Лана Синявская.

У черта на посылках

(страница 2 из 22)

скачать книгу бесплатно

   То, что предстало перед моими глазами, могло означать одно из двух: либо я сошла с ума либо кто-то решил довести меня до этого состояния. Ее не было. Я осмотрела все углы, даже выглянула в форточку, хотя вряд ли птица с перерезанным горлом способна вылететь в окно. Ворона исчезла. Стол был тщательно вытерт, даже кровь на полу пропала, осталось только едва различимое влажное пятно, почти незаметное на темном фоне покрытия.
   Я оглянулась на дверь, в которой столпились коллеги. Они смотрели на меня с сочувствием, как и смотрят, наверное, на сумасшедших. Но я-то нормальная! И ворона мне не померещилась! Но доказывать что-либо в подобной ситуации было бессмысленно. У меня хватило ума это понять.
   – Не расстраивайся, Андрюшка! – Дружелюбно произнесла Галка. – С кем не бывает! Ты, наверное, здорово стукнулась, вот и привиделось невесть что.
   – Точно. – Подхватила Маша. – Не грузись из-за ерунды. Лучше топай домой, отдохни, а мы тебя в случае чего прикроем. Верно?
   – Естественно. – Вразнобой загудели остальные.
   Возражать я не стала и, изобразив на лице благодарную улыбку, сгребла со стола сумку и зонт, и вышла из комнаты, предоставив коллегам обсудить сенсационную новость о моем внезапном помешательстве.
   Спустившись на первый этаж, я нос к носу столкнулась с Федей Смуровым, нашим гениальным фотокорреспондентом.
   – Уходишь? – С улыбкой спросил он.
   – Угу.
   Я заставил себя улыбнуться в ответ. Элегантный и вежливый Федя мне всегда нравился, но сегодня он был мне особенно симпатичен, так как пока еще был не в курсе приключившейся со мной неприятности. Помахав ручкой и стараясь казаться безмятежной, я чуть ли не бегом рванула к стеклянным дверям холла, опасаясь, что еще немного – и из глаз брызнут слезы.
   Прохладный ветерок раннего мая немного отудил мои разгоряченные щеки и высушил не успевшие пролиться слезы. Мне было обидно. Теперь, после этой дурацкой истории, на меня будут показывать пальцем, и шушукаться за спиной: «Это Андрюшка, ну, та самая, которая…». Мне стоило таких трудов пробиться на то место, которое я занимала сейчас, заставить себя уважать, считаться с моим мнением. И вот все пошло прахом! В одно мгновение я стала всеобщим посмешищем! Кто же мне так удружил? Кому я успела насолить настолько, что он задумал поквитаться со мной таким жестоким способом. К сожалению, я не могла сказать, что у меня совершенно не было врагов. Они были, но я даже представить себе не могла, что среди них есть настолько изобретательные.


   Ноги сами несли меня по знакомому маршруту, в то время как мысли находились где-то далеко. Я перебирала в памяти все неприятные ситуации, которые время от времени случались со мной в течение последнего года, надеясь наткнуться таким образом на того человека, который решил рассчитаться со мной при помощи злого розыгрыша.
Занятая своими мыслями, я вздрогнула, когда почувствовала, как кто-то настойчиво тянет меня за рукав. Оглянувшись, я увидела смуглую черноглазую женщину в плюшевом жакете и длинной, волочащейся по грязному асфальту юбке, состоящей из целого вороха ярких прозрачных слоев, щедро расшитых люрексом. На запястьях позванивали тонкие браслеты. Взгляд зацепился за один, не похожий на другие – золотую змейку с блестящими рубиновыми глазами. Странное украшение сразу обращало на себя внимание. Спутанные, давно нечесаные волосы цыганки развевались на ветру, глаза пристально вглядывались в мое лицо. Одной рукой с кроваво-красными, длинными ногтями, она намертво вцепилась в рукав моей куртки, давая понять, что просто так от меня не отстанет.
   Чтобы отвязаться, я быстро сунула руку в карман, достала горсть мелочи и, не считая, протянула цыганке. Она сцапала деньги, и они мгновенно исчезли где-то среди необъятных складок ее пестрой юбки. По логике вещей, теперь она должна была оставить меня в покое, но не тут-то было. Гадалка оказалась на редкость ответственной и рвалась отработать гонорар, несмотря на мои горячие возражения.
   – Ох, беда тебя ждет, красавица! – Заголосила она на всю улицу. – Большая беда!
   Однако! Странная у этой цыганки манера работать с клиентами.
   Насколько мне известно, обычно, вытянув деньги, ее товарки принимаются сулить доверчивым прохожим горы золота и море удовольствий. А эта пугать меня вздумала. Может, я ей мало заплатила?
   – Можете не продолжать, спасибо. – Торопливо прервала я ее излияния, так как заметила, что на нас стали обращать внимание проходившие мимо люди. Чем-чем, а вниманием, особенно, нездоровым, я была сегодня сыта по горло.
   – Не гони меня! Слушай! – Не унималась бестия. – Не связывайся с темными силами. Держись подальше от бесовщины! Себя погубишь! Судьбу погубишь! Любовь свою потеряешь!
   – Мимо, тетенька! – Усмехнулась я. – Любви-то как раз и нету. Так что терять мне по ходу нечего.
   Цыганка даже поперхнулась от моей наглости. А я, воспользовавшись ее замешательством, выдернула из ее цепких лапок свой рукав и бросилась через дорогу, плюнув на то, что горел красный свет.
   – Откажись! Пожалеешь! – Неслось мне вслед.
   Я сердито оглянулась на нее, и в этот момент в ушах раздался визг, вой, в бок что-то ударило, да так сильно, что я взлетела на воздух. Мягким ли было приземление – сказать не могу, так как потеряла сознание еще в полете.
   Очнувшись, я никак не могла сообразить, где нахожусь. Мне было жестко и холодно, а прямо перед носом маячили чьи-то давно не чищеные ботинки. Впрочем, они были не одни – множество ног, обутых кто во что горазд, топталось возле моей головы. Я сразу же вспомнила черные кроссовки и все, что со мной случилось сегодня, и попыталась приподняться. Не могу сказать, что это удалось мне с первой попытки, но, в конце концов, удалось. Тем более, что мне помогали чьи-то руки. Ощущение было такое, как будто в моей голове находится фарфоровая ваза, которую я только что разбила на множество острых осколков.
   – Девушка, вам плохо? – Донесся до меня чей-то голос. Я посмотрела на свою испачканную одежду, порванные колготки и поцарапанные руки и решила, что ответить «хорошо» в данном случае будет не совсем корректно.
   – А что со мной случилось? – Спросила я.
   – Вас сбила машина. – С готовностью пояснила какая-то старушка с большим пакетом, из которого торчал ярко-зеленый пучок лука.
   – Негодяй! – Возмущенно подхватила другая – элегантная дама с голубыми волосами. – Он даже не затормозил, когда бедная девочка стукнулась о его поганую тачку!
   – А номер никто не запомнил? – Поинтересовалась я, не особенно рассчитывая на успех. Оказалось, что предчувствия меня не обманули. Сочувствующие смущенно молчали.
   – Все так быстро произошло. – Начала оправдываться молоденькая девушка с рюкзачком.
   – Там и запоминать было нечего. – Хмуро объявил хозяин нечищеных ботинок – высокий парень с бритым затылком. – Номера грязью заляпаны, как нарочно.
   «Может и в самом деле нарочно» – Подумала я, и эта мысль заставила меня поежиться.
   – А машина – обыкновенная. Жигули, «шестерка». Светлая. – Продолжал парень. – Только без номеров ее не найдешь. В милиции сразу завернут, лучше даже и не соваться. Тем более, что ты, кажется, в порядке, только покоцаная немного.
   Парень подхватил меня под мышки и одним рывком поставил на ноги.
   Я пошатнулась, но устояла.
   – Идти сможешь? – Спросил он.
   – Наверное. – Я нервно сглотнула, борясь с приступом тошноты.
   Голова немного кружилась. – Спасибо. – Кивнула я окружившим меня людям и, осторожно переставляя ноги, побрела к своему дому.
   – Эй, может проводить тебя? – Окликнул парень. Я, не оборачиваясь, покачала головой.
   Метров через сто я уже пожалела о своем поспешном решении.
   Помощь мне бы не помешала, так как голова кружилась отчаянно, и со стороны меня вполне можно было принять за пьяную. Похоже, впечатление на прохожих я производила не самое лучшее: они шарахались от меня во все стороны, как от бультерьера без намордника. Я на них не обижалась – видок у меня был еще тот: грязная, исцарапанная, с мутными глазами и растрепанными волосами. Если бы могла, то припустила бы к дому бегом – он был совсем рядом с дорогой – да вот беда, ноги меня не слушались, поэтому я брела еле-еле, борясь с желанием прилечь в придорожных кустиках на полчасика.
   Мое восхождение на второй этаж можно было смело сравнить с покорением Эвереста. Три лестничных пролета показались мне в тот момент заоблачной вершиной, для преодоления которой понадобится все альпинистское снаряжение. Цепляясь за перила, я кое-как вползла на площадку второго этажа, и устало прислонилась к стене рядом с дверью и прикрыла глаза, ощущая, как все тело ноет от боли. Что касается головы, то в данный момент я ее вообще не ощущала, как будто ее и не было вовсе, а вместо нее на плечах покачивался воздушный шарик, который грозил с треском лопнуть от любого неосторожного движения.
   Минут через пять мне стало немного лучше, дрожащими пальцами я открыла сумочку, чтобы отыскать ключи. Даже в самые лучшие времена мне редко удавалось проделать это с первой попытки, видимо, в этот раз дела обстояли гораздо хуже, так как нащупать связку никак не получалось. Тяжело вздохнув, я присела на корточки, обреченно вывалила все содержимое прямо на грязный пол и тупо уставилась на пеструю кучку у своих ног. Чего там только не было! Записная книжка, упаковка «Тик-так», две ручки, обгрызенный карандаш, носовой платок, куча визиток, расческа и много чего еще. Самым большим открытием оказался тюбик помады «Bourjois», который я объявила без вести пропавшим еще месяц назад. Были и другие открытия. Единственное, чего там не было – это искомой связки ключей с брелком-кисточкой! Не веря своим глазам, я еще раз перебрала всю кучку, потом перевернула сумочку вверх дном и потрясла ее, уже понимая, что ключей там нет. Проверила карманы на всякий случай, хотя точно знала, что не имею привычки таскать ключи в верхней одежде.
   Когда вытряхивать и проверять стало нечего, я смирилась с тем, что придется прибегнуть к последнему средству под названием «дядя Яша». Прибегать к нему не хотелось, так как была большая вероятность, что «средство» в данный момент находится в глубокой отключке. Дело в том, что дядя Яша, слесарь нашего ЖЭКа с золотыми руками, любил выпить, точнее – очень любил. В периоды относительной трезвости он мог играючи починить любой агрегат бытовой техники, какой угодно сложности. За это благодарные жильцы исправно снабжали Яшу «горючим». Дядя Яша редко напивался до свинского состояния, зато весь день пребывал в фазе «легкого опьянения» Уже к полудню он заливал в организм нужное количество «топлива» и затем весь день поддерживал ровное горение, почти автоматически, когда надо, добавляя необходимое количество «горючего». Но иногда у него все же случались запои и, насколько мне было известно, именно это и произошло не далее как вчера вечером. Теперь дня три к дяде Яше лучше не соваться, бесполезно. Но, с другой стороны, как же мне попасть в свою квартиру? Я с тоской посмотрела наверх – Шолоховы жили на четвертом. Идти или нет?
   И тут впервые за сегодняшний день удача повернулась ко мне лицом. Где-то на верхних этажах хлопнула дверь, послышались тяжелые шаги. Кто-то спускался по лестнице. Увидев дядю Яшу, я просто глазам своим не поверила: он был ужасно зол, но трезв как стеклышко! От радости я даже забыла об осторожности – в таком состоянии дядя Яша запросто мог послать меня в пешее эротическое путешествие, не потому, что плохо ко мне относился, а просто под горячую руку.
   – Дядя Яша! – Робко позвала я.
   – Кто это? – Он подслеповато сощурился. – А, Рюшка. Ты чего на лестнице разлеглась?
   – Меня машиной сбило, дядь Яш, болит все. – Попробовала я давить на жалость, заискивающе улыбаясь.
   Дядя Яша равнодушно кивнул, но сочувствия не выразил.
   – А почему под дверью валяешься? Домой иди, помойся, что ли, а то грязная как свинья. – Пробурчал он, осторожно переступая через мои ноги и собираясь спускаться. Надо было хватать быка за рога, пока он не ушел.
   – Дядя Яша, – пискнула я, умоляюще глядя в сутулую спину, – я ключи от дома потеряла. Вы мне не поможете?
   – Внимательнее надо быть. – Проворчал он, не останавливаясь. – Носитесь как угорелые, а потом жалуетесь.
   – Дядя Яша, у меня «Гжелка» есть. Помогите, а? Вам же это раз плюнуть. – Забросила я приманку.
   Спина замерла. Лысая голова с торчащими над ушами двумя пучками седых волос медленно повернулась в мою сторону.
   – Сколько? – Спросил он отрывисто.
   – Две бутылки.
   Красноватые глаза дяди Яши расширились и снова сузились, в них появился интерес.
   – Это хорошо. – Кивнул он, поднимаясь обратно на площадку. – А то вчера посидели с друзьями, отметили день победы, а сегодня голова трещит, мочи нет. Нюрка моя уперлась – не дам, говорит, денег на опохмелку, и все тут. Эх!.. – Он не договорил, красноречиво махнув рукой.
   Мне все стало ясно. Дядя Яша никогда не испытывал недостатка в любимом напитке, но, похоже, его вчерашние собутыльники уничтожили подчистую все запасы и дядя Яша остался на мели. Сей печальный факт сослужил мне добрую службу. Уже через пять минут моя дверь была открыта. Не веря своему счастью, я ввалилась в прихожую, включила свет и сразу же увидела свои ключи на столике под зеркалом. Фиолетовая кисточка свешивалась вниз и тихонько покачивалась.
   Дядя Яша тоже заметил ключи.
   – Эх, ты, Маша-растеряша. Захлопнула дверь, а ключи прихватить забыла. И о чем вы, молодые, только думаете? – Пожурил меня мой спаситель. В предвкушении скорого избавления от похмелья дядя Яша находился в приподнятом настроении.
   Скинув туфли, я босиком прошлепала в большую комнату, достала из бара обещанную награду и передала ее умельцу.
   – Ну, спасибо, Рюша, выручила! – Расплылся в улыбке дядя Яша, бережно, точно новорожденных близнецов, прижимая к груди бутылки. – Ты обращайся, если что. Я для тебя – всегда пожалуйста!
   Закрыв дверь за дядей Яшей, я обернулась и хмуро уставилась на безмятежно покачивающуюся фиолетовую кисточку. Не могу сказать, что отличаюсь какой-то особенной аккуратностью, но забыть ключи, уходя из дома, я никак не могла. В новой квартире, куда въехала совсем недавно, в двери имеется два замка. Один можно просто захлопнуть, но второй открывается и закрывается только ключом. Я точно помнила, что, как обычно, запирала утром дверь на два замка. Тогда как ключи оказались в прихожей? Мистика какая-то. Я подняла глаза, посмотрела на свое отражение и слабо охнула. Боже мой, на кого я похожа! Длинные светлые волосы побурели и слиплись от засохшей грязи и торчали во все стороны ежиными колючками. Куртка была в ужасных разводах от начинающих подсыхать мокрых пятен, сквозь прореху в колготках виднелась кровоточащая ссадина. Лицо было бледным и испуганным, на лбу выросла-таки шишка. От такой удручающей картины я позабыла на время о таинственных перемещениях ключей, испытывая только одно желание – МЫТЬСЯ!
   После душа значительно полегчало и в голове немного прояснилось. Обмотав голову розовым махровым полотенцем, я решила закрепить результат, угостив свой измученный организм чашкой крепкого чаю с лимоном. С этой целью я отправилась на кухню, предвкушая удовольствие. Заодно я собиралась поразмыслить над тем, что со мной произошло. Так уж повелось, что непонятные моменты в жизни меня не пугали, вызывая только здоровое любопытство и жгучее желание разузнать: откуда ноги растут у очередной головоломки. Правда, справедливости ради, должна заметить, что настолько необычных происшествий со мной до сих пор не случалось. И это при том, что я еще не представляла, насколько они необычные!
   Обстановка прояснилась, когда я оказалась на пороге своей маленькой, но чрезвычайно уютной кухни. Замерев, как истукан, я почувствовала, как челюсть и глаза медленно, но верно, расползаются в противоположные стороны. Челюсть, соответственно, стала отвисать вниз, а глаза полезли на лоб. Зрелище было впечатляющее… На моем чистеньком кухонном столе, на розовой скатерти аккуратно стояла…пара черных кроссовок! Тех самых, с дурацкой надписью. Бьющее в окно солнце отражалось в параллельных полосках и вокруг кроссовок разливалось сияние наподобие нимба. Шок быстро прошел, я сплюнула с досады, подскочила к столу и одним движением смахнула эту гадость на пол, как будто передо мной была не безобидная обувка, а мерзкие, усатые тараканы, которых, к слову сказать, на моей кухне отродясь не водилось. Впрочем, и чужих кроссовок на своем столе я раньше как-то не замечала. Обувка со стуком упала на пол, один ботинок отлетел под раковину. Я пиннула ногой второй и он последовал за своим братом. Разбушевавшись не на шутку, я сдернула со стола скатерть, на которой остались грязные следы обуви, скомкав ее, отнесла в ванную и затолкала поглубже в корзину с грязным бельем, со стуком захлопнув крышку. После этого вернулась на кухню, включила электрочайник и плюхнулась на табуретку.
   И кто же это меня так сильно невзлюбил? Дохлая ворона, цыганка, машина, ключи и эти мерзкие кроссовки. Похоже, дело серьезное. С одной стороны, радовало, что я не сумасшедшая, но, с другой стороны, мало приятного в том, чтобы иметь такого изобретательного и наглого недоброжелателя. История с ключами прояснилась сама собой – пока я выясняла отношения в «конюшне», их спокойно мог забрать из сумочки тот, кто убрал из кабинета мертвую птичку. Сумка валялась на столе и сделать это было несложно. Тот, кто проделал все это, должен был хорошо знать меня, по крайней мере – мой новый адрес. Хм, его знали все на работе, а это, без малого – три десятка человек.
   Раздался щелчок, вскипел чайник. Продолжая размышлять, я достала чашку, бросила в нее пакетик «Ахмада» и залила крутым кипятком. Кто же и, главное, почему затеял со мной эту игру? Кому я так уж насолила? Ведь, если только это не совпадение, меня хотели убить! То, что машина только задела меня, не причинив серьезного ущерба, могло оказаться случайностью. Хотя случайностью могла быть и сама машина. Вырвавшись от цыганки, я неслась через дорогу, сломя голову и могла просто не заметить этот несчастный жигуленок, а он не успел затормозить…
   Последний вывод немного утешил меня. Мне как-то не хотелось думать, что за мной охотится убийца. Правда, все остальное выглядело немногим лучше. Нет никакой гарантии, что тот, кому попали в руки мои ключи, не сделал заодно их слепок, чтобы продолжать вытворять свои псевдомистические штучки. Я представила, как, проснувшись ночью, могу обнаружить возле своей кровати какое-нибудь «привидение» и заранее содрогнулась. Сейчас от такой перспективы совсем не страшно, но спросонок можно и заикой на всю жизнь остаться.
   Обжигаясь, я глотнула крепкий горячий чай, и мысли мои приняли совсем другое направление.


   Вспоминать людей, с которыми так или иначе приходилось конфликтовать, не самое приятное занятие. Неважно, кто из вас вышел победителем. При любом исходе остается неприятный осадок от самой ссоры и самое лучшее, что можно сделать в данном случае, это как можно скорее выбросить из головы эти воспоминания. Нельзя сказать, что я часто лезла на рожон, и меня задевать решался далеко не всякий – в тех редких случаях, когда дело доходило до прямой пикировки, мне удалось убедить потенциальных обидчиков, что мне на язык лучше не попадаться, гораздо безопаснее заняться шпагоглотанием.
   Тем не менее, как это ни печально, после долгих размышлений, я могла с уверенностью назвать трех человек из числа моих коллег, у которых были все основания затеять эту грязную игру.
   Галка – номер первый. В целом мы с ней даже приятельствовали и ссор у нас не случалось, но мне было доподлинно известно, что она жаждала попасть в редакторское кресло, которое сейчас занимала я. Когда появилась эта вакансия, Галка сделала все возможное и невозможное для осуществления своего горячего желания, даже провела уик-энд с нашим учредителем по настоятельной просьбе с его стороны. Понять, что это был за подвиг, может только тот, кто видел этого господина воочую: низкорослый, толстый тип с намечающейся лысиной, сальными волосами и глазками, и дурными манерами, которые не могла компенсировать даже дорогая упаковка в виде эксклюзивного костюма и последней модели БМВ. Идя на этот шаг, Галка нарушила главное правило коммерции: не делай предоплату, если не уверен в партнере. Спроси она вовремя моего совета, я так бы ей и сказала, но Галка сделала по-своему, за что и поплатилась. Учредитель кинул ей подлянку, подписав на следующее после незабываемого уик-энда утро приказ о моем назначении. Сказать, что Галка была расстроена – это значит ничего не сказать. Она не стала обвинять меня, не сказала даже слова упрека, так как прекрасно знала, что я тут совершенно ни при чем, но обиду затаила, и наши отношения после этой истории стали гораздо более прохладными.
   У Галки был мотив. Но в исполнители она не годилась, на мой взгляд. Во-первых, категорически отпадала вероятность того, что она проделала все это собственноручно. Галка панически боялась всякой живности, даже собак и кошек, а дохлая ворона и подавно могла привести ее в состояние комы. Кроссовок она не носила никогда в жизни, только модельную обувь, да и вообще, она была на глазах, когда кто-то предусмотрительно убрал ворону из кабинета. Можно, конечно, предположить, что у Галки был сообщник, но что-то мне подсказывало, что она здесь ни при чем.
   Другой кандидат имел не меньше, а, может, и больше оснований для того, чтобы меня ненавидеть. Фантазии ему было не занимать, да и подельников найти – не проблема, так как второго и третьего кандидата можно было объединить в одно целое – они были мужем и женой.
   Но лучше все по порядку. Валера и его жена Маша появились в нашей газете всего три года назад. Тогда я еще не знала, что Валера – неисправимый бабник, который не может пропустить ни одной юбки. Его жена была в курсе слабостей благоверного, но, так как многочисленные интрижки не угрожали семейному счастью (Валере и в голову не приходило уйти от жены и двоих детей), то делала вид, что ничего не замечает. Когда этому Дон-Жуану местного разлива пришло в голову приволокнуться за мной, я попыталась вначале мягко объяснить ему, что он несколько не в моем вкусе и тем самым вернуть его в лоно семьи. В лоно Валера не захотел, а мои отговорки расценил как женское кокетство, в силу чего удвоил и без того не слабый напор. Терпение – не самая моя сильная черта, поэтому, когда он в очередной раз затянул свою песню, выказывая явное желание перейти от слов к делу, оно, то есть, терпение, у меня лопнуло. В тот момент мы были в офисе одни, и мне пришлось применить подручные средства, чтобы мой отказ звучал более убедительно. Мои доводы, подкрепленные металлической линейкой, на этот раз возымели действие. Валера отвязался, но поклялся отомстить за поруганное мужское достоинство.
   В чем заключалась его месть, я узнала на следующее же утро, когда вошла в «конюшню». Столпившиеся вокруг Валеры мужики из нашей редакции, при моем появлении дружно замолкли и уставились так, словно я пришла на работу в лифчике и подвязках. В полнейшей тишине продолжал звучать только голос Валеры. Пока я вешала в шкаф свое пальто, я успела убедиться, что героиней эротико-порнографического рассказа этого типа являюсь я сама. У меня в глазах потемнело от красочного описания того, что мы с Валерой якобы делали вчера на столе, под столом и так далее. Аккуратно закрыв шкаф, я, с трудом удержавшись от того, чтобы не придушить на месте наглого вруна, нарочито медленно подошла к зеркалу и принялась делать вид, что поправляю макияж. В зеркале отражались вытянутые лица коллег, которые, кажется, перестали дышать от предвкушения развязки.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное