица, и без задержек отправился туда.

Когда он добрался до отдаленного района, застроенного унылыми пятиэтажными домами, наступил полдень. Гуров не был уверен, что застанет в такое время хозяйку дома, но ему нужно было хотя бы убедиться в существовании семьи Григорьевых. Все-таки до сих пор это существование было всего лишь гипотезой.

Он разыскал дом, где должны были проживать Григорьевы, поднялся на второй этаж и позвонил в сорок девятую квартиру. Дверь была простой, безо всяких украшений, с жестяным номером.

Открыли ему почти мгновенно – Гуров даже слегка растерялся. На пороге стояла женщина лет сорока. Именно ее лицо он видел на семейных фотографиях Григорьева. Правда, на снимках она выглядела гораздо моложе. Но сомнений не оставалось – это была она.

На женщине был заношенный домашний халат, волосы не прибраны, но на измученном бледноватом лице Гуров прочел необычайное волнение – можно было держать пари, что она кого-то ждала – с нетерпением и надеждой.

«Увы, надежды уже никогда не сбудутся, – подумал Гуров, мрачнея. – А гонцам, приносившим такие вести, как ты, Гуров, отрубали раньше голову».

– Здравствуйте, – сказал он. – Ваша фамилия Григорьева?

Женщина уже поняла, что ошиблась. В ее глазах мелькнуло разочарование, и она некрасиво сморщилась, точно собираясь заплакать. Гуров испугался.

– Да, все верно, я – Григорьева, – тем не менее спокойно ответила женщина. – А вы ко мне? – И Гурову показалось, что в ее голосе прозвучало любопытство.

– Получается, что к вам, – сказал Гуров.

– Ах, что же мы тут стоим? – спохватилась женщина. – Проходите в квартиру. Можете не разуваться – у меня грязно. Не возражаете, если мы поговорим на кухне? У нас квартира однокомнатная, а там у меня Славик спит… Сын у нас, знаете, болен, – прибавила она шепотом. – Да вы проходите!

Гуров вошел на кухню, где едва можно было повернуться. Хозяйка отряхнула стул полотенцем, усадила на него Гурова и в напряженном ожидании остановилась напротив него, сжимая в руках полотенце с голубыми цветочками.

У Гурова совсем испортилось настроение. Он опустил глаза, побарабанил пальцами по изрезанной крышке кухонного стола.

– Вы бы присели… Простите, не знаю, как вас зовут, – произнес он. – Моя фамилия Гуров. Лев Иванович Гуров.

– А я Екатерина Ивановна, – быстро сказала женщина. – Да вы не волнуйтесь, я постою… А вы случайно не от Паши?

Гуров сделал над собой усилие и поднял на хозяйку немигающий взгляд.

– Вы бы все-таки сели, Екатерина Ивановна! – жестко сказал он, ненавидя сам себя.

Женщина посмотрела ему в глаза, побледнела и без возражений села по другую сторону стола. Полотенце выпало из ее рук.

– Что-то случилось… – проговорила она едва слышно, и это был даже не вопрос.

– Вы меня простите, Екатерина Ивановна, – глухо сказал Гуров. – Но деваться некуда. Я должен сказать вам это. Павел Сергеевич погиб.

Григорьева не шелохнулась. Только глаза ее стали совершенно отсутствующими, и из них в два ручья потекли слезы. Гуров угрюмо отвернулся.

Он слышал, как тихо всхлипывает женщина и под столом сжимал от бессилия кулаки. В его работе случались такие моменты, но привыкнуть к ним было невозможно. В такие минуты Гуров самого себя ощущал убийцей.

– Простите, – неожиданно пробормотала женщина. – Вы не обращайте на меня внимания. У меня чуть что – слезы. А вы, наверное, по делу пришли… По правде сказать, я этого ждала почему-то… Что с Пашей случится плохое. По ночам не спала, свыкалась с этой мыслью. Даже когда он на днях позвонил и сказал, что все в порядке, я все равно ждала только плохого. Это как судьба, понимаете? Хоть из кожи вылезь, а не отвратишь ничего… Вот и Славик тоже у нас… Да ладно, зачем это вам!.. Простите еще раз!

– Это я должен просить у вас прощения, Екатерина Ивановна, – сказал Гуров. – За горькую весть. И еще за то, что должен, как ни в чем не бывало, задавать вам вопросы…

– Вопросы? – словно удивившись, спросила Григорьева. – Пожалуйста, задавайте, если вам нужно… Только можно сначала узнать, а что… Как Паша… погиб? – У нее перехватило дыхание.

Гуров мучительно наморщил лоб и сказал:

– Наверное, я с самого начала избрал не совсем правильную линию поведения, Екатерина Ивановна. Мне нужно было яснее объяснить цель своего визита. Ваш муж погиб в Москве от бандитской пули. Я из милиции, веду расследование этого убийства. Вот мое удостоверение.

Григорьева едва взглянула на красную книжечку, и в голосе ее появилось странное беспокойство.

– Так вы, значит, не от Паши? – непонятно сказала она и судорожным движением ухватилась за ворот халата. – Ах, ну да, вы из милиции… Его убили бандиты? Его ограбили?

Гуров поднял брови.

– Простите, а у Павла Сергеевича было что взять? – спросил он.

Женщина замялась. На лице у нее появилось такое страшное разочарование, какого не было даже в тот момент, когда она услышала о гибели мужа. И вдруг она заплакала.

Теперь она рыдала по-настоящему, уронив голову на руки и не обращая ни малейшего внимания на присутствие постороннего человека. Гуров попытался ее успокоить, но Григорьева никак не отреагировала на эту попытку.

Успокоилась она так же внезапно и, подняв некрасивое, распухшее от слез лицо, спросила срывающимся голосом:

– Так вы уверены, что его не ограбили? У него должны были быть деньги! А если эти деньги взяли в милиции?

– Стоп-стоп-стоп! – сказал Гуров. – Эдак мы с вами неизвестно куда зайдем. Давайте все-таки сначала я задам вам несколько вопросов, ладно?

Она согласилась. Гуров достал из кармана фотокарточку и положил на стол перед хозяйкой.

– Сначала формальности, – сухо объяснил он. – Вы подтверждаете, что на этой фотографии изображен ваш муж – Григорьев Павел Сергеевич?

Григорьева придвинула снимок мизинцем и вытерла рукавом заплаканные глаза.

– Да, это он, Паша, – ответила она. – Такую фотографию он делал, когда менял паспорт.

– А чем болен ваш сын, Екатерина Ивановна? – спросил Гуров.

Она отвернулась, видимо, стесняясь своего заплаканного лица, и безнадежно сказала:

– У него злокачественное заболевание крови. Нужна операция в Германии. Говорят, там это лечат. Но на лечение требуются большие деньги. Сто тысяч долларов. Мы пытались обратиться к богатым людям, но… В общем, нам дали понять, что никто не виноват в болезни нашего ребенка. Это правда, мы с Пашей сами виноваты. Еще при советской власти мы начинали работать на секретном химическом заводе, на Урале… Мы ведь оба – инженеры-химики. Нас предупреждали умные люди, что это может отразиться на детях… Но в молодости не слушают умных людей… Нам еще повезло, что мы успели переехать сюда и получить эту однокомнатную квартиру. Задержись мы еще чуть-чуть, и при новых порядках нам достался бы шиш с маслом. Жаль только, что квартира эта не стоит ста тысяч долларов, – горько усмехнулась она.

– А ваш муж поехал в Москву, чтобы заработать эти деньги? – спросил Гуров. – Расскажите, пожалуйста, об этом поподробнее!

– Да что рассказывать? – пожала она плечами. – Сначала он поехал в Москву без определенной цели, наудачу. Надеялся разыскать институтских друзей – не все же такие неудачники, как мы… Взял отпуск и поехал.

– Когда это было? – спросил Гуров.

– Это было в июне. Пробыл недолго – через неделю уже вернулся, возбужденный какой-то и в то же время будто расстроенный. Сначала ничего не рассказывал, все в себе носил. А потом рассказал, что никого из друзей разыскать не смог, но зато встретил одного человека, который предложил ему хорошо заработать…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное