Николай Леонов.

Кровь алая

(страница 5 из 22)

скачать книгу бесплатно

Спикер сидел в кабинете за письменным столом, пил кофе, на приставном столике тоже стояла чашка, минеральная вода.

– Здравствуйте, полковник, слушаю вас, – сдержанно произнес спикер, указывая на стул напротив.

– Здравствуйте, Имран Русланович. – Гуров кивнул, сел, подвинул чашку, взглянул на хозяина внимательно, оценивающе. – Рад, что вы согласились на встречу и не кричите на меня.

– Я к хамству давно привык, переходите к делу, полковник.

– Не хочу пугать, охранять вас не мое дело, но, поразмыслив над происшедшим, я пришел к выводу, что вам угрожает опасность. – Гуров достал сигареты и положил рядом с чашкой.

После продолжительной паузы спикер спокойно ответил:

– Данный вопрос в компетенции службы безопасности, полковник, – он взглянул на часы: – Мне осталось на сон меньше трех часов.

– Вы либо не понимаете, либо не верите. – Гуров попробовал кофе, передвинул сигареты, взглянул хозяину в лицо: – Неумно. Служба безопасности допустила выстрел, она может пропустить и следующий.

– Сегодня? – Голос спикера слегка дрогнул.

– Думаю, дней через десять – две недели. – Гуров вновь тронул пачку сигарет.

Сыщик понимал, что здесь не курят, мог и потерпеть, но ему требовалось сломать волю хозяина, освободить его от мундира, разговаривать с человеком.

– Пепельницы нет, используйте блюдце. – Спикер откинулся на спинку кресла, расслабился, словно сообщение об отсрочке гарантировало ему не две недели, а век спокойной жизни.

– Спасибо. – Гуров вытряхнул из пачки сигарету, но не закурил, начал катать ее по зеленому сукну.

– Если сегодня, по вашему мнению, стрелять не собираются, дайте мне поспать, мне предстоит тяжелый день, – спикер улыбнулся.

– У вас каждый день тяжелый, – Гуров неторопливо достал зажигалку, – возьмите больничный – ОРЗ или еще какая-нибудь ерунда, чтобы не беспокоить депутатский корпус.

– Больничный могут не дать, – улыбка вновь скривила тонкие губы спикера. – Почему вы явились ночью, полковник? Я, возможно, не понимаю опасности, но вы абсолютно не соображаете, что вам разрешено, а что нет.

– В другой день я к вам не попаду, а нам следует поговорить. Если вы хотите, чтобы я работал. А нет, так разбежимся по постелям. Лично я с радостью сяду в машину и уеду.

Спикер был политиком и никогда не верил собеседнику, искал в его словах скрытый смысл. Предложение сыщика слишком однозначно – либо работать, либо разбежаться, никаких ловушек, второго дна. Хозяин состроил недовольную гримасу, спросил:

– Чем могу быть вам полезен?

– Вы – мне? – Гуров наконец закурил. – Я ничего не прошу, хотите работать – попробуем.

– Если вам ничего не надо, какого черта вы тут делаете? – вспылил спикер. – Отправляйтесь куда хотите, я позабочусь о вашей карьере.

Гуров не шелохнулся, он ждал срыва, готовился и ответил:

– Мне столько раз угрожали, я устал. Моя карьера? Плюнуть не на что, приберегите патроны, иначе в нужный момент останетесь безоружным.

– Пошел вон! – Спикер встал.

– Дурак, и уши холодные! – Гуров махнул на хозяина рукой. – Извините, Имран Русланович, я это про себя.

У меня такая присказка. Когда молодой оперативник сморозит, я так выражаюсь, сейчас вырвалось. Извините, – в голосе сыщика никакой вины не звучало.

Несколько секунд спикер никак не мог закрыть рот, когда с этой задачей справился, упал в кресло и рассмеялся:

– Давненько, давненько со мной не говорили по душам. Хорошо, выкладывайте, как я могу вам помочь, чтобы вы спасли мне жизнь. Такая формулировка годится?

– Кто победит на выборах, если вас… если вы тяжело заболеете?

– Президент! Кто же еще? Мы политические противники! Я вижу, вы человек темный.

– Темный, – почему-то с радостью согласился Гуров, – просветите, пожалуйста. Допустим, вы и президент свои кандидатуры сняли…

– Такого быть не может! – перебил спикер.

– После вас двоих чьи шансы предпочтительнее? – упрямо продолжал Гуров.

– Ничьи, другие не котируются, – раздраженно ответил хозяин. Чувствовалось – разговор ему стал неинтересен.

– Бесковитый или Сабурин? – спросил терпеливо Гуров.

– Два сапога – пара.

– Кто тщеславнее?

– Нетщеславных политиков не бывает.

Гуров понял – разговор зашел в тупик, спросил:

– Мне работать или убираться?

– Я распоряжусь, чтобы позвонили министру и предоставили вам самые широкие полномочия.

– Благодарю, не стоит, прикажите службе безопасности не висеть надо мной. К кому из ваших помощников я могу обращаться, если мне потребуется информация?

Спикер долго молчал, пытаясь среди своего ближайшего окружения найти умного, неболтливого, профессионального человека, вздохнул и ответил:

– Обращайтесь ко мне лично.

– Каким образом?

– Позвоните жене, она вам поможет.

Обнаглев, Гуров собрался было попросить спикера, чтобы он освободил его от ежедневных докладов следователю прокуратуры, воздержался и встал:

– Премного благодарен, Имран Русланович. Разрешите идти.

Хозяин устало махнул рукой; когда Гуров, поклонившись, пошел к дверям, спросил:

– А что прикажете делать с охраной? Они же допустили выстрел!

– На мой взгляд, начальник здешней охраны человек вполне профессиональный, его вины в происшедшем нет.

– Интересно, преступление произошло, а виновных нет.

– Такое случается, Имран Русланович.

– А полковник, которого прислали из службы безопасности? Он надежен?

– Вполне.

– Достаточно профессионален?

– Безусловно.

– А вы сами, полковник, достаточно надежны и профессиональны?

– На данный вопрос вам может ответить мой начальник.

– Идите! Все вы одним миром мазаны.

– Мазаны все, краска разная, – Гуров снова поклонился. – Спокойной ночи.


– Ну? О чем же вы столько времени беседовали? – нервно спросил Авдеев, когда сыщик вышел в парк.

– О твоей благонадежности и профессиональной пригодности, – ответил Гуров.

– Шуточки у тебя, Лев Иванович.

– Я имею свободный вход и выход, наблюдать за мной не рекомендуется. Пригласи начальника охраны, приходите ко мне. Да, вот еще, – Гуров остановился, взял Авдеева за лацкан пиджака. – Позвони своему руководству, к двенадцати дня я должен иметь фотографии, анкетные данные, адреса, телефоны и весь имеющийся у вас компромат на ближайших помощников, заместителей и иных лиц, которые крутятся вокруг президента, спикера, Сабурина, Бесковитого. Они все мелькают по ящику, но я их не запоминаю.

– Сейчас четыре утра, я не могу звонить генералу. Такие приказания не отдают по телефону. Ты извини, Лев Иванович, ты для генерала никто, он надает мне по шее и ничего делать не станет.

– Разумно, – миролюбиво согласился Гуров, – что же делать? – Он был так искренен, что Авдеев в растерянность сыщика поверил и нравоучительно произнес:

– В девять помощник спикера должен по «вертушке» позвонить генералу, передать просьбу шефа, и тогда дня через два нарочный доставит в секретариат требуемые материалы. Извини, Лев Иванович, но у нас не розыск, как вы выражаетесь, хватай мешки, вокзал отходит.

– Да-да, конечно, я понимаю, – Гуров согласно кивал и улыбался.

Знай гэбист Гурова получше, то, увидев такую улыбку, продолжать поостерегся бы.

– Ты розыскник, и только! А тут политика! Все должно выполняться тонко, чисто, с соблюдением всех правил! – Авдеев поднял палец. – Ну ничего, тебя, видимо, переведут к нам, ты со временем привыкнешь.

– Из стойла в стойло переводят лошадей, – тихо сказал Гуров. – Ты прав лишь в одном: мое имя генералу называть не следует. Завтра в двенадцать здесь, в кабинете спикера парламента, должны находиться все документы, о которых я тебе сказал. И еще! – Сыщик сильно дернул лацкан пиджака полковника. – К помощникам, естественно, обращаться запрещено, так как материал мне требуется именно на этих холуев. Если шеф тебе не поверит, может позвонить Имрану Руслановичу и лично от него получить подтверждение. О деле знаю я, ты и будет знать твой генерал. Секрет, о котором знают трое, хреновый секрет. Если информация уйдет на сторону, ответите ты и генерал. Извини, но себя я из подозреваемых исключаю. И давай, родной, крутись, звони, поднимай ваше дремлющее болото, тащи ко мне Илью!

Сыщик оттолкнул гэбиста, тот еле устоял на ногах.

– Больной! Сумасшедший! Мы останемся не только без погон, но и без голов! – Полковник повернулся, пошел быстро, затем побежал.


Имран Русланович Гораев, спикер и самодержец Большого вече России, сидел в спальне жены и пил рябиновую настойку. Впервые за четверть века совместной жизни Лиана смотрела на мужа с участием и жалостью.

– Имран, успокойся, милиционер просто наглец и карьерист, напугал, хочет всплыть на поверхность, – она не верила ни одному своему слову, стремилась мужа успокоить.

– Не надо, Лия! – Гораев пытался говорить твердо. – Да, я испугался, но разум не потерял. Он, согласен, наглец, но совсем не карьерист. Он умен, прекрасно понимает, что сегодняшний разговор, мое унижение я ему никогда не прощу. Какой-то абсурд! Умереть за шаг до трона! – И закричал: – Почему я пью эти помои? В доме нет ничего приличного? – Протянул свою рюмку и пробормотал: – Налей, дорогая.

– Я вызову Валентина, – Лиана наполнила рюмку. – Ты же не пьешь, тебе будет плохо.

– Плохо? – он даже рассмеялся. – К черту врачей! Я сильный, два часа сна, приму стимуляторы – и в бой!

– Имран, сними свою кандидатуру, – быстро заговорила Лиана. – Я никогда не лезла в твои дела. Оставайся спикером, поддержи президента, собери съезд, скажи о единении нации. Что я тебя учу? Имран, ты умница, ты их вокруг пальца обведешь.

Он с отвращением проглотил настойку, потер ладонями лицо и спокойно, даже равнодушно ответил:

– Мне приятна твоя забота, Лия. Ты говоришь женские глупости. Убийца не имеет отношения к президенту, преступнику безразлично, где я стою. Он будет стрелять, пока не попадет или пока его не схватят. Съезд собрать все равно что вытащить на всеобщее обозрение разлагающийся труп. Сейчас еще не все чуют запах, но, если стадо собрать, засмердит так, что даже несчастным недоумкам, что таскают по площадям портреты покойников, станет ясно: власти Советов никогда не существовало, а мумия хороша лишь в забальзамированном виде и под усиленной охраной. У нас один путь – использовать агонию депутатского стада, выскочить на ней в главное кресло.

– Что случилось, Имран? – возмутилась жена. – Ну убили кухарку, и только!

– Ты очень точно высказалась о рояле в кустах. Он не может случайно оказаться в кустах, рояль туда поставили.

– Откуда ты знаешь? Меня подслушивают?

– Тебе мент все объяснил, ложимся спать. – Спикер тяжело поднялся, взглянул на пустую рюмку, которую продолжал держать, бросил на кровать: – Отвратительное пойло, – и вышел.


Полковник Авдеев заскочил в свою комнату, позвонил генералу. Шеф снял трубку после второго гудка, не ругался, выслушал и даже похвалил:

– Молодец, держи меня в курсе. Я знал, что вчерашний выстрел отзовется. Значит, Гуров начал копать.

– При чем тут Гуров? – попытался возразить полковник.

– Молчи, полковник! – оборвал шеф. – Да, дела хреновые, слава богу, что пристегнули милицию. Когда козел отпущения рядом, спокойнее. Я понимаю, никакой бумажки мы от спикера не получим. Звонить ему я, конечно, не намерен. Ты держись в стороне, выполняешь поручения инициатора розыска, с прокуратурой не контачь, напиши подробный рапорт, выскажись по сути вопроса отрицательно, но форму соблюди.

– Все ясно, товарищ генерал!

– Греби все время в сторону. С Гуровым не спорь, – генерал хмыкнул, – он обязательно тебя раскусит, но у него, как и у нас, нет документа.

– Все выполню, товарищ генерал!

– Твои товарищи остались в партшколе, полковник! Выполняй!


Начальник охраны Илья Иванович Егоров мерз на садовой скамейке и, прихлебывая из термоса горячий кофе, тупо смотрел на окна особняка, ждал, когда окна погаснут.

Увидев в конце аллеи быстро приближающуюся фигуру, Илья достал пистолет и встал за сосну. Когда Авдеев проскочил мимо, Илья негромко окликнул:

– Николай Васильевич!

– Илья? – Авдеев повернулся.

– Куда я денусь, – охранник вышел на аллею.

– Пошли, нас ждут.

– Кто? Неужто сам? – Илья убрал пистолет, быстро зашагал рядом.

– Полковник Гуров.

– Не пойду! Он мне не указ!

Авдеев рванул за плечо остановившегося охранника и зашептал:

– Не пойдешь – рысью побежишь!

По дороге Авдеев ему коротко объяснил, мол, получено специальное задание хозяина, подробности сообщит Гуров. Илья загрустил, подробности в изложении полковника милиции виделись как наручники, машина, камера.

– Есть новости? – спросил Гуров, наливая гостям чай. – Николай Васильевич, что ответила лаборатория по образцам травы, которую мы взяли с предполагаемого местонахождения преступника?

– Ничего интересного, обычный химический состав, характерный для Подмосковья, – ответил Авдеев.

– А вы говорили, собака шарахнулась и заскулила, – удивился Гуров. – Может, вы спутали место?

– Я там вешку поставил, Лев Иванович.

– Странно, – Гуров помолчал, затем спросил: – Есть предложения, варианты, версии?

Илья молчал, Авдеев ответил:

– Розыск поручен вам, Лев Иванович, вам и карты в руки.

– Спасибо, Николай Васильевич. Если у меня поинтересуются, как мне помогает безопасность, я отвечу, что на высшем уровне. Хорошо, хорошо, не заводись, – остановил Гуров возмутившегося было гэбиста. – Мою просьбу выполнили?

– Безусловно, к полудню будет ответ.

– И прекрасно, отдыхайте, полковник. А мы тут с Ильей беседы побеседуем, разговоры поразговариваем.


Геннадий Артурович, в прекрасно сшитом костюме, который скрывал недостатки нелепой фигуры, в свежей рубашке и модном галстуке, провел час в парикмахерской и стал походить на цивилизованного преуспевающего бизнесмена. Затем он зашел в библиотеку, где пролистал подшивки нескольких газет за последний месяц, никаких выписок не делал, – память, как уже говорилось, Бланка не подводила. Закончив просматривать газеты, он из читального зала не ушел, облокотился на стол, подперев ладонью круглую тяжелую голову, задумался.

Он уже знал, что Гуров траву на экспертизу послал и вот-вот выйдет на шофера Танаева. Бланк такой ход событий предвидел, готовил Карима Танаева на заклание, но все произошло слишком быстро, сыщик начинал раздражать. Я не спортсмен, не самовлюбленный герой, рассуждал Бланк, покидая читальный зал и направляясь домой. Человек я не тщеславный, мне ни к чему сильные противники. Зачем искать очередную жертву среди говорливых политиков, когда есть человек, ликвидировав которого можно убить двух зайцев. Гуров руководит розыском убийцы, проживает в усадьбе спикера, и смерть полковника газетчики и телевидение, да и западная печать, преподнесут на высшем уровне. Танаева все равно придется отдать, да и черт с ним, – отстрелянный патрон, пустая гильза. Кто придумал афоризм, мол, человек учится только на своих ошибках? Дебил учится на своих, нормальный человек анализирует чужие и старается их избегать.

Раз уж он оделся парадно, постригся и выбрался в город, то можно и перекусить по-человечески, решил Бланк, хотя был к еде абсолютно равнодушен.

Брать машину, искать ресторан ему было лень, а так как он находился на Серпуховке, то после недолгих блужданий оказался в валютном ресторане «Сеул», который привлек экзотическим названием, чистотой, главное, отсутствием толкотни в дверях и нормальным вежливым обслуживанием.

С плохим аппетитом, занятый мыслями, не имеющими к еде никакого отношения, Бланк попробовал холодный папоротник, который остро пах чесноком, масленую японскую морскую капусту, чертыхнулся, даже перестал думать о Гурове. Если ты забрался в «Сеул», то почему решил, что тебя станут кормить по-европейски? Ради приличия он выпил рюмку пахучей водки «Соучжу» и принялся за мясо «Тун мин». Хорошо прожаренная сочная говядина ему понравилась. Бланк перестал корить себя за лень и вернулся к рассуждениям о бренности всего земного и о том, что умный человек должен изучать и учитывать ошибки дураков.

Вроде бы, как он слышал, коммерсант Лебедев, Роговой и другие жертвы Гурова были отнюдь не глупы, однако одних убили, других посадили. Бланк ожидал, что на шофера выйдут, даже в какой-то степени подставил чучмека, однако не так быстро же.

В чем заключалась основная ошибка незадачливых коллег? Они бодались с Гуровым, а в таких делах самолюбие вещь никчемная, смертельно вредная. Никаких брошенных перчаток, дуэлей, соревнований. Я сказал, что сыщик меня не знает, потому он мне не страшен. Дурацкие слова, короткие мысли. Сегодня не знает, завтра узнает либо почувствует, начнет искать. Мне это надо?

Он равнодушно расстался с долларами, вышел из «Сеула» и отправился к своим котам. У большинства экранных злодеев имеется кот, а у меня их стая. Пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей о сыщике Гурове, Геннадий Артурович начал философствовать на отвлеченные темы. Я люблю животных? Отнюдь. Зачем мне нужны драные коты? А разговаривать с кем? Я ведь с электронным хламом возиться не люблю, однако вожусь, порчу зрение. Человек – великая загадка природы. А Гурова необходимо убить. Я не д'Артаньян, мне приключения ни к чему.

Вечером, в прожженном кислотой костюме, Бланк сидел в кресле, отложив лупу, прикидывал, кого конкретно следует натравить на сыщика, чтобы ни одна живая душа не знала, что он, Геннадий Артурович Бланк, имеет к убийству хоть какое-то отношение.

Глава 4
Ночь истекает, наваливается день

Когда полковник распрощался и вышел, Гуров спросил:

– Что у тебя? Как преступник мог проникнуть на территорию?

– Только через КП, другого объяснения у меня нет, господин полковник.

– На воротах машины гостей встречал ты лично или кому поручал?

– Лично.

– Багажники проверял?

– Как можно? Депутаты Верховного Совета! – возмутился охранник. – Если я о машине предупрежден, никогда не проверяю. Вы же, Лев Иванович, свободно проехали.

– Напрасно не проверяете, за халатность ответите.

– Перед вами? – начальник охраны поднялся.

– Отвечают по закону и перед судом. – Гуров осмотрел Илью с ног до головы, с довольным видом потирая руки, приговаривал: – Хорошо. Очень хорошо. Значит, договоримся.

– Можете приказывать, ни о чем договариваться с вами я не намерен.

– Выдохни, иначе взорвешься. – Гуров взглянул на часы, пробормотал: – Ну, извини, друг, – снял телефонную трубку и начал набирать номер, вскоре услышал знакомый голос:

– Слушаю тебя, Лева.

– Извини, не мог позвонить раньше, для меня есть что-нибудь?

– Есть, но мало утешительного, – отвечал генерал Орлов. – Обнаружен химический состав, который нашим экспертам неизвестен, предположительно изготовлен в Германии. Имею формулу. Будешь записывать?

– К чему? Мы же не будем по формуле искать. Возьмем соскобы. Проведем сравнительную экспертизу. Как доказательству установлению идентичности цена ноль, однако для нас это прямой выход на исполнителя. Спасибо, Петр, досыпай.

Илья все еще стоял, чувствовал себя неловко. Уйти нельзя – дисциплина, сесть гордость не позволяет, вроде как сдался. Гуров словно подслушал его мысли, улыбнулся.

– Садись, петух, мы не противники, в одном окопе оказались, – опустился в кресло, допил оставшийся чай. – Вот так, дружок, очень даже желательно, просто необходимо, убийцу установить. Даже водворив его в камеру, мы продвинемся не шибко, не говоря о том, что доказательств у нас нет и пока не предвидится.

– Вы знаете, где искать?

– Только предположительно. Об этом чуть позже, пока отвлечемся, поговорим о тебе и о том, как мы будем работать. Я тебя проверил и убедился – ты парень стоящий, мне повезло.

– Простите, Лев Иванович, когда вы меня проверяли?

– С момента нашего знакомства. Я на тебя давил, пугал, затем предоставил возможность врать, изворачиваться, уйти от ответственности. Хватит об этом. Я убедился, что ты нормальный парень. У нас оценка человека на должной высоте. Оброненный бумажник не украл – так человек кристальной чистоты. Хоть памятник ему ставь. Я вынужден тебя кое в чем просветить, иначе ты можешь напортачить и тебя попросту убьют.

Сыщик начал возиться с сигаретами, выдерживая паузу, – давал возможность Илье произнести какую-нибудь глупость типа: «Я не боюсь! Не пугайте». Парень ответил достойно:

– Лев Иванович, сделаю все возможное, чтобы остаться в живых.

– Спасибо, – Гуров кивнул и продолжал: – Убийца опрыскал обувь неизвестной нам химией. Я взял образцы травы, часть отдал на экспертизу через полковника Авдеева, часть отослал своим криминалистам.

– Отослали? – Илья прищурился, прикидывая, когда и каким образом полковник передал что-либо с охраняемой территории. Вспомнил приходившую к Гурову машину, полковника Авдеева, который передал водителю конверт, выругался: – Черт побери! Полковник с вами заодно?

– Скорее против. Я его использовал втемную, ты не торопись, слушай. Сейчас, при тебе, Авдеев сказал, что эксперты ничего не установили. Это неправда, химия на траве обнаружена. Не спеши записывать полковника в суки и предатели. Существует множество иных объяснений. Экспертизу еще не провели, Николай не захотел в этом признаться. Начальство полковника результаты получило, но не посчитало нужным ставить полковника в известность. Авдееву сообщили результаты, приказали мне не говорить, попытаются сработать без милиции, обычные межведомственные интриги.

– Значит, с полковником все в порядке, – облегченно вздохнул Илья.

– Я этого не говорил, – ответил Гуров, смотрел мимо собеседника и думал, правильно ли сделал, приоткрыв парню карты. – Я работал с Николаем, когда он был майором, честным парнем, средним оперативником. С годами люди меняются. Я тебе выдал информацию, без которой ты не смог бы работать. У полковника свои задачи, лишнее ему знать абсолютно ни к чему.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное