Лариса Миронова.

Непотопляемая Атлантида (сборник)

(страница 6 из 34)

скачать книгу бесплатно

Ну, раз у нас медведь тут с таким аншлагом выступает, давайте попросим его на бис что-нибудь ещё исполнить. Пожалуйста, получайте: выходит, что она – медведица, будет «ана аю». То есть служебное слово «ана» в татарском, равно как и мордовском, означает «женщина». Артикль такой как бы – женского рода. Вот мы и знаем теперь, что писали в графе «национальность» ан-тичные (древнегреческие и древнеримские) женщины. И кто были эти таинственные анты: аны – аты. То есть «женские атаманы», иными словами – амазонки, это их внешнее название. Видите теперь, как всё запутано в истории Древнего мира? Никаких греко-римлян в тогдатошнем античном лингво-мире и в помине не стояло. Одни татары и русские, ну и, конечно, наши старинные друзья-приятели арабы усердно трудятся, нефть промышляют, вместе с нами Соборию обустраивают. И простиралась она от Аляски на востоке до Аглицких островов на западе. Ну а на севере, от Севрного полюса, конечно, до Южного. А Кит-АЙ, ТАЙ-вань (Медведь Ваня = русский медведь), ТАЙ-ланд и т. д. – это просто хоз. пром. зона, куда в древности вывезли всё натуральное хозяйство, потому что раб. сила там дешевле, и восстания легче подавлять. Кстати, Катайцы сами себя китайцами не называют, их самоназвание «народ хань» – те же анты! (на вопрос: Люди, чьи вы будете? – китайцы отвечали: Да мы народ хань – то есть подданные хана), а самоназвание государства Китай – Чжунхуа. Ну, теперь вы поняли, почему КитАЙ-город на Красной площади располагается? И почему – КитАЙ, а не Бенилюкс – город, хотя бы? Хозяйские апартаменты потому что там, сКИТ хозЯЙкий опять же – типа ГУМ. Да, именно по той причине, что «АЙ» – это и есть Хозяин. Китай-город – Хозяйские владения значит плюс хоз. двор (ну и все другие дворы).

ГЛАВА 1.5 Если гора к Магомету не идёт…

А с чего бы это горе куда-то идти? Разберемся однако. Какова символика горы в древнем мире? Гора – это Бог. Горе, камню поклонялись. Вспомните, как выглядят скалы Кара-Дага (черных гор). Легко можно увидеть спящую вечным сном на вершинах мумию фараона (хотя считают, что это профиль Пушкина, но это с какой стороны посмотреть.) А переместившись по морю дальше, увидим Королеву и Короля на тронах. Ну и много всего такого, что может быть приято за глюк. Да, горы весьма и весьма интересные создания… А мечта юного товарища Сталина, – когда тот был ещё просто хорошим поэтом, и его стихи о Родине размещались на первой странице грузинского букваря, – о тех временах, когда и самый малый из сих станет выше горы? (То есть – выше Бога?!) Так вот о чем мечтал отец народов! А вовсе не о том, чтобы побольше советского люду репрессировать. И ещё раз мы убеждаемся, как всё в истории переврано. Нет, мы просто обязаны продолжить свой титанический труд по расчистке авгиевых ипподромов. Иначе внуки не простят. Случайность, игра стихий, скажете вы, а товарищ Сталин нам не указ и вообще глубоко депрессивная личность. Возможно. Но есть ещё и Сфинкс у египетской пирамиды. Это тоже, как принято теперь считать, нерукотворное произведение, случайная игра стихий – ветра и воды, изваявших столь высокое произвдение искусства, которое впоследствии лишь слегка было подправлено человеком.

А карельские валуны? А японские сады-камни? А различные украшения из драгоценных камней? Нет, вовсе не случайно человек поклоняется камню и верит по сей день в его чудесеую силу. Чем же нам интересен этот аспект – в рамках нашего исследования? Тем, что камень, и минерал, конечно, это тоже, в определенном смысле, компьютер – только уже чисто природного происхождения… Есть одна интересная зона, как раз посередине нашей большой страны, точно указывать адрес не буду, потому что это, вообще говоря, геологический заповедник, но вы же знаете, как сейчас заповедники охраняются… Так вот, на этой огромной территории размером в несколько сот га, глубоко в земле и близко к её поверхности плотненько так, буквально сидя друг на друге, располагается фантастический запас всевозможных, в том числе, и самых редких, минералов. Нигде в мире такого больше нет. Их-то и можно смело рассматривать в качестве гигантского семейства – этакой природной компьютерной сети, откуда как раз и шло управление процессом формирования жизни на земле несколько миллиардов лет назад. Почему – именно посередине нашей земли всё это священнодействие произошло, спросите вы, а не в Африке, к примеру, или там Китае. Правильный ответ: потому что когда мировой океан, наконец, начал своё отступление, именно эта часть земной суши ПЕРВОЙ вышла из воды на поверхность, и именно здась было обилие рек и озёр, значит можно было начать создавать навигацию, цивилизацию, ирригацию… Просто так получилось. Это неоспоримый геологический факт. (А мифы и также искусство этот факт запечатлели – в образе рожденной из пены морской Венеры (Ава-ана-ара = Святая античная ария) или, по-гречески – Афродиты (ата-ара-ата = Арийцы отцы-атаманы), так что Греция эта и была как раз на Украйне, где эти атаманы и сейчас живут.) А что это за дамочки, мы ещё подробненько обсудим и – с обильным слюноотделением, это я вам обещаю. Дайте только добраться посерьёзному до реликтовых кодов праязыка.)


По этой причине и начала развиваться жизнь с большим опережением – в миллион лет, именно здесь, у нас, а не в Африке или Китае, и даже не в Австралии, а именно, да: на территории, которая сейчас и есть Средне-Русская равнина.!!! С опережением в миллонон примерно лет, чем в иных местах!!! Никакого шшшшовинизма, чистая геология. Стукачи и психи, расслабьтесь.


Так вот, зафиксированная нами природная компьюрная сеть и была мозгом нарождающейся Вселенной. А также появились ещё и два чудесных синих глаза – два волшебных озера: (зеро – узреть – зеркало – зрачок) – Байкал и Ладога, нестареющие (до совсем недавних пор) тысячелетиями природные образования, естественные, кстати, резервуары чистейшей питьевой воды. Но час геологии пока не пробил.

ГЛАВА 1.6 К слову, о Москве

Ну, как всегда, увлеклись. Маятник набрал уж слишком мощную амплитуду – аж за миллиард лет до наших дней. Для равновесия откатимся примерно на столько же в обратную сторону, а потом спокойненько вернёмся на привычное место. Когда-нибудь смотрели на подробную карту нашей Родины? Где указаны даже райцентры. Если нет, то посмотрите обязательно. Если нет такой карты под рукой, а в библиотеку научного географического общества далеко идти, зайдите на ближайшую почту и попросите почтовый справоник. Гляньте на букву «В» – конкретно два названия «Вятка» и «Ветка» (это, в историко-топонимическом плане, одно и то же). Вас поразит обилие такого рода названий. Случайно ли это? Вряд ли. Звуки «к» и «х» – это вообще-то один звук, просто «х» более древний. То есть вятичи это – ветхичи, они же – «ветхие» люди, то есть старозаветные, древние или (на западный манер) – АНТИЧНЫЕ, короче, «анты», которых все уже замотались искать. Теперь так: вятичи пусть пока отдыхают, а мы обратимся к москвичам. Многие исследователи обращали внимание на тот факт, что слова «Москва» и «Волга» – по смыслу одно и то же, то есть оба от понятия «влага». Мокрый, мокша (самоназвание одного из народов мордвы, второй – эрзя)… Звук «ш» как не русский, а всего лишь заблудший и утвердившийся в нашем языке к средним века, предлагается заменить нашим старинным «ск». Ну и слово «мошки» ещё вспомним, которые вокруг сырости всегда толкутся… А уж «москит» – так это просто «москвич». Однако. Хорошего же мнения были о жителях нашего города средневековые люди! Уже тогда тогдашние недалёкие и суекорыстные охранители по заказу местечковой власти натравливали провинцию на Москву. Пропаганда холодной войны, как всегда, работала на пять с плюсом. Ладно, на каждый чих неназдравствуешься. Так и о чем мы? Так о мордве и москвичах. Мордовия – вот она, сразу же за Рязанью. Так что мордва – это, и правда, почти что москвичи (и не случайно мордовцев в Москве сейчас больше, чем даже грузинцев или иных каких морд – не подумайте плохого, раз в словарях пишут национальность «морд-ва», где «о-ва» всего лишь собирательный суффикс, то и Москва у нас получается буквально «сборище морд». Так что все претензии к словарю. Или перестаньте называть народы мокша и эрзя мордами. Да, с языком не поспоришь…) Однако по поводу истиного значения этого слова есть и другие мнения. Мы же будем наставать на том, что это просто по-старинному «город, стоящий на пригодной для питья воде». А вот почему Москва и Волга, по сути, одно и то же, мы поймем, когда дошкандыбаем наконец до основы основ – тех пяти главных словечек, из которых и сотканы корни всех остальных слов старейших языков мира, то есть до главных реликтовых звуковых кодов русского языка. Что же касается различных версий и толкований происхождения этого слова, то заметим следующее: «а-ва» всё же признанный суффикс собирательного значения. Он же присутствует и в ряде слов, так или иначе связанных с водой: канава, реки на Севере – Обва, Колва, Сылва, Нейва, есть ещё Нарва, и наконец – прорва. Конечно, ассоциации с водой, в первую очередь, у нас её уж точно прорва, особенно по сравнению с пустыней Сахара и другими засушливыми районами. Согласимся, но также заметим, что это – уже более позднее толкование слова «ова» или «ава», по ассоциации. Первично же это должно было означать (и мы это в своё время докажем) – «святая». (Аве Мария – это ведь не про воду, пусть и святую…) Так у нас вырисовывается первое пропагандистсткое толковние названия нашего города Москва (что, повторяю, сначала означало всего лишь «город у питьевой воды»): «Священная Голова» (Столица – всему голова), поскольку «мозг» так и произносился в древности – как «моск». В белорусском, а он ближе к древнерусскому, чем современный русский, так и говорят до сих пор – «маски» вместо нашего «мозги». И тут нам очень сильно помогут французы (вопреки популярному некогда утверждению, что во всём они конкретно виноваты – опять «француз гадит». Этакие еврейцы 19-го века, короче, крайние. Французский язык сохранил для нас это слово – «маски», и значит оно… ну, быстро шевелим серым веществом типа «маски»… Верно, это слово у французов означает «мечеть». А Москва по-французски будет «Моску». Вот ведь какие французы памятливые, нет ли тут чего-то личного? (Вспомним хотя бы сугубо татарское лицо Людовика-Солнце Четырнадцатого.) Скажете, а причем здесь мечети – в городе сорока сороков православных церквей? Потому что «мечеть» тогда и обозначала ту самую мииссионерскую церковь, которая «ракетой» летала во все концы нашей земляной Вселенной, где наши трудолюбивые пчелки – татарцы, совместно с осетинцами и другими гражданами СНГ, не покладая рук жизнь по-людски обустраивали. То есть ислам – это экспортный вариант православия. Храм же (в нашем, православном смысле) у татар назывался иначе: «юрта», «сарай», а у нас в языке и вовсе имел смысл «хранилища», «крамы», а также и мазазина типа спецраспределитель. В храмах издревле гражданское общество хранило сокровища государства – золото, предметы искусства, зерно, вино, масло и просто деньги. Древние храмы всегда поражали и до сих пор поражают очевидцев своим богатством и великолепием. Но это ведь не только религиозная пропаганда, это и что-то вроде инвестиции капиталов в свои, а также иностранные банки. (Кстати, в арабском так оно и есть: «храм»-«кабба», буквально «банка» (то есть строение цилиндричской формы). У нас же быстренько Кабба превратилась в кабак – то есть место, где просаживают денежки и гробят здоровье. (Из чего мы может сделать вывод: вестернизация России, начавшаяся ещё в конце первого тысячелетия нашей эры прямым насаждением князей на вольных городах и сбором подушных налогов, и особенно бурно протекавшая с того момента, как Орду разгромили окончательно, сопровождалась массовым спаиванием нашего недоумевающего народа. До сих пор не протрезвеет никак. Он же, сердешный, борясь со своими вчерашними восточными братьями-апачи (АЧИ – воины, ава-ачи – священное войско, крестоносцы опять же) замыслило себе, конечно, как скорый результат, абсолютную свободу: дескать, надоело мир духовно обустраивать, нехай себе халявщики забугорные живут как хочут и хоть вообще не крестятся… Да не вышло, ну, не дадут спокойно умереть: татарские братья уже втянулись на протяженнии тысячелетий в этот «банк-строй отряд», по – другому жизнь и не мыслят, вот и проишлось пару-тройку веков в разборках дружеских провести, а то и вовсе между собой весьма жестоко скандалить… И не всегда можно было, не покривив душой, сказать: милые дерутся, только тешатся. Но, тем не менее, так с тех пор всем и советуют, ничего лучше не придумав: «Храните деньги в сбербанке». (Вы поняли, где – в сибирском отделении, то есть в ЦБ.) Мы видим, что Средние века для России – это уже, весьма и весьма тесное, говоря политкорректно, сотрудничество с нашими неславянскими коллегами и братьями по духу и оружию – но уже, увы, на нашей кровной территории, как раз посередине Средне-Русской равнины. С тех пор и Китай – город у Кремля стоит. Да и сам Кремль, возможно? Это же – крепость? Но и – крама. То есть окруженные крепкими стенами храмы-хранилища духовных и материаольных ценностей. Но это мы уже лишку хватили. Кремль, вне всякого сомнения, строился в пору любви и дружбы и самого радостного сотрудничества с нашими верными апачами. Но как же дошли мы до жизни такой? А просто. Причин две. Разложение в верхах и полный отбив низов от рук. Неверие растлевало массы, метрополия слабела и дряхлела на глазах, а вельми алчные забугорные бугры тем временем пасть уже раззявили конкретно. Вот и пришлось всю полноту власти передать прямиком в руки армии. А чем это кончается, сами догадайтесь. Когда внешние войны закончились – и не в нашу пользу, а Запад, окончательно отказавшись от православной духовности, с энтузиазмом зажил наособицу, войскам ничего другого не оставалось, как самовольно преступить черту родного стольного града, мирный сон которого апачи и должны были охранять, (чего раньше – вхождения войска в свои же города – ни под каким видом не дозволялось) и начать делать то, к чему они веками приучались – проводить, теперь уже по отношению к бывшей собственной метрополии, колонизаторскую политику, но теперь уже напрочь лишенную былого духовного компонента. Теперь вопрос стоял остро – о выживании (армии, которая хотела кушать каждый день, и наших предков – из лубяных уютных домиков). Ну и вот. Жизнь, конечно, продолжалась. Понастроили хоромов шатрового типа, женщин повысили – заселив в самые верхние этажи, выдали каждой по педжабу, разбили их на группы, распределили между богатыми военначальниками и запретили даже лицо мужчинам посторонним показывать. А также велели много есть, потому что не только жён, но и жены конкретно, у нового хозяина земли русской должно быть много. Выделилась особо агрессивная и не самая деликатная часть, которой элитного жилья в Москве не хватило. Ах так, сказали они, тада мы вас вообще спалим, а всех ваших баранов на шашлык порежем. И целых 300 лет друг у друга этих лимитных баранов из рук вырывали. Ужжжос что за нравы воцарились на Руси! Вот такие были дела… И вот тому доказательства: обилие гидронимов на территории Волго-Окского бассейна с «-хра» (река Пахра, озеро Селихра в бассейне Клязьмы, «-кса», «-кша», «-ур», «-ус» (реки Падокса, Колокша, Бачур, Киктус и др.) – и тут же рядом знакомый нам уже реликтовый звуковой код «ава») (Москва, Протва – в старом произношении Москова, Протова). Ну а мы вернемся к своим, вполне мирным пока баранам – нашим играм в слова. Условно выделим две группы рек по названиям: на «ва» —преимущественно питьевые и на «га» – преимущественно судоходные. Каждый реликтовый код, подобно особому гену, собирает вокруг себя и заведует целым отрядом родственных слов и понятий. Так складывается первичная языковая база. Нам сейчас интересен реликт «ава» или «ва». Кроме значения собрательного свойства. В индоевропейских языках это ещё и «охват», «захват», «вместилище». Сами легко можете написать очень длинный ряд слов такого смысла с «ва» вначале, середине или в конце слова. Английское «вОта» – вода… Но у индусов вода – «да», а река – «да на». Откуда? От верблюда. Конечно. Это уже Дон, Днепр, Двина, Даугава, Десна, Дунай и ещё много рек на «Д» – кто давал им такое назания? Наши степные апачи, конечно. Они же, колеся по миру, и разносили великий и мочучий по его окрестностям. «Вода! Вот это да!» – говорит русско-татарский миссионер индусу, позывая на реку. А тот, вежливый человек, согласно кивает – «во… да… да, да»… Так и стали индусы на русско-индийском эсперанто воду и реку называть. «Да-на» – река. Значит, есть дно, в отличия от моря, где дна нет. Логика простая, если это татарин поясняет, ведь по-татарски вода – су (то есть «сушь» или «суск» – узкая, явно не море, а «река» – конечно «эл-га». «В» это уже мы приставили, как вообще в древне-русском велось – для благозвучия (Вольга вместо Ольга). Однако, что же это за «эль – га»? А это очень важная штука – ещё два реликтовых кода («эль» и «га»). «Га» нам уже слегка знакомо – это движение, направляющая сила, ведь ладья (без паруса) плывет туда, куда хочет течение. Отсюда – «голова». Но полный реликтовый код будет выглядеть так: «ага». И смысл его вполне понятен по восточным языкам: «старший», «главный», «старейший». Короче, тот кто единолично командует, авторитарно руководит. А вот «эль» – это реликт, который и сегодня широко эксплуатируется в толкованиях разных текстов. Смысл его таков: это название древнего иудейского божества. Злого к тому же. Согласимся лишь отчасти. Одно из смыслов, так сказать. Но «оло» – полный вариант этого реликта – это и зОЛОто, и з-ЛО, АЛОе сОЛнце, а также и сОЛЁный… То есть – полезно, но и опасно, и печет или горько бывает. Это уже совсем иной круг понятий.


Ну, у нас уже три реликтовых речевых кода древнерусского языка: «ава» – «ага»-«оло». (Звуки могут меняться: а = о, е-и.)

ГЛАВА 1.7 Кто был вначале – пачале?

Вначале были пчелы (пачалы, сПАЧАТКУ…) Похоже, и правда, вначале людьми были пчелы. С тех давних времён сохранилось даже их главное слово – основа языка пчелиного общества, его, так сказать, краеугольный камень – взятка. А кто они такие, эти пачалы? Заглянем краем глаза в их резюме. Кроме нечистых, вредных насекомых и тесно примыкающих к ним гадов, есть и такие, которые всенародо любимы и почитаемв во все века. Такова и пчела, божья тварь. Русины Буковины и сербы почитают её святой. На Полесье её называют «Божья мудрость», у поляков она – «божий червь», у русских – «божья угодница» – за то, что дает воск для свечи. В Сербии, Боснии и Герцоговине её тоже почитают за воск, у поляков убить пчелу – страшный грех. У этих народов даже существует строгий запрет на это черное дело. По славянским повериям пчела жалит только грешника и приживается только у добрых людей. Злых же сразу распознают и жалят. И ещё: если человек сильно согрешил и поел меда, то мёд этот действует на него, как яд. С божественной природой пчел связано поверье, что гром улей не бьет. И потому однажды от Бога в улье пытался укрыться сатана, но молния настигла его и там. Согласно поверью, когда бог создавал пчелу, он сказал так: «Буде дотуда жить, докуда свет буде исновать». А вот когда пчелы на земле изведутся, тогда и наступит конец света. (Теперь мы понимаем, почему некий городской голова Лужок так активно взялся за разведение пчел – видно, таким способом хотел отодвинуть ужасные последствия событий последних двух десятилетий.) Дьявол пытался состязаться с Богом и в этом умении – он тоже сотворил своих «первых людей», но у него почему-то получились шмели, мед которых является жуткой отравой… У белорусов бытует поверье, что пчела произошла от человека (во всяком случае, она с ним в родстве). Было это так. Жили люди рогатые, с железными большими зубами. Бога они признавать не хотели. Когда им стало тесно в своем царстве, они пошли войной на православный народ (поняли, кто эти рогатые?) Тогда народ православный взмолился что есть сил, и Бог тогда строго приказал царице (!!!) этих рогатых людей вернуть землю немедленно. Но она не послушалась, и тогда Бог сделал её пчелиной маткой. А её народ – пчелами. И предписал им работать на православный люд. Рогатые люди в новом образе раскаялись и стали жить по совести. Однако с пчелами по-прежнему ассоциируюется военная символика – копьё (жало). Короче, коррумпированное милитаристское общество. Ну и трудолюбие пчел сродни этому качеству человека. Пчелиный рой ассоциируется с человеческой семьёй. И правда, немало общего. К тому же, многие уверены, что пчелы между собой непрерывно разговаривают, но следят за тем, чтобы их никто не подслушал. О пчеле есть загадки. Такие вот: «Стоит изба безугольна, живут в ней люди неуёмны»… В Хелмском воеводстве Польши пчелу прямо сравнивают с человеком: «Пчола така працовита, что тот человек». О пчеле не говорят, как о скотие, что она сдохла, а говорят как о человеке: «Умерла». Так же говорят о смерти голубя, потом что у «чоловека, пчолы и голубя един дух». Душа в облике пчелы, живущая по-земному среди людей. Пчела во сне – к смерти. Покровители пчел – Зосима и Савватий, словацие чудотворцы. Пчел принесли из «папаримских земель» эти святые «во всю землю Российскую». Их и просят о пчелах. А морская царица живёт где-то на скале, за морем. Скала всё-таки пчелам не чужая. В пчеловодческой терминологии есть слова, которые подтвердят это предположение: Скала, скалья, скаль – это передовой отряд пчёл, то есть группа пчел, заранее вылетающих для отыскания места для роя. В России покровителем пчел считается св. Алексий, человек Божий, а также и Николай-угодник. Пчела – также и вестница весны. В той же роли в фольклоре может выступать и сама Мати Пречистая. Вообще, жизнь пчел – это монумент матриархату. Или – модель, по которой строился матриархат. Пчела может символизировать и снег: «Если на новый год перепархивает метель, то на весне пчелка будет добрая и ройка хорошая. Пчелы соотносятся и со звездами. А слезы девы превращаются в пчел». А от слеза Бога, который плакал, видя горе девы, превратилась в пчелу-матку. И слово о дьяволе: он не ест мёд, он для него смертельно отвратителен, и он не переносит запаха воска. Искры тоже символ пчел… В Вербное воскресенье или на Пасху высекают огонь из «громовой стрелки», а потом зажигать им ладан. Пчелы – это ещё и андрогины, то есть два в одном. При наличии женской символики пчелы мы же не говорим: «О! Пчёл полетел». Они как бы размножаются без спаривания. Пчелиная матка просто откладывает яйца, а из них потом появляются пчелы. А чтобы никто не понял, что тут без трутня не обошлось, они его, такого счастливого дурака, после исполнения главного дела жизни, просто внаглую выталкивают из улья, и бедняга, так и не поняв – за что, вскоре погибает… да ещё под яростные крики коллективного осуждения: «Трутень! Дармоед! Пшшшёл вон, скотина!» (Но это ещё что. Бывают в мире животных истории и пострашнее: есть такая паучиха, которая, после любовных игр до того проголадывается и разъяряется, что тут же убивает своего новобрачного мужа и частично сссссъедает, а всё остальное консервирует на тот период, когда уйдет в декрет и не будет получать зарплату. На декретное пособие и паучиха не проживет. Так что трутню ещё, считай, повезло. У него всё же есть время поразмышлять о тщете сущего, пока он не умрет окончательно – от голода и холода. Ведь ничего другого он не умеет. Хотя, конечно, это сомнительное удовольствие.) А потом пчелиные ханжи быстро устараняют все следы его пребывания в пчелином доме и честно на весь свет жужжат о том, что с мужчинами у них вообще ни жу-жу… Тем не менее, всё, что было в контакте пчелами, успешно используется в любовной магии. Девушки перед брачной ночью оставляют на ульях свои рубашки… Пчеловодство является сакральным занятием. Есть предание, по которому пчеловод держит на чердаке черта и кормит его пшенной кашей… Главное, чтобы жена этих его ходок на чердак не заметила, а то влепит в лобешник без долгих разбирательств, а ему, может быть, завтра как раз на заседание, в мэрию ехать надо, отвечать на вопрос лицом к народу и по-срочному – о сладости жизни в столице. А жизнь в столице только избранным мёд… Чем же пчелы ещё близки человеку? Конечно, тем, что живут роем. Рой – это весьма и весьма организовнное сообщество. Мы, конечно, не можем знать, что у пчел записано в трудовых книжках, но в человеческой терминологии их профессииразличают следующим образом: сборщицы, работницы, медовицы, носики (не путать с владельцами Интернет-порталов), кормилицы, молодёжь, работающая в улье до первого вылета, хозяйки, воспитательницы, приемщики, прибиральницы, паковщицы, мамки, а также криминал – воровки, злодейки, побиралки (они таскают мед у других пчел), силовын структуры: охрана, разведчики жилья, скаль, скалья и много иных пофессий. Специализация у пчел на самом высоком уровне. Отлаженное такое тоталитарное общество с высокой производительностью труда, несмотря на коррупцию и гонку вооружения. Понятно, и культ личности у пчел есть, а вот есть ли у них репресии, сразу же спросит бдительный член «Мемориала». Увы, и это есть. Если вдруг какая-нибудь сумасшедшая пчела, насмотревшись на людей и телесериалов, вдруг решит свои собственные яйца отложить и заявить на весь улей, таким образом, о правах отдельно взятой пчелы в тоталитарном обществе, подруг в этом отчаянном деле она себе вряд ли здесь найдёт. Возмущенные члены дружного пчелиного коллектива, не дожидаясь прихода пчелиной полиции нравов, тут же истребят все её яйца напрочь, а пчеле на какое-то время, пока не покается, объявят коллективный бойкот. Но это всё же лучше, чем «полёт шмеля» – изгнание из пчелиного рая. Вот ещё что интересно – все магические обряды по удержанию пчел имеют мотивы, так или иначе связанные с кругом: смотрение сквозь кольцо, пройму в одежде, очерчивание круга, обвязывание… Этот КРУГ и есть символ неизменного постоянства тоталитарного пчелиного общества. Ничего в нем не меняется со временем. Что вчера, что сегодня, что завтра… Всё одно и то же. Вот именно поэтому, надо полагать, Бог и оставил эту трудолюбивую и вполне предсказуемую пчелку жить на земле «от начала до конца, пока жизнь не закончится», но, на всякий случай, решил продолжить эксперимент и создать ещё что-нибудь такое-этакое, что могло бы вести себя более вариабельно. Ведь Богу очень хотелось знать, что же такое он сотворил по своей божеской воле – вот он и создавал для себя инструменты познания. Он же не батька Лукаш, который сам создаёт, сам руководит, сам всё исследует да ещё и салично популярно разъясняет всему остальному миру – что сие значит.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Поделиться ссылкой на выделенное