Николай Леонов.

Колдовская любовь

(страница 3 из 17)

скачать книгу бесплатно

Именно поэтому Гуров десять раз убедился, что избавился от «хвоста», прежде чем отправиться на свидание с бывшим налоговым инспектором. В глубине души это бесило его – он, выслеживающий преступников, сам был вынужден действовать как преступник! Но обстоятельства не оставляли ему выбора – приходилось смиряться.

Александра Викулова, юрисконсульта фирмы, Гуров разыскал без труда. Однако пришлось не менее получаса дожидаться, пока тот освободится, – шли какие-то переговоры в кабинете управляющего, и Викулов должен был там присутствовать.

Бывший инспектор оказался довольно молодым, по-военному подтянутым и очень серьезным человеком. И к тому же крайне занятым. Едва Гуров попытался заговорить с ним в коридоре, неосторожно предупредив, что хочет выяснить один частный вопрос, как Викулов немедленно и болезненно отреагировал, сказав:

– Простите, у меня совершенно нет времени для частных вопросов! Очень много работы. Попытайтесь связаться со мной вечером – возможно, я сумею что-то для вас сделать… – В голосе его слышалась едва сдерживаемая досада.

Гуров понял, что дал промашку, и попытался зайти с другого бока.

– Я тоже прошу прощения, – холодно сказал он. – Пожалуй, я неудачно выразился. Меня зовут Лев Иванович Гуров. Я – старший оперуполномоченный по особо важным делам, полковник. И вопрос, который я хотел задать вам, связан с убийством.

Разговор велся на ходу, но после этих слов Викулов резко затормозил и, озадаченно морща лоб, уставился в упор на Гурова.

– Что? – недоверчиво воскликнул он. – Какое еще убийство?

У него были правильные тонкие черты лица, и следил он за собой едва ли не старательнее, чем Гуров, благодаря чему выглядел как истый европеец, характерный представитель благополучного, знающего себе цену племени.

– Убили одного человека, с которым вы были знакомы, – объяснил Гуров. – Я был бы очень признателен, если бы вы сообщили мне некоторые подробности биографии этого человека.

– О ком речь? – растерялся Викулов. – Кажется, все мои знакомые живы, слава богу… Я что-то не слышал ничего такого…

– Не думайте, что хочу вас заинтриговать, – сказал Гуров. – Просто я даже толком не знаю, как этого человека зовут. Некий магистр черной магии по имени Генрих… Вы же с ним встречались?

На интеллигентное лицо юриста набежала тень. Он упрямо наклонил голову и сказал с деланым равнодушием:

– Ах, вот оно что! Еще раз извините, оперуполномоченный, но нам с вами не о чем разговаривать. Мое знакомство с этим человеком было чисто формальным, и было это достаточно давно. С тех пор я ни разу его не видел.

– Я понимаю, – терпеливо заметил Гуров. – Но для меня важны любые сведения.

– А для меня важна моя работа, – парировал Викулов. – Поэтому прощайте! Если у вас есть ко мне вопросы, присылайте повестку – иного выхода я не вижу.

– А ты умный, Викулов, не дурак! – похвалил Гуров. – На молоке обжегся, теперь на воду дуешь! И тебе, я вижу, нисколько не стыдно? Молодой мужик, косая сажень в плечах, а похож на щенка, который удирает, поджав хвост.

Лицо Викулова омрачилось.

Демонстративно посмотрев мимо Гурова, он процедил сквозь зубы:

– Даже из уважения к вашим почтенным сединам я не намерен выслушивать оскорблений, господин полковник! Скажите спасибо, что я все-таки хорошо воспитан. Обычно я обиды не прощаю…

Гурову все это уже порядком надоело. Он вдруг шагнул вперед и сгреб Викулова за лацканы дорогого пиджака.

– Послушай, что я тебе скажу, сынок! – негромко, но внушительно произнес Гуров. – В отличие от тебя я частенько прощаю обиды. Не знаю, в чем тут дело – может, возраст?.. Я трусости не прощаю! Она слишком дорого обходится, понимаешь? Из-за таких, как ты, осторожных мы все сейчас в дерьме сидим по самые уши! И не только в дерьме, между прочим, а и в крови тоже… Ты хоть помнишь, юрист, что есть люди, которые на работе кровь проливают?

Викулов попытался вырваться, но Гуров держал его крепко. В глазах бывшего налоговика мелькнуло смятение.

– Да чего вы от меня хотите, черт подери? – почти жалобно пробормотал он. – Вам нравится проливать кровь – флаг вам в руки! Ко мне-то вы чего цепляетесь?.. Ну да, я не храбрец, ну и что? – он криво усмехнулся. – Читали небось в школе – «жизнь дается один раз»?.. Мне тоже второй никто не предложит…

Гуров медленно разжал пальцы. Викулов, оглядываясь исподлобья по сторонам, принялся быстро приводить себя в порядок. Весь гонор уже слетел с него. Гуров понял, что в глубине души Викулов не на шутку боится. Просто Гурова он боится не так сильно, как тех, кто заставил его поменять работу.

– Ну что ж, вот это уже другой разговор, – удовлетворенно сказал Гуров. – А то – «обид не прощаю», понимаешь! А когда в отставку тебе велели отправляться – отправился как миленький… Неужели на душе кошки не скребли?

– А это вас не касается, – буркнул Викулов, отворачиваясь.

– Это тебя ничего не касается, – заметил Гуров. – В своей норке хочешь отсидеться. Из своего опыта знаю, что такие номера обычно плохо кончаются. Удача улыбается тем, кто рискует, прости за банальность…

Викулов еще раз украдкой оглянулся по сторонам, но, осознав, что маленького происшествия никто из посторонних, кажется, не заметил, немного успокоился. Он отошел в сторону и, повернувшись лицом к широкому окну, за которым открывалась панорама Садового кольца, бесстрастно сказал:

– Ну что ж, можете считать, что задели меня за живое. Я расчувствовался и понял, что до сих пор жил неправильно. Вы на это надеялись, когда читали тут проповедь? Черта с два! Ни вам до меня, ни мне до вас нет никакого дела. Просто я догадываюсь, что вы от меня не отстанете и еще больше испортите мне жизнь. Я отвечу на ваши вопросы, если дадите слово, что больше меня никто не будет беспокоить. Чего вы от меня хотите? Каких откровений? Я ни сном ни духом не ведал с утра ни о каком убийстве…

– Охотно верю, – сказал Гуров. – Но и мне нужно не так уж много. Я же не заставляю тебя назвать имя убийцы. Скажи мне хотя бы имя колдуна, прах его побери! Я даже этого не знаю!

Викулов недоверчиво посмотрел на него, но не стал высказывать никаких замечаний. Ему по-прежнему хотелось поскорее отделаться от Гурова.

– Этого человека звали Генрих Блок, – произнес он терпеливо, как школьник, отвечающий плохо выученный урок. – Отчества, откровенно говоря, не помню – все-таки это не вчера было… Чрезвычайно неприятный тип! Но это, конечно, субъективно – кое-кто в нем души не чаял… Не знаю, чем он их всех брал. Однако, говорят, был дьявольски проницателен и в психологии разбирался лучше любого профессора. Хотя я точно знаю, что, кроме двух незаконченных высших, у него ничего за душой не было…

– Генрих Блок, Генрих Блок, – задумчиво повторил Гуров. – Чем же он все-таки занимался, этот Генрих Блок? За что ему деньги платили?

– За глупость всякую, – сердито ответил Викулов. – За предсказания, за магию – привороты, наговоры… Между прочим, этой фигней сейчас балуются даже очень высокие люди, представляете?

– Очень даже представляю, – сказал Гуров. – Тут мне, кстати, о Распутине недавно напомнили…

– Вот-вот, – поддакнул Викулов. – Поэтому, когда я по молодости и наивности попытался выяснить подлинные доходы Блока, он просто обратился к одному из своих высокопоставленных клиентов. Не знаю, что он ему сказал – может быть, что у меня плохая аура…

– А как тебя попросили покинуть здоровый коллектив? – перебил его Гуров. – Извини, что спрашиваю, но уж очень любопытно, под каким соусом можно выгнать своего сотрудника из-за явного шарлатана, да еще уклоняющегося от налогов.

– Да нет ничего проще, – невесело улыбнулся Викулов. – Просто мне дали понять, что не хотят больше меня видеть. Я пытался изобразить что-то эдакое… Но мне намекнули, что человеку в любой момент можно устроить такую пакость, после которой он всю жизнь не отмоется. Например, подбросить в стол меченые деньги… А это уже сроком пахнет. Я не стал сопротивляться.

– На каком же уровне тебя припугнули? – поинтересовался Гуров.

– На уровне начальника отдела, – с вызовом сказал Викулов. – Ну и что? Вы же сказали, что я трус! Разумеется, я не стал ждать, пока то же самое скажет начальник управления. По крайней мере, теперь я спокоен. Да и материальное положение…

– Понятно, – сказал Гуров. – Но давай вернемся к Блоку. Как ты думаешь, могли у него быть враги?

Взгляд Викулова потух. Он поморщился и сказал:

– Вы опять за свое… Поймите, все это было довольно давно. Никаких секретов я узнать не успел. А насчет врагов… Одного врага Блока я могу назвать вам точно – это я сам. Но в убийцы прошу меня не записывать…

– А я и не собираюсь, – спокойно ответил Гуров. – Там действовали более крепкие люди… Значит, секретов вы не знаете? А кто может знать? У Блока были близкие люди? Ну, кому он мог довериться? Уж это вы должны были успеть выяснить!

– Пожалуй, – неохотно проговорил Викулов. – У него была в ту пору секретарша. Насколько помню, звали ее Натальей… Да, Наталья Жукова. Жила она возле Новоарбатского моста. Какое-то время я сдуру пытался ее разговорить. Красивая и увертливая стерва! Вот она наверняка знает все секреты маэстро. Только сомневаюсь, что она захочет ими с вами делиться.

– Не захочет? – серьезно спросил Гуров. – Тогда подскажите еще парочку фамилий, для верности.

– Ну, какая тут верность! – презрительно фыркнул Викулов. – Это уж как повезет. Был еще шофер – Смагин Илья Васильевич. Водил черный «Мерседес» Блока. Может, до сих пор водит… Ну, этот вообще постоянно рот на замке держал. Могила… Впрочем, был у Блока один дружок, который говорил очень много – можно сказать, страдал словесным поносом, – Васильков Михаил Корнеевич. Не слышали про такого?

– Не доводилось.

– Очень интересная личность. Между прочим, тоже бывший юрист. Практика у него не пошла, но зато в смутное время он сумел пролезть в политику. Остался, правда, где-то на периферии, но кое-какие полезные знакомства завел. Именно через него Блок выходил на самых серьезных клиентов.

– Это уже теплее, – заинтересовался Гуров. – И вы знаете, где можно найти этого человека?

Викулов замялся и часто заморгал глазами – кажется, он уже пожалел, что сказал лишнее.

– Ну-у… я не знаю… Мне не пришлось с ним тесно общаться. Впрочем, думаю, вы разыщете его без труда. По газетам я знаю, что Васильков до сих пор возглавляет некий общественно-политический фонд под названием «Форум ХХI»…

– Он такая важная шишка? – удивился Гуров.

Викулов невольно улыбнулся.

– Ну, не знаю, насколько важная, – сказал он. – Кое-какие связи наверху у него имеются – это я уже сказал. Но не воображайте, что этот «Форум» что-то из себя представляет. Просто ширма для мелких махинаций на политической ниве. Держится на плаву благодаря личной инициативе и авторитету шефа. Хотя авторитет, на мой взгляд, довольно сомнительный…

– Это хорошо, если сомнительный, – заметил Гуров. – Легче будет наладить контакт. Люди с сомнительной репутацией уважительно относятся к органам правопорядка. Тем более, ты говоришь, что этот Васильков любит поговорить…

Викулов скептически посмотрел на него.

– Блажен, кто верует, – сказал он. – Знаете, что я думаю? Может, вам стоит поискать новое место работы? Думаю, скоро вас попрут тоже…

– Жизнь покажет, – не слишком любезно ответил Гуров. – Пока этот вопрос стоит не так остро, как тебе хотелось бы.

– Да мне-то что, – скучно сказал Викулов. – Это ваши проблемы. Я предупредил просто…

– Ну, спасибо, – жестко сказал Гуров. – Хоть предупредил.

Глава 5

Гуров сидел за рабочим столом, обложившись газетами, и хмуро просматривал их одну за другой. Он уже понял, что информацию о магистре Блоке придется собирать по крупицам, и решил для начала ознакомиться с рекламными объявлениями покойного.

Реклама Блока в газетах присутствовала, но удивительно скудная. Примерно в каждом десятом номере попадалось лаконичное объявление – что-то вроде: «Магистр черной и белой магии Г.Блок. Прием с 14 до 24 час. Телефон такой-то» – и все. Покойный не увлекался рекламой. Видимо, был убежден, что слухом земля полнится.

Наверное, он был по-своему прав. Возможно, в глазах клиентов отсутствие обычной рекламы только прибавляло ему таинственности и одновременно достоверности. Если о тебе все знают и полушепотом передают друг другу твое имя, ни к чему крикливые объявления.

Зато теперь Гурову было над чем поломать голову. «Прием с 14 до 24 час.» – вот и вся информация. Негусто. Документация магистра, если таковая существует, категорически недоступна. Племянник Крячко за решеткой. Материалы следствия за семью замками. Особо не разгуляешься. Гуров раздраженно отбросил в сторону газеты и откинулся на спинку стула. Между бровей его залегла тяжелая складка.

Тихо открылась дверь кабинета, и почти неслышно вошел Крячко. Он негромко поздоровался и осторожно присел на свой стул, жалобно глядя на Гурова.

Такое поведение было совершенно нехарактерно для Стаса. Впрочем, он сегодня вообще выглядел необычно – черный пиджак, глаженые брюки и криво повязанный галстук делали его похожим на страдальца, вызванного на судебное заседание по поводу алиментов. Может быть, такая мысль пришла Гурову в голову еще и потому, что во всей фигуре Крячко присутствовали покорность и смирение, обычно ему не свойственные.

– Наконец ты появился, – проворчал Гуров. – Я уже начинал беспокоиться, не отправили ли тебя следом за твоим племянничком… Выглядишь ты, впрочем, неплохо – только в глазах что-то такое… овечье, что ли… Неужели не отошел еще?

– Ты имеешь в виду… – Крячко смущенно щелкнул себя по горлу. – Ты прости, Лева, глупо получилось. Но я, правда, был не в себе. Просто совершенно потерял голову.

– И решил поискать ее в бутылке «Смирновской»? – ехидно поинтересовался Гуров.

– Был грех! – вздохнул Крячко. – Черт попутал. Но теперь с этим категорически покончено. Завязал!

– А что же так кисло выглядишь? – спросил Гуров.

Крячко махнул рукой.

– Я ведь сегодня нарасхват, – сокрушенно признался он. – Сначала к его превосходительству на ковер ходил… Какие слова он мне говорил, повторять не стану. Совсем озверел старик! Я его не виню, конечно. Сам кругом виноват. Ну, а от работы меня теперь отстранили – до окончания расследования.

– Ну, Петр обязан был тебе разные слова говорить, – заметил Гуров. – Ему их в кабинете у министра продиктовали. Никуда не денешься.

– Да я понимаю, – кивнул Крячко. – Я еще почему расстроился? Сегодня у меня дома следственная группа была. Сейф проверяли и все такое… Племяша моего тоже притащили, чтобы он, значит, подтвердил, каким способом проник в сейф и похитил табельное оружие. С намеком – не с моего ли молчаливого согласия…

– И что? – спросил Гуров.

– Да ничего. Можно сказать, по нулям, хотя и не в нашу пользу, – сказал Крячко.

– Это как же понимать? – поднял брови Гуров.

– Ну, правда, следователь сумел себя убедить, что таким, как я, доверять оружие не только опасно, но и преступно. Что сейф мой можно открыть спичкой, а сам я – потомственный алкоголик, садист и растяпа. Но главного ему доказать пока не удалось.

Гуров вопросительно посмотрел на него.

– Что пистолет взял именно Виталий, – объяснил Крячко. – Племяшу, видно, в камере туго приходится – лица на нем нет, бледный весь, но держится молодцом. Ничего на себя брать не стал, как ни давили на него. Может, выкрутимся, если не сломается он. Ведь на сейфе даже его отпечатков пальцев нет – я в этом на сто процентов уверен…

– В жизни всякое случается, – задумчиво сказал Гуров. – Сегодня нет – а завтра, глядишь, появятся. С мистикой как-никак дело имеем.

– Вот и я говорю, – заторопился Крячко. – Кто его знает! В тюрьме не сахар, а Виталий человек все-таки интеллигентный… На сколько ему сил хватит?..

– Его силы тут ни при чем, – возразил Гуров. – Хотя, конечно, лучше бы было, если бы он на себя лишнего не брал. Это может здорово осложнить дело. Но в первую очередь все зависит от нас с тобой. Нам с тобой нужно искать, кто твой пистолет выкрал и колдуна прикончил. И делать это побыстрее, потому что мы и так все ушами прохлопали…

– Лева! Ты-то тут при чем? – покаянно воскликнул Крячко. – Это я, кретин…

– Полное раскаяние в кабинете у прокурора напишешь, – улыбнулся Гуров. – Давай к делу. Нам с тобой в первую очередь трех человек проверить бы надо. Но дело это непростое – все они на Блока работали. Нужно у каждого из них подноготную проверить. Я тут по всем трем запрос в архив сделал – к вечеру обещали позвонить. Может, за кем-то из них грешки водились в прошлом…

Крячко покачал головой и сказал безнадежно:

– Честно говоря, сдается мне, что ничего у нас на этот раз не получится, Лева! Слыханное ли дело – убийство мелкого жулика генеральная прокуратура расследует! Значит, наверху кто-то в этом очень заинтересован.

– Да уж этот факт можно считать бесспорным! – кивнул Гуров. – Но, может, оно и к лучшему? Нужно просто узнать, кто именно во всей этой катавасии заинтересован, и золотой ключик у нас в кармане!

– Легко сказать! – уныло протянул Крячко. – Ну и узнаем, допустим, – что это меняет? Нам этих людей все равно не достать.

– Что же теперь – лапки сложить и на дно идти? – сердито спросил Гуров. – Стыдно, полковник!

– Ну, стыдно, а что делать? – потерянно произнес Крячко. – Мне и Петр сказал, чтобы я сидел тихо и не рыпался.

– Тихо – это то, что нужно, – согласился Гуров. – Но рыпаться мы будем. Пусть не надеются, что нас так запросто скрутить можно. Мы с тобой и не в таких переделках бывали!

– В таких еще не бывали, – вздохнул Крячко. – И это еще, попомни мои слова, цветочки! А вот возьмутся за нас обоих…

– Уже взялись, – сказал Гуров. – За мной уже следят, между прочим. Наверняка и тобой заинтересуются. Так что держи ушки на макушке.

– И это все, что от меня требуется?! – с отчаянием произнес Крячко. – Я и так уже от каждой тени шарахаюсь! Ты бы мне дело, что ли, какое-нибудь дал – иначе я в себя так и не приду, наверное! Это я к тому, что инициативы от меня сейчас ждать не приходится – голова не работает, жить не хочется… Чувствую себя лишним человеком на этом свете – как Печорин какой-нибудь, ей богу!

Гуров посмотрел на его грубоватое мужественное лицо, которое сейчас выражало совершенно детскую обиду, и усмехнулся.

– Дело, говоришь? – спросил он. – Ну вот тебе одно дельце для начала. Нужно моих «пастухов» с толку сбить. Сейчас выйди из главка первым и, нигде не задерживаясь, садись в мою машину, – он перебросил Крячко связку ключей. – И сразу уезжай. Если заметишь за собой «хвост» – «Фольксваген» булыжного цвета – значит, все в порядке.

– А куда мне ехать-то? – растерянно спросил Крячко.

– А куда хочешь! – ответил Гуров. – Главное, подальше от Новоарбатского моста. И еще постарайся, чтобы как можно дольше не заметили, что ты – это ты, понимаешь? Хотя это маловероятно, конечно. По-моему, за мной профессионалы ходят.

– Неужели опять генеральная прокуратура? – испуганно спросил Крячко.

– Не думаю, – мотнул головой Гуров. – Прокуратура исключительно семейством Крячко занимается. За рамки необходимого и достаточного выходить она не станет – тут я на сто процентов уверен.

– Тогда кто же?

– А вот это вопрос, – сказал Гуров. – Полагаю, что кому-то очень важно знать, чем занят полковник Гуров и не собирается ли он сунуть свой нос в дело магистра Блока…

– Думаешь, это и есть убийцы?

– Ну, убийцы они или нет, это может определить только суд, – сказал Гуров. – Но то, что они в этом деле не посторонние, – несомненно.

– Так, может, взять за шкирку? – с надеждой спросил Крячко. – Тряхнуть хорошенько…

– Тут вопрос – кто кого тряхнет, – серьезно ответил Гуров. – Да и неизвестно, что еще потом будет. Как бы не получилось так, что нас всех с работы попросят. Конечно, свободного времени навалом будет, но возможности уже не те… Прежде чем трясти, сначала разобраться надо.

– И с кем ты с первым разбираться надумал? – спросил Крячко.

– Сначала хочу навестить помощницу Блока, – ответил Гуров. – То ли секретаршу, то ли соратницу по нелегкому колдовскому делу – Жукову Наталью…

– Ах, черт! – хлопнул себя по лбу Крячко. – Совсем забыл! Генерал велел тебе передать, кто навел следователя на мысль, где следует искать хозяина пистолета. Ему это под большим секретом в прокуратуре сообщили. Как думаешь – кто такой умный?

– Надо понимать, эта самая Жукова и есть? – спокойно спросил Гуров. – Раз ты только сейчас о таком «пустяке» вспомнил.

– Да голова, говорю, как чужая, – смущенно сказал Крячко. – Ничего не соображает, честное слово… А насчет Жуковой в самую точку! Она сразу подсказала следователю, что пистолет может принадлежать мне. Вот такие дела.

– И следователь не удивился этому заявлению?

Крячко развел руками.

– Вот это ни мне, ни Петру уже не ведомо, – сказал он. – Хорошо еще, хоть чем-то поделились.

– Да, хорошо, – задумчиво проговорил Гуров. – Что же, нечто в этом роде я и предполагал. Как говорится, и ты, Брут! Выходит, секретарша и соратница замешана во всем непосредственно. Но не следует забывать, что слежку за мной она организовать никак не могла. Значит, она здесь на самом деле лишь десятая спица в колесе. Организовал убийство кто-то другой. Но Жукова была посвящена во многое. Думаю, ее использовали вовсю. Запугали или купили… А что из этого следует?

– Что с нами она разговаривать не будет, – неуверенно сказал Крячко. – У нас таких денег нет, чтобы ее перекупить.

– Это само собой, – кивнул Гуров. – Но дело не в этом. Я боюсь, что кому-то очень скоро захочется от такой свидетельницы избавиться. Поэтому нам нужно спешить.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное