Роберт Ладлэм.

Круг Матарезе

(страница 1 из 44)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Роберт Ладлэм
|
|  Круг Матарезе
 -------

   Три мудреца с Востока,
   Мы прибыли сюда с дарами
   Издалека…


   На углу квартала толпится кучка юнцов, распевающих рождественские гимны в ритме джаза: притоптывают, вертят руками, звонкие юные голоса режут стылый воздух, сплавляясь со звуками автомобильных сигналов, полицейских свистков, металлически дребезжащей мелодией, что летит в ночь Рождества из динамиков над ярко освещенными, сияющими витринами. Снег валит плотной пеленой, создавая хаос в потоке машин, слепит глаза запоздалым покупателям, вынужденным лавировать между машинами, переступать через островки слякоти, умудряясь не налететь друг на друга. Колеса вертятся, прокручиваются на мокром асфальте, машины заносит, автобусы протискиваются с переменным успехом, то тормозя, то трогая, изматывая до одури пассажиров, а колокольчики одинаковых – будто в униформе – Санта-Клаусов все не прекращают свой тщетный назойливый звон.
   Начала и истоки, альфа и омега всего…
   …Вослед рождественской звезде…
   Черный «Кадиллак» свернул за угол и пополз в направлении столпившихся подростков. Ряженый солист – а-ля диккенсовский Боб Крэтчит – вплотную подобрался к машине справа и, продолжая петь, приблизил лицо к оконному стеклу, протянув за пожертвованием руку в перчатке.
   Разъяренный водитель нажал на клаксон, отгоняя жаждавшего получить вознаграждение, но пассажир на заднем сиденье полез в карман пальто и извлек несколько купюр. Он надавил на кнопку – стекло скользнуло вниз, и русоголовый паренек выхватил деньги.
   – Да благословит вас господь, сэр! Примите благодарность от молодежного клуба с Восточной Пятидесятой улицы. Счастливого Рождества, сэр!
   Благопожелание могло бы произвести эффект, если бы не запах виски изо рта кричавшего.
   – Счастливого Рождества! – Убеленный сединами пассажир опять нажал на кнопку стекла, прекратив дальнейшее общение.
   Минутная задержка в потоке машин – и «Кадиллак» рванул вперед, но лишь затем, чтобы резко затормозить в каких-нибудь тридцати шагах от места нежелательного контакта.
   Шины завизжали. Усмиряя колеса, водитель овладел положением. Этот трюк позволил ему тем не менее сдержать готовое сорваться с губ ругательство.
   – Спокойно, майор! – произнес пассажир командным тоном, в котором слышался, однако, оттенок сочувствия. – Нервы тут не помогут. Ничего не даст нам и спешка.
   – Вы правы, генерал. – В голосе водителя звучало почтение, которого говоривший, однако, не испытывал.
   Нельзя сказать, чтобы майор вообще не питал уважения к генералу.
Но только не сегодня, не в этой конкретной поездке. И генеральская прихоть здесь не в счет! Шеф дьявольски нервничал, когда просил майора, чтобы тот поступил в его распоряжение в канун Рождества и отвез его в Нью-Йорк, но не в служебной, а во взятой напрокат гражданской машине: генерал хотел поразвлечься. Майор мог предположить какую угодно причину, по которой его вызвали на рождественское ночное дежурство, но только не эту…
   Бордель! Да, именно так это и называется, если не выбирать выражения. Председатель Комитета начальников штабов в канун Рождества едет в публичный дом! И раз уж пошли такие дела, то майор – доверенное лицо генерала, его конфидент, должен сопровождать своего шефа и оставаться при нем, затем уничтожить все следы скандального приключения, а утром на обратном пути в каком-нибудь мотеле привести его в порядок, да так, чтобы ни одна душа не узнала, как развлекался генерал и какой был бардак. К полудню следующего дня важная персона вновь вернется к своим обязанностям, будет отдавать приказы и распоряжения, а ночное приключение забудется навсегда.
   В течение последних трех лет, начиная с того момента, когда генерал приступил к выполнению своего долга в новом качестве, майору не раз приходилось совершать с ним подобные выезды, служившие регулярным сопровождением периодов чрезмерной активности Пентагона или моментов национальных кризисов, в ходе которых генерал проявлял служебное рвение и переутомлялся.
   Да, случались вояжи с целью отдыха, но никогда в такую ночь, как эта, в канун Рождества, помилуй бог! И если бы генерал был не Энтони Блэкборном, то майор осмелился бы возражать, протестуя на том основании, что даже для примерного подчиненного семья в такой праздник превыше всего.
   И тем не менее майор вообще никогда не выказал бы даже намека на неодобрение относительно чего-либо, что касается «Неистового Энтони», его генерала, который во время вьетнамской войны вынес его из концентрационного лагеря на севере страны, спас его, тогда еще молодого лейтенанта, от пыток и голодной смерти, протащив на себе через джунгли до американских позиций. С тех пор прошло много лет. Лейтенант стал майором, адъютантом председателя Комитета начальников штабов.
   Среди военных частенько можно слышать избитое выражение: «Я пошел бы за ним в огонь и воду». Так вот, майор бывал в адских переделках с Неистовым Энтони Блэкборном и вновь не задумываясь отправился бы к черту на рога, повинуясь простому щелчку пальцев своего генерала.
   Они достигли Парк-авеню и свернули вправо. Здесь движение было менее оживленным, чем на основных магистралях, так как они оказались в одном из фешенебельных районов Нью-Йорка.
   Еще несколько кварталов вперед: цель путешествия – кирпичный особняк на Семьдесят первой улице, соединяющей Парк-авеню и Лексингтон.
   Сейчас адъютант председателя Комитета начальников штабов припаркуется на пятачке перед зданием и станет наблюдать, как генерал выйдет из машины и поднимется по ступеням к запертой двери. Он не произнесет ни слова, но чувство грусти не покинет его, пока он будет ждать. Ждать до того момента, когда худенькая женщина в темно-красном шелковом платье, с брилиантами на шее вновь откроет дверь часа через три-четыре и в парадном на мгновение вспыхнут огни, что послужит водителю сигналом подняться и забрать своего пассажира.
   – Привет, Тони! – Женщина пересекла тускло освещенный холл и, подойдя к гостю, поцеловала его в щеку. – Как поживаешь, дорогой? – спросила она, коснувшись пальцами своей бриллиантовой удавки.
   – Интенсивно, – ответил генерал, высвобождая руки из рукавов цивильного пальто, которое уже придерживала прислуга в форменном платье.
   Он взглянул на девушку: новенькая, очень мила. Женщина в шелковом платье перехватила его взгляд.
   – Она не подходит тебе, дорогой, – пояснила хозяйка, беря гостя под руку. – Может быть, через месяц или два… Пойдем посмотрим, что можно сделать, чтобы ты расслабился. У нас есть все, что тебе необходимо: самый лучший гашиш из Анкары, прекрасный абсент из Марселя и многое другое, что заказал врач по нашему специальному каталогу. Кстати, дорогой, как твоя жена?
   – Живет напряженной жизнью. Она шлет тебе наилучшие пожелания, – спокойно ответил генерал.
   – Передай ей мою любовь, дорогой.
   Они прошли через арочный проем в большую комнату с мягким цветным освещением из невидимого источника. Радужные кольца голубых, розовых, желтых световых пятен блуждали на потолке. Женщина заговорила опять:
   – Здесь есть одна девочка, которую я собираюсь свести с тобой и с твоей всегдашней партнершей. Представь, у нее специальная выучка, как раз то, что нам нужно. Я прямо не поверила, когда беседовала с ней, это невероятно. Я раздобыла ее в Афинах. Ты будешь боготворить ее.

   Энтони Блэкборн, нагой, лежал на огромной кровати. Крошечные световые зайчики постреливали с голубоватой зеркальной поверхности потолка. В полумраке комнаты курился легкий аромат гашиша, смешиваясь с полынным запахом абсента, налитого в три рюмки, стоявшие на столике возле кровати. Обнаженное тело генерала было разрисовано акварелью: кружочки, линии, цветные отпечатки пальцев – пестрые следы массажных пассов и ласк. Клиент постанывал, запрокидывая голову, млел и трепетал от возбуждения, а две голые напарницы, сменяясь, делали свое дело.
   Одна, помогая генералу, ловко манипулировала рукой, издавала в такт притворные стоны блаженства, вскрикивая и шумно дыша, изображала наслаждение. Другая, припав грудью к лицу гостя, нашептывала нечто страстное по-гречески, ласкающими телодвижениями услаждала закрывший глаза, забывшийся в наслаждении объект своих стараний, умело приближая желанный результат. Вот она переместилась вдоль лежащего тела, потянулась за рюмкой и, поддерживая голову генерала, влила ему в раскрытые губы густой пахучий напиток. Затем соскользнула с кровати, жестом дав понять напарнице, что собирается в ванную. Та понимающе кивнула и, продолжая работать правой рукой, свободной левой нащупала и принялась ласкать губы клиента, пытаясь попасть нежными пальчиками в его рот и создавая эффект присутствия отлучившейся подруги.
   Гречанка тем временем скрылась в ванной. Стоны сладостного изнеможения все громче раздавались в комнате – генерал был близок к вожделенной цели.
   Прошло секунд тридцать, и девушка появилась в проеме двери, но уже не голышом. На ней было теперь твидовое темное пальто с капюшоном, скрывавшим ее роскошные, каштановые с рыжиной волосы. Секунду она стояла неподвижно в полумраке комнаты, а затем подошла к ближайшему окну и бесшумно раздвинула тяжелые портьеры.
   Звон разбитого стекла наполнил пространство, порыв ветра взметнул штору. Силуэт широкоплечего коренастого мужчины высветился в проеме окна. Неизвестный взломал раму и впрыгнул в комнату. Он был в лыжных очках и с оружием в руке.
   Девушка на кровати мгновенно обернулась и пронзительно закричала, когда убийца направил дуло на постель и нажал на спуск. Выстрел был беззвучным, в полной тишине девушка повалилась на непристойно разрисованное тело Энтони Блэкборна. Пришелец подошел к кровати. Генерал поднял голову, стараясь сквозь наркотический дурман разобраться в происходящем. Взор его блуждал, в горле клокотали нечленораздельные звуки. Убийца выстрелил еще раз, а затем еще и еще, всаживая пули в шею, грудь, пах; потоки крови смешивались с глянцевой краской… Незнакомец кивнул девушке из Афин. Та подскочила к двери, распахнула ее и проговорила по-гречески:
   – Она внизу, в комнате с мерцающим освещением. На ней длинное красное платье и бриллиантовое ожерелье.
   Мужчина кивнул опять, и они оба бросились в коридор.

   Мысли майора неожиданно были прерваны звуками, раздававшимися, как ему показалось, в особняке. Он вслушивался, затаив дыхание.
   Вроде бы визг какой-то… Да, крик и визги… Кто-то пронзительно кричал в доме.
   Он посмотрел на темное здание. В это мгновение тяжелая дверь распахнулась, две фигуры вылетели и промчались вниз по лестнице. Мужчина и женщина! И тут он заметил нечто. У него похолодело в желудке, словно от резкой боли: мужчина, спешивший прочь, на бегу запихивал за пояс оружие.
   – О боже!..
   Майор сунул руку под сиденье, выхватил автоматическую винтовку и выпрыгнул из машины. Он взбежал по ступеням и оказался в холле. Крики множились, нарастали. В помещении за арочным проемом была беготня, кто-то спешил вверх по лестнице, какие-то люди сыпались вниз. Он добрался до большой комнаты с мерцающим освещением. На полу лежала худенькая женщина с ожерельем на шее. Ее лоб представлял сплошное кровавое месиво. Она была убита…
   – Где он? – завопил майор.
   – Наверху! – прокричала в ответ какая-то девушка, забившаяся в угол.
   Майор, поборов панический ужас, ринулся назад и затем вверх по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки сразу. Взгляд его засек телефонный аппарат, оставшийся внизу на маленьком столике.
   Майор знал эту комнату. В ней ничто не менялось. Он свернул в узкий коридор. Добежал до двери и ввалился в знакомые покои. О господи! То, что открылось его взору, нельзя было представить даже в страшном сне. Сцена оказалась ужаснее всего виденного прежде: голый Блэкборн, в апогее непристойности, весь в крови, а сверху, уткнувшись лицом ему в пах, – мертвая девушка. Он словно ощутил дыхание ада, если только в аду так же жутко.
   Майор не смог бы объяснить, каким образом ему удалось взять себя в руки. Он прикрыл за собой дверь и вышел в коридор, держа винтовку наготове. Мимо в направлении лестницы неслась какая-то женщина. Майор схватил ее и прокричал:
   – Сделаешь то, что я говорю, или я убью тебя! Вон там телефон. Наберешь номер, который я назову, и передашь то, что я скажу тебе. Повторишь слово в слово! – И он потащил ее вниз, к телефону, что стоял в холле.

   Президент Соединенных Штатов решительно подошел к дверям Овального кабинета и направился к рабочему столу. Там уже стояли в ожидании государственный секретарь и директор Центрального разведывательного управления.
   – Факты мне известны, – холодно заявил вошедший в своей обычной манере – растягивая слова, – и меня буквально тошнит. А теперь скажите, что вы предпринимаете в связи с этим?
   Директор ЦРУ сделал шаг вперед:
   – Подключилось нью-йоркское отделение по расследованию убийств. Но нам повезло: адъютант генерала оставался у закрытой двери и грозил убить каждого, кто посмеет сунуться. Наши люди прибыли первыми. Они поработали как следует и уничтожили все следы.
   – Это все ваш глянец, будь он неладен! – прервал его президент. – Я понимаю, что данная мера необходима, но это не то, что интересует меня. Каковы ваши соображения? Это что, просто одно из изощренных и загадочных нью-йоркских убийств или нечто иное?
   – По моему мнению, это как раз то самое «иное», – ответил директор ЦРУ. – Я уже высказался на этот счет вчера, Пол слышал. Это было хорошо продуманное, детально проработанное и спланированное убийство. Выполнено блестяще. Убрали даже хозяйку особняка, которая могла бы пролить хоть какой-то свет на случившееся.
   – Кто мог это организовать?
   – Я считаю, что КГБ. Все пули были выпущены из автоматического пистолета «буран», любимого оружия русских чекистов.
   – Здесь я должен возразить, господин президент, – вступил в разговор госсекретарь. – Я не могу подписаться под этим заключением Джима. Оружие, быть может, и не типичное, но его легко купить в Европе. Сегодня утром я целый час провел в беседе с советским послом. Он так же потрясен, как и мы. Он не только отрицает всякую причастность русских к этому делу, но и корректно подчеркнул, что для советского руководства генерал Блэкборн был на этом посту фигурой более приемлемой, чем кто-либо другой.
   – У КГБ, – прервал его директор, – нередко возникают разногласия с кремлевским дипломатическим корпусом.
   – Так же, как у наших дипломатов с нашими разведывательными службами? – поинтересовался государственный секретарь.
   – Не более чем с вашим собственным отделом консульских операций, Пол, – парировал директор.
   – Черт возьми! – произнес президент. – Меня не интересует вся эта ваша чушь. Дайте мне фактический материал. Начните вы, Джим. Если вы так уверены в своей правоте, то что можете предложить в качестве доказательств?
   – Достаточно много. – Директор открыл папку с документами, извлек лист бумаги и положил на стол перед президентом. – Мы просмотрели все, что было в компьютерной памяти за последние пятнадцать лет, и заложили туда все обстоятельства убийства прошлой ночи. Мы сверили все методы, способы обнаружения, расчетов времени, взаимодействий, произвели тщательное сравнение всех полученных данных с почерком каждого из известных нам агентов КГБ, работавших в этот период. В итоге мы выбрали троих. Это самые профессиональные и непотопляемые асы советской разведки. Разумеется, в каждом конкретном случае все трое действовали под обычным прикрытием, но все они – террористы. Здесь их имена перечислены в порядке проведения экспертизы.
   Президент внимательно изучал три имени на лежавшем перед ним листе бумаги.
   Талейников Василий. Последний пункт в донесениях – Юго-Западный советский сектор.
   Крылович Николай. Последнее место службы: Москва, военная контрразведка.
   Жуковский Георгий. Последнее место службы: Восточный Берлин, атташе посольства.
   Государственный секретарь не сумел воздержаться от замечаний:
   – Но, господин президент, подобные спекулятивные измышления, основанные в лучшем случае на самых невероятных предположениях, могут лишь привести к конфронтации. Сейчас не время для подобных демаршей.
   – Подождите, Пол, – сказал президент, – я попросил представить доказательства гипотезы, и меня, черт возьми, не волнует, подходит ли настоящий момент для конфронтации. Убит председатель Комитета начальников штабов. Может, он и был сукин сын в личной жизни, но зато хороший солдат. А если это убийство – дело советских агентов, то я хочу знать об этом! – Он положил материалы на стол. – Кроме того, до тех пор, пока мы не узнаем все, не произойдет никакой конфронтации. Разумеется, Джим, делу будет придана абсолютная секретность.
   – Само собой, – заметил директор ЦРУ.
   В этот момент раздался резкий стук в дверь, и в Овальный кабинет, не дожидаясь разрешения, вошел старик – помощник президента по официальным связям.
   – Господин президент, красный телефон! На линии премьер-министр Союза. Мы проверили связь.
   – Благодарю вас. – Президент протянул руку к аппарату, толстый кабель которого находился за креслом. – Господин премьер? Президент США слушает.
   Слова русского звучали отрывисто и резко. В первой же паузе пошел синхронный перевод. И, как полагалось, когда смолк голос переводчика с русской стороны, личный переводчик президента сказал всего лишь:
   – Передано верно, господин президент.
   Советский премьер начал так:
   – Я глубоко сожалею о гибели… убийстве генерала Энтони Блэкборна. Он был прекрасным солдатом, который испытывал отвращение к войне, так же, как вы и я. Его уважали здесь у нас, ценили его авторитет и понимание глобальных проблем, благотворное влияние на наших военных руководителей. Нам будет очень не хватать его.
   – Благодарю вас, господин премьер. Мы также скорбим по случаю его смерти, по случаю этого убийства. И оказались перед лицом загадки…
   – Вот почему я связался с вами, господин президент. Вы должны быть уверены, что убийство генерала Блэкборна никогда не входило в планы ни одного из ответственных лиц руководства нашей страны. Всякие предположения на этот счет следует отмести. Я полагаю, я ясно высказался.
   – Более чем ясно, господин премьер, еще раз благодарю вас. Но, если я правильно вас понял, вы намекаете на возможные действия со стороны незначительных фигур вашего руководства?
   – Они ничуть не более незначительны, чем те из молодцов конгресса, которые собирались бомбить Украину. Таковые, я надеюсь, не в счет, как это и полагается.
   – В таком случае, господин премьер, я не совсем уверен, что правильно уловил смысл вашей последней фразы.
   – Я попытаюсь говорить яснее. Ваше ЦРУ отработало три имени, полагая, что эти лица были задействованы в акции убийства генерала Блэкборна. Так вот, они непричастны, господин президент, даю вам слово. Это разумные люди, находящиеся под абсолютным контролем их руководства. В частности, один из них – Жуковский – уже неделю как отправлен в больницу. Другой, по фамилии Крылович, одиннадцать последних месяцев пребывает на маньчжурской границе. А многоуважаемый Талейников в соответствии с определенными намерениями и целями отозван и в настоящее время находится в Москве.
   Президент молчал, уставившись на директора ЦРУ.
   – Благодарю вас за пояснения, господин премьер, восхищен точностью имеющейся у вас информации.
   Я сознаю, что вам непросто было сделать этот звонок. Ваша служба безопасности достойна всяческих похвал.
   – Так же как и ваша, господин президент. В наши дни становится все меньше тайн, кое-кто полагает, что это к лучшему. Я взвесил все обстоятельства и вынужден был связаться с вами. Мы не имеем никакого отношения к этой акции, господин президент.
   – Я верю вам. Интересно, кто бы это мог быть?
   – Я озабочен тем же. Надеюсь, мы оба получим ответ на этот вопрос.


   – Дмитрий Юревич! – Миловидная женщина с подносом в руках приблизилась к кровати. – Сегодня первое утро твоего отпуска, всюду полно снега, но солнце пожирает его, и прежде чем похмелье выветрится у тебя из головы, леса вновь зазеленеют. – Голос ее был приветлив.
   Мужчина зарылся лицом в подушку, но через некоторое время повернулся и открыл глаза, жмурясь от яркого солнечного света, заливавшего комнату. За большим дачным окном ветви деревьев гнулись под тяжестью снежных покрывал.
   Юревич улыбнулся жене и ощупал свой подбородок, заросший седой щетиной.
   – Похоже, я чуть не сгорел вчера, – сказал он.
   – Ты бы и сгорел. К счастью, наш сын унаследовал мой крестьянский инстинкт быстрого реагирования. Он заметил огонь и, не теряя времени на размышления, вытащил у тебя сигарету.
   – Я помню, как он подскочил ко мне…
   – Именно. – Жена присела на край кровати и дотронулась до его лба. – Жив, казак, и атаманом будешь!
   – Дай сигарету.
   – Дам, но сначала ты должен выпить сок. Ты – очень важная персона: у нас буфет забит соками. Наш лейтенант уверяет, что это для того, чтобы заливать сигареты, которыми ты подпаливаешь свою бороду.
   – Менталитет военного неисправим. Мы, ученые, знаем, что сок существует для того, чтобы смешивать его с водкой. – И Дмитрий Юревич опять улыбнулся, ничем не озабоченный. – А сигаретку, любовь моя? Я даже позволю тебе прикурить ее для меня.
   – Ты несносен. – Она взяла пачку сигарет со столика, вытащила одну и подала супругу. – Будь осторожен, не выдыхай, когда я поднесу спичку, не то мы оба взлетим на воздух, и меня погребут без почестей как убийцу выдающегося советского физика-ядерщика.
   – Зато после меня останется моя работа. Дай мне пока насладиться куревом. – И он затянулся, когда жена поднесла спичку. – Наш сын в порядке?
   – Он с утра занят смазкой охотничьих ружей. С ним все хорошо. Его гости должны приехать примерно через час. Охота начнется около двенадцати.
   Юревич уселся на подушку:
   – О господи, а я и забыл об этом! Мне действительно надо идти с ними?
   – Вы с сыном в одной команде. Ты что, не помнишь, как сообщил всем за обедом, что отец и сын завоюют командный приз?
   Юревич поморщился:
   – Это я сказал умышленно. Все эти годы, что я корпел в лабораториях, он взрослел за моей спиной, без меня.
   Жена улыбнулась:
   – Тебе неплохо подышать свежим воздухом. Давай кончай курить, завтракай, одевайся.
   – Сказать тебе кое-что? – Юревич взял руку жены в свою. – Я только начинаю осознавать, что у меня отпуск. Я уж и не помню, когда это было.
   – А я сомневаюсь, было ли вообще. У тебя самая ужасная работа!
   Юревич пожал плечами.
   – Очень мило со стороны командования наградить нашего сына отпуском.
   – Это он попросил увольнение. Он хотел побыть с тобой.
   – И с его стороны очень мило. Я люблю его, но мало знаю.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

Поделиться ссылкой на выделенное