Урсула Ле Гуин.

История Андрея Петрова

(страница 3 из 15)

скачать книгу бесплатно

   – Никто не вызывал, Гветер, – сказал он. – Вы с Беттоном вышли, я был поддержкой; когда я понял, что не смогу сохранить стабильность лэндера, что почва на месте посадки какая-то странная, я велел вам вернуться в лэндер, и мы взлетели.
   Гветер смог лишь пробормотать:
   – Иллюзорные…
   – Но Тай вышла… – начал было Беттон и смолк. Гветеру показалось, что мальчик отстранился от матери. Что имеет значение?
   – Никто не спускался вниз, – сказала Сладкое Сегодня. И, помолчав, добавила: – Никакого низа нет, и спускаться некуда.
   Гветер попытался отыскать другое слово, но не нашел. Он уставился через окно на мутные бурые завихрения, сквозь которые, если внимательно приглядеться, просвечивали звездочки.
   Тогда он отыскал слово, неправильное слово.
   – Потерялись, – сказал он и, произнеся его, почувствовал, как огни на корабле медленно окутываются бурой мглою, тускнеют, темнеют и гаснут, а негромкое деловое гудение корабельных систем умирает, сменяясь реальной тишиной, которая была здесь всегда. Но здесь ничего не было. Ничто не произошло. «Мы в порту Be!» – попытался он крикнуть, собрав всю свою волю, но не издал ни звука.
   Солнца пылают сквозь мою плоть, сказала Лиди.
   Я и есть эти солнца, сказала Сладкое Сегодня. И не только я, но и все.
   Не дышите! крикнула Орет.
   Это смерть, сказал Шан. То, чего я боялся: ничто.
   Ничто, сказали они.
   Не дыша, призраки скользили и перемещались внутри призрачной раковины холодного и темного корпуса, плавающего вблизи мира бурого тумана, нереальной планеты. Они разговаривали, но никто не слышал голосов. В вакууме нет звуков, в не-времени тоже.
   В одиночестве своей каюты Лиди ощутила, как сила тяжести уменьшилась наполовину; она видела их, близкие и далекие солнца, пылающие сквозь марлю корпуса и переборок, сквозь постель и ее тело. Самое яркое, солнце этой системы, находилось прямо под ее пупком. Она не знала, как оно называется.
   Я мрак между звездами, сказал кто-то.
   Я ничто, сказал кто-то.
   Я есть ты, сказал кто-то.
   Ты… Ты…
   И вдохнул, и простер вперед руки, и воскликнул:
   – Слушайте!
   Крикнул другому, крикнул другим:
   – Слушайте!
   – Мы всегда это знали. Это место – то, где мы всегда были и всегда будем, в колыбели, в центре. Тут нечего бояться, в конце концов.
   – Я не могу дышать.
   – Я не дышу.
   – Тут нечем дышать.
   – Вы… ды<$Q770C0000001140696D3FFEB6270CE80742530D828DCE62100904F134E5ABECA4F8>шите. Дыши<$Q770C0000001140696D3FFEB6270CE80742530D828DCE62100904F134E5ABECA4F8>те, пожалуйста!
   – Мы здесь, в колыбели.
   Орет разложила костер, Карт развел огонь.
Когда он разгорелся, они негромко сказали по-кархидски:
   – Восславим также огонь и незавершенное творение.
   Огонь искрил, потрескивал, внезапно вспыхивал. Но не гас. Он горел. Все собрались вокруг.
   Они были нигде, но они были нигде вместе. Корабль был мертв, но они находились в нем. Мертвый корабль остывал довольно быстро, но не мгновенно. Закройте двери, подходите к огню; прогоним перед сном ночной холод.
   Карт вместе с Ригом отправился к Лиди – чтобы уговорить ее покинуть звездный склеп. Женщина не пожелала вставать.
   – Во всем виновата я, – сказала она.
   – Не будь эгоисткой, – мягко произнес Карт. – Как такое может быть?
   – Не знаю. Я хочу остаться здесь, – пробормотала Лиди.
   – О Лиди, только не в одиночестве! – взмолился Карт.
   – А как же иначе? – холодно осведомилась женщина. Но тут ей стало стыдно за себя, стыдно за неудавшийся по ее вине полет.
   – Ладно, – буркнула она, тяжело поднялась, закуталась в одеяло и вышла следом за Картом и Ригом. Малыш нес маленький биолюм; тот светился некоторое время в темных коридорах, пока растения в его аэробных емкостях жили, размножались и выделяли воздух для дыхания. Огонек двигался перед ней сквозь тьму, точно звездочка среди звезд, пока не привел в полную книг комнату, где в каменном очаге пылал огонь.
   – Здравствуйте, дети, – сказала Лиди. – Что вы тут делаете?
   – Рассказываем всякие истории, – ответила Сладкое Сегодня. Шан держал маленький блокнот со встроенным голосовым рекордером.
   – Он что, работает? – удивилась Лиди.
   – Похоже на то. Мы подумали, что надо рассказать… обо всем случившемся, – пояснил Шан, глядя на огонь и щуря узкие черные глаза на узком черном лице. – Каждому. Что мы… как это для нас выглядело. Чтобы…
   – А, как отчет… Да. На случай, если… Как, однако, странно, что твой блокнот работает. А все остальное – нет.
   – Он включается от голоса, – рассеянно пояснил Шан. – Итак, продолжай, Гветер.
   Гветер завершил свою версию рассказа об экспедиции на планету:
   – Мы даже не привезли образцы. Я о них не подумал.
   – С тобой полетел Шан, а не я, – сказала Тай.
   – Ты полетела, и я полетел, – возразил мальчик с уверенностью, которая ее остановила. – И мы выходили наружу. А Шан с Гветером были поддержкой и оставались в лэндере. И я взял образцы. Они в стасис-шкафу.
   – А я не знаю, был Шан в лэндере или нет, – сказал Гветер, до боли растирая себе лоб.
   – Куда вообще летал лэндер? – спросил Шан. – Там ничего нет… мы нигде… за пределами времени – это все, что приходит мне на ум… Когда кто-то из вас рассказывает, что видел, то кажется, что все так и было, а потом другой рассказывает совсем другое, и я…
   Орет вздрогнула и пересела ближе к огню.
   – Я никогда не верила, что эта проклятая штуковина сработает, – заявила Лиди, похожая на медведя в темной пещере своего одеяла.
   – Непонимание его – вот в чем была проблема, – сказал Карт. – Никто из нас не понимал, как чартен будет работать, даже Гветер. Так ведь?
   – Да, – кивнул Гветер.
   – Так что? если наше психическое взаимодействие с ним повлияло на процесс…
   – Или стало процессом, – предположила Сладкое Сегодня, – в той степени, в какой он затрагивал нас.
   – Так ты хочешь сказать, – с глубоким отвращением осведомилась Лиди, – что нам нужно было поверить в него, чтобы он сработал?
   – Но ведь и человеку надо верить в себя, чтобы действовать, – разве не так? – спросила Тай.
   – Нет, – ответила Лиди. – Абсолютно нет. Я и в себя-то не верю. Я лишь знаю кое-что. Достаточно, чтобы жить дальше.
   – Аналогия, – предложил Гветер. – Эффективные действия экипажа зависят от того, в какой степени члены экипажа ощущают себя таковыми – можете назвать это верой в экипаж… Правильно? Поэтому, возможно, для чартена мы… разумные существа… возможно, это зависит от нашего сознательного восприятия себя как… трансилиента… как нахождения в другом месте… месте назначения?
   – Мы, несомненно, утратили наше чувство принадлежности к экипажу, на некоторое… Можно ли теперь говорить о времени? – сказал Карт. – Мы рассыпались.
   – Мы потеряли нить, – сказал Шан.
   – Потеряли, – медитативно произнесла Орет, подкладывая в костер очередное массивное, но утратившее половину веса полено. Искры медленными звездами взлетели в дымоход.
   – Мы потеряли… что? – спросила Сладкое Сегодня. Некоторое время все молчали.
   – Когда я вижу солнце сквозь ковер… – сказала Лиди.
   – И я тоже, – очень тихо вставил Беттон.
   – А я могу видеть порт Be, – сказал Риг. – И что угодно. Могу сказать что. Если пригляжусь, то могу увидеть Лиден. И свою каюту на «Онеблине». И…
   – Но сперва, Риг, – попросила Сладкое Сегодня, – расскажи нам, что произошло.
   – Хорошо, – охотно согласился Риг. – Держи меня крепче, маба, я начинаю взлетать. Так вот, мы пошли в библиотеку, я, Астен и Беттон, и Беттон был старшим сибом, и взрослые были на мостике, и я собирался пойти спать, как я всегда делаю в обычном полете, но не успел я даже лечь, как вдруг появились бурая планета, и порт Be, и оба солнца, и все остальное, и я мог видеть сквозь что угодно, а Астен не могла. Но я могу.
   – И никуда мы не улетали, – заявила Астен. – Риг вечно рассказывает всякие сказки.
   – Мы все постоянно что-то рассказываем, Астен, – заметил Карт.
   – Но не такие глупости, как Риг!
   – Даже глупее, – сказала Орет. – И нам надо… Нам надо…
   – Нам надо понять, – сказал Шан, – что такое трансилиентность, и мы этого не знаем, потому что никогда не делали этого прежде, и никто не делал этого прежде.
   – Не во плоти, – уточнила Лиди.
   – Нам надо понять, что – реально – произошло и произошло ли вообще… – Тай указала на окружающую их пещеру света от костра и мрак за ее пределами. – Где мы? Здесь ли мы? Где находится это «здесь»? И каков рассказ?
   – Мы должны рассказать его, – сказала Сладкое Сегодня. – Снова и снова. Сравнить его… Как Риг. Астен, как начинается сказка?
   – Тысячу зим назад и в тысяче миль отсюда… – начала девочка, а Шан пробормотал:
   – Давным-давно…
   – Был корабль, который назывался «Шоби», – подхватила Сладкое Сегодня, – и отправился он в полет испытывать чартен-эффект, и был на нем экипаж из десяти человек.
   – А звали их Риг, Астен, Беттон, Карт, Орет, Лиди, Тай, Шан, Гветер и Сладкое Сегодня. И рассказали они свою историю, каждый отдельно и все вместе…
   Наступила тишина, которая всегда была здесь, нарушаемая лишь шипением и потрескиванием огня, негромким дыханием и шорохом одежды, пока один из них наконец не заговорил, рассказывая историю.
   – Мальчик и его мать, – произнес легкий и чистый голос, – стали первыми людьми, ступившими на эту планету.
   Снова тишина, снова голос:
   – Хотя ей хотелось… она поняла, что очень надеялась на то, что чартен не сработает, потому что он сделает все ее мастерство и всю ее жизнь ненужными… и одновременно ей очень хотелось научиться им управлять и узнать, что, если она сможет, если еще достаточно молода для обучения…
   Долгая, мягко пульсирующая пауза, и другой голос:
   – Они летали от мира к миру и всякий раз теряли мир, покидая его, теряли из-за разрыва во времени, потому что их друзья старели и умирали, пока они совершали СКОКС-полет. И если имелся способ жить в собственном времени и одновременно перемещаться от звезды к звезде, им хотелось испытать его…
   – Поставив на него все, – подхватил следующий голос, – потому что ничто не срабатывает, кроме того, за что готовы отдать душу, и ничто не безопасно, кроме того, чем рискуют.
   Короткая пауза, и голос:
   – Это походило на игру. Словно мы все еще в порту Be на борту «Шоби» и ждем, когда настанет время отправиться в СКОКС-полет. Но и словно мы уже одновременно на бурой планете. И одно из этих двух – притворство, только я не знаю, что именно. Поэтому все оказалось так, точно притворяешься во время игры. Но я не хочу играть. Потому что не знаю правил.
   Другой голос:
   – Если чартен-принцип окажется применимым для реальной трансилиентности живых и разумных существ, это станет великим событием в сознании его соплеменников – и всех людей. Новое понимание. Новое партнерство. Новый способ существования во вселенной. Более широкая свобода… Ему очень сильно этого хотелось. Он желал войти в экипаж, впервые создающий такое партнерство, первым человеком, способным промыслить эту мысль и… произнести ее. Но одновременно он боялся ее. Может, то не было истинное родство, может, фальшивое, может, всего лишь мечта. Он не знал.
   Они сидели вокруг костра, но за их спинами уже не было столь холодно и темно. И не волны ли это в Лидене шуршат о песок?
   Другой голос:
   – Она тоже много думала о своем народе. О вине, искуплении и пожертвовании. Ей очень хотелось совершить этот полет, который мог дать людям… больше свободы. Но он оказался не таким, каким она его представляла. Произошло… То, что произошло, значения не имело. А важным оказалось то, что она оказалась среди людей, давших свободу ей. Без вины. Она хотела остаться с ними, стать одной из экипажа… Вместе с сыном. Который стал первым человеком, ступившим в незнакомый мир.
   Долгая тишина, но уже не столь глубокая, наполненная мягким постукиванием корабельных систем, ровным и неосознаваемым, как циркуляция крови.
   Новый голос:
   – Они были мыслями в глубине сознания – чем же еще? Поэтому они могли быть и в Be, и возле бурой планеты, и наполненной желаниями плотью, и чистым духом, иллюзией и реальностью – и все это одновременно, поскольку они всегда ими были. Когда он вспомнил это, его смущение и страх исчезли, потому что он понял, что они не могут потеряться.
   – Они потерялись. Но они отыскали путь, – произнес новый голос, уже негромкий на фоне гудения и шороха корабельных систем, среди теплого свежего воздуха и света, заполняющих твердые стены корпуса.
   Прозвучали девять голосов, и все взглянули на десятого; но десятый заснул, сунув в рот палец.
   – Эта история рассказана, но ее еще предстоит рассказать, – сказала мать. – Продолжайте. Я посижу во время чартена здесь, с Ригом.
   Они оставили двоих у костра, прошли на мостик, а потом к шлюзам, приглашая на борт толпу встревоженных ученых, инженеров и чиновников порта Be и Экумены, чьи приборы уверяли, что «Шоби» сорок четыре минуты назад исчез в не-существовании, в тишине.
   – Что случилось? – спрашивали они. – Что случилось? И «шобики» переглянулись и сказали:
   – О, это такая история…




скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное