Джулия Куин.

Великолепно!

(страница 1 из 22)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Джулия Куин
|
|  Великолепно!
 -------

   Бостон, Массачусетс
   Февраль 1816 года
   – Ты отсылаешь меня?
   От потрясения и разочарования фиалковые глаза Эммы Данстер широко раскрылись.
   – Не стоит все так драматизировать, – ответил ей отец. – Конечно, я не отсылаю тебя. Просто ты проведешь год в Лондоне со своими кузенами.
   – Но почему?
   Джон Данстер смущенно заерзал на стуле:
   – Просто я думаю, тебе следует посмотреть мир. Вот и все.
   – Но я была в Лондоне. Уже дважды.
   – И отлично. Теперь ты стала старше… Генри и Кэролайн любят тебя, как родную, а ты сама говорила, что Белл и Нед тебе дороже, чем любой из твоих друзей.
   – Они гостили у нас два месяца, и я виделась с ними совсем недавно.
   Джон скрестил руки на груди:
   – Ты завтра отплываешь вместе с ними, это решено.
   Эмма прищурившись посмотрела на отца:
   – Ты хочешь поскорее выдать меня замуж?
   – Конечно, нет! Просто считаю, что смена обстановки пойдет тебе на пользу.
   – Неправда. И есть тысяча причин, почему я не могу сейчас покинуть Бостон.
   – Неужели?
   – Да. Например, домашнее хозяйство. Кто возьмет это на себя, пока меня здесь не будет?
   Джон снисходительно улыбнулся.
   – Мы живем в доме из двенадцати комнат, и наше хозяйство не требует слишком большого внимания. Не сомневаюсь, то немногое, что потребуется, вполне может взять на себя миссис Маллинз.
   – А как насчет всех моих друзей? Я буду ужасно скучать по ним. И Стивен Рамзи будет весьма разочарован, если я внезапно уеду. Мне кажется, он вот-вот сделает предложение.
   – Ради Бога, Эмма! Ты не должна поощрять беднягу, даже если не хочешь ехать в Лондон.
   – Но я думала, ты хочешь, чтобы мы поженились. Его отец – твой лучший друг.
   Джон вздохнул:
   – Когда тебе исполнилось десять, возможно, я и подумывал о вашем браке. Но и тогда уже было ясно, что он тебе не пара. Ты за неделю сведешь его с ума.
   – Твоя забота о единственном ребенке так трогательна!
   – Поверь, он наскучит тебе до потери сознания, – закончил Джон мягко. – Я только хочу, чтобы Стивен осознал, насколько это бесперспективно, и в этом еще одна причина, почему тебе следует уехать. Если вас разделит океан, Стивен, возможно, поищет жену в другом месте.
   – Но я предпочитаю Бостон любому другому месту.
   – Ты обожаешь Англию, – возразил Джон голосом, в котором уже чувствовалось раздражение. – В прошлое наше посещение ты только об этом и говорила.
   Эмма нервно прикусила губу.
   – А как насчет компании? – спросила она тихо.
   Джон вздохнул и облокотился на спинку стула.
Теперь ему наконец стала ясна причина, по которой Эмма не хотела покидать Бостон.
   – Компания «Данстер шиппинг» будет на месте, когда ты вернешься.
   – Но мне еще столько предстоит изучить! Как я смогу взять на себя руководство компанией, если не узнаю всего сейчас?
   – Сможешь. Никому, кроме тебя, я не оставлю компанию. Я основал ее на пустом месте, и Господу известно, что хочу передать ее родному по крови человеку, но… Нам следует считаться с фактами. Большинство наших клиентов не захотят иметь дело с женщиной, а рабочие не пожелают принимать от тебя указания. Даже если фамилия твоя Данстер, это ничего не изменит.
   Эмма была готова расплакаться от такой несправедливости.
   – Никто лучше тебя не подходит для того, чтобы руководить компанией, – сказал Джон мягко. – Но это не значит, что остальные со мной согласятся. Как это ни возмущает меня, приходится мириться с тем, что компания не устоит, если у кормила окажется женщина.
   – И все же в будущем я стану ею руководить.
   – Разумеется, ты не сдашься! Я рассказывал тебе о том времени, когда ты болела инфлюэнцей? Тогда ты победила болезнь, и я понял, что тебя спасло: ты оказалась слишком упорной, чтобы умереть. Но возможно, я единственный человек на свете, более упрямый, чем ты, дочь, и потому тебе следует смириться и принять свою судьбу.
   Эмма чуть не застонала. Итак, поездки в Англию ей не избежать. Впрочем, не стоило рассматривать эту поездку как наказание. Она обожала своих кузенов – Белл и Неда. И все же Эмма не хотела пренебречь добровольно принятым на себя обязательством по отношению к компании «Данстер шиппинг».
   – Ладно. – Она поднялась, решив упаковать вещи, поскольку завтра ей предстояло отплыть на одном из кораблей отца. – Но я вернусь.
   – Уверен, непременно вернешься. Пока будешь там, не забывай о развлечениях, хорошо?
   Эмма ослепительно улыбнулась:
   – Папа, ты ведь не думаешь, что я лишу себя приятного времяпрепровождения в Лондоне только оттого, что не хочу туда ехать? – Эмма взялась за ручку двери и приоткрыла ее на несколько дюймов. – Девушке всего раз в жизни выпадает удача стать дебютанткой на лондонском сезоне, и ей следует получить от этого удовольствие, даже если она не любит светскую жизнь.
   – Чудесно! Значит, тебе удалось ее убедить? – воскликнула сестра Джона, графиня Уэрт, внезапно входя в комнату.
   – Тебе кто-нибудь говорил, что подслушивать невежливо? – мягко поинтересовался Джон.
   – Чепуха! Я шла через холл, услышала голос Эммы и решила поинтересоваться: что там с вором, которому ты сегодня дала оплеуху?
   – Что такое? – Джон прищурился.
   – Я заметила, как кто-то пытается вытащить кошелек у Неда. Он и Белл из-за чего-то пререкались, по своему обыкновению, и Нед не заметил, что его пытаются ограбить.
   – И Эмма его ударила? Дочь, разве ты не могла закричать?
   – Ради Бога, папа, чего бы я добилась криком?
   – Ну уж по крайней мере это была полноценная оплеуха?
   Лицо Эммы приняло глуповатое выражение.
   – Разумеется. Не исключено, что я сломала ему нос.
   Кэролайн всплеснула руками.
   – Надеюсь, ты не обидишься, если я скажу, что в Лондоне молодые леди не вступают в драку с сомнительными лицами и не бьют их по носу.
   – Поверьте, тетя Кэролайн, настоящие молодые леди и в Бостоне не делают ничего подобного.
   Джон хмыкнул:
   – Кстати, тебе удалось выручить кошелек Неда?
   Эмма не смогла удержаться от улыбки:
   – Конечно.
   – Я так и знал, моя девочка!


   Лондон, Англия
   Апрель 1816 года

   – Ты, конечно, понимаешь, что нам грозит сущий ад, если мать нас застукает?
   Арабелла Блайдон скептически оглядела свой костюм. Она и Эмма одолжили платья у горничных, вызвав тем их ужас, и теперь крались вниз по лестнице лондонского дома Белл.
   – Тебе достанется гораздо больше, если твоя мать услышит, как ты бранишься, – усмехнулась Эмма.
   – На самом деле мне все равно. Если меня заставят руководить расстановкой цветов на твоем вечере, я просто начну вопить.
   – Думаю, крик едва ли будет уместен, раз наша цель – ускользнуть.
   – Да тише ты! – пробормотала Белл не слишком любезно, продвигаясь на цыпочках вниз.
   Оглядевшись, Эмма с опаской последовала за кузиной. Лестница черного хода никоим образом не походила на ту, по которой обычно они с Белл следовали в главный холл, убранный подушками и роскошными персидскими коврами. По сравнению с ним деревянные полированные ступени черной лестницы казались узкими, а стены были побелены и ничем не украшены. Спокойная простота лестничной шахты напомнила Эмме ее дом в Бостоне, не отличавшийся пышностью и не шедший ни в какое сравнение с роскошью лондонского стиля.
   Блайдон-Мэншн, расположенный в фешенебельном районе на Гросвенор-сквер, принадлежал семье больше ста лет и был увешан семейными портретами Блайдонов минувших лет. Эмма оглянулась на пустые стены и тихонько вздохнула, отгоняя воспоминания и тоску по отцу.
   – Не могу поверить, что крадусь по лестнице собственного дома, как воришка, только чтобы избежать встречи с матерью, – ворчала Белл по мере того, как они продвигались вниз.
   Добравшись до площадки лестницы и миновав первый пролет, они повернули за угол.
   – По правде говоря, я предпочла бы свернуться клубочком в своей постели с книгой в руках, но, конечно, она найдет меня там и снова заставит просмотреть все меню от начала до конца.
   – Такая судьба хуже смерти, – пробормотала Эмма.
   Белл бросила на нее проницательный взгляд.
   – Смотри под ноги, – предостерегла она шепотом, – эта ступенька скрипит посередине.
   Эмма прищурилась:
   – Как я понимаю, ты частенько спускаешься таким образом?
   – Случается. Всегда неплохо знать, как улизнуть из дома, никого не ставя об этом в известность. Но обычно я не одеваюсь как горничная.
   – Ладно, если мы собираемся помочь кухарке приготовить еду на вечер, совсем не обязательно быть разодетыми в шелка.
   Белл пожала плечами и распахнула дверь на кухню.
   – Всем привет, мы пришли вам помочь. Вам могут пригодиться две лишние пары рук, разве нет?
   Кухарка воздела руки к потолку, при этом в воздух поднялось облако муки.
   – Что, ради всего святого, вам делать на кухне? Вы только будете путаться под ногами.
   Видя, что ни одна из молодых леди не собирается покинуть кухню, кухарка стиснула зубы и принялась махать на них деревянной поварешкой.
   – На случай если вы этого не заметили, смею вам сообщить, что у нас тут полно работы. А теперь отправляйтесь восвояси, пока я не позвала графиню.
   При упоминании матери Белл вздрогнула.
   – Пожалуйста, разрешите нам остаться, миссис Кук. [1 - Кук (cook – англ.) – повар, кухарка.] – Она была искренне убеждена, что «кухарка» – имя собственное, потому что в течение долгого времени никто не называл означенную леди иначе и все забыли ее имя. – Обещаем не мешать. Напротив, мы сможем вам помочь и будем вести себя тихо.
   – Не место вам здесь. Неужели нечем больше заняться, кроме как играть в поварят?
   – По правде говоря, нечем, – искренне ответила Белл.
   Эмма улыбкой выразила молчаливое согласие. Они с Белл постоянно ввязывались в разные истории и придумывали каверзы, и это продолжалось все три недели с момента их прибытия. Не то чтобы им хотелось неприятностей: просто в Лондоне было совершенно нечем заняться. Дома Эмма все время следила за делами компании «Данстер шиппинг», но в Лондоне бухгалтерию не считали занятием, достойным молодой английской леди, и ей оставалось только примерять туалеты и обучаться искусству танцев.
   В итоге Эмма постоянно скучала, поскольку привыкла чувствовать себя полезной.
   Она и Белл готовы были пуститься во все тяжкие, лишь бы как-нибудь развлечься. Эмма научила родных играть в покер, игру, которую она сама тайком освоила еще в Бостоне.
   Кэролайн качала головой и вздыхала, понимая, что Эмма оказывает скверное влияние на ее детей. До приезда Эммы Белл вела жизнь синего чулка. Теперь же она стала настоящим сорванцом.
   Кэролайн также волновалась по поводу дебюта Эммы в свете. Зная, что в конце концов Эмме предстоит вернуться в Бостон к отцу, она втайне надеялась, что племянница влюбится в англичанина и останется в Лондоне. Возможно, тогда бы и ее отец тоже переехал жить сюда.
   Пока же Кэролайн давала грандиозный бал с целью представить Эмму обществу.
   Бал ожидался нынче вечером, и потому девушки сбежали вниз, чтобы не принимать участия в приготовлениях к нему.
   – Пожалуйста, разрешите нам помочь здесь: наверху ужас что творится. – Эмма вздохнула. – Все только и говорят о предстоящем вечере.
   – Ну, здесь говорят о том же. – Кухарка усмехнулась. – Сегодня ваша тетушка принимает не менее четырех сотен гостей, а нам предстоит их всех накормить.
   – Именно поэтому мы и предлагаем вам помощь. Что надо сделать в первую очередь?
   – Вам бы следовало покинуть кухню, пока вас не застали здесь! Жду не дождусь начала сезона: тогда вам наверняка станет не до шалостей.
   – Сезон начинается сегодня вечером, – невинно сообщила Белл. – На балу мама представит Эмму светскому обществу, и, возможно, у нас появится столько поклонников, что не останется времени на то, чтобы докучать вам.
   – Дай-то Бог!
   – А теперь, миссис Кук, – вступила в разговор Эмма, – сжальтесь над нами. Если вы не позволите нам заняться чем-нибудь здесь, тетя Кэролайн заставит нас украшать зал цветами.
   – Пожалуйста! – затянула свою льстивую песню Белл. – Вы ведь на самом деле любите, когда мы здесь.
   – Ладно уж, – ворчливо согласилась кухарка. По крайней мере, девушки умели взбодрить своими безумными выходками весь штат кухни и поднять всем настроение. – Хотя это идет вразрез с моими взглядами и здравым смыслом. На самом деле вам надо быть наверху и готовиться к балу, а не околачиваться на кухне. Видите вон те миски? Насыпьте в каждую по шесть чашек муки и по две сахару. Делайте это осторожно и не путайтесь под ногами.
   – А где мука? – спросила Эмма, оглядывая кухню. Кухарка со вздохом снова направилась в кладовую.
   – Постойте-ка! Если вы уж так хотите занять мое место, то поднимите эти тяжелые мешки.
   Эмма хмыкнула и с легкостью перенесла мешок на стол, где Белл уже отмеряла сахар.
   – Хорошо, что мы ускользнули от мамы, – усмехнулась Белл. – Вероятно, она бы заставила нас одеваться, а бал начнется не раньше чем через восемь часов.
   Эмма кивнула. Откровенно говоря, она с нетерпением ожидала своего первого бала в Лондоне и была готова безропотно выдерживать долгие часы примерки и уроки танцев. Жаль, что тетя Кэролайн отдавала приказы не хуже любого армейского генерала, так что после долгих недель, посвященных примерке туалетов, выбору цветов и музыки, ни Эмма, ни Белл уже не хотели появляться поблизости от бального зала, пока мать Белл не подготовит все, что необходимо.
   Как только все занялись своим делом, Белл обратила к Эмме серьезный взгляд голубых глаз:
   – Волнуешься?
   – Из-за сегодняшнего вечера?
   Белл кивнула.
   – Немного. Знаешь, вы, англичане, пугаете своей приверженностью этикету и всевозможным правилам.
   Белл ответила сочувственной улыбкой и отвела от глаз прядь волнистых волос.
   – У тебя все пройдет прекрасно. У меня сложилось впечатление, что ты хорошо знаешь, что делаешь, и люди тебе верят.
   – Ты такая умная, – отозвалась Эмма. – Это потому, что ты много читаешь.
   Белл в притворном ужасе закатила глаза.
   – Я никогда не найду мужа, если все время буду сидеть, уткнувшись в книгу.
   – Так говорит твоя мать?
   – Да, но она желает мне только хорошего и ни за что не станет настаивать на моем браке, чтобы сбыть меня с рук. В прошлом году она разрешила мне отказать графу Стоктону, а он ведь считался самым завидным женихом.
   – И чем он тебе не угодил?
   – Его смутило то, что я люблю читать.
   Эмма улыбнулась и добавила муки в миски с тестом.
   – Он сказал, что чтение не для женских мозгов, – продолжала Белл. – Это способствует зарождению «вредных идей».
   – Упаси Боже!
   – Знаю, знаю. Еще он сказал, чтобы я не волновалась, и обещал после свадьбы отучить меня от этого вредного занятия.
   Эмма искоса взглянула на кузину:
   – А ты не сказала, что искоренишь его самоуверенность?
   – Хотела, да раздумала.
   – А я бы сказала.
   – Не сомневаюсь. У тебя талант говорить то, что думаешь.
   – Это комплимент?
   Белл ответила не сразу.
   – Думаю, да, – сказала она наконец. – Сейчас рыжие не в моде, но я предсказываю, что уже через месяц ты с твоей невозможной манерой высказываться будешь иметь грандиозный успех, и, как я понимаю, те, кто обо всем осведомлен, сообщат мне о том, что рыжие стали гвоздем сезона и моей кузине повезло, хоть она и имеет несчастье быть американкой.
   – Я почему-то в этом сомневаюсь, но с твоей стороны очень мило так считать.
   Эмма сознавала, что она не так хороша, как Белл, но собственная внешность вполне ее удовлетворяла. Нед однажды назвал Эмму хамелеоном, имея в виду то, что при каждом повороте головы ее волосы меняли цвет и луч света мог заставить их запылать. А глаза Эммы, обычно светло-фиалковые, темнели и загорались опасным блеском и становились почти черными, когда она гневалась.
   Вытерев руки о передник, Эмма громко позвала:
   – Миссис Кук! Что нам делать дальше: мы уже израсходовали всю муку и сахар.
   – Яйца. В каждой миске должно быть по три яйца. И никаких скорлупок – если они попадут в мои пироги, то вместо них я подам гостям ваши головы.
   – О! Миссис Кук нынче свирепствует. – Белл хмыкнула.
   – Я это уже слышала, мисси! Хотите оставаться у меня на кухне, принимайтесь за работу!
   – Где вы держите яйца, миссис Кук? – Эмма обшаривала ящик, в котором держали скоропортящиеся продукты. – Я нигде их не вижу.
   – Я так и знала, что у вас двоих нет чутья и таланта к кухонному делу, – проворчала кухарка и открыла ящик, однако и ее поиски оказались столь же безрезультатными.
   – Ну и дела. У нас нет яиц!
   Лицо кухарки из мрачного стало свирепым.
   – Какой разиня забыл купить яйца? – грозно воскликнула она.
   Поскольку никто не признавался, кухарка оглядела кухню, и наконец ее взгляд задержался на молодой девушке, сгорбившейся над горой ягод.
   – Мэри, – окликнула она помощницу, – ты скоро закончишь?
   Мэри вытерла передником мокрые руки:
   – Нет, мэм, у меня еще полно работы. Никогда не видела столько ягод.
   – Сьюзи?
   У Сьюзи руки были по локоть в мыльной пене, потому что она поспешно перемывала посуду.
   Эмма оглядела кухню, в которой трудились по меньшей мере двенадцать человек, но все они казались ужасно занятыми.
   – Ну, это бог знает что, – проворчала кухарка. – Надо накормить четыре сотни душ, а у меня нет яиц и нет никого, кто мог бы пойти и купить их.
   – Я пойду, – вызвалась Эмма.
   Кухарка неодобрительно посмотрела на нее:
   – Да вы с ума сошли!
   – Эмма, этого ни в коем случае нельзя делать, – присоединилась к ней Белл.
   Эмма широко раскрыла глаза:
   – Я не сошла с ума и не понимаю, почему бы мне не пойти и не купить яйца? К тому же глоток свежего воздуха мне не повредит: я все утро просидела взаперти…
   – Но тебя могут увидеть, – возразила Белл. – И ты вся в муке. Прекрати, ради всего святого!
   – Пока я здесь ни с кем не знакома. Кто меня узнает?
   – Но ты не можешь выйти из дома в платье горничной.
   – Как раз в этом платье мне и следует идти, – терпеливо пояснила Эмма. – Если бы я надела одно из платьев, которые ношу утром, все бы удивлялись, почему это леди вышла на улицу без сопровождения и отправилась на рынок за яйцами. Когда я одета, как горничная, никто и не посмотрит на меня. А вот ты, конечно, не можешь пойти со мной: тебя мгновенно узнают.
   Белл вздохнула:
   – Мама меня убила бы.
   – Ну вот видишь. Если миссис Кук нужна наша помощь, то это единственно правильное решение. – Чувствуя себя победительницей, Эмма улыбнулась.
   – Не знаю, не знаю, Эмма. – Белл пожала плечами. – Позволить тебе выйти из дома одной…
   Эмма с раздражением вздохнула:
   – Я соберу волосы в узел на затылке, как делают горничные, а еще могу испачкать платье и щеки мукой.
   – Эй, не очень-то старайся! – прикрикнула на Эмму кухарка. – Не стоит тратить на это хорошую муку.
   – Ну, Белл? – Эмма ждала. – Что ты думаешь?
   – Не знаю. Маме бы это не понравилось.
   – Она об этом не узнает.
   – Ну тогда ладно! – Белл обернулась к другим работникам на кухне: – Ни слова об этом, вы поняли?
   – Мне это тоже не нравится, – проворчала кухарка. – Совсем не нравится.
   – У нас нет выбора, если вы собираетесь испечь пироги для сегодняшнего праздника. Почему бы вам не поручить Белл выжимать сок из лимонов? Я обещаю вернуться так скоро, что вы и моргнуть не успеете. – С этими словами Эмма вырвала из руки кухарки деньги и выскользнула за дверь.
   Выйдя на улицу и глотнув холодного весеннего воздуха, Эмма ощутила свободу. Свободна! Так приятно время от времени покидать дом кузины; к тому же одетая горничной, она могла прогуливаться сколько угодно долго. А вот после сегодняшнего вечера ей больше не придется покидать Блайдон-Мэншн без сопровождения.
   Эмма завернула за угол и не спеша побрела по тротуару, останавливалась перед каждой витриной и подолгу разглядывая ее. Как она и ожидала, никто из леди и джентльменов, проходивших мимо, не задержал на ней взгляда. Да и какой интерес могла вызвать маленькая рыжеволосая горничная, с ног до головы покрытая мукой?
   Придя на рынок, Эмма, весело напевая себе под нос модную песенку, зашла в лавку и купила несколько дюжин яиц. Нести их было не особенно удобно, но она старалась сохранять беззаботный вид. Кухонная девушка должна быть привычной к труду и легко справляться с такой ношей, а Эмма не хотела, чтобы кто-нибудь заподозрил, что она переодета. К тому же она чувствовала себя достаточно сильной, а дом находился не так уж далеко.
   – Благодарю вас, сэр, – обратилась Эмма к бакалейщику, и он ответил ей улыбкой:
   – Вы здесь новенькая? По выговору похоже, что прибыли из колоний.
   Глаза Эммы широко раскрылись от изумления. Уж от бакалейщика она никак не ожидала подобных расспросов.
   – Да, я выросла в колониях, но уже несколько лет живу в Лондоне, – солгала она.
   – А! Вот я всегда мечтал посмотреть Америку. – Продавец вздохнул.
   Эмма сочувственно кивнула, но в длительную беседу вступать не стала, поскольку ей следовало вернуться домой, прежде чем Белл начнет о ней беспокоиться. Продолжая улыбаться, она попятилась к двери. – Приходите снова, маленькая мисси. У кого вы служите?
   Но Эмма уже выскочила за дверь, притворившись, что не расслышала последнего вопроса.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное